Дело № 1-57(119013200721110072)/2020;

УИД: 42MS0042-01-2019-000302-16

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Киселёвск 13 февраля 2020 г.

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе: председательствующего – судьи Василевичевой М.В.,

при секретаре – Маликовой А.С.,

с участием: государственного обвинителя – старшего помощника прокурора города Киселёвска Кемеровской области Пономаренко Н.В.,

подсудимого – ФИО1,

защитника подсудимого – адвоката Киселёвой И.А., представившей удостоверение «Адвокатский кабинет Киселёвой Ирины Александровны г. Киселёвск Кемеровской области № 42/311» № 273 от 11 декабря 2002 г. и ордер на защиту ФИО1 № 392 от 22 января 2019 г.,

потерпевшей – К.Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

В городе Киселёвске Кемеровской области ФИО1 совершил преступление при следующих обстоятельствах:

так, он 18 ноября 2018 г. около 12 часов, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в доме по адресу: 

<

адрес>, в ходе ссоры с К.Н.А., действуя умышленно, с целью причинения вреда здоровью, нанёс К.Н.А. не менее 3-х ударов кулаками в 

<

данные изъяты>, не менее 2-х ударов ногой в 

<

данные изъяты> причинив К.Н.А. 

<

данные изъяты> квалифицируются как вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью более 21-х суток (как каждый в отдельности, так и все в совокупности), а также причинил 

<

данные изъяты>, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. 

<

данные изъяты>

Подсудимый ФИО1, раскаявшись и не оспаривая фактические обстоятельства совершения преступления, изначально в судебном заседании виновным себя признавал частично, выразив своё отношение к инкриминируемому деянию, пояснил, что не согласен с инкриминируемым квалифицирующим признаком причинения вреда здоровью, выразившегося в неизгладимом обезображивании лица потерпевшей К.Н.А., по обстоятельствам инкриминируемого преступления показания давать отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции Российской Федерации. В последующем, выступая с последним словом, с учётом изменения государственным обвинителем обвинения в сторону смягчения путём переквалификации деяния с ч. 1 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 1 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, в судебном заседании вину в инкриминируемом деянии признал в полном объёме.

Суд, проведя судебное следствие, выслушав судебные прения и последнее слово подсудимого, считает, что виновность ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных выше в приговоре, в судебном заседании установлена и подтверждается следующими доказательствами.

Из показаний допрошенной в судебном заседании потерпевшей К.Н.А., которая также подтвердила правильность своих показаний, данных ею в ходе предварительного следствия по уголовному делу (л.д. 50-53 том 1, л.д. 156-161 том 1), следует, что проживает по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> К.О.В. 17 ноября 2018 г. к ним в гости приехала 

<

данные изъяты> – Щ.О.В. вместе со своим 

<

данные изъяты> ФИО1, остались переночевать, поскольку они совместно распивали спиртное. На следующий день, то есть 18 ноября 2018 г., её 

<

данные изъяты> ушёл на работу, а она вместе с Щ.О.В. и ФИО1 остались дома, продолжили распивать спиртное. Через некоторое время, около 12 часов, между 

<

данные изъяты> произошёл конфликт. Она стала заступаться за Щ.О.В., просила ФИО1 покинуть её дом. В ответ на это подсудимый ФИО1 подверг её избиению. Когда они находились в коридоре дома, то ФИО1 нанёс ей не менее 5 ударов 

<

данные изъяты>. От ударов она упала 

<

данные изъяты> на диван, но он продолжил наносить удары кулаками по 

<

данные изъяты>. Когда ей удалось подняться с дивана, то она смогла убежать в зал, сила на диван. В этот момент 

<

данные изъяты>. В этот момент к ней снова подошёл ФИО1 Тогда она легла на спину на диван, пыталась отмахнуться от него ногами, но подсудимый встал над ней сверху, продолжил избиение, снова нанёс ей не менее 5 ударов кулаками по 

<

данные изъяты>. С дивана она упала на пол, головой не ударялась, встала на колени и локти. Помнит, что в этот момент подсудимый ФИО1 нанёс ей не менее 2-х ударов ногой без обуви в 

<

данные изъяты>, возможно попал одним из ударов по 

<

данные изъяты>. Тогда Щ.О.В. стала за неё заступаться, оттаскивать его. Когда ФИО1 переключил внимание на Щ.О.В., то она убежала из дома, обратилась за помощью к соседке П.В.Н. Также она позвонила своему 

