Дело №

(232331)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 16 октября 2018 года

Ленинский районный суд 

<

адрес> края в составе: 

председательствующего судьи Красько О.А.

при секретаре судебного заседания ФИО8,

с участием:

государственного обвинителя – старшего помощника прокурора 

<

адрес> ФИО9,

защитника подсудимого ФИО1 – адвоката ФИО10, предоставившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный Адвокатским кабинетом ФИО10, 

защитника подсудимого ФИО6 – адвоката Клеймёнова Д.М., предоставившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный филиалом некоммерческой организации 

<

адрес>вой коллегии адвокатов – конторой адвокатов №, 

представителя потерпевших ФИО5, ФИО14 – ФИО54, действующего на основании доверенностей 

<

адрес>9 от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

адрес>8 от ДД.ММ.ГГГГ, 

представителя потерпевших ФИО5, ФИО14 – адвоката ФИО55, действующей на основании доверенностей 

<

адрес>8 от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

адрес>0 от ДД.ММ.ГГГГ, предоставившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный КА «Бест», 

подсудимых: ФИО1, ФИО6, 

рассмотрев в открытом судебном заседании ходатайство защитника подсудимого ФИО1 – адвоката ФИО10 о возвращении уголовного дела прокурору в отношении:

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, имеющего высшее образование, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, Жариковская, 7, неженатого, имеющего на иждивении малолетнего ребенка ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работающего в ООО «Востокконстракшн», невоеннообязанного, не имеющего хронических заболеваний, не являющегося инвалидом, ранее не судимого, копию обвинительного заключения получившего ДД.ММ.ГГГГ, в отношении которого избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, 

ФИО6, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> края, гражданина Российской Федерации, имеющего неоконченное высшее образование, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес> общ., проживающего по адресу: 

<

адрес>, ФИО7, 

<

адрес>, женатого, имеющего на иждивении малолетнего ребенка ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, неработающего, состоящего на воинском учете в отделе военного комиссариата 

<

адрес>, имеющего хроническое заболевание: вегетососудистая дистония, не являющегося инвалидом, ранее не судимого, копию обвинительного заключения получившего ДД.ММ.ГГГГ, в отношении которого избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в том, что в один из дней, не позднее ДД.ММ.ГГГГ, у последнего возник умысел на приобретение путем обмана права на чужое имущество - именные обыкновенные акции ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук, принадлежащие ФИО5, общей рыночной стоимостью 83 538 000 рублей, то есть в особо крупном размере. Для реализации своих преступных намерений, в один из дней, не позднее ДД.ММ.ГГГГ, находясь в неустановленном следствием месте, ФИО1 привлек к своей незаконной деятельности ФИО6, достоверно зная о том, что последний является специалистом по ценным бумагам в группе компаний ФИО14 – брата ФИО5, в связи с чем, у ФИО6 сложились доверительные отношения с ФИО5, кроме того, на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ № (выданной ФИО5 ФИО6 сроком на три года), последний был уполномочен представлять интересы ФИО5 как акционера во всех акционерных обществах, владельцем акций которых она являлась. ФИО1 в полном объёме осведомил ФИО6 о своем преступном умысле, после чего, ФИО1 и ФИО6 договорились о совместном совершении преступления, т.е. вступили в преступный сговор, направленный на приобретение путем обмана права на чужое имущество - именные обыкновенные акции ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук, принадлежащие ФИО5, в особо крупном размере. В связи с чем, ФИО1 дал указание ФИО6 подготовить документы по списанию именных обыкновенных акций ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук с лицевого счета ФИО5 и зачислению их на лицевой счет ФИО1 При подготовке к совершению преступления, в один из дней, не позднее ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6, действуя умышленно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, по указанию последнего изготовил пакет документов для списания именных обыкновенных акций ОАО «Дальприбор» с лицевого счета ФИО5 и зачисления их на лицевой счет ФИО1, в том числе передаточное распоряжение от ДД.ММ.ГГГГ. Далее, с целью реализации преступного умысла, направленного на приобретение путем обмана права на именные обыкновенные акции ОАО «Дальприбор», принадлежащие ФИО5, в особо крупном размере, ФИО6, по указанию ФИО1, назначил встречу ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в помещении Владивостокского регионального филиала ОАО «ФИО13С.Т.» (являющегося держателем реестра владельцев акций ОАО «Дальприбор»), расположенного по адресу: 

<

адрес>, под предлогом необходимости блокирования всех операций по её лицевому счету владельца ценных бумаг, якобы для предотвращения их хищения. После чего, ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время, не позднее 11 часов 00 минут, ФИО1 совместно с ФИО6, действуя группой лиц по предварительному сговору, умышленно, из корыстных побуждений, с целью реализации преступного умысла, направленного на приобретение путем обмана права на именные обыкновенные акции ОАО «Дальприбор», принадлежащие ФИО5, в количестве 1 700 000 штук, на общую сумму 83 538 000 рублей, то есть в особо крупном размере, прибыли по адресу: 

<

адрес>, где ФИО1 зашел в здание Владивостокского регионального филиала ОАО «ФИО13С.Т.», а ФИО6, выполняя отведенную ему роль, встретился возле здания Владивостокского регионального филиала ОАО «ФИО13С.Т.» с ФИО5, после чего проследовал вместе с ней в помещение указанной организации, в котором уже находился ФИО1 Находясь в помещении Владивостокского регионального филиала ОАО «ФИО13С.Т.» по указанному адресу, ФИО6, реализуя совместный преступный умысел, направленный на приобретение путем обмана права на акции ОАО «Дальприбор», в особо крупном размере, действуя умышленно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, сообщил ФИО5 заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения о том, что ей необходимо подписать документы, якобы для блокирования всех операций по её лицевому счету владельца ценных бумаг, тем самым ввёл её в заблуждение, после чего предоставил ФИО5 для подписания пакет документов, в том числе передаточное распоряжение, убедив её в необходимости их подписания. ФИО5, доверяя ФИО6, будучи введенной им в заблуждение относительно того, что представленные ей документы предназначены для блокирования всех операций по её лицевому счету владельца ценных бумаг, поставила свои подписи в документах, в том числе передаточном распоряжении от ДД.ММ.ГГГГ (о списании акций ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук с лицевого счета ФИО5 в пользу ФИО1), не читая их содержания, после чего покинула помещение Владивостокского регионального филиала ОАО «ФИО13С.Т.». После чего, реализуя совместный преступный умысел, направленный на приобретение путем обмана права на именные обыкновенные акции ОАО «Дальприбор», принадлежащие ФИО5, в количестве 1 700 000 штук, в особо крупном размере, ДД.ММ.ГГГГ в период с 11 часов 22 минут до 13 часов 30 минут, находясь в помещении Владивостокского регионального филиала ОАО «ФИО13С.Т.» по адресу: 

