№2-33/2025

61RS0001-01-2023-005419-30

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 декабря2025 года г. Ростов-на-Дону

Ворошиловский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе

председательствующего судьи Алексеевой О.Г.,

с участием помощника прокурора Пенской А.С.,

при секретаре судебного заседания Пятницыной В.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Ростов-на-Дону», третьи лица: ФИО2, ООО «Воксель-61», о возмещении вреда, причиненного здоровью и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском, указав, что ... хирург-стоматолог поликлиники № 3 ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Ростов-на-Дону» ФИО2 удалил истцу здоровый зуб без ее согласия.

... истцом была направлена претензия в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Ростов-на-Дону», после чего она была приглашена на консилиум, в результате которого было принято решение об изготовлении истцу, за счет средств ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Ростов-на-Дону», временного частичного съемного флекс-нейлонового протеза и проведении через 3-6 месяцев КТ исследования для решения вопроса о дальнейшем протезировании.

В декабре 2020 года истцу был изготовлен временный протез. Истца не устроило качество протеза, при этом ортопед в грубой форме отказался его переделывать.

ФИО1 несколько раз звонила в приемную и пыталась записаться на прием к руководителю, однако ей никто не перезвонил.

... истцом была направлена повторная претензия с требованием возместить вред, причиненный здоровью и выплатить компенсацию морального вреда, однако ответ на данную претензию истец не получила.

Истец указывает на то, что после удаления здорового зуба она постоянно испытывала физические страдания, поскольку вынуждена лечить зубы без анестезии, так как произошедшее полностью подорвало ее доверие к врачам-стоматологам. Так же истец была вынуждена пройти курс лечения у психолога, пытаясь избавиться от данной фобии, так как необходимая установка имплантантов на место удаленных зубов невозможна без анестезии.

Истец полагает, что из-за некачественной медицинской помощи, оказанной работником ответчика, она лишилась здорового зуба, который не собиралась удалять.

На основании изложенного ФИО1 просила взыскать с ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г.Ростов-на-Дону» 300 000 руб. в счет возмещения вреда, причиненного здоровью и компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

Протокольным определением суда от ... ООО «Воксель-61» привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала, просила удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на доводы, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Представитель истца ... действующий на основании доверенности, в судебном заседании заявленные истцом исковые требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на доводы, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Ростов-на-Дону» ... действующий на основании доверенности, в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, просил отказать в удовлетворении в полном объеме. При этом указал, что позиция ответчиков подтверждается выводами проведенной по делу судебной экспертизы, которая является безусловным доказательством, подтверждающим, что со стороны ответчика отсутствует факт оказания медицинских услуг ненадлежащего качества.

Подтвердил факт того, что в ходе хирургического лечения имелись все показания для удаления зуба 2.8. Выводы врача ФИО2 о необходимости удаления зуба 2.8 основывались, в том числе, на снимке конусно-лучевой компьютерной томографии, выполненном высокоточным центром рентген диагностики ООО «Воксель-61». В стоматологической карте истца имеется информированное добровольное согласие пациента на стоматологическое хирургическое лечение.

Третьи лица ФИО2, ООО «Воксель-61» в судебное заседание не явились, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся третьих лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Помощник прокурора Пенская А.С. в своем заключении полагала исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Статья 41 Конституции РФ к числу основных прав человека относит право на охрану здоровья.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п. 9 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В ст. 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5, 6, 7 статьи 4 названного закона).

Согласно ч. 2 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пунктом 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 ГК РФ (статьи 1064 - 1101).

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда - вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу п. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В подп. «б» п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. При доказанности потерпевшим, имеющим право на бесплатное получение необходимых ему в связи с причинением вреда здоровью видов помощи и ухода, факта невозможности получения такого рода помощи качественно и своевременно на лицо, виновное в причинении вреда здоровью, или на лицо, которое в силу закона несет ответственность за вред, причиненный здоровью потерпевшего, может быть возложена обязанность по компенсации такому потерпевшему фактически понесенных им расходов.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п. 2 ст. 151 Гражданского кодекса РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В соответствии с п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вред» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Судом установлено и из материалов дела следует, что ... между сторонами заключен договор № на оказание медицинской услуги по ультразвуковому удалению наддесневых и поддесневых зубных отложений в области зуба. (л.д.50-53)

