Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 мая 2018 года г. Чебаркуль

Магнитогорский гарнизонный военный суд в составе председательствующего по делу судьи Усачёва Е.В., при секретаре судебного заседания Фоминых Е.А., с участием административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков(войсковой части № и ее командира) по доверенности-ФИО3 Н.А., помощника военного прокурора Чебаркульского гарнизона ФИО2, в помещении суда, в открытом судебном заседании, рассмотрев административное дело №2а-48/2018 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № старшего сержанта запаса ФИО1 к командирам войсковых частей № и № об оспаривании законности издания приказов об увольнении с военной службы и исключении из списков личного состава части,

УСТАНОВИЛ:

№ О.В., полагая свои права нарушенными, обратилась в суд с административным исковым заявлением, в котором просила, признать приказы командира войсковой части № от 18 июня 2015 года № о досрочном увольнении с военной службы и от 24 января 2018 года №(с учетом дополнения к этому приказу № от 12 апреля 2018 года) об исключении из списков личного состава части, незаконными и отменить их, обеспечить всеми видами довольствия, в том числе: денежным довольствием на дату исключения из списков личного состава войсковой части №; основным отпуском за 2018 год с учетом мнения о месте его проведения; вещевым имуществом; компенсацией взамен вещевого имущества за последние 12 месяцев на момент исключения из списков личного состава воинской части №; произвести расчет выслуги лет на пенсию на дату исключения из списков личного состава; выплатить компенсацию денежных средств за следование в основной отпуск 2018г. на члена семьи (моего супруга ФИО5).

В судебном заседании ФИО1 настаивая на своих требованиях, в их обоснование процитировала административный иск, при этом дополнила, что приказ об увольнении с военной службы она считает незаконным, так как её не ознакомили с ним, других обоснований не привела. Как нарушает приказ об увольнении с военной службы её права, ФИО1 в судебном заседании не смогла пояснить и таких доказательств не представила. При этом ФИО1 указала, что проходить военную службу после наступления предельного возраста (в октябре 2009г.) она не желала, после окончания контракта (заключенного до окончания предельного возраста) с просьбой о заключении нового, не обращалась. В ноябре 2009 года, связи с увольнением с военной службы, подала заявление в жилищную комиссию, о постановке ее в очередь на жилье по избранному месту жительства в 

<

адрес>, которое было удовлетворено. В 2012 году должность ФИО1 сократили и вывели в распоряжение, так как она возражала против увольнения, до обеспечения жильем. С расчетами выслуги лет ознакамливалась в сентябре 2010 года и июне 2015 года, с которыми была согласна. Субсидией на приобретение жилья была обеспечена в июне 2017 года, после чего исключена из списков нуждающихся. В сентябре-октябре 2017 года прошла военно-врачебную комиссию, была признана годной к военной службе, после чего убыла в отпуск, по окончанию которого, с 29 января 2018 года была исключена из списков личного состава. С приказом командира войсковой части № от 24 января 2018 года № была ознакомлена 06 февраля 2018 года и обжаловала его законность в военную прокуратуру Чебаркульского гарнизона. ФИО1 считает данный приказ незаконным, так как при исключении её не обеспечили денежным довольствием (на 2 дня позже); компенсацией за проезд мужа к месту проведения отпуска; вещевым имуществом; неправильно рассчитали компенсацию за вещевое имущество; не предоставили отпуск за 2018 год с учетом места его проведения; не произвели расчет выслуги лет. По этим же основаниям считает незаконным приказ командира войсковой части № от 12 апреля 2018 года №, которым ей изменили дату исключения из списков личного состава на 09 февраля 2018 года, с учетом предоставленного отпуска за 2018 год.