<

данные изъяты> К.О.В., сообщила о случившемся, обратились в полицию. Прибывшие сотрудники полиции доставили их в отдел полиции, а также она обратилась за медицинской помощью. В медицинском учреждении изначально у неё был обнаружен только 

<

данные изъяты>, в последующем, 

<

данные изъяты> ей было проведено обследование более чувствительными методами, в результате которого было установлена 

<

данные изъяты>. Последствиями причинённой травмы 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. Считает, что причинённые ей ФИО1 телесные повреждения, повлекли неизгладимое 

<

данные изъяты>, поскольку от действий ФИО1 произошёл 

<

данные изъяты>, отчего она испытывает стеснения в присутствии посторонних людей, которые, по её мнению, из-за этого её пристально рассматривают.

Свидетель П.В.Н. пояснила суду, что проживает по соседству с потерпевшей К.Н.А., знакома с ней длительное время. 18 ноября 2018 г. в дневное время она находилась дома, когда к ней пришла соседка К.Н.А., попросила вызвать сотрудников полиции, пояснив, что её подверг избиению парень по имени Александр. Она увидела, что у К.Н.А. 

<

данные изъяты> Через некоторое время в окно увидела ранее не знакомого парня, который, как пояснила К.Н.А., подверг её избиению. Парень стал спрашивать, где находится К.Н.А., затем ушёл. Через некоторое время приехали сотрудники полиции и К.Н.А. ушла. После случившегося она встретила К.Н.А., которая пояснила, что у неё 

<

данные изъяты>, но если бы потерпевшая об этом не сообщила, то она бы этого даже не заметила, поскольку это не заметно и если только присмотреться.

Из пояснений свидетеля К.О.В. в судебном заседании следует, что проживает по адресу: 

<

адрес>, вместе с 

<

данные изъяты> К.Н.А. и 

<

данные изъяты>. Подсудимый ФИО1 ему знаком, поскольку является 

<

данные изъяты> Щ.О.В. 17 ноября 2018 г. 

<

данные изъяты> приехала к ним в гости, остались переночевать, совместно распивали спиртное. На следующий день, то есть 18 ноября 2018 г., около 06 часов он ушёл на работу, дома оставалась бывшая супруга с Щ-выми. Затем около 10 часов ему позвонила К.Н.А., сообщила, что подсудимый ФИО1 скандалит. Через некоторое время К.Н.А. по телефону сообщила, что ФИО1 начал её и Щ.О.В. избивать. Он пояснил, что находится на рабочем месте, поэтому приехать сразу не сможет, чтобы позвонили сотрудникам полиции. Когда в 13-ом часу он приехал домой, то увидел К.Н.А., которая выходила из дома соседки П.В.Н. Затем приехали сотрудники полиции и задержали ФИО1 Когда он увидел 

<

данные изъяты>, то заметил, что на её 

<

данные изъяты>. К.Н.А. было тяжело разговаривать. Со слов К.Н.А. узнал, что в утреннее время между ФИО1 и Щ.О.В. произошла ссора, в ходе которой подсудимый стал избивать Щ.О.В., но она заступилась за неё, поэтому ФИО1 подверг избиению и её, нанёс ей множество ударов кулаками и ногами 

<

данные изъяты>. Также он видел 

<

данные изъяты> у К.Н.А. 

<

данные изъяты>. Когда К.Н.А. обратилась за медицинской помощью, то изначально был выявлен 

<

данные изъяты>, в последующем при более тщательном обследовании у неё был установлен 

<

данные изъяты>. Из-за полученной травмы у К.Н.А. 

<

данные изъяты>, что для него является очевидным, отразилось на внешнем виде и обезображивает её. К.Н.А. 

<

данные изъяты>.

Виновность подсудимого объективно также подтверждают и письменные материалы дела, исследованные в ходе судебного следствия:

так, показания потерпевшей и свидетелей об обстоятельствах причинения потерпевшей К.Н.А. телесных повреждений подтверждаются заключениями эксперта от 16 мая 2019 г. № (л.д. 182-183 том 1), от 24 мая 2019 г. № (л.д. 189-190 том 1), от 27 сентября 2019 г. № (л.д. 176-177 том 2).

Так, из заключения экспертов следует, что потерпевшей К.Н.А. были причинены: 

<

данные изъяты>

Данная травма образовалась от не менее 3-х ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), с точками приложения травмирующей силы в скуловую область 

<

данные изъяты>.

<

данные изъяты> квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до 3-х недель. 

<

данные изъяты> квалифицируются как вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью более 21-х суток (как каждый в отдельности, так и все в совокупности).

