Дело № 2-2528/2024

УИД 34RS0002-01-2024-003642-82

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

гор. Волгоград 08 июля 2024 года

Дзержинский районный суд г. Волгограда в составе: председательствующего судьи Миловановой Е.И.

при секретаре судебного заседания Глазковой А.А.

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2

представителя истца ФИО8, участвующего в судебном заседании с использованием видеоконференц-связи,

представителей ответчика ФИО4, 

помощника прокурора 

<

адрес> ФИО6

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения «Клиническая больница №» о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

истец ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному учреждению здравоохранения «Клиническая больница №» (далее по тексту – ГУЗ «КБ №»), в обоснование требований, указав, что он является сыном умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ у его отца ФИО1 поднялась температура тела до 38 градусов; ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обратился в ГУЗ «Поликлиника №», где ему, после медицинского осмотра и анамнеза был выставлен диагноз COVID-19. Лечение ФИО5 проходил амбулаторно. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, ввиду ухудшения самочувствия, а именно тяжести в дыхании и повышенной температуры тела, была вызвана скорая помощь, которая доставила его в ГУЗ «Клиническая больница №», где он был определен на стационарное лечение. ДД.ММ.ГГГГ ввиду ухудшения самочувствия ФИО5 был переведен в реанимационное отделение, где в последующем скончался. Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО5 имела место короновирусная инфекция, вызванная COVID-19, осложнившаяся двусторонней полисегментарной пневмонией и диффузным альвеолярным повреждением легких по типу острого респираторного дистресс-синдрома взрослых, которое привело к смерти больного, при явлениях нарастающей полиогранной недостаточности. Решением Краснооктябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом апелляционного определения судебной коллегии по гражданским дела Волгоградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, по гражданскому делу № по иску ФИО2 к ГУЗ «Клиническая больница №», ГУЗ «Поликлиника №» о взыскании компенсации морального вреда, исковые требования удовлетворены частично. В рамках гражданского дела № была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ «Волгоградское областное бюро судебно-медицинской экспертизы». Согласно выводам заключения №-гр, в оказании ФИО5 медицинской помощи в ГУЗ «Поликлиника №» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ каких –либо недостатков экспертной комиссией не выявлено; недостатки в оказании медицинской помощи ФИО5 в ГУЗ «Клиническая больница №» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не являлись причиной возникновения у него новой короновирусной инфекции и её осложнений, а так же не привели к прогрессированию их течения ухудшению его состояния. В связи со смертью ФИО5 его сын ФИО1 испытывает нравственные страдания переживания в связи с утратой близкого и родного человека. На основании изложенного истец просит взыскать с ГУЗ «Клиническая больница №» в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, пояснив указанные в иске обстоятельства. Дополнительно пояснил, что отец ФИО5 был для него очень близким и родным человеком, в момент его заболевания он переживал за отца, поскольку думал, что сотрудники медицинского учреждения недооценивают тяжесть состояния здоровья его отца, не в полном объеме проводят лечение, после смерти отца он испытывает нравственные страдания, которые ни чем не могут быть восполнены.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержала в полном объеме и просила их удовлетворить, указав, что истец является ее сыном, он очень сильно переживал сначала заболевание отца, а после смерти отца в течении длительного времени испытывает нравственные переживания.

Представитель ответчика ФИО8 в судебном заседании исковые требования поддержал, пояснив указанные в иске обстоятельства. Дополнительно пояснил, что, не смотря на тот факт, что действия врачей ГУЗ «Клиническая больница №» не связаны с конечной причиной смерти ФИО5, однако факт нарушения ГУЗ «Клиническая больница №» прав ФИО5 на получение качественных медицинский услуг установлен решением Краснооктябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, что в силу ст. 61 ГПК РФ не подлежит доказыванию вновь. Учитывая юный возраст истца ФИО5, которому на момент смерти отца исполнилось только 21 год, с учетом лишения истца отцовской заботы и любви, полагает требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

Представитель ответчика ГУЗ «Клиническая больница №» ФИО4 полагала исковые требования истца необоснованными, просила в удовлетврении исковых требований отказать, по обстоятельствам, изложенным в письменных возражениях. 

Помощник прокурора 

<

адрес> ФИО6 в судебном заседании полагала требования подлежащими частичному удовлетворению.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, находит исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено и из материалов дела следует, что истец ФИО1 является сыном умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, что подтверждается копией свидетельства о рождении.

Согласно ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела.

Из материалов дела следует, что в производстве Краснооктябрьского районного суда 

<

адрес> находилось гражданское дело № по иску ФИО2 к ГУЗ «Клиническая больница №», ГУЗ «Поликлиника №» о взыскании компенсации морального вреда. 

Из указанного решения следует, что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 поднялась температура тела до 38 градусов; ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обратился в ГУЗ «Поликлиника №», где ему, после медицинского осмотра и анамнеза был выставлен диагноз COVID-19. Лечение ФИО5 проходил амбулаторно. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, ввиду ухудшения самочувствия, а именно тяжести в дыхании и повышенной температуры тела, была вызвана скорая помощь, которая доставила его в ГУЗ «Клиническая больница №», где он был определен на стационарное лечение. ДД.ММ.ГГГГ ввиду ухудшения самочувствия ФИО5 был переведен в реанимационное отделение, где в последующем скончался.

Определением Краснооктябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в рамках гражданского дела № была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ «Волгоградское областное бюро судебно-медицинской экспертизы». 