Представитель административного ответчика (войсковой части № и ее командира) ФИО3 просила отказать в удовлетворении административного иска, так как по ее мнению, ФИО1 злоупотребляет своими правами. Приказ об увольнении ФИО1 с военной службы издан надлежащими должностными лицами, все мероприятия перед увольнением с ней проведены. Сама ФИО1 хотела уволиться по этому основанию, о чем свидетельствуют её рапорта: от 2013 года о выводе ее в распоряжение до обеспечения жильем; рапорт от 29 августа 2016 года об увольнении её по организационно-штатным мероприятиям; листы беседы от 2016 и 2017 годов, аттестационный лист, где отражено её пожелание уволиться с военной службы. Более того, сама ФИО1 в судебном заседании не отрицала, что хотела уволиться с военной службы по организационно-штатным мероприятиям, после обеспечения её жильем. Согласно п.12 ч.34 Положения о порядке прохождения военной службы, рапорт на увольнение военнослужащего при увольнении по организационно-штатным мероприятиям не требуется.

Представитель административного ответчика (войсковой части № и ее командира) ФИО14 просил отказать в удовлетворении административного иска, так как по его мнению, процедура перед увольнением ФИО1 с военной службы соблюдена, при исключении из списков личного состава части он полностью обеспечен всеми видами довольствия в срок. Получать вещевое имущество ФИО1 уклоняется. Компенсация за проезд в отпуск её мужа, не является денежным довольствием и не может служить основанием для отмены приказа об исключении из списков личного состава. Денежным довольствием была обеспечена в срок. Согласно п.12 ч.34 Положения о порядке прохождения военной службы, рапорт на увольнение военнослужащего при увольнении по организационно-штатным мероприятиям не требуется.

В своем заключении военный прокурор просил отказать в удовлетворении административного иска, так как оспариваемыми приказами, права ФИО1 не нарушены.

Заслушав объяснения административного истца, представителя административных ответчиков, показания свидетелей, заключение военного прокурора, исследовав и проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам на основании установленных далее обстоятельств и правовых норм.

Судом исследовался в предварительном судебном заседании вопрос пропуска административным истцом срока на обращение в суд по обжалованию приказа командира войсковой части № от 18 июня 2015 года № о досрочном увольнении ФИО1 с военной службы, который был восстановлен. 

Рассматривая требования Чистяковой об отмене приказа командира войсковой части № от 18 июня 2015 года № о её досрочном увольнении с военной службы по организационно-штатным мероприятиям, суд установил следующие обстоятельства.

Согласно п. "а" ч. 2 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями.

Пунктом "а" ч. 4 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утв. Указом Президента РФ от 16.09.99 г. N 1237, также установлено, что военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями и при отсутствии других оснований для увольнения, в том числе:

- при сокращении занимаемой им воинской должности (должности), невозможности назначения на равную воинскую должность (должность) и отсутствии его согласия с назначением на высшую или низшую воинскую должность (должность);

- по истечении сроков нахождения в распоряжении командира (начальника), установленных п. 4 ст. 42 Федерального закона и настоящим Положением, при невозможности назначения на равную воинскую должность (должность) и отсутствии его согласия с назначением на высшую или низшую воинскую должность (должность).

Из абз. 3 п. 4 ст. 42 указанного закона, п. п. "б" п. 2. ст. 13 указанного Положения, следует, что военнослужащий может проходить военную службу не на воинских должностях в случае нахождения в распоряжении командира (начальника) в связи с проведением организационно-штатных мероприятий - не более шести месяцев.

Содержание названных законодательных норм указывает на то, что увольнение военнослужащего в связи с организационно-штатными мероприятиями может быть реализовано при невозможности дальнейшего прохождения им военной службы. Не допускается нахождение военнослужащего в распоряжении командира (начальника) в связи с организационно-штатными мероприятиями более установленного срока.