А также были причинены 

<

данные изъяты> не влекут кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Все имеющиеся повреждения могли образоваться в срок, не противоречащий 18 ноября 2018 г. Характер всех имевшихся повреждений не исключает возможность их причинения от ударов кистью руки сжатой в кулак, и (или) ногой в обуви, либо без таковой. Множественность и различная локализация телесных повреждений исключают их образование при падении потерпевшей из положения стоя (с высоты собственного роста), как с предварительно приданным ускорением, так и без такового, с последующим ушибом о твердую ровную или выступающую поверхность.

Последствия причинённой К.Н.А. 

<

данные изъяты>. Имеющиеся у К.Н.А. 

<

данные изъяты>, поэтому в отдельности от данной травмы (причинившей вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью более 21-х суток) квалифицироваться не могут. Сами по себе 

<

данные изъяты> не вызвали стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому не могут квалифицироваться по данному признаку. 

Оценивая доказательства по делу, суд приходит к выводам о том, что показания потерпевшей К.Н.А., свидетелей П.В.Н., К.О.В., данные ими как судебном заседании, так и на предварительном следствии, о фактических обстоятельствах совершения преступления, последовательны, подробны, детальны, полностью согласуются по всем существенным обстоятельствам дела, как между собой, так и другими доказательствами по делу, в частности с заключениями экспертиз, получены с соблюдением требований закона, и потому суд признаёт их допустимыми и достоверными доказательствами. Каких-либо существенных противоречий, влияющих на доказанность виновности подсудимого ФИО1, в показаниях указанных лиц не установлено.

Указанные выше экспертизы проведены в соответствии с требованиями закона; заключения экспертов соответствуют требованиям статьи 204 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, являются полными, научно обоснованными, каких-либо неясностей, противоречий в своих выводах не содержат, в связи с чем, признаются судом достоверными и допустимыми доказательствами. Свои выводы эксперты мотивировали на основании изучения всех предоставленных им документов. Каких-либо данных, подтверждающих необоснованность выводов экспертов, судом не установлено.

В судебном заседании также был допрошен эксперт К.А.П., проводивший судебную медицинскую экспертизу, который подтвердил выводы, изложенные в заключении. При этом эксперт пояснил, что проводил исследование в отношении потерпевшей К.Н.А. спустя 4 месяца после причинения повреждений, им было установлено, что последствия причинённой К.Н.А. 

<

данные изъяты> им было определено при помощи линейки, установлено 

<

данные изъяты> в пределах нескольких миллиметрах. 

Таким образом, оценив каждое из приведённых выше доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все эти доказательства в совокупности – с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд считает, что они в совокупности позволяют сделать вывод о доказанности виновности подсудимого в совершении вышеописанного преступного деяния, полагая возможным положить их в основу обвинительного приговора в отношении ФИО1

Тот факт, что подсудимый находился на месте совершения преступления в момент его непосредственного совершения, подтверждается показаниями потерпевшей К.Н.А., а также свидетелей П.В.Н., К.О.В. Указанное обстоятельство установлено и не оспаривается сторонами.

Суд считает, что в судебном заседании установлено, что 18 ноября 2018 г. около 12 часов в доме по адресу: 

<

адрес>, подсудимый ФИО1, действуя умышленно, в ходе ссоры, нанёс не менее 3-х ударов кулаками в область 

<

данные изъяты> не менее 2-х ударов ногой в область 

<

данные изъяты> потерпевшей К.Н.А. В результате данных действий подсудимым ФИО1 был причинен вред здоровью К.Н.А. средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью более 21-х суток (как каждый в отдельности, так и все в совокупности).

В судебном заседании государственный обвинитель, исходя из предъявленного обвинения, в соответствии с правилами ч. 8 ст. 246 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, изменил обвинение, предъявленное подсудимому в ходе предварительного следствия по ч. 1 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, в сторону смягчения, квалифицируя действия подсудимого по ч. 1 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья. Доводы государственного обвинителя мотивированы тем, что инкриминируемый ФИО1 признак «неизгладимого обезображивания лица» является оценочным критерием, по смыслу закона неизгладимым обезображиванием лица являются такие повреждения, которые придают лицу отталкивающий, уродливый, безобразный вид, однако оценивая приведённые выше доказательства, как в отдельности, так и в совокупности, таких обстоятельств в суде не установлено, хотя действительно, потерпевшей К.А.П. подсудимым ФИО1 были причинены повреждения, которые являются неизгладимыми, однако не являются обезображивающими.

