Судья Чекин А.В. Дело № 33-2454/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Курганского областного суда в составе: 

судьи - председательствующего Литвиновой И.В.,

судей Богдановой О.Н., Булатова П.Г., 

при секретаре судебного заседания Булгаковой М.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Кургане 27 июля 2017 года гражданское дело по исковому заявлению Кокориной Елены Геннадьевны к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, 

по апелляционной жалобе Министерства финансов Российской Федерации на решение Курганского городского суда Курганской области от 20 апреля 2017 года, которым постановлено: 

«Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Кокориной Елены Геннадьевны в счет компенсации морального вреда 50000 руб., в счет расходов на оплату услуг представителя 5000 руб.

В остальной части исковых требований отказать».

Заслушав доклад судьи Булатова П.Г., представителя третьего лица Прокуратуры Курганской области - прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Курганской области Поляковской И.В., судебная коллегия 

УСТАНОВИЛА:

Кокорина Е.Г. обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда. 

В обоснование требований указала, что 13 января 2016 года Следственным отделом по г. Кургану Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области в отношении неё было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК Российской Федерации). Приговором Курганского городского суда Курганской области от 1 декабря 2016 года она была оправдана по предъявленному обвинению, за ней признано право на реабилитацию. Судом апелляционной инстанции оправдательный приговор суда оставлен без изменения. На период судебного разбирательства по уголовному делу к ней была применена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. В связи с необоснованным привлечением к уголовной ответственности она была уволена с работы по виновным основаниям, претерпевала моральные страдания, выразившиеся в умалении её чести, достоинства, деловой репутации, в негативном изменении общественного мнения. Полагала, что в результате необоснованного уголовного преследования ей причинены моральные страдания, компенсацию которых оценила в размере 500 000 рублей.

Просила суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в сумме 500000 рублей, в счет возмещения расходов оплату услуг представителя 20000 рублей.

В судебном заседании истец Кокорина Е.Г. и её представитель Колегов А.В., действующий на основании ордера, на исковых требованиях настаивали, просили их удовлетворить. 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации Рабинович И.И., действующий на основании доверенности, с заявленными исковыми требованиями не согласился. Полагал завышенным размер компенсации морального вреда, заявленный истцом. 

Представитель третьего лица Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области – Федорова И.Ю., действующая на основании доверенности, с заявленными исковыми требованиями не согласилась. Указала, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда является очевидно завышенным.

Представитель третьего лица Прокуратуры Курганской области – Меньщикова Т.Н., действующая на основании доверенности, не оспаривая право истца на реабилитацию, указала, что истцом не представлены доказательства заявленного размера компенсации морального вреда.

Судом постановлено изложенное выше решение.

В апелляционной жалобе Министерство финансов Российской Федерации просит решение суда изменить и принять новое решение по делу, снизив размер компенсации морального вреда и размер возмещения расходов по оплате услуг представителя.

В обоснование жалобы апеллянт указал, что размер взысканной судом денежной компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей является явно завышенным и не подтвержден надлежащими доказательствами. В решении не отражено, что отсутствует прямая причинно-следственная связь между привлечением к уголовной ответственностью и претерпеванием истцом существенных физических и нравственных страданий. Также полагает завышенным и не отвечающим принципам разумности и справедливости размер возмещения расходов на оплату услуг представителя. 

Возражений на апелляционную жалобу не поступило.

В судебном заседании представитель третьего лица Прокуратуры Курганской области - прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Курганской области Поляковская И.В., выразила согласие с постановленным решением.

С учетом положений ч. 1 ст. 327, ч. 3, 4 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК Российской Федерации), суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения апелляционной жалобы при установленной явке.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы ответчика на основании ст. 327.1 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает правовых оснований для отмены решения суда.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или должностных лиц.

