УИД 78RS0011-01-2021-003152-24

Дело №2а-2/2023 11 октября 2023 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Пановой А.В.

при помощнике ФИО9 

административное дело по административному исковому заявлению ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5, Региональной общественной организации «Санкт-Петербургское общество естествоиспытателей», ФИО7 к Федеральной службе по надзору в сфере природопользования о признании незаконными заключения и приказа, 

у с т а н о в и л:

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5, Региональная общественная организация «Санкт-Петербургское общество естествоиспытателей», ФИО6, ФИО7 обратился в суд с административным иском к Федеральной службе по надзору в сфере природопользования (далее – Росприроднадзор) о признании незаконными заключения государственной экологической экспертизы (далее – ГЭЭ) проектной документации «Приморский универсально-перегрузочный комплекс», утвержденное приказом Росприроднадзора от 29.01.2021 года №83/ГЭЭ и приказа Росприроднадзора от 29.01.2021 года №83/ГЭЭ об утверждении заключения государственной экологической экспертизы проектной документации «Приморский универсально-перегрузочный комплекс», направленное по почте 28.04.2021 года.

В обоснование исковых требований административные истцы указали, что они являются собственниками земельных участков и находящихся на них объектов недвижимости, расположенных в г. Приморске Ленинградской области. 01.12.2020 года административный ответчиком был издан Приказ №1662 о проведении государственной экологической экспертизы объекта «Приморский универсально-перегрузочный комплекс», 29.01.2021 года был издан Приказ №83/ГЭЭ, которым было утверждено положительное заключение государственной экологической экспертизы проектной документации «Приморский универсально-перегрузочный комплекс», с установлением срока действия 5 лет. 

Данное положительное заключение нарушает требования федерального законодательства в области государственной экологической экспертизы и охраны окружающей среды, а также субъективные права административных истцов, в том числе право на благоприятную окружающую среду. 

В соответствии с проектной документацией местонахождение планируемого объекта является - Ленинградская область, Выборгский район, МО «Приморское городское поселение», в районе южного входа в пролив Бьеркезунд Финского залива Балтийского моря в границах акватории морского порта Приморск. Проектируемый объект расположен в границах порта Приморск и предназначен для портовой перевалки навалочных, насыпных, контейнерных, накатных, генеральных грузов и металлолома. 

Согласно проектной документации “Приморский универсально-перегрузочный комплекс”, в отношении которой проводилась государственная экологическая экспертиза, планируемый к размещению объект “Приморский УПК" будет состоять из сортировочной железнодорожной станции “Приморский УПК”, примыкающей к железнодорожной станции Приморск, перегрузочных комплексов для перевалки различных видов грузов: перегрузочный комплекс угля, перегрузочный комплекс минеральных удобрений, перегрузочный комплекс контейнеров и генеральных грузов, перегрузочный комплекс сельскохозяйственной продукции. Сообщение между сортировочной железнодорожной станцией и перегрузочными комплексами будет осуществляться по путям необщего пользования. В состав путей необщего пользования будут входить соединительные пути от станции Приморск, сортировочная железнодорожная станция “Приморский УПК”, соединительные и внутриплощадочные пути перегрузочных комплексов, где будут осуществляться непосредственно грузовые операции, (лист 5, раздел 4, том 1.2.2). Объект планируется к размещению в том числе на искусственном земельном участок (ИЗУ), планируемом к созданию на водном объекте Финский залив Балтийского моря в районе южного входа в пролив Бьеркезунд, в соответствии с письмом Федерального агентства морского и речного транспорта (РОСМОРРЕЧФЛОТ) от 23 марта 2020 №ЗД-28/3070. (стр. 9, раздел 4.1, том 1.2.1).

Перегрузочный комплекс угля (далее - ПКУТ) предназначен для выгрузки угля из железнодорожных вагонов, кратковременного хранения и накопления судовых партий груза, погрузки его в морские суда. Грузооборот ПКУТ при полном развитии составит 20 млн. т в год. На ПКУТ выполняется перевалка парового угля, угля PCI, сортированного угля. 

Перегрузочный комплекс минеральных удобрений (далее - ПКМУ) предназначен для выгрузки минеральных удобрений из железнодорожных вагонов, кратковременного хранения и накопления судовых партий груза, погрузки его в морские суда, автотранспорт (контейнеры) и затарки в биг-бэги и полиэтиленовые мешки (25-50 кг). Грузооборот ПКМУ при полном развитии составит 5 млн т/год. 

На перегрузочном комплексе сельскохозяйственной продукции (далее - ПКСП) выполняется выгрузка сельскохозяйственной продукции (пшеница, кукуруза, лен, шрот, жмыхи) из железнодорожных вагонов и автомобильного транспорта, кратковременное хранение, погрузка накопленных партий в морские суда и автомобильный транспорт (контейнеры). Грузооборот ПКСП при полном развитии составит 5 млн тонн в год.

На перегрузочном комплексе «Контейнерный терминал» (далее - ПККТ) выполняется перевалка контейнерных и генеральных грузов, а также металлолома и накатных грузов. Осуществляется отгрузка между основными грузовыми фронтами: железнодорожный грузовой фронт, автомобильный грузовой фронт, морской грузовой фронт. В основном выполняется экспорт на морской транспорт и импорт в железнодорожных вагонах. При этом выполняется кратковременное накопление партий грузов в складской зоне.

При этом, представленная в Федеральную службу по надзору в сфере природопользования на государственную экологическую экспертизу проектная документация не прошла обязательные общественные обсуждения. 

По мнению административных истцов, в 2019 и 2020 годах было выполнено два разных строительных проекта «Приморского универсально-перегрузочного комплекса». Представленные на государственную экологическую экспертизу материалы общественных обсуждений относятся к проекту 2019 года и не имеют отношения к проекту, разработанному в 2020 году, в отношении которого было утверждено положительное заключение государственной экологической экспертизы. 

Проведенная государственная экологическая экспертиза не соответствует принципам полноты, гласности, и учета общественного мнения, что нарушает права административных истцов на благоприятную окружающую среду.

Также административные истцы указали, что проектом не предусмотрены приемные сооружения для сточных и нефтесодержащих вод, отходов с судов, что является нарушением положений Международной конвенции по предотвращению загрязнения с судов (МАРПОЛ 73/78). Также проектной документацией не предусмотрены сооружения и мероприятия, достаточные для приема сточных и льяльных вод, а также мусора, в соответствии с потребностями пользующихся судов, поскольку привлечение неназванных специализированных организаций, не имеющих береговых сооружений на Приморском УПК не является достаточным мероприятием для обращения со сточными и нефтесодержащими водами и отходами обслуживаемых судов. Отсутствие указанных сооружений неизбежно приведёт к загрязнению окружающей среды, что также нарушает права истцов на благоприятную окружающую среду. 

Заключение экспертизы является неполным, содержит необоснованные выводы о соответствии представленной на экспертизу документации требованиям действующего законодательства и противоречит имеющимся фактам, кроме того, оспариваемое заключение не отвечает принципу научной обоснованности и объективности при проведении государственной экологической экспертизы, в связи с чем, является незаконным. 

Определением суда от 13 сентября 2021 года производство по данному делу в части исковых требований ФИО6 прекращено в связи с отказом от административного иска, к участию в деле в качестве заинтересованных лиц были привлечены проектировщики ООО «Онего Шипинг ЛТД», ООО «Эко-Экспресс-Сервис».

В последующем административными истцами основания иска были дополнены. Административные истцы указали, что административный ответчик нарушил права административных истцов в сфере проведения экологической экспертизы, лишил административных истцов возможности участвовать в качестве наблюдателей в заседании экспертной комиссии ГЭЭ, нарушил право на направление в государственный орган ответственный за проведение ГЭЭ, аргументированных предложений по экологическим аспектам намечаемой деятельности, нарушил право на своевременное проведение общественной экологической экспертизы, (далее – ОЭЭ) до утверждения заключения ГЭЭ и на участие в обсуждении комиссией ГЭЭ заключения ОЭЭ.

Как полагают административные истцы проектная документация, в отношении которой выдано заключение ГЭЭ, является некомплектной. Комиссия ГЭЭ не рассматривала итоговую версию проектной документации после устранения ее многочисленных замечаний.

По мнению административных истцов, в заключении ГЭЭ не дана экологическая и правовая оценка отсутствию в проектной документации разрешений на объединение русел ручьев и создание искусственных земельных участков (ИЗУ), образуемых в результате засыпки русел ручьев. Проектная документация в части создания таких ИЗУ не разработана, права на создание ИЗУ у ООО «Приморский УПК» отсутствуют. Таким образом, засыпка ручьев и объединение русел ручьев без наличия указанных документов противоречит законодательству.

По утверждению административных истцов в заключении ГЭЭ не дана оценка нарушению требований Положения об оценке воздействия намечаемой хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду (далее – ОВОС) – в проектной документации полностью отсутствуют альтернативные варианты реализации намечаемой деятельности, в том числе те, разработка которых предусмотрена заданием на проектирование.

Как считают административные истцы, в заключении ГЭЭ не учтено отсутствие в материалах проектной документации оценки воздействия эксплуатации планируемого объекта на заказник «Березовые острова», а также на большую часть акватории, в которой планируется указанная деятельность. При этом, по утверждению административных истцов, есть научные основания полагать, что намечаемая деятельность повлечет уничтожение критического местообитания локальной популяции, занесенной в Красную книгу РФ балтийской кольчатой нерпы и представляет значимую угрозу для охраняемых видов птиц. Намечаемая деятельность, как полагают административные истцы, как на территории заказника, так и на прилежащей акватории за его пределами прямо противоречит законодательству, однако этому не дана оценка в заключении ГЭЭ.

Административные истцы указали, что заключение ГЭЭ признает допустимым изъятие охраняемых видов растений вопреки действующему законодательству.

По мнению административных истцов, в заключении ГЭЭ полностью отсутствует оценка проектной документации в части установления соответствия ее законодательству об охране атмосферного воздуха. Размещение «Приморского УПК» на рассматриваемой территории нарушает законодательство об охране атмосферного воздуха.

По утверждению административных истцов в проектной документации не обоснована допустимость подводного захоронения грунта, не выполнена в полном объеме оценка его воздействия на окружающую среду, что не соответствует действующему законодательству. Оценка указанного несоответствия проектной документации законодательству в заключении ГЭЭ отсутствует.

В заключении ГЭЭ, как полагают административные истцы, отсутствует экологическая и правовая оценка проектной документации в части воздействия транспортных потоков, связанных со строительством и эксплуатацией объекта.

Административные истцы указывают, что комиссия ГЭЭ проигнорировала нарушение этапности подготовки проектной документации, представленной на ГЭЭ: проектирование ИЗУ в Финском заливе проводилось без наличия обязательной утвержденной документации по планировке территории, в материалах проекта отсутствуют документы, предоставляющие право на создание ИЗУ.

Также, по мнению административных истцов, в проектной документации имеются также и иные существенные нарушения законодательства в сфере охраны окружающей среды, указанные в заключении ОЭЭ и проигнорированные в заключении ГЭЭ.

Административные истцы ФИО4 и ФИО3 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали, просили удовлетворить.

Представитель административных истцов по доверенности ФИО13 в судебное заседание явилась, исковые требования с учетом всех дополнений поддержала, просила удовлетворить.

Представитель административного ответчика по доверенности ФИО14 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в письменных возражениях, приобщенных к материалам дела, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Представители заинтересованного лица – ООО «Приморский универсально-перегрузочный комплекс» по доверенности ФИО15, ФИО16 в судебное заседание явились, против удовлетворения заявленных требований возражали по доводам, изложенным в письменных возражениях, приобщенных к материалам дела, просили в удовлетворении исковых требований отказать.

Представители заинтересованного лица – ООО «Эко-Эксперрс-Сервис» по доверенности ФИО17 в судебное заседание явился, полагал требования необоснованными.

Представитель заинтересованного лица – ООО «Онего Шиппинг Лтдв судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении дела не заявлял, ранее представлял возражения, в которых просил исковые требования оставить без удовлетворения.

