Дело № 2-151/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 апреля 2019 года г. Барнаул

Центральный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Шипунова И.В.

при секретаре Рейнгардт С.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ООО «Инициатива» о признании договоров незаключенными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ООО «Инициатива», просит признать незаключенными следующие договоры уступки права: от ДД.ММ.ГГГГ, совершенный между ФИО2 и ФИО5, от ДД.ММ.ГГГГ, совершенный между ФИО5 и ООО «Инициатива». 

В обоснование иска ссылается на то, что вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда .... от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 в пользу ООО «Инициатива» взысканы убытки в размере 3 097 951 руб. 45 коп., при этом право требования убытков ООО «Инициатива» было основано на указанных договорах цессии, первоначальным кредитором являлся ФИО2

Между тем договоры от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ нельзя признать заключенными, так как между сторонами договора не был согласован его предмет, условие о цене договоров, которые стороны определили как существенное. Договоры ФИО5, в том числе как директором ООО «Инициатива», не подписывались, о чем свидетельствуют результаты судебной экспертизы.

В судебном заседании представитель истца на иске настаивал по доводам, подробно изложенным в письменных пояснениях.

Представители ответчика ООО «Инициатива» иск не признали, представив письменные возражения.

ФИО5 с иском не согласился.

Представитель третьего лица ФИО7 полагал, что иск следует удовлетворить.

ФИО1, ФИО7, ФИО8 в суд не явились, извещены надлежаще.

Выслушав участвующих в деле лиц, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, как того требует статья 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности в числе прочего возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе из сделок, под которыми законодатель в статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации признает действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно статье 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Положения главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержат специальных указаний о существенных условиях в сделках уступки права (требования).

Поскольку целью сделки является передача обязательственного права требования от одного лица (первоначального кредитора, цедента) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями являются указание на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передает или уступает право требования, а цессионарий соглашается принять или принимает это право.

При этом законодатель не связывает возможность уступки права (требования) с бесспорностью последнего.

Судом установлено, что вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда .... от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 в пользу ООО «Инициатива» взысканы убытки в размере 3 097 951 руб. 45 коп., при этом право требования убытков ООО «Инициатива» было основано на договорах уступки права: договоре от ДД.ММ.ГГГГ, совершенном между ФИО2 (цедент) и ФИО5 (цессионарий), и договоре от ДД.ММ.ГГГГ, совершенном между ФИО5 (цедент) и ООО «Инициатива» в лице директора ФИО5 (цессионарий).

Указанное судебное решение в силу статьи 61 ГПК РФ имеет для суда преюдициальное значение.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 как должник в рамках установленных судебным решением правоотношений, ссылается на незаключенность договоров цессии по причине того, что между сторонами договоров не был согласован его предмет, условие о цене договоров, которые стороны определили как существенное. Также истец ссылается на то, что договоры ФИО5, в том числе как директором ООО «Инициатива», не подписывались, о чем свидетельствуют результаты судебной экспертизы.

В качестве обоснования наличия охраняемого законом интереса и нарушенного права, которое подлежит восстановлению избранным при подаче иска способом, сторона истца ссылается, по сути, на необходимость установления определенности в отношениях между сторонами (установления надлежащего кредитора в обязательствах по возмещению убытков), полагая, что удовлетворение иска приведет к освобождению ФИО1 от обязанности выплачивать убытки недобросовестному кредитору.

На какие-либо иные обстоятельства, которые бы свидетельствовали о нарушении прав ФИО1 со стороны ответчиков ФИО2 и ООО «Инициатива», истица не ссылается.

Суд полагает, что исковые требования в заявленном варианте по изложенным в иске основаниям не могут быть удовлетворены.

В силу положений статьи 46 Конституции Российской Федерации, статьи 12 ГК РФ, статьи 3 ГПК РФ судебной защите подлежит нарушенное или оспариваемое право или охраняемый законом интерес, причем способ защиты должен быть адекватен (соразмерен) нарушенному праву.

В рамках состязательного процесса (статья 12 ГПК РФ) истец должен по правилам статьи 56 ГПК РФ представить достаточную совокупность допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих заявленные требования, а также свидетельствующих о том, что избранным способом защиты будут восстановлены его нарушенные права (охраняемый законом интерес).

Анализ собранных по делу доказательств не позволяет суду прийти к выводу о том, что истцом доказано наличие нарушенного права (охраняемого законом интереса), а также возможность его восстановления избранным способом защиты.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО5 совершен договор цессии, согласно которому последнему уступлено право требования возмещения убытков к ФИО1

Данное право передано по договору цессии от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 в пользу ООО «Инициатива», от лица которого договор подписан его законным представителем – ФИО5

Само по себе наличие обязательства ФИО1 по возмещению убытков установлено названным выше решением Октябрьского районного суда .... от ДД.ММ.ГГГГ.

По общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 ГК РФ, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют. Например, при переходе прав кредитора к другому лицу по договору об уступке требования должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом.

Аналогичное толкование содержится в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении».

Требования ФИО1 о признании договоров цессии незаключенными направлено на освобождение от обязательства по возмещению убытков, однако, применяя по аналогии (статья 6 ГК РФ) нормы гражданского права о недействительности сделок, содержащихся в главе 9 ГК РФ, суд вынужден прийти к выводу о невозможности удовлетворения иска.

Истцом не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о нарушении сделками, которые он просит признать заключенными, его прав и законных интересов. 

Такие доказательства, в частности, могли касаться наличия обстоятельств, указанных в статье 388 ГК РФ, если бы в обязательствах из возмещения убытков, установленных решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, личность кредитора имела бы существенное значение для должника.