<

адрес>, ФИО6, действуя согласованно с ФИО1, группой лиц по предварительному сговору, умышленно, из корыстных побуждений, осознавая противоправный характер своих действий, предоставил, на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, указанное передаточное распоряжение оператору операционного отдела Владивостокского регионального филиала ОАО «ФИО13С.Т.», после чего сотрудники Владивостокского регионального филиала ОАО «ФИО13С.Т.», будучи неосведомленными о преступном характере действий ФИО6, на основании полученного передаточного распоряжения от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО5, произвели операцию по списанию с лицевого счета ФИО5 акций ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук. В свою очередь, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в период с 11 часов 22 минут до 13 часов 30 минут, находясь в помещении Владивостокского регионального филиала ОАО «ФИО13С.Т.» по адресу: 

<

адрес>, действуя одновременно с ФИО6, группой лиц по предварительному сговору, умышленно, из корыстных побуждений, осознавая противоправный характер своих действий, предоставил изготовленную при неустановленных следствием обстоятельствах, анкету на свое (ФИО1) имя, предназначенную для открытия лицевого счета в реестре акционеров ОАО «Дальприбор», оператору операционного отдела Владивостокского регионального филиала «ФИО13С.Т.», после чего сотрудники Владивостокского регионального филиала «ФИО13С.Т.», будучи неосведомленными о преступном характере действий ФИО1, на основании полученной анкеты от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО1, произвели операцию по зачислению на лицевой счет ФИО1 акций ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук, ранее принадлежавших ФИО5, общей рыночной стоимостью 83 538 000 рублей. В результате преступных действий ФИО1 и ФИО6 именные обыкновенные акции ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук рыночной стоимостью 49 рублей 14 копеек каждая, на общую сумму 83 538 000 рублей, были списаны с лицевого счета ФИО5 и зачислены на лицевой счет ФИО1 Таким образом, ФИО1, действуя группой лиц по предварительному сговору с ФИО6, умышленно, из корыстных побуждений, путем обмана, приобрел право на чужое имущество – именные обыкновенные акции ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук рыночной стоимостью 49 рублей 14 копеек каждая, на общую сумму 83 538 000 рублей, безвозмездно обратив их в свою пользу, чем причинил ФИО5 ущерб в особо крупном размере на указанную сумму.

Указанные действия каждого из обвиняемых: ФИО1, ФИО6 квалифицированы органами предварительного следствия по ч. 4 ст. 159 УК РФ – мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

У ФИО1 в один из дней, не позднее ДД.ММ.ГГГГ, возник умысел на хищение путем обмана чужого имущества - денежных средств ФИО14 в особо крупном размере. Для реализации своих преступных намерений, в один из дней, не позднее ДД.ММ.ГГГГ, находясь в неустановленном следствием месте, ФИО1 привлек к своей незаконной деятельности неустановленных следствием лиц, которых в полном объёме осведомил о своем преступном умысле. После чего ФИО1 и данные лица договорились о совместном совершении преступления, т.е. вступили в преступный сговор, направленный на хищение путем обмана чужого имущества - денежных средств ФИО14 в особо крупном размере. При подготовке к совершению преступления, в один из дней, не позднее ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 совместно с неустановленными следствием лицами, действуя группой лиц по предварительному сговору, находясь в неустановленном следствием месте, при неустановленных следствием обстоятельствах, умышленно, из корыстных побуждений, осознавая противоправный характер своих действий, получили чистые листы бумаги формата А-4 с имеющейся на них подписью ФИО14 и изготовили из них (путем нанесения печатного текста при помощи монохромного электрографического печатающего устройства поверх чистых листов с подписью ФИО14) заведомо подложные документы: договор № займа от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 500 000 000 рублей, согласно которому ФИО1 /займодавец/ передал в собственность ФИО14 /заемщику/ деньги в сумме 500 000 000 рублей (с процентной ставкой 12 % годовых) на срок до шести календарных месяцев со дня заключения договора; акт приемки-передачи денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 /займодавец/ и ФИО14 /заемщик/, согласно которому заемщик в соответствии с пунктом 4 договора займа от ДД.ММ.ГГГГ передал, а займодавец принял денежные средства в размере 5 000 000 рублей в качестве уплаты процентов за пользование денежными средствами по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ; договор купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Альтаир» в лице генерального директора ФИО14 /продавец/ и ФИО1 /покупатель/, согласно которому предметом договора являются объекты недвижимости: здание-склад, общей площадью 2 735,70 кв.м. (Лит.6, 6А), условный №, 6А); земельный участок площадью 5 275 кв. м. кадастровый №, расположенные по адресу: 