Из материалов дела следует и собственно эти обстоятельства никем не опровергаются, что, после окончания контракта от 11 августа 2006 года (заключенного до предельного возраста 24 октября 2009 года) желая уволиться с военной службы, ФИО1 обратилась с рапортом 09 ноября 2009 года к председателю жилищной комиссии Чебаркульского гарнизона с просьбой поставить на жилищный учет для предоставления жилья по избранному месту жительства в 

<

адрес>, который был удовлетворен. 25 декабря 2013 года ФИО1 обратилась с рапортом к командиру войсковой части № с просьбой вывести её в распоряжение, до обеспечения жильем, что свидетельствует о её желании уволиться с военной службы. Согласно указанию начальника Генерального штаба ВС РФ от 18 мая 2012 года № должность ФИО1 сокращена с 01 августа 2012 года, что следует из приказа командира войсковой части № от 09 апреля 2014 года № об освобождении административного истца от занимаемой должности и выводе в распоряжение командира войсковой части № с 01 августа 2012 года. С рапортами о желании проходить военную службу, предоставить ей вышестоящую либо нижестоящую должность, заключении с ней нового контракта сверх предельного возраста, как следует из материалов дела, пояснений сторон, ФИО1 не обращалась. Приказом командира войсковой части № от 18 июня 2015 года ФИО1 досрочно уволена с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями.

При этом, о желании ФИО1 быть уволенной с военной службы по организационно-штатным мероприятиям свидетельствуют её рапорта: от 2013 года о выводе ее в распоряжение до обеспечения жильем; от 29 августа 2016 года об увольнении её по организационно-штатным мероприятиям; листы беседы от 29 августа 2016, от 27 июля, 23 сентября 2017 года, аттестационный лист от 23 сентября 2017 года, где отражено её пожелание уволиться с военной службы по организационно-штатным мероприятиям после обеспечения жильем, а так же отсутствие её рапорта на продление контракта.

Анализируя в совокупности, приведенные выше нормы права и соотнося с ними спорные правоотношения сторон, суд приходит к выводу о том, что поскольку с момента окончания последнего контракта (24 октября 2009 г.) и до обеспечения субсидией на приобретение жилого помещения ФИО1 позиционировала себя как увольняемый военнослужащий и реализовывала права, предусмотренные законодательством именно для этой категории военнослужащих, поэтому действия командира войсковой части № по досрочному увольнению с военной службы административного истца по указанному основанию являются правомерными, и оснований для признания незаконным и пресечения изданного приказа № от 18 июня 2015 года не имеется.

При этом довод ФИО1 о том, что в 2015 году она не писала рапорт на увольнение, не может служить основанием для отмены оспариваемого приказа, так как исходя из п.12 ч.34 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 года №1237, рапорт на увольнение военнослужащего при увольнении по организационно-штатным мероприятиям не требуется.

Тот факт, что ФИО1 была ознакомлена с выслугой лет на 8 дней позже (26 июня 2015 года) издания приказа об увольнении с военной службы, с ней не проведена индивидуальная беседа перед увольнением, не прошла военно-врачебную комиссию, не может повлиять на правильность принятого командиром войсковой части 89547 решения, поскольку данные нарушения носят формальный, малозначительный характер, так как в данном случае права истца не нарушены, её увольнение проходило в длительный период (с 2009 по 2018 год), и в этот период, до окончания военной службы с ФИО1 неоднократно проводились индивидуальные беседы, она прошла военно-врачебную комиссию и была признана годной к военной службе, без ограничений, была ознакомлена с расчетом выслуги лет. Претензий, кроме обеспечения жильем, не высказывала.

Кроме того, отсутствие в материалах дела сведений о поиске командованием ФИО1 равнозначных либо выше или нижестоящих должностей, так же не может служить основанием для отмены оспариваемого приказа о её увольнении по организационно-штатным мероприятиям. При этом суд исходит из того, что административный истец с учетом своих неоднократных пожеланий на протяжении длительного времени (выразившихся в рапортах и беседах) уволиться с военной службы, не могла быть назначена на воинские должности и подлежала увольнению, при наступление предельного возраста и окончания срока контракта, связи с чем права ФИО1 в данном случае не нарушены.

Более того, при принятии решения суд учитывает, что ФИО1 в течении длительного времени(с октября 2009 года по январь 2018 года) в нарушение требований закона не была уволена с военной службы, должностные обязанности не исполняла и получала денежное довольствие, при этом исходит из следующих обстоятельств.

