ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

ПРЕЗИДИУМА САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО 

ГОРОДСКОГО СУДА

№44г-96/2019

Санкт-Петербург

27 марта 2019 г.

Президиум Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Черкасовой Г.А.

и членов президиума

ФИО1, ФИО2, 

ФИО3

при секретаре

ФИО4

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело №2-7683/2017 по иску ФИО5 к обществу с ограниченной ответственностью «Базис» об установлении даты исполнения обязательства застройщика по передаче квартиры, об обязании подписать акт приема-передачи и о взыскании денежной компенсации морального вреда,

на основании кассационной жалобы ФИО5 на решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 25 декабря 2017 года и на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 6 июня 2018 г., переданной для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции определением судьи Санкт-Петербургского городского суда от 7 марта 2019 г.

Заслушав доклад судьи Рогачева И.А., объяснения ФИО5, поддержавшей кассационную жалобу, и представителя ООО "Базис" ФИО6, возражавшего против удовлетворения жалобы, президиум 

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 в августе 2017 г. обратилась в Выборгский районный суд Санкт-Петербурга (направила исковое заявление почтой 28.08.2017 – л.д.70) с требованиями о возложении на ООО "Базис" обязанности исполнить его обязательства по договору от 12.11.2015 № 12/11/2015-Ю-4-377 участия в долевом строительстве многоквартирного жилого комплекса со встроено-пристроенными помещениями и встроенным подземным гаражом, 1 этап строительства, по адресу: 

<

адрес>

- подписать акт передачи квартиры, подписанный со стороны истицы 23.08.2017;

- выдать подписанный акт взаиморасчетов от 23.08.2017;

- фактически исполнить условия договора, передав истице ключи от квартиры №... (строительный №...).

Истица указала, что по условиям договора строительство объекта подлежало завершению в 4 квартале 2016 г., объект был введен в эксплуатацию 30.12.2016, по договору квартира подлежала передаче истице в течение шести месяцев после этой даты, т.е. до 30.06.2017. 

В июне 2017 г. истица получила от ответчика уведомление о готовности к передаче объекта долевого строительства.

При осмотре квартиры, проведенном 28.06.2017, были выявлены недостатки, которые застройщик обязывался устранить, однако при повторных осмотрах в июле и в августе 2017 г. выявлялось, что недостатки устранены не в полном объеме.

Несмотря на сохранение отдельных неустраненных недостатков, ФИО5 при осмотре квартиры 23.08.2017 выразила согласие принять её по акту приема-передачи и подписала со своей стороны соответствующий акт, предложенный застройщиком и датированный 30.06.2017, но при его подписании исправила эту дату на 23.08.2017, что соответствовало фактическому времени подписания документа.

По утверждению истицы, представитель застройщика отказался подписывать акт с внесенными исправлениями и передать истице ключи от квартиры, требуя подписания акта "задним числом" – 30.06.2017, что соответствовало бы предусмотренному договором сроку передачи квартиры.

24.08.2017 истица вручила ответчику письменную претензию с требованиями передать ключи от квартиры и подписать акт.

Кроме того, истице необходим акт сверки взаиморасчетов в связи с уменьшением фактической площади квартиры по сравнению с проектной, что влечет обязанность застройщика компенсировать разницу в цене объекта.

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика в судебном заседании 13.12.2017 передал истице акт сверки расчетов от 30.06.2017, подписанный сторонами; в судебном заседании 21.12.2017 ответчик представил подписанный с его стороны акт приема-передачи квартиры от 23.08.2017, от подписания которого истица отказалась, и в том же заседании передал истице ключи от квартиры.

В связи с указанными событиями ФИО5 25.12.2017 уточнила исковые требования (л.д.172-173) и просила суд:

- признать дату передачи ключей от квартиры 21.12.2017 фактической датой передачи квартиры ФИО5, т.е. фактическим исполнением обязательств ООО «Базис» по договору участия в долевом строительстве от 12.11.2015 № 12/11/2015-Ю-4-377; 

- обязать ООО «Базис» исполнить свои обязательства по договору от 12.11.2015 №12/11/2015-Ю-4-377, подписав акт передачи квартиры, датированный датой фактического исполнения этого обязательства;

- взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 25.12.2017 с ООО "Базис" в пользу ФИО5 присуждена денежная компенсация морального вреда в размере 10.000 руб. и штраф в размере 5.000 руб. (в порядке пункта 6 ст.13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" от 07.02.1992 N2300-1).