<

адрес> стоимостью 60 000 000 рублей; соглашение о проведении взаимных расчетов от ДД.ММ.ГГГГ по договору купли- продажи от ДД.ММ.ГГГГ и договору займа от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Альтаир» в лице генерального директора ФИО14 /сторона-1/ и ФИО1 /сторона-2/, согласно которому стороны договорились произвести взаимные расчеты следующим образом: ФИО1 уплачивает ФИО14 60 000 000 рублей по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ООО «Альтаир» и ФИО1, и считается надлежащим образом выполнившим условия пункта 2.2.2 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ; ФИО14 уплачивает ФИО1 60 000 000 рублей, полученные от последнего в качестве оплаты по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, в качестве досрочного возврата части займа, полученного по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с данным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ, стороны договорились, что после проведения настоящих взаимных расчетов долг ФИО14 по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО1 и ФИО14, составляет с ДД.ММ.ГГГГ 440 000 000 рублей и должен быть возвращен до ДД.ММ.ГГГГ. Далее, с целью реализации преступного умысла, направленного на хищение путем обмана денежных средств ФИО14 в особо крупном размере, в один из дней, не позднее ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 совместно с неустановленными следствием лицами, действуя группой лиц по предварительному сговору, находясь в неустановленном следствием месте, при неустановленных следствием обстоятельствах, действуя умышленно, из корыстных побуждений, осознавая противоправный характер своих действий, изготовили исковое заявление во Фрунзенский районный суд 

<

адрес>, согласно которому ФИО1 (истец) требовал взыскать с ФИО14 (ответчика) 444 400 000 рублей, из которых 440 000 000 рублей – сумма основного долга по договору № займа от ДД.ММ.ГГГГ и 4 400 000 рублей - проценты. После чего, ДД.ММ.ГГГГ, реализуя преступный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств ФИО14 в особо крупном размере, ФИО1 совместно с неустановленными следствием лицами, действуя группой лиц по предварительному сговору, умышленно, из корыстных побуждений, осознавая противоправный характер своих действий, подали указанное исковое заявление во Фрунзенский районный суд 

<

адрес>, расположенный по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировав его в канцелярии суда за № от ДД.ММ.ГГГГ, приложив к исковому заявлению, в обоснование требований ФИО1, копии указанных подложных документов - договора № займа от ДД.ММ.ГГГГ и акта приемки-передачи денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ, достоверно зная, что это не соответствует действительности, - что на самом деле у ФИО14 отсутствуют долговые обязательства перед ФИО1 Для участия в судебных заседаниях, с целью поддержания незаконных исковых требований и доведения своего преступного умысла до конца, ФИО1, под видом оказания ему юридических услуг, привлек в качестве своих представителей: ФИО2 (доверенность на представление интересов № от ДД.ММ.ГГГГ), ФИО3 (доверенность на представление интересов № от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО4 (доверенность на представление интересов № от ДД.ММ.ГГГГ), которые, будучи не осведомленными о преступных намерениях ФИО1, участвовали в судебных заседаниях, в ходе которых поддерживали исковые требования ФИО1 В обоснование своих незаконных требований, направленных на завладение денежными средствами ФИО14 в размере 444 400 000 рублей, ФИО1 совместно с неустановленными следствием лицами, действуя умышленно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору, осознавая противоправный характер своих действий, передали представителям ФИО1 - ФИО15 и ФИО2, для предоставления в суд, оригиналы подложных документов - договора № займа от ДД.ММ.ГГГГ, акта приемки-передачи денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ, договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Альтаир» и ФИО1, соглашения о проведении взаимных расчетов от ДД.ММ.ГГГГ по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и договору займа от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 и ФИО2, будучи не осведомленными о преступных намерениях ФИО1, действуя по указанию последнего, в обоснование заявленных исковых требований их доверителя – ФИО1, предоставили суду, согласно протоколу судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №, указанные подложные документы. По результатам проведенного судебного разбирательства по гражданскому делу №, в ходе которого была проведена судебная технико-криминалистическая экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ по предоставленным документам - договору № займа от ДД.ММ.ГГГГ, акту приемки-передачи денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ, договору купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Альтаир» и ФИО1, соглашению о проведении взаимных расчетов от ДД.ММ.ГГГГ по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, суд признал договор № займа от ДД.ММ.ГГГГ незаключенным, так как в данном договоре подпись со стороны заемщика была выполнена до заключения самого договора, что свидетельствует о недостижении соглашения об условиях договора, кроме того, судом установлено отсутствие каких-либо доказательств наличия указанной денежной суммы у ФИО1 Учитывая изложенное ДД.ММ.ГГГГ Фрунзенский районный суд 

<

адрес> принял решение (вступившее в законную силу ДД.ММ.ГГГГ) об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО14, в связи с чем, преступная группа не смогла довести свой преступный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств ФИО14 в сумме 444 400 000 рублей, то есть в особо крупном размере, до конца по независящим от него обстоятельствам.

Указанные действия ФИО1 квалифицированы органами предварительного следствия по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ – покушение на мошенничество, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на хищение чужого имущества путем обмана, совершенные группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

В ходе судебного разбирательства были допрошены потерпевшие ФИО5, ФИО14, свидетели ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19. ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33. ФИО34. ФИО60, ФИО35, ФИО36, ФИО3, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40 ФИО41, ФИО42, специалисты: ФИО43, ФИО44, ФИО45, оглашены показания свидетелей ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО61, ФИО50, ФИО51, ФИО52, исследованы письменные доказательства по делу.

Защитником подсудимого ФИО1 – адвокатом ФИО10 в ходе судебного следствия ДД.ММ.ГГГГ заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору 

<

адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В обоснование ходатайства защитник указал, что в ходе судебного следствия были выявлены и подтверждены многочисленные нарушения закона, а также установлена неполнота проведенного предварительного следствия, противоречия в процессуальных документах, необъективность свидетельских показаний. Примененная конструкция обвинения прямо противоречит требованиям ст. 73, 171 УПК РФ, поскольку не отражает конкретных обстоятельств, подлежащих доказыванию, и существенно нарушает право ФИО1 знать, в чем он обвиняется, и осуществлять свою защиту. Нарушения имеются и в конструкции обвинения по эпизоду ч. 4 ст. 159 УК РФ хищение акций ОАО «Дальприбор» у ФИО5 Фабула обвинения по данному эпизоду также содержит неконкретные сведения о времени и месте предполагаемого возникновения умысла ФИО1 на хищение акций и вступления в сговор с ФИО6 на совершение данного преступления. Кроме этого, в фабуле обвинения участникам группового преступления не расписано распределение ролей и вид соучастия каждого члена предполагаемой преступной группы. По версии следствия чистые листы с подписями были получены каким-то неустановленным способом от правоохранительных органов. Между тем, в рамках судебных заседаний и при осмотрах доказательств был установлен факт, что общее количество изъятых при обысках листов с подписями ФИО14 и ФИО16, полностью соотносится с количеством листов впоследствии возвращенных указанным лицам, а также количеству листов, уничтоженных ФИО34 при выполнении им служебных обязанностей. В соответствии с показаниями понятых, которые являются сотрудниками ФИО14, ФИО34 уничтожал чистые листы, которые при изъятии были пронумерованы потерпевшей ФИО5 (делая их непригодными для изготовления договора займа и сопутствующих документов, находящихся в уголовном деле), что позволяет сделать однозначный вывод о том, что листы, уничтоженные ФИО34 являются именно теми, которые были изъяты по адресу 

