Судья Скунц В.А. Дело № 22-1881/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 июня 2024 года город Архангельск 

Архангельский областной суд в составе председательствующего Шпанова А.С.,

при секретаре Булгаковой Е.И.,

с участием:

- прокурора отдела Архангельской областной прокуратуры Макаровой В.В.,

- адвоката Кычина А.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе адвоката Антуфьева Е.В. на приговор Няндомского районного суда Архангельской области от 9 апреля 2024 года, которым 

ФИО1,

родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, несудимый

осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к 1 году ограничения свободы с установлением соответствующих ограничений.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ ФИО1 освобожден от наказания в связи с истечением срока давности. 

Изучив материалы дела, содержание приговора, апелляционной жалобы, заслушав выступление адвоката Кычина А.М., поддержавшего доводы жалобы, мнение прокурора Козлова А.С. о законности приговора, суд

установил:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью С. Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на территории 

<

адрес>. 

В судебном заседании ФИО1 свое отношение к обвинению выразить отказался.

В апелляционной жалобе адвокат Антуфьев Е.В. не согласен с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым. Полагает, что виновность его подзащитного не подтверждена исследованными в судебном заседании доказательствами. 

Указывает, что показания потерпевшего противоречат показаниям свидетелей М., С., С. и Т., которые в суде показали, что каких-либо следов резкого изменения траектории движения автомобиля Шкода в виде съезда на обочину и возвращения на полосу движения не имелось. Отсутствуют такие сведения и в протоколе осмотра места происшествия и двух составленных схемах. 

Считает заключение эксперта №5/0124, 05/0125 не соответствующим требованиям закона, поскольку не понятно какие именно материалы и в каком объеме были представлены на экспертизу.

Ссылается на заключение эксперта №05/0513, 05/0514 от ДД.ММ.ГГГГ по результатам дополнительной экспертизы, из которого следуют аналогичные выводы о невозможности установления наличия или отсутствия технической возможности у водителя Кирий для предотвращения ДТП в условиях полного соответствия его действий требованиям ПДД без предоставления необходимых исходных данных. Также эксперт пришел к выводу о невозможности полного установления механизма столкновения по зафиксированной вещно-следовой обстановке на месте ДТП с определением траектории движения автомобилей непосредственно перед ДТП и координат места столкновения. 

Оспаривает заключение эксперта №05/0726, полагая, что оно основано на сведениях, изложенных в фабуле постановления следователя, которая в свою очередь основана на объяснениях Кирий, данных в отсутствие защитника. При этом указывает, что выводы эксперта противоречат тем же выводам, сделанным им при проведении других экспертиз.

Полагает, что при назначении всех трех экспертиз следователем предоставлялись либо ложные, либо ничем не подтвержденные данные об обстоятельствах происшествия, таких как скорости движения автомобиля, расстояния, когда Кирий впервые заметил мотобуксировщик, габариты мотобуксировщика. 

По его мнению, эксперт сделал расчет по параметрам, которые не соответствуют показаниям участников ДТП.

Указывает на утрату оптического диска ТДК, который трижды предоставлялся эксперту-автотехнику в рамках проводимых экспертиз. Полагает, что данный факт влечет невозможность проверки выводов всех экспертных заключений, а также ограничивает право обвиняемого на ознакомление со всеми материалами дела.

Полагает, им необоснованно было отказано в проведении повторной автотехнической экспертизы.

Считает необходимым признать в качестве обстоятельства смягчающего наказание противоправное поведение потерпевшего, который согласно заключениям экспертиз также нарушил правила ПДД.

К недопустимым доказательствам относит показания подозреваемого, обвиняемого, данные в отсутствие защитника, которые не были затем подтверждены в суде. 

Ссылается на отличия в зафиксированных числовых показателях с теми, которые были предоставлены эксперту в рамках проведенной экспертизы, что повлияло на её выводы. 

Обращает внимание на видеозапись оформления ДТП в служебном автомобиле ГИБДД, которая полностью опровергает показания свидетелей М. и С. о якобы произведенном замере расстояния от километрового столба до места ДТП. Из видеозаписи следует, что замер расстояния от километрового столба до места ДТП не производился. 

Таким образом, протокол осмотра места происшествия содержит недостоверные сведения о координатах, обстановке на месте ДТП, сторонах света, о чем заявил следователь, составлявший протокол, в связи с чем данное доказательство является недопустимым. Также указывает, что протокол осмотра места происшествия наряду с разъяснением специалисту (эксперту) С. вопреки требованиям статей 307, 308 УПК РФ не содержит предупреждения об уголовной ответственности. В нарушение требований ч.7, 10 ст.166 УПК РФ протокол не содержит подписей участвующих лиц М. и Т.. Также протокол не содержит сведений о приобщении к нему какого-либо оптического диска с фотографиями. 

