дело № 1-615/8 – 2019 год

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 сентября 2019 года город Петрозаводск

Петрозаводский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи: Меркова А.В.

при секретаре: Старчик А.А.

с участием: 

государственного обвинителя: прокурора Луценко В.А.

потерпевшего: Потерпевший №1

подсудимого: ФИО1

защитников: адвокатов Костромских Н.В., Осипова Д.Д.

(представивших, соответственно, удостоверения №№; ордера № 100/37 от 01.04.2019 года и 141/143 от 03.09.2019 года)

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>; гражданина Российской Федерации; с средним специальным образованием; холостого; работающего разнорабочим у ИП ФИО2; проживающего без регистрации 

<

адрес>, ранее не судимого

- под стражей по настоящему уголовному делу содержащегося с 14.06.2019 года по настоящее время 

в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч. 2 п. "в" Уголовного кодекса Российской Федерации, -

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил тайное хищение имущества Потерпевший №1 с причинением значительного ущерба гражданину, при следующих обстоятельствах:

22.09.2018 года в период времени с 09.00 до 18.00 часов ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в 

<

адрес> Республики Карелия, имея умысел на тайное хищение чужого имущества, воспользовавшись тем, что собственник имущества ранее незнакомый ему Потерпевший №1 рядом отсутствует, его действия неочевидны для иных лиц, тайно похитил из прихожей указанной квартиры, принадлежащую Потерпевший №1 гитару "Epiphone les Paul" стоимостью 22 000.00 рублей.

С похищенным имуществом ФИО1 вышел из квартиры, с места преступления скрылся и распорядился им впоследствии по своему усмотрению, чем причинил потерпевшему значительный материальный ущерб.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в совершении установленного судом преступления не признал.

Будучи допрошенным судом по предъявленному обвинению, отвечая на вопросы, пояснил, что, действительно, в первой половине дня 22.09.2018 года он вместе с Свидетель №3 по приглашению Свидетель №4 пришел в гости к последнему в 

<

адрес>. У Свидетель №4 дома никого не было. Там они втроем употребляли спиртное, ходили в магазин еще за спиртным. На время ухода в магазин Свидетель №4 закрывал входные двери на ключ. В процессе распития спиртного к Свидетель №4 никто не приходил, за исключением соседки из квартиры, расположенной под квартирой Свидетель №4, которая пожаловалась на то, что Свидетель №4 "затопил" ее, оставив открытым водопроводный кран во время похода в магазин. Они постоянно находились в большой комнате. В другие помещения квартиры он (подсудимый) не заходил. Никакой гитары в квартире он не похищал. Свидетель №4 ему гитары не показывал, он сам также никакой гитары в квартире не видел. Около 16.00 часов они с Свидетель №3 ушли от Свидетель №4, который спал вследствие сильного алкогольного опьянения. Он (подсудимый) прикрыл за собой входные двери в квартиру, закрывал ли ее впоследствии Свидетель №4 на ключ – ему неизвестно. 

Через некоторое время хозяйка квартиры, которую он арендует, позвонила ему и сказала, что видела его фото среди разыскиваемых лиц в колонке новостей в социальной сети "ВКонтакте". Он просмотрел данные новости, действительно увидел свое фото и сам позвонил по телефону, который там был указан. По предложению оперативных сотрудников полиции сам добровольно явился в Отдел полиции № 1 УМВД России по городу Петрозаводску.

В судебном заседании в порядке, установленном ст. 276 ч. 1 п. 3 Уголовно-процессуального кодекса РФ (в связи с противоречиями), были оглашены показания ФИО1, данные им следователю в ходе досудебного производства по делу при допросах в качестве подозреваемого, обвиняемого (л.д. 136-139, 165-168).

Будучи допрошенным в указанных процессуальных статусах с соблюдением требований, установленных п. 3 ч. 4 ст. 47 Уголовно-процессуального кодекса РФ, ФИО1 показывал следователю, что 22.09.2018 года утром его бывший коллега по работе Свидетель №4, которого он называет "ФИО6", пригласил его с сожительницей Свидетель №3 в гости к себе домой, где он проживает с супругой и сыном. Они с Свидетель №3 согласились и сразу же приехали в квартиру Потерпевший №1 

<

адрес>, где был только Свидетель №4 После приезда они стали распивать спиртное в большой комнате. При этом, во время распития спиртного, Потерпевший №1 показал им электрическую гитару, на которой играет его сын, и поставил гитару в коридоре между комнатами. После этого они продолжили распивать спиртное, но у него возник умысел похитить гитару. Пока Свидетель №3 и Свидетель №4 находились в большой комнате, он взял гитару и вынес ее из квартиры, поставив за входную дверь, чтобы Свидетель №4 не видел при их уходе, что он выносит гитару. Через некоторое время они с Свидетель №3 собрались уходить. Свидетель №3 вышла первой и спустилась к выходу из подъезда, чтобы "поймать такси". Он немного поговорил с Свидетель №4 и также ушел. Как только Свидетель №4 закрыл за ним двери, он взял гитару с лестничной клетки и спустился к выходу из подъезда, где в автомобиле такси его уже ждала Свидетель №3 Он сел на заднее сидение автомобиля и положил туда же гитару. Когда они приехали домой, то на соответствующий вопрос Свидетель №3 он ответил, что гитару Свидетель №4 ему подарил. На следующий день он продал гитару незнакомому ему ранее мужчине – таксисту возле магазина "Spar" в микрорайоне Ключевая за 3000.00 рублей.

