КОПИЯ

Дело № 22-7/2026 (22-1871/2025) судья Петрова Е.О.

УИД 33RS0005-01-2024-001248-49 докладчик Балашов А.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

4 февраля 2026 года г. Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего

судей

при секретаре

с участием:

прокурора

осужденного

защитника-адвоката

защитника осужденного

ФИО1-адвоката

осужденного

защитника-адвоката

осужденного

защитника-адвоката

осужденного

защитника-адвоката

ФИО2,

ФИО3, Балашова А.С.,

ФИО4,

ФИО5,

ФИО6,

ФИО7,

ФИО8,

ФИО9,

ФИО10,

ФИО11,

Кудряковой Е.В.,

ФИО12,

Михеевой О.Д.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению и.о. Александровского городского прокурора Чикишевой Е.В., жалобам адвоката Михеевой О.Д. в интересах осужденного ФИО12, адвоката Злобиной М.А. в интересах осужденного ФИО9, адвоката Викторова К.Е. в интересах осужденного ФИО6, адвоката Кудряковой Е.В. в интересах осужденного ФИО11 на приговор Александровского городского суда Владимирской области от 30 апреля 2025 года, которым

ФИО13, родившийся **** в ****, судимый:

- приговором **** от 3 февраля 2022 года по ч.2 ст. 234, ч.3 ст. 180 УК РФ к штрафу в размере 250 000 рублей (наказание исполнено 11 марта 2022 года);

осужден по ч.3 ст. 180 УК РФ (в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года) к лишению свободы на срок 3 года со штрафом в размере 450 000 рублей.

В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года с возложением на осужденного обязанностей: не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться не реже 1 раза в месяц на регистрацию в указанный орган; трудиться в течение испытательного срока;

ФИО14, родившийся **** в ****, судимый:

- приговором **** от 3 февраля 2022 года по ч.2 ст. 234, ч.3 ст. 180 УК РФ к штрафу в размере 250 000 рублей (наказание исполнено 11 марта 2022 года);

осужден по ч.3 ст. 180 УК РФ (в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года) к лишению свободы на срок 2 года 3 месяца со штрафом в размере 300 000 рублей.

В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год с возложением на осужденного обязанностей: не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться не реже 1 раза в месяц на регистрацию в указанный орган; трудоустроиться и трудиться в течение испытательного срока;

ФИО6, родившийся **** в ****, несудимый,

осужден по ч.3 ст. 180 УК РФ (в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года) к штрафу в размере 520 000 рублей;

ФИО1, родившийся **** в **** ССР, несудимый,

осужден по ч.3 ст. 180 УК РФ (в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года) к штрафу в размере 520 000 рублей;

ФИО15, родившийся **** в ****, несудимый,

осужден по ч.3 ст. 180 УК РФ (в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года) к штрафу в размере 520 000 рублей;

ФИО9, родившийся **** в ****, несудимый,

осужден по ч.3 ст. 180 УК РФ (в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года) к штрафу в размере 520 000 рублей;

ФИО11, родившийся **** в ****, несудимый,

осужден по ч.3 ст. 180 УК РФ (в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года) к штрафу в размере 520 000 рублей;

ФИО12, родившийся **** в ****, несудимый,

осужден по ч.3 ст. 180 УК РФ (в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года) к штрафу в размере 520 000 рублей.

Также приговором разрешены вопросы относительно меры пресечения в отношении осужденных, судьбе вещественных доказательств, арестованного имущества, гражданских исков компаний «****» и «****», с осужденных ФИО12, ФИО11, ФИО15, ФИО9, ФИО6, ФИО1 в солидарном порядке в пользу компании компании «****» взыскан имущественный ущерб в размере 3 676 010 рублей 16 копеек, в пользу компании «****» взыскан имущественный ущерб в размере 3 471 560 рублей 92 копейки.

Заслушав доклад судьи Балашова А.С. о содержании приговора, существе доводов апелляционных представления, жалоб, возражений на них государственного обвинителя и представителя потерпевших, выслушав выступления осужденных и их защитников, поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора о необходимости изменения приговора по доводам апелляционного представления и об оставлении апелляционных жалоб стороны защиты без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором ФИО13, ФИО14, ФИО6, ФИО1, ФИО15, ФИО9, ФИО11, ФИО12 признаны виновными в незаконном использовании чужого товарного знака, совершенном неоднократно, с причинением крупного ущерба, организованной группой.

Преступление совершено в период с одного из дней первого квартала 2022 года по 14 ноября 2023 года в г. Александрове Владимирской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении и.о. Александровского городского прокурора Чикишева Е.В. оспаривает установленный судом объем контрафактного стирального порошка под брендом «****» в количестве 96 ведер массой 9 кг каждое, поскольку фактически в рамках расследования уголовного дела изъято и хранится в качестве вещественных доказательств 90 ведер указанной продукции. С учетом изложенного автор апелляционного представления предлагает исключить из описания преступного деяния осужденных указание на производство 6 ведер стирального порошок марки «****» массой 9 кг, снизить общую стоимость данной продукции с 122 782 рублей 8 копеек до 115 108 рублей 2 копеек.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Злобина М.А. в интересах осужденного ФИО9 выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и несправедливым. Считает, что при рассмотрении уголовного дела судом не в полной мере выполнены требования п.п. 6, 17 постановления Пленума ВС РФ № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», в материалах уголовного дела не приведено доказательств, подтверждающих осведомленность ФИО9 о том, что товарные знаки на производстве использовались нелегально. Полагает, что в действия ФИО9, выполнявшего роль простого разнорабочего на производстве, отсутствует состав какого-либо преступления. Подробно описывая условия труда ФИО9 на производстве «****», указывает, что осужденный не является участником организованной преступной группы, что подтверждается показаниями самого ФИО9, ФИО13, ФИО14, протоколами явок с повинной указанных лиц. Обращает внимание, что не все лица, причастные к производству контрафактной продукции, были осведомлены о противоправном характере своих действий, полагая, что действуют легально, в том числе об этом сообщали близкие ФИО13 лица ****, а также свидетели Свидетель №26, Свидетель №1, Свидетель №12, Свидетель № 2 и Свидетель № 6, которые имели отношение к незаконному использованию чужого товарного знака, но к уголовной ответственности не привлекались. Указывает, что свидетели Свидетель №18, Свидетель №13, Свидетель №12, Свидетель №14, Свидетель №15, Свидетель № 16 о причастности ФИО9 к преступной деятельности не поясняли. Сообщает о том, что вся производимая на предприятии продукция реализовывалась открыто, в том числе посредством размещения объявлений на интернет ресурсах. Отмечает, что судом незаконно приняты в качестве допустимых доказательств протоколы допросов свидетелей – граждан Республики ****, поскольку показания данными лицами даны в отсутствие переводчика, в том числе в ходе очных ставок, в которых отражено, что ФИО9 наряду с ними являлся простым рабочим. Никто из свидетелей об осведомленности ФИО9 относительно законности осуществляемой им деятельности не сообщал. Отмечает, что наклейки для контрафактной продукции были изготовлены типографским способом, что для рядового сотрудника свидетельствовало о законности осуществляемой на предприятии деятельности. Подытоживает выводом о том, что все указанные сведения подтверждают неосведомленность ФИО9 о созданной и контролируемой ФИО13 незаконной деятельности по использованию чужих товарных знаков, доводы ФИО9 об обратном не опровергнуты. На основании изложенного просит приговор отменить и оправдать ФИО9 по предъявленному ему обвинению.

