Дело № 2-448/2020

74RS0029-01-2020-000091-92

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Кутырева П.Е.,

при секретаре Ходаковой О.О.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрел 25 февраля 2020 года в открытом судебном заседании в зале суда в г. Магнитогорске Челябинской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонному) об оспаривании отказа в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Управлению пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонному, далее – УПФР в г. Магнитогорске), в котором просит признать за нею право на получении пенсии по случаю потери кормильца и обязать ответчика назначить ей эту пенсию с момента обращения, указав в обоснование иска, что 30 сентября 2019 года она обратилась к ответчику с заявлением о назначении ей страховой пенсии по случаю потери кормильца – супруга ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ, однако решением УПФР в г. Магнитогорске № от 22 ноября 2019 года ей безосновательно было отказано, несмотря на то, что она при жизни супруга получала от него помощь, которая для неё постоянным и основным источником средств к существованию.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленный иск поддержала. 

Представитель ответчика – УПФР в г. Магнитогорске ФИО2 в судебное заседание после перерыва не явилась, до перерыва в судебном заседании против удовлетворения иска возражала по доводам ранее направленного в суд письменного отзыва, указывая на отсутствие у истца права на пенсию, отсутствие доказательств утраты истцом источника средств к существованию.

Суд, заслушав в судебном заседании пояснения сторон спора и исследовав материалы дела, приходит к выводу об удовлетворении иска.

Как следует из материалов дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлись супругами, проживали совместно в квартире № дома 

<

адрес> в 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер, 17 октября 2019 года ФИО1 обратилась в УПФР в г. Магнитогорске с заявлением о назначении ей страховой пенсии по случаю потери кормильца. Решением УПФР в г. Магнитогорске № № от 22 ноября 2019 года ФИО1 отказано в назначении пенсии по случаю потери кормильца, при этом пенсионный орган исходил из того, что ФИО1 относится к нетрудоспособным членам семьи, страховой стаж ФИО3 составляет 37 лет 07 месяцев 02 дня, однако факт нахождения ФИО1 на иждивении ФИО3 и утрата ею источника средств к существованию не установлены.

Данные обстоятельства подтверждаются представленными по запросу суда материалами пенсионного дела.

Статьей 7 Конституции Российской Федерации провозглашено, что Российская Федерация – социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.

Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ) право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В части второй статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами (пункт 3 части 2 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ).

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (часть 3 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ).

Нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, для которых его помощь была постоянным и основным источником средств к существованию, но которые сами получали какую-либо пенсию, имеют право перейти на страховую пенсию по случаю потери кормильца (часть 6 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ).

Пленум Верховного Суда СССР в пункте 4 Постановления «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение» от 21 июня 1985 года № 9 разъяснил, что установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение для получения наследства, назначения пенсии или возмещения вреда, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию.

По смыслу названных норм закона, понятие «иждивение» предполагает как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода (получение пенсии). Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего кормильца членом его семьи может быть установлен, в том числе в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим кормильцем, и его собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником средств к существованию члена семьи умершего кормильца.

Такое толкование понятия «иждивение» согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30 сентября 2010 года № 1260-О-О.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Разрешая спор, суд исходит из того, что на момент смерти ФИО3 и в настоящее время ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости. Общий размер ежемесячного дохода истца на момент смерти ФИО3 составлял 12906,80 рублей.

При жизни муж ФИО1 – ФИО3 являлся получателем пенсии, его ежемесячный доход на момент его смерти составлял 19820,92 рубля.

Кроме того, ФИО3 работал в ООО ЧОП «Уральское агентство безопасности» и его заработная плата и иные выплаты по этому месту работы за пять месяцев 2019 года составили за вычетом НДФЛ 56741,45 рублей (65186,45-8435), за 2018 год – 153092,45 рублей, то есть средний размер дохода ФИО3 по месту работы составлял 12343,17 рублей.

Таким образом, доход ФИО3 при жизни значительно – в 2,5 раза превышала доход ФИО1 Учитывая общность семейного бюджета, доход семьи А-ных в сумме составлял 45070,89 рублей, следовательно, на ФИО1 приходилось (в отсутствие доказательств обратного) половина данной суммы – 22535,45 рублей и, соответственно, со смертью супруга доход ФИО1 значительно (почти вдвое) уменьшился.