В судебном заседании ФИО1 не подтвердил данные показания и заявил, что они были получены вследствие оказания на него психологического воздействия, которое выражалось в угрозах сотрудников полиции "создать проблемы" его супруге; изменить ему меру пресечения на заключение под стражу, а также в том, что они объявили его в розыск в социальной сети "ВКонтакте". 

Пояснил, что после того как он явился в Отдел полиции № 1 УМВД России по городу Петрозаводску, то встретился там с оперативным сотрудником ФИО9, который "отвел его за автомобильную парковку" и стал убеждать его написать явку с повинной и признаться в краже гитары, потому что он "все равно найдет свидетелей". При этом, оперативный сотрудник оказывал на него психологическое воздействие, обещая заключить его под стражу как ранее судимого. Под данным воздействием он был вынужден оговорить себя: написать явку с повинной как требовал оперативный сотрудник, а также дать ложные признательные показания следователю Свидетель №2, которая "действовала слаженно с ФИО9". Свидетель №1 присутствовал при его первоначальном допросе, который проводился без адвоката и он поставил свои подписи в протоколе, который не был датирован. Он (подсудимый) сам сказал следователю, что в гости к Свидетель №4 ходил вместе с Свидетель №3 и после его допроса, на служебном автомобиле вместе с другим оперативным сотрудником они съездили за Свидетель №3 Во время следования в служебном автомобиле обратно в Отдел полиции он сказал Свидетель №3, чтобы она дала показания, что, якобы, это он совершил кражу гитары, чтобы "уберечь ее от воздействия и угроз оперативных сотрудников полиции".

Пояснил, что правдивы те показания, которые он дал в судебном заседании. Заявил, что ранее "посчитал нецелесообразным говорить правду". 

В ходе досудебного производства по делу свои показания следователю, исследованные судом и изложенные выше, подсудимый ФИО1 подтвердил на месте, показав следователю 

<

адрес>, и указав, что в данной квартире он 22.09.2018 года похитил гитару (л.д. 151-155).

В судебном заседании, отвечая на вопросы относительно указанного следственного действия, подсудимый указал, что действительно оно имело место быть. Однако, подписи как в протоколе проверки показаний на месте, так и в протоколах очных ставок он ставил на пустых бланках и без участия защитника. Очных ставок как с Свидетель №4, так и с Свидетель №3 фактически следователем не проводилось. 

Кроме этого, пояснил, что во время проведения проверки показаний на месте предлагал Свидетель №4, присутствовавшему в то время в квартире, возместить ущерб, поскольку "давно понял, что потерпевшему неважно кто украл гитару и его интересуют только деньги".

Несмотря на непризнание своей вины подсудимым, его виновность в совершении установленного судом преступления подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, исследованных в судебном заседании:

- заявлением Потерпевший №1 в Отдел полиции № 1 УМВД России по городу Петрозаводску, в котором он сообщает о хищении в период времени с 06.40 часов 22.09.2018 года до 10.00 часов 23.09.2018 года принадлежащей ему электрогитары из 

<

адрес> (л.д. 16);

- рапортом об обнаружении признаков преступления, зарегистрированным в Отделе полиции № 1 УМВД России по городу Петрозаводску 23.09.2018 года за номером 15168, из которого следует, что в этот день в 12.05 часов поступило сообщение от Потерпевший №1 о хищении у него гитары из 

<

адрес> (л.д. 15);

- протоколом осмотра места происшествия от 23.09.2018 года, в ходе осмотру была подвергнута комната 1 

<

адрес>. В ходе осмотра описана обстановка в комнате, установлено наличие на стене закрепленного держателя для гитары. Участвовавший в осмотре Потерпевший №1, указал, что пропавшая гитара была закреплена на данном держателе. Также заявитель выдал следователю три бутылки из-под водки, обнаруженные им после прихода в комнату, с поверхности одной из которых был изъят след пальца руки (л.д. 19-21);

- на основании соответствующего постановления следователя от 05.04.2019 года у ФИО1 в этот день были отобраны образцы для сравнительного исследования – образцы следов рук (л.д. 28, 29);

- заключениями судебной дактилоскопической и дополнительной судебной дактилоскопической экспертиз №№ 2923 от 26.09.2018 года и 870 от 09.04.2019 года, согласно которых след руки, изъятый 23.09.2018 года в ходе осмотра места происшествия с поверхности бутылки из-под водки, пригоден для идентификации личности и оставлен безымянным пальцем правой руки ФИО1 (л.д. 24, 25-26; 32, 33-35);

- протоколом от 10.04.2019 года осмотра следователем объекта экспертных исследований – следа пальца руки, приобщенного к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (л.д. 37-38, 39);

- показаниями в судебном заседании потерпевшего Потерпевший №1, пояснившего суду, что в 

<

адрес> в сентябре 2018 года он проживал совместно с родителями, у него имеется отдельная комната. Поскольку он увлекается игрой на гитаре, то в комнате на стене у него закреплены держатели для имевшихся у него в то время двух гитар. 22.09.2018 года утром около 06.30 часов он ушел на работу. При этом обе гитары были на своих местах – закреплены на специальных держателях на стене. Вернувшись домой вечером, он увидел, что его отец – Свидетель №4 находится в состоянии алкогольного опьянения и, судя по обстановке в квартире, у него ранее были гости. Он не придал этому значения и лег спать. На следующее утро обнаружил, что на месте отсутствует принадлежащая ему электрогитара "Epiphone les Paul" стоимостью 22 000.00 рублей. Он спросил у ФИО11 кто был у них дома накануне и тот ответил, что у него в гостях был ФИО1 с какой-то женщиной. Места жительства их он не знает. О совершенном хищении потерпевший заявил в полицию.