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих" в редакции Федерального закона от 20 апреля 2015 г. N 97-ФЗ военнослужащие - граждане, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях в федеральном органе исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, без их согласия не могут быть уволены с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями без предоставления им жилых помещений или жилищной субсидии, за исключением случаев, предусмотренных абзацем третьим названного пункта. При желании указанных военнослужащих получить жилые помещения не по месту увольнения с военной службы они обеспечиваются жилыми помещениями по избранному месту жительства в порядке, предусмотренном пунктом 14 статьи 15 этого федерального закона.

Таким образом, законодатель, выделяя в данной норме военнослужащих, пожелавших получить жилые помещения не по месту увольнения, фактически установил, что гарантия в виде запрета на увольнение соответствующих категорий военнослужащих, нуждающихся в особой защите, без их согласия до предоставления им жилых помещений или жилищной субсидии предусмотрена для лиц, принятых на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях в целях обеспечения жильем по месту службы. Вместе с тем в целях обеспечения конституционного права на жилище данная гарантия может быть распространена на указанных военнослужащих, не обеспеченных к моменту увольнения никаким жильем и возражающих против увольнения без предоставления жилья тем способом, который они избрали.

Что касается военнослужащих, пожелавших реализовать свое право на получение жилых помещений по избранному после увольнения месту жительства, не совпадающему с последним местом службы, то в пункте 14 статьи 15 Федерального закона "О статусе военнослужащих" для них установлен особый порядок предоставления жилых помещений, который направлен, в первую очередь, на реализацию конституционного права на выбор места жительства, гарантированного статьей 27 Конституции Российской Федерации.

В данной норме закона не содержится запрета на увольнение военнослужащих до предоставления им жилых помещений по избранному месту жительства.

Анализируя приведенные выше нормы во взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что военнослужащие, указанные в абзаце втором пункта 1 статьи 23 Федерального закона "О статусе военнослужащих", пожелавшие воспользоваться правом на выбор постоянного места жительства при увольнении с военной службы с обеспечением их жилыми помещениями, вне зависимости от формы такого обеспечения при перемене места жительства не могут претендовать на социальную гарантию в виде запрета на увольнение без их согласия до получения жилых помещений при условии, что они до этого обеспечены жилым помещением, в том числе служебным, из которого не подлежат выселению до предоставления жилья для постоянного проживания.

Учитывая, что ФИО1 достигнув предельного возраста пребывания на военной службе, была обеспеченна служебным жильем и изъявила желание быть уволенной(рапорт о постановке на жилищный учет от ноября 2009г.), избрав при этом иное от службы место жительства, то она подлежала безусловному увольнению с военной службы после окончания контракта, 24 октября 2009 года.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о нарушении своих прав, свобод и законных интересов, административным истцом суду не представлено, а совокупность установленных судом обстоятельств позволяет сделать вывод о том, что на сегодняшний день права, свободы и законные интересы ФИО1 не нарушены. 

При таких обстоятельствах суд признает оспоренные действия командира войсковой части № по изданию приказа от 18 июня 2015 года № соответствующими требованиям приведенных законов и нормативных правовых актов, и не нарушающими права ФИО1, поэтому заявленные ей требования удовлетворению не подлежат.

Рассматривая требования Чистяковой об отмене приказа командира войсковой части № от 24 января 2018 года № о её исключении с 29 января 2018 года из списков личного состава части, а так же приказа этого же должностного лица, от 12 апреля 2018 года № об изменении даты исключения ФИО1 из списков личного состава части на 09 февраля 2018 года и восстановления в списках личного состава части, суд установил следующие обстоятельства.В соответствии с пунктом 16 статьи 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года №1237 «Вопросы прохождения военной службы», военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается. 

Одним из доводов Чистяковой об отмене указанных приказов, это не обеспечение денежным довольствием при исключении из списков личного состава.