<

адрес>, где находились на хранении у ФИО5 и были определены самой ФИО5, как листы с подписью ФИО14 Следствием в обвинительном заключении относительно факта пропажи чистых листов с подписью ФИО14 сделан неправомерный вывод, направленный на то, чтобы ввести суд в заблуждение. Вывод следствия, основанный на результатах экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ проведенной по сшивам 1-1, 1-443,полностью опровергается представлением данных сшивов для обозрения суда потерпевшими в судебном заседании по ходатайству стороны защиты. Представляя сшивы 1-1, 1-443 представители потерпевших сами делают заявление, что в данных сшивах подписи ФИО14 нет. Суд, осмотрев и установив, что в данных сшивах подписи ФИО14 отсутствуют, не стал приобщать их, как не имеющие отношения к уголовному делу. Сторона защиты на основании приведенных доказательств полностью опровергает версию следствия и устанавливает, что заявление ФИО14 о пропаже чистых листов с его подписью является голословным (сделанным им для неисполнения финансовых обязательств перед ФИО1). Следствие, устанавливая факт пропажи листов с подписью ФИО14, и указывая его как доказанное событие, ссылается на материалы (экспертиза №), которые не изучают подпись ФИО14 в связи с ее отсутствием, а вывод в указанной экспертизе сделан в отношении чистых листов с подписью лица, не являющегося потерпевшим по данному уголовному делу. ФИО1 никаких листков, ни от кого, тем более от ФИО34, не получал. Также обвиняемый ФИО1, был инициатором допроса эксперта ФИО53 и рассчитывал на соблюдения всех процессуальных норм УПК РФ, в том числе на возможность ознакомления с допросом эксперта, что прямо предусмотрено п. 6 ч. 1 ст. 198 УПК РФ, однако в нарушение закона, обвиняемый ФИО1 не ознакомлен с протоколом допроса эксперта ФИО62 В результате чего ФИО1 не имел возможности постановки новых вопросов эксперту ФИО62, не имел возможности дачи оценки верности ее суждений, и применяемых ею методик исследования, законности использования оборудования и технических характеристиках приборов, что является существенным нарушением права обвиняемого на защиту. На основе показаний потерпевшего ФИО14, свидетеля ФИО16, следствие делает вывод о том, что ряд компаний (более 100) входят в условно обозначенный холдинг, владельцем которого является ФИО14 С учетом представленных потерпевшими и их представителями документов, следователем делается неправомерное утверждение, о том, что целесообразность в привлечении сторонних денежных средств, в том числе путем займа у ФИО1 отсутствовала. Ссылка на обстоятельства, что ФИО14 не нуждался в денежных средствах, при потенциальном наличии у него имущества, не могут быть приняты во внимание. Кроме этого стороной защиты, в качестве доказательств опровергающих версию обвинения предоставлено нотариально удостоверенная переписка между ФИО6 и сотрудниками Банка Москвы и МДМ Банка. В представленной переписке в марте 2011 года, ФИО6 по поручению ФИО14 согласовывает подписание документов для получения кредита на компании, владельцем которых является ФИО14, что подтверждает заинтересованность ФИО14 в привлечении заемных денежных средств и опровергает его показания. Сделанный обвинением вывод о нецелесообразности кредита 5 000 000 рублей при наличии личных накоплений в размере 80 000 000 рублей противоречит документам уголовного дела, доказывающим и подтверждающим показания данные ФИО1 о том, что у него имелось 80 000 000 рублей и более собственных средств. В материалах уголовного дела присутствуют документы, доказывающие и подтверждающие показания данные ФИО1 ранее о том, что у него имелось 80 млн. рублей собственных средств. Вывод следствия о том, что личных накоплений у ФИО1 в размере 80 000 000 рублей не было из-за кредитных обязательств в банках в размере 5 000 000 рублей и 1 000 000 рублей противоречит материалам дела, которые позволяют установить подлежащие доказыванию и имеющие значение для уголовного дела обстоятельства. Документы, связанные с переходом права собственности на акции ОАО «Дальприбор» от ФИО5 к ФИО1, оформлены в полном соответствии с требованиями действующего законодательства. Передаточное распоряжение по форме и содержанию (т. №, стр. 179), исключает возможность ссылаться на обстоятельство того, что ФИО5 перепутала его с иным документом (блокировочное распоряжение), не осознавала последствий, которые влечет за собой подписание данного документа. При визуальном изучении передаточного распоряжения становится очевидно, что его наименование «передаточное распоряжение» нанесено крупным шрифтом черного цвета в верхней трети белого листа бумаги формата А4. Из содержания текста передаточного распоряжения совершенно определенно и недвусмысленно следует, что при его подписании ФИО5 акции ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук стоимостью 49 500 000 рублей передаются ФИО1, о чем делается соответствующая запись в передаточном распоряжении. Подписание передаточного распоряжения подтверждается показаниями самой ФИО5, и заключением проведенной по делу судебной почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. №, стр. 192-195). Отсутствуют доказательства наличие у ФИО5 психических заболеваний и заболеваний органов зрения. Фактическое подписание ФИО5 передаточного распоряжения от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствует о надуманности утверждений ФИО5 и ее неосведомленности о характере совершаемых ею действий. В соответствии с перечнем приведенных доказательств в обвинительном заключении, одним из них является протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ, отчета об оценке обыкновенных именных акций ОАО «Дальприбор» на ДД.ММ.ГГГГ, у потерпевшей ФИО5 в служебном кабинете № по адресу, 

