№ 

П Р И Г О В О Р

 №

Именем Российской Федерации 

с. Ирбейское 07 апреля 2017 года

Ирбейский районный суд Красноярского края в с. Ирбейском 

в составе председательствующего судьи Сабаевой В.И.

с участием государственного обвинителя и.о. прокурора района Юрьевой А.В.

подсудимой ФИО3 ФИО17

защитника адвоката Партовской С.А., удостоверение №, ордер №

при секретаре Межовой Л.В.

а также представителя потерпевшего ФИО20 по доверенности ФИО19.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО3 ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес> края, гражданки РФ, со 

<

данные изъяты> образованием, незамужней, имеющей двух малолетних детей, неработающей, не судимой, проживающей по 

<

адрес> 

<

адрес> в 

<

адрес>, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, суд 

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного расследования подсудимая ФИО3 обвиняется в присвоении, то есть хищении чужого имущества, вверенного виновному, совершенное в крупном размере, а именно в том, что, как указано дословно в обвинительном заключении - в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и договора о полной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ, работала в должности 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> которое

расположено по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 заключен договор о полной материальной ответственности, согласно которому ФИО3, являясь 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> несла полную материальную ответственность за недостачу вверенного ей 

<

данные изъяты> имущества, обязуясь вести учет, составлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного имущества.

Функциональные обязанности, права и ответственность 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО3 были определены должностной инструкцией 

<

данные изъяты>, с которой ФИО3 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждает ее личная подпись в листе ознакомления с указанной инструкцией.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, работающая в должности 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> руководствуясь единым преступным умыслом, совершила присвоение денежных средств, принадлежащих 

<

данные изъяты> при следующих обстоятельствах: в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, находясь на рабочем месте в офисе 

<

данные изъяты>», получала денежные средства от кассиров операционистов и водителей от продажи билетов. Реализуя свой единый преступный умысел на продолжаемое хищение денежных средств, ФИО3 часть вверенных ей денежных средств в сумме 

<

данные изъяты>, полученных от кассиров операционистов и 

<

данные изъяты>, полученных от водителей за продажу билетов, в кассу не внесла, присвоив их и впоследствии распорядившись ими по своему усмотрению. При этом с целью сокрытия хищения денежных средств, ФИО3 изымала приходные кассовые ордера, по которым денежные средства поступали в кассу, уничтожая при этом бумажный носитель и намеренно не отражая данную сумму в программе 1С Предприятие и не отражая их в кассовой книге.

Своими действиями в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, более точное время в ходе предварительного следствия не установлено, ФИО3 присвоила принадлежащие 

<

данные изъяты>» денежные средства в сумме 

<

данные изъяты>, обратив их в свою собственность, тем самым похитила указанные денежные средства.

Похищенными денежными средствами ФИО3 распорядилась по своему усмотрению, потратив их на личные нужды, причинив 

<

данные изъяты>» имущественный вред в сумме 

<

данные изъяты>.

При этом, в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, в этом обвинительном заключении в качестве доказательств, подтверждающих обвинение, следователем указаны: показания представителя потерпевшей организации, свидетелей, а также письменные доказательства: заявление директора АТП (т. № л.д. №); протокол осмотра документов на ФИО3, копий документов, прилагаемых к отчету эксперта о результатах независимой бухгалтерской экспертизы кассовых операций (т. № л.д. №); заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. №); протокол осмотра документов в виде отчета аудитора по результатам проверки бухгалтерской отчетности организации за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, здесь же осмотр программы 1С Предприятие на СDR диске, что признано и приобщено к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т. № л.д. №).

В судебном заседании государственный обвинитель и.о. прокурора района Юрьева А.В., сославшись на мнение прокурора района, утвердившего обвинительное заключение, обвинение поддержала в полном объеме, указав на то, что подсудимая ФИО3 имела доступ к материальным средствам предприятия, по делу проведена бухгалтерская экспертиза, выявившая недостачу по подотчету ФИО3, согласно пояснений свидетелей только она имела доступ к программе 1С, что касается процессуальных нарушений, они не повлияли на объективность рассмотрения дела, полагает, что доказательства все являются допустимыми, а ходатайство защиты о признании ряда доказательств недопустимыми, - не подлежащими удовлетворению. Просит признать ФИО3 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ и назначить ей наказание в виде штрафа в размере 100 000 руб..

