Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

16 мая 2017 года город Тула

Советский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Свиридовой О.С.,

при секретаре Курганове Д.Г., 

с участием помощника прокурора Советского района г. Тулы Глушкова С.Н., истца ФИО7, представителя ответчика Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях – исполняющего обязанности руководителя ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-652/2017 по иску ФИО7 к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях о признании незаконным приказа государственного органа, материалов служебной проверки недействительными, признании действий исполняющего обязанности руководителя носящими дискриминационный характер и обязании принести извинения, взыскании денежного содержания за время вынужденного прогула в размере среднего заработка, взыскании компенсации морального вреда, обязании переписать вкладыш к трудовой книжке, исключив из нее незаконно внесенные записи, 

установил:

ФИО7 обратился в суд с иском к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях о признании незаконным приказа государственного органа, материалов служебной проверки недействительными, признании действий исполняющего обязанности руководителя носящими дискриминационный характер и обязании принести извинения, указав в обоснование заявленных требований на то, что приказом Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях от 09 марта 2017 г. № он освобожден от занимаемой должности и уволен с государственной гражданской службы в связи с однократным грубым нарушением гражданским служащим, замещающим должность гражданской службы категории «руководители», своих должностных обязанностей, повлекшим за собой причинение вреда государственному органу и (или) нарушение законодательства Российской Федерации, в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 37 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации».

Между тем, данный приказ издан неправоспособным юридическим лицом в отношении служащего иного государственного органа с грубым нарушением закона, поскольку он (истец) на основании служебного контракта № от 01 ноября 2015 г. работал в Территориальном управлении Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области и, следовательно, не являлся служащим Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях.

Кроме того, состав комиссии по проведению в отношении него (истца) служебной проверки образован в нарушение прямого указания закона, а именно пункта 4 статьи 59 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», поскольку в ее состав не был включен сотрудник соответствующего правового подразделения. При этом состав комиссии сформирован именно из тех сотрудников, которые прямо отвечают за исполнение документов, неисполнение которых послужило поводом для проведения проверки.

Более того, входящие документы, послужившие предметом служебной проверки, не имели императивной резолюции «для исполнения», а содержали совещательную резолюцию «для предложения».

Служебный контракт фактически был расторгнут в связи с неисполнением им (истцом) постановлений Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств о возбуждении исполнительных производств по исполнению решения Арбитражного суда Тульской области, которым Территориальное управление было обязано направить проект договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером № в адрес общества с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>»; и двух решений 

<

данные изъяты> районного суда Тульской области, которыми Территориальное управление было обязано обеспечить учет объекта гражданской обороны в реестр федерального имущества. Однако в соответствии с положением об отделе правового обеспечения и реализации государственного имущества и должностным регламентом истца, заключение договоров купли-продажи земельных участков, как и учет объектов в реестре федерального имущества не отнесено к функциям и задачам отдела правового обеспечения, в связи с чем он (истец) устно предложил руководителю ФИО1 поручить соответствующему структурному подразделению направить судебному приставу-исполнителю письменное сообщение об обжаловании судебных актов в кассационной и надзорной инстанциях и о том, что после принятия вышестоящими судебными инстанциями судебных постановлений, требования отдела судебных приставов будут исполнены в полном объеме.

Кроме того, в соответствии с приказом Росимущества от 31 июля 2015 г. № к должностным обязанностям истца отнесено обязательное обжалование судебных актов, принятых не в пользу Росимущества, не менее чем в трех судебных инстанциях, что им (истцом) и было сделано. Напротив, к прямым обязанностям начальника отдела кадров, бухгалтерского учета, отчетности, делопроизводства и контроля ФИО2 отнесен контроль за правильным прохождением (направлением в соответствующее подразделение) входящих и исходящих документов, а также контроль за своевременностью их исполнения.

Отдел правового обеспечения отвечает за правовое и судебное сопровождение деятельности государственного учреждения, исполнение решений судов, как и исполнительных документов, выданных на их основании, не входит в объем компетенции данного отдела. Обязанности по приватизации земельных участков отнесены к функциям отдела управления и распоряжения государственным имуществом. Обязанности по учету объектов в реестре федерального имущества отнесены к функциям отдела учета и контроля использования государственного имущества и работы с подведомственными организациями.

Также, истца не ознакомили с материалами проверки, в связи с чем он лишен возможности дать оценку заключению, на основании которого был издан оспариваемый приказ.

Не соответствует закону и формулировка причин увольнения, поскольку Федеральным законом от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» не урегулированы понятия грубого нарушения и не установлен их исчерпывающий перечень, то применяются положения пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, под исчерпывающий перечень которого рассмотренный комиссией случай не подпадает.

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 части 14 статьи 70 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» наличие либо отсутствие вреда подлежит доказыванию только в суде, в связи с чем работодатель не имеет права самостоятельно устанавливать наличие либо отсутствие вреда и обвинять в этом работника. Вынесение постановления о взыскании исполнительского сбора по исполнению судебного акта, зачисляемого в федеральный бюджет, с федерального государственного органа, полностью финансируемого из федерального бюджета, не является и не может являться вредом, причиненным государственному органу.

При этом постановления судебного пристава-исполнителя на момент издания оспариваемого приказа исполнены не были, в связи с чем вред государству причинен не был.

Обжалуемый приказ был предоставлен истцу 10 марта 2017 г. за три часа до окончания рабочего дня, что прямо свидетельствует о дискриминации. Полагает, что служебная проверка и приказ о расторжении служебного контракта носят дискриминационный характер в сфере труда, не связанными с деловыми качествами работника и являются преследованием его (истца) и превышением полномочий со стороны исполняющего обязанности руководителя Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях, поскольку вызваны написанием истцом в адрес заместителя министра экономического развития Российской Федерации – руководителя Федерального агентства по управлению государственным имуществом докладной записки о нарушениях закона при проведении реорганизации, происходящей в Тульском управлении.

Просит суд признать незаконным приказ Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях от 09 марта 2017 г. № материалы служебной проверки – недействительными; а также признать действия исполняющего обязанности руководителя Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях носящими дискриминационный характер и обязать принести извинения.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО7 уточнил исковые требования и, ссылаясь на основания, приведенные в первоначальном исковом заявлении, также просил взыскать с ответчика денежное содержание за время вынужденного прогула в размере среднего заработка; компенсацию морального вреда в размере среднего заработка за один год и обязать ответчика переписать вкладыш к трудовой книжке, исключив из него незаконно внесены записи. 

В судебном заседании истец ФИО7 поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в первоначальном и уточненном иске, просил их удовлетворить в полном объеме и признать незаконным приказ Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях от 09 марта 2017 г. №, а материалы служебной проверки, проведенной на основании приказа от 17 февраля 2017 г. № недействительными, изъяв их из личного дела; обязать Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях переписать вкладыш к его трудовой книжке №, исключив из него незаконно внесенные записи; взыскать с Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях денежное содержание за время вынужденного прогула в размере среднего заработка; компенсацию морального вреда в размере среднего заработка за один год; признать действия исполняющего обязанности руководителя Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях ФИО8 носящими дискриминационный характер, обязав принести письменные извинения.

Представитель ответчика Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях – исполняющий обязанности руководителя ФИО8 в судебном заседании доводы искового заявления не признал, пояснив, что увольнение истца произведено в строгом соответствии с нормами действующего законодательства, процедура увольнения не нарушена, а доводы, изложенные истцом, несостоятельны и не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. Просил суд в иске отказать. 

Выслушав объяснения истца ФИО7, представителя ответчика Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях – исполняющего обязанности руководителя ФИО8, заключение помощника прокурора Советского района города Тулы Глушкова С.Н., полагавшего исковые требования ФИО7 не подлежащими удовлетворению, показания свидетеля ФИО1., изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец ФИО7 состоял на государственной гражданской службе Тульской области и на основании служебного контракта № от 01 ноября 2015 г. замещал должность начальника отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области (том 1, л.д. 14-20).