Суд, выслушав административных истцов ФИО4 и ФИО3, представителей сторон, заинтересованного лица ООО «Приморский УПК», экспертов ФИО23, ФИО10, изучив материалы дела, полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее – орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В соответствии с частью 9 статьи 226 этого же кодекса, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Согласно части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Пунктом 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что для признания решений, действий (бездействия) незаконными необходимо наличие совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого решения, действия (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца. В случае отсутствия одного из данных условий решения, действия (бездействие) не могут быть признаны незаконными.

Согласно статьям 9 (часть 1) и 72 (пункты "в", "д" части 1) Конституции Российской Федерации земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории, при этом вопросы владения, пользования и распоряжения землей, а также природопользование, охрана окружающей среды и обеспечение экологической безопасности, особо охраняемые природные территории находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации каждый имеет право на благоприятную окружающую среду и обязан сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам; земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории (статья 9, часть 1; статьи 42 и 58).

Согласно статье 1 Федерального закона от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды» под вредом окружающей среде понимается негативное изменение окружающей среды в результате ее загрязнения, повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов.

За нарушение законодательства в области охраны окружающей среды устанавливается имущественная, дисциплинарная, административная и уголовная ответственность (статья 75 указанного Закона).

Одними из основных принципов охраны окружающей среды при осуществлении в том числе хозяйственной деятельности, юридических и физических лиц, оказывающей воздействие на окружающую среду, являются презумпция экологической опасности планируемой хозяйственной и иной деятельности; обязательность оценки воздействия на окружающую среду при принятии решений об осуществлении хозяйственной и иной деятельности; обязательность проведения в соответствии с законодательством Российской Федерации проверки проектов и иной документации, обосновывающих хозяйственную и иную деятельность, которая может оказать негативное воздействие на окружающую среду, на соответствие требованиям технических регламентов в области охраны окружающей среды; обеспечение снижения негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду в соответствии с нормативами в области охраны окружающей среды, которого можно достигнуть на основе использования наилучших доступных технологий с учетом экономических и социальных факторов; запрещение хозяйственной и иной деятельности, последствия воздействия которой непредсказуемы для окружающей среды, а также реализации проектов, которые могут привести к деградации естественных экологических систем, изменению и (или) уничтожению генетического фонда растений, животных и других организмов, истощению природных ресурсов и иным негативным изменениям окружающей среды (статья 3 Федерального закона от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды»).

Федеральный закон от 23 ноября 1995 года N 174-ФЗ "Об экологической экспертизе", как отмечается в его преамбуле, регулирует отношения в области экологической экспертизы и направлен на реализацию конституционного права граждан Российской Федерации на благоприятную окружающую среду. Государственная экологическая экспертиза является правовым средством обеспечения выполнения экологических требований, гарантирующих защиту и сохранение окружающей среды, способом реализации права каждого на благоприятную окружающую среду; она представляет собой источник экологически значимой информации и служит средством доказывания при разрешении споров в сфере охраны окружающей среды.

Целью экологической экспертизы является не только предотвращение негативного воздействия намечаемой хозяйственной деятельности на окружающую среду, но и предупреждение связанных с нею социальных, экономических последствий реализации объекта экологической экспертизы, которые способны снижать уровень жизни людей (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 30 сентября 2010 года N 1421-О-О; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 1146-О).

Правовые отношения в области проведения государственной экологической экспертизы регулируются требованиями Федерального закона от 23.11.1995 №174-ФЗ «Об экологической экспертизе», Положением о проведении государственной экологической экспертизы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 07.11.2020 №1796 и Административным регламентом Федеральной службы по надзору в сфере природопользования предоставления государственной услуги по организации проведению государственной экологической экспертизы федерального уровня, утвержденным приказом Росприроднадзора от 31.07.2020 №923. 

В соответствии с Положением о Федеральной службе по надзору в сфере природопользования, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 30.07.2004 №400, пункт 5.5(12) Росприроднадзор организует и проводит государственную экологическую экспертизу в отношении документации являющейся объектом экспертизы согласно статьи 11 Федерального закона от 23.11.1995 №174-ФЗ «Об экологической экспертизе» при условии соответствия ее состава и содержания требованиям, установленным статьей 14 указанного федерального закона.

Согласно статьи 1 Федерального закона «Об экологической экспертизе» экологическая экспертиза представляет собой установление соответствия документов и (или) документации, обосновывающих намечаемую в связи с реализацией объекта экологической экспертизы хозяйственную и иную деятельность, экологическим требованиям, установленным техническими регламентами и законодательством в области охраны окружающей среды, в целях предотвращения негативного воздействия такой деятельности на окружающую среду.

В соответствии со статьей 14 Федерального закона «Об экологической экспертизе» государственная экологическая экспертиза проводится экспертной комиссией, образованной федеральным органом исполнительной власти в области экологической экспертизы или органами государственной власти субъектов Российской Федерации для проведения экологической экспертизы конкретного объекта.

Статьей 16 Федерального закона «Об экологической экспертизе» предусмотрена обязанность эксперта государственной экологической экспертизы осуществлять всесторонний, полный, объективный и комплексный анализ представляемых на государственную экологическую экспертизу материалов, определять их соответствие нормативным правовым актам Российской Федерации в области охраны окружающей среды, нормативным правовым актам субъектов Российской Федерации в области охраны окружающей среды, нормативно-техническим документам.

В соответствии с требованиями статьи 18 Федерального закона «Об экологической экспертизе» заключением государственной экологической экспертизы является документ, подготовленый экспертной комиссией государственной экологической экспертизы, содержащий обоснованные выводы о соответствии документов и (или) документации, обосновывающих намечаемую в связи с реализацией объекта экологической экспертизы хозяйственную и иную деятельность, экологическим требованиям, установленным техническими регламентами и законодательством в области охраны окружающей среды, одобренный квалифицированным большинством списочного состава указанной экспертной комиссии и соответствующий заданию на проведение экологической экспертизы.

Заключение, подготовленное экспертной комиссией, в двух экземплярах с особыми мнениями экспертов и протокол заключительного заседания экспертной комиссии передаются в уполномоченное подразделение Росприроднадзора для подготовки проекта приказа об утверждении заключения. 

Каждый эксперт государственной экологической экспертизы готовит на основе изучения всей представленной документации свое личное индивидуальное заключение.

Как следует из материалов дела, проектная документация «Приморский универсально-погрузочный комплекс» была направлена заинтересованным лицом ООО «Приморский УПК» в Росприроднадзор 18.11.2020 года (л.д.16 том 3).

Приказом Росприроднадзора от 01.12.2020 №1662 было организовано проведение государственной экологической экспертизы проектной документации «Приморский универсально-погрузочный комплекс».

22.12.2020 года административный ответчик направил в адрес ООО «Приморский УПК» уведомление о необходимости представления дополнительной информации по проектной документации в срок до 30.12.2020 года, в том числе предоставить ответы на вопросы (л.д. 18 том 3).

30.12.2020 года заинтересованным лицом было направлены дополнительные материалы по объекту государственной экологической экспертизы и ответы на поставленные вопросы (л.д.17 том 3).

29.01.2021 года было составлено заключение государственной экологической экспертизы проектной документации «Приморский универсально-погрузочный комплекс», в соответствии с выводами которой представленная на государственную экологическую экспертизу проектная документация «Приморский универсально-погрузочный комплекс» соответствует экологическим требованиям, установленным законодательством Российской Федерации в области охраны окружающей среды, предусмотренное воздействие на окружающую среду считается допустимым, реализация проекта возможной. Экспертной комиссией даны рекомендации и предложения для последующего учета при организации и проведении работ (л.д. 85-167 том 1).

Приказом Росприроднадзора от 29.01.2021 №83/ГЭЭ утверждено положительное заключение государственной экологической экспертизы проектной документации «Приморский универсально-перегрузочный комплекс», устанавливающее соответствие объекта государственной экологической экспертизы предъявляемым требованиям законодательства со сроком действия – 5 лет (л.д.84 том 1).

Как видно из оспариваемого заключения комиссии государственной экологической экспертизы проектной документации "Приморский универсально-погрузочный комплекс» на ее проведение были представлены проектная документация в объеме, определенном Положением о составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от дата N 87, полный перечень документов, необходимых для производства требуемых исследований проектной документации и результатов инженерных изысканий; соответствующие данные о результатах оценки на окружающую среду содержатся в разделе 8 "Перечень мероприятий по охране окружающей среды"; представленные документы по объему и содержанию соответствуют экологическим требованиям, установленным техническими регламентами и законодательством в области охраны окружающей среды, материалы общественных обсуждений по документации.

При исследовании степени воздействия на окружающую среду экспертной комиссией были изучены природные условия местности, в которой планируется разместить универсально-погрузочный комплекс, состояние земельных ресурсов и почвенного покрова, растительности и животного мира; произведена оценка воздействия на окружающую среду, оценено воздействие физических факторов, воздействия на поверхностные водные ресурсы, геологическую среду и подземные воды, почвенный покров и земельные ресурсы, растительность и животный мир, охраняемые природные территории.

Административными истцами была проведена общественная экологическая экспертиза, заключение которой было утверждено 17.06.2021 года, т.е. после утверждения заключения государственной экологической экспертизы. В данном заключении экспертная комиссия пришла к выводу о принципиальной невозможности доработки (переработки) проектной документации без изменения основных использованных проектных решений 

По мнению административных истцов, оспариваемое заключение ГЭЭ было принято без учета нарушения прав административных истцов на участие в подготовке и обсуждении материалов по оценке воздействия на окружающую среду намечаемой деятельности, являющейся объектом ГЭЭ.

Согласно пункту 1 статьи 14 Федерального закона от 23.11.1995 №174-ФЗ "Об экологической экспертизе" (далее – Федеральный закон «Об экологической экспертизе») государственная экологическая экспертиза объектов, указанных в статьях 11 и 12 настоящего Федерального закона, в том числе повторная, проводится при условии соответствия формы и содержания представляемых заказчиком материалов требованиям настоящего Федерального закона, установленному порядку проведения государственной экологической экспертизы и при наличии в составе материалов, подлежащих экспертизе, в том числе, материалов обсуждений объекта государственной экологической экспертизы с гражданами и общественными организациями (объединениями), организованных органами местного самоуправления.

Как указывают административные истцы в представленных на ГЭЭ материалах имеется отдельный пакет материалов общественных слушаний по проектной документации с одноименным названием «Приморский универсально-перегрузочный комплекс», проведенных 24 июля 2019 года. Из содержащихся в пакете публикаций в СМИ о начале процедуры общественных обсуждений по объекту ГЭЭ – проектной документации «Приморский универсально-перегрузочный комплекс», включая материалы ОВОС (газета «Вести» - выпуск №44 (4522) от 19.06.2019, газета «Выборг» - выпуск №43 (17994) от 14.06.2019, «Российская газета» - выпуск №130 (7888) от 19.06.2019), следует, что генеральным проектировщиком объекта выступало АО «И.И.С.». В соответствии с письмом генерального директора ООО «Приморский УПК» главе администрации МО «Выборгский район» Ленинградской области исх. №04-164/2019 от 23 апреля 2019 об оценке воздействия на окружающую среду по объекту «Приморский универсально-перегрузочный комплекс» (шифр 01/2018-ОО.МОВС)» - генеральный проектировщик объекта – акционерное общество «Инвестиции.Инжиниринг.Строительство» (АО «И.И.С.»). В протоколе общественных обсуждений в форме общественных слушаний по объекту государственной экологической экспертизы: проектная документация «Приморский универсально-перегрузочный комплекс», включая оценку воздействия на окружающую среду от 24.07.2019 года, в качестве проектировщика также указано АО «И.И.С.».

Из вышеизложенного административные истцы делают вывод, что в 2019 и 2020 году было выполнено два разных проекта строительства «Приморского универсально-перегрузочного комплекса», представленные на ГЭЭ материалы общественных обсуждений относятся к проекту 2019 года и не имеют отношения к проекту, разработанному в 2020 году, в отношении которого утверждено положительное заключение ГЭЭ, а материалы общественных обсуждений разработанного в 2020 году проекта в составе материалов, представленных на ГЭЭ, отсутствуют.

