№

Дело № (№)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Тавда 11 июля 2023 года

(мотивированное решение изготовлено 18 июля 2023 года)

Тавдинский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Чеблуковой М.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Караваевой Ю.Н.,

с участием:

старшего помощника Тавдинского городского прокурора Абрамовского Д.А., 

истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3, 

представителей истцов ФИО4

представителя ответчика ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковым заявлениям ФИО1 ФИО18, ФИО8 ФИО19, ФИО3 ФИО20 к государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница», о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Тавдинский районный суд Свердловской области с исковым заявлением к ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», в котором просит взыскать в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей.

В обоснование иска указала, что ФИО13 15 июля 2022 года в вечернее время обратилась в скорую медицинскую помощь с жалобами на боли в области сердца. После осмотра бригадой скорой медицинской помощи был поставлен диагноз «гражданин» на основании термометрии, пульсоксиметрии, ЭКГ. Для стабилизации состояния пациента был использован «Нитроминт-спрей», после чего ФИО13 была доставлена бригадой скорой медицинской помощи в приемное отделение ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ». Дежурным врачом пациенту был поставлен диагноз «гражданин». За время нахождения пациента в стационаре с 15 июля 2022 года по 19 июля 2022 года были выполнены: общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови. коагулограмма, рентгенография органов грудной клетки, электрографическое исследование в динамике, контроль гликемии, осмотр окулиста. За время нахождения в стационаре ФИО13 неоднократно обращалась к родственникам с жалобами на ухудшение состояния здоровья и отсутствие помощи со стороны медицинского персонала больницы. Родственники отмечали ухудшение функций речи у ФИО13. заторможенность, невнятность речи, она жаловалась, что при попытках занять лежачее положение у нее значительно затруднялось дыхание, что вызывало удушье. Родственниками ФИО13 было принято решение госпитализации последней в лечебное учреждение Тюменской области. Согласно справке № о вызове скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ пациенту поставлен диагноз «гражданин миокарда с повышением сегмента ST», произведена госпитализация ГБУЗ Тюменской области «Областная клиническая больница № 1». ДД.ММ.ГГГГ в 01 час 00 минут ФИО13 умерла, причинами смерти являются «гражданин» (продолжительность 25 часов) и «гражданин трансмуральный уточненный» (продолжительностью около недели). Таким образом, гражданин у пациентки начался еще в период нахождения в ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ». Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 апреля 2021 года № 4 Юн «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при стабильной ишемической болезни сердца (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение)» утверждены медицинские услуги для диагностики заболевания, состояния, а также медицин услуги для лечения заболевания, состояния и контроля за лечением. Из предусмотренных стандартом медицинских исследований медицинским работника ответчика были выполнены только рентгенография органов грудной клетки, электрографическое исследование в динамике, контроль гликемии, осмотр окулиста. 16, 18, 19 июля 2022 года проводились исследования ЭКГ, однако никаких изменений сердечного ритма, ухудшений состояния выявлено не было, при этом, уже 20 июля 2022 года в 00 часов 25 минут пациенту был диагностирован гражданин. В интерпретации данных ЭКГ допущены серьезные отклонения, которые не позволили установить правильный диагноз и выбрать необходимую тактику ведения больного. Учитывая имеющиеся на ней ишемические изменения, а также жалобы на боли в области сердца, врач скорой медицинской помощи и врачи ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ» должны были действовать по стандарту оказания больным с острым коронарным синдромом. Анамнез заболевания врачами скорой помощи и ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ» собран не в полном объеме: не отмечен характер болевого синдрома в области сердца, наличие иррадиации и ее область, нет отметки с чем связан болевой синдром, продолжительности болевого синдрома, реакции на нитроглицерин и времени появления всех симптомов, было ли ранее подобное состояние. Считает, что врачами ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ» был поставлен неправильный диагноз без учета жалоб пациента, анамнеза, проведено недостаточное диагностирование, смерть ФИО13 стала следствием халатного отношения врачей медицинского учреждения ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ» к лечению ФИО13, которой своевременно не диагностировали гражданин. Врачом ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ», дана неверная оценка состояния пациента, что явилось причиной пролонгирования начала оказания специализированной медицинской помощи и проведения дифференциальной диагностики. При условии своевременного и качественного оказания медицинской помощи пациенту в ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ» вероятность предотвращения наступления смерти повышалась. Действиями ответчика ей причинен моральный вред, поскольку в связи с утратой близкого человека она испытывает физические и нравственные страдания.