Однако, вопреки доводам ФИО1, согласно выписке из её лицевого счета в Сберегательном банке, окончательный расчет по денежному довольствию ей поступил 31 января 2018 года, спустя три дня после исключения из списков личного состава части. В последующем, после изменения даты исключения из списков личного состава(12 апреля 2018 г.), окончательный расчет по денежному довольствию истцу поступил 25 апреля 2018 года, спустя тринадцать дней.

Как следует из справки начальника отделения кадров войсковой части № от 16 мая 2018 года исх.№, приказ командира войсковой части № от 24 января 2018 года № был введен в 

<

данные изъяты> 30 января 2018 года, а приказ этого же должностного лица от 12 апреля 2018 года № был введен 20 апреля 2018 года.

В соответствии с п. 38 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации (далее - МО РФ) от 30 декабря 2011 года N 2700 (далее - Порядок), военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, ежемесячные дополнительные надбавки выплачиваются со дня вступления в исполнение (временное исполнение) обязанностей по воинской должности и по день освобождения от исполнения обязанностей по занимаемой (временно исполняемой) воинской должности (сдачи дел и должности).

Исходя из приведенных обстоятельств, доводы административного истца связанные с обеспечением ее денежным довольствием за пределами срока исключения из списков личного состава воинской части, то суд находит данное нарушение не существенным, и руководствуясь принципами разумности, справедливости и учитывая при этом, что материальная выхода, которую может получить истец, несопоставима со степенью допущенного в отношении ее нарушения.

Разрешая доводы административного истца в части не обеспечения её вещевым имуществом, суд исходит из следующего.

Исходя из п. 17 Порядка вещевого обеспечения в Вооруженных Силах РФ на мирное время, утвержденного приказом Министра обороны РФ от 14 августа 2013 года N 555, контроль за своевременным обеспечением военнослужащих вещевым имуществом осуществляют командиры воинских частей. В свою очередь военнослужащие по контракту обязаны своевременно получать положенное вещевое имущество на складе воинской части (п. 37). В случае отказа от получения положенного по нормам снабжения имущества военнослужащий, увольняемый с военной службы, до исключения из списка личного состава воинской части представляет письменное заявление (п. 39).

Таким образом, право военнослужащего на обеспечение вещевым имуществом до исключения из списка личного состава воинской части не только гарантировано возложенной на командование обязанностью контроля своевременности выдачи данного вида довольствия, но и зависит от волеизъявления самого военнослужащего, его действий, направленных на получение положенного вещевого имущества.

Судом установлено, что административный истец действительно на момент исключения из списков личного состава воинской части не была обеспечена вещевым имуществом, что подтверждается справкой расчетом, пояснениями истца, показаниями свидетеля ФИО8(начальника вещевой службы).

Однако, судом так же установлено, что ФИО1 за получением вещевого имущества во время прохождения военной службы не обращалась, а обратилась лишь 18 мая 2018 года, после исключения из списков личного состава части. 

В ходе судебного заседания ФИО1 пояснила, что вещевым имуществом она не обеспечивалась с 2006 по 2018 год, однако в этот период она за вещевым имуществом обратилась один раз к начальнику вещевой службы, но последний сказал, что заштатникам его не выдают. 

Свидетель ФИО8 показал, что ФИО1 за получением вещевого имущества в период военной службы не обращалась. Вещевое имущество, положенное истцу по нормам снабжения было на складе. 18 мая 2018 года она обратилась с рапортом о выдаче ей вещевого имущества. Была выписана ведомость, ФИО1 прибыла на склад, ей отобрали вещевое имущество, но она его не смогла унести, так как было много. Никаких проблем обеспечить ФИО1 вещевым имуществом не имеется, она будет обеспечена, если прибудет за ним на склад.

