Председательствующий: Григорьев И.О. Дело № 22-4645/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Мотивированное апелляционное постановление изготовлено 30 июля 2020 года

28 июля 2020 года г. Екатеринбург

Свердловский областной суд в составе председательствующего судьи Карплюка А.В., при секретаре судебного заседания Документовой Е.А., с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Пылинкиной Н.А., адвоката Киселевой Г.Г. в защиту интересов осужденного ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Демидовой С.Н. на приговор Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 08 июня 2020 года, которым 

ФИО1, ... года рождения, ранее не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации к 320 часам обязательных работ.

Заслушав выступления защитника Киселевой Г.Г., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, прокурора Пылинкиной Н.А., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения, 

УСТАНОВИЛ:

приговором ФИО1 признан виновным в том, что дал в качестве свидетеля заведомо ложные показания 21 ноября 2018 года при производстве предварительного расследования и 19 марта 2019 года в суде по уголовному делу в отношении Е.С.А., осужденного приговором Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 20 мая 2019 года по п.п. «в», «г», «д» ч. 2 ст. 126 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Преступление совершено в Ленинском районе г. Нижнего Тагила Свердловской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Демидова С.Н. просит данный приговор как незаконный, необоснованный и несоответствующий фактическим обстоятельствам дела отменить и ФИО1 оправдать. При этом выражает несогласие с выводами суда и утверждает, что умысел осужденного на дачу заведомо ложных показаний не доказан и его вина в совершении преступления не нашла своего подтверждения. Ссылаясь на показания ФИО1, указывает, что сведения, изложенные в протоколе допроса от 20 ноября 2018 года, он не сообщал, подписал этот процессуальный документ, плохо прочитав, доверившись следователю и не совсем понимая происходящее, на следующий день после повторного ознакомления с ним сразу же в присутствии свидетеля Ж.О.Г. заявил об имеющихся несоответствиях, в ходе очной ставки с Е.С.А. и в судебном заседании дал правдивые показания, при этом не пытался помочь обвиняемому избежать уголовной ответственности, об оказании давления никогда не утверждал. Считает, что показания свидетелей Ш.К.Е., К.А.М. и Э.В.В. в силу их должностного положения не могут быть положены в основу обвинительного приговора. Обращает внимание, что в ходе судебного разбирательства доводы стороны защиты не проверены и не получили должной оценки, заявленные ходатайства безосновательно отклонены, в то время как показания следователя, являющегося заинтересованным в исходе дела лицом, признаны достоверными. По мнению адвоката, с учетом ранее сложившихся отношений ФИО1, оказавшись свидетелем совершения преступления в отношении потерпевшего Ж.В.В., оказал бы помощь именно ему, а не Е.С.А.

Проверив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 48 Конституции Российской Федерации, каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи.

Из положений ч. 1 ст. 16 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следует, что подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя.

Согласно п. 8 ч. 4 ст. 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, обвиняемый вправе пользоваться помощью защитника.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 72 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого. 

Как следует из материалов уголовного дела, в суде первой инстанции защиту подсудимого ФИО1 осуществляла адвокат Демидова С.Н., которая ранее в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства являлась защитником Е.С.А., осужденного приговором Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 20 мая 2019 года по п.п. «в», «г», «д» ч. 2 ст. 126 Уголовного кодекса Российской Федерации, вступившим в законную силу 13 сентября 2019 года.

Между тем, принимая во внимание, что ФИО1 осужден за дачу заведомо ложных показаний при производстве по этому же уголовному делу по обвинению Е.С.А. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «в», «г», «д» ч. 2 ст. 126 Уголовного кодекса Российской Федерации, а протокол его первоначального допроса на предварительном следствии в качестве свидетеля от 20 ноября 2018 года положен в основу обвинительного приговора в качестве одного из доказательств вины Е.С.А., суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии между интересами этих осужденных явных противоречий.

В этой связи данное обстоятельство, с учетом требований п. 3 ч. 1 ст. 72 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, п. 2 ч. 4 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п. 10 ч. 1 ст. 9, ч. 1 ст. 11 Кодекса профессиональной этики адвоката, исключало участие в производстве по уголовному делу адвоката Демидовой С.Н. в качестве защитника подсудимого ФИО1

Аналогичные нарушения права на защиту, в том числе положений ст. 48 Конституции Российской Федерации и ст.ст. 16, 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, допущены и на стадии предварительного расследования, где указанный адвокат также представлял интересы ФИО1, в результате чего предъявленное ему обвинение и составленное по делу обвинительное заключение не могут быть признаны соответствующими нормам уголовно-процессуального законодательства.

Кроме того, следует отметить, что приобщенные в ходе следствия в качестве доказательств копии постановления о возбуждении уголовного дела от 19 ноября 2018 года, протокола допроса ФИО1 в качестве свидетеля от 20 ноября 2018 года, протокола очной ставки между ним и обвиняемым Е.С.А. от 21 ноября 2018 года, постановления о привлечении Е.С.А в качестве обвиняемого от 14 февраля 2019 года (л.д. 64-83) должным образом не заверены, в связи с чем не вполне отвечают требованиям ст.ст. 83, 84 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом указанные существенные нарушения уголовно-процессуального закона остались без внимания суда первой инстанции, тогда как в силу положений ст. 297 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, каковым он признается, если постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Между тем, согласно ч. 3 ст. 15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Как следует из правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2015 года № 1102-О, приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона, создание предпосылок для правильного применения норм уголовного закона дают возможность после устранения выявленных процессуальных нарушений вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу и принятия по нему решения. Тем самым обеспечиваются гарантированные Конституцией Российской Федерации право обвиняемого на судебную защиту и право потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статьи 46 и 52), а также условия для вынесения судом правосудного, т.е. законного, обоснованного и справедливого, решения по делу. 

Таким образом, принимая во внимание, что допущенные органами предварительного расследования и в суде существенные нарушения уголовно-процессуального законодательства не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства и исключают возможность постановления приговора или иного законного судебного решения, на основании п. 1 ч. 1 ст. 237, п. 2 ст. 389.15, ч.ч. 1, 2 ст. 389.17, ч. 3 ст. 389.22 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации постановленный приговор подлежит отмене, а уголовное дело – возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

С учетом этого суд апелляционной инстанции не рассматривает вопросы доказанности или недоказанности обвинения, достоверности или недостоверности того либо иного доказательства, преимущества одних доказательств перед другими, вида и размера наказания, которые, как и иные доводы сторон, в том числе содержащиеся в апелляционной жалобе, подлежат проверке в ходе производства предварительного расследования и при новом судебном разбирательстве по уголовному делу. 

Поскольку уголовное судопроизводство по делу не окончено и обвинение в совершении умышленного преступления небольшой тяжести не снято, ранее избранную в отношении ФИО1 меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке следует оставить без изменения.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 389.13, ст. 389.15, п. 7 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 08 июня 2020 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело возвратить прокурору Ленинского района г. Нижнего Тагила Свердловской области в порядке ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке в отношении ФИО1, ... года рождения, оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Свердловского областного суда А.В. Карплюк