Потерпевший в судебном заседании согласился со стоимостью похищенной у него гитары, определенной в 22 000.00 рублей. Пояснил, что данный ущерб является для него значительным: он получает заработную плату в размере около 32 000.00 – 35 000.00 рублей (что подтверждено справками о доходах Потерпевший №1 по форме 2-НДФЛ л.д. 64, 65, 66), оплачивает коммунальные услуги и выплачивает платежи по ипотечному кредиту в размере 15 000.00 рублей. Поддержал заявленный гражданский иск на указанную сумму. Обратил внимание суда, что лестничная клетка, где расположена квартира, откуда было совершено хищение, располагает местом, незаметным для взгляда незаинтересованного лица, куда можно было бы спрятать гитару;

- документами, подтверждающими приобретение Потерпевший №1 музыкального оборудования (электрогитары) 23.05.2017 года и оплату ее стоимости в размере 27 500.00 рублей, представленными потерпевшим (л.д. 57-61); 

- заключением № 01-22/03/19-100 от 08.04.2019 года об оценке рыночной стоимости электрогитары "Epiphone les Paul", согласно которого она составляет 22 000.00 рублей (л.д. 70-73);

- показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №4, который показал суду, что 22.09.2018 года утром его сын – Потерпевший №1 ушел на работу, а он, поскольку остался дома один, решил пригласить в гости своего бывшего коллегу по работе – ФИО1 ФИО1 приехал к нему домой вместе с женщиной, представившейся именем "ФИО4". Они сходили в магазин и стали совместно употреблять спиртное в его (свидетеля) комнате. В процессе распития спиртного и Карху Р,А. и "ФИО4" свободно могли перемещаться по всей квартире. В процессе распития спиртного он в комнату Потерпевший №1 не заходил; гитару, находящуюся там не брал в руки и не показывал ФИО1 и "ФИО4". Через некоторое время после начала употребления спиртного он уснул. Проснулся в этот же день днем. ФИО1 и "ФИО4" в квартире уже не было, входные двери были прикрыты, но не закрыты на замок изнутри. Как уходили ФИО1 и "ФИО4" – он не помнит. Он закрыл входные двери и стал отдыхать. Вечером пришел Потерпевший №1, который лег спать. На следующее утро Потерпевший №1 обнаружил пропажу гитары и спросил его кто мог ее взять. Он подумал, что гитару могли взять ФИО1 или "ФИО4", стал звонить им, но телефон был недоступен. Также в этот же день он ездил в место, где, как он знал, жил ФИО1, но никого не нашел. 

В связи с противоречиями в порядке, установленном ст. 281 ч. 3 Уголовно-процессуального кодекса РФ в судебном заседании были оглашены показания Свидетель №4, данные им следователю в ходе досудебного производства по делу (л.д. 78-80). Отвечая на вопросы следователя, свидетель указывал, что в ходе распития спиртного с ФИО1, и "ФИО4" 22.09.2018 года он (свидетель) показывал гитару, принадлежащую Потерпевший №1 и которую взял в его комнате, но обратно в комнату не принес, а оставил в коридоре возле стены. ФИО1 и "ФИО4" ушли от него около 15.00 часов. После их ухода он закрыл входные двери и лег спать. 

В судебном заседании свидетель Свидетель №4 пояснил, что правильные показания те – которые он дал суду. Пояснил, что он не говорил следователю, что брал гитару в комнате Потерпевший №1 и как уходили ФИО1 и "ФИО4". Одновременно, признав принадлежность ему подписей в исследованном протоколе, указал, что подписал его не читая, поскольку доверял следователю;

- показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №3, из которых следует, что 22.09.2018 года она находилась дома с сожителем ФИО1 Примерно около 09.00 часов ФИО1 позвонил его бывший коллега по работе ФИО5, которого ФИО1 звал "ФИО6" и пригласил их в гости. Они сразу собрались и на такси приехали к "ФИО6", который жил в 

<

адрес>. Несколько часов они распивали спиртное в большой комнате квартиры. При этом, в процессе распития, "ФИО6" показывал им электрогитару, на которой играет его сын, которого дома не было. Около 15.00-16.00 часов они ушли из квартиры "ФИО6". Она вышла первая из квартиры, "поймала" на улице такси и села на переднее сидение. Через некоторое время из квартиры вышел ФИО1, который сел на заднее сидение автомобиля такси. Доехав до своего дома, они стали подниматься в квартиру и в этот момент она увидела, что ФИО1 несет в руках ту самую гитару, которую им показывал "ФИО6". На ее соответствующий вопрос ФИО1 ответил, что данную гитару "ФИО6" ему подарил. ФИО1 принес гитару к ним домой и положил в комнате. На следующий день ФИО1 взял гитару и куда-то ушел, а вернулся уже без нее. На ее вопрос ответил, что гитару продал. Она стала расспрашивать ФИО1 про гитару, потому что не помнила, чтобы "ФИО6" ему ее дарил и ФИО1 признался ей, что на самом деле гитару украл.