Приказом Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях от 09 марта 2017 г. №, в соответствии с пунктом 5 статьи 57 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» к ФИО7, замещающему высшую должность категории «руководители» государственной гражданской службы – начальник отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях, применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения с государственной гражданской службы по основанию, установленному пунктом 6 части 1 статьи 37 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации». ФИО7 освобожден от замещаемой должности 10 марта 2017 г., с ним расторгнут служебный контракт о прохождении государственной гражданской службы и замещении должности государственной гражданской службы. 

Основание: материалы служебной проверки от 02 марта 2017 г. (том 1, л.д. 13, 216).

Проверяя доводы, приведенные истцом в обоснование исковых требований, суд проверяет соблюдение порядка увольнения истца в соответствии с действующим законодательством и учитывает следующее.

Пункт 4 части 1 статьи 33 и пункт 6 части 1 статьи 37 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации" предоставляют представителю нанимателя право расторгнуть служебный контракт с государственным гражданским служащим, допустившим грубое нарушение своих должностных обязанностей, что является одним из способов поддержания высокого уровня отправления государственной гражданской службы и ее эффективного функционирования. 

В соответствии с частью 1 статьи 57 Федерального закона от 27 июля 2004 г. №79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», с последующими изменениями и дополнениями, за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение гражданским служащим по его вине возложенных на него служебных обязанностей, представитель нанимателя имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, предупреждение о неполном должностном соответствии, увольнение с гражданской службы по основаниям, установленным пунктом 2, подпунктами «а» - «г» пункта 3, пунктами 5 и 6 части 1 статьи 37 настоящего Федерального закона. 

Согласно пункту 6 части 1 статьи 37 Закона о государственной гражданской службе Российской Федерации, служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий освобожден от замещаемой должности гражданской службы и уволен с гражданской службы в случае однократного грубого нарушения гражданским служащим, замещающим должность гражданской службы категории «руководители», своих должностных обязанностей, повлекшего за собой причинение вреда государственному органу и (или) нарушение законодательства Российской Федерации.

Аналогичные требования нашли свое отражение в "Обзоре судебной практики по спорам, связанным с происхождением службы государственными гражданскими служащими и муниципальными служащими" утвержденном, Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 июня 2016 г. (пункт 5).

Из содержания приведенных положений следует, что для увольнения государственного гражданского служащего по данному основанию необходимо установление неисполнения им своих должностных обязанностей, установленных должностным регламентом, повлекшее нарушение законодательства Российской Федерации или причинение государственному органу вреда как материального, так и нематериального характера.

Из содержания приведенных положений следует, что для увольнения государственного гражданского служащего по данному основанию необходимо установление неисполнения им своих должностных обязанностей, установленных должностным регламентом, повлекшее нарушение законодательства Российской Федерации или причинение государственному органу вреда как материального, так и нематериального характера.

Грубым нарушением должностных обязанностей в соответствии с данной нормой является такое нарушение, которое повлекло за собой причинение вреда государственному органу и (или) нарушение законодательства Российской Федерации. Нарушение должностных обязанностей, причинившее вред авторитету государственного органа и послужившее причиной невыполнения (ненадлежащего выполнения) возложенных законодательством на государственный орган государственных функций, также может рассматриваться как грубое нарушение должностных обязанностей.

В силу статей 15, 37, 47, 56, 57, 58, 59 3акона о государственной гражданской службе Российской Федерации гражданский служащий обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, конституции (уставы), законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации и обеспечивать их исполнение; исполнять должностные обязанности в соответствии с должностным регламентом; исполнять поручения соответствующих руководителей, данные в пределах их полномочий, установленных законодательством Российской Федерации.

Профессиональная служебная деятельность гражданского служащего осуществляется в соответствии с должностным регламентом, утверждаемым представителем нанимателя и являющимся составной частью административного регламента государственного органа.

При этом названным Федеральным законом закреплен ряд положений, направленных на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств с целью предотвращения необоснованного увольнения (статьи 58 и 59).

Статьей 58 Федерального закона от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ установлен порядок применения и снятия дисциплинарного взыскания, предусматривающий, что до применения дисциплинарного взыскания представитель нанимателя должен затребовать от гражданского служащего объяснение в письменной форме. В случае отказа гражданского служащего дать такое объяснение составляется соответствующий акт. Отказ гражданского служащего от дачи объяснения в письменной форме не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Перед применением дисциплинарного взыскания проводится служебная проверка. При применении дисциплинарного взыскания учитываются тяжесть совершенного гражданским служащим дисциплинарного проступка, степень его вины, обстоятельства, при которых совершен дисциплинарный проступок, и предшествующие результаты исполнения гражданским служащим своих должностных обязанностей.

Дисциплинарное взыскание применяется непосредственно после обнаружения дисциплинарного проступка, но не позднее одного месяца со дня его обнаружения, не считая периода временной нетрудоспособности гражданского служащего, пребывания его в отпуске, других случаев отсутствия его на службе по уважительным причинам, а также времени проведения служебной проверки.

Согласно статье 59 данного Федерального закона служебная проверка проводится по решению представителя нанимателя или по письменному заявлению гражданского служащего. При проведении служебной проверки должны быть полностью, объективно и всесторонне установлены факт совершения гражданским служащим дисциплинарного проступка; вина гражданского служащего; причины и условия, способствовавшие совершению гражданским служащим дисциплинарного проступка; характер и размер вреда, причиненного гражданским служащим в результате дисциплинарного проступка; обстоятельства, послужившие основанием для письменного заявления гражданского служащего о проведении служебной проверки. Служебная проверка должна быть завершена не позднее чем через один месяц со дня принятия решения о ее проведении. Результаты служебной проверки сообщаются представителю нанимателя, назначившему служебную проверку, в форме письменного заключения.

Как следует из материалов дела и установлено судом, приказом Федерального агентства по управлению государственным имуществом от 21 декабря 2016 г. № ФИО8 временно, с 21 декабря 2016 г. по 20 июня 2017 г., был переведен на должность руководителя Межрегионального территориального управления Росимущества в Тульской, Рязанской и Орловской областях (том 1, л.д. 126). Соответствующие сведения о ФИО8, как об исполняющем обязанности руководителя, были внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 02 февраля 2017 г. (том 1, л.д. 30).

Приказом исполняющего обязанности руководителя территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях ФИО8 от 17 февраля 2017 г. № создана комиссия и назначена служебная проверка в отношении начальника отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества ФИО7 по фактам непринятия мер и неисполнения следующих постановлений о возбуждении исполнительного производства, повлекших за собой вынесение судебным приставом-исполнителем постановлений о взыскании исполнительского сбора по каждому неисполненному решению: 

- постановление Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств по решению 

<

данные изъяты> суда Тульской области по делу №, вступившему в законную силу 08 ноября 2016 г., о направлении проекта договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером № в адрес общества с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» (входящий № от 09 января 2017 г.);

- постановление Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств по решению 

<

данные изъяты> районного суда Тульской области по делу №, вступившему в законную силу 08 сентября 2016 г., об обеспечении учета объекта гражданской обороны в реестр федерального имущества (входящий № от 09 января 2017 г.);

- постановление Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств по решению 

<

данные изъяты> районного суда Тульской области по делу №, вступившему в законную силу 08 сентября 2016 г., об обеспечении учета объекта гражданской обороны в реестр федерального имущества (входящий № от 09 января 2017 г).

На время проведения служебной проверки ФИО7 временно отстранен от замещаемой должности с сохранением на этот период денежного содержания по замещаемой должности гражданской службы (том 1, л.д. 168).

Согласно акту от 02 марта 2017 г, составленному ФИО2., ФИО3 и ФИО1., ФИО7 отказался от ознакомления с приказом от 17 февраля 2017 г № «О создании комиссии и проведении служебной проверки» (том 1, л.д. 207).