Защитник осужденного ФИО12 адвокат Михеева О.Д. в апелляционной жалобе и дополнении к ней выражает несогласие с приговором ввиду неправильной квалификации действий ее подзащитного и назначения ему наказания без реального учета его роли и наличии смягчающих обстоятельств. В обоснование своей позиции указывает, что в судебном заседании ФИО12 пояснил, что никакого участия в организации производства контрафактной бытовой химии не принимал, приехал в г. Александров в тот момент, когда продукция уже имелась в наличии и была готова к реализации, изначально занимался только подысканием клиентов для закупки легальной продукции и лишь, узнав по прошествии времени о наличии контрафактной, стал искать приобретателей и для нее. Указывает, что суд, описывая роль ФИО12, в составе организованной группы, не привел никаких доказательств обеспечения им взаимодействия между ее участниками, не установлено таких доказательств и в ходе предварительного следствия, кроме чата, созданного ФИО12, имелись и другие чаты, в которых обсуждались вопросы сбыта продукции, кроме того вопросами сбыта занимались и иные лица. Сообщает, что из показаний свидетеля Свидетель №16, данных им в судебном заседании, следует, что только 40 % изъятой у него продукции были приобретены в г. Александрове, следовательно, установить объем контрафактной химии, производство которой вменяется организованной группе, как и размер причиненного ущерба, невозможно, то есть при квалификации действий ФИО12 можно говорить только об их неоднократности. Утверждает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие обоснованность выводов суда о совершении ФИО12 преступления в составе организованной группы. Выражает несогласие с приговором в части удовлетворения гражданских исков, поскольку действия ее подзащитного могут быть квалифицированы только по ч.1 ст. 180 УК РФ, в остальной части обвинение не нашло своего подтверждения. Указывает, что частичное возмещения ущерба, предпринятое ФИО13 и ФИО14, не освобождает их от несения солидарной ответственности. Отмечает, что ФИО12 раскаялся в совершенном преступлении****. Просит учесть, что потерпевшими по делу являются компании, ушедшие с российского рынка и не возвратившиеся до настоящего времени. Полагает, что ввиду отсутствия доказательств относительно размера причиненного ущерба, гражданские иски рассмотрению в рамках уголовного дела не подлежат, истцы вправе заявить их в рамках гражданского судопроизводства. Предлагает приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО12 на ч.1 ст. 180 УК РФ, назначив ему наиболее мягкое наказание из возможных.

Защитник ФИО6 адвокат Викторов К.Е. также на приговор принес апелляционную жалобу с дополнением, в которой оспаривает причастность его подзащитного к участию в организованной преступной группе. В обоснование своей позиции сообщает, что ФИО6 всего лишь сдавал ФИО13 гараж для производства легальной бытовой химии, который ему не принадлежал, а находился в собственности ****, в каких-либо трудовых или коммерческих отношениях он с ФИО13 не состоял, являлся постоянным покупателем производимой им продукции, что подтверждается показаниями всех осужденных. В созданных в мессенджерах группах ФИО6 не состоял, участия в деятельности по производству контрафактной бытовой химии не принимал. С учетом изложенного адвокат просит приговор отменить и вынести в отношении ФИО6 оправдательный приговор.

Защитник осужденного ФИО11 адвокат Кудрякова Е.В. в апелляционной жалобе просит приговор изменить, поскольку в ходе судебного разбирательства инкриминируемая ее подзащитному квалификации действий по ч.3 ст. 180 УК РФ не подтвердилась. Цитируя ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 49 Конституции РФ, ч.3 ст. 35 УК РФ, ст. 14, ч.3 ст. 15, ст. 88 УПК РФ и приводя доводы описательно-мотивировочной части приговора, на которые ссылался суд, признавая ФИО11 виновным, оспаривает квалифицирующий признак совершения преступления «организованной группой», приводит показания осужденных, свидетелей, результаты следственных и оперативных мероприятий об отсутствии, по ее мнению, указанного квалифицирующего признака, так как доказательства устойчивости, соорганизованности, сплоченности группы, наличия между ее участниками взаимных обязательств отсутствуют. Указывает, что в ходе судебного разбирательства не подтверждены участие ФИО11 в совершении преступления с мая 2022 года и установка им совместно с ФИО9 линии для производства контрафактной продукции в помещении по адресу: ****, поскольку ФИО13 показал, что нашел указанное помещение только осенью 2023 года, и лишь после этого обратился к ФИО11 с предложением о трудоустройстве. Полагает, что ФИО11 участником организованной группы не становился, его вина лишь в том, что узнав о контрафактности бытовой химии, он продолжил работать на ее производстве. Также защитник считает, что исковые требования потерпевших подлежали оставлению без рассмотрения, поскольку доводы эксперта, положенные в основу приговора, ничем не обоснованы, не имеют ссылку на методику расчета и не содержат правового обоснования правильности произведенных расчетов, экспертами не проверялись сведения, представленные потерпевшими, кроме того не имеется документального обоснования стоимости одной единицы оригинального товара. Полагает, что указанные заключения экспертов не соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ и Федеральному закону «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Полагает, что в нарушение ч.2 ст. 195 УПК РФ экспертиза проведена в коммерческой организации, а не в специализированном государственном учреждении, что вызывает сомнения в компетентности экспертов. Обращает внимание на то, что суд, признавая расчет ущерба правильным и ссылаясь на положения постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 26 апреля 2007 года, нарушил права подсудимых на проверку правильности и обоснованности размера причиненного вреда. Обращает внимание на то, что гели марок «****» и «****» в объеме 5 л, потерпевшими не выпускаются вовсе. В материалах дела не имеется документов, подтверждающих розничную стоимость оригинальной продукции, судом эта стоимость не проверялась, за основу экспертом взяты данные предоставленные потерпевшими, то есть прямо заинтересованными в исходе дела лицами. На основании изложенного просит приговор в отношении ФИО11 изменить, квалифицировав его действия по ч.1 ст. 180 УК РФ, назначив минимальное наказание, гражданские иски оставить без удовлетворения.

В мотивированных возражениях государственный обвинитель Галченкова Э.В. и представитель потерпевших Потерпевший № 1 предлагают апелляционные жалобы адвокатов оставить без удовлетворения.

Проверив представленные материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных представления и жалоб, выслушав участников судопроизводства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом первой инстанции в соответствии с положениями главы 35 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, а также глав 36-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения дела. Как усматривается из представленных материалов, принцип состязательности сторон при рассмотрении дела соблюден, судом первой инстанции были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что суд, помимо функции разрешения дела, осуществлял функции обвинения либо защиты, не установлено.

Вывод суда о доказанности вины ФИО16, ФИО14, ФИО6, ФИО1, ФИО15, ФИО9, ФИО11 и ФИО12 в совершении инкриминированного преступления, вопреки доводам апелляционных жалоб, является правильным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и основанным на достаточной совокупности доказательств, исследованных судом первой инстанции.

Из оглашенных и данных в судебном заседании показаний осужденного ФИО13 следует, что он организовал производство контрафактной бытовой химии под брендами известных производителей: с весны 2022 года по адресу: ****; с января 2023 года по адресу: ****, с осени 2023 года по адресу: ****. В указанной деятельности принимали участие ФИО14, занимавшийся организационной работой, а также составлением технологических карт для изготовления контрафактной бытовой химии; ФИО6, предоставлявший для деятельности помещение, расположенное по адресу: ****, а также осуществлявший сбыт контрафактной продукции; ФИО15, занимавшийся сбытом продукции и организацией ее производства по адресу: ****; ФИО11, контролировавший производство продукции по адресу: ****, совместно с ФИО9, который, кроме этого, еще и осуществлял непосредственное изготовление контрафактной бытовой химии; ФИО1, занимавшийся изготовлением сопроводительных документов для транспортировки контрафактного товара; ФИО12, который содействовал приисканию клиентов для сбыта производимой продукции.

