Дело №

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

22 августа 2019 года город Гай

Гайский городской суд Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Халиулиной Е.В.,

при секретаре Корневой О.С.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ООО «Оренбургский пропант» ФИО2, 

старшего помощника Гайского межрайонного прокурора Хариной А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Оренбургский пропант» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском по тем основаниям, что 07 декабря 2018 года между ним ответчиком был заключен трудовой договор № и дополнительное соглашение к нему, согласно которому он был направлен на стажировку в ООО «Ника-Петротэк» в г. Семилуки. 

По прибытию в ООО «Ника- Петротэк» никакой практической стажировки не происходило, а давались такие поручения как разгрузка щебня, уборка территории. В связи с чем он начал задавать вопросы и просить документы, однако его выпроводили с территории ООО «Ника -Петротэк». Впоследствии он туда пришел, но к нему была применена физическая сила и его ограничили свободы, о чем было написано заявление в полицию и открыт больничный лист с 18 декабря 2018 года.

По приезду в 

<

адрес> 21 декабря 2018 года, он незамедлительно поехал в ООО «Оренбургский пропант», где директор В. потребовал написать заявление об увольнении по собственному желанию, что он (ФИО1) отказался делать, предоставив объяснения, копии больничных листов, справку с приемного покоя. Однако В. сказал, что они уволят его по статье и попросил покинуть территорию предприятия. 

10 января 2019 года по данному факту было написано заявление в прокуратуру 

<

адрес> и в трудовую инспекцию. Ответа он не получил до настоящего времени.

На уведомление ответчика № от 08 февраля 2019 года, которым его пригласили дать объяснения, он направил письменные объяснения с приложенными документами, а также фото пропуска, который свидетельствует, что он посещал территорию предприятия.

27 июня 2019 года им было получено уведомление № от 27 июня 2019 года о том, что он уволен с 13 декабря 2018 года.

Просит восстановить его на работе шихтовщиком в ООО «Оренбургский пропант», взыскать с ООО «Оренбургский пропант» средний заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ООО «Нико - Петротэк».

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске. Суду пояснил, что 09 декабря 2018 года он приехал в 

<

адрес> для прохождения стажировки в ООО «Ника - Петротэк». Однако фактически стажировку он не проходил, с 09 по 13 декабря 2018 года им сказали находиться в хостеле, с 14 декабря 2018 он вышел на стажировку, однако занимался уборкой территории либо выполнял функции грузчика. В связи с чем он начал задавать вопросы и требовать документы, на что получил ответ, что он не относится к данному предприятию, чтоб все разговоры вел с работодателем. 14 декабря 2018 года он покинул территорию ООО «Ника - Петротэк», его пропуск на территорию предприятия заблокировали. 15, 16, 17 декабря 2018 года он находился в хостеле. 18 декабря 2018 года он вновь пошел в ООО «Ника- Петротэк», однако к нему была применена физическая сила, его лишили свободы, о чем было написано заявлению в полицию. После чего с 18 декабря 2018 года по 09 января 2019 года он находился на больничном листке нетрудоспособности. При этом по приезду домой, 24 декабря 2018 года он поехал в ООО «Оренбургский пропант», предоставил работодателю больничные листы и дал устные объяснения, однако директор В. сказал, что если не желаю писать заявление об увольнении по собственному желанию, то уволят его по статье. Относительно причин невыхода на работу после закрытия больничного листа, в прошлом судебном заседании пояснял, что 10 января 2019 года он обратился в прокуратуру 

<

адрес> с жалобой, в связи с чем ждал ответа, кроме того, 24 декабря 2018 года он слышал разговор в ООО «Оренбургский пропант», чтоб его не пускали. В последнем судебном заседании пояснил, что он приходил после 10 января 2019 года на работу, однако его не пустили, доказательств этому у него не имеется. Считает, что срок на обращение в суд им не пропущен, поскольку об увольнении он узнал только из уведомления от 27 июня 2019 года №. Однако в последнем судебном заседании пояснил, что об увольнении он узнал еще в марте 2019 года, когда звонил в ООО «Оренбургский пропант». В марте 2019 года он на несколько дней уезжал в гости в 

<

адрес>.

