Апелляционное дело № 22-1765/2021

Судья Ефимов О.Н. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

27 июля 2021 года г. Чебоксары

Верховный Суд Чувашской Республики под председательством судьи уголовной коллегии Андреевой Л.А.

при секретаре Андрияновой Т.А. 

с участием: прокурора отдела прокуратуры Чувашской Республики Гавриловой М.А., адвоката Данилова В.Г.

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Никитина В.В. и адвоката Данилова В.Г., апелляционному представлению заместителя прокурора Козловского района Чувашской Республики Никонорова А.М. на приговор Козловского районного суда Чувашской Республики от 11 июня 2021 года в отношении 

Никитина В.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, судимого неоднократно, в том числе –

по приговору Козловского районного суда Чувашской Республики от 30 июня 2020 года по ст.116.1 (по трем эпизодам) Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) к 6 месяцам исправительных работ с 10 % удержанием из заработной платы в доход государства;

по приговору мирового судьи судебного участка №1 Козловского района Чувашской Республики от 26 ноября 2020 года по ч.1 ст.139 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с 5 % удержанием из заработной платы в доход государства условно с испытательным сроком 6 месяцев.

Заслушав доклад судьи Андреевой Л.А., выступление адвоката Данилова В.Г. по доводам жалоб, возражение прокурора Гавриловой М.А. на жалобы и ее мнение об изменении приговора по доводам представления, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

Никитин В.В. по обжалованному приговору осужден:

по ст.116.1 УК РФ (по эпизоду в отношении потерпевшего ФИО1) к 5 месяцам исправительных работ с 10% удержанием из заработной платы в доход государства;

по ст.116.1 УК РФ (по эпизоду в отношении потерпевшего ФИО2) к 4 месяцам исправительных работ с 10% удержанием из заработной платы в доход государства; 

на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений к 7 месяцам исправительных работ с 10 % удержанием из заработной платы в доход государства; 

в соответствии с ч.1 ст.70 УК РФ путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по предыдущему приговору Козловского районного суда Чувашской Республики от 30 июня 2020 года к 10 месяцам исправительных работ с 10% удержанием из заработной платы в доход государства.

Он осужден:

- за совершение 18 июля 2020 года насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших указанных в ст.115 УК РФ последствий и не содержащих признаков преступления по ст.116 УК РФ, в отношении 

<

данные изъяты> ФИО1 лицом, подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние;

- за нанесение 25 сентября 2020 года побоев ФИО2, причинивших физическую боль, но не повлекших указанных в ст.115 УК РФ последствий и не содержащих признаков преступления по ст.116 УК РФ, лицом, подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние.

Согласно приговору преступления совершены в 

<

адрес> при изложенных в судебном акте обстоятельствах. 

В судебном заседании Никитин вину не признал.

В апелляционных жалобах :

- адвокат Данилов В.Г. выражает несогласие с приговором по мотиву недоказанности вины Никитина по обоим эпизодам.

По доводам жалобы, -

по первому эпизоду от 18 июля 2020 года Никитин удар в 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО1 и побои его 

<

данные изъяты> не наносил, а лишь толкнул того (ФИО1), вставшего на его пути и направлявшего электрошокер, лишь опасаясь применения этого предмета, после чего сразу покинул квартиру потерпевшего. Указывает, что при этом в своих показаниях потерпевший ФИО1 скрыл наличие в его руках электрошокера; 

по второму эпизоду от 25 сентября 2020 года Никитин также умышленных ударов первым ФИО2 не наносил, последний же сам первым нанес Никитину удар рукой по лицу на почве ревности к 

<

данные изъяты> во время совместного употребления спиртного, при этом потерпевший упал от ответного удара Никитина; кроме этого каких-либо насильственных действий со стороны Никитина не производилось, кроме того, он сам попросил ФИО3 помочь ФИО2 вымыть лицо ввиду того, что у последнего текла кровь из носа.

Считает, что судом необоснованно проигнорированы достоверные и последовательные показания осужденного, что существенно повлияло на выводы суда. Полагает, что при изложенных обстоятельствах уголовное дело в отношении Никитина подлежит прекращению за отсутствием в деяниях состава преступления по ст.116.1 УК РФ по обоим эпизодам. 

Просит отменить приговор и уголовное дело в отношении Никитина прекратить;

- осужденный Никитин В.В. (в жалобе с дополнением) со своим анализом показаний допрошенных лиц фактически по аналогичным доводам находит приговор незаконным и необоснованным со ссылкой на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. 