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлено взыскать с ООО "Базис" государственную пошлину в сумме 300 руб. в доход бюджета Санкт-Петербурга.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 06.06.2018 решение суда первой инстанции оставлено без изменения, поданная истицей апелляционная жалоба – без удовлетворения.

В кассационной жалобе, направленной почтой 06.12.2018 и поступившей в Санкт-Петербургский городской суд 11.12.2019, ФИО5 просит отменить вышеназванные судебные постановления и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указывая на несоответствие выводов суда нормам материального и процессуального права, на ненадлежащую оценку судами представленных доказательств, неправомерное ограничение возможностей доказывания для истицы, связанные с этим неправильные выводы о фактических обстоятельствах дела и их неверную правовую оценку.

Дело истребовано определением судьи Санкт-Петербургского городского суда от 21.12.2018, поступило 15.01.2019. Определением судьи от 07.03.2019 жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В соответствии со ст.387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на жалобу, представленных ответчиком, президиум находит, что такие нарушения допущены судами первой и второй инстанции.

В силу части 1 ст.6 Федерального закона от 30.12.2004 №214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором и должен быть единым для участников долевого строительства.

Частью 2 той же статьи предусмотрена ответственность застройщика за нарушение предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства в виде неустойки; одновременно предусмотрено, что в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства вследствие уклонения участника долевого строительства от подписания передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства застройщик освобождается от уплаты участнику долевого строительства неустойки (пени) при условии надлежащего исполнения застройщиком своих обязательств по такому договору.

Исходя из приведенных положений закона выводы судебных инстанций относительно времени исполнения обязательств застройщика (даты, когда квартира должна признаваться переданной истице) имеют существенное значение в том числе в случае дальнейшего предъявления ФИО5 требований о взыскании неустойки.

Кроме того, в рамках настоящего дела вышеназванные обстоятельства влияли также на оценку последствий нарушения прав истицы и степени причиненного ей морального вреда, право на компенсацию которого признано судом.

При этом, поскольку оформление передаточного акта предусмотрено частью 1 ст.8 и частью 1 ст.12 Федерального закона от 30.12.2004 №214-ФЗ, и такой акт согласно пункту 3 части 11 ст.48 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" является одним из документов, представление которых требуется для государственной регистрации права участника долевого строительства на объект долевого строительства, следует признать, что требование об оформлении акта является допустимым способом защиты прав участника долевого строительства (ст.12 ГК РФ).

Разрешая спор и оценивая действия сторон, в том числе с учетом содержания первоначальных требований ФИО5, суд первой инстанции сделал вывод о том, что фактически квартира была передана ответчиком истице именно 23.08.2017, поскольку истица, предъявляя иск в суд, признавала факт передачи квартиры по акту 23.08.2017, а ответчиком в ходе судебного разбирательства был представлен этот же акт с правками, внесенными истицей (с исправлением даты и с изложением разногласий по содержанию акта), подписанный обеими сторонами (л.д.105-107).

В связи с этим суд признал вышеназванный акт приема-передачи квартиры от 23.08.2017 документом, подтверждающим исполнение сторонами договора обязательств по нему, влекущим для истицы прекращение финансовых обязательств по оплате, а для ответчика - обязательств в части передачи предмета договора.

С такой оценкой согласился суд апелляционной инстанции.

Однако эти выводы сделаны без учета фактического обоснования исковых требований ФИО5, с чем связано отсутствие в судебных постановлениях надлежащей оценки представленных сторонами доказательств, необходимой в силу требований ст.67 ГПК РФ.

В частности, судами не учтено, что в своём первоначальном исковом заявлении (направленном в суд 28.08.2017, т.е. непосредственно после описанных в нем обстоятельств взаимодействия с застройщиком) ФИО5 хотя и изложила требование об обязании ответчика подписать акт приема-передачи объекта, датированный 23.08.2017 и подписанный истицей, однако из этого заявления однозначно следовало, что к моменту предъявления иска ключи от квартиры истице переданы не были и что ответчик отказался подписать данный акт с надлежащей датировкой, настаивая на включении в него не соответствующей действительности даты 30.06.2017.