В соответствии с пунктом 5 статьи 59 Закона о государственной гражданской службе Российской Федерации в проведении служебной проверки не может участвовать гражданский служащий, прямо или косвенно заинтересованный в ее результатах. В этих случаях он обязан обратиться к представителю нанимателя, назначившему служебную проверку, с письменным заявлением об освобождении его от участия в проведении этой проверки. При несоблюдении указанного требования результаты служебной проверки считаются недействительными.

С учетом требований пункта 5 статьи 59 Закона о государственной гражданской службе Российской Федерации, в состав комиссии по проведению служебной проверки были включены: ФИО2 – начальник отдела кадров, бухгалтерского учета, отчетности, делопроизводства и контроля, председатель комиссии; члены комиссии: ФИО3 - начальник отдела учета и контроля использования государственного имущества и работы с подведомственными организациями, ФИО1 - начальник отдела управления и распоряжения государственным имуществом (том 1, л.д. 54).

Нарушений при издании приказа № от 17 февраля 2017 г. по основаниям не соблюдения пункта 4 статьи 59 Закона государственной гражданской службе Российской Федерации в связи с не включением в состав комиссии юридического (правового) подразделения, судом не установлено. Данный приказ издан в соответствии с нормами действующего законодательства, подписан уполномоченным лицом, нарушений требований пункта 5 статьи 59 Закона о государственной гражданской службе Российской Федерации, оснований наличия прямой или косвенной заинтересованности в результатах проведения служебной проверки со стороны членов комиссии также не установлено.

Поскольку истец ФИО7 замещал должность начальника отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества, включение в состав комиссии сотрудников юридического (правового) подразделения повлекло бы за собой прямую или косвенную заинтересованный членов комиссии в ее результатах и, как следствие, недействительность результатов служебной проверки.

Кроме того, согласно материалов дела, все члены созданной приказом № от 09 февраля 2017 г. комиссии имеют высшее юридическое образование (том 2, л.д. 95-97).

02 марта 2017 г. по результатам проведения служебной проверки оформлено заключение комиссии с выводами о нарушении ФИО7 обязанности взаимодействовать в рамках должностных полномочий с работниками структурных подразделений, предусмотренной пунктом 3.16 должностного регламента, что является нарушением обязанности государственного служащего, установленной пунктом 1 части 1 статьи 18 Закона о государственной гражданской службе Российской Федерации исполнять должностные обязанности добросовестно, на высоком профессиональном уровне и в соответствии с должностным регламентом (том 1, л.д. 160-167). 

Кроме того, в заключении комиссии указано, что согласно пунктов 5.1, 5.2 должностного регламента, ФИО7 несет ответственность за своевременное и качественное выполнение возложенных на него задач и функций, определенных правовыми актами Российской Федерации, и настоящим регламентом, указаниями и поручениями Президента Российской Федерации, правительства Российской Федерации, Минэкономразвития России, руководителя Росимущества, руководителя территориального управления; а также за неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него должностных обязанностей, ведущих к нарушению прав и законных интересов граждан.

В ходе данной проверки было установлено, что вышеуказанные три постановления Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств о возбуждении исполнительного производства (по решению 

<

данные изъяты> суда Тульской области по делу №, входящий №; по решению 

<

данные изъяты> районного суда Тульской области по делу №, входящий №; по решению 

<

данные изъяты> районного суда Тульской области по делу №, входящий №) поступили в Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области и зарегистрированы службой делопроизводства в СЭДО (система электронного документооборота) 09 января 2017г. 

09 января 2017 г. исполняющей обязанности руководителя ФИО1 на данные документы были наложены резолюции:

- на входящие № и № - «ФИО7 Для предложений», со сроком исполнения 17 января 2017 г.;

- на входящий № – «ФИО4., ФИО7 Для исполнения, со сроком исполнения 09 февраля 2017 г.».

ФИО7 получил и открыл данные документы 12 января 2017 г.

Дальнейших действий со стороны ФИО7 (наложение нижестоящей резолюции, переадресация, исполнение резолюции, уведомление руководителя о возможном нарушении сроков исполнения решений судов) по названным документам не последовало.

В рамках исполнительного производства по делу № взаимодействие между ФИО7 и структурным подразделением, ответственным за направление договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером № в адрес общества с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» было осуществлено в рабочем порядке. В результате в адрес судебного пристава - исполнителя было направлено письмо от 20 января 2017 г. № об отсрочке исполнения решения суда в связи с подачей кассационной жалобы.

Информация о том, что решения судов, по которым были возбуждены исполнительные производства по делу № и по делу № № не будут обжаловаться и подлежат неукоснительному исполнению, ответственным структурным подразделением ни исполняющему руководителя, ни другим должностным лицам Территориального управления не направлялась, ни через СЭДО, ни в рабочем порядке, что подтверждается докладной запиской заместителя руководителя ФИО4 от 17 февраля 2017 г. (том 1, л.д. 187). В результате требования судебного пристава-исполнителя по добровольному исполнению решений судов в установленный законом срок выполнены не были, в связи с чем 07 февраля 2017 г. были вынесены соответствующие постановления о взыскании исполнительского сбора в размере 

<

данные изъяты> рублей по каждому постановлению о возбуждении исполнительного производства. 

В ходе проверки комиссия пришла к выводу, что в действиях начальника отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества ФИО7 установлен факт ненадлежащего исполнения государственным гражданским служащим по его вине возложенных на него служебных обязанностей (бездействия), повлекших негативные последствия в виде неисполнения Межрегиональным территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях судебных постановлений и вынесение постановлений судебным приставом-исполнителем о взыскании исполнительского сбора с Межрегионального территориального управления на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей.

16 февраля 2017 г. исполняющим обязанности руководителя Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях ФИО8 было предложено ФИО7 в срок до 20 февраля 2017 г. дать письменные объяснения по факту непринятия мер и неисполнения указанных постановлений о возбуждении исполнительного производства (том 1, л.д. 214). 

От дачи каких-либо конкретных объяснений по вышеизложенным фактам ФИО7 отказался, указав лишь на то, что Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях не обладает правоспособностью (том 1, л.д. 215).

Между тем, в судебном заседании истец ФИО7 пояснил, что наложенная исполняющим обязанности руководителя ФИО1 резолюция «для предложений» не является контрольной, то есть не требует составления ответа или иных юридически значимых действий, а потому разрешается оперативным порядком, то есть совещательным. Согласно части 3 пункта 3.15.4 инструкции по делопроизводству, утвержденной приказом № от 28 сентября 2010 г., переписка между подразделениями по вопросам, которые могут быть решены в оперативном порядке и не требуют документального оформления, не допускается. В соответствии с частью 1 пункта 4.5 указанной инструкции вопросы между подразделениями Территориального управления решаются путем личного общения и/или переписки, если решение требует документального оформления. Поскольку на документах с входящими № и № исполняющим обязанности руководителя ФИО1 была наложена резолюция - «ФИО7 Для предложений», он (истец), исполняя данную резолюцию, неоднократно подходил к ФИО1 и говорил о том, что данные документы необходимо исполнять, а также предлагал ФИО1 поручить написать ответственному лицу соответствующее письмо судебному приставу-исполнителю о том, что постановления будут исполнены после получения результатов рассмотрения ранее поданной на решение 

<

данные изъяты> районного суда г. Тулы жалобы в Верховный Суд Российской Федерации, с чем ФИО1 согласилась. 

