Дело №2-198/6-2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«08» мая 2018 года

г.Курск

Кировский районный суд г. Курска в составе:

председательствующего судьи Чухраевой О.Б.,

при секретаре Ивановой В.В.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ФИО11 к ФИО2 ФИО12 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, указывая, что 06 декабря 2017 года на 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием водителей ФИО3, управлявшего автомобилем 

<

данные изъяты>, и ФИО2, управлявшего автомобилем 

<

данные изъяты>, в результате которого, по вине ответчика ФИО2 автомобилю истца были причинены технические повреждения. Ответчик свою обязанность по страхованию гражданской ответственности не исполнил, полиса ОСАГО не имеет. Согласно экспертного заключения № от 26.12.2017г., выполненного оценщиком ИП ФИО4, величина восстановительных расходов автомобиля, с учетом утраты товарной стоимости 117 540 рублей, которую истец и просит взыскать в судебном порядке с ответчика ФИО2 Также просит взыскать судебные расходы по оплате услуг независимого оценщика в размере 14 900 рублей, по оплате юридических услуг 7 000 руб., по оплате нотариальных услуг за удостоверение доверенности представителя в размере 1 200 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины при подаче иска в суд в размере 3 551руб.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 по доверенности ФИО1 поддержал иск по изложенным в нем основаниям, с учетом уточнений и дополнений к иску, в порядке ст.39 ГПК РФ, в окончательном виде просил суд: взыскать с ответчика ФИО2 пользу ФИО3 материальный ущерб, причиненный ДТП, в сумме 106 155руб.81коп., в том числе: стоимость восстановительного ремонта 93 717руб. 88коп. и величина утраты товарной стоимости в размере 6 437руб. 93 коп. в соответствии с заключением эксперта ФБУ Курская ЛСЭ №№ от 24.04.2018г., дополнительные расходы, в связи с повреждением таблички с обозначение модели автомобиля в размере 6 000 руб.; компенсацию морального вреда в размере 7 800 рублей за полученные в результате ДТП нравственные страдания; а также судебные расходы по оплате услуг независимого оценщика за проведение экспертизы при подаче иска в суд в размере 14 900 рублей, по оплате юридических(представительских) услуг 7 000 руб., по оплате нотариальных услуг за удостоверение доверенности представителя в размере 1 200 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 323руб.12коп. 

В судебном заседании ответчик ФИО2 иск признал частично, возражал против удовлетворения в полном объеме заявленных сумм по возмещению ущерба, возражал против взыскания компенсации морального, а также взыскания судебных расходов по оплате услуг независимого оценщика в размере 14 900 рублей. При этом, пояснил, что вина водителей в произошедшем 06 декабря 2017г. дорожно-транспортном происшествии обоюдная. Он двигался без превышения скорости, его вина заключается в том, что не смог удержать при торможении свой автомобиль 

<

данные изъяты>, который стал неуправляемым при съезде с прилегающей дороги на главную из-за скользкого дорожного покрытия в силу погодных условий, и по этой причине автомобиль вынесло на дорогу. Истец ФИО3 также виновен в ДТП, поскольку не учел возникшее на его пути препятствие, не предотвратил столкновение, и продолжая движение с ускорением, заведомо не проходя по габаритам в промежуток между автомобилем 

<

данные изъяты> и краем дороги, совершил таран его автомобиля, причинив ему технические повреждения на сумму более 89 000 рублей. Выводы экспертного заключения, представленного суду, не оспаривает, при этом считает, что при наличии обоюдной и равной вины водителей, иск ФИО3 о возмещении материального ущерба может быть удовлетворен только в размере 50% от заявленных сумм, кроме того, считает что должна быть учтена сумма восстановительного ремонта с учетом износа автомобиля истца, который не является новым, имеет значительный пробег, поэтому и требования о возмещении утраты товарной стоимости являются необоснованными. 

Выслушав доводы и объяснения представителя истца и ответчика, изучив материалы дела, суд основывает свои выводы на представленных сторонами доказательствах и приходит к следующему. 