<

адрес> УМВД России по 

<

адрес>. Согласно отчету «наиболее вероятная рыночная стоимость» пакета обыкновенных именных акций открытого акционерного общества «Дальприбор», состоящего из 1 700 000 акций номиналом 0,01 руб. каждая (23,521% акционерного капитала), по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляла 83 538 000 рублей при стоимости 1 акции – 49 руб. 14 коп. (т. № стр. 74-76). Указанный отчет об оценке обыкновенных именных акций ОАО «Дальприбор» на ДД.ММ.ГГГГ осмотрен, признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (т. № стр. 79) и по итогам признания данного отчета и приобщении его в качестве доказательства, следователем была установлена сумма ущерба, которая в последующем была инкриминирована ФИО1 В данном случае следователем была произведена подмена следственных действий и принятия процессуальных решений в нарушение смыслового содержания. В соответствии с правовыми позициями изложенными в п. 30 Постановления пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", судам постановлено, определяя стоимость имущества, похищенного в результате мошенничества, присвоения или растраты, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене похищенного имущества его стоимость может быть установлена на основании заключения специалиста или эксперта. Установленная отчетом № от ДД.ММ.ГГГГ «наиболее вероятная рыночная стоимость» никак не может быть соотнесена к «фактической стоимости» указанной в постановлении пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", как обязательного требования установленного высшим судебным органом РФ определяющим ущерб по уголовному делу. Представленный следственным органом отчет № от ДД.ММ.ГГГГ не является заключением специалиста, не поименован как заключение специалиста, и содержит условия и пределы его применения, поскольку является возмездной услугой предоставленной ФИО5 для информирования её о выкупной стоимости акций. В тоже время обвинение ФИО1 и ФИО6 основано на стоимости акций определенных на основании отчета оценщика, не имеющего процессуального статуса в рамках уголовного дела, ни в качестве специалиста, ни в качестве эксперта, с учетом того, что права и обязанности, предусмотренные УПК РФ оценщику не разъяснялись. Обвинение ФИО1 и ФИО6 основано на стоимости акций определенных на основании отчета оценщика № от ДД.ММ.ГГГГ «Об оценке обыкновенных именных акций ОАО «Дальприбор» на 16.05.2011». Кроме этого, ДД.ММ.ГГГГ ими был заключен договор №-Б со специалистом-оценщиком ФИО63 на проведение и определение рыночной стоимости объекта оценки – обыкновенных именных акций в количестве 1 700 000 штук, что составляет 23,521% от Уставного капитала, выпущенных Публичным акционерным обществом «Дальприбор», на ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ, по результатам оценки специалистом-оценщиком ФИО63 подготовлен отчет № Б об оценке рыночной стоимости обыкновенных именных акций в количестве 1 700 000 штук, что составляет 23,521% от Уставного капитала, выпущенных Публичным акционерным обществом «Дальприбор». В соответствии с выводами оценщика значение рыночной стоимости акций по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, составляет 96 267 600 рублей. Таким образом, стороной защиты фактически было опровергнуто утверждение стороны обвинения о действительной сумме и размере предполагаемого ущерба. Данный факт вновь подтверждает то обстоятельство, что отсутствует полнота собранных доказательств, а представленный защитой отчет свидетельствует об отсутствии установленной суммы ущерба. В опровержении показаний ФИО5 и версии следствия, стороной защиты приобщен акт приема-передачи денежных средств на сумму 49 500 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ, подписанный от имени ФИО1 и ФИО5 свидетельствующий о получении ФИО5 денежных средств за проданные ею акции ОАО «Дальприбор». В своих показаниях потерпевшая ФИО5 утверждает, что фактически принадлежащие ей акции ОАО «Дальприбор» она продавать не желала, а действовала исключительно под влиянием обмана, ФИО1 она не знает, и впервые увидела его только на очной ставке. Показания потерпевшей ФИО5 и версия следствия полностью опровергаются объективными данными, а именно фотографиями, сделанными ДД.ММ.ГГГГ рядом с помещением Владивостокского регионального филиала ОАО «ФИО13С.Т.» по адресу: 

<

адрес>, на которых изображены ФИО1, ФИО6, а также ФИО5, которые до момента подписания соответствующих документов и купли-продажи акций, непосредственно обсуждают вопрос перехода права собственности на ценные бумаги (приобщены в ходе судебного заседания). Необходимо отметить, что ряд нарушений содержится в привлечении в качестве обвиняемого. Так следователь, как обстоятельства значимые при совершении преступления указывает факт получения сотрудниками филиала Регистратор РОСТ анкеты от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО1 (анкета физического лица), на основании которой они произвели операцию по зачислению на лицевой счет ФИО1 акций ОАО «Дальприбор». Данные обстоятельства, указанные в основополагающем процессуальном документе не соответствуют действительности, поскольку операции с ценными бумагами происходят на основании договора купли-продажи и передаточного распоряжения, а не на основании анкеты физического лица. Соответственно привлечение в качестве обвиняемого носит предположительный характер, основанный надомыслах и субъективных суждениях. Выявленные нарушения требований уголовно-процессуального кодекса исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения. Просит возвратить уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч.4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ и ФИО6 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ прокурору 

<

адрес>, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Адвокат ФИО10, подсудимый ФИО1, подсудимый ФИО6 и его защитник - адвокат Клеймёнов Д.М. ходатайство поддержали в полном объеме, просили его удовлетворить. 