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 5 ее статьи 5, а также статья 3 Протокола № 7 к данной Конвенции) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт «а» пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9 и пункт 6 статьи 14), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или судебной ошибки, на компенсацию и обязанность государства обеспечить эффективные средства правовой защиты нарушенных прав.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 2 марта 2010 года № 5-П и в Определении от 11 мая 2012 года № 665-О, правоприменитель в целях реализации вытекающего из Конституции Российской Федерации принципа максимально возможного возмещения причиненного незаконным уголовным преследованием вреда руководствуется при решении данного вопроса как положениями части первой статьи 135 УПК Российской Федерации, предусматривающими виды соответствующих выплат, так и иными положениями законодательства, устанавливающими общие правила определения размера возмещения вреда. 

Согласно ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее УПК Российской Федерации) вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании ч. 2 ст. 136 УПК Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Из материалов дела следует, что в отношении Кокориной Е.Г. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК Российской Федерации, в отношении неё была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до окончания предварительного расследования и судебного разбирательства.

Приговором Курганского городского суда Курганской области от 1 декабря 2016 года Кокорина Е.Г. была оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК Российской Федерации, на основании п. 3 ч.2 ст. 302 УПК Российской Федерации в связи с отсутствием в деянии подсудимой состава преступления, за ней признано право на реабилитацию, отменена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д.5-11).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Курганского областного суда от 26 января 2017 года указанный приговор Курганского городского суда Курганской области от 1 декабря 2016 года оставлен без изменения, апелляционное представление без удовлетворения (л.д.12-14).

В соответствии со ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК Российской Федерации) вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещаются за счет казны Российской Федерации, а в случаях предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры или суда, в установленном порядке.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции обосновано исходил из того, что вынесение в отношении Кокориной Е.Г. оправдательного приговора в связи с отсутствием в её действиях состава преступления подтверждает факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности, что является основанием для возмещения государством причиненного вреда.

Указанный вывод соответствует приведенным выше нормам материального права.

Поскольку в рассматриваемом случае имеет место незаконное привлечение истца Кокориной Е.Г. к уголовной ответственности, при котором сам факт причинения морального вреда признается законом и не требует дополнительного доказывания, суд первой инстанции обоснованно возложил на ответчика обязанность по компенсации истцу морального вреда.

В соответствии с требованиями ст. ст. 151 и 1101 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд должен принимать во внимание все заслуживающие внимания обстоятельства, учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, а также требования разумности и справедливости.

Согласно п. 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом, в частности при причинении гражданину вреда в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии со ст. 1100 ГК Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности.

Согласно ст. 1101 ГК Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, с учетом фактических обстоятельств, степени вины причинителя вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, с учетом требований разумности и справедливости.

В силу положений п.21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, непосредственно исследовав в судебном заседании представленные сторонами доказательства и оценив доводы сторон, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об обоснованности заявленных истцом требований и, на основании внутреннего убеждения определил размер компенсации морального вреда, учитывая при этом степень испытанных Кокориной Е.Г. нравственных страданий.

Доводы апелляционной жалобы о несоразмерности определенного судом первой инстанции размера компенсации морального вреда, не могут быть приняты во внимание, поскольку направлены на переоценку установленных судом обстоятельств дела.

При определении размера компенсации морального вреда судом правомерно приняты во внимание длительность уголовного преследования, индивидуальные особенности истца, ее возраст, основания прекращения уголовного преследования, вид и длительность избранной в отношении истца меры пресечения, обвинение Кокориной Е.Г. в совершении умышленного преступления, относящегося к категории тяжких. При этом обоснованно отвергнут довод стороны истца о наличии причинно-следственной связи между увольнением Кокориной Е.Г. и привлечением её к уголовной ответственности.

Вопреки доводам жалобы Министерства финансов Российской Федерации, судебные расходы взысканы судом в пользу истца по правилам ст. ст. 98, 100 ГПК Российской Федерации. Оснований для снижения установленного судом размера расходов на оплату услуг представителя судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы не усматривает. 

В соответствии с п. п. 12, 13, 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции учел категорию дела, объем проделанной представителем работы и, с учетом принципа разумности, определил его в размере 5 000 рублей.

В соответствии со ст. 327.1 ГПК Российской Федерации дело рассмотрено судебной коллегией в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе. 

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Курганского городского суда Курганской области от 20 апреля 2017 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Министерства Финансов Российской Федерации – без удовлетворения.

Судья - председательствующий 

Судьи: