дело № 1-190/2019

24RS0004-01-2019-000718-91

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

пос. Березовка 09 сентября 2019 года

Красноярский край

Березовский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Вороновой Е.С.,

с участием:

государственного обвинителя в лице помощника прокурора Березовского района Красноярского края Аулова Н.С., 

потерпевшей ФИО1,

ее представителя в лице адвоката Первой Краевой коллегии адвокатов ФИО2, представившего ордер № 028753 от 29.05.2019 года и удостоверение № 1746,

подсудимого ФИО3,

защитника в лице адвоката Красноярской краевой коллегии адвокатов «Содружество» ФИО4, представившей удостоверение № 1598 и ордер № 005946 от 29.05.2019г.,

при секретаре Ленинг Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО3, родившегося 

<

дата> в 

<

адрес> Красноярского края, гражданина РФ, имеющего средне-специальное образование, невоеннообязанного, женатого, иждивенцев не имеющего, неработающего, пенсионера, проживающего и зарегистрированного по адресу: Красноярский край, 

<

адрес>61, несудимого; 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, будучи лицом, управляющим автомобилем, нарушил правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. Преступление совершено в 

<

адрес> Красноярского края при следующих обстоятельствах.

<

дата> около 18 часов 07 минут, водитель ФИО3, управляя личным технически исправным автомобилем марки «ВАЗ 210740», регистрационный знак , двигался по автодороге Р-255 «Сибирь» со стороны г. Канска в направлении г. Красноярска.

Проезжая в районе 848 км + 596,8 метра автодороги Р-255 «Сибирь» в 

<

адрес>, в нарушение требований п. 10.1 Правил дорожного движения РФ (ПДД РФ), обязывающего водителя вести транспортное средство «... учитывая.. . дорожные.. . условия.. . Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», водитель ФИО3 вел автомобиль со скоростью около 70 км/ч и при возникновении опасности по ходу его следования в виде лежащего на проезжей части автодороги пешехода ФИО5, после совершенного на него наезда автомобилем «Тойота Гранд Хайс», регистрационный знак №, которого он мог своевременно обнаружить, не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, вследствие чего допустил наезд на пешехода ФИО6, причинив телесные повреждения, от которых тот скончался на месте происшествия.

Причиной смерти ФИО6 явилась сочетанная тупая травма тела, осложнившаяся повреждением костей скелета и внутренних органов, с развитием травматического шока, что подтверждается морфологической картиной вскрытия.

При судебно-медицинской экспертизе на трупе обнаружены повреждения:

А) Открытая черепно-мозговая травма: множественные переломы костей свода и основания черепа, перелом костей лицевого скелета, очаги ушибов головного мозга, диффузно-очаговые субарахноидальные кровоизлияния, массивные кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы, множественные кровоподтеки и ссадины па голове.

Б) Закрытая тупая травма груди: правосторонние переломы ребер по нескольким анатомическим линиям с кровоизлияниями в области переломов, повреждением правого легкого реберными отломками, правосторонний гемоторакс (1000 мл жидкой крови), кровоподтеки и ссадины на туловище.

В) Множественные кровоподтеки и ссадины на верхних и нижних конечностях.

Указанные повреждения образовались прижизненно, в том числе, в условиях автодорожной травмы, механизм образования которой будет указан ниже. Существует прямая причинно-следственная связь между полученными телесными повреждениями и ДТП.

В данном случае все повреждения целесообразно расценивать в совокупности, и вред причиненный здоровью человека квалифицировать как тяжкий по признаку опасности для жизни в момент причинения (Приказ МЗ и CP РФ №П от 

<

дата>)

Учитывая характер повреждений, выявленных на трупе, также с учетом материалов дела можно следующим образом высказаться о механизме их образования (в вероятной форме). Повреждения в области левого плеча, левого коленного сустава, левой стопы могли образоваться при столкновении движущегося велосипедиста с передней частью автомобиля Тойота с последующим падением велосипедиста на автомобиль в области капота и ветрового стекла. Далее возможно отбрасывание тела или сбрасывания его с автомобиля на дорожное покрытие, той же частью тела, либо спиной с образованием ссадин и кровоподтеков на левой половине туловища и спине, имеющих полосы скольжения. Повреждения в области головы, а также повреждения, составляющие закрытую тупую травму груди, правой верхней конечности и передней поверхности живота могли образоваться при наезде движущегося легкового автотранспортного средства передним, вероятно левым, либо задним левым колесом на тело потерпевшего, находящегося в горизонтальном положении вероятно с направлением наезда со стороны головы, вдоль туловища с протаскиванием и вероятно вращением тела под автомобилем, либо рядом с ним.