У представителя потерпевшего ФИО2 в прениях ничего не было.

Защитник адвокат Партовская С.А. в судебном заседании в своей речи вернулась к ходатайству о признании ряда доказательств, а именно: протокола осмотра бухгалтерских документов от ДД.ММ.ГГГГ и приобщения их в качестве вещественных доказательств; постановление о производстве выемки в офисе электронной базы 1 С Предприятие и протокола ее выемки; протокола осмотра и постановления о приобщении копии базы 1С к материалам дела; заключения бухгалтерской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ – недопустимыми, исключении их из числа доказательств вины подсудимой и просит вынести оправдательный приговор.

Подсудимая ФИО3 в настоящем судебном заседании виновной себя в предъявленном обвинении по ч. 3 ст. 160 УК РФ не признала, утверждает, что денежные средства она не похищала и себе ничего не присваивала. То что на следствии она неоднократно меняла пояснения в части не непризнания вины, частичного признания, полного признания, отказа от пояснений в порядке ст. 51 Конституции РФ - объясняет состоянием здоровья, она была беременна, плохо переносила это состояние, потому оговаривала себя.

Исследовав и оценив в совокупности все представленные по делу доказательства, судом установлено следующее.

Подсудимая ФИО3 согласно приказу № а л/с от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. №) была принята на работу в 

<

данные изъяты>» на должность 

<

данные изъяты>, трудовой договор заключен ДД.ММ.ГГГГ № (т. №). Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ (т№) она принята билетным 

<

данные изъяты> в преобразованное предприятие Ирбейский филиал 

<

данные изъяты> Фактически, со слов подсудимой, а также пояснений главного бухгалтера ФИО6 и представителя потерпевшей организации ФИО2 в судебном заседании, подсудимая ФИО3 и с ДД.ММ.ГГГГ продолжала исполнять обязанности 

<

данные изъяты>. Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. №) с подсудимой ФИО3 трудовой договор был прекращен и она уволена с ДД.ММ.ГГГГ по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, личное заявление). В период работы бухгалтером кассиром с подсудимой ФИО3 был заключен от ДД.ММ.ГГГГ договор о полной индивидуальной ответственности (т.№ л.д. №). И она исполняла обязанности согласно должностной инструкции, при этом был установлен порядок, что нижняя касса, в которую входили кассиры по продаже билетов и водители-кондукторы, ежедневно составляли отчеты с приложением первичных документов и один экземпляр, а также вырученные денежные средства, передавали в верхнюю кассу, должность в которой замещала подсудимая ФИО3. Последняя, составляла ежедневный бухгалтерский отчет по своей верхней кассе на бумажном носителе и кроме того, размещала его в Программе 1С Предприятие. Из верхней кассы подсудимой ФИО3 производилась также выдача заработной платы, аванса, материальной помощи, средств на расход горючего, излишки денежных средств сдавались в банк. И все это должно было отражаться в ее бухгалтерских отчетах.

С ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>» преобразовано в Ирбейский филиал 

<

данные изъяты>».

ДД.ММ.ГГГГ по инициативе главного бухгалтера ФИО6, в отсутствие 

<

данные изъяты> подсудимой ФИО3, была проведена предварительная проверка первичных кассовых документов по отчетности подсудимой ФИО3 без надлежащего изъятия и оформления этих документов и как указано в акте, было выявлено расхождение учетных данных с первичкой на сумму 

<

данные изъяты> руб. и предлагалось отнести эту сумму на статью учета «недостача». После чего, в этот же день была проведена проверка наличия денежных средств в кассе подсудимой ФИО3, вновь в ее отсутствие, зафиксировано наличие денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> Указанная сумма денежная была отнесена в счет нового предприятия Ирбейский филиал 

<

данные изъяты>».

Изложенное явилось основанием для подачи представителем предприятия ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ заявления в МО МВД России «Ирбейский» о привлечении к уголовной ответственности 

<

данные изъяты> ФИО3 (т.№ л.д. №).

