Дело № 2-3146/2019 26 декабря 2019 г. 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Магаданский городской суд Магаданской области в составе:

председательствующего судьи Благодёровой А.Н., 

при секретаре Рычиной Е.В., 

с участием истца ФИО1, 

представителей ответчика ФИО2, ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане в помещении Магаданского городского суда Магаданской области гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Крепость» о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, возмещении расходов на медицинский осмотр,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Магаданский городской суд с иском к ООО «ЧОП «Крепость» о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск (л.д.12). 

В обоснование требований указал, что в период с 1 мая 2016 г. по 25 сентября 2019 г. состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работал в должности охранника 6 разряда. 

При увольнении получил компенсацию за 43,3 дня неиспользованного отпуска, хотя фактически не использовал 95,65 дней. 

Просит взыскать с ответчика неначисленную сумму компенсации за неиспользованный отпуск в размере 84 611 рубля 15 копеек, за вычетом НДФЛ взыскать 73 611 рублей 70 копеек, а также проценты за задержку выплаты с 25 сентября 2019 г. по день фактического расчета. 

В период рассмотрения дела истец увеличивал и уменьшал размер требований, окончательно просит взыскать с ответчика компенсацию затрат на прохождение периодической проверки и медицинских осмотров в размере 5 082 рубля, заработную плату в размере 3 666 070 рублей 75 копеек, а также проценты за каждый день просрочки выплаты (л.д. 25- 26, 193-195).

В обоснование требований указал, что охранник должен ежегодно подтверждать свою квалификацию на право исполнения своей трудовой функции с огнестрельным оружием. В 2018 г. такая процедура оплачена им из своих средств, работодателем не возмещена. 

Кроме этого, в период работы его условия труда отличались от нормальных, он работал в ночную смену, в праздничные дни и сверхурочно, однако оплата за эту работу в ночное время, сверхурочно и в праздничные дни не производилась.

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении требований в полном объеме. Полагал, что срок обращения в суд им не пропущен, поскольку трудовой договор при приеме на работу выдан не был, со сведениями о размере и составных частях заработной платы его не ознакомили.

Представители ответчика в удовлетворении требований просили отказать, настаивая на том, что окончательный расчет с истцом произведен в полном объеме, в том числе произведена компенсация за неиспользованный отпуск, недоплаченные суммы выплачены в полном объеме с учетом работы в ночное время и сверхурочно. Настаивали на применении последствий пропуска срока обращения с иском в суд. 

Выслушав пояснения истца, представителей ответчика, исследовав представленные в дело письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В силу требований статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В соответствии со статьей 122 Трудового кодекса Российской Федерации оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней (статья 115 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 321 Трудового кодекса Российской Федерации кроме установленных законодательством ежегодных основного оплачиваемого отпуска и дополнительных оплачиваемых отпусков, предоставляемых на общих основаниях, лицам, работающим в районах Крайнего Севера, предоставляются дополнительные оплачиваемые отпуска продолжительностью 24 календарных дня.

В соответствии с частью 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Частью 1 статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. 

В судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО1 работал в ООО «ЧОП «Крепость» в период с 1 мая 2016 г. по 25 сентября 2019 г. в должности охранника 6 разряда.

Окончательный расчет при увольнении произведен с истцом 25 сентября 2019 г. 

Из материалов дела следует, что 1 мая 2016 г. ООО ЧОП «Крепость» и ФИО1 заключили трудовой договор.

В соответствии с пунктами 6.1, 7 трудового договора ФИО1 предоставляется отпуск в соответствии с трудовым законодательством РФ, оплата труда устанавливается штатным расписанием с учетом выполняемой работы и отработанного времени.

Режим работы устанавливается в соответствии с графиком на охраняемом объекте (пункт 5.1), началом работы считается момент заступления на службу в час, установленный Правилами внутреннего трудового распорядка организации и графиком работы, а окончание – момент освобождения от выполнения от служебных обязанностей (пункт 5.4).

Согласно пункту 5.1.1 Правил внутреннего трудового распорядка ООО ЧОП «Крепость» для работников, режим которых определяется графиком сменности, устанавливается трехсменный режим работы согласно графику сменности. Начало рабочего дня в 9-00 часов, окончание в 9-00 часов следующих суток. Перерывы на обед и отдых с 13-00 до 14-00, с 18-00 до 19-00, с 05-00 до 06-00 часов.

Установлен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом один месяц.

Порядок чередования работников по сменам устанавливается графиком сменности.

Пунктом 5.6. Правил внутреннего трудового распорядка для работников установлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней и дополнительный ежегодный оплачиваемый отпуск за работу в РКС 24 календарных дня.