Как следует из материалов дела в отношении первоначального подрядчика, разрабатывавшего проектную документацию – АО «И.И.С.» определением Арбитражного суда от 14.09.2020 по делу №А56-13195/2020 была введена процедура наблюдения, а решением от 17.11.2021 по тому же делу АО «И.И.С.» было признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него было открыто конкурсное производство.

ООО «Приморский УПК» отказался от договора подряда с АО «И.И.С.», при этом АО «И.И.С.» выполнило работы по договору генерального подряда на выполнение проектно-изыскательских работ по объекту «Приморский универсально-перегрузочный комплекс» на сумму около 400 млн руб., что следует из определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.08.2021 по делу №А56-13195/2020. В составе разработанной к моменту отказа ООО «Приморский УПК» от договора документации имелся предварительные результаты ОВОС, представленные на общественные обсуждения, проведенные 24.07.2019.

В последующем, ввиду невозможности продолжения договорных отношений с АО «И.И.С.» ООО «Приморский УПК» заключило Договор подряда №114-ДПД-Х-Т от 06.03.2020 на выполнение проектных и изыскательских работ с ООО «Онего Шиппинг Лтд». Согласно пункта 2.6. данного договора Заказчик (ООО «Приморский УПК») передает Подрядчику для выполнения работ ранее разработанную часть документации по объекту. В пункте 23 Задания на выполнение проектно-изыскательских работ по объекту «Приморский универсально-перегрузочный комплекс» также содержится условие об обязанности заинтересованного лица передать Подрядчику материалы и данные, полученные от предшествующего подрядчика. Таким образом, предварительные материалы ОВОС и материалы общественных обсуждений должны были быть переданы новому подрядчику для использования при разработке окончательного варианта проектной документации по проекту «Приморский УПК».

Таким образом, довод административных истцов о том, что представленные на государственную экологическую экспертизу материалы общественных обсуждений относятся к проекту 2019 года и не имеют отношения к проекту, разработанному в 2020 году, в отношении которого утверждено положительное заключение ГЭЭ не подтверждается материалами дела.

Отношения в области экологической экспертизы регулирует Федеральный закон от 23 ноября 1995 года N 174-ФЗ "Об экологической экспертизе", который направлен на реализацию конституционного права граждан Российской Федерации на благоприятную окружающую среду.

Статья 3 данного Федерального закона "Об экологической экспертизе" устанавливает, что экологическая экспертиза намечаемой хозяйственной и иной деятельности, которая подлежит экологической экспертизе, осуществляется на принципах гласности, участия общественных организаций (объединений) и учета общественного мнения.

Правовые основы организации и осуществления общественного контроля за деятельностью органов государственной власти, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных организаций, иных органов и организаций, осуществляющих в соответствии с федеральными законами отдельные публичные полномочия установлены, в частности, Федеральным законом от 21 июля 2014 года N 212-ФЗ "Об основах общественного контроля в Российской Федерации" (далее - Закона об основах общественного контроля), в соответствии с пунктом 1 статьи 24 которого под общественным обсуждением понимается используемое в целях общественного контроля публичное обсуждение общественно значимых вопросов, а также проектов решений органов государственной власти, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных организаций, иных органов и организаций, осуществляющих в соответствии с федеральными законами отдельные публичные полномочия, с обязательным участием в таком обсуждении уполномоченных лиц указанных органов и организаций, представителей граждан и общественных объединений, интересы которых затрагиваются соответствующим решением.

Пунктом 4.2 Положения об оценке воздействия намечаемой хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду в Российской Федерации, утвержденного Приказом Госкомэкологии Российской Федерации от 16 мая 2000 года N 372 (далее – Положение об ОВОС), предусмотрено участие общественности в подготовке и обсуждении материалов оценки воздействия на окружающую среду, установлено, что оно обеспечивается заказчиком и является неотъемлемой частью процесса проведения оценки воздействия на окружающую среду, организуется органами местного самоуправления или соответствующими органами государственной власти при содействии заказчика и в соответствии с российским законодательством.

Из нормативных положений названного Положения следует, что ОВОС - это процесс, способствующий принятию экологически ориентированного управленческого решения о реализации намечаемой хозяйственной и иной деятельности посредством определения возможных неблагоприятных воздействий, оценки экологических последствий, учета общественного мнения, разработки мер по уменьшению и предотвращению воздействий (абзац второй пункта 1.1 Положения).

К числу основных принципов оценки воздействия на окружающую среду относится обеспечение участия общественности в подготовке и обсуждении материалов по оценке воздействия на окружающую среду намечаемой хозяйственной и иной деятельности, являющейся объектом экологической экспертизы как неотъемлемой части процесса проведения оценки воздействия на окружающую среду (принцип гласности, участия общественных организаций (объединений), учета общественного мнения при проведении экологической экспертизы).

24 июля 2019 года в 17:00 состоялись общественные слушания по объекту государственной экологической экспертизы. Для участия в общественных слушаниях было зарегистрировано 335 человек. На общественных слушаниях была дана возможность выступить всем желающим (л.д. 199-222 том 1).

Вместе с тем, предусмотренный законом порядок подготовки проектной документации сам по себе не предусматривает возможность для граждан и общественных объединений трансформировать общественные обсуждение в многократную процедуру, проводимую после каждого внесения изменений в проектную документацию или ее доработки. Действующее законодательство не предусматривает необходимости проведения повторных общественных обсуждений в таких случаях.

Таким образом, довод административных истцов о том, что проектная документация объекта «Приморский универсально-перегрузочный комплекс», являющаяся объектом государственной экологической экспертизы, не прошла обязательные общественные обсуждения не подтверждается материалами дела.

Административные истцы ссылаются на то, что проектом не предусмотрены приемные сооружения для сточных и нефтесодержащих вод, что является нарушением Международной конвенции по предотвращению загрязнения с судов (МАРПОЛ 73/78). Согласно пункта 1 Правила 8 Приложения V к МАРПОЛ 73/78 каждая сторона обязуется предусмотреть в портах и на терминалах сооружения, достаточные для приема мусора в соответствии с потребностями пользующихся ими судов, не приводя к чрезмерному простою судов. 

Вместе с тем, проектной документацией предусмотрено (том 8.3.1.2, стр. 117; том 8.3.1.4, стр.60), что прием отходов, сточных и нефтесодержащих вод с судов будет осуществляться силами привлекаемых на договорной основе специализированных организаций. В материалы дела представлено письмо, одной из специализированных организации (ООО “Иволга”), выражающей готовность выполнять данные работы.

В период эксплуатации портовых терминалов порядок обращения с отходами и загрязненными водами с судов установлен нормативно. Согласно пункту 148 Общих правил плавания и стоянки судов в морских портах Российской Федерации и на подходах к ним, утвержденных Приказом Минтранса России от 26.10.2017 №463, в целях обеспечения экологической безопасности суда, находящиеся в акватории морского порта или на подходах к нему, не должны:

сливать за борт судна сточные воды, за исключением случаев, установленных правилом 11 главы 3 приложения IV к МАРПОЛ;

выбрасывать за борт судна отходы любого рода;

разводить открытый огонь и сжигать отходы любого рода на борту судна;

осуществлять выброс с судна вредных веществ в атмосферу с превышением установленных норм;

производить работы по очистке и покраске корпусов судов, в том числе подводную очистку, без разрешения капитана морского порта;

производить мойку трюмов, палуб и надстроек со сбросом воды за борт.

Согласно пункту 153 данных Правил нефтесодержащие воды, нефтяные остатки, сточные воды и иные загрязненные воды сдаются с судна на специализированные береговые приемные средства или суда-сборщики.

Таким образом, действующим законодательством предусмотрены альтернативные способы приема отходов, сточных и нефтесодержащих вод с судов: путем использования специализированных береговых приемных средств или путем использования судов-сборщиков. 

Поскольку услуги специализированных организаций – операторов судов-сборщиков являются самостоятельной хозяйственной деятельностью, не осуществляемой заказчиком проектной документации (ООО «Приморский УПК»), их будущая деятельность не может являться предметом рассматриваемой ГЭЭ. В силу того, что мероприятия по сбору и транспортированию отходов в данном случае являются обособленной деятельностью иных хозяйствующих субъектов, независящих от ООО «Приморский УПК», проверка правомерности их работы, в том числе проведение экологических экспертиз, а также проверка соблюдения лицензионных условий, должна проводится отдельно, по инициативе самих субъектов соответствующей деятельности.

При этом указание конкретных организаций, которые будут осуществлять сбор отходов с прибывающих в порт морских судов при помощи судов-сборщиков, невозможно, в виду изменения их состава с течением времени и при разработке проектной документации не требуется.

Таким образом, с доводом административных истцов, о том, что в заключении ГЭЭ не дана оценка тому, что проектной документацией не предусмотрено строительство приемных сооружений, суд не может согласиться, поскольку действующим законодательством предусмотрена возможность приемки сточных вод с морских судов, прибывающих в порт, путем использования судов-сборщиков.

По утверждению административных истцов проектная документация, в отношении которой выдано заключение ГЭЭ, является некомплектной. Комиссия ГЭЭ не рассматривала итоговую версию проектной документации после устранения ее многочисленных замечаний. 

Как следует из материалов дела, ООО «Приморский УПК» направило документы для организации и проведения ГЭЭ письмом от 18.11.2020 №11-747/2020. Приложенная к письму опись направляемых документов на 37 листах содержит полный перечень документов, входящих в проектную документацию, с указанием ее томов. Электронная версия проектной документации была предоставлена путем указания ссылки: https://yadi.sk/d/JhUVdGg3LQD1yw?w=1.

В последующем проектная документация была доработана с учетом Письма-уведомления о необходимости предоставления дополнительной информации от 22.12.2020 №МК-05-01-41/44927. Доработанная документация была направлена в адрес Росприроднадзора письмом от 30.12.2020 №12-855/2020, электронная версия доработанной документации была предоставлена по ссылке: https://yadi.sk/d/9o7swvLORJALtA.

Таким образом, материалами дела подтверждается предоставление в распоряжение административного ответчика проектной документации с учетом произведенных доработок.

В обоснование требований административные истцы указывают, что административный ответчик лишил административных истцов возможности участвовать в качестве наблюдателей в заседании экспертной комиссии ГЭЭ, нарушил право на направление в государственный орган ответственный за проведение ГЭЭ, аргументированных предложений по экологическим аспектам намечаемой деятельности, нарушил право на своевременное проведение общественной экологической экспертизы, до утверждения заключения ГЭЭ и на участие в обсуждении комиссией ГЭЭ заключения ОЭЭ.

Доводы административных истцов о нарушении порядка организации ГЭЭ со стороны административного ответчика не могут быть приняты во внимание в силу следующего.

Согласно абзаца 4 пункта 3 статьи 22 Федерального закона «Об экологической экспертизе» общественные организации (объединения), осуществляющие общественную экологическую экспертизу в установленном указанным Федеральным законом порядке, имеют право участвовать в качестве наблюдателей через своих представителей в заседаниях экспертных комиссий государственной экологической экспертизы и участвовать в проводимом ими обсуждении заключений общественной экологической экспертизы.

Административный истец - Региональная общественная организация «Санкт-Петербургское общество естествоиспытателей» РОО СПбОЕ обратилось в Росприроднадзор 14.08.2019, то есть более чем за 15 месяцев до поступления заявления ООО «Приморский УПК» об организации и проведении ГЭЭ. На тот момент какие-либо материалы для проведения государственной экологической экспертизы в распоряжение административного ответчика еще не поступали.

Проектная документация по объекту «Приморский универсально-перегрузочный комплекс» поступила в адрес административного ответчика 18.11.2020.