... между сторонами заключен договор № на оказание следующих медицинских услуг: инфильтрационная анестезия в стоматологии, удаление четырех зубов, наложение шва на слизистую оболочку рта. (л.д.44-47)

... истцу ФИО1 в стоматологическом отделении ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Ростова-на-Дону» были оказаны следующие медицинские услуги: профессиональная гигиена зубов полости рта; под инфильтрационной анестезией артикаина 4% - 5.1мл 1:200.00, удаление корней 2.2, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, ревизия и кюретаж лунок, выскабливание патологических грануляций, рана ушита кетгутом, гемостаз, что подтверждается данными медицинской карты № от ... (л.д.56-71)

Истец, указывая, что врач удалил без ее согласия зуб, удаление которого не планировалось и который ее никак не беспокоил, направила ответчику претензию о компенсации морального вреда. (л.д.12)

По результатам проведенного консилиума от ... истцу было рекомендовано на период заживления лунок удаленных зубов: 2.2, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8 изготовить на верхнюю челюсть частичный съемный флекс – нейлоновый протез с искусственными зубами по месту 1.4, 1.5, 2.2, 2.4, 2.5, удерживаемый пилотными кламмерами. Сроком на 3-6 месяцев, по клинической ситуации течения процесса; КЛКТ верхней и нижней челюстей для оценки качества и количества костной ткани резидуальных альвеолярных отростков, состояния слизистой ВЧС для принятия решения о дальнейшем протезировании.

Также, принято решение все вышеперечисленные рекомендации реализовать за счет средств «Центра стоматологии и имплантологии» ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» г. Ростов-на-Дону. (л.д.43-43а)

О результатах проведенного консилиума истцу также было сообщено в ответе на претензию. (л.д.72-73)

Как указывает истец, качество оказанных медицинских услуг, в рамках принятого на консилиуме решения, ее не устроило.

... истцом направлена повторная претензия, в которой она просила возместить вред здоровью и выплатить компенсацию морального вреда, которая была оставлена без удовлетворения (л.д.11)

... определением Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».

Однако настоящее гражданское дело было возвращено в адрес суда без проведения указанной экспертизы, поскольку дать заключение по поставленным вопросам экспертам учреждения не предоставляется возможным, в связи с большой загруженностью учреждения.

... определением Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам БУЗ ВО «Воронежское областное бюро СМЭ».

Однако настоящее гражданское дело было также возвращено в адрес суда без проведения указанной экспертизы, поскольку дать заключение по поставленным вопросам экспертам учреждения не предоставляется возможным, в связи с большой загруженностью учреждения.

... определением Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1. С учетом имеющейся в материалах дела медицинской документации (с учетом результатов конусно-лучевой компьютерной томографии, выполненной ООО «Воксель-61») определить, в каком состоянии находился зуб 2.8 и окружающие его ткани на момент оказания медицинской помощи в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Ростов-на-Дону» гражданке ФИО1 ....

2. С учетом ответа на первый вопрос, определить имелись ли медицинские показания для удаления зуба 2.8 при оказании медицинской помощи в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Ростов-на-Дону» гражданке ФИО1 ...?

3. Правильно ли проведены хирургические манипуляции при удалении зуба 2.8 гражданке ФИО1 в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Ростов-на-Дону» ...?

4. Какие возможные неблагоприятные последствия могли наступить для гражданки ФИО1 при сохранении зуба 2.8 и неоказании стоматологического вмешательства в полном объеме в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Ростов-на-Дону» ...?

5. Причинен ли вред здоровью гражданке ФИО1 в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Ростов-на-Дону» при оказании медицинской помощи ...? Если да, то какова степень его тяжести?

6. Какие необходимо провести манипуляции для восстановления 28 зуба и возможно ли его восстановление путем имплантации?

7. Была ли необходимость внепланового удаления зуба 28 при плановом удалении зубов 22, 25, 26, 27?

8. Имеются ли на КТ данные подтверждающие наличие каких-либо показаний для внепланового удаления 28 зуба?

Согласно поступившему из ГБУ Ростовской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» заключению №-пк от ... эксперты дали ответы на поставленные судом вопросы, при этом в выводах указали следующее.