Кроме того, считает приговор по первому эпизоду от 18 июля 2020 года основанным на сомнительных недостоверных показаниях 

<

данные изъяты> потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО4 - очевидца, находившегося в тот момент в состоянии сильного алкогольного опьянения. Приводит аргументы о неприменении им насилия в отношении потерпевшего, ссылаясь на применение самим потерпевшим ФИО1 в отношении него электрошокера, свидетелем чему, по доводам жалобы, были свидетели ФИО4 и ФИО5 В частности, указывает, что свидетель ФИО4 видел, как потерпевший ФИО1 направил в его сторону электрошокер и он с целью самозащиты лишь слегка оттолкнул того (потерпевшего) от себя и после этого сразу ушел, а по судебным показаниям свидетеля ФИО5 потерпевший защищался электрошокером. Отмечает, что тем самым показания потерпевшего ФИО1 о нанесении им тому удара в область грудной клетки вызывают сомнения, тем более с учетом необращения в тот день в медучреждение с целью фиксации телесных повреждений. Указывает, что также по делу не имелось иных убедительных доказательств его виновности в этой части, потому выводы суда находит необоснованными. 

Также и по второму эпизоду от 25 сентября 2020 года считает себя невиновным, ссылаясь на нанесение ему первым самим потерпевшим ФИО2 удара по лицу в ходе распития спиртного из возникших личных неприязненных отношений, на что он нанес тому несколько ответных ударов по лицу, отчего тот упал. Указывает, что после этих действий он сразу прекратил нанесение ударов ФИО2 и попросил ФИО3 вымыть лицо потерпевшего от крови, после чего последние ушли из его квартиры. Обращает внимание, что в основу приговора по данному эпизоду необоснованно положены показания свидетеля ФИО3, являющейся 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, допрошенной без участия законного представителя и опекуна, к чьим показаниям следовало относиться критически. 

Просит отменить приговор и прекратить в отношении него уголовное дело.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Козловского района Никоноров А.М. находит приговор подлежащим изменению со ссылкой на неправильное применение судом уголовного закона при назначении наказания. Со ссылкой на Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.1999г. №1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)» считает по эпизоду в отношении ФИО1 необоснованно признанным отягчающим наказание обстоятельством как совершение преступления в отношении лица в связи с выполнением данным лицом общественного долга, тогда как ввиду совершения преступления из личных неприязненных отношений на бытовой почве потерпевший ФИО1 (не высказывавший намерение сообщать органам власти о совершенном преступлении и даче изобличающих Никитина показаний) не являлся таким лицом. Предлагает изменить приговор, исключив по эпизоду в отношении ФИО1 признание отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в отношении лица в связи с выполнением данным лицом общественного долга.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, суд второй инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст.38915 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке помимо прочего являются: несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона и несправедливость приговора.

Применительно к данному приговору таких оснований для отмены по доводам жалоб не имеется.

Выводы суда о виновности Никитина основаны на тщательно исследованных в судебном заседании допустимых и относимых доказательствах, достаточных для разрешения дела по существу, которым дана надлежащая оценка.

С доводами жалоб о необоснованном осуждении Никитина суд апелляционной инстанции не может согласиться, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных доказательств – показаниями потерпевших ФИО1 и ФИО2, свидетелей ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО3, протоколами следственных действий, заключением экспертизы и иными документами, в том числе частично показаниями самого осужденного.

По эпизоду преступления от 18 июля 2020 года - с доводами жалоб о неприменении осужденным насильственных действий в отношении 

<

данные изъяты> потерпевшего ФИО1 нельзя согласиться, поскольку они опровергаются показаниями семьи ФИО7 – самого потерпевшего и находившихся в тот момент в квартире ФИО4 (его 

<

данные изъяты>) и ФИО5 (его 

<

данные изъяты>). Из показаний названных лиц следовало, что Никитин, находясь в алкогольном опьянении и имея личные претензии к ФИО6 (

<

данные изъяты> потерпевшего, 

<

данные изъяты> с Никитиным), устроил с их семьей скандал и путем взлома входной двери вероломно проник в их квартиру, где применил физическое насилие в отношении ФИО6, при этом при попытке защитить свою 

<

данные изъяты>, встав на пути Никитина, потерпевший получил от осужденного сильный толчок и далее удар в 

<

данные изъяты>.

Согласно показаниям потерпевшего данными умышленными противоправными действиями Никитина ему была причинена сильная физическая боль, которая беспокоила его в течение нескольких дней, о чем он сообщал членам семьи, при этом он не прошел медосвидетельствование лишь ввиду уговоров своей 

<

данные изъяты> ФИО6, отговорившей его в защиту Никитина.

Данные показания потерпевшего подтверждались свидетельскими показаниями перечисленных лиц, в том числе иными письменными доказательствами – его заявлением в полицию о совершенном Никитиным преступлении, протоколом осмотра места происшествия, в ходе чего было зафиксировано повреждение входной двери с запорным устройством квартиры ФИО7, а на самом дверном полотне обнаружены следы обуви, что согласовывалось с показаниями ФИО7 о том, что в ходе учиненного скандала Никитин в ярости пинал входную дверь и путем ее взлома насильно проник к ним.