Суд, оценивая приведенные действия административного истца считает, что нарушение ее прав на обеспечение вещевым имуществом, вызвано ее собственными недобросовестными действиями, связанными с фактическим уклонением от получения положенного ей вещевого имущества, как в период прохождения военной службы, так и в настоящее время в связи с чем, расценивает их как злоупотребление правом и на основании ст. 10 ГК РФ, отказывает ей в требовании о восстановлении в списках личного состава воинской части, в связи с не обеспечением вещевым имуществом. Кроме того, указанного права заявителя ни кто не лишал, и она может получить положенное ей вещевое имущество.

Что касается невыплаты ФИО1 компенсации за проезд мужа в отпуск при исключении из списков личного состава части, то с учетом требований Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» от 7 ноября 2011 года №306-ФЗ, согласно которого указанная выплата, не входит в состав денежного довольствия, а также в связи с производством оплаты ФИО1 этого пособия 28 мая 2018 года(заявка на кассовый расход №), оснований утверждать о наличии нарушения её прав на обеспечение положенным довольствием на момент рассмотрения дела в суде и о необходимости отмены оспариваемых приказов об исключении из списков личного состава части, не имеется.

Рассматривая доводы ФИО1 о нарушении её прав при исключении из списков личного состава, в связи с неправильным расчетом денежной компенсации вместо положенного вещевого имущества за последние 12 месяцев, суд исходит из следующих обстоятельств.

Как следует из справки № на получение денежной компенсации вместо положенного вещевого имущества за последние 12 месяцев, ФИО1 положено к выплате компенсация за три предмета, на общую сумму 3835 рублей.

Как видно из оспариваемого приказа командира войсковой части № от 24 января 2018 года №, ФИО1 положено к выплате компенсация вместо положенного вещевого имущества за последние 12 месяцев в размере 3835 рублей.

Как следует из пояснений истца, данная сумма ей была выплачена при исключении из списков личного состава. При этом ФИО1 не представила суду свой расчет и не смогла обосновать свои доводы относительно не правильности произведенного расчета компенсации.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО8 пояснил, что расчет соответствует закону и указанная компенсация была выплачена ФИО1.

Учитывая нелогичность и несостоятельность объяснений административного истца о нарушении её прав при исключении из списков личного состава, в связи с неправильным расчетом денежной компенсации вместо положенного вещевого имущества за последние 12 месяце, а также не представления ей каких-либо доказательств подтверждающих, что расчет произведен не правильно, суд считает, что оснований для отмены оспариваемых приказов об исключении из списков личного состава части по указанному основанию, не имеется.

Рассматривая доводы ФИО1 о нарушении прав при представлении отпуска за 2018 год без учета её мнения о месте его проведения, суд исходит из следующих обстоятельств.

Как видно из оспариваемого приказа командира войсковой части № от 24 января 2018 года №, ФИО1 основной отпуск за 2018 год, пропорционально прослуженного времени использовала. При этом, исключается она из списков личного состава 29 января 2018 года, то есть по истечению 5 суток.

Согласно оспариваемого приказа командира войсковой части № от 12 апреля 2018 года №, ФИО1 основной отпуск за 2018 год, пропорционально прослуженного времени использовала. При этом, исключается ФИО1 из списков личного состава 9 февраля 2018 года, то есть дополнительно к пяти суткам(представленным по приказу № от 24.01.2018г.) ей представляется 11 суток отдыха.

Из пояснений представителя административного истца ФИО3 и свидетеля ФИО9, дополнительные дни представленные ФИО1 при исключении из списков части(5+11) предоставлены ей в качестве отпуска за 2018 год с учетом дороги. Однако, ФИО1, ни до исключения из списков части, ни после(06 февраля 2018г.) с рапортом о месте проведения отпуска за 2018 год не обращалась. Обратилась с таковым, только после обращения в суд. Кроме того, из показаний ФИО3 и ФИО15 следует, что ФИО1 на службе отсутствовала, найти её для ознакомления с приказом об исключении из списков части не могли. Указанные обстоятельства подтвердил свидетель ФИО10, который так же показал, что ФИО1 отсутствовала на службе, зная о предстоящем исключении из списков части, с рапортами о месте проведения отпуска не обращалась. 