Предложенное государственным обвинителем обвинение ФИО1 является более мягким по сравнению с инкриминируемым им органом предварительного следствия обвинением и не изменяет фактические обстоятельства дела.

С учётом позиции государственного обвинителя, действовавшего в рамках требования ст. 246 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, оценивая приведённые доказательства, как в отдельности, так и в совокупности, соглашаясь с мнением государственного обвинителя, суд считает установленной виновность ФИО1 в совершении вышеописанного преступного деяния.

Суд, соглашаясь с мнением государственного обвинителя, учитывает, что по смыслу уголовного закона, под неизгладимыми изменениями следует понимать такие повреждения лица, которые с течением времени не исчезают самостоятельно (без хирургического устранения рубцов, деформаций, нарушений мимики и прочее, либо под влиянием нехирургических методов) и для их устранения требуется оперативное вмешательство. Данная разновидность тяжкого вреда здоровью имеет место, когда в результате повреждения лицевых тканей или органов (нос, уши, глаза, рот) лицу потерпевшего придается уродливый, отталкивающий, эстетически неприглядный вид, неустранимый терапевтическими методами лечения. При этом обезображивание лица может выразиться в его асимметрии, нарушении мимики, обширных рубцах и шрамах, отделении частей лица (носа, ушей, губ и т.д.), изъязвлении лица, существенном изменении его цвета.

В соответствии с действующим законодательством вопрос о неизгладимости повреждения решается судом на основании заключения судебно-медицинской экспертизы, а наличие обезображивания суд устанавливает самостоятельно, руководствуясь эстетическим критерием. В п. 13 Постановления Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 г. № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», изложено, что степень тяжести вреда, причинённого здоровью человека, выразившегося в неизгладимом обезображивании его лица, определяется судом. Производство судебно-медицинской экспертизы ограничивается лишь установлением неизгладимости указанного повреждения.

Согласно требованиям закона, для квалификации действий виновного по данному признаку необходимо установить, является ли повреждение обезображивающим, то есть, придает ли оно лицу потерпевшего неприятный, отталкивающий вид.

Из материалов уголовного дела усматривается, что согласно выводам заключения эксперта выявленные у потерпевшей К.Н.А. повреждения не были опасными для жизни и квалифицировались как средней тяжести вред здоровью. Повреждение лица К.Н.А. было отнесено к неизгладимым.

Вместе с тем, суд, исследовав в судебном заседании фотографию потерпевшей К.Н.А. с изображением её лица до произошедшего события с ФИО1 (л.д. л.д. 5-9 том 2), а также путём визуального осмотра потерпевшей в судебном заседании, рассмотрев уголовное дело с участием потерпевшей К.Н.А., не может ограничиваться показаниями потерпевшей о её собственном восприятии своей внешности, а исходит из эстетического критерия и приходит к выводу об отсутствии у потерпевшей обезображивания лица.

Согласно показаниям потерпевшей К.Н.А., полученная травма, по её мнению, делает её образ безобразным. Однако, суд, осмотрев фотографии потерпевшей К.Н.А., на которых последняя изображена до получения травмы в результате преступных действий ФИО1, и после неё, не нашел существенным изменения внешнего вида потерпевшей. Кроме того, в ходе судебного заседания судом наблюдалась непосредственно сама потерпевшая, и общение с ней не вызывало у участников процесса негативных эмоций. Неизгладимым обезображиванием лица считается наличие такого повреждения, либо его последствий, которое придает лицу отталкивающий, уродливый вид, не согласующийся с общепринятыми представлениями о человеческом лице. По мнению суда, такими признаками последствия от причиненной травмы, имеющейся у К.Н.А., не обладают.

Сам по себе факт 

<

данные изъяты>, являющегося последствиями причинённой травмы 

<

данные изъяты>, не свидетельствует об обезображивании лица потерпевшей К.Н.А., поскольку не искажает её внешний облик. Доказательств того, что умысел ФИО1 был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью, связанного с неизгладимым обезображиванием лица потерпевшей, по делу не имеется.

Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности, основываясь на материалах уголовного дела, учитывая объём поддержанного обвинения государственным обвинителем, суд квалифицирует действия ФИО1 по части первой статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

Оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку данное преступление относится к категории преступлений небольшой тяжести (ч. 2 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Обсуждая вопрос о назначении вида и меры наказания подсудимому, суд, в соответствии с положениями ст. 6, ч. 3 ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, при отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи. Суд учитывает, что наказание должно быть соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности преступления, закреплённым в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений.