Представители потерпевших ФИО5, ФИО14 – ФИО54, адвокат ФИО55 в удовлетворении заявленного ходатайства просили отказать, указав, что представленный защитником в заявленном ходатайстве перечень, якобы имеющихся нарушений процессуального законодательства, не препятствует рассмотрению уголовного дела в суде и постановке приговора. В частности, указанный защитником факт не ознакомления ФИО1 с протоколом допроса эксперта в ходе предварительного следствия не является нарушением, влекущим возвращение уголовного дела прокурору. Ходатайство защитника не содержит указания на такие нарушения уголовно-процессуального закона, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела. Опровержение защитником доказательств, зафиксированных в обвинительном заключении, не более чем позиция защиты, которая не исключает возможность вынесения по делу приговора. При этом элементы составов преступления описаны в соответствии с требованиями закона и на основе имеющихся в деле доказательств. Доводы защитника о том, что в ходе предварительного следствия не установлена фактическая стоимость похищенного пакета акций не соответствует действительности. В обвинительном заключении указана фактическая стоимость пакета акций ОАО «Дальприбор», установленная на основании оценки специалистов и подтвержденная потерпевшей ФИО5 в ходе допросов и заявлением гражданского иска в данном деле. Указав на причиненный ей ущерб от совершения преступления в сумме равной оценочной стоимости акции согласно отчету, и заявив исковое требование о возмещении ей ущерба в сумме, указанной в отчете, приобщенном к материалам уголовного дела, ФИО5 согласилась с тем, что наиболее вероятная рыночная цена акций по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, указанная в отчете, является той, по которой она была бы готова продать пакет акций ОАО «Дальприбор» ДД.ММ.ГГГГ при наличии у нее интереса к продаже акций. Таким образом, указанная в обвинительном заключении стоимость похищенных акций, является фактической, действительной и основанной на заключении специалистов с учетом воли собственника акций. Сторона защиты представила в качестве доказательства отчет об оценке акций ОАО «Дальприбор» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, в котором похищенный ФИО1 и ФИО6 у ФИО5 пакет акций ОАО «Дальприбор» оценен в сумму более той суммы, которая указана в обвинительном заключении. Наличие указанного отчета не является основанием для вывода о недостоверном установлении органом предварительного следствия суммы ущерба, причиненного преступлением ФИО5 Заявляя исковые требования ниже суммы указанной в представленном защитой отчете, ФИО5 не нарушает прав подсудимых и не усугубляет их ответственность. При этом, определенная в обвинительном заключении фактическая стоимость похищенного имущества не нарушает прав потерпевшей на возмещение реально причиненного ей ущерба, поскольку совпадает с мнением потерпевшей о сумме причиненного ей ущерба. Подтверждением указанной позиции представителей потерпевших являются материалы уголовного дела, в которых находятся документы о сделке купли-продажи похищенного пакета акций ОАО «Дальприбор» между ФИО1 и ООО «ВладДевелопмент». Сделка произведена спустя всего несколько дней после хищения, что исключает значительное изменение стоимости акций, т.е. их рыночная наиболее вероятная стоимость на момент сделки, с учетом обоих отчетов, находится в пределах 83-97 млн. рублей. Сумма сделки при этом практически в два раза ниже указанных пределов, и составляет менее 50 000 000 рублей. При этом сумма сделки, безусловно определена сторонами, как соответствующая рыночной цене акций ОАО «Дальприбор» на момент продажи, и обусловлена готовностью покупателя приобрести акции по указанной цене, а также согласием продавца продать акции по цене, указанной в договоре. Таким образом, на момент совершения сделки фактическая стоимость акций составила сумму, указанную в договоре. Кроме того, обвинение подсудимых, изложенное в обвинительном заключении, может быть скорректировано в ходе процесса прокурором путем уточнения или изменения, если таковое не усугубляет положение подсудимых, что предусмотрено законом.

Государственный обвинитель – старший помощник прокурора 

<

адрес> ФИО9 относительно удовлетворения заявленного ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору в порядке требований ст. 237 УПК РФ, не возражала, поскольку в настоящее время все доказательства государственного обвинения исследованы, установлен ряд противоречий, исключающих возможность вынесения итогового решения по делу, и имеются основания для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

Выслушав доводы и возражения участников процесса, изучив материалы уголовного дела, суд пришел к следующему: 

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В этой связи возвращение дела прокурору может иметь место, когда это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, если на досудебных стадиях допущены нарушения, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Как следует из положений ч.1 ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию следующие обстоятельства: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; характер и размер вреда, причиненного преступлением; обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания.

По смыслу ст. 225 УПК РФ обвинительное заключение является итоговым процессуальным документом, завершающим предварительное расследование по уголовному делу и определяющим в силу ст. 252 УПК РФ пределы судебного разбирательства.

В соответствии с требованиями п.п. 2,5,8 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь в числе иных сведений указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причиненного преступлением, перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания.

Исходя из содержания указанных норм закона, соответствующим требованиям уголовно-процессуального законодательства будет считаться, в частности, такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, с обязательным указанием в полном объеме подлежащих доказыванию и имеющих значение по делу данных о каждом деянии, указанном в формулировке обвинения.

Согласно высказанной Конституционным Судом РФ правовой позиции, содержащейся в Постановлении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П, основанием для возвращения дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность принятия по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, и которые не могут быть устранены в судебном заседании.

В соответствии с п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", определяя стоимость похищенного в результате мошенничества, присвоения или растраты, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о стоимости похищенного имущества она может быть установлена на основании заключения специалиста или эксперта.

Соответственно по уголовному делу о хищении в обязательном порядке подлежат установлению фактическая стоимость похищенного имущества (размер вреда, причиненного преступлением).

Обвинение, предъявленное ФИО1, ФИО6 и обвинительное заключение, составленное на его основе, указанным требованиям не соответствуют:

Как установлено в судебном заседании, вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, органом следствия не установлен размер вреда на момент совершения преступления, в связи с чем доводы следователя о размере вреда, приведенные в обвинительном заключении, являются предположением, не основанном на соответствующих доказательствах и не подтвержденными экспертным заключением.

Согласно обвинению ФИО1, действуя группой лиц по предварительному сговору с ФИО6, умышленно, из корыстных побуждений, путем обмана, приобрел право на чужое имущество – именные обыкновенные акции ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук рыночной стоимостью 49 рублей 14 копеек каждая, на общую сумму 83 538 000 рублей, безвозмездно обратив их в свою пользу, чем причинил ФИО5 ущерб в особо крупном размере на указанную сумму.