Согласно оглашенным и данным в судебном заседании показаниям осужденного ФИО14 он с мая 2022 года, согласившись на предложение ФИО13, принял участие в производстве контрафактной бытовой химии под брендами известных производителей. ФИО13 являлся организатором данной деятельности; он (ФИО14) руководил производством по адресу: ****, периодически исполнял обязанности ФИО13, а также составлял технологическую карту, определял состав изготавливаемой продукции, приобретал тару и этикетки известных торговых брендов для их использования на производстве контрафактной бытовой химии; ФИО15 руководил производством по адресу: ****; ФИО6 занимался сбытом продукции.

В соответствии с оглашенными и данными в судебном заседании показаниями осужденного ФИО6 он в 2022 году передал в пользование ФИО13 нежилое помещение по адресу: ****, где тот производил контрафактную бытовую химию, которую он стал приобретать у него для дальнейшей перепродажи, часть указанной продукции стоимостью 120 000 рублей сбыл в рамках проводимого сотрудниками полиции оперативно-розыскного мероприятия. Указал, что в данной деятельности также принимали участие ФИО14, ФИО9, ФИО15, ФИО1, ФИО11 и ФИО12.

Кроме того, из оглашенных в суде апелляционной инстанции показаний осужденного ФИО6 в качестве подозреваемого от 16 ноября 2023 года, усматривается, что ему было заведомо известно о нелегальном характере производимой ФИО13 совместно с иными лицами продукции, ее сбыт он осуществлял по договоренности с последним, которому и передавал вырученные от продажи контрафактной бытовой химии денежные средства, стоимость, полученную за товар, сверх размера, определенного ФИО13, мог оставлять себе (т.16 л.д. 16-19).

Согласно показаниям осужденного ФИО12, данным в судебном заседании, он с лета 2023 года организовывал сбыт контрафактной бытовой химии, производимой под руководством ФИО13, размещая информацию о количестве и виде необходимого товара, в том числе в групповом чате с другими осужденными в одном из мессенджеров, который был им создан с указанной целью.

В соответствии с показаниями осужденного ФИО15, оглашенными и данными суду, с лета 2022 года он осуществлял трудовую деятельность по производству бытовой химии у ФИО13 и ФИО14, как в дальнейшем он понял контрафактной, руководил производством по адресу: ****, а также принимал участие в сбыте продукции.

Осужденный ФИО1 суду сообщил о том, что сотрудничал с ФИО13 в области производства бытовой химии.

Из показаний осужденного ФИО11, данных в судебном заседании, следует, что он, согласившись на предложение ФИО13, осуществлял руководство производством бытовой химии по адресу: ****.

Осужденный ФИО9 суду показал, что работал у ФИО13, занимался производством бытовой химии по адресам: ****, позднее **** того же населенного пункта.

Из показаний представителей потерпевших Потерпевший № 2 и Потерпевший № 1 усматривается количество и стоимость оригинальной продукции, товарный знак которой незаконно использовали осужденные, в результате чего «****» причинен ущерб в размере 4 901 346 рублей 88 копеек, «****» причинен ущерб в размере 4 628 747 рублей 89 копеек, «****» причинен ущерб в размере 5 069 рублей 16 копеек.

Из оглашенных показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №13 (кроме того данными им и в судебном заседании) Свидетель № 10, Свидетель №7, Свидетель №9, Свидетель № 11, Свидетель № 20, Свидетель № 24, Свидетель № 6 (в ходе очной ставки), Свидетель № 2 (в ходе очной ставки) усматривается, что данные лица работали в различных помещениях, расположенных в г. Александрове Владимирской области, на производстве бытовой химии известных брендов под руководством и совместно с осужденными.

Согласно оглашенным показаниям свидетелей Свидетель №8, Свидетель №12, Свидетель №14, Свидетель №15, Свидетель №3, Свидетель №4 и Свидетель №5 данные лица осуществляют деятельность по перевозке грузов, оказывали свои услуги ФИО13 и ФИО14, взаимодействуя при этом и с другими осужденными, осуществляя перевозку из помещений, расположенных в г. Александрове Владимирской области, покупателям бытовой химии известных производителей, в том числе в г. Москву.

В соответствии с оглашенными показаниями свидетелей Свидетель № 25, Свидетель № 26 они неоднократно приобретали моющие средства известных брендов, таких как «****», «****», «****» и «****», с территории производств, расположенных в г. Александрове Владимирской области на ****, в том числе у ФИО6.

Из оглашенных показаний свидетелей Свидетель №17 и Свидетель №19 следует, что они 19 апреля и 31 октября 2023 года соответственно, действуя в рамках оперативно-розыскных мероприятий «Проверочная закупка», приобрели в г. Александрове Владимирской области, в том числе у ФИО15 и ФИО6 моющие средства под брендами «****», «****», «****», «****» и «****».

Согласно оглашенным показаниям свидетелей Свидетель №21, Свидетель №22, Свидетель №23 и Свидетель № 27 ООО «****» и ООО «****» по заказу ФИО14 в течение 2022 и 2023 годов производили и поставляли тару и этикетки для моющих средств известных товарных знаков.

Из актов оперативно-розыскных мероприятий «Проверочная закупка» от 19 апреля и 31 октября 2023 года следует, что в названные дни в результате указанных мероприятий у ФИО15 и ФИО6 приобретена бытовая химия марок «****» 1 канистра объемом 5 л, «****» 1 канистра объемом 5 л, «****» 1 канистра объемом 5 л, «****» 1 бутылка объемом 2,6 л, а также «****» в количестве 400 бутылок объемом 2,6 л каждая.

В соответствии с протоколами обыска от 14 ноября 2023 года, кроме прочего, изъяты в помещении, расположенном по адресу: ****, 78 ведер объемом 9 кг с порошком марки «****», 706 емкостей объемом 2,6 литра с гелем марки «****»; 376 емкостей объемом 2,47 литра с гелем марки «****»»; 388 емкостей объемом 2,6 литра с гелем марки «****», 216 ведер объемом 5 кг с порошком марки «****», 808 емкостей объемом 2,6 литра с гелем марки «****»; в помещении, расположенном по адресу: ****, мобильные телефоны, ноутбуки и иные предметы; в помещении, расположенном по адресу: ****, емкости для порошков и гелей указанных торговых марок, наклейки с изображением соответствующих товарных знаков, флеш накопители с видеозаписями, а также 895 емкостей объемом 2,6 литра с гелем марки «****», 292 емкости объемом 2,6 литра с гелем марки «****», 1585 емкостей объемом 2,6 литра с гелем марки «****»; 10 ведер объемом 9 кг с порошком марки «****».

Согласно исследованному судом апелляционной инстанции протоколу осмотра принадлежащих юридическому лицу и индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов от 28 сентября 2023 года у свидетеля Свидетель №16 изъяты 1970 емкостей объемом 2,6 литра с гелем марки «****», 1380 емкостей объемом 2,6 литра с гелем марки «****», 152 емкости объемом 2,47 литра с гелем марки «****», 90 ведер объемом 9 кг с порошком марки «****», 12 емкостей объемом 5 литров с гелем марки «****», 2 емкости объемом 5 литров с гелем марки «****» (т.8 л.д. 41-50).

В протоколах осмотра предметов от 20, 23, 25, 26 ноября, 4, 6, 8 декабря 2023 года, 13, 14, 16, 17, 20, 25 февраля, 5, 10, 12, 14, 15, 23, 24 марта 2024 года приведено описание имущества, изъятого в рамках обысковых и оперативно-розыскных мероприятий, в том числе содержание переписок, сохраненных в мессенджерах, установленных в изъятых и осмотренных средствах связи участников производства, согласно которым между осужденными, а также иными лицами велось общение, касающееся производства и реализации виновными средств бытовой химии под брендами указанных выше известных торговых марок, а также использования чужих товарных знаков, кроме того приведено содержание видеозаписей, находившихся на изъятых накопителях информации, на которых зафиксировано присутствие осужденных на объектах по производству контрафактной бытовой химии, расположенных по инкриминируемым им адресам.