В течение срока с момента получения обращения РОО СПбОЕ и до момента получения проектной документации административный ответчик не имел объективной возможности и не был обязан отслеживать момент начала конкретной экспертизы и направлять повторный ответ на обращение от 2019 года с учетом большого количества организованных им государственных экологических экспертиз. По мнению суда административный истец, проявляя должную осмотрительность должен был следить за моментом начала ГЭЭ, если он имел намерение принять участие в ее проведении в качестве наблюдателя.

Повторное обращение административного истца в адрес административного ответчика имело место только после завершения ГЭЭ.

По утверждению административных истцов в заключении ГЭЭ не дана экологическая и правовая оценка отсутствию в проектной документации разрешений на объединение русел ручьев и создание искусственных земельных участков (далее - ИЗУ), образуемых в результате засыпки русел ручьев. Проектная документация в части создания таких ИЗУ не разработана, права на создание ИЗУ у ООО «Приморский УПК» отсутствуют. 

В подтверждение своего довода административные истцы указывают, что единственная предусмотренная законодательством возможность засыпки поверхностных водных объектов, находящихся в федеральной собственности, это образование ИЗУ.

Данный довод административных истцов не может быть принят во внимание по следующим основаниясм.

Проектной документацией (том 2.1.6, 114-УПК-ПЗУ-2.1.6) предусмотрено проведение работ по инженерной подготовке территории, которая помимо прочего включает переустройство русел ручьев без названия №№ 1-5 и ручья Стодольного. Проектными решениями предусмотрено проведение работ, связанных с изменением дна и берегов поверхностных водных объектов, из чего следует, что создание искусственных земельных участков не предусмотрено. 

В соответствии с подпунктами 7 пункта 3 статьи 11 Водного кодекса Российской Федерации право пользования поверхностными водными объектами, находящимися в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации, собственности муниципальных образований, в целях проведения работ, связанных с изменением дна и берегов поверхностных водных объектов, приобретается на основании решений о предоставлении водных объектов в пользование. 

В соответствии с подпунктом «б» пункта 10.1 Правил подготовки и принятия решения о предоставлении водного объекта в пользование, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 30.12.2006 № 844 «О порядке подготовки и принятия решения о предоставлении водного объекта в пользование», действовавшим на момент разработки документации и прохождения ГЭЭ, для рассмотрения вопроса о предоставлении водного объекта в пользование запрашиваются сведения о наличии положительного заключения государственной экспертизы и об акте о его утверждении (в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации). Таким образом, данный документ не мог быть представлен на ГЭЭ, поскольку оформляется после ее завершения.

В материалах проектной документации выполнена оценка воздействия на водные биоресурсы (том 8.5.1, 114-УПК-ООС-8.5.1), в том числе перенаправления русел ручьев (таблицы 5.1.2, 5.2.3, 5.2.4 тома 8.5.1, 114-УПК-ООС-8.5.1). Расчет размера ущерба водным биоресурсам выполнен в соответствии с действующей на момент согласования Методикой исчисления размера вреда, причиненного водным биологическим ресурсам, утвержденной приказом Росрыболовства от 25 ноября 2011 года № 1166. 

Материалы проекта по изменению русел ручьев в рамках разработки проектной документации нового строительства объекта «Приморский универсально-перегрузочный комплекс» были направлены в Невско-Ладожское Бассейновое водное управление (территориальный орган Федерального агентства водных ресурсов (Росводресурсы)). Согласно письма Невско-Ладожского Бассейного водного управления №Р6-37-119/9 от 30.12.2021 при переустройстве русел затрагиваемых ручьев они не перестают быть поверхностными водными объектами. Переустройство русел ручьев не влечет за собой изменение права собственности на данные водные объекты за Российской Федерацией. Рассмотрев представленные материалы, Невско-Ладожское Бассейное Водное Управление считает возможным реализацию планируемых мероприятий, при условии отсутствия влияния такой деятельности на прилегающие к водным объектам территории.

Таким образом, деятельность по перенаправлению русел ручьев, предусмотренная в рамках проектной документации «Приморский универсально-перегрузочный комплекс», не требует получения разрешения на создание искусственного земельного участка на водном объекте, находящемся в федеральной собственности.

При этом переустройство русел ручьев согласовано уполномоченным органом (Невско-Ладожское Бассейное Водное Управление).

Суд не может согласиться с доводами административных истцов о том, что в заключении ГЭЭ не дана оценка нарушению требований Положения об ОВОС – в проектной документации полностью отсутствуют альтернативные варианты реализации намечаемой деятельности, разработка которых предусмотрено заданием на проектирование, поскольку строительство рассматриваемого объекта в морском порту Приморск с заданным годовым грузооборотом включено в схему территориального планирования Российской Федерации в области федерального морского транспорта Распоряжением Правительства Российской Федерации от 14.12.2018 №2798-р (Раздел I. Часть 4. п. 48).

Вариант альтернативного размещения проекта «Приморский УПК» не рассматривался, так как его размещение в составе морского порта Приморск (Ленинградская область, Выборгский район) определено указанным выше документом.

Вместе с тем, в составе проектной документации во исполнение требований пункта 2.4 Положения об ОВОС разработан раздел 5.9 «Сравнение ожидаемых экологических и социально-экономических последствий намечаемой деятельности с вариантом отказа от намечаемой деятельности», том 8.2.1, 114-УПК-ООС-8.2.1.

В качестве альтернативного варианта при разработке проектной документации был рассмотрен вариант отказа от намечаемой деятельности из чего следует, что вопреки утверждениям административных истцов требования п.2.4. Положения об ОВОС были соблюдены.

В подтверждение довода о необходимости разработки альтернативных вариантов реализации намечаемой деятельности административные истцы ссылаются на то, что на территории планируемого строительства находятся местообитания охраняемых видов растений, а также ввиду планирования деятельности в непосредственной близи и в границах территории особо охраняемой территории, имеющей международное значение, Государственный природный комплексный заказник «Березовые острова», где обитают охраняемые виды животных.

По мнению административных истцов, в заключении ГЭЭ не учтено отсутствие в материалах проектной документации оценки воздействия эксплуатации планируемого объекта на данный заказник «Березовые острова», а также на большую часть акватории, в которой планируется указанная деятельность. Как утверждают административные истцы, есть научные основания полагать, что намечаемая деятельность повлечет уничтожение критического местообитания локальной популяции, занесенной в Красную книгу Российской Федерации, балтийской кольчатой нерпы и представляет значимую угрозу для охраняемых видов птиц. Намечаемая деятельность, как на территории заказника, так и на прилежащей акватории за его пределами прямо противоречит законодательству, однако этому не дана оценка в заключении ГЭЭ.

Как следует из материалов дела проектными решениями не предусмотрено размещение объектов перегрузочных комплексов в составе Приморского УПК в границах ГПКЗ «Березовые острова», что подтверждается письмом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 30.04.2020 №15-47/10213 и письмом Комитета по природным ресурсам Ленинградской области от 03.08.2020 №02-15148/2020, являющимися приложениями С тома 114-УПК-ИЭИ-1.6.2.4-С.

В соответствии с проектной документацией границы акватории Приморского УПК находятся в границах акватории морского порта Приморск.

Проектной документацией предусмотрено, что расстояние до границы государственного природного комплексного заказника «Березовые острова» составляет 2,1 км (стр.90, раздел 2.5, том 8.1.1), расстояние от участков дноуглобления составляет 1,8 км – рисунок 2.6.3 тома 8.1.1, 114-УПК-ООС-8.1.1.

Проектной документацией обосновывается необходимость организации якорной стоянки для обеспечения функционирования Приморского УПК, определены требования к созданию района якорной стоянки, необходимая минимальная глубина, площадь. При этом создание района якорной стоянки предусмотрено отдельным проектом, в рамках которого будут проведены все необходимые виды изысканий и направлены запросы в уполномоченные органы.

В соответствии с заключением экспертов №23-11-Ю-2а-2/2023-АНО от 24.08.2023 года АНО «Центр судебной экспертизы «ПетроЭксперт» границы реализации проекта Приморский УПК в части проектируемого района новой якорной стоянки и границы ГПКЗ «Березовые острова», расположенные в акватории Финского залива пересекаются (л.д. 216-236 том 6). Осуществление хозяйственной деятельности на территории заказника недопустимо. В связи с чем в данной части нельзя признать обоснованной заключение ГЭЭ. Однако данное нарушение не может свидетельствовать о незаконности заключения ГЭЭ в целом и нарушении прав административных истцов, т.к. от реализации проекта строительства Приморского УПК в части строительства якорной стоянки заинтересованное лицо отказалось.

В томе 2.1.9 “Якорная стоянка” (стр.5), в редакции, переданной на государственную экспертизу в ФАУ “Главгосэкспертиза России”, прямо предусмотрено что “проект якорных стоянок в Районе №73 будет выполнен отдельным проектом после проведения необходимых изысканий и обследований рассматриваемого района”.

Как следствие этого, разрешение на строительство объекта “Приморский УПК” (л.д. 76-84 том 4) не предусматривает создание якорной стоянки в составе данного объекта.

Таким образом, планируемое создание якорной стоянки не может нарушать права и законные интересы административных истцов.

Из вышеизложенного следует, что содержащийся в заключении ГЭЭ на странице 58 вывод о том, что «с учетом расстояния до ООПТ негативное воздействие на особо охраняемые природные комплексы и объекты при штатном режиме строительства и эксплуатации Приморского УПК не ожидается» является обоснованным.

Как указывают административные истцы, осуществление намечаемой деятельности предполагает значительное увеличение судового трафика. При этом административные истцы сами указывают, что фарватеры и рекомендованные пути морского порта Приморск находятся вне границ ГПКЗ «Березовые острова». Административные истцы приводят ссылку на заключение ОЭЭ (п.4.1.1.7) согласно которому основное антропогенное воздействие в период эксплуатации объекта будет приходиться на акваторию, непосредственно примыкающую к Заказнику: а) расположенную на выходе из бухты Ермиловская (подходы к морскому порту), б) к югу и западу от острова Большой Березовый вдоль фарватеров и рекомендованных путей следования судов.

Вместе с тем, границы порта Приморск определены Распоряжением Правительства Российской Федерации от 28.08.2009 года №1244-р, а границы Государственного природного комплексного заказника «Березовые острова» - Положением «О государственном природном комплексном заказнике «Березовые острова», утвержденном постановлением Правительства Ленинградской области от 16 августа 2004 года №158 (в редакции от 25.11.2013 № 425).

Режим плавания судов на подходах и акватории морского порта Приморск определяется следующими документами: 

«Режим плавания судов в Балтийском море и Ладожском озере (сводное описание)», 

«Общие правила плавания и стоянки судов в морских портах Российской Федерации и на подходах к ним»; 

«Обязательные постановления в морском порту Приморск», 2013; 

«Международные правила предупреждения столкновений судов в море (МППСС-72)»; 

«Лоция Балтийского моря. Часть 1».

Движение судов при эксплуатации объекта, исходя из содержания проектной документации, будет осуществляться по уже эксплуатируемым установленным рекомендованным путям и фарватерам.

При таких условиях довод административных истцов о возможном негативном воздействии увеличения трафика морских судов на ГПКЗ «Березовые острова» не может быть принят во внимание, в виду его недоказанности.

Согласно утверждению административных истцов, результаты инженерных изысканий являются неполными и недостоверными, проведены с нарушением действующих норм, в результате чего оценка воздействия на окружающую среду также является неполной и недостоверной.

Административные истцы указывают, что ни в районе новой якорной стоянки, ни на территории ГПКЗ «Березовые острова», включая его обширную акваторию, ни на большей части акватории порта инженерные изыскания не проводились, что, по мнению административных истцов, является нарушением норм СП 47.13330.2016 «Инженерные изыскания для строительства», Положения об ОВОС и требований Федерального закона от 30.12.2009 №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений».