Таким образом, показания потерпевшего в совокупности с приведенными обстоятельствами очевидно свидетельствовали о том, что Никитин, находясь в алкогольном агрессивном состоянии применил физическое насилие (путем совершения насильственных действий в виде толчка и удара в 

<

данные изъяты>) в отношении 

<

данные изъяты> ФИО1 в ходе учиненного им же скандала в семье ФИО7. При этом объяснение мотиву непрохождения потерпевшим медицинского освидетельствования заслуживало внимание, что при подтверждении получения ФИО1 физической боли от противоправных действий осужденного иными достоверными доказательствами сомнений в этом не вызывало.

Взаимосвязанные и согласующиеся между собой показания упомянутых потерпевшего и свидетелей, в том числе в части отрицания применения потерпевшим электрошокера в отношении осужденного, сомнений не вызывали, потому обоснованно положены в основу приговора. 

В этой связи обратные доводы стороны защиты нельзя признать убедительными, в том числе и аргументы о применении самим потерпевшим электрошокера в отношении Никитина. Подтверждения этому вопреки доводам жалоб в материалах дела не содержится и судом не установлено. Аргументы осужденного о подтверждении данного обстоятельства судебными показаниями свидетеля ФИО5 являются несостоятельными, поскольку исходя из протокола судебного заседания (стр.3-4 протокола на л.д.146 т.2) ссылка на применение потерпевшим в отношении Никитина электрошокера в показаниях названного свидетеля не содержится, которая лишь указывала о наличии у 

<

данные изъяты> потерпевшего такого предмета. Поэтому в этой части следует отметить, что смысл высказанного свидетелем ФИО5 о наличии такого предмета у потерпевшего ФИО1 не может являться подтверждением доводов стороны защиты о применении его потерпевшим в отношении осужденного, ибо лексическое значение слов «наличие» и «применение» не является тождественным. Здесь же следует отметить, что показания свидетеля ФИО6 относительно возможности применения потерпевшим электрошокера в отношении Никитина не могли заслуживать внимания ввиду предположительного характера, уверенного опровержения показаниями самого потерпевшего и свидетеля ФИО4, в том числе выражения данным свидетелем (ФИО6) на всем протяжении предварительного расследования и судебного разбирательства явной заинтересованности в благополучном исходе дела в пользу осужденного (в связи с чем она была отстранена от дела и как 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> потерпевшего). 

Вместе с тем в изложенной ситуации очевидно применение осужденным к потерпевшему насильственных действий в ходе бытового скандала на почве возникших в результате этого личных неприязненных отношений из-за того, что ФИО1 встал на защиту своей 

<

данные изъяты> ФИО6. Следовательно, нельзя считать действия 

<

данные изъяты> ФИО1 связанными с выполнением какого-либо общественного долга, также он не высказывал намерение сообщать органам власти о совершенном преступлении и дать изобличающие Никитина показания, потому признание в данной части совершение в отношении такого потерпевшего преступления отягчающим наказание обстоятельством по п. «ж» ч.1 ст.63 УК РФ основано на ошибочном толковании норм уголовного закона. В этой связи представление прокурора заслуживает внимание, что влечет исключение из приговора указание о признании названного обстоятельства по п. «ж» ч.1 ст.63 УК РФ (как совершение преступления в отношении лица в связи с выполнением данным лицом общественного долга) отягчающим наказание и соответственно некоторое смягчение назначенных наказаний. 

Что касается доводов жалоб о невиновности осужденного по второму эпизоду преступления в отношении ФИО2, то и с этим нельзя согласиться.

Возникновение конфликта между осужденным и потерпевшим ФИО2 в ходе совместного употребления алкоголя в квартире Никитина не оспаривалось никем из находившихся там лиц – то есть помимо потерпевшего свидетелями ФИО3 и ФИО6, в том числе самим осужденным.

Так, согласно показаниям потерпевшего в ходе словесного конфликта Никитин внезапно нанес ему несколько ударов кулаками по 

<

данные изъяты>, отчего он упал и у него в области 

<

данные изъяты> образовалась 

<

данные изъяты>, после чего он ушел. При этом исходя из его же показаний он сам ударов Никитину не наносил и не имел такой возможности ввиду нахождения в более сильном алкогольном опьянении, чем Никитин, и физического превосходства последнего, а только пытался защищаться.

Показания потерпевшего согласовывались со свидетельскими показаниями ФИО3, подтверждавшей факт нанесения Никитиным удара ФИО2 и получения последним в результате телесных повреждений на лице, и оглашенными первоначальными показаниями свидетеля ФИО6.

