Копия

Дело № 2-10/20

(24RS0007-01-2019-000997-65)

РЕШЕНИЕ

 (Заочное)

Именем Российской Федерации

28 июля 2020 года Богучанский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Максимовой О.В.,

при секретаре Коровяковой А.В.,

с участием помощника прокурора Богучанского района Селезневой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 

<

данные изъяты>, ФИО4 в лице законного представителя ФИО5 

<

данные изъяты>, ФИО2 

<

данные изъяты> к КГБУЗ «Богучанская районная больница» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, ФИО5, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО4, ФИО6 обратились в суд с иском (с учетом произведенных уточнений 14.05.2020 года в силу ст. 39 ГПК РФ) к КГБУЗ «Богучанская районная больница» о компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что в 20-х числах июля 2016 года ФИО8 обратился с жалобами на плохое самочувствие в амбулаторию п. ФИО1 

<

адрес>, где ему был поставлен диагноз – инфаркт, выдано направление в КГБУЗ «Богучанская районная больница». С 28.07.2016 года по 12.08.2016 года ФИО8 находился на стационарном лечении в КГБУЗ «Богучанская районная больница», при поступлении с диагнозом инфаркт. После выхода из отпуска кардиолога диагноз инфаркт не был подтвержден, при этом, ФИО8 было назначено лечение без установки точного диагноза. 12.08.2016 года, несмотря на то, что состояние здоровья ФИО8 не улучшилось, он был выписан из больницы, согласно выписному эпикризу с диагнозом: 

<

данные изъяты>; в листке нетрудоспособности указано – приступить к работе с 13.08.2016 года. 17.08.2016 года ФИО8 умер. Согласно медицинскому свидетельству о смерти от 19.08.2016 года смерть ФИО8 наступила от заболевания (острая сердечная недостаточность, крупноочаговый кардиосклероз). Согласно ответу АО МСО «Надежда» на обращение от 28.10.2016 года по результатам проведенной ЭКМП выявлены дефекты ненадлежащего выполнения необходимых пациенту диагностических и (или) лечебный мероприятий, приведших к ухудшению состояния здоровья, либо создавшие риск прогрессирования заболевания. Из заключения экспертизы по материалам проверки от 26.12.2016 года, проведенной ГУЧЗ «Красноярское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы» следует, что смерть ФИО8 наступила от 

<

данные изъяты>; прямой причинной связи между оказанной медицинской помощью и смертью ФИО8 не имеется. С указанным заключением истцы не согласны. Медицинские услуги ФИО8 были оказаны ответчиком несвоевременно, не в полном объеме, не квалифицировано, что привело к ухудшению состояния его здоровья и последующей смерти, имеется причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступлением смерти ФИО8 Кроме того, воспрепятствование ответчиком в сборе доказательств, необходимых для проведения судебно-медицинской экспертизы, а именно в представлении необходимой медицинской документации, нарушает права истцов и принцип состязательности участников процесса, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ответчика. Отсутствие медицинских документов делает невозможным проведение судебно-медицинской экспертизы, и как следствие делает невозможным обоснование позиции истцов. В результате смерти отца и сына ФИО8 истцам причинен моральный вред, выразившийся в переживаемых ими тяжелых нравственных страданиях, связанных со смертью близкого человека. Полагая, что смерть ФИО8 наступила по причине ненадлежащим образом оказанной ему медицинской помощи, доказательств обратного ответчиком не представлено, просят взыскать в свою пользу с ответчика компенсацию морального вреда в размере по 500 000 рублей в пользу каждого истца.

Истец ФИО3 в зал суда не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в свое отсутствие, ранее в судебных заседаниях заявленные требования поддержала в полном объеме, настаивая на их удовлетворении, суду пояснила, что после выписки из больницы 12.08.2016 года ее отец ФИО8 плохо выглядел, сильно похудел, его руки были желто-зеленого цвета. Она собралась уезжать в г. Красноярск, просила его поехать с ней, он отказался. 13.08.2016 года он вышел на работу, 17.08.2016 года его поставили на вагоны, ему стало плохо, пошла кровь изо рта, и он умер. В последнее время отец проживал один, с ФИО5 разошелся, на состояние своего здоровья не жаловался, про свои заболевания не рассказывал, при этом, у него постоянно была ангина, поднималась температура тела, он бросил курить, не ел жирную пищу, правильно питался. Сначала отец обратился в Осиновомысскую амбулаторию, так как чувствовал себя плохо, после сам поехал в КГБУЗ «Богучанская районная больница», куда поступил с диагнозом – инфаркт, говорил, что его лечили в больнице антибиотиками. Ему врачи разрешили приступить к работе после больницы, чего делать было нельзя. Потеря отца для нее была неожиданностью, до сих пор она испытывает сильные нравственные страдания.