Документ с входящим № направлен прямой контрольной резолюцией ФИО4 и ему (истцу). Пунктом 2.3.13 инструкции по делопроизводству установлено, что в случаях, когда поручение дано нескольким лицам, равным по должности, основным исполнителем является лицо, указанное в поручении первым, или исполнитель, около фамилии которого стоит отметка «отв.» (ответственный). В связи с этим, исполняющая обязанности руководителя ФИО1., наложив контрольную резолюцию «для исполнения», прямо поручила ФИО4 исполнять документ, которая, в свою очередь, переадресовала его исполнение ФИО5., к прямым должностным обязанностям которой отнесена подготовка документов о приватизации земельных участков. Он (истец) завизировал письмо, подготовленное ФИО5 Указал, что заключение договоров купли-продажи земельных участков, как и учет объектов в реестре федерального имущества не отнесены к его компетенции как начальника отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества, в связи с чем на него необоснованно были расписаны резолюции как «для предложений», так и «для исполнения» в отношении постановлений судебного пристава-исполнителя, поскольку он не мог их исполнить.

Кроме того, он (истец) минимум два раза в день, утром и вечером, обходил почти все кабинеты служащих, в связи с чем нельзя вести речь об отсутствии взаимодействия с сотрудниками управления. 

Для проверки доводов истца о том, что он в устной форме доложил исполняющей обязанности руководителя территориального управления ФИО1 о том, что поступившие постановления судебного пристава-исполнителя (входящие №) необходимо исполнять и предложил ФИО1. поручить написать ответственному лицу соответствующее письмо судебному приставу-исполнителю о том, что постановления будут исполнены после получения результатов рассмотрения ранее поданной на решение 

<

данные изъяты> районного суда г. Тулы жалобы в Верховный Суд Российской Федерации, с чем ФИО1 согласилась, судом по ходатайству представителя ответчика была допрошена в качестве свидетеля ФИО1

Так, согласно показаний свидетеля ФИО1., на период поступления в Территориальное управление постановлений судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства, а именно на 09 января 2017 г., она исполняла обязанности руководителя Территориального управления. Поскольку начальник отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества ФИО7 знал о существовании решений 

<

данные изъяты> районного суда Тульской области от 07 июля 2016 г., а одно из них обжаловал вплоть до Верховного Суда Российской Федерации, она (свидетель) посчитала необходимым и целесообразным получить от него предложения по данным исполнительным производствам, чтобы не навредить дальнейшему развитию событий. ФИО7 действительно подходил к ней по вопросу исполнения данных постановлений, он говорил ей о том, что скорее всего решения суда придется исполнять, но точно воспроизвести разговор свидетель не смогла. При этом она, как руководитель Территориального управления, ожидала от ФИО7 конкретных действий в отношении исполнения ее резолюций, а именно предполагала, что ФИО7 напишет и отправит письмо судебному приставу-исполнителю с предложением об отсрочки исполнения постановлений до получения Территориальным управлением результатов рассмотрения жалобы Верховным Судом Российской Федерации. Однако ФИО7 не предпринял каких-либо действий по исполнению резолюций, кроме устной беседы с ней (свидетелем). Также показала, что ее резолюция по поводу исполнения постановления о возбуждении исполнительного производства на основании исполнительного листа, выданного 

<

данные изъяты> судом Тульской области, была исполнена ФИО5., которой ФИО4 переадресовала исполнение постановления судебного пристава-исполнителя - в адрес судебного пристава было направлено письмо с просьбой от отложении исполнительских действий, данное письмо было завизировано ФИО7 Не отрицала, что ФИО7 каждый рабочий день обходил почти все кабинеты его отдела.

Оценивая показания свидетеля ФИО1 по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу о том, что показания свидетеля ФИО1 являются относимым, допустимым и достоверным доказательством, поскольку показания свидетеля согласуются с иными доказательствами по делу, в том числе и с пояснениями истца ФИО7, не опровергаются письменными доказательствами, свидетель предупреждена от уголовной ответственности, не заинтересована в исходе дела.

Также суд учитывает, что свидетели по делу в результате стечения обстоятельств воспринимают факты, имеющие юридическое значение для правильного разрешения спора, и являются носителями информации об этих фактах; свидетели не высказывают суждения, включающие субъективную оценку относительно фактов.

Из положений статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что свидетели не относятся к субъектам материально-правовых отношений и в отличие от лиц, участвующих в деле, не имеют юридической заинтересованности в его исходе.

У суда нет оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных вышеуказанным свидетелем. Данных о какой-либо заинтересованности свидетеля ФИО1 в исходе дела нет, ее показания последовательны, дополняют друг друга, соответствуют и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других собранных по делу доказательствах.

Таким образом, суд считает установленным, что истец ФИО7 по указанным двум резолюциям (входящие № о 09 января 2017 г.) ограничился устной беседой с исполняющей обязанности руководителя Территориального управления ФИО1 а по резолюции ФИО1 в отношении входящего документа от 09 января 2017 года № - завизировал письмо, подготовленное сотрудником территориального управления ФИО5., которой ФИО4 перепоручила исполнение резолюции ФИО1 (том 1, л.д. 173).

Между тем, проанализировав объяснения истца ФИО7 об отсутствии каких-либо нарушений с его стороны, суд не может с ними согласиться по следующим основаниям.

Пунктом 2.8 положения об отделе правового обеспечения и реализации государственного имущества, утвержденной руководителем Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области от 01 октября 2013 г. (том 1, л.д. 72-79) установлено, что к задачам отдела относится обеспечение правовой защиты интересов государства и государственной собственности в судебных инстанциях, правоохранительных органах, государственных и муниципальных органах, учреждениях и предприятиях.

К функциям отдела относится рассмотрение материалов, в которых имеются сведения о нарушениях законодательства о приватизации, управлении и распоряжении федеральным имуществом, в том числе земельными участками, подготовка по ним соответствующих заключений (пункт 3.16 положения).

В соответствии с пунктом 3.21 положения об отделе правового обеспечения и реализации государственного имущества, взаимодействие отдела со структурными подразделениями регламентируется структурой Управления, соответствующими приказами и распоряжениями руководителя.

В силу пункта 5.6 положения, возложение на сотрудников отдела обязанностей, не предусмотренных настоящим положением и должностным регламентом, допускается по письменному поручению руководителя управления.

Аналогичные основные начала, организация и порядок деятельности отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества содержатся в положении об отделе, утвержденным исполняющим обязанности руководителя ФИО1 19 декабря 2016 г. (том 1, л.д. 129-137). 

Согласно части 1 статьи 47 Закона о государственной службе, профессиональная служебная деятельность гражданского служащего осуществляется в соответствии с должностным регламентом, утверждаемым представителем нанимателя и являющимся составной частью административного регламента государственного органа. В должностной регламент, в числе прочего, включаются должностные обязанности, права и ответственность гражданского служащего за неисполнение (ненадлежащее исполнение) должностных обязанностей в соответствии с административным регламентом государственного органа, задачами и функциями структурного подразделения государственного органа и функциональными особенностями замещаемой в нем должности гражданской службы (пункт 2 части 2 статьи 47). Примерные должностные регламенты утверждаются соответствующим органом по управлению государственной службой (часть 5 статьи 47).

18 ноября 2015 г. руководителем Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области ФИО6 утвержден должностной регламент начальника отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества (том 1, л.д. 182-186).

Должностной регламент государственного гражданского служащего ФИО7 не противоречит действующему законодательству, с должностным регламентом ФИО7 ознакомлен под роспись, указания на несоответствия отдельных положений должностного регламента действующему законодательству отсутствуют (том 1, л.д. 186).

В соответствии с пунктом 3.10 должностного регламента начальника отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества, в должностные обязанности начальника отдела входит организация и ведение претензионно-исковой работы в качестве представителя Управления.

Также к должностным обязанностям начальника отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества отнесено: взаимодействие в рамках должностных полномочий с работниками структурных подразделений Территориального управления Росимущества, участи в работе рабочих групп и совещаний по закрепленным направлениям деятельности управления (пункт 3.16); соблюдение сроков исполнения документов, заданий, поручений руководства (пункт 3.18); начальник отдела несет персональную ответственность за своевременное и качественное выполнение возложенных на него задач и функций, определенных указаниями и поручениями руководителя Управления (пункт 5.1); за неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него должностных обязанностей, за действия или бездействие, ведущие к нарушению прав и законных интересов граждан (пункт 5.2).