Представитель ответчика ООО «Оренбургский пропант» ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать. Суду пояснила, что увольнение ФИО1 произведено в установленном законом порядке. Во время прохождения стажировки ФИО1 14 декабря 2018 года в 11.15 час. самовольно покинул рабочее место и больше не появлялся, что подтверждено Актом и табелем учета рабочего времени. 24 декабря 2018 года ФИО1, при посещении директора ООО «Оренбургский пропант» В., сообщил о его нахождении на больничном, продемонстрировав из своих рук копию больничного, при этом не предоставив его на бумажном носителе. Отдачи объяснений отказался, о чем был составлен акт. 14, 30 января, 08 февраля 2019 года в адрес ФИО1 были направлены уведомления о необходимости явки на работу и предоставлении письменных объяснений о причинах отсутствия на рабочем месте. 11 февраля 2019 года было организовано посещение ФИО1 на дому специально созданной комиссией. Однако дверь никто не открыл, о чем был составлен акт. 15 февраля 2019 года получено письменное объяснение ФИО1 с приложением листков нетрудоспособности. Таким образом, 14 декабря 2018 года следует считать днем прогула. Согласно представленным листкам нетрудоспособности, последняя дата периодов нетрудоспособности – 09 января 2019 года. Следовательно, 10 января 2019 года также считается днем прогула. По заявлению ФИО1 государственной инспекцией труда в 

<

адрес> была проведена внеплановая выездная проверка, по результатам которой сделан вывод о соблюдении работодателем порядка применения дисциплинарного взыскания. Кроме того, истцом пропущен срок обращения в суд, поскольку на основании Приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от 12 марта 2019 года ФИО1 был уволен с 13 декабря 2018 года. В тот же день работодателем было направлено по почте заказным письмом уведомление № от 12 марта 2019 года об увольнении истца и необходимости явки по месту нахождения работодателя для получения трудовой книжки и производства расчета. Уведомление было возвращено в адрес отправителя. В последующем 16 апреля 2019 года было направлено аналогичное уведомление №, которое также было возвращено отправителю. Указывает, что риск неполучения почтовой корреспонденции несет адресат. Считает, что срок обращения в суд истек 15 апреля 2019 года. Добавила, что работодатель оплатил ФИО1 прохождение стажировки, однако денежные средства истец не возвратил. Возражала против пояснений истца о том, что он после закрытия больничных появлялся на работе, поскольку ФИО1 приходил в ООО «оренбургский пропант» только 24 декабря 2018 года.

Дело рассмотрено в отсутствие третьего лица ООО «Нико - Петротэк», извещенного о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Выслушав стороны, исследовав представленные доказательства, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования не подлежат удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 3 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

Согласно подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Исходя из содержания приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации обязательным для правильного разрешения спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте.

Проверяя наличие законных оснований увольнения и соблюдения его порядка, суд исходит из следующего.

Согласно части шестой ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки. 

В соответствии со ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Согласно п. 53 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Как следует из материалов дела, 07 декабря 2018 года между ООО «Оренбургский пропант» и ФИО1 заключен трудовой договор № на неопределенный срок, согласно которому ФИО1 принят на работу с 07 декабря 2018 года .... До подписания трудового договора ФИО1 ознакомлен с Правилами внутреннего трудового распорядка, Должностной (производственной) инструкцией. Издан приказ о приеме на работу от 07 декабря 2018 года (л.д.51, 54).

07 декабря 2018 года между сторонами заключено дополнительное соглашение к трудовому договору № от 07 декабря 2018 года, согласно которому работник направляется на практическую стажировку в обособленное подразделение ОО «Ника - Петротэк» в 

<

адрес> для прохождения курса по программе 

<

адрес> Начало стажировки 07 декабря 2018 года по 06 марта 2019 года. Издан приказ от 07 декабря 2018 года о направления работника в командировку сроком на 90 суток (л.д.53, 55).