Истцы ФИО6, ФИО4 в лице законного представителя ФИО5 в зал суда не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в свое отсутствие, о чем представили ходатайство, заявленные требования с учетом произведенных дополнений поддержали в полном объеме, представили письменный отзыв на возражения ответчика, где указали, что представленные ответчиком доказательства в обоснование его позиции являются недопустимыми и недостоверными. В представленных актах экспертизы качества медицинской помощи от 25.10.2016 года, 24.10.2016 года не указаны полные данные эксперта (ФИО); в экспертном заключении от 21.10.2016 года имеются ошибки и противоречия; заключение эксперта от 26.12.2016 года является необоснованным, поскольку при проведении экспертизы не изучалась амбулаторная карта и медицинская карта стационарного больного ФИО8

Ответчик КГБУЗ «Богучанская районная больница» в зал суда своего представителя не направило, о времени и месте слушания дела извещено надлежащим образом, о причинах неявки своего представителя суду не сообщило, представило письменные возражения на исковое заявление и уточнения к нему, где указало, что ФИО8 находился на стационарном лечении в КГБУЗ «Богучанская районная больница» с 28.07.2016 года по 12.08.2016 года с диагнозом – 

<

данные изъяты>. В экспертном заключении МСО «Надежда» указано, что за период лечения ФИО8 проведены лечебно-диагностические мероприятия в полном объеме в рамках диагностических возможностей ЛПУ, при этом, в ответе истцам указано, что выявлены дефекты ненадлежащего выполнения необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий, приведших к ухудшению состояния здоровья, либо создавшие риск прогрессирования заболевания, то есть на лицо противоречия. У ФИО8 была положительная динамика в виде уменьшения проявления сердечной недостаточности и экстрасистол, тем самым на момент выписки из больницы он был трудоспособен, явление сердечной недостаточности компенсировано, ему было выдано направление, рекомендована консультация кардиолога в ФЦССХ, он не нуждался в неотложной срочной консультации кардиолога, нуждался в плановой консультации. Учитывая стабильное удовлетворительное состояние ФИО8 на момент выписки и его личное желание выйти к труду, листок нетрудоспособности был закрыт. Причиной его смерти, вероятнее всего, явилось острое нарушение ритма, а именно ранняя экстрасистолия, вызвавшая фебрилляцию желудочков. У данной категории пациентов риск внезапной смерти чрезвычайно высок, для профилактики ему был назначен препарат бисопролол, исключить осложнения невозможно. В соответствии с заключением эксперта № 74 в рамках КУСП № 6948 от 17.11.2016 года прямой причинной связи между оказанной медицинской помощью и наступившей смертью ФИО8 нет. Лечебно-профилактические мероприятия ФИО8 были оказаны в полном объеме. Тем самым проведенное стационарное лечение ФИО8 не может быть расценено как вред, причиненный его здоровью, виновные действия со стороны больницы отсутствуют. Кроме того, истцами необоснован причиненный им моральный вред, размер компенсации которого завышен. Амбулаторная карта ФИО8 из Осиновской врачебной амбулатории была выдана сотрудникам полиции 10.10.2017 года, история болезни – 11.10.2017 года. В ответе на запрос ОМВД России по Богучанскому району было сообщено, что указанные документы утеряны. В связи с чем, злоупотребление правом, воспрепятствование в сборе доказательств, недобросовестное поведение со стороны ответчика отсутствует. Дефекты по оформлению первичной медицинской документации, выявленные в ходе проверки МСО «Надежда», на прогноз и исход заболевания не повлияли. В виду отсутствия медицинских документов невозможно пояснить причину отсутствия протоколов описания рентгенографии легких. Полагает исковые требования необоснованными, просит в их удовлетворении отказать. Ранее в судебном заседании 28.08.2019 года представитель ответчика, главный врач КГБУЗ «Богучанская районная больница» ФИО7 суду пояснил, что изначально ФИО8 обратился в Осиновомысскую амбулаторию с диагнозом – ОРВИ, в ходе обследования на ЭКГ были выявлены рубцовые изменения. По кардиограмме было видно, что у пациента был инфаркт, но нельзя было сказать - когда он был, из-за чего его направили в КГБУЗ «Богучанская районная больница» на стационарное лечение, в ходе чего он был полностью обследован, сделаны кардиограммы в динамике, на которых было выявлено, что у ФИО8 был инфаркт не менее 3 месяцев назад к моменту осмотра. Также ему было проведено холтеровское мониторирование, сделано УЗИ сердца, где было зафиксировано увеличение объема сердца, истончение стенок левого желудочка. ФИО8 поступил с признаками хронической сердечной недостаточности левого желудочка и нарушением ритма сердца, что проявлялось отдышкой. После обследования диагноз – острый инфаркт миокарда - был снят, не подтвержден. Врач кардиолог в лечении стационарных больных участия не принимает, так как в стационаре есть свои специалисты, пациента осматривали врач терапевт, заведующий отделением. После стационарного лечения состояние ФИО8 улучшилось, отдышка уменьшилась, он настаивал на выписке из больницы, ему было дано направление в Кардиологический центр в г. Красноярске, разъяснено, что заболевание тяжелое, процесс хронический, прогноз неблагоприятный. У ФИО8 было хроническое нарушение ритма сердца, что было купировано в стационаре, признаков нестойкой нетрудоспособности у него не было; также у него была увеличена печень. ФИО8 были назначены препараты после выписки, которые снижают вероятность рецидива заболевания, но не исключают его. Стопроцентное выздоровление при подобных заболеваниях гарантировать нельзя, задачей больницы было купировать острое его течение, назначить антибиотики, которые не влияют на работу сердца, поскольку ночью пациент задыхался, в том числе на фоне ОРВИ, что и было сделано в полном объеме, ненадлежащим образом оказанных медицинских услуг не было.