В соответствии с приказом Росимущества от 26 декабря 2016 г. № временно, с 01 января 2017 г. по 28 февраля 2017 г., обязанности руководителя Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области, исполняла ФИО1., без ограничения полномочий, установленных положением о Территориальном управлении (том 1, л.д. 60-61). Информация об исполнении ФИО1 обязанностей руководителя была внесена в сведения Единого государственного реестра юридических лиц (том 1, л.д. 233). Поскольку информация о ФИО8 в качестве руководителя Межрегионального территориального управления Росимущества в Тульской, Рязанской и Орловской областях, (назначенного на данную должность временно, с 21 декабря 2016 г. по 20 июня 2017., приказом Федерального агентства по управлению государственным имуществом от 21 декабря 2016 г. №), была внесена в Единый государственный реестр юридических лиц лишь только 02 февраля 2017 г. (том 1, л.д. 30), суд приходит к выводу, что на период 09 января 2017 г. именно ФИО1 исполняла обязанности руководителя Межрегионального территориального управления Росимущества в Тульской, Рязанской и Орловской областях. 

Как указывалось ранее, 09 января 2017 г. в Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области поступили три постановления Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств о возбуждении исполнительных производств, входящие №).

Из материалов дела следует, что два постановления о возбуждении исполнительного производства, входящие № и №, приняты судебным приставом-исполнителем на основании исполнительных листов, выданных 

<

данные изъяты> районным судом Тульской области в отношении решений от 07 июня 2016 г. по делу № и по делу №, по искам 

<

данные изъяты> межрайонного прокурора в интересах неопределенного круга лиц к Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области об обеспечении учета защитного сооружения гражданской обороны, согласно которым исковые требования были удовлетворены; суд обязал Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области обеспечить учет объектов гражданской обороны как объектов федеральной собственности путем внесения этих объектов в реестр федерального имущества (том 1, л.д. 177, 180, том 3, л.д. 148-157).

Постановление о возбуждении исполнительного производства, входящий №, принято судебным приставом-исполнителем на основании исполнительного листа, выданного 

<

данные изъяты> судом Тульской области в отношении решения от 25 августа 2016 г. по делу №, по заявлению общества с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» к Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области о признании решения незаконным, обязании направить договор купли-продажи земельного участка, которым заявление общества с ограниченной ответственностью «Автосоюз плюс» было удовлетворено; признано незаконным решение Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области от 05 мая 2016 г., как противоречащее Земельному кодексу Российской Федерации; Территориальное управлении Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области обязано направить обществу с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» проект договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером № (том 3, л.д. 159-162).

На данные постановления судебного пристава-исполнителя 09 января 2017 г. исполняющим обязанности руководителя территориального управления ФИО1 в системе электронного документооборота (СЭДО-ТУР) были наложены следующие резолюции:

- на входящие № - «ФИО7 Для предложений», со сроком исполнения 17 января 2017 г.;

- на входящий № – «ФИО4., ФИО7 Для исполнения, со сроком исполнения 09 февраля 2017 г.».

ФИО7 получил и открыл данные документы 12 января 2017 г., что усматривается из системы электронного документооборота и истцом в ходе судебного разбирательства по делу не оспаривалось. Однако в нарушение вышеприведенных норм положения об отделе правового обеспечения и реализации государственного имущества и должностного регламента ФИО7 не предпринял мер по надлежащему и своевременному исполнению поступивших в Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области документов.

Анализируя доводы истца ФИО7 относительно поставленных ФИО1 резолюций, суд учитывает следующее.

Согласно пункту 2.3.13 Инструкции по делопроизводству в Территориальном управлении Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области, утвержденной приказом от 28 сентября 2010 г. № (том 2, л.д. 22-66), в состав резолюции входят следующие элементы: фамилия исполнителя (исполнителей), содержание поручения, срок исполнения, подпись автора резолюции.

Приказом Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области от 01 июня 2012 г. № утвержден временный регламент безбумажного документооборота (пункт 1.2, том 2, л.д. 67-94).

Согласно пункту 1.6 регламента, резолюция (указание по исполнению) – это распорядительная информация о поручениях по документу (включает сведения об авторе, дате создания резолюции, исполнителе, содержании поручения, сроках исполнения, контроле).

В силу пункта 2.1 регламента, прием и регистрация входящих документов в Территориальном управлении Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области на бумажном носителе и в электронной форме (в том числе поступающих по системе МЭДО, через МВ-портал, Портал государственных услуг, СЭДО-Р, раздел «Общественная приемная» официального сайта территориального управления и на официальный электронный адрес территориального управления) осуществляются централизованно службой делопроизводства с использованием СЭДО-ТУР.

Таким образом, резолюции ФИО1., наложенные на входящие документы в СЭДО-ТУР, являются поручениями руководителя, которые, в свою очередь, в силу приведенных выше положений должностного регламента и регламента о безбумажном документообороте, были обязательны для исполнения начальником отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества ФИО7

Приказом Росимущества от 31 июля 2015 г. № «О взаимодействии Росимущества и его территориальных органов при осуществлении защиты прав и законных интересов Российской Федерации в судебном порядке» установлен порядок оспаривания судебных актов, принятых не в пользу Российской Федерации (том 3 л.д. 89 – 93).

Так, согласно пункту 4 данного приказа, принятые не в пользу Росимущества и его территориальных органов судебные акты должны быть в обязательном порядке оспорены территориальными органами Росимущества в судах апелляционной и кассационной инстанций (а при наличии оснований – по новым или вновь открывшимся обстоятельствам с момента выявления соответствующих оснований) по правилам, установленным процессуальным законодательством, за исключением случаев, указанных в настоящем приказе. 

При оспаривании вступивших в законную силу судебных актов, указанных в пункте 4 настоящего приказа, территориальному органу Росимущества одновременно с подачей соответствующей жалобы (заявления) необходимо заявлять ходатайство о приостановлении исполнения судебного акта (о приостановлении исполнительного производства) по правилам, установленным процессуальным законодательством и Федеральным законом от 02 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

Следовательно, поскольку в функции ФИО7 входят полномочия по организации и ведению претензионно-исковой работы в качестве представителя Территориального управления, ФИО7 был обязан предпринять законные, обоснованные и достаточные меры, позволившие бы избежать причинение вреда государственному органу и (или) нарушение законодательства Российской Федерации и, учитывая, что решения 

<

данные изъяты> районного суда Тульской области вступили в законную силу, ходатайства о приостановлении исполнительного производства не направлялись, ФИО7 был обязан довести до сведения руководителя, что данные решения подлежат неукоснительному исполнению, а также уведомить о совершенных конкретных действиях соответствующее структурное подразделение, ответственное за ведение реестра федерального имущества о необходимости/отсутствии необходимости исполнения решения суда; либо обеспечить обжалование постановлений по делу, либо подготовить и направить заявление о приостановлении исполнительного производства (при наличии достаточных оснований), направить его руководителю с предложением подписать указанные документы, либо подписать соответствующие документы самостоятельно, учитывая наличие доверенности с правом подписания подобных документов и информировать руководителя территориального управления об исполнении поручения (том 1, л.д. 206, 213).

Однако ФИО7 указанные действия осуществлены не были, надлежащее взаимодействие с иными структурными подразделениями Территориального управления не обеспечено, что повлекло неисполнение постановлений судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства, а затем и последующее вынесение 07 февраля 2017 г. постановлений о наложении исполнительского сбора (том 1, л.д. 219-230).

Кроме того, в соответствии с пунктом 4.3.12 инструкции по делопроизводству, переадресация (переметка) и передача документов по принадлежности вопроса из одного структурного подразделения в другое подразделение, к сфере ведения которого относятся вопросы, затрагиваемые в документе, осуществляется через службу делопроизводства в следующем порядке: документы, имеющие поручение руководителя – с согласия руководителя (путем соответствующей резолюции по докладной записке или наложения соответствующей резолюции на документ при устном докладе. Документ должен быть переадресован в течение одного дня при сроке его исполнения менее десяти дней (том 2, л.д. 58).