В силу общих оснований ответственности за причинение вреда, установленных ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с абз.2 ч.3 ст.1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствие со ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Исходя из анализа действующего законодательства для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: совершение этим лицом виновных действий, наступление для другого лица вредных последствий, причинно-следственная связь между виновными действиями данного лица и наступившими вредными последствиями. 

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, в данном споре, на лице, которому причинен ущерб, лежит бремя доказывания факта причинения вреда принадлежащему ему имуществу, а на лице, причинившем вред, - бремя доказывания того обстоятельства, что вред причинен не по его вине.

По делу установлено, что 06 декабря 2017 года примерно в 15час.45мин.около дома 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО3 и под его управлением, и автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № принадлежащего ФИО2 и под его управлением. В результате ДТП транспортные средства получили технические повреждения.

Определением инспектора ДПС ОБДПС ГИБДД УМВД России по Курской области от 06.12.2017г. было отказано в возбуждении административного дела в отношении ФИО2 в соответствии с п.2 ч.1 ст.24.5. КоАП РФ. При этом было установлено, что 06 декабря 2017 года примерно в 15час.45мин.около дома 

<

адрес> водитель ФИО2, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, не учел погодные условия и состояние дорожного покрытия, в результате чего не справился с управлением и допустил столкновение с транспортным средством 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №

Ответчик ФИО2 является владельцем автомобиля 

<

данные изъяты> на основании договора купли-продажи транспортного средства от 05.12.2017г. 

Гражданская ответственность ФИО2, как владельца транспортного средства на момент совершения ДТП не была застрахована.

Между сторонами возник спор о возмещении вреда, полученного в результате ДТП.

В соответствии со статьей 14 Конвенции о дорожном движении (заключена в г.Вене 08.11.1968 в ред. Европейского соглашения от 01.05.1971г.), содержащей общие предписания, касающиеся маневров, водитель, который намерен выполнить какой-либо маневр, например выехать из ряда транспортных средств, находящихся на стоянке, или въехать в него, принять вправо или влево на проезжей части дороги, выполнить поворот налево или направо для выезда на другую дорогу или для въезда в придорожное владение, должен начинать этот маневр только после того, как он убедится, что может это сделать, не подвергая опасности тех пользователей дороги, которые следуют позади него, впереди или навстречу, и с учетом их положения, направления движения и скорости.

Согласно п.1.5 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 г. N 1090, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 8.6. Правил дорожного движения РФ установлено, что поворот должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не оказалось на стороне встречного движения.

При повороте направо транспортное средство должно двигаться по возможности ближе к правому краю проезжей части.

Возражая против иска, ответчик каких-либо доказательств, исключающих его вину в причинении вреда имуществу истца, и объективных доказательств о наличии вины самого водителя ФИО3, управлявшего автомобилем 

<

данные изъяты> столкновение с которым совершил ответчик, суду не представил.

Ссылка ответчика на вышеуказанное определение должностного лица ГИБДД об отсутствии в его действиях состава административного правонарушения в данном ДТП, судом не принимается, поскольку при возбуждении дела об административном правонарушении или в рамках производства по такому делу в случаях, связанных с ДТП, устанавливается вина участников ДТП с точки зрения возможности привлечения их к административной ответственности. 

При этом, вывод о наличии или отсутствии состава административного правонарушения в рамках дела об административном правонарушении, в котором действует презумпция невиновности, не свидетельствует однозначно о наличии или отсутствии вины причинителя вреда при рассмотрении дела в порядке гражданского производства. 

Постановления органов ГИБДД являются одним из доказательств по делу, однако, не имеют преюдициального значения для суда и оцениваются в совокупности с другими доказательствами.

Отказ в возбуждении производства по делу об административном правонарушении в соответствии со ст.24.5. ст.24.5. КоАП РФ не является реабилитирующим основанием, однозначно свидетельствующим об отсутствии вины в причинении ущерба.

При этом, органами ГИБДД было констатировано, что именно водитель ФИО2 не учел состояние дорожного покрытия и не правился с управлением своего автомобиля, что повлекло столкновение с ТС истца. 