Таким образом, согласованные показания ФИО2 и названных свидетелей-очевидцев опровергали доводы жалоб о первоначальном применении в отношении Никитина физического насилия самим потерпевшим, ставя под обоснованное сомнение такую версию осужденного. 

В свою очередь, согласованные показания названных лиц (в том числе показания свидетеля ФИО3) обоснованно сомнений в достоверности не вызывали, из которых очевидно следовало совершение осужденным умышленного преступления в отношении ФИО2 – то есть нанесение побоев, что объективно подтверждалось судебно-медицинской экспертизой о получении потерпевшим не причинившего вреда здоровью телесного повреждения, соответствующего по локализации, механизму и времени образования произошедшему событию. 

При таком положении доводы Никитина о нанесении ему первым ударов самим потерпевшим ввиду голословного утверждения не могли быть приняты во внимание, также аналогичные последующие утверждения свидетеля ФИО6, вызванные стремлением лишь подтвердить версию осужденного, подлежали критическому восприятию, тем более с учетом явной заинтересованности последней в исходе дела в его пользу. 

При изложенном доводы жалоб о невиновности осужденного и аргументы адвоката о необоснованном неучете достоверных последовательных показаний Никитина нельзя признать убедительными. 

Положенные в основу приговора доказательства были допустимы и относимы, а в своей совокупности достаточны для принятия правильного итогового судебного решения. Поэтому суд апелляционной инстанции не может согласиться с аргументацией осужденного о необоснованном учете по первому эпизоду показаний свидетеля ФИО4 со ссылкой на нахождение того в период скандала в алкогольном опьянении, в том числе по второму эпизоду показаний свидетеля ФИО3 с указанием на наличие у нее 

<

данные изъяты>, поскольку показания названных лиц, полученные с соблюдением норм закона, не противоречили остальным доказательствам, согласовывались с ними и потому сомнений в достоверности не вызывали.

Следует отметить, что аналогичные в целом доводы стороны защиты были предметом обсуждения и суда первой инстанции, которые обоснованно отвергнуты, приведены мотивы принятия одних и опровержения других доказательств.

Проанализировав исследованные доказательства в совокупности, полученные с соблюдением требований закона, и оценив их по правилам ст.ст.87, 88 УПК РФ, судом вопреки доводам жалоб по обоим эпизодам правильно установлены фактические обстоятельства дела и преступным действиям осужденного в каждом случае дана надлежащая юридическая квалификация. 

По делу предварительное расследование и судебное разбирательство проведены с соблюдением принципов уголовного судопроизводства и норм уголовно-процессуального закона полно всесторонне и объективно.

При назначении наказания суд руководствовался требованиями ст.ст. 6,60 УК РФ, учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновного, смягчающее наказание (уход за 

<

данные изъяты>) и иные заслуживающие внимание обстоятельства. 

Между тем с учетом указанного вносимого апелляционного изменения, безусловно влияющего на размер наказания, по делу имеется предусмотренное ст.389.15 УПК РФ основание для изменения приговора со смягчением осужденному наказания как по первому эпизоду от 18 июля 2020 года, так и наказаний, назначенных по правилам ч.2 ст.69 и ст.70 УК РФ.

В то же время по делу нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену обжалуемого судебного решения, не допущено. Следовательно, таких оснований, в том числе по доводам апелляционных жалоб, не усматривается. 

Руководствуясь п.9 ч.1 ст.38920, п.1 ч.1 ст.38926, ст.38928 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л :

Приговор Козловского районного суда Чувашской Республики от 11 июня 2021 года в отношении Никитина В.В. изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части указание о признании по эпизоду от 18 июля 2020 года (в отношении потерпевшего ФИО1) отягчающим наказание обстоятельством по п. «ж» ч.1 ст.63 УК РФ совершение преступления в отношении лица в связи с выполнением данным лицом общественного долга;

смягчить назначенное по ст.116.1 УК РФ (по эпизоду в отношении потерпевшего ФИО1) наказание до 4 месяцев исправительных работ с удержанием в доход государства 10 % из заработной платы;

на основании ч.2 ст.69 УК РФ назначить наказание по совокупности двух преступлений, предусмотренных ст.ст.116.1 УК РФ (с учетом назначенного судом первой инстанции наказания по эпизоду в отношении потерпевшего ФИО2), путем частичного сложения в виде 6 месяцев исправительных работ с удержанием в доход государства 10 % из заработной платы; 

в соответствии со ст.70 УК РФ назначить окончательное наказание путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по предыдущему приговору Козловского районного суда Чувашской Республики от 30 июня 2020 года в виде 9 месяцев исправительных работ с 10% удержанием из заработной платы в доход государства. 

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и адвоката Данилова В.Г. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления приговора (апелляционного постановления) в законную силу. В случае кассационного обжалования судебных решений осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий 

Определение29.07.2021