До возбуждения уголовного дела, по договору №к от ДД.ММ.ГГГГ между заказчиком представителем предприятия ФИО2 и 

<

данные изъяты> была проведена независимая бухгалтерская экспертиза, согласно отчета которой от ДД.ММ.ГГГГ, как указано в ней, недостача за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по кассовой выручке и дополнительно по выручке от водителей всего составила 

<

данные изъяты> руб. (т. № л.д. №).

С учетом заключения этой независимой бухгалтерской экспертизы, указанной в качестве основного письменного доказательства в обвинительном заключении, дело впервые от ДД.ММ.ГГГГ было направлено прокурору для утверждения обвинительного заключения и направлении его в суд (т. № л.д. № Постановлением прокурора от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело было возвращено для производства дополнительного следствия (т. № л.д. №), где было указано, что нельзя признавать законным ссылку органов предварительного расследования как на одно из доказательств – на заключение независимой бухгалтерской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ. Указано, что не принято мер к назначению дополнительной либо повторной экспертизы.

Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена бухгалтерская судебная экспертиза, производство которой поручено экспертам ЭКЦ ГУ МВД России по 

<

адрес> (т. № л.д. №).

Согласно заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № разница между суммой выручки, отраженной в кассовых отчетах кассиров операционистов и суммой выручки отраженной в программе 1С Предприятия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 

<

данные изъяты> руб.; за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 

<

данные изъяты>.; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 

<

данные изъяты> руб. и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 

<

данные изъяты>. (последние периоды - периоды нахождения подсудимой ФИО3 в отпуске). И разница между выручкой отраженной в реестрах выполненных рейсов водителей и выручкой отраженной в программе 1С Предприятие за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 

<

данные изъяты> руб.. Установить и выделить по водителям разницу за период нахождения в отпусках, указано, что не представляется возможным (т. № л.д. №).

ДД.ММ.ГГГГ следователем была назначена вторая бухгалтерская судебная экспертиза для определения разницы между суммой выручки отраженной в кассовых отчетах и суммой выручки, отраженной в программе 1С за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (периоды нахождения подсудимой по листу нетрудоспособности) (т№ л.д. №).

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. №) следует, что разница между суммами в эти периоды составила 

<

данные изъяты> руб. и 

<

данные изъяты> руб..

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. № следователь частично прекратил уголовное преследование в отношении подсудимой ФИО3 в хищении денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> руб. (периоды, что она находилась в отпусках и по листу нетрудоспособности) и продолжил уголовное преследование в сумме ущерба 

<

данные изъяты> руб..

По настоящее время это постановление следователя не отменено.

В объеме ущерба 

<

данные изъяты> руб. уголовное дело с обвинительным заключением, с указанным в нем в качестве основных письменных доказательств заключений эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, вторично направляется прокурору района для утверждения обвинительного заключения и направления его в суд. (т. № л.д. №).

Постановлением прокурора от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. №) уголовное дело в очередной раз возвращается следователю для производства дополнительного следствия с указанием, что именно по делу нарушено и что подлежит восполнению. В том числе, продолжается указание в постановлении о том, что по делу не изъяты, не осмотрены бухгалтерские документы, не приобщены они к делу в качестве вещественных доказательств. Указано на то, что не изымалась программа 1С Предприятие, не приобщалась к делу, в то время как она уже была использована в выводах заключения эксперта № и №. Обращено внимание на недопустимость использования данной программы 1С без проведения предварительной компьютерно - технической экспертизы. Указано, что при назначении бухгалтерской экспертизы не ставился вопрос о периоде допущенной недостачи денежных средств, способе хищения, способе сокрытия недостачи.

После дополнительного расследования, следователем в дело был приобщен отчет аудитора за проверяемый период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; протокол осмотра от ДД.ММ.ГГГГ указанного отчета аудитора и бухгалтерской программы 1С Предприятие; проверочный материал в отношении выделенной из обвинения ранее суммы 

<

данные изъяты> руб.. И уголовное дело поступило в суд с указанной в обвинении и в обвинительном заключении суммой присвоения в 

<

данные изъяты> руб. (согласно заключения эксперта № 23: 

<

данные изъяты>.). Обстоятельства, изложенные в этом обвинительном заключении и доказательства к нему, указаны выше.