Третье лицо ООО «СМК РЕСО-Мед» (до реорганизации в форме присоединения, о чем внесены 29.04.2020 года соответствующие изменения в Единый государственный реестр юридических лиц, - АО МСО «Надежда») в зал суда своего представителя не направило, о времени и месте слушания дела извещено надлежащим образом, просило рассмотреть дело в отсутствие своего представителя, о чем представило ходатайство.

Третье лицо Министерство здравоохранения Красноярского края в зал суда своего представителя не направило, о времени и месте слушания дела извещено надлежащим образом, о причинах неявки своего представителя суду не сообщило.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации злоупотребление правом не допускается. Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Кроме того, по смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому не явка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации права на непосредственное участие в судебном разбирательстве иных процессуальных правах.

В этой связи, полагая, что лица, участвующие в деле, не приняв мер к явке в судебное заседание, определили для себя порядок защиты своих процессуальных прав, суд с учетом приведенных выше норм права, рассмотрел дело в их отсутствие, в порядке заочного производства в силу ст. ст. 167, 233 ГПК РФ.

Заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Согласно ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан»).

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Статья 19 вышеуказанного закона предусматривает, что каждый имеет право на медицинскую помощь.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования. Пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В соответствии со статьей 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» Министерством здравоохранения Российской Федерации вынесен приказ от 15 ноября 2012 г. N 918н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями".

Как следует из п.п. 5, 6, 13, 15, 16 Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями, медицинская помощь включает комплекс медицинских мероприятий:

проведение диагностических процедур с целью постановки диагноза;

проведение лечебных, в том числе хирургических (по показаниям), мероприятий;

проведение профилактических мероприятий;

проведение реабилитационных мероприятий.

Медицинская помощь оказывается на основе стандартов медицинской помощи, утвержденных в установленном порядке.

Первичная специализированная медико-санитарная помощь оказывается врачами-кардиологами, врачами сердечно-сосудистыми хирургами, врачами по рентгенэндоваскулярным диагностике и лечению.

При невозможности оказания медицинской помощи в рамках первичной медико-санитарной помощи и наличии медицинских показаний больной направляется в медицинскую организацию, оказывающую специализированную, в том числе высокотехнологичную, медицинскую помощь по профилю "кардиология" или "сердечно-сосудистая хирургия".

Специализированная медицинская помощь включает в себя профилактику, диагностику, лечение заболеваний и состояний, требующих использования специальных методов и сложных медицинских технологий, а также медицинскую реабилитацию.