Таким образом, первоначальная позиция истицы никак не свидетельствовала о том, что передача квартиры фактически состоялась 23.08.2017, а лишь указывала на её согласие признать квартиру переданной в этот день в случае, если бы исковые требования рассматривались судом в неизменном виде либо были бы своевременно удовлетворены ответчиком во внесудебном порядке. Однако это не лишало истицу возможности изменить первоначальные требования с учетом продолжавшейся задержки передачи квартиры.

При этом уже 30.10.2017 ФИО5 представила в суд измененное исковое заявление, содержавшее требование об обязании ответчика подписать акт передачи квартиры на дату фактического исполнения его обязательств (передачи квартиры и ключей), т.е. текущей датой – л.д.76-86.

Таким образом, первоначальное согласие истицы признать квартиру переданной 23.08.2017 было ею отменено, и она настаивала на том, что такая передача, предполагавшая в том числе получение ключей от квартиры, в действительности не состоялась. Этим доводам судами оценки не дано.

Как правильно указывается в кассационной жалобе, судебное разбирательство в суде первой инстанции продлилось до декабря 2017 г., в течение этого времени ответчик о согласии с требованиями ФИО5 не заявлял, и лишь в судебном заседании 13.12.2017 к делу были приобщены его письменные возражения на иск с приложением светокопии акта, подписания которого со стороны ответчика требовала истица и который содержал внесенное ею исправление даты с 30.06.2017 на 23.08.2017 и сделанную истицей запись о разногласиях, а также подпись и печать со стороны ООО "Базис" (л.д.102-107).

Однако установить фактическое время внесения в указанный акт подписи и печати со стороны ответчика не представляется возможным. К тому же данных о представлении в суд оригинала вышеназванного документа в материалах дела не имеется, в протоколах судебного заседания сведения об осмотре оригинала отсутствуют. 

В свою очередь, как указывается в кассационной жалобе и подтверждено материалами дела, в связи с отказом ответчика подписать акт от 23.08.2017 ФИО5 24.08.2017 вручила ответчику претензию с приложением копии акта и с требованием его подписать (л.д.52-55), однако сведений о направлении в её адрес ответа на эту претензию в деле не имеется, несмотря на то, что в случае согласия с требованиями истицы ООО "Базис" должно было бы вручить ей или направить подписанный с его стороны акт.

При этом передача ключей от квартиры состоялась, как отражено в судебных постановлениях, в судебном заседании 21.12.2017 (л.д.176), однако ответчик не ссылался на какие-либо доказательства уклонения истицы от получения ключей в предшествующий период, а поведение истицы, направившей вышеназванную претензию и затем предъявившей иск в августе 2017 года, никак не свидетельствовало о таком уклонении.

Таким образом, выводы судебных инстанций о том, что передача квартиры фактически состоялась 23.08.2017, вопреки требованиям ст.55 ГПК РФ не основаны на доказательствах.

Решение суда, которым отказано в требованиях ФИО5 в части обязания ООО «Базис» подписать акт передачи квартиры, датированный датой фактического исполнения его обязательств по договору, сводится к признанию надлежащим документом акта, подписанного ответчиком, датированного 23.08.2017 и представленного в суд 14.12.2017 (л.д.133-169), который, по смыслу выводов суда, истица имеет возможность использовать для регистрации права собственности на квартиру (ч.1 ст.16 Федерального закона от 30.12.2004 N 214-ФЗ, ч.11 ст.48 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости").

Однако, как указано выше, такое решение существенным образом влияет на возможность предъявления истицей требований о применении к застройщику мер ответственности за задержку передачи объекта долевого строительства, что не может быть признано правомерным в отсутствие надлежащей оценки судами доказательств, позволяющих установить, имело ли место уклонение от передачи объекта с той или иной стороны договора.

С учетом изложенного судебные постановления по настоящему делу приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, в связи с чем решение суда первой инстанции, а также апелляционное определение подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, которому необходимо устранить допущенные нарушения, правильно распределить обязанности по доказыванию между сторонами, дать надлежащую оценку представленным доказательствам и в зависимости от этого разрешить спор.

Руководствуясь статьями 387-390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 25 декабря 2017 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 6 июня 2018 г. отменить, дело направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе судей.

Председательствующий Г.А.Черкасова