То есть по материалам настоящего уголовного дела, не считая предварительной проверки без соответствующего ее оформления от ДД.ММ.ГГГГ, отмечаются три суммы, вмененные подсудимой ФИО3 в качестве присвоения: 

<

данные изъяты> руб.; 

<

данные изъяты> руб.; 

<

данные изъяты> руб.. И трижды подсудимой ФИО3 предъявлялось обвинение в пределах этих сумм.

В период работы с ДД.ММ.ГГГГ подсудимая ФИО3 согласно приказов № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ (т№ л.д. № находилась в отпусках с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (18 дней), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (10 дней), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (18 дней). И кроме того, находилась на листке нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (10 дней), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (2 дня).

На периоды отпусков и нахождения на больничном обязанности подсудимой ФИО3 исполняли: работавшая контролером-ревизором ФИО7 и работавшая бухгалтером ФИО8, что подтвердили в судебном заседании допрошенные в качестве свидетелей сами ФИО21 и ФИО22, свидетель ФИО6 а также подтвердила и подсудимая ФИО3, подтверждается это и копиями приказов (т№ л.д. №).

Согласно ч. 2 ст. 50 Конституции РФ при осуществлении правосудия не допускается исследование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Такие доказательства признаются не имеющими юридической силы и не могут быть исследованы для обоснования обвинения, при производстве дознания, предварительного расследования и разбирательстве уголовного дела в суде.

Как следует из ст. 88 УПК РФ – каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. Суд вправе признать доказательство недопустимым по ходатайству сторон или собственной инициативе в порядке, установленном ст. 234 и 235 УПК РФ, как на предварительном слушании дела, так и в ходе его разбирательства по существу.

По смыслу указанной статьи, каждое доказательство по уголовному делу, для того, чтобы считаться доброкачественным и использоваться в доказывании, должно обладать тремя основными свойствами - относимостью, допустимостью и достоверностью, а все доказательства собранные в совокупности должны быть достаточными для правильного разрешения дела.

Обязанность суда признать доказательство недопустимым возникает в тех случаях, когда допущенное в ходе предварительного расследования нарушение закона не устранимо в судебном заседании.

В соотвествии с ч. 3 ст. 7 УПК РФ – нарушение норм настоящего кодекса судом, прокурором, следователем, органом дознания или дознавателем в ходе уголовного судопроизводства влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств.

Законность подразумевает требование осуществления производства по делу в точном соответствии с законом, соблюдения всех норм материального и процессуального права.

Требования законности распространяются как на фактически осуществляемые процессуальные действия и решения, так и на процессуальные документы, отражающие ход производства по уголовному делу.

Законность процессуальных документов означает, что они составлены согласно требованиям УПК и других нормативных актов.

И ч. 1 ст. 75 УПК РФ предусмотрено, что доказательства, полученные с нарушением требований УПК, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 164 УПК РФ следственные действия, предусмотренные ч. 3 ст. 178, ст. 179, ст. 182 и ст. 183 настоящего Кодекса, производятся на основании постановления следователя.

В силу ч. 8 ст. 164 УПК РФ - в ходе производства следственного действия ведется протокол в соответствии со ст. 166 настоящего Кодекса.

По смыслу указанной статьи, к следственным действиям, которые проводятся с соблюдением необходимых правил, относится и выемка. При производстве этого следственного действия следователем (дознавателем) в обязательном порядке выносится постановление об ее производстве, а также составляется протокол выемки.

Несоблюдение правил производства следственных действий в силу ч. 3 ст. 7 УПК влечет признание недопустимыми полученных таким путем доказательств.

Согласно ч. 1 ст. 170 УПК РФ в случаях, предусмотренных ст. 182, ч. 3.1 ст. 183, ст. 184, ст. 193 УПК РФ, следственные действия производятся с участием не менее двух понятых, которые вызываются для удостоверения факта производства следственного действия, его хода и результатов, за исключением случаев, предусмотренных ч. 3 настоящей статьи.

В соответствии с ч. 3.1 ст. 183 УПК РФ при производстве выемки изъятие электронных носителей информации производится с участием специалиста. Здесь же указано, что в присутствии понятых с изымаемых электронных носителей информации осуществляется копирование информации на другие электронные носители информации, представленные законным владельцем изымаемых электронных носителей информации или обладателем содержащейся на них информации. При производстве выемки не допускается копирование информации, если это может воспрепятствовать расследованию преступления либо, по заявлению специалиста, повлечь за собой утрату или изменение информации. Об осуществлении копирования информации в протоколе делается соответствующая запись.