09 декабря 2019 года ФИО1 прибыл к месту стажировки (л.д.30).

На основании служебной записки от 17 декабря 2018 года главного инженера П., составлен Акт об отсутствии работника на рабочем месте от 17 декабря 2018 года, согласно которому 14 декабря 2018 года в 11.15 час. ФИО1, находящийся в служебной командировке в цехе № ООО «Ника - Петротэк» самовольно покинул рабочее место и ушел с территории предприятия. В течение всего рабочего времени с 14 декабря по 17 декабря 2018 года ФИО1 на рабочем месте не появлялся (л.д.58, 59).

19 декабря 2018 года ФИО1 вернулся с прохождения стажировки (л.д.31) и 24 декабря 2018 года прибыл к работодателю ООО «Оренбургский пропант» (л.д.32). 

24 декабря 2018 года составлен Акт, подписанный начальником ЮО, начальником ОК, а также директором ООО «Оренбургский пропант» об отказе ФИО1 в предоставлении письменных объяснений (л.д.60).

В последующем 11 января, 31 января, 28 февраля 2019 года ответчиком составлены аналогичные Акты об отсутствии на рабочем месте (л.д.61, 63, 65).

Отсутствие ФИО1 на рабочем месте подтверждается табелями учета рабочего времени за декабрь 2018 года, январь, февраль, март 2019 года (л.д. 96 - 99).

С учетом подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права юридически значимыми обстоятельствами по данному делу является: выяснение вопросов о том, было ли вызвано отсутствие ФИО1 на рабочем месте уважительными причинами; принимал ли работодатель надлежащие меры к выяснению причин отсутствия ФИО1 на работе.

Из письменных пояснений ООО «Ника - Петротэк» следует, что ФИО1 при прохождении стажировки должен был соблюдать режим рабочего времени, установленный в ООО «Оренбургский пропант».(л.д. 130).

Так, согласно условий трудового договора № от 07 декабря 2018 года, ФИО1 принят на работу с пятидневным режимом рабочего времени, с 08.00 час. до 17.00 час., продолжительностью ежедневной работы – 8 часов, время отдыха – суббота, воскресенье.

Как следует из пояснений самого ФИО1, данных в ходе судебного разбирательства, после ухода ДД.ММ.ГГГГ (пятница) с территории ООО «Ника - Петротэк», 15, 16, а также 17 декабря (понедельник) он находился в хостеле, и лишь ДД.ММ.ГГГГ вновь пошел в ООО «Ника - Петротэк».

Согласно листкам нетрудоспособности, ФИО1 находился на больничном с 18 декабря 2018 года по 09 января 2019 года. 

Однако как установлено в судебном заседании, 10 января 2019 года истец на работу не вышел, давая при этом в ходе судебного разбирательства противоречивые пояснения, а именно указывал, что причиной невыхода на работу 10 января 2019 года явилось то, что в этот день он пошел в прокуратуру 

<

адрес>, а также из разговора, состоявшегося 24 декабря 2018 года с директором ООО «Оренбургский пропант», он услышал указания, чтоб его не пускали на территорию предприятия. В последнем судебном заседании ФИО1 пояснил, что 10 января 2019 года он ходил на работу в ООО «Оренбургский пропант», однако доказательств этому у него не имеется. 

Поскольку показания истца в данной части противоречивы, то суд относится к ним критически и оснований подвергать сомнению доказательства, представленные ответчиком о том, что ФИО1 появился на работе лишь 24 декабря 2018 года, у суда не имеется.

Проверяя доводы истца о чинении ему препятствий в доступе на рабочее место со стороны ООО «Ника - Петротэк» путем блокирования пропуска, судом сделан запрос.

Согласно ответу ООО «Ника - Петротэк» от 19 августа 2019 года, доступ ФИО1 на территорию ООО «Ника- Петротэк» ограничен не был. После 14 декабря 2018 года ФИО1 на рабочем месте не появлялся, за пропуском не обращался (л.д. 144). 