ФИО2, ФИО3 обратились в Тавдинский районный суд Свердловской области с исковыми заявлениями к ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», в котором просят взыскать в их пользу компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей каждому.

В обоснование иска указали, что смерть ФИО13 супруги истца ФИО2 и матери истца ФИО3, стала следствием халатного отношения врачей медицинского учреждения ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ» к ее лечению, поскольку врачами ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ» был поставлен неправильный диагноз, проведено недостаточное диагностирование, дана неверная оценка состояния пациента, что явилось причиной пролонгирования начала оказания специализированной медицинской помощи и проведения дифференциальной диагностики. При условии своевременного и качественного оказания медицинской помощи пациенту в ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ» вероятность предотвращения наступления смерти повышалась. В соответствии с выводами экспертов комиссионной судебно-медицинской экспертизы первоначальной (основной) причиной смерти ФИО13 стал обширный повторный рецидивирующий гражданин на фоне сахарного диабета 2 типа в сочетании с гипертонической болезнью и пороком сердца в виде стеноза митрального клапана и протезированного в прошлом аортального клапана с дисфункцией механического клапанного протеза. Непосредственной причиной смерти ФИО13 стала гражданин. Эксперты отмечают, что не менее чем за 5 дней до наступления смерти гражданин приобрел непрерывно-рецидивирующий характер течения, то есть во время нахождения ФИО13 в ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ», однако такой диагноз пациенту поставлен не был. Согласно экспертному заключению сотрудниками бригады скорой помощи были допущены дефекты диагностики, которые привели к постановке неправильного диагноза, в то время как при правильном сборе жалоб, их детализации, сборе анамнеза заболевания и верной интерпретации данных ЭКГ у сотрудников бригады СМП была возможность выставить верный диагноз, кроме того, у врачей ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» имелась возможность заподозрить у ФИО13 гражданин и поставить верный диагноз с момента получения результатов исследования уровня биохимических маркеров повреждения кардиомиоцитов в крови (сердечный тропонин Т) от 16 июля 2022 года, с учетом сохранявшихся изменений на ЭКГ и наличия у пациента факторов риска. Экспертная комиссия пришла к выводу, что врачами ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», в нарушение приказа Минздрава Свердловской области от 28 февраля 2022 года № 352-п, при отсутствии возможности рентгеноэндоваскулярных методов диагностики/лечения острого коронарного синдрома, не была осуществлена ни консультация с целью перевода, ни сам перевод ФИО13. Допущенные дефекты диагностики и лечения способствовали прогрессированию заболевания, отсрочке оказания ей высокотехнологичной помощи и наступлению неблагоприятного исхода. Действиями ответчика им причинен моральный вред, поскольку в связи с утратой близкого человека они испытывают физические и нравственные страдания.

Определением Тавдинского районного суда Свердловской области от 7 июля 2023 года исковые заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, Суду пояснила, что ФИО13, приходится ей матерью. 15 июля 2022 года ФИО13 стало плохо, вызвали скорую помощь. Работники скорой помощи сняли кардиограмму, померили давление, и приняли решение госпитализировать маму в больницу. В больнице ФИО13 положили в реанимацию, потом перевели в общую палату, впоследствии перевели в одиночную палату. Она навещала мать в больнице, видела, что улучшения состояния ее здоровья не наступает, у нее была заторможенная речь, смутное сознание, она не могла сидеть. С этим вопросом она подходили к лечащему врачу, которая говорила, что все хорошо, диагноз не говорили. ФИО13 становилось, хуже, в связи чем они приняли решение отвести ее в больницу г. Тюмени. 19 июля 2022 года ФИО13 ей позвонила, сказала что не может дышать, она в свою очередь позвонила отцу ФИО2 и брату ФИО3, которые забрали мать из больницы и увезли в г. Тюмень. Когда ФИО13 забирали из больницы, она не присутствовала, со слов отца знает, что маму на коляске спустили вниз, посадили в машину, доехали до д. Тюнево, откуда вызвали скорую помощь. Приехавшая бригада скорой помощи оказала первую помощь и отвезла маму в больницу, где она впоследствии скончалась. У ФИО13 был гражданин, в 2018 году в больнице г. Екатеринбурга ей провели шунтирование, на сердце она не жаловалась. Она следила за своим здоровьем, регулярно посещала кардиолога, прописанные ей лекарственные средства принимала по расписанию, без пропусков. Считает, что медицинские работники ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» халатно отнеслись к исполнению своих обязанностей, несвоевременно и не в полном объеме оказали ФИО13 медицинскую помощь, что повлекло ухудшение ее здоровья и наступление смерти. В обоснование компенсации морального вреда указала, что с матерью у нее были очень близкие отношения, она помогала ей в уходе и воспитании детей. От потери близкого человека она испытала сильный стресс, стали сильно выпадать волосы.