Заключение соглашения об уступке права (требования) и замена кредитора не свидетельствуют о нарушении законных прав и интересов должника.

В силу положений, предусмотренных статьями 312, 382, 385 ГК РФ, должник при предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу. Кодекс не предусматривает обязательность предоставления должнику в качестве доказательства перемены кредитора соглашения, на основании которого цедент принял обязательство передать право (требование) цессионарию. Достаточным доказательством является уведомление должника цедентом о состоявшейся уступке права (требования) либо предоставление должнику акта, которым оформляется исполнение обязательства по передаче права (требования), содержащегося в соглашении об уступке права (требования).

Указанные положения направлены на защиту интересов должника, исключая возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора при наличии между ними спора о действительности (заключенности) соглашения об уступке права (требования).

Таким образом, в случае признания судом соглашения об уступке права недействительным или незаключенным по требованию одной из сторон данной сделки исполнение, учиненное должником цессионарию до момента признания соглашения недействительным (незаключенным), является надлежащим исполнением.

Соответственно, ФИО1, исполнив обязательство в пользу ООО «Инициатива», в любом случае освобождалась бы от дальнейших претензий со стороны ФИО2, даже если бы договоры цессии были признаны незаключенными.

Между тем, в судебном заседании ФИО2, напротив, ссылался на заключенность договоров цессии, указав, что передал право требования ФИО5 и не претендует на взысканные с ФИО1 денежные средства.

ФИО8, являющаяся законным представителем ООО «Инициатива» на момент разрешения дела, также указала, что согласна с переходом прав по договорам цессии к данному юридическому лицу.

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами ответчика о том, что в силу статьи 183 ГК РФ в связи с одобрением сделки уступки права со стороны ООО «Инициатива» соответствующая сделка не может быть признана судом незаключенной от имени данного ответчика.

Об одобрении тех сделок, которые сторона истца просит признать незаключенными, помимо пояснений ФИО2 и законного представителя ООО «Инициатива», свидетельствует также заключение ДД.ММ.ГГГГ договора цессии между ФИО2 и ООО «Инициатива» в лице директора ФИО6, который в настоящее время не оспорен.

При таких обстоятельствах, исходя из того, что ни ФИО2, как первоначальный кредитор ФИО1, ни ООО «Инициатива», как конечный цессионарий, не оспаривают действительность договоров цессии и утверждают об их заключенности, суд не может удовлетворить заявленный иск должника.

Доводы истца о том, что между сторонами договоров цессии не был согласован предмет, а также условие о цене (которое в силу названных выше правовых норм не является существенным), не могут повлечь удовлетворение иска, поскольку анализ договоров цессии от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ позволяет суду прийти к выводу о соответствии предмета договоров требованиям закона и его согласованности, эти доводы ФИО1 были предметом проверки при разрешении дела и вынесении решения суда от ДД.ММ.ГГГГ, которое имеет в этой части преюдициальное значение. Отсутствие условия о цене договора, как указано выше, не влечет ни недействительности, ни незаключенности договора цессии.

Суд не может согласиться с доводами ответчика о том, что преюдиция распространяется также и на обстоятельства подписания договоров со стороны ФИО5, поскольку прямо данные доводы не проверялись судом при принятии решения, в том числе посредством использования экспертных познаний.

Между тем, доводы истца о того, что ФИО5 не подписывал договоры цессии по изложенным выше основаниям, даже если признать из доказанными, не могут повлечь удовлетворение заявленных требований, так как истцом не доказано наличие нарушенного права или охраняемого законного интереса, которые должны быть восстановлены избранным способом защиты.

Сторона истца, инициировав данный спор, имеет единственной целью избежать исполнения судебного решения от ДД.ММ.ГГГГ о возмещении убытков, такое поведение ФИО1 нельзя признать соответствующим принципу добросовестности (статья 10 ГК РФ, статья 35 ГПК РФ).

Приведенные судом обстоятельства являются достаточными для того, чтобы прийти к выводу об отказе в удовлетворении иска.

В этой связи суд полагает возможным ограничиться названными выше выводами и воздержаться от анализа экспертного почерковедческого заключения, проведенного на предмет определения принадлежности подписей, выполненных в указанных договорах, ФИО5, поскольку, независимо от того, подписывал ли ФИО5 договоры цессии, заявленный иск не может быть удовлетворен.

Необходимость такого подхода к оценке доказательств применительно к специфике данного конкретного дела обусловлена тем, что между сторонами существует множество споров, в том числе рассматриваемых в уголовно-правовом порядке (о подложности доказательств и иные).

В этой связи суд, в целях исключения выводов, которые бы могли иметь преюдициальное значение при оценке соответствующих доводов компетентными органами власти, в том числе правоохранительными, и, соответственно, во избежание негативных последствий для каждой из сторон, могущими наступить, исходя из сделанных попутно выводов, в которых отсутствует необходимость при разрешении настоящего материально-правового спора, суд не устанавливает тот факт, совершены ли подписи от имени ФИО5 в договоре цессии от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ самим ФИО5 или иным лицом.

Таким образом, исковые требования не подлежат удовлетворению.

В силу статей 96, 98 ГПК РФ суд взыскивает с истца в пользу экспертного учреждения расходы по оплате услуг экспертов в размере 16 239 руб. 53 коп.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ООО «Инициатива» о признании договоров незаключенными оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФБУ Алтайская лаборатория судебной экспертизы Минюста России расходы по проведению судебной экспертизы в размере 16 239 руб. 53 коп.

Решение может быть обжаловано в ....вой суд через Центральный районный суд .... в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий И.В. Шипунов

УИД: 22RS0№-06