Таким образом, водитель ФИО3, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, выразившихся в нарушении предписаний ПДД РФ, но без достаточных на то оснований, самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, по неосторожности причинил ФИО6 телесные повреждения, повлекшие смерть.

Нарушение водителем ФИО3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, (в ред. Постановления Правительства РФ от 27.08.2018 N 995) состоит в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

В судебном заседании подсудимый ФИО3 вину во вменяемом ему преступлении признал, суду пояснил, что 20.09.2018 года около 18-00 часов он вместе со своей женой ехал с дачи на принадлежащем ему технически исправном автомобиле ВАЗ-210740 по трассе Р-255 «Сибирь». Время суток было светлое, состояние дороги-сухой асфальт, видимость в направлении движения ограничивало светящее солнце. Неожиданно он увидел на дороге какое-то препятствие, как позже он узнал, это был лежащий на дороге потерпевший, при этом рядом валялся перевернутый велосипед. Увидев препятствие для своего движения, он нажал на тормоз, но какой-то голос в голове приказал ему отпустить тормоз и продолжить движение. Поскольку голос имел гипнотическую силу и воздействовал на него, он подчинился ему и продолжил движение, наехав на человека. Выйдя из автомобиля, он увидел, что вся голова потерпевшего в крови, при этом кто-то из толпы стоящих на обочине людей, закричал «он был живой, я говорил с ним». Он (ФИО7) узнал этот голос, это был тот самый голос, приказавший ему продолжить движение. Он понял, что водитель, первым совершивший наезд на велосипедиста, воздействовал на него. Ранее он никаких голосов внутри своей головы не слышал, считает произошедшее гипнозом.

Кроме признательных показаний ФИО3, его виновность в совершенном преступлении подтверждается показаниями потерпевшей и свидетелей и оглашенными в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ с согласия участников процесса показаниями неявившихся свидетелей, а также совокупностью письменных доказательств, исследованных в судебном заседании.

Так, допрошенная судом потерпевшая ФИО1 суду показала, что 20.09.2018 года утром она видела сына последний раз, он должен был идти к стоматологу, для чего отпросился с работы. Ближе к вечеру ей позвонил сотрудник полиции и сказал, что ее сын попал в ДТП в 

<

адрес>. Она поняла, что сын поехал к своему другу в 

<

адрес> на велосипеде, так как он постоянно участвовал в велопробегах. Через 1,5-2 часа после этого она приехала на место ДТП и увидела машину ФИО3 Погода в тот день была солнечная, ясная, на том участке дороге, где произошло ДТП широкая ровная дорога, препятствий для видимости нет. Несмотря на то, что после ДТП прошло значительное количество времени, ФИО3 не извинился перед ней, не просил прощение и не предпринимал мер к возмещению морального ущерба либо расходов за погребение.

Свидетель ФИО8 (жена подсудимого) суду показала, что 20.09.2018 года около 18-00 часов они с мужем возвращались с дачи, расположенной в д.Лопатино в пос.Березовка на принадлежащем мужу технически исправном автомобиле ВАЗ седьмой модели. Погода была ясная, дорога асфальтированная, ровная, дорожных работ не велось. Ее муж управляет автомобилем более 40 лет, является опытным водителем. В тот момент они двигались со скоростью около 60 км/ч. Она (ФИО7) дремала на переднем пассажирском сидении, когда почувствовала, что муж начал тормозить. Тогда она открыла глаза и увидела по ходу своего движения со своей стороны велосипед. Она закричала мужу, чтобы он остановился, так как подумала, что они могут столкнуться с велосипедом. Автомобиль сначала затормозил, но потом поехал дальше, и в этот момент она почувствовала, что автомобиль что-то переехал. Муж остановился и вышел из автомобиля, сказав ей, что они наехали на человека. До ДТП радио в машине не играло, никаких голосов она не слышала, ни до этого ДТП, ни после него, ее муж никогда не говорил ей, что слышит голоса. Считает, что причиной ДТП явилось ярко светящее в тот день солнце, которое ослепило ее мужа.