Просит приговор отменить, прекратить уголовное дело, признать за Кирий право на реабилитацию. 

В письменных возражениях на жалобу государственный обвинитель Полежаев О.В. считает приведенные доводы необоснованными, приговор суда законным, отмене не подлежащим.

Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения приговора.

Оценив в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ каждое имеющееся доказательство с точки зрения его относимости, допустимости и достоверности, а после, все собранные доказательства в совокупности, суд пришел к правильному выводу об их достаточности для разрешения уголовного дела и постановления обвинительного приговора.

Каких-либо нарушений требований ст. 73 УПК РФ судом допущено не было, обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены судом первой инстанции правильно и приведены в описательно-мотивировочной части приговора.

Факт столкновения автомобиля под управлением Кирий с мотобуксировщиком под управлением С. на автодороге сообщением 

<

адрес>, в результате которого последнему были причинены телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью, ни Кирий, ни его защитником не оспаривается, подтверждается показаниями участников уголовного судопроизводства, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Доводы защитника о невиновности Кирий в совершении инкриминируемого ему преступления, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, так как опровергаются представленными сторонами, проверенными в судебном заседании доказательствами, подробно изложенными и надлежаще мотивированными в приговоре.

Так, согласно неоднократным и последовательным показаниям потерпевшего С., ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время он на своем мотобуксировщике двигался из 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> со скоростью не более 15 км/ч навстречу движению по левой обочине с включенным светом фары. Осадков не было, видимость дороги была более 2 км, дорога почищена от снега, широкая. Недалеко от знака «3 километр», на расстоянии 400 – 500 метров он увидел движущийся ему навстречу автомобиль, который сначала двигался по своей полосе движения, но примерно за 50 м от него изменил направление и стал двигаться по обочине, ему навстречу. Пытаясь уйти от столкновения, примерно за 5-6 метров, он отвернул направо, в то же время водитель автомобиля отвернул влево, и ближе к середине дороги произошло столкновение. Удар пришелся в левую сторону, на его левую ногу. От удара его откинуло через капот автомобиля на дорогу. В результате столкновения у него была повреждена нога, была вызвана скорая помощь и его доставили в больницу.

Вопреки доводам жалобы, показания потерпевшего согласуются с показаниями свидетелей М., С., С. и Т., которые выезжали на место дорожно-транспортного происшествия и в своих показаниях, в том числе данных и при их проверке на месте, подробно описали обстоятельства произошедшего, расположение транспортных средств на месте, что полностью соответствует составленной на месте схеме ДТП, протоколу осмотра места происшествия, в котором зафиксирована дорожная обстановка, наличие на осматриваемом участке автомобиля Шкода – Октавия и мотобуксировщика, у которых имеются механические повреждения.

Все эти сведения в полной мере подтверждаются неоднократными показаниями свидетеля Л., которая ДД.ММ.ГГГГ, около 17 часов, возвращаясь на автомобиле домой со стороны 

<

адрес>, на прямом участке дороги на третьем километре видела дорожно-транспортное происшествие, подробно описала расположение автомобиля Шкода и мотобуксировщика, лежащего на дороге С., у которого имелись телесные повреждения.

О виновности Кирий со всей очевидностью свидетельствуют заключения эксперта № 05/0124, 05/0125, 05/0513, 05/0514, 05/0726, согласно которым водителю автомобиля «Шкода – Октавия» для предотвращения столкновения с движущимся по его полосе движения мотобуксировщиком «Бурлак» необходимо было действовать в соответствии с требованием п. 10.1 (абз.2) ПДД РФ, то есть применить торможение без изменения траектории движения. При соблюдении указанного требования у водителя автомобиля «Шкода – Октавия» имелась техническая возможность предотвратить происшествие (т.1, л.д.231–232, 241–242, 248–249).

Результаты автотехнического экспертного исследования полностью согласуются с показаниями потерпевшего, других свидетелей, а также результатами осмотра места происшествия и транспортных средств. Выводы эксперта, изложенные в заключениях, содержат ответы на все поставленные перед ним вопросы, являются понятными и непротиворечивыми, а составленные им заключения полностью соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ.

С учетом исследованных в судебном заседании доказательств, суд обоснованно отверг показания, данные Кирий на предварительном следствии, а также доводы стороны защиты о виновности С. и ином месте дорожно-транспортного происшествия.