В соответствии с пунктами 3.1., 3.3 Положения об оплате труда и премировании работников, утвержденного директором ООО «ЧОП «Крепость» 28 декабря 2018 г., выплата заработной платы производится 2 раза в месяц: 16 числа расчетного месяца (аванс) и 1 числа месяца, следующего за расчетным (окончательный расчет). Заработная плата перечисляется на банковские карточки сотрудников по реквизитам, указанным в трудовых договорах.

Рассматривая требование истца о взыскании заработной платы за работу в ночное время, сверхурочно и в праздничные дни за период с 1 мая 2016 г. по 25 сентября 2019 г. в размере 3 666 070 рублей 75 копеек, суд приходит к следующему.

Согласно штатному расписанию, введенному в действие с 1 января 2019 г., охранникам установлена тарифная ставка в размере 47, 72 рубля, районный коэффициент 33,40 рублей, северная надбавка 38,18 рублей (л.д. 156).

В разделе 6 Положения об оплате труда и премировании работников установлены виды и размеры доплат, надбавок, премий, иных выплат.

За работу в ночное время с 22 часов до 6 часов установлена доплата в размере 20% часовой тарифной ставки; за сверхурочную работы за первые 2 часа – в полуторном размере от часовой ставки, за последующие часы сверхурочной работы – в двойном размере часовой ставки; за работу в выходные и праздничные дни - в двойном размере часовой ставки.

Данные условия локального акта ответчика не противоречат гарантиям, установленным статьями 152, 153, 154 Трудового кодекса Российской Федерации.

Истец пояснил в судебном заседании, что производил расчет причитающихся ему выплат самостоятельно, не зная о размере своей тарифной ставки или оклада.

Суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании недополученной заработной платы в заявленном размере, исходя из представленных истцом расчетов, основаны на неверном применении положений Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующих порядок установления суммированного учета рабочего времени, оплаты за сверхурочную работу, работу в ночное время, праздничные дни, исходя из следующего. 

Статьей 99 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

В соответствии с частью 1 статьи 104 Трудового кодекса Российской Федерации, когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная для данной категории работников ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать одного года. Порядок введения суммированного учета рабочего времени устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка.

Обязанность работодателя вести учет времени, фактически отработанного каждым работником, предусмотрена положениями статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации.

Документом, подтверждающим количество отработанного работником времени, является табель учета рабочего времени, который составляется уполномоченным лицом в одном экземпляре и является основанием для начисления заработной платы.

Ответчик, в нарушение требований части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представил суду доказательства выплаты истцу заработной платы в полном объеме за период с 2016 по 2018 годы, в том числе штатные расписания, графики сменности, табели учета рабочего времени, ссылаясь на отсутствие у него таких документов в связи со сменой собственника. 

Вместе с тем истец не оспаривает, что заработную плату, указанную в справках формы 2-НДФЛ он получал в полном объеме. 

Количество отработанных истцом смен и часов в спорный период также не являются предметом спора, расчеты сторон в указанной части совпадают.

Заявляя требование о взыскании заработной платы, истец полагает, что при расчете заработка ответчиком не была учтена его работа в ночное время, сверхурочно и в праздничные дни.

На основании протокольного определения суда ответчиком произведен расчет подлежащих истцу начислений с учетом фактически отработанного времени за период 2018-2019 годы с учетом праздничных дней, ночных смен и сверхурочной работы (л.д. 230-233).

Представленный ответчиком расчет судом проверен и признан арифметически верным. 

Сравнив указанный расчет с фактически начисленными суммами, указанными в справке формы 2-НДФЛ за 2019 г., суд установил, что в январе, феврале и апреле 2019 г. истцу была выплачена заработная плата в большем размере, чем полагалось с учетом установленного размера часовой ставки и отработанных смен, а в марте, июне, июле и августе 2019 г. – выплачена не в полном объеме, поэтому с учетом произведенных переплат разница работодателем доначислена и выплачена в сентябре 2019 г. 

Вместе с тем при окончательном расчете за 2019 г. ответчиком не были учтены положения локального акта в части оплаты труда в двойном размере за работу в праздничные дни, недоплаченная сумма составила 0 рублей 09 копеек. 

Поскольку какие-либо сведения о размере тарифной ставки, установленной истцу в 2018 г. сторонами суду не представлены, сведения о том, что тарифная ставка в 2019 г. отличалась от ставок, действовавших в предыдущие периоды работы истца, расчет подлежащих истцу начислений в 2018 г. произведен из тарифной ставки, которая действовала в 2019 г. 

Из расчета подлежащей истцу начислению заработной платы в 2018 г. и фактически начисленной, указанной в справке формы 2-НДФЛ за 2018 г. следует, что заработная плата истцу выплачена не в полном объеме.

В частности за ноябрь 2018 г. истцу недоплачено 7 199 рублей 70 копеек (41682,7-34483).

Представитель ответчика настаивал на применении последствий пропуска срока обращения с иском в суд.