Специализированная медицинская помощь больным оказывается в стационарных условиях или в условиях дневного стационара по направлению врачей-терапевтов участковых, врачей общей практики (семейных врачей), врачей-терапевтов участковых цехового врачебного участка, врачей-кардиологов, врачей-специалистов, при доставлении больного бригадой скорой медицинской помощи, а также при самостоятельном обращении больного в медицинскую организацию.

В силу пунктов 32, 33 указанного Порядка скорая медицинская помощь больным при остром коронарном синдроме (нестабильная стенокардия, инфаркт миокарда) и других угрожающих жизни состояниях оказывается фельдшерами и врачами бригад скорой медицинской помощи, которые обеспечивают проведение мероприятий по устранению угрожающих жизни состояний, в том числе с проведением при наличии медицинских показаний тромболизиса.

Больной доставляется в максимально короткие сроки в региональный сосудистый центр для больных с острым коронарным синдромом или другую ближайшую медицинскую организацию, имеющую в своей структуре отделение рентгенохирургических методов диагностики и лечения, отделение анестезиологии-реанимации и оказывающую специализированную медицинскую помощь больным с неотложными и экстренными сердечно-сосудистыми заболеваниями (острый коронарный синдром и другие угрожающие жизни состояния).

Рентгенэндоваскулярные вмешательства (первичное чрезкожное вмешательство) при неосложненном течении выполняется в первые 12 часов от начала течения заболевания. При осложненном течении острого коронарного синдрома сроки рентгенэндоваскулярных вмешательств могут быть продлены. После тромболитической терапии рентгенэндоваскулярное вмешательство может быть выполнено в период до 24 часов от начала течения заболевания.

При отсутствии на ближайшем расстоянии медицинской организации, оказывающей специализированную медицинскую помощь больным с неотложными и экстренными заболеваниями, больной транспортируется в ближайшую медицинскую организацию, имеющую в своей структуре кардиологическое отделение с палатами реанимации и интенсивной терапии, в штатную численность которого входят врачи-кардиологи или врачи-анестезиологи-реаниматологи.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В силу ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Таким образом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Богучанская районная больница» является некоммерческой организацией, находится по адресу: 

<

адрес> (юридический адрес), основным видом ее деятельности согласно п. 2.4.1 Устава, утвержденного приказом министра здравоохранения Красноярского края от 18.10.2016 года, является медицинская деятельность по видам работ и услуг согласно лицензии на осуществление медицинской деятельности.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходится ФИО6 сыном, ФИО3, ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, чьим законным представителем является мать ФИО5, – отцом, что подтверждается свидетельствами о рождения от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, об установлении отцовства от ДД.ММ.ГГГГ, заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ.

21.07.2016 года ФИО8 обратился в Осиновомысскую врачебную амбулаторию КГБУЗ «Богучанская районная больница» на прием к терапевту с жалобами на приступообразный кашель с периодическим отхождением мокроты, повышение температуры до 38,8 С, отдышку при умеренной физической нагрузке, учащенное сердцебиение, получал назначенное лечение антибиотиками, муколитиком в соответствии с установленным первичным диагнозом – острый трахеит.

28.07.2016 года ФИО8 по направлению терапевта госпитализирован в КГБУЗ «Богучанская районная больница» с направительным диагнозом: инфаркт миокарда неизвестной давности, и находился на лечении по 12.08.2016 года.

Согласно выписному эпикризу ФИО8 28.07.2016 года поступил в КГБУЗ «Богучанская районная больница» с жалобами на отдышку при ходьбе, физической нагрузке и в положении лежа, кашель с трудно отходящей светлой мокротой по ночам, повышение артериального давления до 140 мм. рт. ст., тяжесть в животе справа. В период стационарного лечения проведены обследования: анализ крови, мочи, рентгенография легких, ЭКГ, ЭхоКГ, ХМ-ЭКГ; выставлен диагноз: основной - 

<

данные изъяты> проведено лечение: диуретики, в-блокаторы, препараты солей магния и калия, антибактериальные препараты; рекомендовано: аспирин кардио, бисопролол под контролем ЧСС, эналаприл под контролем АД, торасемид, верошпирон, аторвастатин, консультация кардиолога в ФЦССХ. По окончании лечения ФИО8 выдан листок нетрудоспособности № с указанием, что последний находился на стационарном лечении в КГБУЗ «Богучанская районная больница» с 28.07.2016 года по 12.08.2016 года, приступить к работе – с 13.08.2016 года, имеется подпись врача.

17.08.2016 года ФИО8 умер, о чем составлена запись акта о смерти № 56 от 22.08.2016 года, выдано свидетельство 

<

...> от 22.08.2016 года.