Подвергнув в судебном заседании всестороннему анализу все представленные в обвинение подсудимой ФИО3 доказательства, суд приходит к выводу, что действия по обнаружению письменных доказательств, их изъятие, выемка, осмотр, приобщение к материалам дел в качестве вещественных доказательств, являющиеся следственными действиями, выполнены с нарушением требований УПК РФ, указанных выше.

В частности, в материалах дела отсутствуют постановления о производстве выемки бухгалтерских документов в 

<

данные изъяты> и протоколы выемок этих документов. 

На л.д. № т. № имеется сопроводительное письмо за подписью представителя потерпевшего предприятия ФИО2 о том, что 

<

данные изъяты>» направляет в адрес МО МВД России «Ирбейский» бухгалтерские документы, в приложении: бухгалтерские документы в 48 папках, журнал кассира операциониста 2 штуки.

В судебном заседании представитель потерпевшего ФИО2 не смог пояснить суду, какие именно документы им были представлены в отдел полиции. Подсудимая ФИО3 и главный бухгалтер ФИО6 в настоящем судебном заседании утверждают, что именно у них и в целом в предприятии сотрудниками полиции документы никакие не изымались с оформлением протоколов выемки, копий этих документов по выемке на предприятии не имелось и не имеется.

Передавая ДД.ММ.ГГГГ материалы, собранные в порядке ст. 144-145 УПК РФ от органа дознания в органы предварительного следствия МО МВД РФ «Ирбейский», в постановлении также не нашел отражения факт передачи конкретных финансовых документов потерпевшей организации в органы следствия (л.д. № том №

ДД.ММ.ГГГГ следователем ФИО9 произведен осмотр документов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, как указано в протоколе: по подотчету 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>» ФИО3. Из содержания данного протокола осмотра не видно откуда эти документы, кем предоставлены и изъяты.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя были допрошены занимавшиеся расследованием по настоящему делу следователь ФИО9 и следователь ФИО10 по поводу постановления о производстве выемки и протокола выемки, пояснения которых в настоящее время отношения к рассматриваемому делу, не имеют, и ничего не изменят, поскольку фактически в материалах настоящего рассматриваемого уголовного дела отсутствуют постановления о производстве выемки и протоколы выемок бухгалтерских документов. При этом в показаниях свидетеля ФИО23 было выявлено противоречие, когда она утверждала, что постановление о производстве выемки в материалах дела имелось и при направлении ею дела прокурору района с обвинительным заключением, а при обозрении описи в томах уголовного дела, составленной ею же, этого постановления о производстве выемки не обнаружено. Что вызывает в целом сомнения в показаниях следователей ФИО24 и ФИО25 данных в судебном заседании.

На то, что не изымались и не осматривались бухгалтерские документы, обращал внимание и прокурор района в постановлениях о возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия.

Из вышеизложенного, установленного в судебном заседании следует, что бухгалтерские документы поступили из 

<

данные изъяты>» в орган дознания в не установленном порядке, в не установленном количестве и перечне, и не установлено, в опечатанном или нет состоянии. Откуда, из каких служб, у каких должностных лиц были взяты эти бухгалтерские документы, органами следствия не установлено. Процессуальная передача бухгалтерских документов от органа дознания в органы предварительного следствия не зафиксирована. 

Протокол осмотра документов является следственным действием и должен быть составлен в соответствии с требованиями ст. 166 УК РФ.

В силу ч. 2 ст. 74 УПК РФ протоколы являются доказательствами по уголовному делу. Согласно ст. 88 УПК РФ протоколы следственных действий должны соответствовать требованиям допустимости, относимости и достоверности. Поэтому, если протоколы следственных действий не соответствуют тем или иным требованиям, они согласно ст. 75 УПК РФ будут признаны недопустимыми доказательствами.