Согласно Акту о пресечении правонарушения от 14 декабря 2018 года охранника 

<

адрес> Т., 14 декабря 2018 года в 11 час. 20-30 мин. на проходную завода зашел сильно возбужденный молодой человек, имея намерения покинуть территорию завода. Он кинул в нее свой пропуск и в грубой форме потребовал выпустить его. Она открыла турникет и он покинул территорию завода. Из пропуска она узнала, что это был ФИО1 (л.д. 145). 

Таким образом, уважительных причин ухода ФИО1 14 декабря 2018 года со стажировки и его невыхода 17 декабря 2018 года судом в ходе судебного разбирательства не установлено. В связи с чем работодателем правомерно квалифицированы действия ФИО1 как прогул, а именно отсутствие ФИО1 на рабочем месте без уважительных причин.

То обстоятельство, что 18 декабря 2018 года, придя на территорию ООО «Ника - Петротэк» между ФИО1 и сотрудником предприятия произошел конфликт, следствием которого явилось обращение в полицию и последующая доследственная проверка, не может расцениваться, как причина уважительной неявки истца на работу 14 и 17 декабря 2018 года, а также после закрытия больничных листов. 

Судом установлено, что 14 января 2019 года в адрес ФИО1 ответчиком направлено уведомление № о необходимости явиться на работу для предоставления объяснений длительного отсутствия на рабочем месте с 14 декабря 2018 года и до настоящего момента, а также предоставления документов, подтверждающих уважительность причин отсутствия. Данное уведомление получено ФИО1 11 февраля 2019 года (л.д.66, 67).

30 января 2019 года в адрес истца направлено аналогичное уведомление №, которое не вручено адресату в связи с его отсутствием, извещение опущено в ящик (л.д.68, 69).

08 февраля 2019 года ФИО1 вновь направлено уведомление №, полученное им 15 февраля 2019 года (л.д.71, 72). 

11 февраля 2019 года в 09.40 час. комиссия посетила по месту жительства ФИО1 по факту отсутствия его на рабочем месте. В указанное время ФИО1 отсутствовал дома (л.д 64).

В ответ на уведомление от 08 февраля 2019 года №, ФИО1 в адрес директора ООО «Оренбургский пропант» направлено письменное объяснение и приложены два листка нетрудоспособности, разовый пропуск, справка с приемного отделения Семилукской больницы от 18 декабря 2018 года (л.д.74-81).

После получения объяснений, 12 марта 2019 года ответчиком в адрес ФИО1 направлено уведомление № об его увольнении с 13 декабря 2018 года по подпункту «а» пункта 6 части 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, согласно приказу от 12 марта 2019 года №. Указано на необходимость явиться в бухгалтерию ООО «Оренбургский пропант» за получением трудовой книжки и произвести расчет с предприятием. А также истребовано согласие на направление трудовой книжки по почте (л.д.82).

Согласно уведомлению данное почтовое отправление доставлено ФИО1 14 марта 2019 года, однако им не получено в связи с отсутствием адресата, извещение опущено в ящик (л.д.83, 84).

16 апреля 2019 года в адрес ФИО1 направлено повторное уведомление № с аналогичным содержанием текста, которое также не получено адресатом в связи с его отсутствием, извещение опущено в ящик (л.д.88.91).

27 июня 2019 года в адрес ФИО1 направлено третье аналогичное уведомление №, полученное им 06 июля 2019 года (л.д.94, 95).

Проанализировав представленные доказательства, суд считает, что порядок и сроки применения взыскания ответчиком соблюдены, до наложения дисциплинарного взыскания от истца были затребованы письменные объяснения.

Однако работодателем не представлено доказательств, что при наложении дисциплинарного взыскания учитывались тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника и его отношение к труду. 

Вместе с тем, суд считает, что данное обстоятельство не может служить основанием для удовлетворения иска. Оценивая соответствие тяжести совершенного истцом проступка примененному к нему взысканию, суд учитывает длительность отсутствия истца на рабочем месте без уважительных причин, принимает во внимание, обстоятельства совершения проступка в первые дни прохождения стажировки, безразличное отношение к труду также на протяжении длительного периода времени, и считает, что вид дисциплинарного взыскания работодателем выбран верно.