Из оглашенных в связи с отказом от дачи показаний в порядке ч.4 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО9 (сына подсудимого), следует, что 17.11.2018 года около 13 часов с участием его отца проводился следственный эксперимент с целью определения видимости конкретного препятствия на дороге в месте ДТП. Были созданы все условия, которые были на момент ДТП. Автомобиль был отодвинут от места, где лежал манекен, на расстояние, исключающее видимость, после чего автомобиль стал двигаться в направлении лежащего манекена. Первый понятой увидел препятствие в виде манекена на расстоянии 162,7 метра, второй на расстоянии 188,3 метра. Он (ФИО9) подтверждает, что на расстоянии 100 метров с рабочего места водителя отчетливо просматривался лежащий на проезжей части манекен, одетый в одежду черного и серого цвета (т. 1 л.д. 127-129). 

В судебном заседании свидетель ФИО3 пояснил, что впоследствии отец говорил ему, что его сильно ослепило солнце, поэтому он не увидел лежащего на дороге человека. Его отец также говорил, что слышал голос, который приказал ему отпустить тормоз. Ранее отец ничего подобного не говорил, в связи с чем он полагает, что это связано с возрастом отца.

Из оглашенных с согласия участников процесса в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО10 следует, что 20.09.2018 года около 18 часов он на своем автомобиле «Тойота Гранд Хайс» гос.номер двигался по автодороге Р-255 «Сибирь» со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. На переднем пассажирском сидении находилась его жена ФИО11 Время суток было светлое, осадков не было, проезжая часть была сухой. Проезжая часть в месте ДТП прямая, горизонтального профиля, асфальтированная, предназначена для движения в двух направлениях по одной полосе в каждом направлении, посередине дороги была нанесена хорошо видимая дорожная разметка, справа и слева от проезжей части располагалась обочина. Двигался со скоростью около 70 км/ч, на автомобиле был включен ближний свет фар, дорога в месте ДТП прямая на значительном расстоянии, поэтому видимость в направлении движения была ограничена линией горизонта. Двигался он посередине своей полосы движения. Проезжая в районе 849 км он увидел впереди себя на значительном расстоянии во встречном направлении по левой, относительно его движения, обочине, велосипедиста, который двигался прямолинейно по обочине. Когда расстояние между ним и велосипедистом составляло не более 15 метров, неожиданно велосипедист стал двигаться по диагонали через проезжую часть, ускоряясь при этом. Он сразу применил торможение, нажал на звуковой сигнал и стал отворачивать вправо к обочине, но велосипедист пересек встречную для него (ФИО10) полосу движения и выехал на его полосу движения, отвернув немного левее относительно своего движения. В этот момент расстояние до велосипедиста составляло не более 10 метров. Увидев изменение траектории движения велосипедиста, он (ФИО10) отвернул влево относительно своего движения, так как в противном случае, совершил бы наезд на велосипедиста на уровне правой границы проезжей части. В этот же момент велосипедист отвернул вправо, развернулся левой стороной тела и левой стороной велосипеда к автомобилю, после чего произошел удар в велосипедиста в область передней левой фары, в результате чего велосипедиста закинуло на лобовое стекло и велосипедист упал слева от автомобиля примерно на середине полосы движения направления в сторону г. Канска. Велосипед от удара откинуло вперед и он упал примерно на середину полосы движения, а автомобиль в торможении проехал мимо велосипеда и остановился. В момент наезда на голове велосипедиста был одет капюшон, который, как он (ФИО10) считает, ограничивал видимость его движения. После того как произошел наезд на велосипедиста, он, остановившись на правой по ходу его движения обочине, незамедлительно включил аварийную сигнализацию, при этом сказал жене, чтобы та позвонила в экстренные службы и сообщила о случившемся. После этого он вышел из автомобиля и побежал к пострадавшему, спрося у него, может ли он встать, пострадавший ответил «не знаю», кровью испачкан не был. Он (ФИО10) стал протягивать ему руку, чтобы помочь встать и увезти его с дороги. В этот момент к месту ДТП подошли 3-4 человека и сказали, что велосипедиста не надо трогать, так как возможно у него переломы, в связи с чем он не стал поднимать велосипедиста. Кроме того, около места ДТП, пока он направлялся к велосипедисту, остановилось один или два автомобиля, из которых вышли водители. Кроме того мимо места ДТП проехал как минимум один легковой автомобиль, водитель которого спокойно объехал велосипед и велосипедиста, лежащих на дороге. Некоторое время он стоял около велосипедиста, после чего пошел к своему автомобилю, чтобы взять знак аварийной остановки и обозначить место ДТП. Когда он подошел к краю обочины, то позади себя услышал звук удара, обернулся и увидел, что по полосе движения в направлении г. Красноярска со стороны г. Канска движется автомобиль «ВАЗ», слева под кузовом которого в передней части находился велосипедист, который вращался, при этом под автомобилем находилась голова и туловище велосипедиста, после чего автомобиль левыми колесами переехал через велосипедиста и тот остался лежать на полосе движения по направлению в сторону г. Красноярска. С момента первого наезда до наезда автомобилем марки «ВАЗ» прошло не менее 2-х минут. Автомобиль «ВАЗ» после наезда проехал еще какое-то расстояние и остановился. В какой момент водителем автомобиля «ВАЗ» было применено торможение, до наезда либо после, указать не может. Он (ФИО10) подошел к пострадавшему, но тот был мертв. Считает, что водитель автомобиля «ВАЗ» мог заблаговременно увидеть лежащего пешехода и предотвратить на него наезд (т. 1 л.д. 100-108 т. 2 л.д. 24-26).