Согласно медицинскому свидетельству о смерти серии 04 № 0374820 от 19.08.2016 года причиной смерти ФИО8 явилось заболевание: острая сердечная недостаточность, крупноочаговый кардиосклероз.

Из акта медицинского исследования трупа ФИО8 № 66 от 10.11.2016 года, составленного СМЭ Богучанского отделения ККБСМЭ ФИО12, следует, что смерть последнего наступила от заболевания – крупноочаговый кардиосклероз, осложненный развитием острой сердечной недостаточности, что подтверждается характерной картиной вскрытия – увеличение веса и размеров сердца, периметров клапанов сердца, дряблость сердца, суживающий (более 75 % просвета) атеросклероз коронарных сосудов (стадия 4, степень 5), множественные прослойки фиброзной ткани в мышце сердца, участки постинфарктного кардиосклероза на передней и задней стенках левого желудочка сердца.

Согласно результатам экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО8 в КГБУЗ «Богучанская районная больница», проведенной АО МСО «Надежда» по обращению ФИО9, что отражено в актах экспертизы качества медицинской помощи (целевой) № 310К11 от 24.10.2016 года, № 43К/2 от 25.10.2016 года, № 43К/1 от 25.10.2016 года, экспертных заключениях от 21.10.2016 года, 24.10.2016 года, при оказании пациенту ФИО8 медицинской помощи имели место быть: при обращении к врачу амбулаторно 21.07.2016 года и 22.07.2016 года – дефекты оформления медицинской документации, затрудняющие ЭКМП, дефекты лечебно-диагностических мероприятий, создавшие риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо развитие новых, а именно: нет оценки состояния больного, не указан анамнез, локализация болей, температура, характер мокроты, нет верификации диагноза ОКС с учетом описания ЭКГ, что требует направления больного в стационар в максимально короткие сроки, чем нарушены п.п. 32, 33 Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями, обоснованность назначения антибиотика сомнительна, не назначена терапия ИБС; при обращении к врачу амбулаторно 26.07.2016 года – дефекты оформления медицинской документации, затрудняющие ЭКМП, диагноз установлен своевременно, пациент направлен на госпитализацию в терапевтическое отделение больницы; при стационарном лечении в период с 28.07.2016 года по 12.08.2016 года – дефекты оформления первичной медицинской документации, дефекты в интерпретации результатов анамнеза, диагноз выставлен своевременно, но с неточностями в формулировке, наиболее вероятен диагноз – 

<

данные изъяты> однако данные замечания на тактику ведения и исход не повлияли; лечение адекватное, в соответствии с действующими Протоколами ведения, Стандартами оказания медицинской помощи и Национальными клиническими рекомендациями; госпитализация и лечение обоснованные, рекомендации по лекарственной терапии при выписке даны в полном объеме, после стационарного лечения пациент выписан к труду, однако с учетом не ясности диагноза, клинически установленную выраженную СН, условий труда пациент оставался нетрудоспособным, и необходимо было продлить листок нетрудоспособности с рекомендациями продолжения лечения на амбулаторном этапе до плановой госпитализации в г. Красноярск, что привело к риску прогрессирования заболевания; выявленные дефекты оказания медицинской помощи не предотвратили неблагоприятные последствия, но не явились причиной их развития, таким образом, между допущенными дефектами и развитием неблагоприятных последствий имеется непрямая причинная связь, были допущены дефекты, приведшие к риску прогрессирования заболевания. Указанные результаты ЭКМП доведены до руководства больницы, заключения и акты подписаны руководителем учреждения без замечаний.По факту смерти ФИО8 на основании рапорта оперативного дежурного ОМВД России по Богучанскому району инициировано проведение проверки, в ходе которой проведен осмотр места происшествия 17.08.2016 года, отобраны объяснения очевидцев. По результатам проверки УУП ОП № 2 ОМВД России по Богучанскому району вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 29.08.2016 года за отсутствием события какого-либо преступления.