При осмотре ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. №) следователем ФИО9 документов, эти требования были нарушены. Изначально в протоколе указано, что производится осмотр документов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по подотчету бухгалтера-кассира в 

<

данные изъяты>» ФИО3, в то время как указанные документы, являются не только подотчетом бухгалтера-кассира, а также отчетами кассиров операционистов и отчетами водителей и кондукторов. Содержимое папок с документами, согласно протокола не осматривалось, не проверялось, не отслеживалась полнота содержимого в папках и не фиксировалось это в протоколе осмотра. Не перечислено и не указано куда, и как упакованы после осмотра указанные документы. 

И в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. № указано, что признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств документы по подотчету бухгалтера кассира ФИО3, которые упакованы в коробки, без указания их количества.

В судебном заседании с участием всех участников процесса были вскрыты и осмотрены коробки с вещественными доказательствами согласно постановления следователя ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ. Оказалось, что только в трех коробках помещены документы по подотчету подсудимой ФИО3, в пяти других коробках помещены отчеты кассиров операционистов, водителей – кондукторов и документы по банку. О некачественном, ненадлежащем, проведенном с нарушением требований ст. 166 УПК РФ осмотре документов свидетельствует и наличие в некоторых коробках помимо папок с документами, документов «россыпью», а в коробке с документами по банку – 11 отдельных отчетов кассиров операционистов, и все они не охвачены осмотром и не отражены в протоколе осмотра документов бухгалтерских. В папке с отчетами бухгалтера кассира подсудимой ФИО3 за ДД.ММ.ГГГГ года отсутствовал отчет за ДД.ММ.ГГГГ, что было обнаружено при предоставлении представителем потерпевшего предприятия ФИО2 этого отчета в числе других документов в настоящее судебное заседание.

Согласно показаний свидетеля главного бухгалтера ФИО6 и представителя потерпевшего предприятия ФИО2 в судебном заседании, документы по подотчету подсудимой ФИО3 до настоящего времени обнаруживаются в помещении конторы 

<

данные изъяты>. В подтверждение указанного, ФИО2 в настоящее судебное заседание представил указанный выше подшитый отчет подсудимой ФИО3 за ДД.ММ.ГГГГ, а также отчетные листы водителей и билетно - учетные листы на 64 листах, обнаруженные по истечении уже около двух лет после начала проверки и возбуждения настоящего уголовного дела.

Что касается копии программы 1С Предприятие на CDR диске – в материалах дела имеется постановление о производстве выемки от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. №) и протокол выемки этой копии в 

<

данные изъяты>» у главного бухгалтера ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. №).

При этом, выемка произведена, как указано выше, в нарушение ч. 3.1 ст. 183 УПК РФ, в отсутствие понятых и в отсутствие специалиста. Каким образом, как и когда фактически производилось копирование информации на указанный диск – ни следствием, ни в судебном заседании не установлено. Ничего по этому поводу не смогли пояснить в судебном заседании ни представитель потерпевшего предприятия ФИО2, ни главный бухгалтер ФИО6, ни следователь ФИО11, производивший выемку этой копии на диске. Соответствует ли информация в копии программы 1С Предприятие оригиналу программы, следствием не установлено и уже не представляется возможным установить, поскольку оригинал программы 1С Предприятие утрачен. Это подтвердили в судебном заседании следователь ФИО11, представитель потерпевшего предприятия ФИО2 и главный бухгалтер ФИО6. О недопустимости использования данной копии программы 1С Предприятие в таком виде, обращалось внимание прокурора в постановлении о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование еще от ДД.ММ.ГГГГ.

Установлено, что указанная копия программы 1С Предприятие, еще до выемки ее следователем ФИО11, использовалась при проведении независимой бухгалтерской экспертизы ООО Аудиторская компания «Поиск» от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д№) по договору с представителем предприятия.

И кроме того, указанная копия программы 1С Предприятие использовалась при проведении бухгалтерской судебной экспертизы, заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (№), которое указано основным письменным доказательством обвинения подсудимой ФИО3 в обвинительном заключении по рассматриваемому делу в настоящем судебном заседании.

Помимо того, что при проведении указанной экспертизы № использовалась ненадлежащим образом, с нарушением требований УПК РФ, изъятая на CDR диске копия программы 1С Предприятие, с непроверенным соответствием оригиналу программы 1С Предприятие, - судом установлено, что и вопросы на разрешение экспертизы не ставились конкретно в отношении подсудимой ФИО3 по ее подотчету.