Как уже указывалось судом ранее, проектными решениями не предусмотрено размещение объектов перегрузочных комплексов в составе Приморского УПК в границах ГПКЗ «Березовые острова», что подтверждается письмом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 30.04.2020 №15-47/10213 и письмом Комитета по природным ресурсам Ленинградской области от 03.08.2020 №02-15148/2020, а фарватеры и рекомендованные пути морского порта Приморск находятся вне границ заказника «Березовые острова». При таких условиях какие-либо данные в пользу необходимости проведения инженерных изысканий на территории ГПКЗ «Березовые острова» при проектировании Приморского УПК отсутствуют. Утверждение административных истцов о том, что в таком случае инженерные изыскания являются неполными безосновательно и не подтверждено доказательствами. 

Оценка воздействия на ГПКЗ «Березовые острова» представлена в подразделе 5.7 «Оценка воздействия на биоценозы особо охраняемых природных территорий» тома 8.2.1 Мероприятия по снижению воздействия на растительность и животный мир, включая мероприятия по охране объектов ближайшей ООПТ, приведены в подразделе 5.6.4, том 8.2.1, 114-УПК-ООС-8.2.1. Ввиду обнаружения в ходе натурных обследований в рассматриваемом районе редких и охраняемых видов животных, в подразделе 5.6.4, содержатся мероприятия по охране объектов животного мира, занесенных в Красную книгу Российской Федерации и Красную книгу Ленинградской области, в том числе морских млекопитающих. Данные мероприятия включают в себя:

- проведение работ строго в границах отведенной территории и акватории, способствующее сохранению местообитаний охраняемых видов;

- сохранение основных стаций обитания охраняемых видов;

- запрет на прямое преследование, вспугивание, кормление и любые виды добычи животных;

- осуществление наблюдения за морскими млекопитающими, находящимися в непосредственной близости от участков проведения работ при эксплуатации объекта, и прекращение работ в случае приближения их на потенциально опасное расстояние;

- отпугивание морских млекопитающих от потенциально опасного участка работ при помощи шумовых устройств.

Утверждение административных истцов о том, что места размножения кольчатой нерпы находятся непосредственно на фарватерах и рекомендованных путях следования судов не могут быть приняты во внимание, поскольку не подтверждены доказательствами, при том, что что приведенные фарватеры и рекомендованные пути следования судов являются действующими в настоящий момент.

Как указывают административные истцы, в заключении ГЭЭ отсутствует оценка эксплуатации планируемого комплекса с точки зрения охраны морских млекопитающих и влияния на Заказник. 

Вопреки данному утверждению административных истцов заключение ГЭЭ содержит соответствующую оценку в виде вывода о том, что с учетом расстояния до ООПТ негативное воздействие на особо охраняемые природные комплексы и объекты при штатном режиме строительства и эксплуатации Приморского УПК отсутствуют. В заключении ГЭЭ указано, что при соблюдении природоохранных мероприятий, проектных решений и отсутствии аварийных ситуаций загрязнение окружающей среды перегружаемым продуктом, бытовым мусором и стоками исключается.

Административные истцы указывают, что в соответствии с заключением ОЭЭ, основанном на научных источниках, планируемая деятельность с высокой долей вероятности сделает значительную часть охраняемой Рамсарской конвенцией акватории Особо охраняемой природной территории ГПКЗ «Березовые острова» и прилегающие акватории непригодными (или малопригодными) для обитания многих видов птиц (миграционных и линочных стоянок, кормежки, отдыха, гнездования), что приведет к снижению численности многих видов водоплавающих и околоводных птиц, в том числе охраняемых. В связи с реализацией намечаемой деятельности существует значимая угроза утраты орнитокомплекса островов Рифовый и Сярккялуото (п. 5.3.8, 5.3.9, 6.1.4, 6.15 заключения ОЭЭ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 22 Федерального закона «Об экологической экспертизе» общественная экологическая экспертиза проводится до проведения государственной экологической экспертизы или одновременно с ней. 

Представленное административными истцами в материалы дела заключение ОЭЭ датировано 16 июня 2021 года, то есть уже после возбуждения производства по настоящему делу, что не позволяет рассматривать представленный документ в качестве заключения общественной экологической экспертизы по смыслу норм Федерального закона «Об экологической экспертизе». При этом организована и проведена данная экспертиза была одним из истцов – РОО «Санкт-Петербургское общество естествоиспытателей», а ее ответственным секретарем являлся также истец по настоящему делу – ФИО7. Исходя из этих обстоятельств, можно прийти к выводу, что выводы, сделанные в представленном документе формировались, как доказательство в подтверждение заявленных административными истцами требований.

Приводимые административными истцами в обоснование своих требований обширные сведения относительно видового многообразия орнитофауны, в том числе относительно гнездовий водоплавающих птиц и мест миграционных стоянок мигрирующих птиц относятся к территории, которая находится за границами территории Приморского УПК.

Утверждение административных истцов о возможном исчезновении гнездовых орнитокомплексов о.Рифовый и о.Сярккялуото, по причине того, что они находятся вблизи фарватеров, не подтверждено какими-либо объективными данными, тем более, что упоминаемые административными истцами фарватеры являются действующими в настоящий момент. 

Утверждение административных истцов о том, что увеличение судового трафика по действующим фарватерам сократит площадь акватории, доступной птицам для кормежки, отдыха, формирования стай и провоцирует более жесткую конкуренцию за особей и видов за территориальный ресурс, не позволит водоплавающим и околоводным птицам полноценно использовать значительную часть Финского залива основано исключительно на содержании представленного ими заключения ОЭЭ и не подтверждено какими-либо другими доказательствами.

Вместе с тем, Подраздел 2.5 «Особо охраняемые природные территории» тома 8.2.1 ОВОС содержит информацию о ГПКЗ «Березовые острова» регионального значения. Постановлением Правительства Ленинградской области от 14 декабря 2004 года № 297 «О водно-болотных угодьях на территории Ленинградской области, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц» заказнику присвоен статус водно-болотного угодья (ВБУ).

Водно-болотное угодье создано в целях сохранения крупной стоянки водоплавающих птиц на весеннем пролете; охраны гнездовых колоний околоводных и водоплавающих птиц; сохранения биоразнообразия водно-болотных экосистем.

В соответствии с Положением о государственном природном комплексном заказнике «Березовые острова», утвержденном постановлением Правительства Ленинградской области от 16 августа 2004 года №158, в части охраны птиц существует следующее ограничение:

пребывание в местах миграционных стоянок и массового гнездования водоплавающих и околоводных птиц, с 1 апреля по 1 августа включительно, за исключением случаев осуществления деятельности по охране и обеспечению функционирования Заказника, осуществления государственных контроля и надзора в соответствии с действующим законодательством, проведения научно-исследовательских работ, осуществления пограничными органами и навигационной службой своей деятельности, осуществления прибрежного и промышленного рыболовства.

В соответствии с Положением «О водно-болотном угодье «Березовые острова», имеющим международное значение главным образом в качестве местообитаний водоплавающих птиц», утвержденным постановлением Правительства Ленинградской области от 14.12.2004 № 297, определены следующие запреты на хозяйственную деятельность:

все виды деятельности, приводящие к нарушению естественного гидрологического режима в водоемах водно-болотного угодья;

сбросы, выбросы загрязняющих веществ и хранение отходов производства; мелиоративные и дноуглубительные работы;

хранение и применение ядохимикатов, а также других опасных материалов; заготовка и выжигание тростника и других видов жесткой растительности; сбор яиц в колониях птиц;

размещение хозяйственных, промышленных и жилых объектов и коммуникаций в местах массового скопления птиц;

массовые виды рекреации.

При реализации проекта с целью соблюдения ограничений в части обеспечения безопасной среды обитания для околоводных и водоплавающих птиц ГПКЗ «Березовые острова», в частности, предусмотрено, что движение судов осуществляется по действующим путям и фарватерам, которые находятся на расстоянии более 200 метров до границ Заказника и более 3 км от юго-восточной части о. Большой Березовый. 

Случаи пересечения границ ООПТ при эксплуатации рассматриваемого Объекта не предусмотрены. Вопрос отклонения судна от фарватера и рекомендуемых путей находится вне компетенции Росприроднадзора.

Работы по изучению животного мира на акватории участков выполнения инженерно-экологических изысканий проводились в соответствии с требованиями п. 8.1.11 СП 47.13330.2016, пп. 4.82-4.83 СП 11-102-97. Исследование животного и растительного мира за пределами границ изысканий не входит в рамки проведения инженерно-экологических изысканий.

Согласно заключению от 09.06.2020 №КОТР_К_№93-2020, выданному Союзом охраны птиц России, в границах рассматриваемого участка ключевые орнитологические территории международного значения отсутствуют. Ближайшая граница ключевой орнитологической территории международного значения «Березовые острова» (код КОТР – LG-003) расположена в 1,6-1,8 км в юго-западном направлении.

По итогам оценки представленной документации на странице 58 заключения ГЭЭ сделан вывод о том, что с учетом расстояния до ООПТ негативное воздействие на особо охраняемые природные комплексы и объекты при штатном режиме строительства и эксплуатации приморского УПК не ожидается. 

Административными истцами не представлено достаточных доказательств, опровергающих вывод комиссии ГЭЭ в этой части.

По утверждению административных истцов заключение ГЭЭ признает допустимым изъятие охраняемых видов растений вопреки действующему законодательству.

В обоснование указанного довода административные истцы в первую очередь ссылаются на то, что, по их мнению, в материалах проектной документации приведены неполные данные об охраняемых объектах растительного мира, произрастающих в районе намечаемого строительства, что является нарушением действующего законодательства и данному обстоятельству не была дана оценка в рамках ГЭЭ.

По ходатайству административных истцов определением от 13.02.2023 по настоящему делу судом была назначена судебная экологическая экспертиза, с целью выяснения обстоятельств, связанных с тем, какие охраняемые и редкие виды растений произрастают на территории намечаемого строительства Приморского УПК была назначена судебная экспертиза, поскольку ответы на такие вопросы требуют специальных познаний, проведение которой было поручено АНО «Центр судебной экспертизы «Петроэксперт».

В соответствии с выводами эксперта ФИО23 сделанными в заключении эксперта №23-11-Ю-2а-2/2023-1-АНО (л.д.192-216 том 6) на территории планируемого «Приморского универсально-перегрузочного комплекса» профильными специалистами Ботанического института им. ФИО18 РАН и Санкт-Петербургского государственного университета зафиксированы шесть следующих охраняемых видов растений:

Alisma wahlenbergii – частуха Валленберга (МСОИ (Международный союз охраны природы) (VU), Красная книга Российской Федерации, статус 1 – вид, находящийся на грани исчезновения) – 4 локации,

Myrica gale восковница (восковник) болотная (Красная книга Российской Федерации, статус 2а – вид, сокращающийся в численности) – 3 локации,

Trichophorum cespitosum – пухонос дернистый (Красная книга Ленинградской области, статус 3.VU) – 10 локаций,

Isatis tinctoria – вайда красильная (Красная книга Ленинградской области, статус 3.VU) – 2 локации,

Mnium hornum – мниум годовалый (Красная книга Ленинградской области, статус 3.VU) – 1 локация,

Allium schoenoprasum – лук-скорода (Красная книга Ленинградской области, статус NT) -–25 локаций.

Итого: 47 локаций 6 видов растений различного статуса охраны, занесенных в красные книги (1 вид из списка МСОП (Международный союз охраны природы), 2 вида из списка Красной книги РФ, 6 видов из списка Красной книги ЛО)

Детальная информация об их нахождении на территории «Приморский универсально-перегрузочный комплекс» опубликована в научном издании (см. ФИО11 и др., 2020)».

Таким образом, в качестве единственного источника информации о нахождении на территории предполагаемого строительства мест произрастания охраняемых видов растения экспертом ФИО23 приведена статья: ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 Новые местонахождения редких и охраняемых видов сосудистых растений в Ленинградской области и Санкт-Петербурге \\ Ботанический журнал, 2020. Т. 105, №7, с.721-730(л.д.223-232 том 3).