Доводы ответчика ФИО2 об отсутствии в его действиях нарушений ПДД РФ, поскольку он двигался с соблюдением установленной скорости, а моментом возникновения опасности для его движения было неожиданное появление на дороге автомобиля истца, который не учел наличие препятствия на дороге в виде его автомобиля 

<

данные изъяты>, противоречат обстоятельствам дела и требованиям пунктов 1.2. и 10.1. ПДД РФ, а потому не могут быть приняты во внимание.

Согласно п.1.2. Правил дорожного движения «Опасность для движения» - это ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Данное положение ПДД указывает на то, что опасностью для движения является любая дорожная ситуация, создающая угрозу возникновения ДТП. 

Из содержания требований пункта 10.1 ПДД РФ следует, что требованиям Правил соответствует не максимально разрешенная скорость для определенного участка дороги или прилегающей территории, а скорость движения, которая в конкретной дорожной ситуации, обеспечивает водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил и безопасное движение.

Установленные по делу обстоятельства, что водитель ФИО2, двигаясь в условиях отсутствия ограничения видимости, тем не менее, с учетом погодных условий и состояния дорожного покрытия не обеспечил контроль за траекторией следования и движением своего транспортного средства при выезде с прилегающей дороги на главную для поворота направо, в результате чего выехал на встречную полосу, допустив столкновение с автомобилем истца ФИО3, который двигался с установленной скоростью по своей полосе движения.

Представленная суду видеозапись регистратора с автомобиля истца, подтверждает как данные обстоятельства, так и опровергает доводы ответчика о том, что столкновение произошло в силу непреодолимой силы, поскольку его автомобиль понесло и затормозить не было возможности.

Для признания наступления обстоятельства в силу непреодолимой силы необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. 

Между тем, таких обстоятельств по делу не установлено. Анализ всех обстоятельств по делу и представленных доказательств в их совокупности, позволяет суду придти к выводу, что именно результат действий ответчика в нарушение предписаний ПДД РФ, привел к столкновению автомобилей, поскольку в отсутствие осмотрительности и внимательности, при возникновении опасности для движения, которую истец в состоянии был обнаружить, не обеспечил контроль за движением своего транспортного средства, что и повлекло столкновение с автомобилем истца.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, доводы ответчика о наличии обоюдной вины водителей в возникновении данного ДТП, суд находит не состоятельными.

При таком положении исковые требования истца ФИО3 к ответчику ФИО2 о возмещении материального ущерба являются обоснованными. 

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В абз. 1 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. 

Согласно абз. 2 п. 13 того же Постановления, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Утрата товарной стоимости представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

В связи с тем, что утрата товарной стоимости относится к реальному ущербу наряду со стоимостью ремонта и запасных частей транспортного средства, вопреки возражениям ответчика по делу, в ее возмещении не может быть отказано.

Таким образом, собственник поврежденного имущества имеет право на его восстановление либо на компенсацию ущерба в таком размере, который позволил бы привести имущество в пригодное для использования состояние, то есть восстановить положение, существовавшее до нарушения права.

Для проверки доводов сторон о размере реального ущерба, и по ходатайству ответчика, по делу была проведена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено ФБУ Курская ЛСЭ Минюста России.

Согласно выводам представленного суду экспертного заключения № от 24.04.2018г., стоимость восстановительного ремонта автомобиля 

<

данные изъяты>, принадлежащего ФИО3, исходя из повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия 06.12.2017г., без учета износа (восстановительные расходы) составляет 93 700 рублей. Размер утраты товарной стоимости автомобиля составляет 6 437руб.93коп.

Оснований не доверять данному заключению у суда не имеется. 

Данное заключение не оспаривалось и ответчиком.

В соответствии с п.3.4. Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденного Банком России 19.09.2014 N 432-П, Результат расчета расходов на восстановительный ремонт при формировании выводов исследования округляется до сотен рублей.