Ответчиком заявлено о применении судом срока исковой давности к заявленным требованиям о восстановлении на работе. 

Истец считает, что срок обращения в суд не пропущен, поскольку об увольнении ему стало известно в июне 2019 года, в суд он обратился 09 июля 2019 года.

Разрешая заявление ответчика о пропуске истцом срока, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора) (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

При этом необходимо учитывать, что гражданин несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам.

Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Так, согласно ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указано следующее.

Исходя из содержания абзаца первого части 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

При подготовке дела к судебному разбирательству необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть рассмотрено судьей в предварительном судебном заседании. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть третья статьи 390 и часть третья статьи 392 ТК РФ). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части 6 статьи 152 ГПК РФ).

Если же ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части первая и вторая статьи 392 ТК РФ) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть вторая статьи 390 ТК РФ) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 ГПК РФ), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи)".

В связи с вышеуказанными нормами, суд считает, что течение срока исковой давности по заявленным требованиям о восстановлении на работе началось с 15 марта 2019 года, со следующего дня после доставки истцу почтового уведомления № от 12 марта 2019 года об увольнении.

15 апреля 2019 года срок исковой давности истек.

В суд с настоящим иском о восстановлении на работе ФИО1 обратился только 09 июля 2019 года.

Доводы истца о неполучении почтовой корреспонденции, судом отклоняются, поскольку доказательств неполучения корреспонденции по обстоятельствам, независящим от ФИО1 в материалах дела не имеется. Отметки на конвертах свидетельствует о причинах невручения корреспонденции в связи с отсутствием адресата, почтовые извещения были опущены в ящик. 

Ответ зам. начальника 

<

адрес> К. от 30 июля 2019 года не содержит сведений о вине работников «Почта России» в неполучении ФИО1 почтовой корреспонденции, а лишь содержит устное сообщение самого ФИО1 о неполучении им почты (л.д. 124). При этом сам ФИО1 в ходе судебного разбирательства пояснил, что он в марте 2019 года неоднократно уезжал в 

<

адрес> в гости на несколько дней, представив билеты.

Факт обращения ФИО1 в прокуратуру 

<

адрес> не может расцениваться судом как обстоятельства, препятствующие своевременному обращению в суд. 

Так, 10 января 2019 года истец обратился в прокуратуру 

<

адрес> с заявлением по факту нарушения его трудовых прав. Данное обращение было направлено для рассмотрения по существу в 

<

адрес> (л.д.117).

Согласно Акту проверки 

<

адрес> от 21 марта 2019 года нарушений не выявлено, порядок применения дисциплинарного взыскания работодателем не нарушен (л.д.126).

Согласно реестру почтовых отправлений, ответ 

<

адрес> направлен ФИО1 21 марта 2019 года (л.д.146). 

Суд относится критически к пояснениям истца о том, что об увольнении ему стало известно лишь в июне 2019 года, поскольку в последнем судебном заседании ФИО1 пояснил, что еще в марте 2019 года из телефонного разговора с сотрудником ООО «Оренбургский пропант» он узнал о своем увольнении. 

Таким образом, учитывая, что участники правоотношений должны пользоваться принадлежащими им правами добросовестно, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности истцом пропущен на 2 месяца и 23 дня. Ходатайства о восстановлении срока не заявлено. Оснований для восстановления срока исковой давности, по обстоятельствам, связанных с личностью истца, а также связанных с предусмотренными п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" обстоятельствами, не имеется.

Истец не представил в суд доказательств, которые объективно бы препятствовали обращению в суд с иском в пределах срока исковой давности.

На основании изложенного, оснований для удовлетворения исковых требований о восстановлении на работе не имеется. В связи с чем не имеется и оснований для удовлетворения производных требований и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Оренбургский пропант» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Гайский городской суд Оренбургской области в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Судья Е.В. Халиулина

Мотивированный текст решения изготовлен 27 августа 2019 года.

Судья Е.В. Халиулина