В судебном заседании эксперт ФИО23 на вопрос о том, на основании каких источников он в своем ответе на поставленный судом вопрос сделал утверждение о том, что в пределах территории планируемого строительства зафиксировано 10 локаций Пухоноса дернистого, пояснил, что эти сведения были взяты им из вышеприведенной статьи в Ботаническом журнале. Однако, в данной статье содержатся сведения лишь о двух локациях и обе они находятся далеко за пределами территории планируемого строительства. После уточнения эксперт ФИО23 затруднился пояснить откуда им были взяты сведения, положенные в основу ответа на вопрос, поставленный на разрешение экспертизы. 

Также эксперт не смог привести источник своих сведений о нахождении на территории планируемого строительства одной локации Мниума годовалого, так как в приведенной им первоначально статье в Ботаническом журнале такие сведения отсутствуют, поскольку Мниум годовалый относится к мхам, а упомянутая статья посвящена исключительно сосудистым растениям.

Приведенные в статье географические координаты локаций некоторых других растений, перечисленных в ответе на поставленный вопрос экспертом, в частности Лука-скороды, находятся за пределами планируемого строительства.

Как пояснил эксперт ФИО23 лично географические координаты локаций охраняемых растений, приведенных в указанной статье, на предмет того, находятся ли они на территории планируемого строительства он не проверял.

При этом, приведенные в указанной научной статье сведения, как следует из ее содержания получены в результате флористических исследований, проведенных в 2019 году, хотя в вопросе, поставленном на разрешение эксперта было прямо указано о растениях, произраставших в 2021 году.

При таких условиях вывод эксперта ФИО23 о редких и охраняемых видах растений, произрастающих на территории намечаемого строительства, суд полагает необоснованным и не может быть принят судом.

Следовательно, административными истцами не представлено доказательств, которые бы безусловно подтверждали их утверждение о неполноте инженерно-экологический изыскания в части выявления редких и охраняемых видов растений на территории планируемого строительства на момент проведения инженерных изысканий и экологической экспертизы.

При этом в ходе последующих исследований профильных специалистов проведенных по заказу ООО «Эко-Экспресс-Сервис» на участке в 202 и 2023 годах Вайда красильная и Мниум годовалый были обнаружены, наличие Частухи Валенберга не подтвердилось. Вайда красильная была представлена однолетними и двулетними особями, а также в виде семян, в связи с чем необнаружение данного вида в период проведения в 2019 году инженерно-экологических изысканий не делает проведенные изыскания недействительными. Также необнаружение Мниума годовалового могло быть связано с крайне незначительным количеством и спорадическим распределением в пределах участка работ. Возможное формирование Частухи Валенберга с учетом крайней чувствительности к экологическим параметрам могло иметь временный характер.

По утверждению административных истцов, предложенные в проектной документации мероприятия по охране окружающей среды в отношении охраняемых объектов растительного мира являются неполными и неисполнимыми ввиду отсутствия необходимых методик пересадки и биологических особенностей некоторых видов. Указанному обстоятельству не дана оценка в заключении ГЭЭ.

В подтверждение данного доводы административные истцы ссылаются на то, что в отношении пересадки популяций выявленных охраняемых видов растений за пределы строительства Приморского УПК в материалах проектной документации не указаны конкретные места пересадки. 

Какие-либо нормы, устанавливающие обязательность указания конкретных мест пересадки редких и охраняемых видов растений непосредственно в проектной документации отсутствуют. 

Предположение административных истцов о том, что отсутствие указания конкретных мест пересадки может означать отсутствие пригодных для пересадки мест также ничем не подтверждено.

Перемещение экземпляров редких и охраняемых видов растений в целях сохранения и восстановления их численности осуществляется в порядке, установленном Административным регламентом Федеральной службы по надзору в сфере природопользования предоставления государственной услуги по выдаче разрешений на добывание объектов растительного мира, занесенных в Красную книгу Российской Федерации, утвержденном приказом Министерства природных ресурсов Российской Федерации от 18 февраля 2013 года №60, для занесенных в Красную книгу Российской Федерации, Постановлением Правительства Ленинградской области от 8 апреля 2014 года №106 «О Красной книге Ленинградской области» - для занесенных в Красную книгу Ленинградской области.

Основанием для осуществления работ, связанных с пересадкой редких и находящимися под угрозой исчезновения объектов, занесенных в Красную книгу Российской Федерации, является разрешение центрального аппарата Росприроднадзора на добывание объектов растительного мира, занесенных в Красную книгу Российской Федерации. Для объектов, занесенных в Красную книгу Ленинградской области - разрешение Комитета по природным ресурсам Ленинградской области на изъятие из естественной природной среды или оборот объектов животного и растительного мира, занесенных в Красную книгу Ленинградской области.

Указанные разрешения выдаются при условии представление материалов, обосновывающих необходимость добывания, в том числе обоснование невозможности альтернативных вариантов размещения объектов, описание состояния существующих популяций охраняемых растений, характеристику мест их пересадки, описание предлагаемых способов пересадки, а также мероприятий, обеспечивающих проживание растений в новых для них условиях. Данные материалы оцениваются независимыми экспертами – специалистами в данной области знаний, заключение которых служит основанием для принятия решения о выдаче разрешения, либо об отказе в его выдаче.

Таким образом, непосредственно пересадка редких и охраняемых видов растений является отдельной специально регламентированной процедурой, осуществляемой вне рамок ГЭЭ. В компетенцию комиссии ГЭЭ не входит рассмотрение вопросов, связанных с выдачей разрешения на осуществление такой пересадки.

Допрошенный в судебном заседании ФИО23 подтвердил, что сама по себе пересадка редких и охраняемых видов растений является признанным с научной точки зрения способом обеспечения их сохранения.

По утверждению административных истцов предлагаемая в проектной документации пересадка занесенных в Красную книгу Российской Федерации видов растений противоречит законодательству, что не было учтено в заключении ГЭЭ.

В обоснование своего довода административные истцы ссылаются на Административный регламент Росприроднадзора по предоставлению государственной услуги по выдаче разрешений на добывание объектов животного и растительного мира, занесенных в Красную книгу Российской Федерации, утвержденный Приказом Минприроды РФ от 18.02.2013 №60 согласно пункта 33 которого добывание (сбор, изъятие) объектов растительного мира и их частей, занесенных в Красную книгу Российской Федерации, за исключением водных биологических ресурсов, допускается в исключительных случаях для осуществления мониторинга состояния их популяций, в целях сохранения и восстановления их численности в естественной среде обитания, для осуществления научно-исследовательских работ, в целях разведения в искусственных условиях и культивирования с последующим возвратом в естественную среду обитания, при строительстве объектов хозяйственной и иной деятельности в отсутствие вариантов их размещения вне мест произрастания объектов растительного мира с обязательным проведением компенсационных мероприятий.

По мнению административных истцов в материалах ОВОС не приведено обоснований невозможности размещения объекта вне мест произрастания охраняемых объектов растительного мира.

Вместе с тем, размещение объекта в составе морского порта Приморск (Ленинградская область, Выборгский район) и включение его в схему территориального планирования Российской Федерации в области федерального морского транспорта определено Распоряжением Правительства Российской Федерации от 14.12.2018 2798-р (Раздел I. Часть 4. п. 48). Вариант альтернативной локации объекта вне мест произрастания охраняемых объектов растительного мира не рассматривается, так как его размещение в составе морского порта Приморск (Ленинградская область, Выборгский район) определено указанным выше документом, поэтому проектом предусмотрены мероприятия по изъятию популяций редких и охраняемых видов растений, занесенных в Красные книги, их хозяйственной деятельности путем их пересадки за пределы территории строительства Приморского УПК.

Перечень и расчет затрат на пересадку охраняемых видов растений включен в сметную документацию и согласован ФАУ «Главгосэкспертиза России» в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 05.03.2007 № 145 «О порядке организации и проведения государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий».

Как утверждают административные истцы, в заключении ГЭЭ полностью отсутствует оценка проектной документации в части установления соответствия ее законодательству об охране атмосферного воздуха. Размещение Приморского УПК на рассматриваемой территории нарушает законодательство об охране атмосферного воздуха. 

В подтверждение данного довода административные истцы ссылаются на письмо Санкт-Петербургского ЦГМС филиала ФГБУ «Северо-Западное УГМС» №78-78/8.2-25/706 от 18.06.2020 (том 1.6.2.4, стр.177), в котором указаны фоновые концентрации загрязняющих веществ в атмосферном воздухе, установленные согласно РД 52.04.186-89 и действующим Временным рекомендациям «Фоновые концентрации вредных (загрязняющих) веществ для городских и сельских поселений, где отсутствуют регулярные наблюдения за загрязнением атмосферного воздуха». 

Исходя из информации о фоновой концентрации бенз(а)пирена, содержащейся в указанном письме, которая составляет 1,5 нг/м3. При этом гигиенический норматив бенз(а)пирена согласно ГН 2.1.6.3492-17 «Предельно допустимые концентрации (ПДК) загрязняющих веществ в атмосферном воздухе городских и сельских поселений», действовавшему на момент разработки проектной документации и утверждения заключения ГЭЭ, составлял 1*10-6мг/м3. 

Исходя из вышеуказанного, административными истцами сделан вывод о том, что в воздухе на территории проектирования уже фиксируется превышение концентрации бенз(а)пирена в 1,5 раза. 

Вместе с тем приведенные административными истцами данные касаются фоновой концентрации бенза(а)пирена, которая устанавливается не путем проведения фактических натурных замеров на рассматриваемой территории, а рассчитывается на основе анализа и обобщения данных наблюдений за загрязнением атмосферного воздуха на сети Росгидромета в похожих населенных пунктах в соответствии с Временными рекомендациями «Фоновые концентрации вредных (загрязняющих) веществ для городских и сельских поселений, где отсутствуют регулярные наблюдения за загрязнением атмосферного воздуха», утвержденными Росгидрометом 15.08.2018 года.

В данных Временных рекомендациях прямо указано, что фоновая концентрация загрязняющего вещества в качестве самостоятельной характеристики уровня загрязнения атмосферы не применяется, она не сравнивается с ПДК (письмо Росгидромета № 20-44/282 от 16.08.2018).

Следовательно, обоснование административными истцами своего довода относительно превышение допустимой концентрации загрязняющих веществ информацией, взятой из указанного письма, является некорректным.

Как следует из информации, размещенной на официальном сайте Администрации Ленинградской области (https://nature.lenobl.ru/media/ uploads/userfiles/2021/06/28/ДОКЛАД_ОБ_ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ_СИТУАЦИИ _В_ ЛЕНОБЛАСТИ_ В_2020_ГОДУ_7nCDiD8.pdf) в районе планируемого строительства проводились регулярные натурные замеры концентраций бенз(а)пирена, подтверждающие его содержание в атмосферном воздухе в концентрациях, значительно ниже предельно допустимых: 

«Средние за месяц концентрации бенз(а)пирена за период с марта по ноябрь были получены из проб, отобранных при проведении регулярных наблюдений в Кингисеппе и Луге и маршрутных обследований в Волосове, ФИО12, Всеволожске, Гатчине, Ивангороде, Сланцах, Пикалево, Приморске и Усть-Луге. Средние за месяц концентрации бенз(а)пирена находились в диапазоне от менее 0,1 ПДКс.с. до 0,3 ПДКс.с. (ноябрь, г. Пикалево) во всех городах, где проводились наблюдения. Наибольшая среднегодовая концентрация бенз(а)пирена составила 0,3 ПДК в г. Кириши» (стр. 32 доклада). 

Таким образом, утверждение административных истцов относительно того, что на территории планируемого строительства фиксируется превышение предельно допустимой концентрации бенз(а)пирена не подтверждено доказательствами и опровергается данными, основанными на натурных замерах.

По утверждению административных истцов в заключении ГЭЭ не дана оценка факту отсутствия проекта санитарно-защитной зоны (СЗЗ) в представленной проектной документации.

Данное утверждение административных истцов опровергается материалами дела, в том числе сведениями, изложенными в возражениях на административное исковое заявление, представленных заинтересованным лицом ООО «Приморский УПК».

Вопреки утверждению административных истцов для проекта Приморский УПК разработан проект СЗЗ, который согласован в установленном порядке.

