производство № 2 - 145/2020

Решение

Именем Российской Федерации

02 июля 2020 года р.п. Мокшан

Мокшанский районный суд Пензенской области в составе председательствующего судьи Устименковой О.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Новиковой Е.А., с участием помощника прокурора прокуратуры Мокшанского района Пензенской области Айвазова А.М., истицы ФИО1, ее представителя ФИО2, представителя ответчика ПАО МРСК "Волги" ФИО3, третьего лица ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Мокшанского районного суда гражданское дело № 58RS0022-01-2020-000268-41 по исковому заявлению ФИО1 к ПАО "МРСК Волги" о компенсации морального вреда,

установил:

истица ФИО1 обратилась в Мокшанский районный суд с исковым заявлением к ПАО "МРСК Волги" о компенсации морального вреда. Исковое заявление мотивированно тем, что ДД.ММ.ГГГГ действиями ответчика истице был причинен моральный вред. Невыполнение сотрудниками ответчика своих должностных обязанностей привело к гибели сына истицы - Ч.В.А., что подтверждается приговором Наровчатского районного народного суда Пензенской области от 23 апреля 1990 года. Указанными действиями ответчика при данных обстоятельствах истцу были причинены нравственные и душевные страдания, истец пережила сильный стресс и волнение вследствие потери несовершеннолетнего сына, его преждевременной гибели, а также физические страдания, в том числе выразившиеся в обострении ряда заболеваний, впоследствии приведших к ухудшению здоровья истца, в связи с чем ФИО1 присвоена 3 группа инвалидности 10 июня 2009 года, что подтверждается также выписным эпикризом от ДД.ММ.ГГГГ. Нравственные и душевные страдания в связи с гибелью сына истица переживет до сих пор. С момента гибели сына и на протяжении всех судебных заседаний, в которых она присутствовала, видела подсудимых - сотрудников ответчика, они вину не признали, ни разу не попросили прощения. Все действия и поведение подсудимых привели истицу к безнадежности, последствиями наступления данных событий явилось нравственное и тяжелое непередаваемое психическое сострадание истца, упадок моральной устойчивости, выразившийся в длительном личном депрессионном переживании. Ссылаясь на положения статей 151, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации истица ФИО1 просит суд взыскать с ПАО "МРСК Волги"в её пользу компенсацию морального вреда в размере 3000000 рублей.

Истица ФИО1 в судебном заседании просила исковое заявление удовлетворить в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно суду пояснила, что приговором Наровчатского суда вина подсудимых, в том числе и ФИО4, как работника Мокшанского РЭС, установлена. 

Представитель истицы ФИО1 ФИО2 суду пояснила, что осужденный ФИО4 на момент совершения преступления, за которое осужден приговором Наровчатского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, работал в должности начальника Мокшанского РЭС, который входит в состав Пензаэнерго, которое в свою очередь с 2008 года реорганизовано путем присоединения к ОАО "МРСК Волги", что подтверждает обоснованность признания ответчиком именно ПАО "МРСК Волги". Так, ФИО4 осужден по ст. 172 УК РСФСР, его действия квалифицированы как халатность при выполнении должностных обязанностей, а именно "Недобросовестно отнесся к выполнению должностных обязанностей и начальник Мокшанского РЭС ФИО4, который допускал включение электролинии на 

<

данные изъяты> в течение 3 лет без получения допуска энергонадзора, что противоречит п.п. 1.3.6., 1.3.9 Правил пользования электрической и тепловой энергией. Кроме того, он допускал включение электролинии, не убедившись в наличии у совхоза "