Вопросы следователем были поставлены следующие: какова разница между суммой выручки отраженной в книгах кассиров операционистов и суммой выручки отраженной в 1С Предприятие за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и отдельно за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. И второй вопрос: какова разница между суммой выручки отраженной в реестрах выполненных рейсов водителей и суммой выручки отраженной в 1С Предприятие за те же периоды. И ничего по подотчету подсудимой ФИО3.

На поставленные вопросы и были получены ответы эксперта. Что также подтвердила в судебном заседании допрошенная эксперт ФИО12. Она пояснила суду, что первичная бухгалтерская документация на бумажном носителе бухгалтера кассира подсудимой ФИО3 проверке не подвергалась. Проводилось соответствие кассовых отчетов кассиров операционистов данным программы 1С Предприятие и отчетов водителей – кондукторов данным программы 1С Предприятие.

Согласно текста в описании при проведении указанной экспертизы № отмечается, что при арифметической проверке выручки отраженной в книгах кассира операциониста, экспертом были выявлены расхождения между суммами выручки рассчитанной экспертом и суммой выручки отраженной в книгах кассира операциониста. То есть имели место расхождения внутри нижней кассы, еще до проверки соответствия с программой 1С Предприятие.

Проведение проверки, экспертизы по соответствию данным копии программы 1С Предприятие на CDR диске, в отсутствие оригинала программы и в отсутствие первичных учетных документов на бумажном носителе, не соответствует требованиям федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

Указанные в заключении эксперта № суммы и по сути своей, и в связи с установленным нарушением в проведении ее, не могут расцениваться как недостача в подотчете бухгалтера кассира подсудимой ФИО3. 

По смыслу ст. 88 УПК РФ обязанность суда признать доказательства недопустимыми возникает в тех случаях, когда допущенное в ходе предварительного расследования нарушение закона не устранимо в судебном заседании.

Указанные выше, установленные в судебном заседании нарушения требований УПК по выполнению следственных действий о вынесении постановлений о производстве выемок, протоколов выемок, вытекающих отсюда протоколов осмотра документов, проведение бухгалтерской экспертизы №, суд расценивает существенными. Эти нарушения в судебном заседании не устранимы. Наличие недостачи в подотчете подсудимой ФИО3 по рассматриваемому делу не установлено и не представляется возможным установлению в судебном заседании. В суде полностью нашло подтверждение, что первичная учетная документация на бумажном носителе в полном объеме у подсудимой ФИО3 не изымалась надлежащим образом и не исследовалась. Частично документы ее и по настоящее время обнаруживаются в конторе предприятия.

Более того, установлено, что при приеме подсудимой ФИО3 на должность бухгалтера кассира, при смене материально ответственных лиц, в нарушение Приказа Минфина России № 119-н от 28.12.2001 года (в редакции от 24.10.2016 года) об обязательном проведении инвентаризации, такая инвентаризация в предприятии не производилась, что подтверждается и актом о приеме-передаче от 12.11.2012 года (т. № л.д. № За весь период работы в подотчете подсудимой ФИО3 не проводилось ревизии. Представленный в материалы дела (т. № л.д№) отчет аудитора по результатам проверки бухгалтерской отчетности организации за период: ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ, не может расцениваться как ревизия, поскольку этот аудит совершенно не касался подотчета подсудимой ФИО3, бухгалтерские документы у нее не проверялись, результатов не выносилось. Не проводилось инвентаризации при уходе подсудимой ФИО3 в отпуска: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (18 дней); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (10 дней); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (18 дней) и по нахождению на листке нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (10 дней); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (2 дня) и при возврате ее на работу, в то время как в указанные периоды исполняли ее обязанности согласно приказов ФИО7 и ФИО8. В то же время согласно пояснений подсудимой ФИО3, что подтвердила в судебном заседании и допрошенная в качестве свидетеля ФИО8 - последняя в отсутствие подсудимой ФИО3 вносила сведения в электронную программу 1С Предприятие. Кроме того, в судебном заседании из показаний подсудимой ФИО3, подтвержденных показаниями свидетелей ФИО8 и ФИО13 установлено, что к программе «1С Предприятие» в 