Как следует из экспертного заключения ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Ленинградской области» № 94.1.1.21.01.12 от 24.03.2021 и санитарно-эпидемиологического заключения Управления Роспотребнадзора по Ленинградской области № 47.01.02.000.Т.000813.04.21 от 16.04.2021, размещенных в открытом доступе на ресурсе: : http://fp.crc.ru, проект СЗЗ для объекта «Приморский универсально-перегрузочный комплекс» по адресу: Ленинградская область, Выборгский район, МО «Приморское городское поселение», в районе южного входа в пролив Бьеркезунд Финского залива Балтийского моря соответствует государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов», постановлению правительства Российской Федерации от 03.03.2018 № 222 «Об утверждении Правил установления санитарно-защитных зон и использования земельных участков, расположенных в границах санитарно-защитных зон».

В соответствии с указанным санитарно-эпидемиологическим заключением, обоснование размера СЗЗ выполнено на основании результатов расчетов рассеивания загрязняющих веществ в атмосферу, в том числе с учетом существующих фоновых значений концентраций загрязняющих веществ в районе размещения предприятия, расчетов физического воздействия предприятия, а также результатов оценки риска здоровью населения от влияния химических веществ, выбрасываемых ООО «Приморский универсально-перегрузочный комплекс».

Согласно статьи 1 Федерального закона «Об экологической экспертизе», экологическая экспертиза - установление соответствия документов и (или) документации, обосновывающих намечаемую в связи с реализацией объекта экологической экспертизы хозяйственную и иную деятельность, экологическим требованиям, установленным техническими регламентами и законодательством в области охраны окружающей среды, в целях предотвращения негативного воздействия такой деятельности на окружающую среду. Вопросы соблюдения санитарного законодательства регулируются соответствующим законодательством и не входят в область компетенции государственной экологической экспертизы.

В обоснование заявленных требований административные истцы ссылаются на необоснованность в проектной документации допустимости подводного захоронения грунта, на невыполнение в полном объеме оценки его воздействия на окружающую среду, что не соответствует действующему законодательству. Оценка указанного несоответствия проектной документации законодательству в заключении ГЭЭ отсутствует.

Вопреки указанному доводу административных истцов материалы проектной документации, являвшиеся объектом ГЭЭ, содержат оценку воздействия на водные биоресурсы (том 8.5.1, 114-УПК-ООС-8.5.1), в том числе от подводного захоронения донного грунта. Ущерб водным биоресурсам рассчитан в соответствии с действующей на момент согласования Методикой исчисления размера вреда, причиненного водным биологическим ресурсам, утвержденной приказом Росрыболовства от 25 ноября 2011 года № 1166 на основе математического моделирования распространения взвешенных веществ в водной среде при проведении дноуглубления и при захоронении донных грунтов на подводном отвале.

При этом, том 12.9.5 документации представляет собой научно-исследовательскую работу «Анализ возможности захоронения грунта на отвале №306, расположенном вблизи о.Грузный». С целью проведения анализа возможности захоронения грунта были дополнительно к предоставленным Заказчиком исходным данным проведены исследования гидрометеорологических условий участка отвала, топографии дна участка отвала, исследование гранулометрического, токсикологического и микробиологического состава донного грунта места отвала, прогноз возможных изменений с целью получения необходимых и достаточных материалов для принятия обоснованных проектных решений.

Район участка 306 вблизи острова Грузный традиционно используется для захоронения донных грунтов при проведении дноуглубительных работ в морских портах Приморск, Выборг, Высоцк и др. Район участка подводного отвала представляет собой специально обозначенное место на морских картах, куда регулярно осуществляется сброс донного грунта. 

Достоверность оценки воздействия на водные биоресурсы, содержащаяся в проектной документации, подтверждена уполномоченным органом – Федеральным агентством по рыболовству письмом от 20.11.2020 №У02-3321. 

Несогласие административных истцов с выводами экспертной комиссии ГЭЭ в данной части не может являться основанием для признания заключения ГЭЭ незаконным.

По мнению административных истцов, в заключении ГЭЭ отсутствует экологическая и правовая оценка проектной документации в части воздействия транспортных потоков, связанных со строительством и эксплуатацией объекта.

Как утверждают административные истцы, в материалах проектной документации полностью отсутствует оценка такого значимого фактора планируемой деятельности как значительное увеличение транспортных потоков в связи со строительством и эксплуатацией Приморского УПК.

Административные истцы полагают, что реализация намечаемой деятельности может привести к значительным негативным социальным и экономическим последствиям, что нарушает их права, поскольку существующая дорожная сеть, по их мнению, не справится с нагрузкой, вызванной увеличением грузопотока.

Вместе с тем, как следует из возражений заинтересованного лица ООО «Приморский УПК» решения, связанные с транспортной инфраструктурой, в том числе со строительством новых автомобильных дорог, разгрузкой действующих, реконструкцией участков действующих железных дорог, будут выполняться отдельными проектами и не рассматриваются в составе проектной документации Приморский УПК.

Таким образом, проекты, связанные с созданием необходимой транспортной инфраструктуры, будут являться предметом отдельных экспертиз.

Оценка исключительно социально-экономических последствий, непосредственно не связанных с окружающей средой, таких как предполагаемые износ дорог, образование заторов и т.д., не входит в компетенцию ГЭЭ в соответствии с Федеральным законом «Об экологической экспертизе».

Помимо всего прочего, утверждение административных истцов о том, что существующая дорожная сеть может не справиться с возросшими транспортными потоками является их субъективным мнением, не подтверждено доказательствами.

По мнению административных истцов комиссия ГЭЭ проигнорировала нарушения этапности подготовки проектной документации, представленной на ГЭЭ: проектирование ИЗУ в Финском заливе проводилось без наличия обязательной утвержденной документации по планировке территории, в материалах проекта отсутствуют документы, предоставляющие право на создание ИЗУ.

Проектной документацией предусмотрено создание в акватории морского порта Приморск искусственного земельного участка (ИЗУ) площадью 29,28 га, на котором планируется к размещению контейнерный и сельскохозяйственный терминалы.

В силу статьи 1 Федерального закона «Об экологической экспертизе» правовая экспертиза имущественно-правовых отношений между заинтересованным лицом и Российской Федерацией, связанных с созданием ИЗУ выходит за рамки компетенции комиссии ГЭЭ.

В то же время, проектная документация содержит Разрешение на создание ИЗУ, выданное Федеральным агентством морского и речного транспорта (Росморречфлот) 23.03.2020 №ЗД-28/3070 (Раздел 1. Пояснительная записка, Книга 3.1. Разрешительная документация, Том 1.3.1).

Административные истцы указывают, что в проектной документации имеются также и иные существенные нарушения законодательства в сфере охраны окружающей среды, указанные в заключении ОЭЭ и проигнорированные в заключении ГЭЭ.

Административные истцы указывают, что в проектной документации отсутствует обоснование возможностей размещения и накопления более 46 млн. тонн отходов грунта. Как полагают административные истцы, размещение отходов на указанных в проектной документации объектах запрещено в силу пункта 7 статьи 12 Федерального закона «Об отходах производства и потребления». 

С указанным доводом административных истцов суд не может согласиться. Нормативно установленные требования, обязывающие заинтересованное лицо на стадии проектирования указать в проектной документации конкретные объекты размещения отходов в форме извлеченного грунта отсутствуют. Ввиду большой продолжительности запланированных работ и значительного времени, требующегося для завершения проектирования и перехода к строительству, определение конкретных организаций для приема грунта может производится на момент производства работ, не может быть запланировано заранее с учетом изменения ситуации на рынке с течением времени.

В силу пункта 7 статьи 12 Федерального закона «Об отходах производства и потребления» запрещено только «размещение» отходов на объектах, не внесенных в реестр объектов размещения отходов. Под размещением отходов в законе в соответствии со статьей 1 указанного закона понимается хранение и захоронение отходов.

Вместе с тем, в проектной документации (в разделе 5.5 тома 8.1.1) изымаемый грунт предлагается передавать на перечисленные карьеры для последующей утилизации. Под этим термином в статье 1 Федерального закона «Об отходах производства и потребления» понимается «использование» отходов в полезных целях. В данном случае извлеченный грунт планируется использовать для рекультивации выработанных карьеров. В связи с этим размещение отходов в виде грунта в значении пункта 7 статьи 12 «Об отходах производства и потребления» не запланировано.

По утверждению административных истцов предусмотренные в проекте очистные сооружения дождевых стоков с промышленных площадок «Приморского УПК» не обеспечат очистку сточных вод до нормативных показателей, предусмотренных СП 32.13330.2018. 

В обоснование данного довода административными истцам сделана ссылка на п.5.2.5.2. заключения ОЭЭ. В данном пункте заключения ОЭЭ, ошибочно приведены ссылки на разделы документации, разработанные для разных объектов в составе комплекса: качественный состав поверхностных сточных вод указан для объекта «Сортировочная станция» (том 5.3.1.4.4, 114-ОПО-ИОС3-5.3.1.4.4), а сведения об очистных сооружениях для «общепортовой инфраструктуры и пожарного депо» (том 5.3.1.5.2, 114-ОПО-ИОС3-5.3.1.5.2). Сведения об очистных сооружениях, запроектированных на объекте «Сортировочная станция», приведены в другом томе ПД - томе 5.3.1.4.5, 114-ОПО-ИОС3-5.3.1.4.5. Технологии очистки сточных вод на этих очистных сооружениях отличаются. Согласно данным тома 5.3.1.4.5, 114-ОПО-ИОС3-5.3.1.4.5 эффективность очистных сооружений по талым водам для взвешенных веществ составляет 99,93 %, что позволяет обеспечить содержание взвешенных веществ в очищенных талых водах менее 3 мг/л. 

Заключение эксперта ОЭЭ о применении для очистки хозяйственно-бытовых сточных вод перегрузочного комплекса для перевалки минеральных удобрений (далее - ПКМУ) очистных сооружений FloTenk-OP-OM-SB или аналога ошибочно.

Для очистки сточных вод системы хозяйственно-бытовой канализации ПКМУ проектом предусмотрено применение двух раздельных комплексов локальных очистных сооружений для северной и южной частей ПКМУ. Для северной части предусматривается применение модульных ЛОС полной заводской готовности ООО «АэрКом» или их аналога. Для южной части предусматривается применение комплексных моноблочных очистных сооружений типа ТРИУМФ или их аналога. Технология очистки хозяйственно-бытовых сточных вод рассмотрена в томе 5.3.3.4.1, 114-ПКМУ-ИОС3-5.3.3.4.1 (подраздел 2.3.б) и в томе 5.6.3.3.1, 114-ПКМУ-ИОС6-5.6.3.3.1. Характеристика хозяйственно-бытовых сточных вод до и после очистки принята в соответствии с данными тома 5.3.3.4.1, 114-ПКМУ-ИОС3-5.3.3.4.1 (подраздел 2.3.б) и представлена в таблице 5.4.8 тома 8.2.1, 114-УПК-ООС-8.2.1.

Характеристика очистных сооружений и описание технологии очистки поверхностных сточных вод рассмотрены в томе 5.3.3.4.2, 114-ПКМУ-ИОС3-5.3.3.4.2 (подраздел 2.3.д) и в томе 5.6.3.3.1, 114-ПКМУ-ИОС6-5.6.3.3.1. Характеристика поверхностных сточных вод до и после очистки принята в соответствии с данными тома 5.3.3.4.2, 114-ПКМУ-ИОС3-5.3.3.4.2 (подраздел 2.3.д) и представлена в таблице 5.4.9 тома 8.2.1, 114-УПК-ООС-8.2.1.

При таких условиях вывод комиссии ГЭЭ о том, что качественные показатели сточных вод после очистки не превышают нормативы для водных объектов рыбохозяйственного значения высшей категории может считаться обоснованным и не опровергнут административными истцами.

Также в обоснование требований административные истцы ссылаются на не выделение ряд отходов, которые должны образовываться как в ходе строительных работ, так и в ходе эксплуатации проектируемого объекта.