Впоследствии указанное постановление было отменено, назначена проверка в рамках работы по материалу КУСП № 6948 от 17.11.2016 года, в ходе чего на основании постановления следователя СО ОМВД России по Богучанскому району была назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза по факту смерти ФИО8

Согласно заключению СМЭ Богучанского отделения ККБСМЭ ФИО12 № 74 от 26.12.2016 года смерть ФИО8 наступила от заболевания – крупноочаговый кардиосклероз, осложненный развитием острой сердечной недостаточности, что подтверждается характерной картиной вскрытия – увеличение веса и размеров сердца, периметров клапанов сердца, дряблость сердца, суживающий (более 75 % просвета) атеросклероз коронарных сосудов (стадия 4, степень 5), множественные прослойки фиброзной ткани в мышце сердца, участки постинфарктного кардиосклероза на передней и задней стенках левого желудочка сердца. Каких-либо повреждений при исследовании трупа не выявлено. Прямая причинная связь между оказанной медицинской помощью и наступившей смертью ФИО8 отсутствует, так как и в случае предполагаемой при обследовании дилятационной кардиомиопатии, и в случае выявленной при исследовании трупа патологии в виде крупноочагового кардиосклероза, каких-либо различий в тактике лечения не имеется, оба заболевания могут вызывать патологию сердечных клапанов и расширение полостей сердца, при обоих заболеваниях каких-либо экстренных хирургических вмешательств не проводится, а проводится лечение по поводу сердечной недостаточности, которое было назначено КГБУЗ «Богучанская районная больница» в достаточном объеме.

Как установлено судом, указанная экспертиза проведена СМЭ на основании выписного эпикриза от 12.08.2016 года и акта медицинского исследования трупа от 10.11.2016 года. По сообщениям ОМВД России по Богучанскому району материал проверки КУСП № 6948 от 17.11.2016 года и запрошенные к нему из КГБУЗ «Богучанская районная больница» и поступившие в отдел полиции медицинская карта амбулаторного больного № 8420 и медицинская карта стационарного больного № 144/15 ФИО8 потеряны, решается вопрос об их восстановлении.

Определениями Богучанского районного суда Красноярского края от 04.09.2019 года, 22.11.2019 года были назначены комиссионные судебно-медицинские экспертизы, производство которых поручено ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области», ГБУЗ НСО «НОКБСМЭ». Определения суда с материалами настоящего гражданского дела были возвращены без исполнения, в том числе, из-за недостаточности для проведения экспертизы представленных документов, отсутствия медицинских документов на ФИО8

Судом установлено, что проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы качества медицинских услуг невозможно без медицинских документов ФИО8, которые были утеряны, что подтверждается сообщениями ОМВД России по Богучанскому району.

По сообщению СМЭ Богучанского отделения ККБСМЭ ФИО12 от 23.03.2020 года образцы для гистологического исследования с трупа ФИО8 забирались в архив отделения, но для производства медицинского исследования трупа последнего не направлялись, поскольку признаков криминальной смерти последнего не было, патологические изменения в сердце были значительными и не вызвали сомнений в посмертном диагнозе. Образцы были помещены во влажный архив и по истечении года хранения уничтожены.

Согласно ответу на запрос заведующей Богучанским РСМО от 19.03.2020 года СМЭ ФИО12 не вправе делать выводы об объеме медицинской помощи, о необходимости тех или иных обследований и т.д., так как для подобных выводов необходимы специальные познания в терапии, хирургии и прочих дисциплинах, для чего необходимо назначение судебно-медицинской экспертизы в отделе сложных экспертиз Бюро СМЭ.

Из содержания искового заявления ФИО3, ФИО5, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО4, ФИО6 усматривается, что основанием их обращения в суд с требованием о компенсации причиненного им морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи (дефекты оказания медицинской помощи) их отцу и сыну ФИО8, приведшее, по мнению истцов, к его смерти.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми. В том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации). 9

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. № 6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10).

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При этом согласно пункту 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием КГБУЗ «Богучанская районная больница» должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцам в связи со смертью их родственника ФИО8, медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом.

В нарушение подлежащих применению норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации больницей (ответчиком) не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие ее вины в оказании ФИО8 медицинской помощи, не соответствующей установленным порядкам и стандартам, утвержденным уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (Министерством здравоохранения Российской Федерации), принятие всех необходимых и возможных мер по спасению пациента (ФИО8) из опасной для его жизни ситуации, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи не способствовали развитию неблагоприятного исхода, а также доказательств надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса, и того, что не имелось возможности оказать больному необходимую и своевременную помощь в силу независящих от ответчика причин. Напротив, факт оказания ответчиком медицинских услуг ненадлежащего качества подтвержден результатами экспертиз качества медицинской помощи, оказанной ФИО8 в КГБУЗ «Богучанская районная больница», проведенных АО МСО «Надежда» на основании, в том числе, медицинской документации на ФИО8, согласно выводам которой выявленные дефекты оказания медицинской помощи, в частности с учетом неясности диагноза выписка пациента к труду, который являлся нетрудоспособным, ненаправление больного в стационар в максимально короткие сроки, чем нарушены п.п. 32, 33 Порядка оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями, привели к риску прогрессирования заболевания пациента.

