Дело № 2-573/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 августа 2017 года г. Красноярск

Кировский районный суд г. Красноярска,

в составе председательствующего судьи Мугако М.Д.,

при секретаре Грецких М.С.,

с участием помощника прокурора Кировского района г. Красноярска Дозорцевой М.В.,

представителей ответчика КГБУЗ К. ФИО1, ФИО2, ФИО3,

представителя ответчика САО «Надежда» ФИО4,

представителя третьего лица НУЗ Д. ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к САО «Н. о защите прав потребителя и возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6, с учетом уточненных исковых требований, обратился в суд с иском к ответчику о взыскании страхового возмещения, защите прав потребителя, требования мотивированы тем, что в результате неправильно проведенной КГБУЗ «К. операции по лечению острого аппендицита у ФИО6 возникло осложнение в виде абсцесса печени, в связи с чем он был вынужден обратиться за медицинской помощью в НУЗ «Д. где ему была проведена операция. 

В судебное заседание истец и его представитель не явились, извещены надлежащим образом и своевременно, сведений об уважительности причин неявки суду не представили.

Представители ответчиков и третьего лица возражали против удовлетворения иска, указывая на необоснованность требований истца. Представитель ответчика настаивал на рассмотрении дела по существу.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, и их представители ООО М., ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Представитель ООО М. просил рассмотреть дело без его участия.

Прокурор полагал исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Часть 1 ст. 167 ГПК РФ предусматривает, что лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин.

Согласно ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Поскольку истец и его представитель были лично и заблаговременно извещены о времени и месте рассмотрения дела, представитель ФИО6 по доверенности был ознакомлен с результатами судебной экспертизы, истец и его представитель суд о причинах неявки не известили, доказательства уважительности причин неявки не представили, представитель ответчика настаивал на рассмотрении дела по существу, суд полагает возможным рассмотреть дело без участия неявившихся истца и его представителя. Предусмотренных законом оснований для отложения рассмотрения дела не имеется.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договор предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из положений статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Согласно полису страхования от 29.12.2015 ответственность КГБУЗ К. перед третьими лицами в связи с обязанностью возмещения вреда жизни и здоровью пациентов застрахована в САО «Н.» с лимитом ответственности 300 000 руб. в части причинения морального вреда (т. 1 л.д. 27-43). Врач, проводивший операцию ФИО6 – ФИО7, включен в список застрахованных лиц.

Как усматривается из медицинских документов, 17.07.2016 ФИО6 был доставлен в КГБУЗ «К. с жалобами на острую боль. В тот же день после проведенного осмотра ФИО6 был выставлен предварительный диагноз – острый аппендицит. Врачом было принято решение выполнить диагностическую лапароскопию. В ходе операции ФИО6 был удален червеобразный отросток. Послеоперационный период протекал гладко. 29.07.2016 ФИО6 выписан в удовлетворительном состоянии.

05.08.2016 ФИО6 был доставлен в НУЗ «Д. с жалобами. Установлен предварительный диагноз 

<

данные изъяты> 15.08.2016 ФИО6 выполнена лапаротомия, вскрытие абсцесса печени. Дополнительно проведена ревизия места удаленного аппендикулярного отростка – патологии не выявлено.

В судебном заседании врач КГБУЗ К. ФИО7 пояснил, что при проведении им операции по лечению острого аппендицита он действовал в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи. Последствия в виде развития у ФИО6 абсцесса печени не являются следствием проведенной операции. Метод проведения операции путем лапароскопии является правильным и не мог оказать влияния на развитие абсцесса печени. 

Как указано в представленном ОАО «Р. (ООО М.) экспертном заключении оценки качества оказания медицинской помощи ФИО6, а также рецензии, выполненными профессором д.м.н. ФИО8 (включен в единый территориальный реестр врачей-экспертов Красноярского края) дефектов лечения ФИО6 в КГБУЗ «К. не установлено (т. 1 л.д. 77-82).

Не согласившись с выводами указанного заключения, ФИО6 ходатайствовал о проведении по делу судебно-медицинской экспертизы качества оказания помощи.