Кроме того, 24 марта 2024 года осмотрены результаты оперативно-розыскного мероприятия «Прослушивание телефонных переговоров» и зафиксировано, что содержание переговоров осужденных между собой, а также иными лицами свидетельствует о том, что в них в завуалированной форме речь идет о производстве и реализации контрафактной продукции с неоднократным использованием чужих товарных знаков.

Из заключений эксперта **** от 29 февраля 2024 года и **** от 21 марта 2024 года усматривается, что представленная на экспертизу продукция содержит воспроизведение товарных знаков «****», «****», «****», «****», «****», имеет признаки несоответствия оригинальной продукции, без соблюдения требований к маркировке, качеству изделия и используемым материалам, а сумма ущерба, причиненного правообладателям указанных товарных марок, составила - «****» в размере 4 901 346 рублей 88 копеек, «****» в размере 4 628 747 рублей 89 копеек, «****» в размере 5 069 рублей 16 копеек.

Кроме этого, вина осужденных в совершении инкриминируемого им преступления подтверждается и другими доказательствами, исследованными судом первой инстанции, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Все исследованные доказательства проверены и оценены в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, сопоставлены между собой и им дана оценка с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела и постановления обвинительного приговора.

Показания представителей потерпевших и свидетелей получены в соответствии с требованиями закона, являются последовательными, согласуются между собой и с иными исследованными доказательствами, не противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела. Основания для оговора осужденных обоснованно не установлены.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами адвоката Злобиной М.А., полагает необходимым исключить из числа доказательств протоколы допросов свидетелей Свидетель № 6 и Свидетель № 2, расположенные в т.5 на л.д. 32-34 и 61-63, на основании п.2 ст. 389.15 УПК РФ, поскольку указанные свидетели являются иностранными гражданами, допрашивались без переводчика, однако, в ходе выполнения дальнейших процессуальных действий с указанными лицами, следователь выносил постановления о назначении переводчика, констатируя факт того, что данные свидетели русским языком не владеют. При таких обстоятельствах протоколы допросов свидетелей Свидетель № 6 и Свидетель № 2 составленные в отсутствие переводчика не могут быть положены в основу обвинительного приговора, как полученные с нарушением требований УПК РФ.

Исключение указанных доказательств не ставит под сомнение вывод суда первой инстанции о виновности осужденных в инкриминируемом деянии, так как вина осужденных подтверждена совокупностью иных доказательств, исследованных в рамках судебного разбирательства.

Протоколы следственных действий по делу составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается содержащимися в них и подписями участвующих в их проведении лиц, при этом протоколы содержат сведения о ходе и результатах проведения действий, связанных со сбором доказательств, поэтому суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными.

Вопреки доводам адвоката Злобиной М.А. при проведении очных ставок со свидетелями, являющимися иностранными гражданами, участие переводчика было обеспечено, в связи с чем оснований для признания соответствующих протоколов недопустимыми доказательствами не имеется. Не соглашаясь с утверждением адвоката относительно роли ФИО9, изложенной данными свидетелями, суд апелляционной инстанции констатирует, что указанные лица сообщили о наличии у ФИО9 организационных функций на производстве по отношению к ним.

Результаты оперативно-розыскной деятельности также получены и предоставлены следствию с соблюдением требований закона, поэтому суд обоснованно признал указанные доказательства допустимыми и достоверными. Данных, свидетельствующих о провокационных действиях, о несоблюдении сотрудниками полиции требований УПК РФ, а также Федеральных законов РФ «О полиции» и «Об оперативно-розыскной деятельности» по результатам судебного разбирательства обоснованно не выявлено, выводы об этом убедительно мотивированы, причин подвергать их сомнению у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судебные экспертизы по делу проведены квалифицированными специалистами, выводы которых мотивированны. Оснований сомневаться в компетентности экспертов, объективности их выводов, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Кудряковой Е.В., оснований сомневаться в правильности порядка определения размера причиненного потерпевшим ущерба не имеется. Методика экспертных исследований ясна и понятна. Расчет суммы ущерба, причиненного каждому из правообладателей, производился исходя из розничной стоимости оригинальной аналогичной продукции потерпевших компаний. Судебная коллегия отмечает, что выводы о размере ущерба, причиненного правообладателям, основаны на комментарии норм уголовного закона, данном в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 26 апреля 2007 года «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака», по смыслу которого при определении размера ущерба, причиненного правообладателю, следует исходить из розничной стоимости оригинальной продукции на момент совершения преступления, исходя при этом из их количества. Отсутствие в линейке товаров у потерпевших организаций гелей марок «Персил» и «Фэйри» в упаковке объемом 5 л, правильность произведенного экспертным путем расчета стоимости указанной продукции не опровергает. В связи с изложенным, судебная коллегия отклоняет доводы стороны защиты, связанные с несогласием по вопросу определения размера материального ущерба, причиненного противоправными действиями осужденных.

Довод адвоката Кудряковой Е.В. о проведении судебных экспертиз силами коммерческой организации о нарушении требований действующего процессуального законодательства и порочности экспертных заключений не свидетельствует.

Также судебная коллегия обращает внимание на то, что постановление о назначении товароведческой экспертизы от 12 марта 2024 года (т.7 л.д. 18-21) не содержит ряда вопросов, на которые даны ответы экспертом в заключении **** от 21 марта 2024 года. Однако, данное обстоятельство основанием к признанию указанного экспертного заключения недопустимым доказательством не является, поскольку, как следует из материалов представленных экспертом, ему направлялось вынесенное следователем постановление, содержащее все вопросы, на которые экспертом даны ответы (т.7 л.д. 41-44).

Кроме того, суд первой инстанции обосновано положил в основу приговора показания ФИО13, ФИО14, ФИО12, ФИО15, данные ими в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, поскольку эти показания получены в установленном УПК РФ порядке, в том числе с участием профессиональных защитников, согласуются с иными доказательствами и не противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела, оснований для самооговора и для оговора других осужденных не установлено.

По тем же основаниям судом первой инстанции правильно положены в основу приговора показания ФИО6, как оглашенные, так и данные в судебном заседании, а также ФИО11, ФИО9 в части изобличения других осужденных к вменяемой им преступной деятельности.

Анализируя показания ФИО13, данные в ходе предварительного следствия, расположенные в т.15 на л.д. 121-128 (исследованы в суде апелляционной инстанции) и на л.д. 156-162, в части противоречия относительно времени начала совершения преступной деятельности (с мая 2022 или мая 2023 года), а также осведомленности ФИО6 относительно законности их деятельности, суд апелляционной инстанции считает достоверными показания ФИО13 о начале преступной деятельности с мая 2022 года, поскольку они подтверждаются иными доказательствами, в том числе показаниями осужденного ФИО14 и результатами оперативно-розыскной деятельности от 19 апреля 2023 года, а также об осведомленности ФИО6 о незаконном характере производства бытовой химии, поскольку они подтверждены показаниями самого ФИО6, в том числе, данными им суду первой инстанции (т.22 л.д. 197).

При этом суд обоснованно отнесся критически к показаниям осужденных, которые они дали в судебном заседании, о непричастности к преступлению, а также о несогласии с квалификацией их действий.