Истец ФИО3 исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить, по изложенным в нем доводам. Суду пояснил, что ФИО13, приходится ему матерью. 15 июля 2022 года ему позвонила супруга, сказала, что маме стало плохо, ее увезли в больницу, положили в реанимацию. 17 и 18 июля 2022 года он навещал маму в больнице, она была бледная, жаловалась, что никто из медицинского персонала к ней не подходит. 19 июля 2022 года мама позвонила, сказала, что ей плохо, не смогла говорить по телефону. Он приехал в больницу, мама не могла лежать, только сидела. Он подошел к лечащему врачу, предложил отвезти мать в больницу г. Тюмени, просил, чтобы предоставили машину скорой помощи для ее транспортировки, на что врач пояснила, что у них такой возможности нет, они могут ее отвезти своими силами. Он забрал маму из больницы, при этом никаких документов, рекомендаций по условиям транспортировки им не дали. На своей автомашине он повез мать в г. Тюмень, она ехала в положении полусидя, в пути никаких претензий не высказывала. По дороге в г. Тюмень они вызвали скорую помощи, которую встретили около д. Тюнево, бригадой скорой помощи был проведена первичная диагностику, в результате которой у мамы установили гражданин и увезли в реанимацию. В больнице врач сказал, что шансов у мамы нет. В обоснование размера компенсации морального вреда указал, что отношения с матерью были близкие, они созванивались каждый день. В связи с ее смертью он испытал стресс, похудел на 12 килограмм, обострились хронические заболевания: гражданин.

Истец ФИО2 заявленные исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить. Пояснил, что ФИО13 приходилась ему супругой. Пояснения истцов ФИО1, ФИО3, данные в судебном заседании в части обстоятельств оказания медицинской помощи ФИО13, поддержал. Дополнительно пояснил, что в в больнице г. Тюмени им разрешили навестить ФИО13, чтобы они могли попрощаться, она уже не была в сознании, врач сказал, что у не поражены все органы. В обоснование размера компенсации морального вреда указал, что с ФИО13 они прожили вместе 32 года, отношения между ними были очень хорошие, все делали вместе. 

Представитель истцов ФИО4 исковые требования поддержала, просила иски удовлетворить в полном объеме. Суду пояснила, что ФИО13 страдала ранее сердечными заболеваниями. В 2018 ей была проведена операция по шунтированию клапана сердца.. 15 июля 2022 года в вечернее время она позвонила своей дочери ФИО1, пожаловалась на боли в сердце, чувство жжения. Была вызвана бригада скорой помощи, которой был поставлен предварительный диагноз ИБС, стенография, ФИО13 госпитализирована в Тавдинскую ЦРБ. С 16 июля 2022 года от ФИО13 регулярно поступали жалобы детям и супругу на то, что у нее плохое самочувствие, медицинский персонал не проявляют к ней должного внимания, не делают никаких медицинских манипуляций. По состоянию на 19 июля 2022 года ФИО13 не могла лежать, так как в этом положении она задыхалась, у нее ухудшилась речь. Родственниками было принято решение перевести ее в больницу. В больнице г. Тюмень ФИО13 был диагностирован состоявшийся гражданин, уже началось отмирание сердечных тканей, была жидкость в легких. После смерти ФИО13 было проведено вскрытие, которым установлена причина смерти: гражданин, то есть гражданин случился при нахождении ФИО13 в Тавдинской ЦРБ. Считает, что медицинским персоналом ответчика проведена не полная диагностика, был выставлен неправильный диагноз, последующее лечение проведено неверное. Сотрудниками бригады скорой помощи предварительный диагноз «гражданин» ФИО13 был выставлен так как ранее у нее уже был аналогичный диагноз. Согласно экспертному заключению сотрудниками скрой помощи и ГАУЗ «Тавдинская ЦРБ» были допущен ряд дефектов, в том числе неверно собран анамнез заболевания и интерпретированы данные ЭКГ, установлен неправильный диагноз, не выполнено адекватное обезболивание, не осуществлена консультация с целью перевода ФИО13, не осуществлен сам перевод, что способствовал прогрессированию заболевания, отсрочке оказания ей высокотехнологичной помощи и наступлению неблагоприятного исхода. Обратила внимание, что ответчик нарушений в действиях врачей, соответственно оснований для взыскания морального вреда, не усматривает, при этом лечащий врач ФИО7 была привлечена к дисциплинарной ответственности за допущенные дефекты лечения. У ФИО13 остались супруг, двое взрослых детей и внуки. Отношения в семье были очень близкими, общались они каждый день, поддерживали друг друга и помогали. Определяя размер компенсации морального вреда просила учесть обстоятельства смерти ФИО13, ее возраст, состояние здоровья, наличие тяжелых хронических заболеваний, обострившихся или необострившихся в период нахождения в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», степень вины ответчика, степень родства и семейные связи истцов с умершей, характеризующиеся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, привязанностью к друг другу. степень физических и нравственных страданий, возраст истцов.