Таким образом, если ФИО7 полагал, что расписанные ему входящие документы не подлежат исполнению возглавляемым им структурным подразделением, он должен был в течение одного дня подготовить об этом докладную записку или устно доложить руководителю Территориального управления для организации надлежащей переадресации документов. При этом в материалах дела имеются ранее составленные истцом ФИО7 докладные записки о переадресации документов (том 2, л.д. 212-213, 215, 218, 220). 

С учетом изложенного, принимая во внимание отсутствие в СЭДО-ТУР каких-либо докладных записок от ФИО7 к указанным входящим документам (входящие №) и отсутствие новых резолюций к данным документам, обязанность, предусмотренная пунктом 4.3.12 инструкции по делопроизводству также истцом не исполнена, в связи с чем его доводы в указанной части подлежат отклонению.

Что касается исполнения документа с входящим № в отношении решения 

<

данные изъяты> суда Тульской области от 25 августа 2016 г., суд учитывает принятие мер по отсрочке исполнения постановления судебного пристава-исполнителя в виде направления расписанного ФИО4 исполнения сотруднику ФИО5 письма в адрес судебного пристава-исполнителя с просьбой об отложении исполнения исполнительного производства, завизированного истцом ФИО7

Однако данные меры оказались недостаточными и, более того, в силу действующего законодательства принятие указанных мер не является основанием для приостановления исполнительного производства, в связи с чем ФИО7 должен был отказать в согласовании данного письма, составленного ФИО5., разъяснив руководителю ФИО1. на его нецелесообразность.

Учитывая полномочия ФИО7, указанные выше, принимая во внимание нахождение на рассматриваемый период времени в 

<

данные изъяты> суде Центрального округа ранее составленной и направленной истцом кассационной жалобы на решение 

<

данные изъяты> суда Тульской области от 25 августа 2016 г. и постановление 

<

данные изъяты> суда от 08 ноября 2016 г., суд полагает, что в данном случае истец был обязан обеспечить подготовку и направление в суд кассационной инстанции ходатайства о приостановлении исполнительного производства, либо разъяснить руководителю Территориального управления необходимость исполнения судебного постановления.

Ссылка ФИО7 на пункт 3.15.4 инструкции по делопроизводству, согласно которому переписка между подразделения по вопросам, которые могут быть решены в оперативном порядке и не требуют документального оформления, не допускается, не может быть принята во внимание, поскольку, как следует из буквального толкования приведенного положения, оформление переписки между отделами не допускается в том случае, если вопросы могут быть решены в оперативном порядке и без документального оформления. Как следует из требований исполнительных документов, их исполнение в виде составления проекта договора купли-продажи земельного участка и внесения сведений об имуществе в реестр федерального имущества требуют однозначного письменного оформления. 

Разделом 3.15 инструкции по делопроизводству Территориального управления предусмотрено, что в случае, когда компетенции работника или руководителя подразделения недостаточно для разрешения какой-либо сложившейся ситуации или для предупреждения возможной негативной ситуации, составляется докладная записка – документ, адресованный руководителю вышестоящего уровня.

Проанализировав вышеизложенные конкретные обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что истцом ФИО7 не приняты все необходимые меры для возможного урегулирования спорной ситуации в целях исполнения указанных постановлений судебного пристава-исполнителя, не осуществлено надлежащее взаимодействие со структурными подразделениями Территориального управления, до которых не доведено о ходе обжалования судебных актов, не исполнены поручения руководителя Территориального управления, не соблюдены сроки рассмотрения входящей корреспонденции, не приняты меры к ее переадресации, чем нарушены пункты 3.16, 5.1, 5.2 должностного регламента.

При проведении служебной проверки комиссия пришла к выводу, что действия (бездействие) начальника отдела правового обеспечения и реализации государственного имущества ФИО7 повлекли за собой нарушение действующего законодательства Российской Федерации, выразившиеся в непринятии мер по исполнению судебных постановлений и, как следствие, причинение вреда государственному органу.

Так, тремя постановлениями судебного пристава-исполнителя Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств от 07 февраля 2017 г. с должника Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области был взыскан исполнительский сбор в общем размере 

<

данные изъяты> рублей (по каждому постановлению в размере 

<

данные изъяты> рублей) за неисполнение в добровольном порядке ранее принятых постановлений о возбуждении исполнительного производства, поступивших в Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области 09 января 2017 г. (входящие №, том 1, л.д. 103-105, 219-230). 

Решениями 

<

данные изъяты> районного суда г. Тулы от 27 марта 2017 г., от 05 апреля 2017 г. были удовлетворены административные исковые заявления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях к Межрайонному отделу судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств об уменьшении размера исполнительского сбора. Исполнительский сбор в отношении двух постановлений судебного пристава-исполнителя Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств от 07 февраля 2017 г. о взыскании исполнительского сбора по неисполнению в добровольном порядке требований исполнительного документа в отношении решений 

<

данные изъяты> районного суда Тульской области от 07 июня 2016 г., уменьшен до 

<

данные изъяты> рублей (том 3, л.д. 65-76).

Таким образом, в результате неисполнения истцом ФИО7 своих должностных обязанностей с Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской области был взыскан исполнительский сбор в общем размере 

<

данные изъяты> рублей (

<

данные изъяты>).

Факт неисполнения ответчиком указанных постановлений судебного пристава-исполнителя о взыскании исполнительского сбора как на момент расторжения с истцом служебного контракта, так и на дату принятия судом настоящего решения, не влияет на доводы ФИО7 о фактическом не причинении вреда государственному органу. Как следует из материалов дела, Федеральным агентством по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях 07 марта 2017 г. было направлено письмо в Федеральное агентство по управлению государственным имуществом о выделении дополнительных лимитов бюджетных обязательств на исполнение указанных постановлений (том 1, л.д. 89). Иные доводы истца ФИО7 относительно не причинения государству имущественного вреда, а именно о том, что взыскание исполнительского сбора по исполнению судебного акта, зачисляемого в федеральный бюджет, с федерального государственного органа, полностью финансируемого из федерального бюджета, не может являться вредом, причиненным государственному органу; а также о вынесении в течение 2016 г. в отношении Территориального управления девяти постановлений о наложении административного штрафа (том 3, л.д. 23-51), за которые никто из сотрудников не был привлечен к дисциплинарной ответственности, не влияют на законность увольнения, основаны на ошибочном толковании права, не имеют отношения к предмету рассматриваемого спора, в связи с чем судом отклоняются.

При этом постановления судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительных производств по исполнению указанных выше решений 

<

данные изъяты> районного суда Тульской области и 

<

данные изъяты> суда Тульской области фактически ответчиком исполнены, что следует из выписок из реестра федерального имущества от 21 февраля 2017 г. №, а также из договора купли-продажи № находящегося в собственности Российской Федерации земельного участка с кадастровым номером № от 13 февраля 2017 г. и акта приема-передачи от 17 февраля 2017 г. (том 3, л.д. 163-171).

Таким образом, суд, вопреки доводов истца, приведенных в ходе судебного разбирательства, признает доказанным наступление в результате совершенного истцом дисциплинарного проступка последствий в виде причинения вреда государственному органу. Не смотря на то, что Закон о государственной гражданской службе не определяет, что следует понимать под вредом государственному органу, необходимо исходить из того, что гражданские служащие, замещающие должность гражданской службы категории «руководители», наделены особыми полномочиями, от добросовестного исполнения которых зависит, в том числе, и авторитет государственного органа, нормальное его функционирование.