А потому, с учетом уточненных исковых требований, основанных на данном заключении эксперта, и в силу положений ч.3 ст.196 ГПК РФ, суд считает, что исковые требования о возмещении материального вреда, причиненного истцу в результате ДТП, подлежат удовлетворению именно в размере, указанном в выводах эксперта по заключению №№, без учета износа.

В обоснование возражений о необходимости определения размера ущерба с учетом износа, ответчиком не представлено доказательств что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений автомобиля истца и имеется свободный и достаточный рынок тех запасных частей, бывших в употреблении, которые истец может приобрести для восстановления автомобиля.

При этом, суд учитывает, что на момент рассмотрения дела автомобиль истца был отремонтирован в ООО «Шкода Центр Курск» и стоимость услуги по ремонту автомобиля составила 141 273руб.00коп.

В данном случае, учитывая принцип полного возмещения убытков, гарантирующий возможность восстановления нарушенного права, заявленная по иску и удовлетворенная судом сумма материального ущерба не нарушает принцип недопустимости обогащения потерпевшей стороны вследствие возмещения убытков. 

Таким образом, в связи с отсутствием договора ОСАГО, которым была бы застрахована ответственность водителя ФИО2, при расчете реального ущерба, причиненного истцу, амортизационный износ транспортного средства не подлежит применению. 

Однако, учитывая отсутствие доказательств, подтверждающих повреждение в результате ДТП и необходимость приобретения новой таблички с обозначением модели автомобиля истца, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в части взыскания дополнительных расходов по оплате такой таблички в сумме 6 000 рублей.

Разрешая иск в части требований о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под физическими страданиями понимается расстройство или негативные последствия физического благополучия пострадавшего. Под нравственными (психическими) страданиями понимается совокупность отрицательных эмоций, эмоциональное беспокойство, психическое неблагополучие (негативные эмоции). 

Из пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями, посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу ч.2 ст.151 и ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. При определении размера компенсации морального вреда, учитываются степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, а также иные заслуживающие внимание обстоятельства. 

Исходя из требований ст.ст.151, 1064, 1079 ГК РФ, учитывая конкретные фактические обстоятельства по делу, при которых был причинен моральный вред, т.е. сам факт совершения дорожно-транспортного происшествия, внезапность виновных действий ответчика, в результате которых истец испытал стресс в виде страха за жизнь и здоровье, суд приходит к выводу, что доводы по иску о причинении ФИО3 нравственных страданий, имеют свое объективное основание.

Вместе с тем, при определении размера денежной компенсации морального вреда, суд, исходя из принципа разумности и справедливости, оценивая адекватность и соразмерность суммы компенсации перенесенных истцом моральных страданий, находит, что заявленный ко взысканию размер морального вреда в размере 7 800 рублей является завышенным и считает возможным определить ко взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО3 в возмещение морального вреда денежную компенсацию в размере 1 000 рублей.

При разрешении вопроса о распределении судебных расходов, суд исходит из следующего.

Согласно ч.1 ст.88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу принципа распределения судебных расходов и издержек, связанных с рассмотрением дела, судебные расходы и издержки возлагаются на сторону, проигравшую судебный процесс. При этом, возмещению подлежат только те судебные расходы, которые действительны, понесены фактически, являлись разумными и необходимыми, оправданными ценностью подлежащего защите права и сложностью дела.

При рассмотрении настоящего дела, представление интересов и прав истца ФИО3 в суде осуществлял ФИО1, действовавший по нотариальной доверенности от 22.12.2017г. и на основании договора –поручение на оказание услуг представителя от 22.12.2017г., договора об оказании юридических услуг (услуг представителя) №№ от 22.01.2018г.

Оплата истцом юридических (представительских) услуг в размере 7 000 руб., документально подтверждена квитанцией-договором № от 22.01.2018г. 

Судебный спор, инициированный истцом ФИО3 фактически разрешен судом в его пользу. Таким образом, предъявление требований к ответчику ФИО2 о возмещении понесенных по делу этих судебных расходов, является правомерным.