Рассматривая заявление ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, суд приходит к следующему. 

В силу части 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

О размере начисленной и выплаченной заработной платы истцу было известно ежемесячно в дни получения заработной платы. 

При этом истец не оспаривал, что о размере начисленных сумм в период работы ему было известно в том числе из предоставляемых работодателем справок формы 2-НДФЛ.

Однако с требованием о взыскании недоплаченной заработной платы в суд ФИО1 обратился только 20 ноября 2019 г. (л.д.25-26, 68-69), то есть с пропуском годичного срока, установленного частью 2 статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, в отношении периода с 1 мая 2016 г. по 31 октября 2018 г. 

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Такие обстоятельства судом не установлены, а доводы истца о том, что срок не пропущен являются ошибочными, поскольку течение срока обращения с иском в суд по спорам о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат начинается со дня установленного срока выплаты заработной платы, в данном случае с 1 числа каждого месяца.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которого истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске, исковые требования имущественного характера, относящиеся к периоду работы истца у ответчика с 1 мая 2016 г. по 31 октября 2018 г. удовлетворению не подлежат.

В соответствии с частью 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при установлении судом факта пропуска срока исковой давности без уважительных причин принимается решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

При таких обстоятельствах требования истца о взыскании заработной платы подлежат удовлетворению за период с 1 ноября 2018 г. по 25 сентября 2019 г. в размере 7 199 рублей 79 копеек (0,09+7199,70).

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск в размере 84 611 рубля 15 копеек, суд приходит к следующему.

За период работы в ООО «ЧОП «Крепость» с 1 мая 2016 г. по 25 сентября 2019 г. истцом заработан отпуск в количестве 178 (52+52+52+22) календарных дней. 

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что в период работы приказом от 31 июля 2018 г. № 49 ФИО1 был предоставлен отпуск продолжительностью 52 календарных дня.

По утверждению истца в 2017 г. он использовал 30 календарных дней отпуска.

При таких обстоятельствах истцу подлежала выплате компенсация за неиспользованные 96 (178-82) календарных дней отпуска.

Истцу при увольнении выплачена компенсация за 43 дня, в связи с чем доводы истца о нарушении его права на получение компенсации за неиспользованные дни отпуска в полном объеме при увольнении нашли свое подтверждение.

В пользу истца подлежит взысканию компенсация за неиспользованные 53 (96-43) дня отпуска.

В нарушение требований части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, подтверждающие, что истцом был использован отпуск в количестве, превышающем 82 дня, и ему полагалась компенсации за 43 дня ответчик суду не представил.

Таким образом размер компенсации за неиспользованный отпуск составляет 88 042 рубля 86 копеек (466793,30/281х53). 

В силу положений статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. 

При таких обстоятельствах с ответчика следует взыскать компенсацию за неиспользованные истцом 53 календарных дня отпуска в пределах заявленных истцом требований в размере 84 611 рублей 15 копеек, из указанной суммы ответчику надлежит произвести предусмотренные законом удержания.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд с указанным требованием являются несостоятельными, поскольку не основаны на части 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Истец вправе был рассчитывать на получение денежной компенсации за неиспользованные дни отпуска при увольнении, следовательно о нарушенном праве узнал 25 сентября 2019 г., получив окончательный расчет, с требованием о взыскании спорной суммы обратился в суд 30 сентября 2019 г. 

Требования истца в указанной части подлежат удовлетворению в заявленном размере.

Истец также просит взыскать с ответчика компенсацию затрат на прохождение периодической проверки и медицинских осмотров в 2018 году в размере 5 082 рубля.

В силу положений пункта 3.2 Устава ООО «ЧОП «Крепость», одним из основных видов деятельности Общества является охрана имущества.

В соответствии со статьей 12 Закона от 11 марта 1992 г. № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» частные охранники обязаны ежегодно проходить медицинское освидетельствование на наличие или отсутствие заболеваний, препятствующих исполнению обязанностей частного охранника. Медицинские заключения об отсутствии медицинских противопоказаний к исполнению обязанностей частного охранника передаются частной охранной организацией в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в сфере частной охранной деятельности, или его территориальный орган, выдавшие лицензию на осуществление частной охранной деятельности.

Статьей 11.1 указанного Закона установлено, что частный охранник работает по трудовому договору с частной охранной организацией, и его трудовая деятельность регулируется трудовым законодательством и названным Законом.

Согласно части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, организовывать за счет собственных средств проведение, в частности, обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических (в течение трудовой деятельности) медицинских осмотров, других обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований работников.

Статьей 213 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено обязательное прохождение медицинских осмотров некоторых категорий работников.

Предусмотренные указанной статьей медицинские осмотры и психиатрические освидетельствования осуществляются за счет средств работодателя.

Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 12 апреля 2011 г. № 302н утверждены перечни вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования).