Из оглашенных с согласия участников процесса в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО11 следует, что 20.09.2018 года около 18 часов она находилась в качестве пассажира на переднем сидении в автомобиле «Тойота Гранд Хайс» гос.номер 

<

***>, под управлением ее мужа ФИО10 Двигались они по автодороге Р-255 «Сибирь» со стороны г. Красноярска в направлении г. Канска и проезжали в районе 849 км. в светлое время суток. Муж двигался посередине своей полосы движения со скоростью около 70 км/ч. Встречных транспортных средств не было. Впереди на значительном расстоянии она увидела, что во встречном направлении по левой обочине, относительно их движения, прямолинейно движется велосипедист, с которым они сближались. Когда расстояние до велосипедиста составляло не более 10-15 метров, велосипедист неожиданно стал двигаться по диагонали через проезжую часть и ускоряться. Ее муж сразу применил торможение и нажал на звуковой сигнал, стал смещаться вправо к обочине, чтобы объехать велосипедиста, но велосипедист пересек полосу движения направления в сторону г. Красноярска и выехал на их полосу движения, продолжая двигаться по диагонали. После этого ее муж отвернул вправо, так как иначе совершил бы наезд на велосипедиста на уровне правой обочины. В этот же момент велосипедист отвернул вправо для себя, развернулся левой стороной тела и левой стороной велосипеда к автомобилю, после чего произошел удар в велосипедиста передним левым углом кузова и велосипедиста закинуло на лобовое стекло, после чего он упал слева от автомобиля, а велосипед от удара откинуло вперед. ФИО10 в торможении проехал мимо велосипеда и остановился. В момент наезда на голове велосипедиста был одет капюшон, который ограничивал видимость велосипедисту. После остановки автомобиля, супруг включил аварийную сигнализацию автомобиля и велел ей позвонить по номеру «112», а сам побежал к велосипедисту. Она со своего сотового телефона позвонила по номеру «112» и сообщила о случившемся. Велосипедист лежал на середине дороги. Около места ДТП на обочине остановился один или два автомобиля, из которых вышли водители. Также к месту ДТП подошли 3-4 человека. Мимо места ДТП проехал один или два автомобиля, водители которых не остановились, но благополучно объехали место ДТП. Супруг находился около велосипедиста, разговаривал с пострадавшим, она видела, как он протягивал ему руку. После этого ее муж направился к машине, она в этот момент стояла около их автомобиля и увидела, что со стороны г. Канска в направлении г. Красноярска движется автомобиль «ВАЗ», который передней частью ударил лежащего велосипедиста, отчего тот стал вращаться вокруг своей оси перед передней частью автомобиля, после чего произошел переезд велосипедиста левыми колесами автомобиля, а возможно и всеми, точно указать не может, под автомобилем находилась голова и туловище велосипедиста, а ноги располагались слева от кузова. Когда автомобиль переехал через велосипедиста, то велосипедист остался лежать на полосе движения направлении в сторону г. Красноярска. С момента наезда на велосипедиста автомобилем супруга до момента наезда на велосипедиста автомобилем марки «ВАЗ» прошло не менее 2-х минут. Автомобиль «ВАЗ» после наезда проехал еще какое-то расстояние и остановился. В какой момент водителем автомобиля «ВАЗ» было применено торможение, до наезда либо после, указать не может. По приезду скорой помощи, велосипедисту констатировали смерть. Считает, что водитель автомобиля «ВАЗ» мог заблаговременно увидеть лежащего велосипедиста и предотвратить на него наезд, так как в месте ДТП дорога прямая на значительном расстоянии, видимость в дневное время неограниченная (т. 1 л.д. 116-120 т. 2 л.д. 27-28).