Также, в заключениях экспертиз качества медицинской помощи отмечены недостатки в оказании медицинской помощи ФИО8, в том числе экспертами указано на то, что имели место быть дефекты оформления медицинской документации, затрудняющие ЭКМП, а именно: нет верификации диагноза ОКС с учетом описания ЭКГ, неверно интерпретированы результаты анамнеза, отсутствуют протоколы рентгенографии органов грудной клетки от 29.07.2016 года, 08.08.2016 года, диагноз выставлен с неточностями в формулировке, наиболее вероятен диагноз – 

<

данные изъяты> При этом доказательств того, что лечащим врачом были предприняты при обследовании ФИО8 и врачом-рентгенологом при исследовании рентгеновского снимка ФИО8 все необходимые меры для своевременного и квалифицированного обследования этого пациента, включая подробное описание состояния здоровья пациента, его рентгеновского снимка, проведение дополнительных исследований, направление ФИО8 к иным специалистам, в частности к врачу-кардиологу, как это предусмотрено частями 2, 5 статьи 70 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", в целях правильного определения диагноза, ответчиком суду не представлено, судом не установлено.

Каких-либо данных о том, что у ФИО8 при его обращении 21.07.2016 года и 22.07.2016 года в больницу за медицинской помощью был установлен правильный диагноз и назначено соответствующее этому диагнозу лечение, в деле не имеется, равно как и не имеется в материалах дела доказательств того, что ФИО8 был поставлен работниками больницы в известность о тяжести имеющегося у него заболевания и возможных его последствиях.

Между тем в соответствии с пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ именно на ответчике лежит обязанность доказывания своей невиновности в смерти ФИО8 и причинении морального вреда истцам. Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Оснований не доверять выводам экспертов, проводившим экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО8, не имеется. Вышеприведенные заключения экспертов соответствуют всем требованиям, предъявляемым к проведению подобных экспертиз, оформлению экспертных заключений. Выводы эксперта изложены последовательно, полно. Эксперты имеют соответствующую квалификацию, длительный стаж работы, включены в территориальный реестр экспертов качества медицинской помощи.

Так, согласно части 6 статьи 40 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" экспертиза качества медицинской помощи - это выявление нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценка своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

Экспертиза качества медицинской помощи проводится экспертом качества медицинской помощи, включенным в территориальный реестр экспертов качества медицинской помощи. Экспертом качества медицинской помощи является врач-специалист, имеющий высшее образование, свидетельство об аккредитации специалиста или сертификат специалиста, стаж работы по соответствующей врачебной специальности не менее 10 лет и прошедший подготовку по вопросам экспертной деятельности в сфере обязательного медицинского страхования.

Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, территориальный фонд, страховая медицинская организация для организации и проведения экспертизы качества медицинской помощи поручают проведение указанной экспертизы эксперту качества медицинской помощи из числа экспертов качества медицинской помощи, включенных в территориальные реестры экспертов качества медицинской помощи (часть 7 статьи 40 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации").

Из материалов дела достоверно установлено, что медицинская помощь ФИО8 была оказана в КГБУЗ «Богучанская районная больница» некачественно, с дефектами в виде недооценки состояния сердечной системы при первичном обращении на прием к врачу, непроведении долженствующего рентгеновского исследования, протоколы о чем в истории болезни отсутствуют, что не оспаривалось стороной ответчика, при первичном обращении не детализированы жалобы, не выяснен анамнез заболевания, анамнез жизни, неполно проведен осмотр пациента, не предприняты меры для госпитализации в максимально короткие сроки при неясности диагноза и соответствующих результатов исследований; не точно сформулирован диагноз, не было оценено состояние пациента при выписке из стационара, что исключило принятие соответствующих неотложных мероприятий, отсутствие должного динамического наблюдения за пациентом.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между дефектами, допущенными больницей при оказании медицинской помощи близкому родственнику истцов ФИО8, его наступившей смертью и причинением тем самым ФИО3, ФИО4, ФИО6 морального вреда. Исследованные доказательства в совокупности свидетельствуют об отсутствии качественного оказания медицинской помощи ФИО8, как на амбулаторном, так и на стационарном этапе, со стороны ответчика, что в силу приведенных выше положений материального права является достаточным основанием для взыскания в пользу истцов компенсации морального вреда.