Все приведенные защитником в апелляционной жалобе доводы о несогласии с заключениями эксперта, их противоречивости, предоставлении эксперту недостоверных сведений, в том числе относительно скорости движения транспортных средств, утраты оптического диска, отражающего результаты осмотра места происшествия, необходимость назначения повторной экспертизы, оспаривание допустимости протокола осмотра места происшествия вследствие отсутствия в нем подписей участвующих лиц, предупреждения эксперта о даче заведомо ложного заключения, отражение в протоколе недостоверных сведений о координатах, обстановке места ДТП, сторонах света, судом первой инстанции надлежащим образом рассмотрены, в приговоре подробно проанализированы и обоснованно отвергнуты с приведением соответствующих мотивов, оснований для сомнений в правильности которых суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Так, из протокола осмотра мета происшествия, показаний потерпевшего С., свидетелей С., М., Т., Л., данных ими при проверке показаний на месте, достоверно установлено, что дорожно-транспортное происшествие имело место на 3 километре 

<

адрес>. Указание в протоколе на место происшествия на 4 километр автодороги 

<

адрес> является технической ошибкой, данное противоречие устранено в судебном заседании путем допроса потерпевшего и свидетелей. Отсутствие на видеозаписи с видеорегистратора служебного автомобиля ГИБДД сведений об осмотре километрового столба, к которому производилась привязка в производимых замерах, о недопустимости протокола осмотра места происшествия не свидетельствует, так как на видеозаписи не зафиксированы обстоятельства проведения осмотра места происшествия, а отражены события, имевшие место непосредственно в автомобиле. 

Как правильно указал суд в приговоре, отсутствие в протоколе осмотра места происшествия подписей сотрудников ГИБДД М. и Т., подтвердивших свое участие в осмотре места происшествия, также не может являться основанием для признания указанного протокола недопустимым доказательством. Протокол составлен и подписан уполномоченными должностными лицами, в соответствии с требованиями уголовно–процессуального закона. При осмотре применялась фотосъемка специалистом (экспертом) С., которому перед осмотром разъяснялись права и обязанности, предусмотренные ст.57,58 УПК РФ. Разъяснение специалисту (эксперту) иных положений уголовно-процессуального закона при осмотре места происшествия не требуется.

Суд обоснованно не нашел оснований сомневаться в выводах исследованных в судебном заседании заключений эксперта и правильно признал несостоятельными доводы стороны защиты о предоставлении эксперту недостоверных данных.

Отсутствие в материалах дела оптического диска, который предоставлялся эксперту на исследование, не является основанием для признания проведенных по делу автотехнических судебных экспертиз недопустимым доказательством. Из заключений следует, что содержащаяся на оптическом диске информация о дорожной обстановке на месте дорожно – транспортного происшествия экспертом была изучена, и на основании исследованных данных им были сделаны соответствующие выводы. 

Оснований для назначения повторной судебной автотехнической экспертизы суд первой инстанции не усмотрел, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции. Конкретных оснований, безусловно свидетельствующих о необходимости назначении по делу дополнительной или повторной судебных экспертиз, предусмотренных ст. 207 УПК РФ, защитой не приведено. Заключения эксперта основаны на представленных ему исходных данных, имеющихся в материалах дела, в том числе пояснений участников происшествия об обстоятельствах дела, скорости автомобиля и мотобуксировщика, иных документов.

Все указанные выше и другие приведенные в приговоре доказательства отвечают требованиям достаточности и допустимости, и в своей совокупности подтверждают вину Кирий в совершении инкриминируемого ему преступления, противоречий не содержат, дополняют друг друга и предположениями не являются. 

Нарушение водителем автомобиля «Шкода-Октавия» Кирий, требований Правил дорожного движения РФ, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью С. является обстоятельством, установленным на основании совокупности фактов. Совершенное деяние в приговоре описано и обосновано выводами суда, квалификация действий Кирий по ч.1 ст.264 УК РФ основана на правильной оценке исследованных доказательств.

Судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением требований закона, принципа состязательности и равноправия сторон, беспристрастно, на основе представленных сторонами доказательств. При этом всем участникам судебного разбирательства была предоставлена возможность реализации предусмотренных законом прав в соответствии с положениями УПК РФ. Нарушений председательствующим прав участников уголовного судопроизводства, а также предвзятости и необъективности суд апелляционной инстанции не усматривает. Все заявленные ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке. Данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется.

При назначении Кирий наказания за содеянное, суд учёл характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, влияние наказания на его исправление.

Определяя вид и размер наказания суд в качестве смягчающего обстоятельства признал оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове медицинской помощи, возраст виновного. 

Суд обоснованно не нашел оснований для признания смягчающим обстоятельством противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, надлежаще мотивировав свой вывод в приговоре.

Учитывая все обстоятельства, суд назначил Кирий наказание в виде ограничения свободы, от которого последний был освобожден в связи с истечением срока давности уголовного преследования. 

Оснований для отмены или изменения приговора по доводам апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

Приговор Няндомского районного суда Архангельской области от 9 апреля 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Антуфьева Е.В. – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Председательствующий А.С. Шпанов