<

данные изъяты>" соответствующего технического персонала" (стр. 16 приговора). Данное обстоятельство является прямым доказательством и обоснованием требования истца о взыскании морального вреда с организации, в которой он на момент совершения преступления работал. Показания третьего лица ФИО4 противоречат установленным в приговоре суда обстоятельствам, согласно которым в его должностные обязанности, как начальника Мокшанского РЭС, входило разрешение включения электролинии только при наличии допуска энергонадзора и соответствующего персонала, а также то обстоятельство, что он знал и участвовал в строительстве электролинии и ее эксплуатации и допустил ряд нарушений, в том числе отсутствие соответствующего проекта, ее подключение, и его действия, в том числе привели к тому, что данная электролиния на протяжении трех лет оставалась без обслуживания и ремонта и была допущена к работе без разрешения энергонадзора. Кроме того, именно ФИО4 подписал акт приемки в эксплуатацию электролинии, акт разграничения балансовой стоимости (уже после смерти Ч.В.А.). Согласно п. 1.3.6. Правил пользования электрической и тепловой энергией - подача напряжения для эксплуатации новых электроустановок производится при наличии акта допуска их в эксплуатацию после заключения договора на пользование электроэнергией, проверки и установки приборов учета. П. 1.3.9. указанных Правил - электроустановки с сезонным характером работы (пионерские лагеря, дома отдыха, зоны отдыха и т.п.) должны ежегодно перед включением предъявляться для осмотра инспектору государственного энергетического надзора. При этом инспектору должны быть предъявлены протоколы испытания и ревизии оборудования. Подача напряжения для эксплуатации электроустановок с сезонным характером работы производится после технического осмотра и допуска их к эксплуатации. Данные Правила подтверждают, что ФИО4 как начальник Мокшанского РЭС обязан был отказать в подаче электроэнергии без наличия указанных выше документов. Утверждение представителя ответчика о том, что "несчастный случай с сыном истицы не находится в причинно-следственной связи с бездействием (действием) Мокшанского РЭС (сотрудников Мокшанского РЭС) надуман и не соответствует действительности, противоречит нормам закона. Так, именно должностное лицо - начальник Мокшанского РЭС осужден приговором Наровчатского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ именно за недобросовестное отношение к своим должностным обязанностям, повлекшим смерть Ч.В.А. Доводы представителя ответчика о том, что совхозом "

<

данные изъяты>" выплачены 1583 рубля и Мокшанским РЭС - 500 рублей, что исключает повторное получение истицей денежных средств недостоверны и противоречат законодательству, поскольку денежные средства по приговору суда взысканы в счет возмещения расходов на погребение, т.е. материального ущерба. Вопрос о взыскании морального вреда при вынесении приговора не рассматривался. Тем более, взыскание с Мокшанского РЭС материального вреда подтверждает обоснованность исковых требований и о взыскании морального вреда. Кроме того, представителем ответчика неправильно применены нормы ст. 1064 ГК РФ, согласно которым ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Само по себе наличие обвинительного приговора говорит о том, что сотрудник Мокшанского РЭС ФИО4 признан виновным в причинении истцу ущерба. В соответствии с требованиями ст. 1068 ГК РФ, если вред причинен работником юридического лица при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта), то ответственность за его возмещение возлагается на это юридическое лицо. Причинение вреда должностным лицом - начальником Мокшанского РЭС ФИО4 установлено в ходе судебного разбирательства по уголовному делу и четко изложено в приговоре Наровчатского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу. Все доводы представителя ответчика направлены на оспаривание указанного приговора и не могут являться доказательствами в данном судебном разбирательстве. Также несостоятельны доводы представителя ответчика о том, что исковые требования должны быть предъявлены к совхозу "

<

данные изъяты>" по тем основаниям, что электролиния "

<

данные изъяты>" была подключена к электролинии "Полив", владельцем которой был совхоз "

<

данные изъяты>", поскольку приговором Наровчатского суда от ДД.ММ.ГГГГ осуждены работники совхоза "

<

данные изъяты>" и Мокшанского РЭС за совершение преступления - невыполнение или ненадлежащее выполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного или недобросовестного к ним отношения, причинившее существенный вред государственным или общественным интересам либо охраняемым законом правам и интересам граждан. Согласно ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным п. 2 ст. 1081 ГК РФ. Исходя из этого, если преступление, причинившее имущественный вред истцу, было совершено двумя и более лицами, исковые требования о возмещении такого вреда следует предъявлять ко всем виновным, обязанность возместить ущерб будет возложена на них солидарно. Однако, как установлено в ходе судебного разбирательства, совхоз "