Ссылки ответчика на заключение СМЭ Богучанского отделения ККБСМЭ ФИО12 № 74 от 26.12.2016 года в подтверждение свой позиции о том, что прямой причинной связи между оказанной медицинской помощью и наступившей смертью ФИО8 нет, лечебно-профилактические мероприятия последнему были оказаны в полном объеме, суд не принимает во внимание, поскольку экспертиза проведена в отсутствие медицинских документов на ФИО8, экспертом, который по сообщению заведующей Богучанским РСМО от 19.03.2020 года не вправе делать выводы об объеме медицинской помощи, о необходимости тех или иных обследований и т.д., так как для подобных выводов необходимы специальные познания в терапии, хирургии и прочих дисциплинах. Кроме того, результаты проведенной в рамках доследственной проверки судебно-медицинской экспертизы Богучанским отделением ККБСМЭ подлежали оценки органами предварительного расследования в целях установления наличия оснований для возбуждения уголовного дела по статье 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, а не качества оказанной пациенту медицинской помощи.

Доводы стороны ответчика о неизбежности смерти ФИО8 в любой момент, независимо от качества оказанных ему медицинских услуг, достоверными и достаточными доказательствами не подтверждены, основаны на предположениях, и потому отвергаются судом, поскольку указанное могло иметь место только в случае, когда врачами приняты все возможные меры для выявления причины наступившего у пациента недуга с целью оказания пациенту адекватного лечения, не допуская возможности оставления его без медицинской помощи даже при отсутствии у пациента шансов на жизнь. При этом по материалам дела достоверно установлено, что возможность диагностировать заболевание у ФИО8 в КГБУЗ «Богучанская районная больница» имелась. С учетом распределения бремени доказывания, ответчик не доказал отсутствие причинно-следственной связи между неоказанием надлежащей медицинской помощи пациенту и его смертью.

В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Поскольку факт оказания ФИО8 медицинской помощи ненадлежащего качества подтверждается исследованными доказательствами, на ответчика должна быть возложена обязанность по компенсации причиненного истцам морального вреда. Истцы, наблюдая за болезненным состоянием близкого им человека, находясь в ситуации резкого ухудшения состояния его здоровья, безусловно, испытывали тревогу за состояние здоровья ФИО8, причинявшую им глубокие нравственные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает отсутствие доказательств, что допущенные ответчиком дефекты оказания медицинской помощи непосредственно привели к смерти близкого родственника истцов, имеет место быть косвенная с тем связь. Суд также учитывает характер нравственных страданий и переживаний истцов вследствие некачественного оказания медицинской помощи их близкому родственнику (отцу и сыну), степень вины причинителя вреда, возраст истцов, а также требования разумности и справедливости, и определяет моральный вред в 300 000 рублей в пользу каждого истца. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не находит.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что истцы освобождены от уплаты государственной пошлины, с ответчика Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Богучанская районная больница» в доход местного бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в размере 300 рублей, в силу ст. 333.19 НК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198, 233 - 235 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Богучанская районная больница» в пользу ФИО3 

<

данные изъяты> в возмещение морального вреда 300 000 рублей (триста тысяч рублей).

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Богучанская районная больница» в пользу ФИО2 

<

данные изъяты> в возмещение морального вреда 300 000 рублей (триста тысяч рублей).

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Богучанская районная больница» в пользу ФИО4, в чьих интересах действует законный представитель ФИО5 

<

данные изъяты>, в возмещение морального вреда 300 000 рублей (триста тысяч рублей).

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в размере по 200 000 рублей в пользу ФИО3 

<

данные изъяты>, ФИО2 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, в чьих интересах действует законный представитель ФИО5 

<

данные изъяты>, в пользу каждого, отказать.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Богучанская районная больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей (триста рублей).

Заявление об отмене заочного решения может быть подано ответчиком в суд, принявший заочное решение, в течение 7 дней со дня вручения ему копии этого решения.

Заочное решение суда ответчиком может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда. Иными лицами, участвующими в деле, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий подпись О.В. Максимова

Решение в окончательной форме изготовлено 03 августа 2020 года.

Копия верна

Судья Богучанского районного суда

Красноярского края О.В. Максимова