Как видно из рапорта Чистяковой от 27 апреля 2018 года, она просит предоставить ей отпуск за 2018 год с выездом в 

<

адрес>. Однако, суд отмечает, что в указанном рапорте ФИО1 требуя выдать ей перевозочные документы, не указывает, каким видом транспорта собирается убыть в отпуск, что влияет на количество дней для проезда в отпуск.

В соответствии с пунктом 5 ст. 11 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих", военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, общая продолжительность военной службы которых в льготном исчислении составляет 20 и более лет, ежегодно предоставляется основной отпуск в количестве 45 суток. Продолжительность основного отпуска военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, в год поступления на военную службу по контракту и в год увольнения с военной службы исчисляется в порядке, определяемом Положением о порядке прохождения военной службы, который утвержден Указом Президента РФ от 16.09.1999 года N 1237 (далее - Положение). Военнослужащим, проходящим военную службу по контракту в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях и других местностях с неблагоприятными климатическими и экологическими условиями, а также на воинских должностях, исполнение обязанностей военной службы на которых связано с повышенной опасностью для жизни и здоровья, продолжительность основного отпуска увеличивается на срок до 15 суток или предоставляются дополнительные сутки отдыха в соответствии с нормами, устанавливаемыми Положением о порядке прохождения военной службы.

Кроме того, продолжительность основного отпуска военнослужащих увеличивается на количество суток, необходимое для проезда к месту использования отпуска и обратно, но не менее одних суток в один конец. Если основной отпуск военнослужащим предоставлен по частям, то время, необходимое для проезда к месту использования отпуска и обратно, предоставляется один раз. Время на дорогу к месту отпуска и обратно в продолжительность основного отпуска не входит.

Порядок исчисления продолжительности основного отпуска военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, в год поступления на военную службу по контракту закреплен в пункте 3 статьи 29 Положения, согласно которому продолжительность основного отпуска исчисляется путем деления продолжительности основного отпуска, установленной военнослужащему, на 12 и умножения полученного количества суток на количество полных месяцев военной службы, прошедших от начала военной службы до окончания календарного года, в котором военнослужащий поступил на военную службу. Округление количества неполных суток и месяцев производится в сторону увеличения.

В судебном заседании установлено, что ФИО1, имеющая общую продолжительность военной службы в льготном исчислении более 20 лет, имеет право на основной отпуск, общая продолжительность которого составляет 45 суток.

Также судом установлено, что ФИО1 на момент предоставления ей отпуска за 2018 год проходила военную службу в войсковой части №, дислоцирующейся в Челябинской области, связи с чем у нее имеется основание для увеличения продолжительность основного отпуска на срок 5 суток.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что истцу подлежал предоставлению ежегодный основной отпуск за 2018 год, продолжительность которого должна составлять: ((45+5: 12) х 1 = 5 суток.

Поскольку приказами командира войсковой части № от 24 января 2018 года № и от 12 апреля 2018 года № ФИО1 был предоставлен основной отпуск за 2018 год общей продолжительностью 16 суток(с учетом даты издания приказов и даты исключения), суд приходит к выводу о том, что ее право на ежегодный отпуск за 2018 год установленной законом продолжительностью, даже с учетом времени на дорогу к месту проведения отпуска и обратно, нарушено не было.

Кроме того суд при разрешении данных доводов учитывает, что в указанный период ФИО1 служебные обязанности не выполняла, в воинской части отсутствовала, поэтому ее утверждения о том, что она была лишена предоставленного отпуска по причине не предоставления ей проездных документов, являются несостоятельными.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о нарушении своих прав, свобод и законных интересов, административным истцом суду не представлено, а совокупность установленных судом обстоятельств позволяет сделать вывод о том, что на дату исключения ФИО1 из списков личного состава воинской части отпуска ей были предоставлены в установленном законом порядке.