Размер причиненного ущерба установлен органами предварительного следствия в отчетом № от ДД.ММ.ГГГГ «Об оценке обыкновенных именных акций ОАО «Дальприбор», а также показаниями потерпевшей ФИО5, допрошенной в ходе предварительного следствия, которая пояснила, что в результате совершенного преступления ей причинен ущерб в размере 83 538 000 рублей.

Согласно предъявленному ФИО1 и ФИО6 обвинению, преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 159 УК РФ, было совершено в особо крупном размере, что является одним из квалифицирующих признаков данного преступления. При этом по версии обвинения особо крупный размер обусловлен причиненным ущербом в размере 83 538 000 рублей.

Следовательно, для данного уголовного дела размер причиненного ущерба имеет существенное значение, поскольку обуславливает инкриминируемый им квалифицирующий признак. Однако из представленных доказательств следует, что размер вреда, приведенный в обвинительном заключении, является предположением, не основанном на соответствующих доказательствах и не подтвержденным экспертным заключением. При этом, исходя из положений ст. 252 УПК РФ суд лишен возможности устранить указанный недостаток и самостоятельно изменить в обвинении сумму причиненного ущерба в период инкриминируемого им деяния.

Допущенные недостатки в изложении существа обвинения, его неконкретность и противоречивость, не указание и не установление в обвинительном заключении важных для дела обстоятельств, исключают возможность постановления на его основе законного и обоснованного приговора или иного решения. 

Суд не имеет полномочий самостоятельно устанавливать не указанные в обвинении обстоятельства и изменять обстоятельства вмененных деяний за пределами предъявленного обвинения, установление обстоятельств, подлежащих доказыванию, судом за рамками предъявленного обвинения и в противоречии с ним, явилось бы прямым нарушением принципов уголовного судопроизводства и грубым нарушением права подсудимых на защиту.

Таким образом, в судебном заседании установлены существенные нарушения требований УПК РФ, которые не могут быть устранены в судебном заседании при его слушании.

Кроме того, установленный органом следствия размер вреда опровергается представленным в судебное заседание стороной защиты заключением специалиста-оценщика, которое содержит отличные от обвинительного заключения сведения о размере вреда.

Так, согласно представленному стороной защиты отчету №Б об оценке рыночной стоимости обыкновенных именных акций в количестве 1 700 000 штук, что составляет 23,521% от Уставного капитала, выпущенных Публичным акционерным обществом «Дальприбор» от ДД.ММ.ГГГГ, значение рыночной стоимости - обыкновенных именных акций в количестве 1 700 000 штук, что составляет 23,521% от Уставного капитала, выпущенных Публичным акционерным обществом «Дальприбор» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 96 267 600 руб. или 56,63 руб. за одну обыкновенную именную акцию в составе 23,521% от Уставного капитала ПАО «Дальприбор».

Установленные обстоятельства свидетельствуют о том, что обвинительное заключение составлено до окончания предварительного расследования, то есть до установления характера и размера вреда, а значит с нарушением требований уголовно-процессуального закона.

Выявленное нарушение требований уголовно-процессуального закона исключает возможность постановления судом приговора или вынесению иного решения на основе данного заключения, поскольку оно не устранимо в заседании суда, не уполномоченного осуществлять предварительное расследование и устанавливать характер и размер вреда причиненного преступлением.

Кроме того, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ стороной защиты в качестве доказательств стороны защиты представлен акт приема-передачи денежных средств в размере 49 500 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1 передал ФИО5 49 500 000 (сорок девять миллионов пятьсот тысяч) рублей за проданные акции ОАО «Дальприбор» в количестве 1 700 000 штук. 

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ потерпевшая ФИО5 обозрев ксерокопию акта приема-передачи, в ходе дополнительного допроса показала, что по внешним данным почерк и подпись в акте приема-передачи выполнены ею, когда была выполнена запись и подпись она сказать не может, вышеуказанный акт видит впервые, подобного документа в форме акта приема-передачи денег она не подписывала, денежные средства не получала, акции не продавала. Также пояснила, что слово «лично» при подписании каких-либо документов, она никогда не использует, и она не могла подписать подобный документ ни при каких условиях, если бы знала содержание текста. 

Согласно выводам почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной на основании постановления суда, установлено, что рукописная запись «лично ФИО5», расположенная в строке «49 500 000 рублей» в акте приема-передачи денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ выполнена самой ФИО5. Подпись от имени ФИО5, расположенная в строке «49 500 000 рублей получил» в акте приема-передачи денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ, выполнена, вероятно, самой ФИО5. 

С учетом этих обстоятельств доводы стороны защиты об отсутствии в действиях обвиняемых признаков хищения нуждаются в дополнительной проверке.

Недостатки, допущенные при составлении обвинительного заключения, препятствуют постановлению приговора и согласно положениям п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ указывают на необходимость возвращения уголовного дела прокурору. 

Учитывая, что имеющиеся недостатки в обвинительном заключении не могут быть устранены судом, уголовное дело на основании ст. 237 УПК РФ подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрению судом.

Также суд отмечает, что органом предварительного расследования не были в полной мере проверены доводы стороны защиты о том, что ФИО1 имел личные накопления в размере около 80 миллионов рублей. При этом представленные стороной защиты в подтверждение указанного выше утверждения доказательства не получили надлежащей оценки.