Представитель ответчика ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» ФИО5. в судебном заседании исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 не признала, просила в удовлетворении исков отказать, по доводам, изложенным в письменном отзыве, приобщенном к материалам дела. Суду пояснила, что с 15.07.2022 по 19.07.2022 ФИО13 проходила лечение в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» с диагнозом: «гражданин», при этом с 15.07.2022 по 17.07.2022в находилсь в отделении анестезиологии и реанимации, 17.07.2022 в связи с улучшением состояния переведена в терапевтическое отделение под наблюдение лечащего врача. За период лечения в терапевтическом отделении жалоб на ангинозные боли не предъявляла, сохранялась одышка при движении (в пределах постели), общая слабость, общее состояние - средней степени тяжести, гемодинамика - стабильная. 19.07.2022 в 23 часа 30 минут ФИО13 из терапевтического отделения забрали родственники. Выписана из отделения с диагнозом: «гражданин». Таким образом, лечение ФИО13 ответчиком не завершено, но состояние улучшилось. Развитие инфаркта миокарда произошло после выписки пациентки из терапевтического отделения ответчика (по настоянию родственников) и ее перевозке в положении «сидя» без медицинского сопровождения в лечебное учреждение г. Тюмени. Истцами не представлены относимые, допустимые и достоверные доказательства наличия причинно-следственной связи между неверной оценкой состояния пациентки (по мнению истцов) и смертью ФИО13 Объективные основания для взыскания с ответчика в пользу истцов компенсации морального вреда отсутствуют.

Помощник Тавдинского городского прокурора Абрамовский Д.А. в судебном заседании считает заявленные исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объеме, так как при оказании медицинской помощи ФИО13 в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» имелись недостатки, диагностика и лечение проведены не в полном объеме.

Суд, заслушав истцов, представителя истцов, представителя ответчиков, допросив свидетелей, исследовав представленные доказательства, считает исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 38 Конституции Российской Федерации семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Здоровье, как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования, возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи. (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Согласно п. 6 ст. 4 Закона об основах охраны здоровья к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

Согласно п.п. 3, 4 ст. 2 названного Федерального закона медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

В соответствии с п. 21 ст. 2 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Согласно ч. 2 ст. 64 Закона критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 указанного Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно п. 3, 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на получение консультаций врачей-специалистов и возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно ч. 2 и ч. 3 ст. 98 Закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей при наличии общих условий и одновременно юридически значимым обстоятельством наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Кроме того, разъяснения по вопросу применения норм, регулирующих правоотношения, возникшие в связи с необходимостью взыскания компенсации морального вреда, содержатся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, право на охрану здоровья и медицинскую помощь.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п.14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда(п. 48 постановления Пленума).

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (п. 49 постановления Пленума).

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Согласно п. 27 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 Пленума).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судом установлено, что ФИО13 являлась супругой ФИО2, матерью ФИО1, ФИО3 

Согласно записям в медицинских документах ФИО13 15 июля 2022 года в 21 час 22 минуты ФИО13 была доставлен бригадой скорой медицинской помощи в ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» с жалобами на боли за грудиной, одышку при минимальных физических нагрузках (ходьба по комнате), затруднение дыхания, с предварительным диагнозом «гражданин». В приемном отделении ФИО13 была осмотрена дежурным врачом, выставлен диагноз: гражданин», пациентка госпитализирована в терапевтическое отделение, откуда в 23 часа 30 минут переведена в отделение реанимации для дальнейшего лечения. 17 июля 2022 года в 11 часов 20 минут ФИО13 переведена из отделения реанимации в терапевтическое отделение в связи улучшением самочувствия. 19 июля 2022 года в 23 часа 30 минут ФИО13 ГАУЗ СО «Тадинская ЦРБ» забрали родственники с целью прохождения дальнейшего лечения в медицинском учреждении г. Тюмени.