Из оглашенных с согласия участников процесса в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО12 следует, что он работает на 

<

адрес>, на базе, расположенной на расстоянии 20-30 метров от автодороги Р-255, на 848 км. 20.09.2018 года около 18 часов он находился на базе, время суток было светлое, осадков не было. В указанное время он услышал со стороны проезжей части автодороги звук хлопка и решил посмотреть, что произошло, для чего подошел к воротам базы и увидел оттуда, что примерно посередине дороги лежит мужчина, который был в сознании, шевелил ногой. Также он (ФИО12) увидел автомобиль серого цвета типа минивен, который передней частью был направлен в сторону г. Канска. На дороге также лежал велосипед. Около пешехода стояли трое мужчин. Когда он увидел пешехода и людей около него, то понял, что помощь не нужна и пошел на базу. Через непродолжительное время он услышал второй хлопок со стороны дороги, но не придал этому значения, к дороге не подходил. В тот же вечер он видел, что на место приезжали сотрудники полиции и узнал, что произошел второй наезд и пешеход скончался. Ни первый, ни второй наезд он не видел. Между наездами прошло примерно 2 минуты (т. 2 л.д. 30-31).

Из оглашенных с согласия участников процесса показаний судебно-медицинского эксперта ФИО13, следует, что повреждения, образованные от воздействия частей автомобиля «Тойота » в причинной связи со смертью не состоят и по тяжести вреда причиненного здоровью не оцениваются, так как подобные повреждения не влекут кратковременного расстройства здоровья. Повреждения, образовавшиеся при переезде автомобилем «ВАЗ» состоят в прямой причинной связи со смертью и вред, причиненный здоровью человека, квалифицируется как тяжкий по признаку опасности в момент причинения. В результате полученной открытой черепно-мозговой травмы пострадавший разговаривать и совершать какие-либо действия не мог. После совершенного на пострадавшего наезда автомобилем «Тойота» он мог разговаривать, если травма, причиненная в результате наезда автомобилем «Тойота» и падение на проезжую часть не привели к потере сознания. Травма, причиненная в результате наезда автомобилем «Тойота» кровотечением (наружным) не сопровождалась, так как в результате наезда автомобилем «Тойота», ранения, нарушающие кожные покровы причинены не были. Учитывая характер повреждений, смерть пострадавшего наступила в короткий промежуток времени, исчисляемый десятками секунд, минутами после получения повреждений в результате наезда автомобилем «ВАЗ» (т. 1 л.д. 96-97, т. 2 л.д. 20-21).

Помимо этого вина ФИО3 подтверждается исследованными судом письменными материалами дела, а именно:

- рапортом оперативного дежурного МО МВД России «Березовский» от 20.09.2018 года, из которого следует, что в указанную дату в 18 часов 07 минут в дежурную часть поступило сообщение от ФИО11 о ДТП на 

<

адрес> (том 1 л.д. 20);

-спецсообщением Березовской ЦРБ от 20.09.2018 года, согласно которого в данное медицинское учреждение поступил неизвестный молодой человек, с диагнозом: «смерть от ОЧМТ» (том 1 л.д. 21);

-протоколом осмотра места происшествия от 20.09.2018 года с прилагаемой схемой и фототаблицей, согласно которых, проезжая часть автодороги Р-255 «СИБИРЬ» в районе 849 км горизонтального профиля, асфальтированная, предназначена для движения в двух направлениях по одной полосе в каждом направлении, общая ширина проезжей части 6,9 метра. Автомобиль «Тойота Гранд Хайс» гос.номер № после ДТП находится на правой обочине при движении в сторону г. Канска, расстояние от задней оси автомобиля до знака 6.13 Приложения 1 к ПДД РФ составляет 618,0 метра, расстояние от левой группы колес до левого края проезжей части составляет 9,2 метра. Автомобиль «ВАЗ 210740» гос.номер № после ДТП находится на левой обочине при движении в сторону г. Канска, расстояние от передней оси автомобиля до знака 6.13 Приложения 1 к ПДД РФ составляет 550,0 метра, расстояние от левого переднего колеса до левого края проезжей части составляет 1,5 метра, от заднего левого колеса 1,3 метра. Труп ФИО6 располагается на полосе движения направления в сторону г. Красноярска, головой направлен в сторону г. Красноярска, расстояние от головы до знака 6.13 Приложения 1 к ПДД РФ составляет 587,4 метра, расстояние от головы до левого края проезжей части составляет 1,5 метра, от ног до левого края проезжей части 2,3 метра. На полосе движения направления сторону г. Канска находится велосипед, передней частью обращен к правому краю дороги, расстояние от заднего колеса до знака 6.13 Приложения 1 к ПДД РФ составляет 607,3 метра, расстояние до левого края проезжей части составляет 3,9 метра, расстояние от переднего колеса до левого края проезжей части составляет 5,4 метра. На проезжей части имеется след торможения автомобиля «ВАЗ 210740», регистрационный знак №, начало следа расположено на расстоянии 0,5 метра от левого края проезжей части и на расстоянии 609,2 метра от знака 6.13 Приложения 1 к ПДД РФ, длина следа составляет 16,8 метра. Место наезда автомобиля «Тойота Гранд Хайс», регистрационный знак № на велосипедиста ФИО6 расположено на расстоянии 5,2 метра от левого края проезжей части и на расстоянии 600,8 метра от знака 6.13 Приложения 1 к ПДД РФ. Место наезда автомобиля «Тойота Гранд Хайс», регистрационный знак 