В частности не получили должной оценки приобщенные стороной защиты к материалам уголовного дела договора займа: ФИО42 и ФИО39 на сумму 82 000 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ (т. №, стр. 64); ФИО56 и ФИО39 на сумму 14 000 000 рублей (т. №, стр. 65); ФИО57 и ФИО39 на сумму 9 000 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ (т. №, стр. 66-67); ФИО57 и ФИО39 на сумму 9 000 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ (т. №, стр. 68-69); ответы УФНС России по 

<

адрес>, из которых следует, что доходы компаний принадлежащих ФИО39 и ФИО1 по данным бухгалтерской отчетности (т. №, стр. 152): доходам по данным бухгалтерской отчетности ООО «ДВ Рыбопродукт» которые составили: за 2009 год 96 125 000 рублей, за первое полугодие 2010 года 8 300 000 рублей, общий доход за 2009 года и первое полугодие 2010 года, составил: 104 425 000 рублей, доходы по данным бухгалтерской отчетности ООО «Дескриптор Трейдинг» составили: за 2009 год 383 411 000 рублей; за 2010 год 306 000 000 рублей; за 2011 года 500 605 000 рублей, общий доход за 2009-2011гг составил: 1 190 016 000 рублей. Доходы по данным бухгалтерской отчетности ООО «Остров Сокровищ» (Том 21, стр. 168), составили: за 2009 год 34 457 000 рублей, за 2010 год 32 098 000 рублей, за 2011 год 20 544 000 рублей, общий доход за 2009-2011гг составил: 87 099 000 рублей. Общий доход компаний принадлежащих ФИО39 и ФИО1 за период с 2009 по 2011 год составил: 1 381 540 000 рублей. 

Следствием также не допрошен ФИО42, который мог бы дать определённые показания по факту займа денежных средств ФИО39 летом 2010 года в размере 152 600 000 рублей, в конце ноября-декабря 2010 года в размере 82 000 000 рублей.

Согласно показаниям ФИО42 в судебном заседании, он занимал ФИО39 денежные средства: летом 2010 года в размере 152 600 000 рублей, в конце ноября-декабря 2010 года в размере 82 000 000 рублей, которые последний вернул ему безналичным переводом, 152 600 000 рублей было возвращено с компании «Джойн Вейн» на компанию «Оушен Лайнер Сшиппинг Лимитет», принадлежащую ему, 82 000 000 рублей было возвращено с компании «Дальакфес Лимитед» безналичным переводом на компанию «Оушен Лайнер Сшиппинг Лимитет».

К показаниям свидетеля защиты ФИО36, органы предварительного следствия относятся критически, так как у ФИО36 и в ООО «ВладДевелопмент» отсутствовали документы, подтверждающие возврат ФИО64 денежной наличности в полном объеме с учетом процентов, а именно расходных кассовых ордеров, так как ФИО36 занимал ООО «ВладДевелопмент» денежные средства в размере 42 250 000 рублей наличными путем предоставления их в кассу указанного юридического лица, а также, что указанную денежную наличность накопил за все годы своей трудовой деятельности, и хранил их дома. Органы предварительного следствия считаю, что, что сделки носили формальный характер, а договоры займа и приложенные к ним приходные и расходные ордера являются подложными.

Вместе с тем вопрос о подложности договоров займа и приложенных к ним приходных и расходных ордеров, не исследован.

В ходе судебного следствия стороной защиты также были приобщены нотариальные копии договоров займа подписанных между ФИО1 и ФИО58, на общую сумму 38 000 000 рублей, данные документы подтверждают, наличие у ФИО1 в указанный период суммы 153 160 239 рублей в наличности.

В судебном заседании также по ходатайству защиты допрошены свидетель ФИО39, который подтвердил, что ФИО1, является его партнером по бизнесу с делением доли в компаниях 50/50, что он занял ФИО1 300 000 000 рублей, для заключения договора займа на сумму 500 000 000 рублей с ФИО14, дополнительно были предоставлены договора займа между ФИО59 (на сумму 152 600 000 рублей) и ФИО65 (на сумму 49 000 000 рублей), то сеть общая сумма подтвержденной наличности, имеющейся у ФИО39 по документам находящимся в уголовном деле и представленными в ходе судебного заседания на момент займа ФИО1, составляет 319 600 000 рублей.

Обвинительное заключение не может являться законным в силу того, что расследование данного уголовного дела проведено с явным обвинительным уклоном. Следствием допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном производстве.

Вывод следствия об отсутствии у ФИО1 личных денежных средств, прямо противоречит объективно установленным обстоятельствам.

При таких обстоятельствах обвинительное заключение по уголовному делу № (232331) по обвинению ФИО1, ФИО6 не соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, составлено с их нарушениями, которые являются не устранимыми в судебном заседании, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него функцию осуществления правосудия.

Указанные нарушения, допущенные в ходе предварительного расследования по уголовному делу, в судебном заседании не устранимы, что исключает возможность постановления судом приговора или иного решения на основе данного заключения, что в силу ст. 237 УПК РФ является основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Статья 237 УПК РФ, предусматривающая основания для возвращения дела прокурору, не содержит запрета на возвращение дела прокурору со стадии судебного разбирательства. 

При возвращении уголовного дела прокурору следует решить вопрос о мере пресечения. 

В отношении ФИО1, ФИО6 в настоящее время действует мера пресечения в виде нахождения под подпиской о невыезде и надлежащем поведении.

С учетом данных о личности каждого из обвиняемых, а также категории преступлений, в совершении которых им предъявлено обвинение, оснований для отмены ранее избранной меры пресечения в виде нахождения под подпиской о невыезде и надлежащем поведении в отношении каждого из обвиняемых, либо замене её на иную, в том числе более суровую, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 236, 237, 256 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Ходатайство защитника подсудимого ФИО1 – адвоката ФИО10 о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, ФИО6, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ прокурору 

<

адрес>, для устранения препятствий его рассмотрения судом – удовлетворить.

Уголовное дело № (232331) по обвинению ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, ФИО6 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ возвратить прокурору 

<

адрес>, для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 оставить без изменения.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО6 оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано или опротестовано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам 

<

адрес>вого суда в течение 10 суток со дня его вынесения, с подачей апелляционной жалобы или апелляционного представления через Ленинский районный суд 

<

адрес>.

В случае обжалования постановления в апелляционном порядке обвиняемые вправе ходатайствовать о личном участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Дополнительные апелляционные жалобы, поступившие в суд апелляционной инстанции позже, чем за 5 дней до даты судебного заседания, рассмотрению не подлежат. 

Судья О.А. Красько