<

данные изъяты>" ДД.ММ.ГГГГ реорганизован в ТОО "Потьма", переименованный в СПК "Потьма" с ДД.ММ.ГГГГ и на основании решения Арбитражного суда Пензенской области от ДД.ММ.ГГГГ СПК "Потьма" признан банкротом в соответствие со ст. 129 ФЗ "О несостоятельности (банкротств)". Из чего следует, что правопреемников у данной организации нет. Довод представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности также не обоснован, поскольку Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Согласно п. 1 ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ. В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" от 20.12.1994 № 10 разъяснено, что на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется, поскольку они вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других материальных благ. В связи с чем, исковые требования полагает обоснованными и просит удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представители ПАО "МРСК Волги" ФИО5, ФИО3 в удовлетворении исковых требований просили отказать. В пояснениях суду и своих возражениях указали, что ПАО "МРСК Волги" не является надлежащим ответчиком, так как не являлось ни собственником, ни владельцем данной линии, линия находилась на балансе и обслуживании совхоза "

<

данные изъяты>", который и должен был следить за техническим состоянием своих линий. Истцом пропущен срок исковой давности, так как с момента гибели сына Ч.В.А. прошел 31 год. Согласно приговору Наровчатского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ истица уже получила все выплаты, связанные с гибелью сына, предусмотренные действовавшим на тот момент гражданским законодательством. Спорная линия электропередачи не принадлежала Мокшанскому РЭС, а находилась на балансе и обслуживании совхоза "

<

данные изъяты>". Заболевания, которые появились у истицы, не состоят в причинно-следственной связи с его гибелью. Инвалидность установлена в 2009 году, а не в 1988 году. Причиной инвалидности согласно справке является общее заболевание. Согласно выписному эпикризу боли в сердце появились в 1997 году, а не в 1988 году. В приговоре Наровчатского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ находятся следующие прямые доказательства отсутствия вины ПАО "МРСК Волги" в лице филиала "Пензаэнерго" и причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ПАО "МРСК Волги" в лице филиала "Пензаэнерго" (сотрудников ПАО "МРСК Волги" в лице филиала "Пензаэнерго") и смертью сына истицы. Так, из акта приемки в эксплуатацию электролинии ВЛ-10 кВ "

<

данные изъяты>" видно, что заказчиком был совхоз "

<

данные изъяты>", подрядной организацией являлась "Мехколонна -41", на протяжении 3 лет электролиния "

<

данные изъяты>" оставалась без обслуживания и ремонта, провода, проходящие через пруд с. Широкоисс, провисли до недопустимо низкого расстояния от поверхности воды, то есть электролиния находилась в аварийном состоянии, на баланс Мокшанского РЭС ВЛ-110 кВ "

<

данные изъяты>" не передавалась, а значит и обслуживанием ее работники РЭС не занимались. Подачу электроэнергии РЭС производил на основании письменных заявок совхоза "

<

данные изъяты>", другие документы для этого не требовались, электролиния "

<

данные изъяты>" была подключена к электролинии "Полив", владельцем которой был совхоз "

<

данные изъяты>", поэтому балансовую принадлежность и разграничение ответственности за эти электролинии должны были определить совхозы "

<

данные изъяты>" и "

<

данные изъяты>". Таким образом, несчастный случай с сыном истицы не находится в причинно-следственной связи с бездействием (действием) Мокшанского РЭС (сотрудников Мокшанского РЭС). Ответчик не является владельцем источника повышенной опасности, который должен возместить пережитые истицей страдания от трагической смерти сына. 

Третье лицо ФИО4 в удовлетворении исковых требований ФИО1 возражал. Суду пояснил, что на основании письменных заявок, поданных энергетиком совхоза "

<

данные изъяты>", Мокшаским РЭС осуществлялась подача эклектической энергии. На балансе Мокшаснких РЭС эти линии не никогда не находились. Собственник линии "Полив" должен был составить акт разграничения балансовой принадлежности с совхозом "

<

данные изъяты>". Мокшанский РЭС эти линии не принимал в свою собственность и не обслуживал. 

Суд, выслушав пояснения истца ФИО1, её представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3, третьего лица ФИО4, позицию помощника прокурора Айвазова А.М., считавшего требования истца не подлежащими удовлетворению, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ погиб сын истицы Ч.В.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

То обстоятельство, что Ч.В.А. приходится сыном истицы ФИО1 подтверждается справкой о заключении брака № № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельством о рождении Ч.В.А. 