Так, не согласие осужденных ФИО13, ФИО12, ФИО15, ФИО11 с вменением им и другим осужденным преступления в составе организованной группой, а также о несогласии осужденного ФИО11 с причиненным ущербом, основанное на собственном толковании обстоятельств уголовного дела, опровергается совокупностью исследованных судом доказательств.

Позиция адвоката Михеевой О.Д. об отсутствии доказательств, свидетельствующих о причастности ФИО12 к совершению преступления в составе организованной группы, подлежит отклонению. Учитывая стабильность деятельности группы, созданной ФИО13, полный производственный цикл изготовления контрафактной бытовой химии, объемы созданной продукции, множественность помещений, а также лиц, вовлеченных в указанную деятельность, способы координации их действий, распределения между ними ролей, а также методы и источники сбыта товаров под чужими товарными знаками, о чем ФИО12, осуществлявшему активное взаимодействие с другими осужденными, в том числе ФИО13, было известно, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что осужденный ФИО12 осуществлял свою деятельность в составе организованной преступной, что он не мог не понимать.

При этом, утверждение защитника осужденного ФИО12 –адвоката Михеевой О.Д. о том, что тот не принимал участия в изготовлении продукции, а только осуществлял ее сбыт, указывает на исполнение им своей конкретной роли в преступлении в составе организованной группы, направленной на достижение общего преступного результата.

Ссылка адвоката на показания ФИО13 и ФИО12 о том, что последний изначально реализовывал легальную продукцию, выводы о его виновности в преступлении не опровергает, так как в последующем ФИО12 реализовывал заведомо для него контрафактную бытовую химию в интересах организованной группы.

Утверждение апеллянта об отсутствии доказательств причастности ФИО12 к обеспечению взаимодействия между участниками преступной группы, опровергаются показаниями указанного осужденного, а также протоколами осмотра мобильных устройств виновных, из которых усматривается, что ФИО12 создавал чаты в мессенджерах для обеспечения общения с другими осужденными и иными лицами по вопросу сбыта контрафактной бытовой химии.

Утверждение адвоката Михеевой О.Д. о наличии и иных чатов, созданных другими лицами, в которых осужденные обсуждали вопросы сбыта контрафактной продукции, об участии в реализации товара других лиц изложенный выше вывод не опровергает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Кудряковой А.Н., о недоказанности того, что ФИО11 являлся участником организованной группы, причины для их удовлетворения отсутствуют. На основании исследованных судом доказательств установлено, что последний вступал в состав группы, созданной ФИО13, осознавая, что ее деятельность имеет признаки незаконности и организованности. Мнение защитника об отсутствии распределения ролей между осужденными опровергается доказательствами исследованными судом и противоречит фактическим обстоятельствам уголовного дела, согласно которым каждый из осужденных выполнял отведенную ему роль для достижения общего преступного результата, в том числе ФИО11 осуществлял руководство производством бытовой химии в одном из помещений, отведенном для этой цели.

Причастность ФИО6 к участию в организованной преступной группе, что оспаривается осужденным и в апелляционной жалобе адвоката Викторова К.Е., усматривается из показаний осужденных ФИО13, ФИО14, ФИО12, свидетеля Свидетель №1, самого ФИО6 о том, что он предоставил помещение для производства контрафактной продукции, а также осуществлял ее сбыт, при этом из показаний ФИО13 (т.15 л.д. 121-128) следует, что ФИО6 был осведомлен о противозаконности деятельности по производству бытовой химии под брендами известных торговых марок; а из собственных показаний ФИО6, в том числе оглашенных (т. 16 л.д. 16-19), следует, что он, зная о контрафактности произведенных моющих средств, подыскивал для них приобретателей и, осуществляя их сбыт, вырученные денежные средства передавал организатору незаконного производства бытовой химии. Указанные доказательства в своей совокупности опровергают доводы стороны защиты о том, что ФИО6 являлся простым приобретателем моющих средств, и к участию в совершении преступления в составе организованной группе не причастен.Довод адвоката о том, что помещение, используемое для производства контрафактной бытовой химии, принадлежало ****, о его невиновности не свидетельствует, так как судом на основании исследованных доказательств, установлено, что именно последний распоряжался данным имуществом.

Утверждение стороны защиты о том, что ФИО6 не состоял в группах различных мессенджеров совместно с другими осужденными, вывод о его виновности не опровергает, поскольку не исключает возможность общения с ними за пределами таких групп, в том числе, в иных чатах. Так, например, протоколы осмотров мобильных телефонов осужденного ФИО14 и свидетеля Свидетель №1 от 23 ноября 2023 года (т. 9 л.д. 33-37, т. 12 л.д. 294-295) содержат информацию, из которой усматривается, что ФИО6 общался с указанными лицами по вопросам производства и сбыта контрафактной бытовой химии под чужими товарными знаками. То обстоятельство, что данный осужденный не принимал участия в изготовлении продукции, а только осуществлял ее сбыт и предоставлял помещение для ее производства и размещения, указывает на исполнение им своей конкретной роли в преступлении в составе организованной группы, направленной на достижение общего преступного результата.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам осужденного и апелляционной жалобы его защитника, судебная коллегия оснований к оправданию ФИО6 в инкриминируемом преступлении не усматривает.

Причастность осужденного ФИО1 к вмененному ему преступлению подтверждена совокупность доказательств, исследованных в судебном заседании, показаний осужденных ФИО13, ФИО14, свидетеля Свидетель №16, в том числе о достижении с ФИО1 договоренности на приобретение контрафактной бытовой химии, а также о перечислении денежных средств за нее, кроме того, протоколами осмотра предметов – средств связи, из которых усматривается, что ФИО1 был осведомлен о незаконной деятельности организованной группы и принимал в ней активное участие, в том числе путем нанесения наклеек (т. 10 л.д. 169) с чужими товарными знаками на емкости с контрафактной бытовой химией.

Позиция осужденного ФИО9 о том, что он был не осведомлен о нелегальности осуществляемой им деятельности, изложенная, в том числе и в апелляционной жалобе его защитника адвоката Злобиной М.А., противоречит исследованным доказательствам и фактическим обстоятельствам уголовного дела. Протоколы осмотров мобильных телефонов (содержащих переписки участников организованной группы), результатов оперативно-розыскных мероприятий «Прослушивание телефонных переговоров», фактические обстоятельства, при которых осуществлялись производство и сбыт контрафактной бытовой химии, в том числе, исполнение ФИО9 организационных функций на одном из производств, его участие в группах в мессенджере, где обсуждались детали изготовления и сбыта продукции, рецептура, размещение (не размещение) на ее упаковку чужих товарных знаков, указывают на то, что ФИО9 не мог не понимать незаконный характер его совместной с другими осужденными деятельности по использованию чужих товарных знаков. При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, к утверждениям ФИО17 и ФИО9 о том, что последний мог не знать о незаконности деятельности, в которой он принимал участие, следует отнестись критически. Наличие в действиях ФИО9 и соучастников всех признаков, характерных для организованной преступной группы: распределение ролей, стремление всех участников к достижению единого результата, устойчивость и длительность существования группы, деятельность которой была пресечена правоохранительными органами, опровергают довод апелляционной жалобы адвоката Злобиной М.А. о том, что ФИО9 участником организованной группы не являлся. Все приведенные признаки охватывались умыслом каждого из участников организованной группы, в том числе и ФИО9.

Обстоятельства сбыта продукции под чужими товарными знаками, характеристики наклеек, размещаемых на упаковке товара, отсутствие прямых показаний допрошенных по уголовному делу лиц об осведомленности осужденного по вопросу легальности деятельности, осуществляемой на производстве, приведенные в жалобе адвокатом Злобиной М.А., с учетом изложенного выше факт участия ФИО9 в преступлении в составе организованной группы не опровергают.