Вместе с тем, мероприятия по сбору, использованию, обезвреживанию, транспортировке и размещению отходов, представлены в следующих томах проектной документации:

Период строительства:

Раздел ПД №8 Подраздел №1-114-УПК-ООС-8.1.1;

Раздел ПД №8 Подраздел №3-114-УПК-ООС-8.3.1.1;

Раздел ПД №8 Подраздел №3-114-УПК-ООС-8.3.1.2;

Раздел ПД №8 Подраздел №3-114-УПК-ООС-8.3.1.3; 

Раздел ПД №8 Подраздел №3-114-ИЗУ-ООС-8.3.1.4.

Период эксплуатации:

Раздел ПД №8 Подраздел №2-114-УПК-ООС-8.2.1;

Раздел ПД №8 Подраздел №4-114-ОПО-ООС-8.4.1.1;

Раздел ПД №8 Подраздел №4-114-ПКУТ-ООС-8.4.2.1

Раздел ПД №8 Подраздел №4-114-ПКМУ-ООС-8.4.3.1;

Раздел ПД №8 Подраздел №4-114-ПКСП-ООС-8.4.4.1;

Раздел ПД №8 Подраздел №4-114-ПККТ-ООС-8.4.5.1.

Мнение административных истцов несогласных с выводами ГЭЭ, сделанными по итогам изучения данных разделов проектной документации, не может являться основания для удовлетворения заявленных требований.

Административные истцы указывают, что в проектной документации отсутствуют решения по инженерной защите территории и объектов капитального строительства от последствий опасных геологических процессов.

Вопреки указанному утверждению административных истцов проектные решения по инженерной защите территории и объектов капитального строительства приведены в томах 2.1.6 и 2.1.7 Раздела 2. «Схема планировочной организации земельного участка».

Как утверждают административные истцы в проектной документации отсутствуют мероприятия по контролю судовых балластных вод, которые могут являться причиной вселения в акватории новых (инвазивных) видов животных, приводящих к существенным изменением в экосистеме и ихтиофауне. 

Вместе с тем, Международная конвенция по контролю и управлению судовыми балластными водами и осадками 2004 года предписывает наличие на морских судах специальных систем для обработки балластных вод с заданным стандартом качества. Конвенция предполагает установку на судах специальных систем для обработки балластных вод механическим, химическим, биологическим способами.

В соответствии с проектной документацией на территории Приморского УПК планируется осуществление погрузочно-разгрузочных работ на терминалах, при этом перевозки грузов морским транспортом не входят в зону его ответственности.

При этом, контроль за техническим состоянием входящих в порт морских судов должен осуществляться в нормативном порядке и не входит в состав проектной документации.

По мнению административных истцов данные о редких видах животных наземных экосистем, обитающих на территории планируемой деятельности, содержащаяся в проектной документации, не включает обитающий на территории планируемого строительства охраняемый вид – ужа обыкновенного, занесенного в Красную книгу Ленинградской области. 

Вместе с тем, согласно Красной книге Ленинградской области в Ленинградской области обыкновенный уж не имеет сплошного ареала распространения, в районе размещения проектируемого объекта встречаются отдельные особи. При проведении инженерно-экологических изысканий, как следует из содержания соответствующего раздела документации, данный вид на исследуемой территории встречен не был, в связи с чем в материалах изысканий отсутствует.

При этом, в материалах ОВОС предусмотрены мероприятия по охране объектов животного мира, занесенных в Красную книгу Российской Федерации и Красную книгу Ленинградской области (подраздел 5.6.4 тома 8.1.1), которые также применимы к ужу обыкновенному в случае его дальнейшего обнаружения в границах проведения работ.

По мнению административных истцов эксперты, вошедшие в состав комиссии ГЭЭ не обладают необходимыми научными и (или) практическими познаниями по вопросу и, следовательно, не отвечают установленным законодательством требованиям к экспертам ГЭЭ. Указанный довод является субъективным мнением административных истцов.

Согласно пункту 1 статьи 16 Федерального закона «Об экологической экспертизе», экспертом государственной экологической экспертизы является специалист, обладающий научными и (или) практическими познаниями по рассматриваемому вопросу и привлеченный в соответствии со статьей 15 указанного закона федеральным органом исполнительной власти в области экологической экспертизы или органами государственной власти субъектов Российской Федерации к проведению государственной экологической экспертизы по соответствующим направлениям науки, техники, технологии.

Частью 2 указанной статьи установлен запрет на осуществление деятельности в качестве эксперта в случаях, если эксперт является представителем заказчика документации, подлежащей государственной экологической экспертизе, или разработчика объекта государственной экологической экспертизы, гражданином, состоящим в трудовых или иных договорных отношениях с указанным заказчиком или с разработчиком объекта государственной экологической экспертизы, а также представителем юридического лица, состоящего с указанным заказчиком или с разработчиком объекта государственной экологической экспертизы в таких договорных отношениях. Данный перечень является закрытым.

Административным ответчиком представлены документы об образовании, наличии ученых степеней, а также о практическом опыте работы в сфере экологии экспертов ГЭЭ. У суда не имеется оснований сомневаться в компетенции экспертов, а также оснований для признания состава экспертной комиссии незаконным. 

По ходатайству административных истцов определением от 13.02.2023 по настоящему делу судом была назначена судебная экологическая экспертиза, с целью установления в том числе объективной научно обоснованная оценка выявления редких охраняемых видов растений на территории реализации намечаемой деятельности и мер по их сохранению разработанных в составе проектной документации.

Проведение экспертизы было поручено экспертам АНО Центр судебной экспертизы «Петроэксперт».

По итогам проведения экологической экспертизы экспертной организацией было представлено 2 заключения различных экспертов, делавших выводы по части поставленных судом вопросов:

Заключение эксперта №23-11-Ю-2а-2/2023-1-АНО, подготовленное ФИО8 (л.д. 192-215 том 6).

Заключение эксперта №23-11-Ю-2а-2/2023-2-АНО, подготовленное экспертом ФИО24 (л.д. 162-184 том 6)

Согласно полученных судом заключений оба эксперта пришли к выводу об отсутствии объективной научно обоснованной оценки выявления редких охраняемых видов растений на территории реализации намечаемой деятельности и мер па их сохранению, разработанных в проектной документации.

В судебном заседании эксперт ФИО23 подтвердил, что пересадка редких и охраняемых видов растений является допустимым и применимым способом их сохранения, метод маршрутно-глазомерной съемки, использованный при проведении инженерно-экологических изысканий является научно-обоснованным и применимым для выявления редких и охраняемых видов растений.

В своем заключении эксперт ФИО23 ссылается на «известные предложения ООО «Эко-Экспресс-Сервис» №2810-ПО от 23.11.2022», которые, по утверждению эксперта, не дают исчерпывающего перечня мероприятий для пересадки, что не защищает их от гибели. Данный документ, на который ссылается эксперт в своем заключении, отсутствует в материалах дела, а также не приложен к экспертному заключению. На вопрос о том, что это за документ и каким образом он оказался в его распоряжении эксперт ответил лишь то, что он не помнит. Следовательно, экспертное заключение основано на не известных ни суду, ни участникам процесса документах неизвестно каким образом оказавшихся в распоряжении эксперта.

На вопросы о том, на чем основаны его выводы, сделанные им при ответе на вопрос (второй определения), относительно недостаточности охранных мероприятий, предусмотренных проектной документацией, сообщил, что данные выводы основаны исключительно на его личном мнении без подтверждения научными или нормативными источниками. Также эксперт пояснил, что никогда ранее не имел дела с исследованием и оценкой проектной документации. 

Таким образом, у суда имеются основания прийти к выводу о нарушении принципа объективности при проведении экспертизы, установленного статьей 4 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также требований статьи 8 указанного закона, согласно которой заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Опрошенная в судебном заседании эксперт ФИО10 пояснила суду, что не является специалистом в области науки, вследствие чего что в изложенном им списке источников указаны исключительно нормативно-правовые акты. Как пояснил эксперт им было проверено заключение ГЭЭ на предмет соответствия нормативно-правовым актам. В связи с чем, выводы данного эксперта не могут быть приняты судом, поскольку из содержания вопроса, поставленного судом на разрешение, следует необходимость сделать вывод о научной обоснованности предложенных мер. При этом вопросы права и правовых последствий, которые были исследованы экспертом, относятся к исключительной компетенции суда. 

Также, суд приходит к выводу, что заявленные административными истцами права оспариваемым приказом Росприроднадзора и заключение ГЭЭ не нарушаются. 

В соответствии со статьей 60 Федерального закона от 10.01.2002 N 7-ФЗ

"Об охране окружающей среды" растения, животные и другие организмы, относящиеся к видам, занесенным в красные книги, повсеместно подлежат изъятию из хозяйственного использования. В целях сохранения редких и находящихся под угрозой исчезновения растений, животных и других организмов их генетический фонд подлежит сохранению в низкотемпературных генетических банках, а также в искусственно созданной среде обитания. Запрещается деятельность, ведущая к сокращению численности этих растений, животных и других организмов и ухудшающая среду их обитания.

Таким образом законом не исключает ведение хозяйственной деятельности, запрещает лишь ведение деятельности ведущей к сокращению их численности. 

Мероприятия по охране объектов растительного мира, в том числе редких и находящихся под угрозой исчезновения объектов растительного мира, а также реликтовых растений, предусмотрены Приказом Минприроды России от 03.04.2019 N 215 "Об утверждении перечня мероприятий по обеспечению предотвращения вреда животным, растениям и окружающей среде, соблюдения режима особой охраны территорий национальных парков", включают в себя: - огораживание участков произрастания редких и находящихся под угрозой исчезновения видов растений, а также реликтовых растений; - пересадка объектов растительного мира, подвергшихся негативному воздействию при осуществлении хозяйственной деятельности, в благоприятные условия; - выращивание редких и находящихся под угрозой исчезновения видов растений, а также реликтовых растений, с последующей реинтродукцией. Таким образом пересадка редких растений допустима.

Проектной документацией предусмотрены компенсационные мероприятия с целью сохранения видов растений, оказавшихся в зоне строительства комплекса – пересадка выявленных редких и находящихся под угрозой исчезновения видов растений за пределы территории строительства в места пригодные для их произрастания на основании разрешения уполномоченных органов, осуществление мониторинга за состоянием растений.

При этом при проведении работ предусматривается проведение мониторинга, в ходе которого могут быть выявлены редкие растения которые ранее при проведении изыскательских работ не были выявлены и подлежат сохранению. 

От реализации проекта строительства Приморского УПК в части якорной стоянки, который был предметом рассмотрения ГЭЭ, несмотря на то, что границы реализации проекта и границы ГПКЗ «Березовые острова» пересекаются, заинтересованное лицо отказалось, проект якорной стоянки будет реализоваться путем разработки нового отдельного проекта. Нормативными актами устанавливается сезонное ограничения пребывания в акватории архипелага «Березовые острова». В границах якорной стоянки отсутствуют места миграционных стоянок и массового гнездования птиц, территориально удален от мест размножения балтийской кольчатой нерпы.

При этом суд учитывает, что оспариваемое заключение экспертизы не является властно-распорядительным документом, не влечет каких-либо правовых последствий, создающих для административных истцов угрозу нарушения их права на экологическое благополучие, а напротив содержит комплекс необходимых условий для предотвращения такой угрозы, соблюдение которых при строительстве объекта, а затем при правильном его использовании, позволит избежать негативного воздействия на окружающую среду.

Административными истцами не представлено доказательств нарушения оспариваемыми приказом и заключением ГЭЭ их прав в сфере охраны окружающей природной среды.

В соответствии со статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Суд полагает, что с данным административным иском административные истцы обратились в установленный законом трехмесячный срок (28.04.2021 года) с момента утверждения заключения ГЭЭ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175, 177, 226, 227 Кодекса административного судопроизводства, суд-

р е ш и л:

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5, Региональной общественной организации «Санкт-Петербургское общество естествоиспытателей», ФИО7 в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга. 

Судья 

Решение в окончательной форме принято 17 ноября 2023 года