Нарушение должностных обязанностей, причинившее вред государственному органу и нарушение законодательства Российской Федерации, взыскание с ответчика штрафа за неисполнение в добровольном порядке постановления судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства и послужившее причиной невыполнения (ненадлежащего выполнения) возложенных законодательством на государственный орган государственных функций, что свидетельствует также о причинении вреда авторитету государственному органу, может рассматриваться как грубое нарушение должностных обязанностей.

К законодательству в данном случае следует отнести как законы, так и иные нормативные правовые акты, определяющие правовой статус государственного органа, порядок его функционирования, взаимоотношения с другими государственными органами, организациями и гражданами, правовое положение гражданских служащих, осуществляющих профессиональную служебную деятельность в данном государственном органе. 

Проверив доводы истца относительно правоспособности Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях в связи с незавершением процесса его реорганизации, суд признает их несостоятельными в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 57 Гражданского кодекса Российской Федерации реорганизация юридического лица (слияние, присоединение, разделение, выделение, преобразование) может быть осуществлена по решению его учредителей (участников) или органа юридического лица, уполномоченного на то учредительным документом.

В силу пункта 2 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации при присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к последнему переходят права и обязанности присоединенного юридического лица.

Согласно пункту 10 раздела III Типового положения о территориальном органе (межрегиональном органе) Федерального агентства по управлению государственным имуществом, утвержденного Приказом Минэкономразвития России от 01 ноября 2008г. № 374 (ред. от 31.08.2016) установлено, что реорганизация и ликвидация территориального органа осуществляется по решению Агентства в порядке, установленном законодательством.

Приказом Федерального агентства по управлению государственным имуществом от 19 декабря 2016 г. № предусмотрена реорганизация территориальных органов Росимущества в форме присоединения Территориального управления Росимущества в Орловской области и Территориального управления Росимущества в Рязанской области к Территориальному управлению Росимущества в Тульской области (том 1, л.д. 23-27).

Согласно пункту 4 данного приказа от 19 декабря 2016 г. № Федеральным агентством по управлению государственным имуществом принято решение о переименовании Территориального управления Росимущества в Тульской области в Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях.

При этом решение об изменении наименования юридического лица относится к компетенции уполномоченного лица, которым в данном случае является Росимущество.

Пунктом 5 статьи 5 Федерального закона от 08 августа 2001 г. № 129-ФЗ (ред. от 28.12.2016) «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» установлено, что если иное не установлено настоящим Федеральным законом, юридическое лицо в течение трех рабочих дней с момента изменения указанных в пункте 1 настоящей статьи сведений, за исключением сведений, указанных в подпунктах «м», «о», «р», обязаны сообщить об этом в регистрирующий орган по месту своего соответственно нахождения и жительства. В случае, если изменение указанных в пункте 1 настоящей статьи сведений произошло в связи с внесением в учредительные документы, внесение изменений в Единый государственный реестр юридических лиц осуществляется в порядке, предусмотренном главой VI настоящего Федерального закона.

Подпунктом «а» пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 08 августа 2001 г. №129-ФЗ предусмотрено, что в Едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения и документы о юридическом лице, в том числе полное и (в случае, если имеется) сокращенное наименование.

Из материалов дела следует, что сведения о переименовании Территориального управления в Тульской области в Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 27 января 2017 г. (том 1, л.д. 29), следовательно, оспариваемый истцом приказ от 09 марта 2017 г. № правомерно, в силу приведенных норм материального права и данных Единого государственного реестра юридических лиц был издан Межрегиональным территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях, поскольку внесение изменений в учредительные документы в части наименования не влияет на правоспособность юридического лица, выбытие стороны из правоотношения фактически не произошло.

Судом установлено, что действительно реорганизация Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях до настоящего времени не завершена, однако данное обстоятельство не влияет на необоснованность доводов истца в рассматриваемой части, поскольку приказ Росимущества от 19 декабря 2016 г. № не содержит каких-либо указаний на последовательность действий базового территориального органа Росимущества по реорганизации, а сам факт внесения изменений в учредительные документы относительно переименования юридического лица не свидетельствует о завершении реорганизационных мероприятий. Из материалов дела следует, что ответчик находится в стадии реорганизации в форме присоединения, в процессе реорганизации изменено наименование Территориального управления в Тульской области в Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской.

Ссылка истца на имеющуюся в материалах дела блок-схему плана мероприятий реорганизации Территориального управления в Межрегиональное территориальное управление (том 3, л.д. 20-22) также не свидетельствует об обоснованности доводов ФИО7, поскольку, как пояснил в судебном заседании представитель ответчика, данная блок-схема поступила в управление по электронной почте и носит рекомендательный характер. Доказательств, свидетельствующих о согласовании данной блок-схемы с Федеральным агентством по управлению государственным имуществом, в материалы дела не представлено.

Изложенные обстоятельства позволяют суду придти к выводу о том, что требования истца в части признания незаконными материалов служебной проверки, проведенной на основании приказа № от 09 февраля 2017 г., являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению. 

В соответствии с частью 4 статьи 58 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» дисциплинарное взыскание применяется непосредственно после обнаружения дисциплинарного проступка, но не позднее одного месяца со дня его обнаружения, не считая периода временной нетрудоспособности гражданского служащего, пребывания его в отпуске, других случаев отсутствия его на службе по уважительным причинам, а также времени проведения служебной проверки.

Днем обнаружения дисциплинарного проступка, с которого исчисляется срок применения дисциплинарного взыскания, считается день, когда непосредственному руководителю гражданского служащего стало известно о совершенном проступке.

09 марта 2017 г. издан приказ Межрегиональным территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской № «О расторжении служебного контракта, освобождении от замещаемой должности и увольнении с федеральной государственной гражданской службы ФИО7».

Таким образом, дисциплинарное взыскание применено непосредственно после обнаружения дисциплинарного проступка, с соблюдением установленных законом сроков.

Постановлением Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 05 января 2004 г. № 1 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты» утверждены согласованные с Министерством финансов Российской Федерации, Министерством экономического развития и торговли Российской Федерации, Министерством труда и социального развития Российской Федерации унифицированные формы первичной учетной документации по учету труда и его оплаты, в том числе, утверждена форма №Т-8 "Приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)».

Приказ Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской № от 09 марта 2017 г. соответствует форме №, утвержденной Постановлением Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 05 января 2004 г. №, не противоречит по форме, по содержанию требованиям действующего трудового законодательства, а также Закона о государственной службе. 

При квалификации нарушения должностных обязанностей как грубого, суд учитывает разъяснение, содержащееся в пункте 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», данное применительно к аналогичным положениям Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которому вопрос о том, являлось ли допущенное нарушение грубым, решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела, при этом обязанность доказать, что такое нарушение в действительности имело место и носило грубый характер, лежит на работодателе, как и обязанность доказывания соблюдения порядка применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

Суд учитывает сведения как о положительной характеристике истца (том 3, л.д. 128), его поощрениях, так и проведенных служебных проверках и взысканиях, согласно которым ФИО7 был награжден почетной грамотой Территориального управления Министерства имущественных отношений Российской Федерации (приказ от 29 декабря 2004 г. №); поощрен 24 декабря 2008 г. (приказ №, почетная грамота Территориального управления), благодарственное письмо Главного Федерального инспектора от 06 декабря 2010 г. (распоряжение №,); 17 декабря 2012 г. (приказ №, благодарность Росимущества), почетная грамота Правительства Тульской области от 21 января 2014 г. (распоряжение №); к ФИО7 были применены взыскания: замечание (приказ от 10 августа 2012 г. №, на основании представления прокуратуры Тульской области от 29 июня 2012 г. №); снижение размера премии на 

<

данные изъяты> % (приказ от 07 июня 2016 г. №, на основании представления прокуратуры Тульской области от 05 мая 2016 г. №); без взыскания в силу части 5 статьи 58 Федерального закона о государственной службы (срок применения), на основании представления прокуратуры Тульской области от 14 июня 2016 г. № по фактам нарушений законодательства, регламентирующего реализацию имущества, арестованного во исполнение судебных решений) (том 3, л.д. 78, 108-112).