Оценивая доводы административного истца о том, что при исключении из списков личного состава части ей не произведен расчет выслуги лет и это нарушает её право на пенсионное обеспечение, суд исходит из следующих обстоятельств.

Согласно имеющихся в личном деле ФИО1 расчетов выслуги лет произведены они 05 августа 2010 года, 25 октября 2012 года, 25 ноября 2014 года. 

Последний расчет произведен руководителем управления ФО МО РФ по СО 25 ноября 2014 года, общая выслуга военной службы ФИО1 составляет 21 год 1 месяц 24 дня. С расчетом ФИО1 ознакомлена 26 июня 2015 года, что подтверждается её росписью, данное обстоятельство истец подтвердила в суде.

Кроме того, расчет выслуги лет указан в оспариваемых приказах об увольнении и исключении ФИО1 из списков личного состава части. 

С требованиями о не согласии с выслугой лет и её пересчете ФИО1 к командованию не обращалась, своих расчетов не привела, при этом голословно заявляя как в иске, так и в суде, о нарушении её прав на пенсионное обеспечение, отказе в начислении пенсии связи с отсутствием расчета выслуги лет.

Как пояснил в суде свидетель ФИО11(начальник отдела пенсионного обеспечения) при постановке на воинский учет ФИО1( февраль 2018г.) было разъяснено какие документы необходимо представить для назначения пенсии. Расчет выслуги лет от ФИО1 не требовался. Однако ФИО1 длительное время не представляла заявление и документы для начисления пенсии, подала только 16 мая 2018 года. ФИО1 никто в начислении пенсии не отказывал, в том числе связи с отсутствием расчета выслуги лет. При этом, ФИО4 разъяснил, что сотрудники военкомата назначат пенсию из имеющихся в личном деле документов, дополнительно могут сами посчитать выслугу лет. В последующем, если пенсионер будет не согласен с расчетом, может обратиться с соответствующим заявлением и его личное дело будет направлено в Центральный военный округ для повторного расчета выслуги лет. 

ФИО1 каких-либо доказательств, свидетельствующих о нарушении своих прав, свобод и законных интересов, отсутствием расчета выслуги лет суду не представила, а совокупность установленных судом обстоятельств, таковые не установлены.

Более того, вопреки мнению ФИО1, исходя из требований п. 14 ст.34 Положения о порядке прохождения военной службы, расчет выслуги лет производится перед представлением военнослужащего к увольнению, а не перед исключением из списков личного состава, что было выполнено командованием.

Исходя из изложенного, оснований для удовлетворения требований Чистяковой об отмене оспариваемых приказов, ввиду отсутствия расчета выслуги лет перед исключением из списков личного состава части, не имеется.

При таких обстоятельствах суд признает оспоренные действия командира войсковой части № по изданию приказов от 24 января 2018 года № и от 12 апреля 2018 года № об исключении административного истца из списков личного состава части соответствующими требованиям приведенных законов и нормативных правовых актов, и не нарушающими права ФИО1, поэтому заявленные ей требования удовлетворению не подлежат.

Связи с приведенными выше обстоятельствами не подлежат удовлетворению требования Чистяковой об обеспечении её всеми видами довольствия, в том числе: денежным довольствием на дату исключения из списков личного состава войсковой части № основным отпуском за 2018 год с учетом мнения о месте его проведения; вещевым имуществом; компенсацией взамен вещевого имущества за последние 12 месяцев на момент исключения из списков личного состава воинской части №; производством расчета выслуги лет на пенсию на дату исключения из списков личного состава; о выплате компенсации денежных средств за следование в основной отпуск 2018г. на члена семьи (супруга ФИО5).

Иные доводы, приведенные административным истцом, на данный вывод суда и существо постановленного решения не влияют.

Руководствуясь ст. ст. 175-180, 227 КАС РФ, военный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований ФИО1 об оспаривании законности издания приказов об увольнении с военной службы и исключении из списков личного состава части, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Уральский окружной военный суд через Магнитогорский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Е.В. Усачев