<

***> на пешехода ФИО6 расположено на расстоянии 5,2 метра от левого края проезжей части и на расстоянии 600,8 метра от знака 6.13 Приложения 1 к ПДД РФ (т. 1 л.д. 22-43);

-копией свидетельства о рождении ФИО6 и копией свидетельства о его смерти (том 1 л.д. 80, 81);

-заключением судебной медицинской экспертизы № 555 от 11 октября 2018 г., из которого следует, что причиной смерти ФИО6 явилась сочетанная тупая травма тела, осложнившаяся повреждением костей скелета и внутренних органов, с развитием травматического шока, что подтверждается морфологической картиной вскрытия.

При судебно-медицинской экспертизе на трупе обнаружены повреждения А) Открытая черепно-мозговая травма: множественные переломы костей свода и основания черепа, перелом костей лицевого скелета, очаги ушибов головного мозга, диффузно-очаговые субарахноидальные кровоизлияния, массивные кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы, множественные кровоподтеки и ссадины на голове.

Б) Закрытая тупая травма груди: правосторонние переломы ребер по нескольким анатомическим линиям с кровоизлияниями в области переломов, повреждением правого легкого реберными отломками, правосторонний гемоторакс (1000 мл жидкой крови), кровоподтеки и ссадины на туловище. 

В) Множественные кровоподтеки и ссадины на верхних и нижних конечностях.

Указанные повреждения образовались прижизненно, в том числе, в условиях автодорожной травмы, механизм образования которой будет указан ниже. Существует прямая причинно-следственная связь между полученными телесными повреждениями и ДТП.

В данном случае все повреждения целесообразно расценивать в совокупности, и вред причиненный здоровью человека квалифицировать как тяжкий по признаку опасности для жизни в момент причинения (Приказ МЗ и СР РФ № 194Н от 28.04.2008 г.)

Учитывая характер повреждений, выявленных на трупе, также с учетом материалов дела можно следующим образом высказаться о механизме их образования (в вероятной форме). Повреждения в области левого плеча, левого коленного сустава, левой стопы могли образоваться при столкновении движущегося велосипедиста с передней частью автомобиля Тойота с последующим падением велосипедиста на автомобиль в области капота и ветрового стекла. Далее возможно отбрасывание тела или сбрасывания его с автомобиля на дорожное покрытие, той же частью тела, либо спиной с образованием ссадин и кровоподтеков на левой половине туловища и спине, имеющих полосы скольжения. Повреждения в области головы, а также повреждения, составляющие закрытую тупую травму груди, правой верхней конечности и передней поверхности живота могли образоваться при наезде движущегося легкового автотранспортного средства передним, вероятно левым, либо задним левым колесом на тело пострадавшего, находящегося в горизонтальном положении, вероятно с направлением наезда со стороны головы, вдоль туловища с протаскиванием и вероятно вращением тела под автомобилем, либо рядом с ним. При судебно-химическом исследовании в крови трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации соответствующей легкому алкогольному опьянению (т. 1 л.д. 85-91);

-протоколом осмотра предметов от 21.09.2018 года (с фототаблицей)– автомобиля марки «Тойота Гранд Хайс» гос.номер 

<

***>, согласно которого автомобиль имеет повреждения в виде двух вмятин на капоте в районе передней левой фары, царапины на левом переднем крыле в районе левой передней фары, поврежден указатель поворота передней левой фары, на переднем бампере слева имеются сколы и царапины, на лобовом стекле имеются обширные повреждения, расположенные в левой части стекла, его приобщение в качестве вещественного доказательства по делу (т. 1 л.д. 132-140, 141);