Доводы о том, что ФИО9 выполнял функции простого рабочего, опровергаются исследованными судом доказательствами, в том числе показаниями осужденного ФИО17, свидетелей Свидетель № 28, Свидетель №9, Свидетель № 2 (в ходе очной ставки с ФИО9), Свидетель № 6 (в ходе очной ставки с ФИО9), из которых следует, что ФИО9 помимо непосредственного производства бытовой химии с использованием чужого товарного знака, являясь помощником ФИО11, осуществлял и организационные функции на соответствующем производстве.

Оценка мнения защитника ФИО9 адвоката Злобиной М.А. о том, что не все лица, принимавшие участие в производстве контрафактной бытовой химии, были привлечены к уголовной ответственности, выходит за пределы судебного разбирательства, определенного в соответствии со ст. 252 УПК РФ.

Ссылка на показания свидетелей, указанных адвокатом Злобиной М.А. в апелляционной жалобе, относительно их мнения о легальности деятельности осужденных, выводы о причастности ФИО9 к преступлению не опровергает.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам осужденного и апелляционной жалобы его защитника, судебная коллегия оснований к оправданию ФИО9 в инкриминируемом преступлении не усматривает.

Вместе с тем, следует признать обоснованными доводы апелляционной жалобы адвоката Кудряковой Е.В. об отсутствии доказательств тому, что ФИО11 совместно с ФИО9 установил линию для производства контрафактной продукции в помещении по адресу: ****. Доказательств этому выводу судом первой инстанции в приговоре не приведено, напротив, из показаний осужденного ФИО17 следует, что именно он установил линию данного производства и только после этого пригласил ФИО11 в состав преступной группы. Кроме того, следует отметить, что в описании преступной роли ФИО9 указание на установку им совместно с ФИО11 линии производства по названному адресу не содержится. При таких обстоятельствах судебная коллегия на основании п.1 ст. 389.15 УПК РФ полагает необходимым исключить из осуждения ФИО9 и ФИО11 указание на установку ими линии для производства контрафактной продукции в помещении по адресу: ****.

При этом, вопреки доводам адвоката Кудряковой Е.В., указание в приговоре на то, что ФИО11, выполнял отведенную ему роль в период времени с мая 2022 года по 14 ноября 2023 года, о незаконности приговора не свидетельствует. Указанный временной промежуток является общим периодом действия организованной группы – с момента ее создания по день пресечения преступной деятельности сотрудниками полиции. При этом из обвинения и описания преступного деяния ФИО11, признанного судом доказанным, с очевидностью следует, что он осуществлял контроль за изготовлением контрафактной бытовой химии на производстве, организованном не позднее сентября 2023 года, то есть в период, входящий в общий период действия организованной группы.

Таким образом, каких-либо противоречий относительно времени совершения ФИО11 преступления в приговоре не содержится. Участие данного осужденного в преступной деятельности организованной группы на протяжении не всего времени ее существования о его невиновности не свидетельствует, как следует из приговора, данный факт судом принят во внимание при назначении наказания, о чем свидетельствует ссылка на положения ст. 67 УК РФ, а также вид и размер назначенного ему наказания, приближенный к минимальному.

По тем же основаниям судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы адвоката Михеевой О.Д. о том, что при назначении наказания суд не учел роль осужденного ФИО12 в преступлении.

С учетом изложенного, суд первой инстанции верно квалифицировал действия каждого осужденного по ч.3 ст. 180 УК РФ (в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года), как незаконное использование чужого товарного знака, совершенное неоднократно, с причинением крупного ущерба, организованной группой.

Вопреки доводам апелляционных жалоб о нарушении положений ч.3 ст. 14 УПК РФ, каких-либо неустранимых сомнений в виновности ФИО13, ФИО14, ФИО6, ФИО1, ФИО15, ФИО9, ФИО11 и ФИО12 в деянии, за которое они осуждены, не имеется.

Выводы суда первой инстанции о квалификации действий осужденных убедительно мотивированы в приговоре, подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Так, суд первой инстанции обосновано переквалифицировал действия осужденных с ч.4 ст. 180 УК РФ на ч.3 ст. 180 УК РФ в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года, которым увеличен размер крупного ущерба, что, безусловно, улучшило положение виновных.

Вопреки доводам апелляционных жалоб адвокатов Кудряковой Е.В. и Михеевой О.Д., оснований для переквалификации действий осужденных ФИО11 и ФИО12 с ч.3 ст. 180 УК РФ на ч.1 ст. 180 УК РФ не имеется.

Вывод суда первой инстанции о том, что использование чужих товарных знаков являлось незаконным, сторонами не оспаривается, подтверждается всей совокупностью исследованных доказательств, в полном объеме соответствует требованиям п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 26 апреля 2007 года «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака», согласно которому под незаконным использованием чужого товарного знака понимается применение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения без разрешения правообладателя указанных средств индивидуализации на товарах, этикетках, упаковках этих товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории РФ либо хранятся и (или) перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию РФ.

Квалифицирующий признак «крупный ущерб» соответствует примечанию к ст. 180 УК РФ.

Приведенные адвокатом Михеевой О.Д., в подкрепление ее доводов о не установлении ущерба по уголовному делу, показания свидетеля Свидетель №16 о том, что из изъятой у него продукции лишь 40 % были приобретены им в г. Александров Владимирской области являлись предметом оценки суда первой инстанции, по результатам которой суд обосновано отнесся к ним критически, поскольку они опровергаются оглашенными показаниями указанного свидетеля о том, что вся изъятая у него продукция приобреталась им у осужденных. Оглашенные показания свидетеля Свидетель №16 получены в установленном законом порядке, в том числе после разъяснения ему положений ст. 56 УПК РФ и предупреждения о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу даже при последующем отказе от них, правильность изложенных в протоколе допроса сведений заверена подписью. Кроме того, оглашенные показания Свидетель №16 согласуются с показаниями свидетелей Свидетель №8, Свидетель №12, Свидетель №14, Свидетель №15 об осуществлении ими доставки данному лицу контрафактной химии с производства осужденных в большом количестве. Также следует отметить, что согласно протоколам осмотра изъятых у Свидетель №16 предметов они по своему описанию полностью соответствуют товарам, изготавливаемым осужденными. При таких обстоятельствах, оснований ставить оглашенные показания свидетеля Свидетель №16 под сомнение суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

Повода не согласиться с аргументацией суда первой инстанции о наличии квалифицирующего признака «неоднократно» не имеется, поскольку она основана на положениях п. 15 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, согласно которым неоднократность предполагает совершение двух и более деяний, состоящих в незаконном использовании чужого товарного знака, при этом может иметь место как неоднократное использование одного и того же средства индивидуализации товара, так и одновременное использование двух или более чужих товарных знаков. Как следует из исследованных доказательств, данные обстоятельства имели место по настоящему уголовному делу.

Вопреки доводам апелляционных жалоб судебная коллегия считает верным вывод суда первой инстанции о наличии квалифицирующего признака «совершенное организованной группой», поскольку по делу обосновано установлено, что преступная группа в составе осужденных имела все признаки организованности, в том числе устойчивые связи, структуру, с четким распределением ролей каждого из соучастников, направленных на достижение общего результата, существовала длительное время, сохраняла единство форм преступной деятельности.