Судом установлено и следует из материалов дела, что приговором Наровчатского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ за совершение преступления, предусмотренного ст. 172 Уголовного кодекса РСФСР, осуждены С.В.Л., З.А.И., ФИО4 Приговором суда установлено, что они ненадлежащим образом выполняли свои должностные обязанности, что привело к тому, что электролиния пришла в аварийное состояние. Как следует из приговора, смерть несовершеннолетнего Ч.В.А. наступила от поражения техническим электричеством вследствие контакта с проводом электролинии высокого напряжения. Начальник Мокшанских РЭС ФИО4 допускал включение электролиний на 

<

данные изъяты> в течении 3 лет, без получения допуска энергонадзора, что противоречит п.п. 1.3.6., 1.3.9 Правил пользования электрической и тепловой энергией. Кроме того, он допускал включение электролиний, не убедившись в наличии у совхоза "

<

данные изъяты>" соответствующего технического персонала. Приговором суда на основании статей 469, 445 ГК РСФСР постановлено взыскать с совхоза "

<

данные изъяты>" Мокшанского района в пользу истицы ФИО6 1583 рубля 90 копеек, с предприятия "Мокшанские электрические сети" в пользу истицы взыскано 500 рублей.

В силу статей 445, 469 Гражданского кодекса РСФСР организация обязана возместить вред, причиненный по вине ее работников при исполнении ими своих трудовых (служебных) обязанностей. В случае смерти потерпевшего расходы на погребение возмещаются лицу, понесшему эти расходы, организацией или гражданином, ответственными за вред, связанный со смертью потерпевшего.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Действовавший ранее Гражданский кодекс РСФСР не предусматривал возможности компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности. 

Отношения, связанные с возмещением морального вреда, не были урегулированы и нормами трудового законодательства до введения в действие Трудового кодекса Российской Федерации, то есть до 1 февраля 2002 года.

Впервые компенсация морального вреда с обязанностью выплаты ее в денежном выражении за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, была предусмотрена Основами гражданского законодательства Союза ССР и республик, утв. ВС СССР 31.05.1991 г. N 2211-1, действие которых распространено на территории Российской Федерации с 03 августа 1992 года.

В последующем возможность компенсации морального вреда в Российской Федерации была установлена в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, часть первая которого введена в действие с 1 января 1995 года (ст. 1 Федерального закона Российской Федерации от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии со статьей 5 Федерального закона Российской Федерации от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" часть первая Гражданского кодекса применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона Российской Федерации от 26 января 1996 года N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" часть вторая Гражданского кодекса РФ, которая регулирует вопрос возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, в т.ч. компенсации морального вреда, введена в действие с 01.03.1996.

Статьями 2, 3 этого же закона признан утратившим силу раздел 3 ГК РСФСР, а также указано на неприменение с 01.03.1996 раздела 3, в т.ч. ст. 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик.

Согласно статье 5 данного закона часть вторая Гражданского кодекса применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие.

Таким образом, поскольку моральный вред истице ФИО1, а соответственно, нравственные и физические страдания были причинены в июне 1988 года, то есть до введения в действие положений Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, утв. ВС СССР 31.05.1991 г. N 2211-1 (вступили в силу с 03.08.1992), части первой и второй Гражданского кодекса Российской Федерации, то указанные нормы права не распространяются на возникшие правоотношения и не подлежат применению.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", учитывая, что вопросы компенсации морального вреда в сфере гражданских правоотношений регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон, и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

Если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы в соответствии с пунктом 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации (пункт 6).

Руководствуясь указанными требования закона и учитывая, что смерть сына истицы Ч.В.А. наступила до введения указанных выше норм в действие, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о том, что истица ФИО1 не вправе требовать возмещения компенсации морального вреда, связанного со смертью ДД.ММ.ГГГГ ее сына Ч.В.А., 

Таким образом, суд, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что на момент причинения смерти Ч.В.А. законодательством не предусматривалась возможность компенсации морального вреда, полагает исковые требования ФИО1 к ПАО "МРСК Волги" о компенсации морального вреда не подлежащими удовлетворению.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к ПАО "МРСК Волги" о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Мокшанский районный суд.

Судья О.В. Устименкова

Мотивированное решение составлено 06.07.2020.

Судья О.В. Устименкова