-протоколом осмотра предметов от 13.02.2019 года (с фототаблицей) – автомобиля марки «ВАЗ 210740» гос.номер №, согласно которого данный автомобиль имеет повреждения в виде деформации переднего регистрационного знака, его приобщение в качестве вещественного доказательства по делу (т.1 л.д. 150-153, 154);

-протоколом следственного эксперимента от 12.10.2018 года (с фототаблицей), проведенного с участием свидетеля ФИО10, согласно которого, расстояние от передней части автомобиля до велосипеда на момент выезда велосипеда на полосу движения ФИО10 составило 6,9 метра, время движения велосипедиста на 10 метровом отрезке составило: 1.73 сек, 1.74 сек, 1.67 сек. (т. 1 л.д. 163-169);

-протоколом следственного эксперимента от 17.11.2018 года, проведенного с участием свидетеля ФИО3, согласно которого видимость конкретного препятствия с рабочего места водителя согласно опытных действий с участием понятого ФИО14 составила 162,7 метра, видимость конкретного препятствия с рабочего места водителя согласно опытных действий с участием понятого ФИО14 составила 188,3 метра. Кроме того, на расстоянии 100 метров с рабочего места водителя отчетливо просматривался лежащий на проезжей части манекен, одетый в одежду черного и серого цвета (т. 1 л.д. 170-179);

-заключением судебной автотехнической экспертизы № 1239 от 11 января 2019 года, согласно выводам которого в данной дорожно-транспортной ситуации скорость автомобиля «ВАЗ 210740» перед началом образования видимого следа торможения составляла не менее 54,6 км/ч; в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «ВАЗ 210740» располагал технической возможностью остановиться на расстоянии 100 метров (т. 1 л.д. 187-189);

-заключением дополнительной судебной автотехнической экспертизы № 243 от 06 марта 2019 года, согласно выводам которого водитель автомобиля «ВАЗ 210740» располагал технической возможностью остановиться на расстоянии 162,7 метра (с момента обнаружения препятствия на проезжей части) при движении со скоростью 90 км/ч (т. 2 л.д. 16-17).

Оценивая собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства в их взаимосвязи и совокупности, суд приходит к выводу, что эти доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и являются достаточными для признания ФИО3 виновным в совершенном преступлении. Оснований для признания вышеуказанных доказательств недопустимыми и недостоверными у суда не имеется. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО3 в совершенном преступлении и квалифицирует его действия по ч.3 ст.264 УК РФ - нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Согласно заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от 12.08.2019 года № 3754/д, ФИО3 обнаруживает признаки психического расстройства в форме органического расстройства личности смешанного (сосудистого, метаболического) генеза с интеллектуально-мнестическим снижением и эмоционально-волевыми нарушениями в степени ближе к выраженным. Его интерпретация событий в период инкриминируемого ему деяния в судебном заседании (о внезапно услышанном «голосе», который приказал отпустить тормоз) носит защитно-установочный характер и возникла как реакция на судебно-следственную (психотравмирующую) ситуацию, обусловлена механизмами вытеснения, отрицания травматических переживаний на фоне инволюционных изменений психики (умеренное интеллектуально-мнестическое снижение, выраженные эмоционально-волевые нарушения). Однако он понимает противоправность вменяемого ему преступления, свободно ориентируется в вопросах обыденной жизни, критически оценивает свое состояние и ситуацию в целом, но не способен в достаточной мере прогнозировать последствия своих поступков. Обнаруженное у ФИО3 психическое расстройство не относится к категории хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия иного болезненного состояния психики, указанных в ст.21 УК РФ. Выявленное психическое расстройство, проявляющееся интеллектуально-мнестическим снижением и эмоционально-волевыми нарушениями, вызвало снижение критического осмысления ситуации и способности к прогнозированию последствий, что предопределило снижение скорости реагирования на нестандартную дорожную ситуацию при управлении автомобилем. В данном состоянии ФИО3 не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (ст. 22 УК РФ). Таким образом, ФИО3, как не лишенное вменяемости лицо, в силу психического расстройства во время инкриминируемого ему деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (ч.1 ст. 22 УК РФ). Общественная опасность ФИО3 возможна при управлении транспортным средством, так как выявленное в настоящее время у ФИО3 психическое расстройство согласно Перечня медицинских противопоказаний к управлению транспортным средством, утвержденного Постановлением Правительства РФ № 1604 от 29.12.2014 года, является медицинским противопоказанием к управлению транспортным средством (раздел № 1 «Психические расстройства и расстройства поведения»). Учитывая, данные особенности, влияющие на оценку общественной опасности подэкспертного, он не нуждается в применении принудительных мер медицинского характера, а нуждается в лечении в амбулаторных условиях у врача-психиатра на общих основаниях. Психическое расстройство, которое выявлено у ФИО3, относится к психических недостаткам, в силу которого он не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту, что предполагает обязательное участие адвоката ( п.3 ч.1 ст.51 УПК РФ). Учитывая, что ФИО3 проходил медицинское освидетельствование на право управления транспортным средством 11.05.2018 года, а совершил ДТП 20.09.2018 года, есть основания предполагать, что существенные интеллектуально-мнестические и эмоционально-волевые нарушения стали формироваться у подэкспертного ближе к дате совершения ДТП и на момент медицинского освидетельствования не были заметны при клиническом обследовании.