Проверив и оценив все указанные выше доказательства в соответствии с правилами, установленными ст. ст. 87, 88 Уголовно-процессуального кодекса РФ, суд считает каждое из них допустимым и достоверным; а их совокупность – достаточной для вывода о доказанности вины ФИО1 в совершении установленного судом преступления и постановления в отношении него обвинительного приговора.

Одновременно, суд полагает необходимым отметить, что в судебном заседании была исследована явка с повинной, с которой 01.04.2019 года в Отдел полиции № 1 УМВД России по городу Петрозаводску обратился ФИО1 (л.д. 89).

В исследованной явке с повинной ФИО1 указал, что в конце сентября 2018 года он находился в гостях у мужчины, которого он знает как "ФИО6" и, "воспользовавшись его невнимательностью", похитил из квартиры гитару, которую сначала спрятал на лестничной клетке, а затем унес домой и впоследствии продал неизвестному лицу. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 не поддержал сведения, изложенные в исследованной явке с повинной, заявив, что оговорил себя под давлением сотрудников полиции, которые применяли в отношении него недозволенные методы воздействия, а именно: оказывали "моральное воздействие", "обещали привлечь к ответственности супругу", "объявили его в розыск в социальной сети "ВКонтакте", угрожали "избрать меру пресечения в виде заключения под стражу". 

Также указал, что его права перед обращением с явкой с повинной ему не разъяснялись. Подпись в соответствующих графе протокола он поставил также в результате вышеназванного психологического воздействия. Право воспользоваться услугами защитника ему не разъяснялось и адвокат при обращении с явкой с повинной не присутствовал.

Допрошенный судом в связи с данным обстоятельством по инициативе стороны защиты свидетель Свидетель №1 – оперативный сотрудник УМВД России по городу Петрозаводску, отбиравший оспариваемую явку с повинной от подсудимого ФИО1 показал суду, что в сентябре 2018 года в Отдел полиции № 1 УМВД России по городу Петрозаводску поступило заявление от Потерпевший №1 о хищении у него из дома гитары. Заявление было зарегистрировано, опрошены потерпевший и его отец, который предположительно находился дома в момент хищения. Данные лица указали, что из посторонних лиц в день хищения в квартире находился ФИО1 Он звонил на мобильный телефон ФИО1, но тот не отвечал на звонки. Тогда информация о ФИО1 была передана в пресс-службу УМВД России по городу Петрозаводску, сотрудники которой дали объявление о его розыске в средства массовой информации. Через некоторое время ФИО1 самостоятельно пришел в Отдел полиции № 1, где по его (свидетеля) предложению написал явку с повинной. При этом, ФИО1 опасался, что его "посадят", т.к. он ранее имел судимости за хищения, а он (свидетель) разъяснял ему, что ему (ФИО1) необходимо возместить ущерб потерпевшему. Явку с повинной ФИО1 писал добровольно и самостоятельно, ему разъяснялись все права, связанные с обращением с явкой с повинной; никакого воздействия на него ни со стороны свидетеля, ни со стороны кого-либо еще – не применялось. После написания явки с повинной ФИО1 сказал, что его сожительница, о которой в тот момент он (свидетель) ничего не знал, может подтвердить все указанное им. При этом, ФИО1 сам позвонил ей и сказал, чтобы она говорила правду в полиции. Тогда он (свидетель) отвел ФИО1 к следователю, а другой оперативный сотрудник съездил за сожительницей ФИО1 и доставил ее для допроса к следователю. Более никакого оперативного сопровождения этого дела свидетель не осуществлял, возможно выступал водителем служебного автомобиля при доставлении следователя к месту проверки показаний ФИО1 на месте.

При оценке исследованной в судебном заседании явки с повинной ФИО1, суд считает следующее: в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона РФ при проверке законности получения заявления от лица о совершенном им преступлении, надлежит выяснять были ли при принятии данного заявления соблюдены права данного лица, в т.ч. и право на защиту в части: права не свидетельствовать против себя (право, предусмотренное как положениями ст. 144 ч. 1.1 Уголовно-процессуального кодекса РФ, так и ст. 51 Конституции РФ); право пользоваться услугами защитника, приносить жалобы на действия и решения органов предварительного следствия (в спорном случае – на действия оперативного сотрудника полиции), а также была ли обеспечена реальная возможность осуществления данных прав.

Как следует из исследованного в судебном заседании заявления о явке с повинной от 01.04.2019 года, при обращении ФИО1 с оспоренным заявлением, ему были разъяснены все вышеперечисленные права, от реализации которых он отказался. Возражения в судебном заседании, что фактически ему никаких прав не разъяснялось, он "только подписал все, что просили", "под психологическим воздействием", суд расценивает как несостоятельные, поскольку они прямо опровергнуты подписью ФИО1 в соответствующей графе протокола, а также соответствующими показаниями свидетеля Свидетель №1 в данной части. 

Одновременно, само по себе обращение гражданина с заявлением о явке с повинной не предполагает обязательное участие защитника в случае, если данное право было лицу разъяснено и была предоставлена реальная возможность реализовать данное право. 