Судом первой инстанции отмечено, что невыполнение каждым из осужденных всего цикла действий, входящих в преступление, за которое они осуждены, в течение всего срока его совершения не свидетельствуют об отсутствии у них квалифицирующего признака «совершенное организованной группой». Судебная коллегия с указанным выводом соглашается по следующим основаниям. Осужденные вступали в организованную ФИО13 преступную группу, с целью незаконного неоднократного использования чужого товарного знака. При этом стабильность деятельности группы, включая обеспечение поступления сырья, упаковок, производства бытовой химии под чужими товарными знаками, налаженность средств и методов сбыта, получения незаконного извлеченного дохода охватывались умыслом каждого из осужденных, своими действиями соглашавшихся на участие в преступлении, совершаемом организованной группой, независимо от характера и продолжительности их личного участия в ней. Доводы о том, что не все осужденные знали о составе группы, не были лично знакомы между собой и иными участниками, не могут служить основанием для признания необоснованной квалификации действий каждого из них как совершенных в составе организованной группы, и не опровергает выводы суда, как о существовании организованной преступной группы, так и о вхождении и деятельности в ее составе каждого осужденного, поскольку механизм функционирования группы не предполагал исключительно личных контактов между всеми ее членами, взаимодействие, связанное с преступной деятельностью, осуществлялось посредством доведения информации руководством группы и ее участниками, на которых такая обязанность была возложена распределением ролей в группе, иным лицам и соучастникам, в том числе посредством использования мессенджеров, при этом каждый из осужденных действовал в интересах всей группы, и выполнял функции, согласно отведенной каждому из них индивидуально преступной роли, обусловленной единой целью – незаконного неоднократного использования чужого товарного знака с причинением крупного ущерба в составе организованной группы.

Вопреки доводам апеллянтов, отрицание осужденными их причастности к участию в организованной группе противоречит фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом на основании доказательств, исследованных в условиях состязательного процесса, в связи с чем выводы о квалификации действий виновных не опровергает.

Утверждение защитника осужденного ФИО12-адвоката Михеевой О.Д. о том, что потерпевшие компании покинули российский рынок, какими-либо материалами дела не подтверждено, напротив опровергается показаниями представителей потерпевших. Кроме того, данное утверждение адвоката о невиновности осужденных не свидетельствует, поскольку товарные знаки «****», «****», «****», «****», «****» зарегистрированы, охраняются на территории РФ в соответствии с действующим законодательством, указанная продукция легально распространяется в России, следовательно, действиями виновных правообладателям указанных товарных знаков причинен ущерб, эти действия несут общественную опасность и за их совершение предусмотрена уголовная ответственность.

Вместе с тем, из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, на основании п.3 ст. 389.15 УПК РФ подлежит исключению указание на крупный размер ущерба, причиненный компании «****», поскольку данной компании причинен ущерб в размере 5 069 рублей 16 копеек, что значительно ниже суммы 400 000 рублей, превышение которой в соответствии с примечанием к ст. 180 УК РФ, свидетельствует о причинении крупного ущерба.

Кроме того, судом первой инстанции при определении размера ущерба, причиненного потерпевшим, допущены существенные нарушения, в том числе уголовно-процессуального закона, влекущие изменение приговора по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2 ст. 389.15 УПК РФ.

Так, судом первой инстанции установлено, что в сентябре 2023 года, не позднее 28 сентября 2023 года, Свидетель № 16, кроме прочего сбыт стиральный порошок под товарным знаком «****» массой 9 кг в количестве 96 ведер. Однако, данный вывод суда противоречит имеющимся в уголовном деле доказательствам. Согласно протоколу осмотра принадлежащих юридическому лицу и индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов от 28 сентября 2023 года у свидетеля Свидетель №16 изъят стиральный порошок под товарным знаком «****» массой 9 кг в количестве 90 ведер. Аналогичные сведения содержат в себе протоколы осмотра предметов – изъятой продукции, от 12 марта 2024 года и 25 февраля 2025 года. На основании изложенного, приговор в отношении осужденных следует изменить, уточнив в описании преступного деяния, что в сентябре 2023 года, не позднее 28 сентября 2023 года, Свидетель № 16 сбыт стиральный порошок под товарным знаком «****» массой 9 кг в количестве 90 ведер, вместо 96 ведер. Указанное изменение влечет снижение размера причиненного ущерба потерпевшему, а также снижение размера удовлетворенных исковых требований на 7 673 рубля 88 копеек (1278,98х6= 7673,88).

Также, суд первой инстанции установил (страница 12 приговора, 6 абзац снизу), что осужденные изготовили 38 ведер стирального порошка под товарным знаком «****» массой 9 кг на общую сумму 48 601 рубль 24 копейки. При этом, из предъявленного осужденным обвинения в данной части следует, что ими произведен указанный товар стоимостью 790 рублей 65 копеек за штуку, на общую сумму 170 780 рублей 40 копеек. Суд первой инстанции, признав итоговую сумму явной технической ошибкой, размер причиненного ущерба снизил до 48 601 рубля 24 копеек, исходя из стоимости одной единицы товара в размере 1 278 рублей 98 копеек, как это об этом указано в справке потерпевшего, его представителем в судебном заседании и экспертом в своем заключении. Однако, принимая такое решение, суд нарушил положения ст. 252 УПК РФ, поскольку увеличив стоимость одной единицы товара с 790 рублей 65 копеек до 1 278 рублей 98 копеек, ухудшил положение осужденных по отношению к предъявленному им обвинению. На основании изложенного, приговор в отношении осужденных следует изменить, уточнив в описании преступного деяния, что осужденные совершили производство контрафактной продукции – стирального порошка под товарным знаком «****» массой 9 кг в количестве 38 ведер на общую сумму 30 044 рубля 70 копеек, вместо суммы 48 601 рубль 24 копейки. Указанное изменение влечет снижение размера причиненного ущерба потерпевшему, а также снижение размера удовлетворенных исковых требований на 18 556 рубля 54 копейки (790,65х38=30 044,70; 48 601,24-30 044,70=18 556,54).

Однако, вносимые в приговор изменения в целом на выводы суда относительно квалификации действий осужденных не влияют.

С учетом данных о личностях осужденных, их поведении до, во время и после преступления, в том числе в ходе судебных разбирательств, оснований сомневаться в их психической полноценности обосновано не усмотрено.

При назначении наказания суд первой инстанции правильно принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, сведения личностях виновных, известных суду на момент вынесения приговора, обстоятельства, смягчающие и отягчающее (ФИО13 и ФИО14) наказание, влияние наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей, характер и степень фактического участия каждого осужденного в совершении преступления, значение этого участия для достижения его целей, влияние каждого осужденного на характер и размер вреда.

Суд учел данные о личности ФИО13, который на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, к административной ответственности не привлекался, имеет **** постоянную регистрацию и место жительства, участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, **** оказывал содействие правоохранительным органам по изобличению преступной деятельности лиц, причастных к незаконному использованию средств индивидуализации товаров.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО13, суд в соответствии с п.п. «г, и» ч.1 ст. 61, ч.2 ст. 61 УК РФ признал **** явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, частичное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, состояние его здоровья, оказание систематической благотворительной помощи ****.

Суд учел данные о личности ФИО14, который на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, к административной ответственности не привлекался, **** постоянную регистрацию и место жительства, участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, **** оказывал содействие правоохранительным органам по изобличению преступной деятельности лиц, причастных к незаконному использованию средств индивидуализации товаров.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО14, суд в соответствии с п.п. «г, и» ч.1 ст. 61, ч.2 ст. 61 УК РФ признал наличие малолетних детей, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, полное признание вины и раскаяние в содеянном, частичное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, состояние его здоровья, оказание **** благотворительной помощи ****.

С учетом приговора **** от 3 февраля 2022 года суд первой инстанции на основании п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ обосновано установил отягчающее ФИО13 и ФИО14 наказание обстоятельство – рецидив преступлений.