<

данные изъяты>» имели доступ три человека: главный бухгалтер ФИО6, бухгалтер материальной группы ФИО8 и она (подсудимая). При этом у главного бухгалтера программа была лицензированной, а у остальных – нет. Пароль для входа в программу был один на всех троих. Электронных подписей ни у кого не имелось. А потому, достоверность содержавшаяся в оригинале данной электронной программы 1 С Предприятие, также могла быть поставлена под сомнение. Не проводилось и инвентаризации по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, когда была проведена реорганизация (преобразование ) 

<

данные изъяты>» в 

<

данные изъяты>», в то же время по непонятным основаниям, обнаруженные денежные средства в кассе подсудимой ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в сумме 

<

данные изъяты> руб. были отнесены на счет нового предприятия. 

Таким образом, в связи с невозможностью устранения в судебном заседании допущенных нарушений в ходе предварительного расследования, - суд, соглашаясь с ходатайством защиты, признает недопустимыми и подлежащими исключению следующие письменные доказательства: - протокол осмотра бухгалтерских документов следователем ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ и постановление о приобщении их в качестве вещественных доказательств к материалам дела (т. № л.д. №); - постановление о производстве выемки следователем ФИО11 копии электронной базы 1С Предприятие на CDR – диске от ДД.ММ.ГГГГ, протокол ее выемки от ДД.ММ.ГГГГ и протокол осмотра этого диска от ДД.ММ.ГГГГ (№) и заключение бухгалтерской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (№).

Согласно ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию в том числе: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; характер и размер вреда, причиненного преступлением.

В судебном заседании не нашло подтверждения обнаружение и установление недостачи в подотчете материально-ответственного лица бухгалтера кассира подсудимой ФИО3. То есть не установлено событие преступления.

Как следует из ч. 2 ст. 77 УПК РФ, показания обвиняемого, в которых он признает вину в совершении преступления, могут быть положены в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу других доказательств.

И в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 29.11.2016 г. № 55 «О судебном приговоре» указано, что судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оговорены. Признание подсудимым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, не может служить основанием для постановления обвинительного приговора. В силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, толкуются в пользу подсудимого. 

В судебном заседании установлено, что как указано выше, на протяжении предварительного расследовании, подсудимой ФИО3 обвинение предъявлялось трижды. При этом, при предъявлении обвинения от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 

<

данные изъяты> руб. – вину она не признала, от дачи пояснений отказалась, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ; при предъявлении обвинения ДД.ММ.ГГГГ в сумме 

<

данные изъяты> руб. – признала полностью; при предъявлении обвинения ДД.ММ.ГГГГ в сумме 

<

данные изъяты> руб. - признала частично. И в настоящем судебном заседании уже вину не признала. Суду подсудимая ФИО3 объяснила причину изменения отношения к предъявленному обвинению состоянием здоровья, что она находилась в состоянии беременности уже на момент первого предъявления обвинения и это состояние беременности переносила плохо.

Как установлено и указано выше, признание вины подсудимой не подтверждено в судебном заседании другими исследованными доказательствами.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в результате судебного разбирательства, основания, на которых базировались выводы органов предварительного расследования при привлечении подсудимой ФИО3 к уголовной ответственности и при направлении материалов уголовного дела в суд для рассмотрения его по существу, указанные в обвинительном заключении, - в судебном разбирательстве не подтвердились, других доказательств по делу органом следствия и судом не добыто, не приведено их и стороной обвинения, а потому вынесению подлежит оправдательный приговор в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 302 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 302, 304-306 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО3 ФИО26 оправдать по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ на основании п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде - отменить.

Признать за ФИО3 ФИО27 право на реабилитацию в соответствии со ст. 134 УПК РФ.

В удовлетворении исковых заявлений ФИО28 - отказать.

Вещественные письменные доказательства (согласно протокола осмотра от ДД.ММ.ГГГГ (т. № л.д. №), находящиеся опечатанными в 8-ми коробках, по вступлении приговора в законную силу, возвратить в ФИО29», ныне ФИО30».

Вещественные доказательства: 

<

данные изъяты> - оставить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Ирбейский районный суд в течение десяти суток со дня провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должен указать в своей апелляционной жалобе.

Председательствующий В.И. Сабаева