На момент экспертного осмотра пациентки ФИО1 зуб 2.8 был удален. Оценка состояния зуба 2.8 проводилась только на основании данных рентгенологического исследования.

Зуб 2.8 ранее был лечен эндодонтически. Качество пломбирования корневых каналов 2.8 зуба оценивалось по данным компьютерной томограммы, выявившей неполноценное пломбирование корневых каналов (канал не запломбирован до верхушки). Наличие хронического очага деструкции костной ткани в области верхушки корня свидетельствует о хроническом апикальном периодонтите. Состояние тканей пародонта невозможно оценить вследствие отсутствия 2.8 зуба на момент проведения экспертизы. На основании имеющихся данных можно говорить о наличии у ФИО1 хронического апикального периодонита 2.8 зуба.

Хронический апикальный периодонтит - воспаление ткани периодонта в области верхушки корня. Причиной его возникновения может стать попадание инфекционных агентов с их распространением в окружающие ткани зуба, вызывая дальнейшее разрушение тканей периодонта и костной ткани.

У ФИО1 на момент удаления 2.8 имелся хронический очаг инфекции в следствии ранее некачественного лечения корневых каналов, что, с учетом объема предполагаемого протезирования, являлось показанием для его удаления.

Перелечивание корневых каналов третьих моляров верхней челюсти представляют определенные сложности, обусловленные анатомическими особенностями данных зубов. Моляры верхней челюсти известны большим разнообразием в строении корневых каналов: помимо основных каналов могут иметься дополнительные; каналы могут сливаться в один на разных уровнях; корни верхних третьих моляров часто имеют искривления в разных плоскостях особенно в нижней трети. Лечение третьих моляров также существенно усложняется из-за трудностей доступа и плохой видимости. Обеспечить прямой доступ к устьям каналов очень сложно вследствие дистального расположения зуба особенно если они имеют более щечное направление, что и было у ФИО1

При исследовании медицинской карты № от ... на имя ФИО1 эксперты пришли к выводу, что при удалении 2.8 зуба гражданке ФИО1 в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД- Медицина» города Ростов-на-Дону» ... хирургические манипуляции были поведены правильно.

При этом эксперты указали, что наличие хронического очага воспаления в области 2.8 создавало риск распространения инфекции, что могло привести к множеству осложнений, таких как дезинтеграции имплантата в области 2.7 зуба (при планировании его установки), а так же распространению инфекции на мягкие ткани, костную ткань.

Критериев причинения вреда здоровью ФИО1 в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Ростов-на-Дону» при оказании ей медицинской помощи ..., экспертами не установлено.

Эксперты указали, что в большинстве случаев имплантат в области 1.8 или 2.8 или 3.8 ставить не обязательно, решение зависит от множества факторов: минимальная функциональная нагрузка 2.8 зуба (расположение его последним в ряду - практически не участвует в акте жевания, его нагрузка минимальна; жевательная эффективность не снижается при отсутствии данного зуба); отсутствие эстетического дефекта (не виден при улыбке); риски и сложность операции (установка имплантата в дистальном отделе челюсти технически сложнее, выше риск развития осложнений); сложность гигиены так как чистка коронки в области 2.8 зуба, что повышает риск периимплантита; высокая стоимость имплантата. В основном процедуру имплантации заканчивают на седьмом зубе. В данном случае имелась необходимость удаления 2.8 зуба, так как в области 2.8 зуба имелся хронический очаг воспаления, что не могло не сказаться на полноценном восстановлении в зоне 2.2-2.7 зубов при дальнейшей имплантации.

По мнению судебных экспертов, чаше всего единственной причиной решения установки имплантата в области 2.8 зуба, является наличие сохранной костной ткани в этой области и отсутствие недостаточной костной ткани в области 26-27 зубов. И это может быть только мостовидная конструкция на импланте в области 2.8 зуба и имплантов в области 2.2-2.4 зубов во избежание травматически сложной операции.

Оценивая целесообразность сохранения третьих моляров с периапикальным очагом воспаления необходимо учитывать, что согласно данных литературы даже качественное повторное эндодонтическое лечение, ревизия подобных зубов не гарантирует полной стерилизации инфекции из корневых каналов, полноценного восстановления костной ткани в области очага деструкции.