Наряду с этим суд принимает во внимание, что истец согласно её пояснениям в силу своего возраста и состояния здоровья постоянно посещает врачей, ей назначается лечение, на приобретение которых истец несет значительные расходы, также истец несет расходы на приобретение одежды и продуктов питания, на оплату коммунальных услуг, согласно представленному истцом расчету, который ответчиком не опровергнут и согласуется с представленными истцом чеками и квитанциями, её ежемесячные расходы составляют более 20000 рублей.

Согласно представленному по запросу суда ответу МИФНС № 17 по Челябинской области информация о налоговых агентах ФИО1 отсутствует – тем самым подтверждаются доводы истца о том, что помимо пенсии иного дохода у неё нет, эти доводы ответчиком также не опровергнуты.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что поскольку ФИО1 на момент смерти ее мужа, как установлено в ходе судебного разбирательства в силу своего возраста не могла осуществлять трудовую деятельность и, проживая с супругом совместно, получала от ФИО3 помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию с учетом значительного превышения размера пенсии и зарплаты, получаемых при жизни ФИО3 относительно размера пенсии, получаемой самой ФИО1, суд приходит к выводу о том, что заявленный иск является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Поскольку право на назначение пенсии у истца имеется, с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца в связи со смертью супруга 26 сентября 2019 года она обратилась 17 октября 2019 года, то есть не позднее 12 месяцев с момента смерти кормильца, суд приходит к выводу о наличии оснований для назначения истцу пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с пунктом 3 части 5 статьи 22 Федерального закона РФ от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» со дня смерти кормильца, а именно с 26 сентября 2019 года.

Так как ФИО1 является пенсионером, получает пенсию, назначенную ей в порядке, установленном пенсионным законодательством Российской Федерации, то по настоящему иску к Пенсионному фонду Российской Федерации она в силу подп. 5 п. 2 ст. 333.36 НК РФ освобождена от уплаты госпошлины за обращение в суд, а потому уплаченная ею госпошлина в размере 300 рублей должна быть ей возвращена налоговым органом по её заявлению в установленном налоговым законодательством порядке.

В силу части 1 статьи 98 и статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 11-13 Постановления от 21 января 2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснял, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Поскольку иск подлежит удовлетворению, то суд приходит к выводу о необходимости возложения на ответчика обязанности возместить истцу понесенные расходы на оплату юридических услуг.

Суд учитывает, что истцом оплачено 3000 рублей за составление иска, что подтверждается квитанцией НО КА «Союз» г. Магнитогорска. С учетом этого, принимая во внимание принципы разумности и справедливости, учитывая объем заявленных требований, сложность дела, принимая во внимание, что истец является пенсионером и несла судебные расходы по причине отказа пенсионного фонда назначать ей пенсию, то есть в связи с необходимостью защиты своих прав, нарушенных ответчиком, суд приходит к выводу о том, что заявленная истцом сумма судебных расходов является разумной и справедливой, подлежащей взысканию с ответчика в полном объеме. По мнению суда и в отсутствие доказательств обратного 3000 рублей адвокатскими образованиями при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за составление искового заявления. Оснований делать вывод о том, что заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер, суд не усматривает.

Возражения ответчика о том, что предоставляемые ему в порядке финансирования денежные средства носят целевой характер и не могут идти на оплату судебных расходов судом во внимание не принимаются, поскольку названные обстоятельства в силу закона не могут освобождать ответчика от обязанности возместить истцу судебные издержки.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Удовлетворить заявленные ФИО1 исковые требования.

Признать незаконным решение Государственного учреждения – Управления пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонного) № от 22 ноября 2019 года об отказе в назначении ФИО1 пенсии по случаю потери кормильца.

Обязать Государственное учреждение – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) назначить ФИО1 страховую пенсию по случаю потери кормильца с 26 сентября 2019 года.

Налоговому органу возвратить ФИО4 Л,П. по её заявлению излишне уплаченную государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать с Государственного учреждения – Управления пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области в пользу ФИО1 расходы на оплату юридических услуг в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца с момента принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий: П.Е. Кутырев

Решение суда в окончательной форме изготовлено 02 марта 2020 года.