Обоснованность вышеуказанного заключения и выводов эксперта у суда сомнений не вызывают, поскольку они основаны на объективном обследовании подсудимого, всестороннем анализе данных об его личности, и полностью подтверждаются последовательным поведением подсудимого, как в момент совершения противоправных действий, так и в суде, поэтому суд признает ФИО3 вменяемым и ответственным за свои действия, в связи с этим, ФИО3 подлежит уголовной ответственности на общих условиях, установленных ст. 19 УК РФ.

Вышеуказанным заключением экспертов также опровергаются доводы подсудимого о наличии «гипнотического голоса», приказавшего ФИО3 отпустить педаль тормоза. Так, проведенной экспертизой достоверно установлено, что интерпретация событий ФИО3 в период инкриминируемого ему деяния в судебном заседании (о внезапно услышанном «голосе», который приказал отпустить тормоз) носит защитно-установочный характер и возникла как реакция на судебно-следственную (психотравмирующую) ситуацию, обусловлена механизмами вытеснения, отрицания травматических переживаний на фоне инволюционных изменений психики.

На основании вышеизложенного, каких-либо оснований доверять показаниям подсудимого в этой части у суда оснований не имеется.

Разрешая вопрос о назначении наказания, суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории преступлений средней тяжести, данные о личности подсудимого, который вину признал полностью, в содеянном раскаивается, заявлял ходатайство о постановлении приговора в особом порядке, принес свои извинения потерпевшей в ходе рассмотрения уголовного дела судом и произвел выплаты сумм в счет компенсации расходов за погребение и компенсации морального вреда, ранее не судим, характеризуется положительно. Также суд учитывает возраст и состояние здоровья подсудимого, наличие у него хронических заболеваний.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд признает полное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, возраст подсудимого, возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления. 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

На основании изложенного, учитывая положение ст.ст. 6,43,60 УК РФ, в целях исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, суд считает правильным назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы в пределах санкции статьи с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, ввиду того, что согласно заключения судебной экспертизы, психическое расстройство ФИО3 является медицинским противопоказанием к управлению транспортным средством. Оснований для применения ст. 73 УК РФ суд не усматривает. 

При выборе исправительного учреждения суд учитывает, что ФИО3 совершил преступление средней тяжести по неосторожности, ранее лишение свободы не отбывал, в связи с чем, суд считает правильным назначить ему отбывание наказания согласно п. «а» ч.1 ст. 58 УК РФ в колонии-поселении.

Учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления, характер и степень его общественной опасности, основания для изменения категории совершенного преступления в силу ч.6 ст.15 УК РФ отсутствуют.

Поскольку в суде не установлены в отношении виновного исключительные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, суд не находит оснований для применения в отношении ФИО3 ст. 64 УК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах, суд руководствуется положениями ст.ст. 81-82 УПК РФ.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 296-299, 302-304, 307-310 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

К месту отбытия наказания ФИО3 следовать самостоятельно.

Срок отбывания наказания ФИО3 исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение. Зачесть в срок отбытия наказания время следования ФИО3 к месту отбывания наказания.

Назначенное ФИО3 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев распространяется на все время отбывания наказания в виде лишения свободы, но исчисляется с момента отбытия осужденным основного наказания в виде лишения свободы.

Меру пресечения ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. 

Вещественные доказательства: автомобиль «Тойота Гранд Хайс» гос.номер №, хранящиеся у свидетеля ФИО10 и автомобиль ВАЗ- 210740 гос.номер № хранящийся у ФИО3 –оставить по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд с подачей жалобы через Березовский районный суд Красноярского края в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня получения копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в подаваемой жалобе, а в случае подачи представления прокурором или жалобы иным лицом – в возражениях на таковые либо в отдельном ходатайстве.

Председательствующий Е.С. Воронова