По пути в г. Тюмень родственниками ФИО13 была вызвана бригада скорой помощи, которой, по прибытию на вызов, проведена первичная диагностика, оказана медицинская помощь, после чего ФИО13 была доставлена в ГБУЗ ТО «Областная клиническая больница № 1», где ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 скончалась.

Согласно записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО13 явились: гражданин

1 августа 2022 года врачебной комиссией ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» проведен разбор случая оказания медицинской помощи ФИО13, составлен протокол, согласно заключению которого комиссия пришла к выводу что лечащим врачом пациентки ФИО13 допущены дефекты оказания медицинской помощи, что является нарушением приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 апреля 2021 года № 410н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при стабильной ишимической болезни сердца (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение), а именно: не проведена эхокардиография, не проведена консультация пациентки врачом-кардиологом, не проведена коррекция антикоагулянтной терапии по уровню МНО. Комиссией принято решение ходатайствовать перед главным врачом о наложении дисциплинарного взыскания на врача – терапевта терапевтического отделения ФИО9

По запросу суда из Страховой медицинской компании «АСТРАМЕД-МС» предоставлен акт экспертной оценки медицинской документации застрахованного лица ФИО13 от 26 сентября 2022 года согласно выводам которого имеется нарушение прав ФИО13, как лица, застрахованного в системе ОМС, на оказание качественной и своевременной медицинской помощи; выявленные дефекты не повлияли на результат лечения и прогноз заболевания. В период лечения в терапевтическом отделении данных за гражданин миокарда у ФИО13 не выявлено; при анализе ЭКГ выявлялись выраженные изменения, соответствующие гипертрофии левого желудочка, нарушению процессов реполяризация по передней стенке левого желудочка; отрицательной динамики при сравнении серии ЭКГ не обнаружено; острофазовые маркеры повреждения миокарда (тропонин, КФК МБ) не повышались. Кроме того, эксперт указал, что в представленных документах отсутствует результат патологоанатомического исследования, а также не указана дата смерти ФИО13, в связи с чем, сделать вывод о причине смерти пациентки не представляется возможным. ФИО13 покинула терапевтическое отделение 19 июля 2022 года в стабильном состоянии с улучшением. Диагноз бригады СМП города Тюмени, установленный 20 июля 2022 года, является предварительным и не опирается на результаты лабораторных и инструментальных исследований. Возможно, что к ухудшению состояния здоровья пациентки привела транспортировка в обычной машине без специальных условий при отсутствии медицинской помощи.

Согласно акту экспертизы качества медицинской помощи (целевой) от 10 сентября 2022 года, выявлены дефекты медицинской помощи: анамнез собран не в полном объеме, нет сравнения с прошлыми состояниями; не проведена дифф диагностика с ОКС; Терапия не соответствует стандарту и ТКР по СМП заключению. Невыполнение или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица (код дефекта 3.2.1). 

По факту смерти ФИО13 возбуждено уголовное дело №, в рамках которого проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, по результатам которого составлено заключение №см-22 от ДД.ММ.ГГГГ.

Экспертной комиссией сделаны выводы, согласно которым: при оказании скорой медицинской помощи ФИО13 сотрудниками бригады скорой медицинской помощи были допущены дефекты диагностики и тактики: при жалобах на боль за грудиной не детализированы характеристики боли (интенсивность, иррадиация, периодичность), что нарушает правила пропедевтики; не собран анамнез заболевания, не оценено течение стенокардии за последний месяц, не определены признаки коронарной недостаточности, не указан функциональный класс имеющейся в анамнезе стенокардии, что нарушает правила пропедевтики; неверно интерпретированы данные ЭКГ; установлен неправильный диагноз; принято неверное тактическое решение - госпитализация пациентки в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», в которой отсутствуют возможности проведения рентгеноэндоваскулярных методов диагностики и лечения острого коронарного синдрома, а также дефекты лечения: отсутствие адекватного обезболивания с использованием наркотических анальгетиков; отсутствие антитромбоцитарной и антикоагулянтной терапии.