Оценив представленные сторонами доказательства, суд, разрешая спор по существу, приходит к выводу о законности увольнения истца по вышеуказанному основанию, поскольку факт совершения истцом дисциплинарного проступка доказан, характер причинения вреда государственному органу и нарушение законодательства виновными действиями истца в результате дисциплинарного проступка установлены, как и обстоятельства, послужившие основанием для проведения служебной проверки, порядок привлечения к дисциплинарной ответственности работодателем соблюден.

Учитывая исключительную компетенцию работодателя (в данном случае представителя нанимателя) на выбор конкретного вида применяемого дисциплинарного взыскания, а также то обстоятельство, что совершение гражданским служащим, замещающим должность гражданской службы категории «руководители», однократного грубого нарушения своих должностных обязанностей, повлекшего за собой причинение вреда государственному органу и (или) нарушение законодательства Российской Федерации, изначально является законодательно установленным основанием к увольнению такого лиц, суд полагает, что ответчиком был соблюден принцип соразмерности наложенного взыскания тяжести совершенного ФИО7 проступка.

Доводы истца о нарушении его трудовых прав не ознакомлением с материалами служебной проверки основаны на ошибочном толковании норм права, поскольку нормами Федерального закона о государственной гражданской службе (статья 59) не предусмотрена обязанность представителя нанимателя знакомить гражданского служащего с материалами служебной проверки. Кроме того, истцу было известно о наличии приказа от 17 февраля 2017 г. № «О создании комиссии и проведении служебной проверки», что следует из акта от 02 марта 2017 г., составленному ФИО2., ФИО3 и ФИО1., согласно которому ФИО7 отказался от ознакомления с приказом от 17 февраля 2017 г. № «О создании комиссии и проведении служебной проверки», в связи с чем данный приказ был зачитан ФИО7 вслух (том 1, л.д. 207). Данное обстоятельство позволяло истцу воспользоваться правами, установленными частью 8 статьи 59 Федерального закона о государственной гражданской службе, в том числе и об ознакомлении по окончании служебной проверки с письменным заключением и другими материалами по результатам служебной проверки.

В обоснование заявленных требований истец также ссылается на то, что он является инвалидом третьей группы бессрочно (том 2, л.д. 125), в связи с чем подпадает под категорию лиц, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите; служебная проверка и приказ о расторжении служебного контракта носят дискриминационный характер в сфере труда, не связанными с деловыми качествами работника и являются преследованием его и превышением полномочий со стороны исполняющего обязанности руководителя Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях ФИО8, поскольку вызваны написанием им (истцом) в адрес заместителя министра экономического развития Российской Федерации – руководителя Федерального агентства по управлению государственным имуществом докладной записки о нарушениях закона при проведении реорганизации, происходящей в Тульском управлении; незаконным увольнением ему причинен непоправимый вред деловой репутации, что следует из письма администрации г. Тулы от 18 апреля 2017 г., в котором истцу отказано в рекомендации для включения в кадровый резерв на замещение должности муниципальной службы начальника отдела земельных отношений комитета имущественных и земельных отношений администрации г. Тулы.

Между тем, факты дискриминации истца при расторжении с ним служебного контракта достоверно не доказаны.

Согласно статье 3 Трудового кодекса Российской Федерации никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества независимо от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, политических убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Статьей 1 Конвенции N 111 Международной организации труда "Относительно дискриминации в области труда и занятий" от 25 июня 1958 г. определено, что термин "дискриминация" включает: всякое различие, исключение или предпочтение, основанные на признаках расы, цвета кожи, пола, религии, политических убеждений, национальной принадлежности или социального происхождения и имеющие своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей или обращения в области труда и занятий.

Статьей 2 Конвенции установлено, что всякое различие, исключение или предпочтение, основанные на специфических требованиях, связанных с определенной работой, разногласия между работником и руководителем по вопросам производственной деятельности не считаются дискриминацией.

Согласно части 3 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации, не являются дискриминацией установление различий, исключений, предпочтений, а также ограничение прав работников, которые определяются свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловлены особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите, либо установлены в соответствии с законодательством о правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации в целях обеспечения национальной безопасности, поддержания оптимального баланса трудовых ресурсов, содействия в приоритетном порядке трудоустройству граждан Российской Федерации и в целях решения иных задач внутренней и внешней политики государства.

Таким образом, наличие разногласий между истцом и представителем нанимателя относительно реорганизации управления не свидетельствуют о фактах дискриминации либо злоупотребления правом.

Иные выше приведенные доводы истца основаны на предположении и ничем объективно не подтверждены.

Нормы Закона о государственной службе не содержат положений, регулирующих установление гарантий лицам, в отношении которых установлена инвалидность при расторжении трудового договора и определяют специфику государственной гражданской службы Российской Федерации.

Профессиональная служебная деятельность граждан Российской Федерации по обеспечению исполнения полномочий органов государственной власти предопределяет особый правовой статус государственных гражданских служащих, установление которого осуществляется федеральным законодателем, имеющим право посредством специального правового регулирования определять для данной категории лиц соответствующие права, обязанности, ограничения и гарантии с учетом специфики задач, принципов организации и функционирования государственной гражданской службы.

Между тем пункт 6 части 1 статьи 37 Закона о государственной гражданской службе не содержит ограничение прав представителя нанимателя право расторгнуть служебный контракт с государственным гражданским служащим, относящимся к лицам, имеющим группу инвалидности, допустившим грубое нарушение своих должностных обязанностей.

Проанализировав вышеизложенные конкретные обстоятельства в их совокупности и с учетом приведенных норм права, учитывая, что суд признает установленным доказанность наступления в результате совершенного истцом дисциплинарного проступка последствий в виде причинения вреда государственному органу и нарушение законодательства Российской Федерации, а специфика государственной гражданской службы Российской Федерации как профессиональной служебной деятельности граждан Российской Федерации по обеспечению исполнения полномочий органов государственной власти предопределяет особый правовой статус государственных гражданских служащих, установление которого осуществляется федеральным законодателем, имеющим право посредством специального правового регулирования определять для данной категории лиц соответствующие права, обязанности, ограничения и гарантии с учетом специфики задач, принципов организации и функционирования государственной гражданской службы, и приходит к выводу о том, что требования истца ФИО7 в части признания незаконным приказа Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях от 09 марта 2017 г. №, материалов служебной проверки, проведенной на основании приказа от 17 февраля 2017 г. №- недействительными, изъяв их личного дела, а действия исполняющего обязанности руководителя Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях ФИО8 носящими дискриминационный характер, обязав принести истцу письменные извинения, удовлетворению не подлежат.

Отказ истцу в удовлетворении вышеуказанных требований влечет за собой отказ в удовлетворении иска в части в части обязания Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях ФИО8 о взыскании денежного содержания за время вынужденного прогула в размере среднего заработка, обязании переписать вкладыш к трудовой книжке, исключив из нее незаконно внесенные записи, как производных от основных требований.

Также, поскольку в ходе настоящего судебного разбирательства не установлен факт нарушения трудовых прав истца, как и причинение истцу действиями ответчика физических или нравственных страданий, суд не находит оснований и для удовлетворения требований ФИО7 о взыскании компенсации морального вреда.

Рассмотрев дело в пределах заявленных и поддержанных в судебном заседании требований, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО7 к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях о признании незаконным приказа государственного органа, материалов служебной проверки недействительными, признании действий исполняющего обязанности руководителя носящими дискриминационный характер и обязании принести извинения, взыскании денежного содержания за время вынужденного прогула в размере среднего заработка, взыскании компенсации морального вреда, обязании переписать вкладыш к трудовой книжке, исключив из нее незаконно внесенные записи, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд г. Тулы в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда принято 19 мая 2017 года.

Председательствующий