Из-за того, что у ФИО1 после удаления 2.2 и 2.4-2.7 зубов оставался 2.3 и 2.8 зубы на этой стороне, использовать в опору мостовидного протеза 2.8 зуб было нельзя из-за длительности конструкции и дальнейшей перегрузки. В большинстве случаев целесобразнее удалить такой зуб особенно если он не несет функциональной нагрузки.

По данным КТ 2.8 зуба каналы были запломбированы не до верхушки, канал не был запломбирован на всем протяжении, имелся хронический очаг инфекции. Из-за дистального расположения зуба имелись объективные сложности доступа к корневым каналам, что существенно и усложнило процесс перелечивания корневых каналов. Указанное, с учетом объема планируемого протезирования, являлось показанием для внепланового удаления 28 зуба.

Так как в дальнейшем планировалась имплантация в зоне 2.3-2.7 зубов, сохранение зуба 2.8 вместе с очагом инфекции могло в будущем повлиять на окончательный итог имплантации, а именно на приживление самого имплантата. Согласно протоколу имплантологического восстановления отсутствующих зубов предложенного стоматологической ассоциацией России («Потеря зубов вследствие несчастного случая, удаления или локализованного пародонтита (Частичное отсутствие зубов, частичная вторичная адентия)» Утверждены Постановлением № Совета Ассоциации общественных объединений «Стоматологическая Ассоциация России» от ...) наличие хронического очага инфекции является противопоказанием для планирования, установки имплантатов в этой области. Вследствие этого 2.8 зуб необходимо было удалять.

В судебном заседании, истица, не согласившись с заключением судебной экспертизы, заявила ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы. При этом, в обоснование заявленного ходатайства и возражений относительно экспертного заключения, представила рецензию выполненную НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов».

Согласно рецензии НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов» № от ... заключение №-пк от ... произведено с многочисленными нарушениями действующего законодательства, методик проведения данного вида исследований, не является полным, всесторонним и объективным.

Суд, выслушав возражения истца и ее представителя, позицию представителя ответчика, принимая во внимание выводы, проведенной по делу судебной медицинской экспертизы, принимая во внимание, представленную истцом рецензию, пришел к выводу об отсутствии оснований для назначения повторной судебной экспертизы, ввиду следующего.

Заключение ГБУ РО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №-пк от ... содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является ясным, логичным, полным и последовательным.

Эксперты до начала производства экспертизы предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз образование, квалификацию, специальности, стаж работы.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что указанное заключение полностью соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона от ... № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Представленная истцом рецензия не может быть принята судом в качестве надлежащего доказательства порочности на заключение судебной экспертизы, поскольку указанные специалистами недостатки проведения судебно-медицинской экспертизы, по мнению суда, представляют собой их субъективное мнение и не являются основанием для признания заключения судебной медицинской экспертизы ненадлежащим доказательством.

Суд также принимает во внимание и то, что вышеуказанная рецензия на экспертное заключение выполнена исключительно по заказу стороны истца, при этом составлявшие рецензию лица не были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Также суд считает необходимым отменить, что рецензия выполнена рецензентами ФИО3, имеющей высшее юридическое образование, имеющей сертификаты соответствия по специальности «Правовая экспертиза», «Рецензирование судебных экспертиз и исследований», а также ФИО4, имеющим высшее медицинское образование, по специальности «Лечебное дело», юридическое образование, прошедшего переподготовку по программе «Судебно-медицинской экспертизы», «Основы судебной экспертизы». Таким образом, специалисты, составившие указанную рецензию, не имеют образования по профильной специальности, позволяющей делать выводы по качеству оказания медицинской помощи в области стоматология.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание, что дело было дважды возвращено из государственных экспертных учреждений, находящихся в иных регионах, в связи с загруженностью, а также отсутствием профильных специалистов экспертов, суд не нашел правовых оснований для удовлетворения ходатайства истца о проведении повторной экспертизы, поскольку сам по себе факт несогласия стороны с заключением судебной экспертизы, не является основанием для назначения повторной судебной экспертизы.

Оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь указанными выше нормами, принимая во внимание, что по данному делу юридически значимыми и подлежащими установлению с учетом правового обоснования заявленных исковых требований истицы, положениями Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", статей 151, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации и иных норм права, подлежащих применению к спорным отношениям, являлись выяснение обстоятельств, касающихся того, имелись ли дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 со стороны ответчика, в том числе, была ли оказана медицинская помощь в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи; наличие добровольного согласия гражданина на медицинское вмешательство; наличие причинно-следственной связи между оказанием (не оказанием) медицинской помощи ответчиком и негативными последствиями, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не представлено доказательств того, ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред, стороной истца доказательств, с достоверностью свидетельствующих о причинении вреда его здоровью проведенным ответчиком ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Ростов-на-Дону» лечением, не представлено, в связи с чем суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца о возмещении материального ущерба (вреда), причиненного повреждением здоровья.

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 29 Закона РФ "О защите прав потребителей" потребитель, в том числе медицинской услуги, при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь; возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Как следует из пункта 5 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинское вмешательство - выполняемые медицинским работником и иным работником, имеющим право на осуществление медицинской деятельности, по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности.

Необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи (часть 1 статьи 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии с частью 7 статьи 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от медицинского вмешательства содержится в медицинской документации гражданина и оформляется в том числе в виде документа на бумажном носителе, подписанного гражданином, одним из родителей или иным законным представителем, медицинским работником.

Порядок дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства, в том числе в отношении определенных видов медицинского вмешательства, форма информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и форма отказа от медицинского вмешательства утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1, 8 статьи 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи (часть 1 статьи 22 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно части 2 статьи 22 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" информация о состоянии здоровья предоставляется пациенту лично лечащим врачом или другими медицинскими работниками, принимающими непосредственное участие в медицинском обследовании и лечении.

Медицинская организация обязана предоставлять пациентам достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых лекарственных препаратах и о медицинских изделиях (пункт 6 части 1 статьи 79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из п. 1 ст. 10 Закона РФ "О защите прав потребителя", а также пп. "в" пунктов 14, 29 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ... №, при заключении договора по требованию потребителя и (или) заказчика им должна предоставляться в доступной форме информация о методах оказания медицинской помощи, связанных с ними рисках, возможных видах медицинского вмешательства, их последствиях и ожидаемых результатах оказания медицинской помощи.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. При этом правовыми основаниями для возмещения вреда являются не только неблагоприятные последствия для здоровья человека, но и нарушения прав граждан на качественную медицинскую помощь, как общие (своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата), так и частные, учитывающие критерии оценки качества специализированной медицинской помощи, а также права пациента на получение полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах видов медицинских вмешательств, включая лабораторные исследования, о последствиях этих медицинских вмешательств, в том числе о вероятности развития осложнений, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.

На исполнителей услуг, включая платные медицинские услуги, возложена обязанность доводить информацию об избранных методах лечения, возможных последствиях, ожидаемых результатах лечения, применяемых материалах, позволяющих осуществить выбор услуги, определить необходимость получения конкретной медицинской услуги либо отказаться от получения услуги, располагая сведениями о возможных результате и последствиях.

Оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь указанными выше нормами, учитывая, что как следует из материалов дела, медицинская карта истца не содержит информированное добровольное согласие пациента ФИО1 на стоматологическое хирургическое лечение и на удаление зуба 2.8, принимая во внимание характер причиненных потребителю нравственных и физических страданий вследствие оказанной медицинской помощи, продолжительность периода несения нравственных и физических страданий, исходя из требований разумности и справедливости, а также учитывая то обстоятельство, что после получения претензии истца, лечебным учреждением было принято решение о проведении комплекса мер (лечебных), направленных на удовлетворение претензий пациента, о чем было сообщено истцу в ответе на письменную претензию (л.д.72-73), определяет компенсацию морального вреда в размере 70 000 руб. Доказательств причинения физических и нравственных страданий, эквивалентных компенсации в более значительном размере, в частности, в заявленном размере, истцом не предоставлено.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Ростов-на-Дону», третьи лица: ФИО2, ООО «Воксель-61», о возмещении вреда, причиненного здоровью и компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина» г. Ростов-на-Дону» в пользу ФИО1 денежную сумму в размере 70000 рублей в счет компенсации морального вреда.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Ворошиловский районный суд ... в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья:

Мотивированное решение суда изготовлено ....