В рассматриваемом деле все указанные требования закона при получении от ФИО1 явки с повинной со стороны сотрудников полиции были соблюдены.

Вместе с тем, по своей правовой сущности, заявление лица о совершенном преступлении является, фактически, показаниями данного лица, изобличающими его в данном преступлении, на которые в полной мере распространяются требования закона, касаемые возможности признания недопустимым доказательством показаний лица.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 не подтвердил сведения, изложенные в оспоренном протоколе заявления о явке с повинной от 01.04.2019 года. 

Данное обстоятельство по своей правовой сущности должно быть приравнено к отказу от ранее данных показаний в части сообщения о совершенном преступлении и в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона влечет безусловное признание данных показаний недопустимыми вне зависимости от причин, по которым обвиняемый их не подтвердил, в силу положений ст. 75 ч. 1 п. 1 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Соответственно, исследованную явку с повинной суд расценивает как недопустимое доказательство, что устраняет юридическую силу данного положенного стороной обвинения доказательства виновности ФИО1 в инкриминированном преступлении и не может быть учтено судом в т.ч. и при разрешении вопросов назначения наказания. 

При оценке противоречивых показаний подсудимого, даваемых им об обстоятельствах событий, являющихся предметом судебного разбирательства, в ходе досудебного производства по делу и в судебном заседании, суд считает достоверными и кладет в основу приговора его показания, данные следователю.

Как следует из исследованных судом протоколов его допросов в качестве подозреваемого, обвиняемого (т. 1 л.д. 136-139, 165-168), перед началом производства допросов ФИО1 разъяснялись следователем его права, предусмотренные ст. ст. 46, 47 Уголовно-процессуального кодекса РФ, в т.ч. и право свидетельского иммунитета. Разъяснялось также право не свидетельствовать против себя, гарантированное положениями ст. 51 Конституции РФ, а равно положения ст. ст. 46 ч. 4 п. 2, 47 ч. 4 п. 3 Уголовно-процессуального кодекса РФ о том, что его показания, в случае согласия их давать, могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу. Подписи ФИО1 о разъяснении ему данных прав, гарантированных законом, имеются в соответствующих графах протоколов.

При производстве допросов присутствовал защитник подозреваемого, обвиняемого, каких-либо замечаний на протоколы ни от самого ФИО1, ни от его защитника – не поступало.

Данные обстоятельства подтвердила допрошенная по инициативе стороны защиты свидетель Свидетель №2 – следователь, осуществлявшая предварительное следствие по настоящему уголовному делу, подтвердившая суду, что допросы проводились фактически, при производстве допросов присутствовала защитник подсудимого, ему разъяснялись его права в полном объеме и он добровольно и самостоятельно давал показания, изложенные в протоколах.

При таких обстоятельствах каких-либо правовых оснований для признания показаний ФИО1, полученных следователем в ходе досудебного производства по делу, недопустимыми доказательствами с процессуальной точки зрения – не имеется.

Доводы подсудимого о том, что защитник при его допросах не присутствовала, а равно то, что свои подписи, принадлежность которых не отрицал, он ставил в пустых бланках протоколов, суд считает несостоятельными, поскольку они прямо опровергнуты: во-первых – показаниями следователя, оснований не доверять которым у суда не имеется; во-вторых – фактически исследованными судом самими протоколами допросов, которые выполнены не на типовом бланке, не имеют типографских граф, в которых возможно было бы поставить подписи до заполнения текста протокола следователем.

Кроме этого, оценивая показания Карху Р,А., данные им следователю по существу сообщенных сведений, суд считает, что они полностью согласуются с совокупностью иных доказательств по делу, исследованных в судебном заседании, в частности: с показаниями свидетеля Свидетель №3 о заинтересованности которой в исходе дела сторона защиты не заявляла и показания которой в судебном заседании не оспаривались, давшей суду показания по сущности совпадающими с показаниями данными следователю ФИО1 и опровергающими его показания в судебном заседании; с показаниями самого ФИО1, данными в ходе проверки на месте (л.д. 151-155).

При таких обстоятельствах, показания ФИО1, данные им следователю в ходе досудебного производства по делу и исследованные в судебном заседании являются относимыми и достоверными и недопустимыми доказательствами с точки зрения положений ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса РФ признаны быть не могут.

Показания подсудимого, данные им в судебном заседании об обстоятельствах событий, которые являются предметом разбирательства уголовного дела, суд считает недостоверными, преследующими цель опорочить как собранные доказательства в частности, так и органы расследования в целом, для последующего таким способом избежания ответственности за фактически совершенные действия.

Кроме этого, суд также полагает необходимым отметить, что, несмотря на ранее сделанные в приговоре выводы о признании недопустимым доказательством явки с повинной ФИО1, считает надлежащим доказательством, могущим быть положенным в основу приговора в соответствии с требованиями ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса РФ, протокол проверки показаний ФИО1 на месте (л.д. 151-155). 

Факт проведения данного следственного действия, а равно содержание исследованного судом протокола стороной защиты не оспаривались. Показания ФИО1, которые проверялись следователем в ходе данного следственного действия, признаны судом достоверными. Протокол, составленный следователем, отвечает требованиям, предъявляемым к протоколу данного следственного действия Уголовно-процессуальным кодексом РФ, содержит необходимые реквизиты и подписи его участников о его правильности как составления, так и по существу сведений.