Согласно выводам заключения комиссии экспертов №-гр, проводимое лечение ФИО5 в ГУЗ «Поликлиника №» и ГУЗ «Клиническая больница №» соответствовало установленному ему диагнозу; в оказании медицинской помощи ФИО5 в ГУЗ «Поликлиника №» ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ каких-либо недостатков экспертной комиссией не выявлено. В оказании медицинской помощи ФИО5 в ГУЗ «КБ №» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ экспертной комиссией были выявлены следующие недостатки: врачами, осуществлявшими лечение, не было выполнено назначенное лечение в виде приема таблетированного лекарственного препарата фавипиравир и барицитиниб с ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ врачами, осуществлявшими лечение, не была увеличена доза вводимого глюкортикостероидного лекарственного препарата; ДД.ММ.ГГГГ врачами, осуществлявшими лечение, не были назначены анализы крови для определения С-реактивного белка, интерлейкина, коагулограммы; ДД.ММ.ГГГГ врачами, осуществлявшими лечение, при клинических осмотрах не была измерена температура тела. Данные недостатки в оказании медицинской помощи Ш.А.В. не являлись причиной возникновения у него новой коронавирусной инфекции и её осложнений, а также не привели к прогрессированию их течения и ухудшению его состояния. На основании вышеизложенного, между данными недостатками в оказании медицинской помощи Ш.А.В., и наступлением его смерти прямой причинно-следственной связи экспертная комиссия не усматривает. В связи с этим, у экспертной комиссии не имеется оснований для установления факта причинения вреда здоровью ФИО5, допущенными недостатками в оказании ему медицинской помощи. На основании анализа медицинских данных, которые содержатся в представленных на исследование медицинских документах, не представляется возможным достоверно определить являлись ли допущенные недостатки в оказании медицинской помощи ФИО5, одним из условий дальнейшего протекания имевшегося у него заболевания - новой коронавирусной инфекции и ее осложнений. В связи с этим, не представляется возможным и достоверно определить имеется ли какая-либо иная (за исключением прямой) причинно-следственная связь между допущенными недостатками в оказании медицинской помощи ФИО5 и наступлением его смерти. Проведенное ФИО5 лечение в ГУЗ «Поликлиника №» и ГУЗ «Клиническая больница №» соответствовало временным методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой короновирусной инфекции (COVID-19)» версия 13 (ДД.ММ.ГГГГ). Перевод ФИО5 на искусственную вентиляцию легких был осуществлен своевременно. В представленных документах экспертной комиссией не выявлено объективных медицинских данных, которые бы свидетельствовали об их несоответствии описанному состоянию ФИО5

Заключение комиссии экспертов ГБУЗ «Волгоградское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» №-гр сторонами, в том числе стороной ответчика ГУЗ «Клиническая больница №» не оспаривалось. 

Решением Краснооктябрьского районного суда районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № установлен факт нарушения ГУЗ «Клиническая больница №» прав ФИО5 на получение качественных медицинский услуг, не смотря на тот факт, что действия врачей ГУЗ «Клиническая больница №» не связаны с конечной причиной смерти ФИО5

Решение Краснооктябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом апелляционного определения судебной коллегии по гражданским дела Волгоградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. 

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Конституция Российской Федерации относит здоровье человека к основным правам и свободам человека, неотчуждаемым и принадлежащим каждому от рождения, охраняемым государством, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 2 статьи 17, часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан").

Согласно пункту 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" охрана здоровья граждан представляет собой систему мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

К основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Согласно статье 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 указанной статьи).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания статей 150 и 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что жизнь и здоровье, а также иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом, и при причинении гражданину морального вреда действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда, при определении размеров которой принимается во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, учитывается степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33

"О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из приведенных выше законоположений следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи он вправе заявить требования о взыскании с соответствующей медицинской организации компенсации морального вреда. Данные требования также могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как указано в п.48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Учитывая установленную законом презумпцию вины причинителя вреда, доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик, а потерпевший должен доказать факт наличия вреда (физических и нравственных страданий), а также то, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Согласно разъяснениям пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Разрешая спор по существу суд, руководствуясь вышеприведенными нормами права, исходит из того, что медицинская помощь ГУЗ «Клиническая больница №» была оказана ФИО5 с недостатками, что не может не причинить истцу ФИО1 нравственные страдания, являясь в последствии неизгладимой болью, вызванной утратой близкого человека – отца.

При таких обстоятельствах в соответствии со ст.1101 ГК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда.

Учитывая характер причиненных истцу нравственных страданий, родственные связи между ФИО5 и истцом ФИО1 как отец и сын, принимая во внимание индивидуальные особенности истца ФИО1, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает требования истца подлежащими удовлетворению частично, и взыскивает с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей. 

В удовлетврении исковых требований истцу ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере свыше 200 000 рублей надлежит отказать.

Довод представителя ответчика о том, что стороной истца не представлено доказательств причинения морального вреда в связи с допущенными нарушениями при оказании ФИО5 медицинской помощи, судом не принимается, поскольку основан на неверном толковании закона и не является препятствием для разрешения заявленных требований по существу и для отказа в удовлетворении исковых требований.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 56, 194-199, 237, 244 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к ГУЗ «Клиническая больница №» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Клиническая больница №» (ИНН №) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения ««Клиническая больница №» (ИНН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в апелляционную инстанцию Волгоградского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд 

<

адрес>.

Мотивированный текст решения изготовлен в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Е.И. Милованова