При оказании медицинской помощи ФИО13 в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» были допущены дефекты диагностики и тактики: не выполнено ЭКГ исследование не позднее 10 минут от момента поступления ФИО13 в стационар; не выполнен осмотр врачом-кардиологом не позднее 5 минут от момента поступления ФИО13 в стационар; неверная интерпретация изменений, выявленных на ЭКГ; не выполнено ЭхоКГ; не осуществлены ни консультация с целью организации перевода, ни сам перевод ФИО13 в лечебно-профилактическое учреждение, располагающее возможностями проведения рентгеноэндоваскулярных методов диагностики/лечения острого коронарного синдрома в режиме 24/7/365, при наличии критериев острого гражданин миокарда 16 июля 2022 года клинический диагноз ФИО13 не был пересмотрен, а также дефекты лечения: отсутствие адекватного обезболивания; не проводилась двойная антитромбоцитарная терапия (ацетилсалициловой кислотой и ингибиторами Р2Y рецепторов тромбоцитов); не проводилась парентеральная антикоагулянтная терапия нефракционированным гепарином или низкомолекулярными гепаринами.

Основной причиной смерти ФИО13 стал гражданин

Дефекты оказания медицинской помощи в виде неполного, формального сбора жалоб и анамнеза пациента, установления неверного клинического диагноза, проведения недостаточной терапии, допущенные на этапе оказания скорой медицинской помощи и в период лечения ФИО13 в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», в совокупности привели к отсрочке оказания ФИО13 высокотехнологичной (рентгенэндоваскулярной) помощи и послужили условием прогрессирования заболевания и наступления неблагоприятного исхода.

Однако, даже полностью правильно (в соответствии с нормативными документами) оказанная медицинская помощь не могла гарантировать наступление у ФИО13 благоприятного исхода, поскольку, с учетом индекса GRACE на момент осмотра бригадой скорой медицинской помощи 15 июля 2022 года и при поступлении в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» у ФИО13 риск развития неблагоприятного исхода (индекс GRACE 141 балл, что соответствует риску смерти в стационаре более 3%) уже был высоким. 

Таким образом, экспертная комиссия пришла к выводу, что дефектов оказания медицинской помощи, находящихся в прямой причинно-следственной связи с развитием вышеуказанных патологических состояний, обусловивших наступление смерти ФИО13, в ходе настоящей экспертизы не выявлено. Допущенные дефекты диагностики, тактики и лечения состоят в непрямой/косвенной причинно-следственной связи с прогрессированием заболевания, ухудшением состояния и наступлением смерти ФИО13 

При этом, экспертной комиссии отмечено, что ФИО13 была выписана из ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» по инициативе родственников. Транспортировка ФИО13 в ГБУЗ ТО «ОКБ №1» осуществлялась на автомобиле, не имеющем оборудования для оказания специализированной медицинской помощи вне медицинской организации что, несмотря на кратковременность эвакуации, выступало дополнительным дестабилизирующим фактором. При транспортировке пациента в тяжелом состоянии должно быть обеспечено квалифицированное врачебное наблюдение, мониторинг основных клинических параметров (пульс, артериальное давление, сатурация), продолжение медикаментозной терапии и возможность для оказания медицинской помощи при дестабилизации состояния пациента вне медицинской организации. Таким образом, транспортировка ФИО13 на автомобиле, не имеющем оборудования для оказания специализированной медицинской помощи, в отсутствие медицинских работников и при отсутствии постоянного мониторинга, наряду с дефектами медицинской помощи, допущенными в ГАУЗ СО «Тавдинская НРБ», могла способствовать прогрессированию у ФИО13 заболевания, отсрочке оказания ей высокотехнологичной (рентгенэндоваскулярной) помощи и наступлению неблагоприятного исхода.

Оснований не доверять выводам экспертов не имеется, поскольку экспертиза выполнена квалифицированными экспертами, имеющими длительный стаж работы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Стороной ответчика не указано, а судом не установлено объективных фактов, предусмотренных ч. 2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на основании которых можно усомниться в правильности или обоснованности заключения экспертов. Неясности или неполноты заключения экспертов не установлено. Заключение экспертов содержит мотивированные ответы на поставленные перед экспертами вопросы, ответы изложены четко, в понятных формулировках и в полном соответствии с требованиями закона. Оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется. Выводы экспертов в судебном заседании ответчиком не опровергнуты.

В судебном заседании в качестве свидетелей были допрошены медицинские работники ФИО7, ФИО10