Доводы подсудимого о том, что на данное следственное действие следователя и адвоката на служебном автомобиле подвозил оперативный сотрудник, который отбирал у него оспоренную им явку с повинной, не имеют никакого правового значения для оценки исследованного протокола как доказательства, поскольку данное обстоятельство само по себе является технической стороной обеспечения и не связано с сущностью проведенного следственного действия и полученными результатами.

Соответственно, исследованный протокол проверки показаний ФИО1 на месте суд считает необходимым учесть и как доказательство, представленное стороной обвинения в обоснование виновности ФИО1 в инкриминированном преступлении, и как обстоятельство, учитываемое при назначении ему наказания.

Специальной оценки суда в приговоре заслуживают также противоречивые показания об обстоятельствах событий, которые являются предметом исследования при разбирательстве настоящего уголовного дела, свидетеля Свидетель №4

При оценке показаний, данных свидетелем в судебном заседании и в ходе досудебного производства по делу, суд также признает достоверными и кладет в основу вывода о виновности подсудимого в инкриминированному ему деянии, показания Свидетель №4, данные им в ходе досудебного производства по делу.

При получении показаний от свидетеля следователем были соблюдены все требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие допрос. Свидетелю разъяснялись его права и обязанности, в т.ч. право свидетельского иммунитета. Показания Свидетель №4 давал добровольно, не высказал замечаний и дополнений относительно зафиксированных следователем, подписал протокол в соответствующих его графах, подтвердив суду принадлежность ему подписей.

По своей сущности, показания Свидетель №4, данные следователю, также соответствуют и согласуются с иными доказательствами, исследованными судом при разбирательстве уголовного дела.

Изменение свидетелем в судебном заседании своих ранее данных показаний суд относит к желанию свидетеля оказать помощь подсудимому, как своему хорошему знакомому, избежать каким-либо образом ответственности за совершенное хищение.

Таким образом, проанализировав и сопоставив исследованные в судебном заседании представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд, вопреки мнению стороны защиты, не усматривает каких-либо противоречий, которые могли бы поставить под сомнение выводы о виновности ФИО1 в хищении имущества Потерпевший №1 и приходит к однозначному выводу о доказанности вины ФИО1 в инкриминированному ему преступлении. 

При этом, действия ФИО1 суд считает правильно квалифицированными органами предварительного расследования.

Квалифицирующий признак совершенного ФИО1 хищения "с причинением значительного ущерба гражданину" нашел свое безусловное подтверждение в судебном заседании. С учетом имущественного положения потерпевшего и наличием у него обязательных выплат, ущерб в 22000.00 рублей, причиненный преступлением, признается судом значительным для него.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ст. 158 ч. 2 п. "в" Уголовного кодекса РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину.

Обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость деяния, совершенного подсудимым, а равно каких-либо оснований, влекущих его освобождение от уголовной ответственности или наказания, суд не усматривает. 

Каких-либо сомнений в состоянии психического здоровья подсудимого, а равно его способности самостоятельно реализовывать свои процессуальные права и исполнять процессуальные обязанности, у суда не имеется. Каких-либо сведений, могущих поставить под сомнение данные выводы суда, в материалах уголовного дела не содержится, и сторонами в судебном заседании соответствующих заявлений сделано не было.

Соответственно, суд признает ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

При назначении наказания в соответствии с положениями ст. ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса РФ суд учитывает общественную опасность совершенного подсудимым преступления, отнесенного уголовным законом к преступлениям средней тяжести; обстоятельства, влияющие на его исправление и предупреждение совершения новых преступлений; состояние здоровья подсудимого (л.д. 119, 211), а также иные данные о личности:

ФИО1 (л.д. 90, 156-161) ранее не судим, однократно привлекался к административной ответственности (л.д. 91-92); 

<

данные изъяты> по месту жительства характеризуется удовлетворительно (л.д. 130).

Смягчающим наказание подсудимого ФИО1 обстоятельством в соответствии с положениями ст. 61 ч. 1 п. "и" Уголовного кодекса РФ суд расценивает активное способствование им расследованию преступления, в качестве которого учитывает его участие в проверке показаний, признанных судом достоверными – на месте (л.д. 151-155).

Иных смягчающих наказание подсудимого обстоятельств, прямо указанных в ст. 61 ч. 1 Уголовного кодекса РФ, или обстоятельств, которые могли бы быть расценены судом как смягчающие наказание в соответствии с требованиями ст. 61 ч. 2 Уголовного кодекса РФ, судом при разбирательстве уголовного дела не установлено.

Суд не может ни учесть при оценке данных о личности подсудимого, ни признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого, представленные стороной защиты органам расследования данные о состоянии здоровья сожительницы подсудимого – Свидетель №3 Представленные в распоряжение органа расследования медицинские документы, свидетельствуют о том, что Свидетель №3 с 02.03. по 14.03.2017 года находилась 

<

данные изъяты> (л.д. 131-132, 133). 