В Перечень работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования) работников включены работы в ведомствах и службах, которым разрешено ношение оружия и его применение (пункт 7 Перечня, приложение № 2 к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 12 апреля 2011 г. № 302н).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 сентября 2002 г. № 695 утверждены Правила прохождения обязательного психиатрического освидетельствования работниками, осуществляющими отдельные виды деятельности, в том числе деятельность, связанную с источниками повышенной опасности (с влиянием вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов), а также работающими в условиях повышенной опасности.

Согласно пункту 3 данных Правил обязательное психиатрическое освидетельствование работника проводится с целью определения его пригодности по состоянию психического здоровья к осуществлению отдельных видов деятельности, а также к работе в условиях повышенной опасности, предусмотренных Перечнем медицинских психиатрических противопоказаний для осуществления отдельных видов профессиональной деятельности и деятельности, связанной с источником повышенной опасности, утвержденным постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 28 апреля 1993 г. № 377.

Работники ведомств и служб, которым разрешено ношение и применение огнестрельного оружия, включены в указанный Перечень.

В соответствии со статьей 12 Федерального закона от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии» выдача оружия работникам юридических лиц с особыми уставными задачами осуществляется по решению руководителей данных юридических лиц после прохождения указанными работниками соответствующей подготовки и при отсутствии у них оснований, препятствующих получению лицензии на приобретение гражданского оружия.

Положениями статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателя возложена обязанность отстранить от работы (не допускать к работе) работника, не прошедшего в установленном порядке обязательный медицинский осмотр, а также обязательное психиатрическое освидетельствование в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Таким образом, ФИО1 в силу закона обязан ежегодно проходить медицинское освидетельствование, а пункты 2.2.6 и 2.2.7 трудового договора истца не соответствуют приведенным в решении правовым нормам и в силу статьи 8 ТК РФ применению не подлежат.

Представитель ответчика не оспаривал, что отсутствие такого освидетельствования является основанием для отстранения от работы охранника, вместе с тем доказательства того, что работодателем была обеспечена возможность работнику пройти необходимые обследования ответчиком суду не представлены. 

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что 13 сентября 2018 г. ФИО1 заключил договор об оказании услуг по организации проведении периодической проверки с АНОПО Центр специальной подготовки «ЯГУАР». Стоимость услуги составляет 3 000 рублей (пункт 4 договора).

Чеком ПАО ВТБ от 13 сентября 2018 г. истцом подтверждено несение расходов в указанном размере.

Кроме этого истец произвел оплату в ГБУЗ «Магаданский областной наркологический диспансер» за осмотр врачом-психиатром-наркологом в размере 1067 рублей, в Поликлинике № 3 за медицинский осмотр в размере 1015 рублей, что подтверждается квитанциями и чеками. 

Стороны пояснили суду, что на основании заявления истца о компенсации ему понесенных расходов, в том числе на прохождение проверки и медицинского осмотра в 2016, 2017, 2018 годах, ответчиком 25 мая 2019 г. были возмещены понесенные истцом расходы на прохождение периодической проверки и медицинского осмотра в 2016 г. и в 2017 г. Оплата указанных расходов за 2018 г. не произведена без объяснения причин.

Таким образом, получив частичное удовлетворение требования, изложенного в заявлении, без письменного мотивированного отказа в оставшейся части истец вправе был рассчитывать на получение указанного возмещения при увольнении.

Требования истца в указанной части подлежат удовлетворению в полном объеме.

Рассматривая требование истца о взыскании процентов за просрочку выплат спорных сумм, суд приходит к следующему.

Статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Из приведенных положений статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что материальная ответственность работодателя в виде выплаты работнику денежной компенсации наступает только при нарушении работодателем срока выплаты начисленной работнику заработной платы, других причитающихся работнику денежных средств.

В ходе рассмотрения дела из пояснений сторон судом установлено, что спорные суммы в период работы истца не начислялись к выплате, а начисленные суммы выплачены истцу в полном объеме.

При таких обстоятельствах отсутствуют основания для взыскания в пользу истца компенсации, предусмотренной статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

На основании статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 106 рублей 79 копеек за требования имущественного характера. 

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие Крепость» о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, возмещении расходов на медицинский осмотр, удовлетворить частично. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЧОП «Крепость» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 1 ноября 2018 г. по 25 сентября 2019 г. в сумме 7 199 рублей 79 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 84 611 рублей 15 копеек, произведя предусмотренные законом удержания.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЧОП «Крепость» в пользу ФИО1 компенсацию расходов на периодическую проверку и медицинский осмотр в размере 5 082 рубля.

В удовлетворении остальной части требований истцу отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЧОП «Крепость» в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственную пошлину в размере 3 106 рублей 79 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить дату принятия решения в окончательной форме – 9 января 2020 г. 

Судья А.Н. Благодёрова