Свидетель ФИО7 суду пояснила, что ФИО13 была доставлена бригадой скорой медицинской помощи в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» 15 июля 2022 года в 21:30 с диагнозом «гражданин». При поступлении ФИО13 в приемном отдалении осматривал дежурный врач ФИО11, которая выставила диагноз. У ФИО13 были жалобы на боль за грудиной, одышку при минимальной нагрузке, затрудненное дыхание. В 2018 году ФИО13 были установлены диагнозы: гражданин В 2018 году была прооперирована, выписана с рекомендациями, на постоянной основе должна принимать «Варфарин». При пациентке были все выписки. После поступления ФИО13 проведено обследование согласно стандарту ИБС: сделана эхокардиограмма, взяты общий анализ мочи, крови, биохимический анализ крови, кардиомаркеры, биохимические кардиомаркеры указывающие на повреждение миокарда. Биохимические маркеры миокарда были в пределах нормы, не повышены. При поступлении снизилось давление до показателей 90/60, в связи с чем ФИО13 перевели в реанимационное отделение, где она находилась с 15 по 17 июля 2022 года. 17 июля 2022 года после обеда ФИО13 была переведена в терапевтическое отделение в связи с положительной динамикой, сатурация была в норме. На тот момент показателей для перевода пациента в больницу более высоко уровня и переадресации ФИО13 в медицинское учреждение г. Тюмени не имелось, самочувствие улучшилось, кардиограммы снимались ежедневно, кардиограмма была без изменений, сохранялась одышка. Консультация пациента кардиологом не проводилась, поскольку кардиолог в ГАУЗ СО «Тавдинский ЦРБ» один, он был в отпуске. 

Свидетель ФИО10 пояснила, что работает фельдшером станции скорой медицинской помощи. 15 июля 2022 года поступил вызов, пациентка жаловалась на давящую боль за грудиной, низкое давление, головокружение. Ей была оказана медицинская помощь согласно протоколу, сняли кардиограмму, изменений с предыдущей кардиограммой не было, уровень сахара, с учетом имеющегося диагноза – «гражданин в пределах нормы, после чего осуществлена госпитализация пациента в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ». Она дежурила вместе с ФИО12, он делал ЭКГ, проводил измерения, она собирала анамнез. Какие-либо анализы, в том числе на тропонины, они не берут. Если возникают сомнения, она делает фотографии кардиограммы и направляет их для консультации в г. Ирбит или в г. Тюмень, а также направляет кардиологу в центр медицины катастроф, где принимается решение о необходимости госпитализации, даются необходимые рекомендации. В данном случае у них каких-либо сомнений не возникло, поскольку текущая кардиограмма была аналогичной кардиограмме от 2018 года, которая была у пациента. Диагноз был выставлен на основании предыдущих исследований, имеющихся в медицинских документах пациента. Она настояла на госпитализации ФИО13 в стационар из-за одышки, которая, по ее мнению, была связана с хронической сердечной недостаточностью. Считает, что ей, возможно, следовало направить кардиограмму в центр медицины катастроф для консультации. 

Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Разрешая заявленные истцами требования о возмещении вреда, причиненного смертью близкого родственника в результате некачественно оказанной медицинской услуги, исходя из предмета и оснований иска суд учитывает, что значимым обстоятельством по делу является установление причинно-следственной связи между неправомерными действиями персонала медицинского учреждения и наступившими последствиями в виде смерти ФИО13 

Исследовав и проанализировав представленные сторонами доказательства в их совокупности, признав их надлежащими доказательствами, приняв во внимание пояснения сторон и свидетелей, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3, исходя из отсутствия причинно-следственной связи между недостатками оказания медицинской помощи и смертью ФИО13, наличия косвенной причинной связи между нравственными страданиями истцов в результате наступившей смерти их супруги и матери ФИО14 и действиями работников лечебного учреждения, ограничивающими право ФИО13 на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения.

Суд принял во внимание, что при разрешении возникших правоотношений юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинским персоналом ответчика медицинской помощи ФИО13, могли ограничить ее право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего (несвоевременного) оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине таких дефектов ее оказания как несвоевременная диагностика заболевания и не проведение пациенту всех необходимых лечебных мероприятий, направленных на устранение патологического состояния здоровья, причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

В обоснование требования о компенсации морального вреда и ее размера истцы ссылались на то, что им причинены нравственные страдания тяжестью перенесенных переживаний в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи родному человеку - супруге и матери, очевидностью ухудшения состояния ее здоровья в условиях стационара. После смерти ФИО13 они на протяжении длительного времени испытывали переживания, в связи с осознанием того, что при оказании своевременной и качественной медицинской помощи жизнь ФИО13 могла быть сохранена.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд руководствуясь положениями ст. 151, 1079, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом обстоятельств дела, пришел к выводу о наличии правовых оснований ко взысканию компенсации морального вреда истцам в связи с установленными в ходе рассмотрения дела со стороны ответчика ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» недостатками при оказании медицинской помощи ФИО13. 