Вместе с тем, данные обстоятельства, относящиеся к иному лицу, не состоящему ни в каком родстве с подсудимым, ни находящемуся на его иждивении, не могут ни характеризовать каким-либо образом подсудимого, ни каким-либо образом оправдывать совершение преступления, либо выступать причинами его совершения.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого в соответствии с положениями ст. 63 ч. 1? Уголовного кодекса РФ, суд расценивает совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. При этом, при обсуждении вопроса о наличии в действиях подсудимого данного отягчающего наказание обстоятельства, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, конкретные обстоятельства его совершения и считает, что его совершение было вызвано, в том числе, и употреблением подсудимым алкоголя перед совершением, что, при обстоятельствах преступления, должно учитываться как обстоятельство отягчающее наказание.

Иных отягчающих наказание подсудимого ФИО1 обстоятельств, указанных в ст. 63 Уголовного кодекса РФ, суд не усматривает.

С учетом наличия в действиях подсудимого отягчающего наказание обстоятельства, суд не входит в обсуждение вопроса об изменении категории совершенного им преступления в соответствии с положениями ст. 15 ч. 6 Уголовного кодекса РФ.

Обсуждая вид и способ исполнения наказания, которое должно быть назначено подсудимому, суд учитывает общественную опасность совершенного преступления, отнесенного законом к категории умышленных преступлений против собственности; цели и мотивы преступления; наличие в действиях подсудимого отягчающего наказание обстоятельства; данные о его личности.

Оценив все указанные выше обстоятельства в их совокупности, суд не усматривает каких-либо оснований для вывода о существенном снижении степени общественной опасности совершенного подсудимым преступления, свидетельствовавших бы о возможности достижения целей уголовного наказания в отношении подсудимого, в т.ч. и достижения социальной справедливости, путем назначения ему менее строгого вида наказания, чем лишение свободы, из альтернативных видов наказаний, указанных в санкции статьи 158 ч. 2 Уголовного кодекса РФ. 

Кроме этого, все вышеуказанные обстоятельства в совокупности с данными о личности подсудимого, судом, при обсуждении вопроса о способе исполнения назначаемого наказания, расцениваются как самостоятельно достаточные для вывода о том, что в настоящее время цели уголовного наказания, определенные ст. 43 Уголовного кодекса РФ, могут быть достигнуты в отношении подсудимого исключительно в условиях изоляции его от общества. 

Соответственно, суд не усматривает каких-либо законных оснований для применения в отношении подсудимого положений ст. 73 Уголовного кодекса РФ и назначении ему условного осуждения.

Одновременно, обсуждая в соответствии в требованиями ст. 53? ч. 1 Уголовного кодекса РФ вопрос о возможности назначения подсудимому альтернативного лишению свободы вида наказания в виде принудительных работ, предусмотренного санкцией статьи 158 ч. 2 Уголовного кодекса РФ, суд с учетом данных о личности подсудимого, конкретных обстоятельств совершенного преступления, не усматривает законных оснований для применения в отношении него положений рассматриваемой статьи Уголовного кодекса РФ, поскольку считает, что цели уголовного наказания в отношении ФИО1 не могут быть достигнуты без реального отбывания именно лишения свободы. 

Оснований для назначения подсудимому дополнительного вида наказания, указанного в ч. 2 ст. 158 УКМ РФ, суд не усматривает.

При определении вида исправительного учреждения, где подсудимому надлежит отбывать назначаемое наказание в виде лишения свободы, суд, в соответствии с положениями ст. 58 ч. 1 п. "а" Уголовного кодекса РФ, дополнительно учитывает данные о личности подсудимого, конкретные обстоятельства совершенного преступления, а также поведение подсудимого в ходе производства по уголовному делу. Указанные обстоятельства свидетельствуют о необходимости направления ФИО1 для отбывания наказания в исправительную колонию общего режима.

Гражданский иск Потерпевший №1 в соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ подлежит удовлетворению в полном объеме, поскольку имущественный вред потерпевшему причинен виновными действиями подсудимого.

Вопрос о вещественных доказательствах по делу разрешается судом в соответствии с требованиями ст. 81 ч. 3 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Признанный по делу вещественным доказательством отрезок липкой ленты типа "скотч" на белой бумажной основе 37х47 мм., на поверхности которой отображен след пальца руки 12х17 мм., оставленный безымянным пальцем правой руки ФИО1, упакованный в пакет № 1 – подлежит уничтожению после вступления приговора в законную силу. 

При разрешении вопроса о распределении процессуальных издержек по уголовному делу – расходов по выплате вознаграждения адвокату Костромских Н.В. в ходе досудебного производства по уголовному делу в сумме 19 635.00 рублей (л.д. 183), суд учитывает следующее: 

в судебном заседании подсудимый ФИО1 не согласился с суммой, выплаченной адвокату в качестве вознаграждения, указав, что адвокат фактически не принимала участия в производстве тех следственных действий, за которые ей рассчитано вознаграждение. Одновременно, заявил о необходимости отнесения процессуальных издержек на счет бюджета РФ, мотивируя данное обстоятельство тем, что "адвокат не защищала меня", у него не имеется средств на возмещение.

Свидетель Свидетель №2 пояснила, что размер вознаграждения адвокату исчислялся из фактически затраченных дней на проведение следственных, процессуальных действий и в оспариваемом стороной защиты постановлении определен правильно.

Исследовав материалы уголовного дела, относящиеся к данному предмету обсуждения суд считает, что размер вознаграждения адвокату в оспариваемом постановлении (л.д. 183) исчислен следователем правильно, поскольку определенная следователем сумма складывается из количества дней фактического участия адвоката Костромских Н.В. в следственных, процессуальных действиях, подтвержденных соответствующими протоколами, помноженных на размер вознаграждения адвокату за один день работы, определенный Постановлением Правительства РФ от 01.12.2012 года №.

Обсуждая вопрос распределения указанной суммы процессуальных издержек, суд учитывает, что, действительно, изначально уголовное дело было назначено к рассмотрению в судебном заседании в особом порядке принятия судебного решения. Установленном Главой 40 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Однако, впоследствии особый порядок производства по делу был прекращен судом по инициативе именно обвиняемого ФИО1

Соответственно, при данных обстоятельствах, положения ст. 316 ч. 10 Уголовно-процессуального кодекса РФ применимы в отношении подсудимого быть не могут. Вопрос о распределении процессуальных издержек подлежит разрешению в общем порядке.

Кроме этого, суд принимает во внимание и заявления стороны защиты по данному вопросу о том, что ФИО1 отказался от услуг защитника Костромских Н.В. 

Однако, данные доводы являются несостоятельными. Вопреки утверждениям стороны защиты в ходе досудебного производства по настоящему уголовному делу (на стадии которого обсуждается настоящий вопрос распределения процессуальных издержек) обвиняемый ФИО1 от услуг защитника Костромских Н.В. не отказывался, каких-либо подтверждающих данное обстоятельство материалов в уголовном деле не имеется.

Соответственно, в данной части доводы стороны защиты являются несостоятельными, в отношении ФИО1 не могут быть применены положения ст. 132 ч. 4 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Обсуждая вопрос распределения вышеназванной суммы процессуальных издержек, суд учитывает, что подсудимый трудоспособен; не является инвалидом и не страдает каким-либо хроническим заболеванием, именно лишающим его возможности трудоустройства; не имеет иждивенцев и иных лиц, на материальном положении которых существенно отразилось бы взыскание с него процессуальных издержек. 

Каких-либо иных оснований, прямо указанных в уголовно-процессуальном законе, а равно установленных в судебном заседании, для освобождения полностью, либо частично подсудимого от обязанности возмещения в доход бюджета процессуальных издержек по делу, также не имеется.

Приведенные подсудимым доводы о том, что адвокат Костромских Н.А. ненадлежащим образом осуществляла его защиту в ходе досудебного производства по делу не нашли своего подтверждения, поскольку судом не установлено каких-либо действий адвоката, которые противоречили бы позиции ФИО1 по делу, или иным образом могли бы быть расценены как не отвечающие его интересам.

С соответствующими заявления ФИО1 ни к следователю, ни к руководителю следственного органа или прокурору не обращался.

Доводы подсудимого о том, что адвокат Костромских Н.В. не принимала участия в следственных действиях, за которые ей рассчитано следователем вознаграждение, опровергнуты материалами дела и показаниями следователя Свидетель №2 о фактическом проведении оспоренных следственных действий и фактическом участии в их проведении адвокатом Костромских Н.В. 

Соответственно, оценив вышеуказанные обстоятельства, суд полагает необходимым возложить на подсудимого обязанность по возмещению в доход бюджета Российской Федерации указанной выше суммы процессуальных издержек по настоящему уголовному делу в полном объеме.

Отсутствие средств на возмещение процессуальных издержек не может быть расценено само по себе как основание для отнесения их на счет бюджета Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296-304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд, –

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч. 2 п. "в" Уголовного кодекса РФ и назначить ему наказание по данной статье в виде лишения свободы на срок 1 год 06 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания исчислять с 20 сентября 2019 года.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора суда в законную силу оставить прежней – заключение под стражей. 

В соответствии с положениями ст. 72 ч. 3.1 п. "б" Уголовного кодекса РФ зачесть в срок лишения свободы время предварительного содержания ФИО1 под стражей с 14 июня 2019 года по 19 сентября 2019 года включительно и период времени с 20 сентября 2019 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы. 

Исковые требования Потерпевший №1 удовлетворить. 

Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 22000.00 (двадцать две тысячи) рублей в счет возмещения причиненного ему материального ущерба.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета Российской Федерации 19 635.00 (девятнадцать тысяч шестьсот тридцать пять) рублей в счет возмещения процессуальных издержек по делу – расходов по выплате вознаграждения адвокату Костромских Н.В. за участие в уголовном судопроизводстве в его досудебной стадии.

Вещественное доказательство по настоящему уголовному делу по вступлении приговора в законную силу:

- отрезок липкой ленты типа "скотч" на белой бумажной основе 37х47 мм., на поверхности которой отображен след пальца руки 12х17 мм., оставленный безымянным пальцем правой руки ФИО1, упакованный в пакет № 1 – уничтожить.

Приговор может быть обжалован заинтересованными лицами в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда Республики Карелия через Петрозаводский городской суд РК в течение десяти суток со дня его провозглашения, осужденным – в тот же срок со дня получения копии приговора.

Осужденному разъясняется его право участвовать при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции. Соответствующее ходатайство должно быть подано либо одновременно с подачей апелляционной жалобы на приговор суда, либо в течение десяти дней со дня получения копии апелляционной жалобы (представления) лиц, наделенных правом апелляционного обжалования.

Председательствующий судья: А.В. Мерков