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 04.05.2017, проведенной экспертами КГБУЗ «Красноярское краевой Бюро судебно-медицинской экспертизы», на момент госпитализации и первичного осмотра хирургом пациенту вначале (на основании клиники) установлен диагноз острого панкреатита (ввиду завуалированной клинической картины забрюшинно расположенного воспаленного отростка) и проводился дифференциальный диагноз между острым панкреатитом и острым аппендицитом. Для этого и выполнялась диагностическая лапароскопия, которая при визуальном подтверждении признаков острого аппендицита (

<

данные изъяты>), переведена в лечебную операцию - аппендэктомию. Согласно регионального стандарта (Алгоритмы диагностики и лечения острых хирургических заболеваний органов брюшной полости в медицинских учреждениях Красноярского края. Красноярск, 2009 г.), при любом варианте острого аппендицита (в том числе и деструктивного) может быть выполнена лапароскопическая аппендэктомия. Противопоказанием является распространенный перитонит, который требует ревизии и санации всей брюшной полости. В конкретном случае в брюшной полости имелось до 100 мл серозно-фибринозного выпота, что соответствует установленному послеоперационному диагнозу - местного перитонита, при котором возможно выполнение операции лапароскопически с санацией зоны локального воспаления, что и было выполнено.

Развитие осложнения в виде абсцесса печени является редким и встречается в 0.4% у больных только с деструктивной формой аппендицита. Причиной его развития является переход острого воспаления на брыжейку червеобразного отростка и её вены с последующим распространением на вены илеоцекального угла и ведущее к гематогенному транспорту инфекции по венозным коллекторам большой брызжеечной вены (вены iliocolica). При этом возможны отсевы по другим венам портального русла (печеночным, селезеночной). Подтверждением этому является локализация абсцесса у пациента в правой доле печени (7 сегмент). Такое осложнение (с гематогенным распространении инфекции в портальном русле) развивается и описано именно при «открытых» аппендэктомиях и не может быть причиной и результатом выбора выполненного лапароскопического вмешательства. В случае неадекватной санации брюшной полости (на что указывает в жалобе пациент) развилось бы другое осложнение - подпеченочный или поддиафрагмальный абсцесс, которые возникают при распространении инфекции по брюшине. Клинически отсев инфекции по портальному руслу наиболее ярко проявляются на 4-5 сутки после операции, что и имело место у пациента.

Медицинская помощь больному ФИО6 оказана правильно в полном объеме согласно МЭСу на высоко технологическом уровне. В результате лечения наступило выздоровление, что подтверждается клинически и лабораторно.

Ранние послеоперационные осложнения возникли в результате транзиторной бактериемии. Это подтверждается сроками развития внутрипеченочного абсцесса. Во время операции происходит нарушение, повреждение воспалительного барьера (лейкоцитарного вала) в результате чего микроорганизмы попадают в кровь и разносятся по всему организму. Печень является первым барьером на пути транзиторной бактериемии, поэтому там чаще всего возникают воспалительные процессы. В данном случае отягощающим фактором стало наличие бета-лактамных микроорганизмов, устойчивых к основным антибактериальным препаратам. Данное осложнение возникло не в результате неправильного лечения больного или ошибки в технике операции. Это следствие воспалительного процесса в червеобразном отростке (деструктивный аппендицит).

Согласно выводу экспертов медицинская помощь ФИО6 оказана правильно, каких-либо недостатков оказания медицинской помощи не имеется, нарушений стандартов оказания медицинской помощи не имеется. 

Указанное экспертное заключение является ясным, полным, обоснованным, содержит подробное описание, выводы, не содержит разночтений, противоречий, выполнено квалифицированными экспертами, обладающими необходимыми специальными познаниями. При проведении экспертизы суд предупредил экспертов об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренную ст. 307 УК РФ. Оснований сомневаться в правильности экспертного заключения не имеется. Стороной истца указанное заключение не оспорено.

Учитывая изложенное, суд признает указанное заключение в качестве допустимого доказательства.

Поскольку доказательств, подтверждающих доводы истца о ненадлежащем оказании ему медицинской помощи и причинении вреда его здоровью в результате виновных действий КГБУЗ «К. представлено не было, оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании страхового возмещения с ответчика САО Н. не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Кировский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня оглашения.

Судья М.Д. Мугако