Определяя размер компенсации морального вреда суд учитывает обстоятельства причинения вреда, объем недостатков, допущенных ответчиком, то обстоятельство, что супруге и матери истцов - ФИО13 требовалась, но не была оказана качественная и своевременная медицинская помощь, наличие косвенной причинной связи между недостатками оказания медицинской помощи и причинением нравственных страданий истцам, вызванных душевными переживаниями истцов, в течение нескольких дней наблюдавших длительные физические страданиями их близкого родственника ФИО13 вследствие несвоевременно и не в полном объеме оказанной медицинской помощи и впоследствии ее смертью, учитывает отношения, сложившиеся между ФИО13 и истцами, ФИО13 и истец ФИО2 в течение длительного времени состояли в браке, отношения были доброжелательные, они много времени проводили вместе, истцы ФИО3, ФИО1, хоть и проживали отдельно, но регулярно общались с матерью, ежедневно созванивались, оказывали друг другу помощь и заботу, соответственно смерть близкого человека влечет для истцов очевидные нравственные переживания, а также требования разумности и справедливости.

Суд также учитывает, что ответчиком не доказано отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации проведения диагностических мероприятий, исследований и лечебного процесса оказать пациенту необходимую, своевременную помощь, и избежать неблагоприятного исхода.

Вместе с тем, суд принимает во внимание мнение комиссии экспертов, что даже при отсутствии выявленных дефектов медицинской помощи, оказанная медицинская помощь не могла гарантировать сохранение жизни ФИО13, поскольку уже на момент первоначального осмотра бригадой скорой медицинской помощи и при поступлении в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» риск развития неблагоприятного исхода у ФИО13 был высоким.

Суд также обращает внимание тот факт, что транспортировка ФИО13 в ГБУЗ ТО «ОКБ №1», находящейся на момент транспортировки в тяжелом состоянии, осуществлялась на автомобиле, не оборудованном для оказания специализированной медицинской помощи, без необходимого наблюдения квалифицированным медицинским работником, что, как указали эксперты в своем заключении, выступало дополнительным дестабилизирующим фактором и могло способствовать прогрессированию у ФИО13 заболевания, отсрочке оказания ей высокотехнологичной (рентгенэндоваскулярной) помощи и наступлению неблагоприятного исхода.

При этом суд оценивает действия самих истцов, направленных на самостоятельное перемещение ФИО13 из лечебного учреждения в медицинское учреждение г. Тюмени, которые хоть и были вызваны желанием помочь своему родному человеку получить более квалифицированную медицинскую помощь с целью излечения, однако, в силу своего возраста и жизненного опыта, они не могли не знать, что транспортировка тяжело больного без специального оборудованного необходимым для сохранения при перемещении положения пациента, с учетом специфики его заболевания, наблюдения за ним и в случае необходимости оказания ему медицинской помощи, транспорта, а также медицинского персонала, способного оказать первичную медицинскую помощь, может негативно отразиться на течении болезни и вызвать ухудшение состояния его здоровья. При этом, не обладая медицинским образованием и познаниями в этой области, объективно не могли в полной мере оценить состояние здоровья ФИО13 и возможность ее транспортировки.

Поскольку судом достоверно установлены факты оказания ФИО13. некачественной медицинской услуги, суд приходит к выводу, что ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» допущено нарушение стандарта медицинской помощи, вследствие чего усматривается нарушение прав истцов по защите их нематериальных благ, связанных со смертью близкого родственника - супруги и матери.

Так как моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, то предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшему за перенесенные страдания.

С учетом изложенных обстоятельств, фактических обстоятельств дела, характера и степени причиненных истцам нравственных страданий, основываясь на принципах разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» компенсацию морального вреда в пользу истцов ФИО2, ФИО1, ФИО3 в размере по 300 000 рублей каждому.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. 

В соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от оплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются истцы по требованиям, вытекающим из исков о защите прав потребителя. 

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Поскольку истцы освобождены от уплаты государственной пошлины, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в связи с удовлетворением иска о взыскании компенсации морального вреда в сумме 300 рублей. На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 -199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО21, ФИО8 ФИО22, ФИО3 ФИО23 к государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница», о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница» (поставлен на учет в налоговом органе 17 марта 2014 года № в пользу ФИО1 ФИО24 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей. 

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница» в пользу ФИО8 ФИО25 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей. 

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница» в пользу ФИО3 ФИО26 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей. 

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница» в доход местного бюджета Тавдинского городского округа государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Тавдинский районный суд Свердловской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения 18 июля 2023 года.

Судья гражданин Чеблукова М.В.

гражданин

гражданин

гражданин