Подсудимый ФИО1 

<

данные изъяты>, по месту жительства от соседей имеет положительную характеристику, на административном участке участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, 

<

данные изъяты>, судимости не имеет.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признает и учитывает признание подсудимым своей вины в совершённом преступлении и раскаяние в содеянном, 

<

данные изъяты>, положительные и удовлетворительную характеристики, отсутствие судимости, то 

<

данные изъяты>, а также принесение извинений потерпевшей и принятие мер к добровольному частичному возмещению причиненного преступлением вреда потерпевшей (в ходе судебного разбирательства им были приняты меры к передаче денежных средств потерпевшей в счёт компенсации морального вреда, однако потерпевшей они не были приняты).

Вопреки доводам защиты, оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства подсудимому активного способствования раскрытию и расследованию преступления, суд не усматривает. Активное способствование раскрытию и расследованию преступления может иметь место только в том случае, если обвиняемый сообщает органам следствия или суду информацию, которая до его сообщения им была неизвестна, но имела значение для обнаружения преступления, установления обстоятельств уголовного дела и непосредственно влияла на ход и результаты его расследования. Между тем ФИО1 не представил органам следствия и суду информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования совершенного им преступления. При таких данных суд не признает в действиях ФИО1 активного способствования раскрытию и расследованию преступления.

С учётом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимого, суд не признает совершение ФИО1 преступления в состоянии алкогольного опьянения отягчающим обстоятельством, в соответствии с частью 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

С учётом конкретных обстоятельств дела, личности подсудимого, наличия по делу смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих, суд считает, что исправление и перевоспитание ФИО1 возможно при назначении ему наказания в виде ограничения свободы на определённый срок, назначение более строгого вида наказания в отношении него нецелесообразно, в том числе невозможно и в силу прямого указания на это в законе, поскольку согласно ч. 1 ст. 56 Уголовного кодекса Российской Федерации, наказание в виде лишения свободы может быть назначено осуждённому, впервые совершившему преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, либо в случае, если соответствующая статья Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает лишение свободы как единственный вид наказания.

Как следует из материалов дела, обстоятельства, позволяющие назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы, отсутствуют, поскольку обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено, а санкция ч. 1 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает возможность назначения более мягкого вида наказания, чем лишение свободы.

В связи с чем суд считает необходимым назначить подсудимому наказание за совершённое преступление в виде ограничения свободы, заключающееся в установлении ФИО1 следующих ограничений: не изменять место жительства по адресу: 

<

адрес>, и не выезжать за пределы территории Киселёвского городского округа Кемеровской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, с возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказание в виде ограничения свободы два раза в месяц для регистрации по графику.

Поскольку суд пришёл к выводу о возможности назначения ФИО1 менее строго вида наказания, чем лишение свободы, которое предусмотрено санкцией части первой статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, положения части первой статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, применению не подлежат.

Обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время и после совершения преступления, которые суд мог бы расценить как исключительные, а также других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности преступления, суд не усматривает и оснований для применения ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации суд не находит.

С учётом назначения наказания в виде ограничения свободы, оснований для применения при назначении подсудимому наказания положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

Мера пресечения в отношении подсудимого ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, должна быть оставлена до вступления приговора в законную силу без изменения, поскольку оснований для её отмены или изменения не имеется.

На основании ч. 3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора суда в законную силу по настоящему уголовному делу в период с 19 июля 2019 г. по 20 июля 2019 г. включительно (л.д. 27-29 том 2, л.д. 45-47 том 2) подлежит зачёту в срок ограничения свободы.

Разрешая вопрос о гражданских исках, в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд при постановлении приговора приходит к следующему.

В рамках уголовного дела потерпевшей К.Н.А. заявлен гражданский иск к ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей.

По иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причинённого ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства (ч. 4 ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальным благом.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По правилам п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При этом, закрепляя право на компенсацию морального вреда, законодатель не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер такой компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъясняется, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Разрешая исковые требования потерпевшей (гражданского истца) К.Н.А. о компенсации морального суда, суд учитывает положения статей 1099, 1101, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, то, что вред потерпевшей причинён в результате неправомерных действий подсудимого, который совершил умышленное преступление небольшой тяжести, а также требования разумности и справедливости, характер причинённых потерпевшей нравственных и физических страданий и реальную материальную возможность гражданского ответчика возмещения им вреда, который является трудоспособным, 

<

данные изъяты>

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, при которых был причинен вред потерпевшей, а именно степень вины ответчика, соразмерность заявленных истцом требований, перенесённых ею нравственных и физических страданий, которой согласно заключению судебно-медицинской экспертизы были причинены телесные повреждения, практически все в области 

<

данные изъяты>, которые состоят из не причинивших вред здоровью человека, причинивших лёгкий и средней тяжести вред здоровью человека, характер и сложность травмы, ограничивавшей качество жизни потерпевшей (гражданского истца), обстоятельства её получения, сложность определения причины болевых ощущений длительный период после события произошедшего и самой травмы, период лечения.

Вышеуказанные изменения (последствия причинённой травмы 

<

данные изъяты>) являются неизгладимыми, поскольку с течением времени не могут исчезнуть самостоятельно. Также судом учитываются доводы потерпевшей К.Н.А. о том, что испытывала нравственные страдания и переживания, испытывала и в настоящее время продолжает испытывать переживания относительно восстановления организма после причинённого вреда.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда, учитывает все обстоятельства дела, руководствуется принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

С учётом всех изложенных выше обстоятельств, с учётом требований разумности и справедливости, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда по исковым требованиям потерпевшей (гражданского истца) К.Н.А. к ФИО1 в размере 100 000 рублей. В остальной части компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей в удовлетворении исковых требований потерпевшей следует отказать.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется требованиями ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Разрешая вопрос о распределении процессуальных издержек, суд приходит к следующему.

На основании постановления дознавателя от 30 января 2019 г. из средств федерального бюджета произведено вознаграждение адвокату Киселёвой И.А., участвовавшей в соответствии с частями 2 и 5 ст. 50 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в ходе предварительного расследования данного уголовного дела, в размере 2 340 рублей.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам и в силу ч. 2 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации могут быть взысканы с осуждённого.

Перечисленных в частях 4 и 6 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оснований для освобождения ФИО1 от возмещения процессуальных издержек судом не установлено. Согласно исследованным в судебном заседании материалам уголовного дела ФИО1 

<

данные изъяты>, о своём отказе от услуг адвоката Киселёвой И.А. при проведении следственных действий с его участием и участием защитника, а также от любой юридической помощи не заявлял. Кроме того, против взыскания с него процессуальных издержек не возражал.

С учётом этих обстоятельств, в том числе исследовав материальное положение подсудимого ФИО1, в соответствии с ч. 2 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, с ФИО1 подлежат взысканию процессуальные издержки, связанные с вознаграждением адвоката Киселёвой И.А., в размере 2 340 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему наказание за совершение указанного преступления в виде ограничения свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, с установлением следующих ограничений: не изменять место жительства по адресу: 

<

адрес>, и не выезжать за пределы территории Киселёвского городского округа Кемеровской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, с возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказание в виде ограничения свободы два раза в месяц для регистрации по графику.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, по вступлении приговора в законную силу – отменить.

Зачесть ФИО1 в срок ограничения свободы время его содержания под стражей по настоящему уголовному делу в период с 19 июля 2019 г. по 20 июля 2019 г. включительно на основании ч. 3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Гражданский иск К.Н.А. о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу К.Н.А. компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей. В удовлетворении оставшейся части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в сумме 400 000 (четыреста тысяч) рублей К.Н.А. – отказать.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства, хранящиеся при уголовном деле: две фотографии; материалы дела об административном правонарушении, состоящие из описи, определения №, рапорта, заявления, объяснения К.Н.А., рапорта, определения о назначении экспертизы, заключения эксперта №, определения о назначении экспертизы, ксерокопии медицинской справки, постановления о возбуждении ходатайства о продлении срока административного расследования, уведомления, заключения эксперта №, постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении – оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

Процессуальные издержки в виде выплаты адвокату «Адвокатский кабинет Киселёвой Ирины Александровны г. Киселёвск Кемеровской области № 42/311» Киселёвой Ирине Александровне за оказание ею юридической помощи ФИО1 по назначению следователя в размере 2 340 (две тысячи триста сорок) рублей взыскать в доход федерального бюджета с осуждённого ФИО1.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, путём принесения апелляционных жалобы, представления, отвечающих требованиям ст. 389.6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации через Киселёвский городской суд Кемеровской области.

В случае подачи апелляционной жалобы в течение десяти суток со дня вручения ему копии приговора, осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём он должен указать в апелляционной жалобе, и в тот же срок – со дня вручения ему апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы.

Председательствующий М.В. Василевичева