Принимая во внимание объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора и уровень его сложности, а также объем оказанных истцу юридических услуг: подготовка искового заявления, участие представителя истца в судебных заседаниях, учитывая их продолжительность, а также учитывая отсутствие возражений со стороны ответчика относительно данного вида и размера судебных расходов, суд определяет ко взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО3 в возмещение расходов на оплату услуг юридических представителя сумму в заявленном в размере 7 000 рублей.

Также, в силу ч.1 ст.98 ГПК РФ, с ответчика в пользу истца подлежат расходы по оплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенных судом исковых требований в размере 3 502 руб. 75коп.

Вместе с тем, исходя из разумности подлежащих отнесению на ответчика судебных расходов, суд не находит оснований для взыскания расходов на нотариальную доверенность в сумме 1 200 рублей.

В абз. 3 п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленной в материалы дела копии нотариально удостоверенной доверенности от 22.12.2017г., выданной представителю истца – ФИО1, равно как и ФИО5 и ФИО6, не следует, что данная доверенность выдана для участия в конкретном деле или конкретном судебном заседании. Полномочия перечисленныз в доверенности лиц не ограничены лишь представительством в судебных органах. Кроме того, в материалах дела представлена копия доверенности, что позволяет ее использование для выполнения иных поручений, предусмотренных доверенностью. В связи с чем, требование в этой части судебных расходов удовлетворению не подлежит.

Также не могут быть удовлетворены требования в части взыскания расходов в размере 14 900 руб., связанными с оплатой услуг независимого оценщика ИП ФИО4 за выполнение экспертного заключения №№ 26.12.2017. 

В силу положений гражданского процессуального законодательства, экспертное заключение может являться доказательством по делу. 

Вместе с тем, учитывая, что в качестве доказательства по уточненным исковым требованиям, которые удовлетворены судом, истец использовал другое экспертное заключение №№ от 24.04.2018г., выполненное экспертом ФБУ Курская ЛСЭ Минюста России, суд считает, что оснований для возложения на ответчика ФИО2 обязанности по возмещению истцу расходов по оплате экспертных услуг ИП ФИО4 не имеется.

Таким образом, всего с ответчика ФИО2 ФИО13 в пользу истца ФИО3 ФИО14 подлежит взысканию сумма 111 640руб. 68коп. (93 700 + 6 437,93 + 1 000+ 7 000 +3 502,75).

Разрешая заявление ФБУ Курская ЛСЭ о возмещении судебных расходов за экспертизу, суд исходит из следующего. 

Определением суда от 02 марта 2018 года, по ходатайству ответчика по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено ФБУ Курская ЛСЭ Минюста России. Определением суда обязанность по оплате за производство данной экспертизы была возложена полностью на ответчика ФИО2 

Экспертиза была выполнена в порядке ст.85 ГПК РФ, суду представлено заключение эксперта №№ от 24.04.2018г., при этом ответчик свою обязанность, возложенную судом, по оплате экспертизы истец не исполнил. 

Согласно сообщения ФБУ Курская ЛСЭ Минюста России, стоимость проведенной судебной экспертизы составляет 7 950 рублей.

С учетом положений ч.1 ст.88, ч.1 ст.94, 85 и ст.95 ГПК РФ, исходя из принципа распределения судебных расходов, и издержек, связанных с рассмотрением дела, содержащегося в ст.98 ГПК РФ, с ответчика ФИО2 также подлежат взысканию в пользу ФБУ Курская ЛСЭ Минюста России, судебные расходы по оплате производства судебной экспертизы в размере 7 950 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 ФИО15 в пользу ФИО3 ФИО16 ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в размере 93 700 рублей, утрату товарной стоимости автомобиля в размере 6 437руб.93коп., компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей, судебные расходы в размере 10 502руб. 75коп., а всего 111 640 руб.68коп. 

Взыскать с ФИО2 ФИО17 в пользу ФБУ Курская ЛСЭ Минюста России судебные расходы по оплате производства судебной экспертизы в размере 7 950 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд через Кировский районный суд г.Курска в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения, т.е. с 15.05.2018 года. 

Судья: Чухраева О.Б.