Суд учел данные о личности ФИО6, согласно которым он не судим, на учете у врача психиатра не состоит, **** к административной ответственности не привлекался, имеет **** постоянную регистрацию и место жительства, участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, **** имеет благодарности **** и грамоту ****.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО6, суд в соответствии с п.п. «г, и» ч.1 ст. 61, ч.2 ст. 61 УК РФ признал **** активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, состояние его здоровья****.

Суд учел данные о личности ФИО1, который не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, к административной ответственности не привлекался, имеет постоянную регистрацию и место жительства, участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно****.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд в соответствии с п. «г» ч.1 ст. 61, ч.2 ст. 61 УК РФ признал **** состояние его здоровья, **** оказание помощи ****.

Суд учел данные о личности ФИО15, который не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, к административной ответственности не привлекался, имеет постоянную регистрацию и место жительства, участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно****.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО15, суд в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61, ч.2 ст. 61 УК РФ признал активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, частичное признание вины и раскаяние в содеянном, **** оказание благотворительной помощи ****.

Суд учел данные о личности ФИО9, который не судим, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, к административной ответственности не привлекался, **** имеет постоянную регистрацию и место жительства, **** поощрялся грамотами и благодарностями****.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО9 суд в соответствии с п.п. «и, г» ч.1 ст. 61, ч.2 ст. 61 УК РФ признал **** активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления.

Суд учел данные о личности ФИО11, который не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, к административной ответственности не привлекался, **** имеет постоянную регистрацию и место жительства, участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, соседями исключительно с положительной стороны****.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО11 суд в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ признал частичное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние его здоровья, оказание помощи ****.

Суд учел данные о личности ФИО12, который не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, к административной ответственности не привлекался, **** постоянную регистрацию и место жительства, участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно****

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО12 суд в соответствии с п. «г» ч.1 ст. 61, ч.2 ст. 61 УК РФ признал **** частичное признание вины и раскаяние в содеянном, состояние его здоровья ****, оказание благотворительной помощи ****.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО6, ФИО1, ФИО15, ФИО9, ФИО11, ФИО12, суд первой инстанции обосновано не усмотрел.

Таким образом, все установленные по настоящему делу обстоятельства, которые предусмотрены ст.ст. 60, 61, 63 УК РФ, при назначении наказания осужденным были учтены, оснований полагать, что формально либо в недостаточной степени не имеется. Иных обстоятельств, влекущих безусловное смягчение наказания, назначенного осужденным, судебная коллегия не усматривает.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание наличие в материалах уголовного дела показаний ФИО15 в качестве свидетеля признательного характера, однако, поскольку к тому моменту у правоохранительных органов имелась информация о причастности данного осужденного к преступлению, в связи с чем в отношении него проводились оперативно-розыскные мероприятия, а также эти показания даны после фактического пресечения полицейскими противоправной деятельности осужденных и изъятия всего объема контрафактной бытовой химии, достаточных оснований для признания их в качестве явки с повинной не усматривается. При этом следует обратить внимание на то, что, как усматривается из приговора, показания ФИО15 признательного характера судом без внимания не оставлены, их наличие послужило основанием к признанию смягчающим виновному наказание обстоятельством – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО13 и ФИО14 основного наказания в виде лишения свободы надлежащим образом мотивированы, основаны на положениях ч.2 ст. 68 УК РФ. При этом суд не усмотрел оснований для назначения данным осужденным основного наказания с применением ч.3 ст. 68 УК РФ, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку в противном случае цели наказания, предусмотренные ч.2 ст. 43 УК РФ, не будут достигнуты.

С выводами суда о необходимости назначения указанным осужденным дополнительного наказания в виде штрафа судебная коллегия соглашается, поскольку они мотивированы в соответствии с требованиями п. 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 58 от 22 декабря 2015 года «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», и дополнительное наказание будет способствовать достижению целей, предусмотренных ч.2 ст. 43 УК РФ.

Оснований не согласиться с решением суда первой инстанции о назначении ФИО6, ФИО15, ФИО1, ФИО9, ФИО11 и ФИО12 основного наказания в виде штрафа – самого мягкого вида наказания, предусмотренного УК РФ, суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Правовых оснований для применения положений ч.1 ст. 62 УК РФ суд первой инстанции обосновано не установил.

Размер наказания, назначенного осужденным, соответствует санкции ч.3 ст. 180 УК РФ (в редакции Федерального закона № 79-ФЗ от 6 апреля 2024 года), максимальным не является, при этом лишение свободы ФИО13 и ФИО14 обосновано назначено с применением положений ч.2 ст. 68 УК РФ, а штраф всем осужденным (ФИО13 и ФИО14 – в качестве дополнительного, остальным осужденным – в качестве основного) с учетом положений ч.3 ст. 46 УК РФ – тяжести совершенного преступления и имущественного положения осужденных и их семей, а также с учетом возможности получения ими заработной платы и иного дохода. Все известные суду первой инстанции данные о смягчающих наказание обстоятельствах, о личностях осужденных, в том числе, указанные в апелляционной жалобе адвоката Михеевой О.Д., поданной в интересах осужденного ФИО12, были учтены при назначении наказания. С учетом изложенного оснований полагать, что наказание, назначенное виновным, не соразмерно содеянному, является чрезмерно суровым, не имеется, в связи с чем, причин для его смягчения, в том числе и по доводам апеллянтов, не усматривается.

Однако, в связи с уменьшением объема осуждения виновных судебная коллегия считает необходимым смягчить основное наказание, назначенное судом первой инстанции каждому из них, а кроме того и дополнительное, назначенное ФИО13 и ФИО14.

Оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции о назначении ФИО13 и ФИО14 лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ у суда апелляционной инстанции не имеется, как и с выводами о не применении в отношении них положений ч.2 ст. 53.1 УК РФ.

Судебная коллегия соглашается с объемом обязанностей, возложенных в соответствии с ч.5 ст. 73 УК РФ на ФИО13 и ФИО14, признавая его необходимым для достижения целей уголовного наказания, предусмотренных ч.2 ст. 43 УК РФ.

Решение о самостоятельном исполнении дополнительного наказания в виде штрафа основано на положениях ч.2 ст. 71 УК РФ.

Несмотря на уменьшение объема осуждения виновных, принимая во внимание способ совершения, обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности, степень реализации преступных намерений, вид умысла, мотив, цель совершения деяния, а также другие фактические обстоятельства, оснований для изменения категории совершенного осужденными тяжкого преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст. 15 УК РФ, по мнению суда апелляционной инстанции, не имеется.

Суд первой инстанции, обоснованно не нашел достаточных оснований для применения положений ст. 64 УК РФ в отношении каждого из осужденных, поскольку установленные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступления, не являются исключительными, свидетельствующими о существенном уменьшении степени общественной опасности преступления. С учетом обстоятельств, связанных с выявлением и пресечением преступной деятельности организованной группы, наличие смягчающего у ряда осужденных наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, основанием к применению ст. 64 УК РФ также не является. Уменьшение объема осуждения виновных о снижении общественной опасности содеянного, в размере, достаточном для применения ст. 64 УК РФ, по мнению судебной коллегии, не является.

Гражданский иск потерпевших о взыскании с осужденных в пользу компаний «****», «****» причиненного преступлением ущерба удовлетворен правомерно, в соответствии с положениями ст. 1064 ГК РФ, в пределах, определенных гражданским истцом. При этом решение суда о солидарном возмещении вреда принято в соответствии со ст. 1080 ГК РФ. Принимая во внимание положения ст. ст. 1080, 1081 ГК РФ, п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» в их взаимосвязи, суд апелляционной инстанции не соглашается с доводами адвоката Михеевой О.Д. о несогласии с тем, что суд первой инстанции не взыскал в солидарном порядке с осужденных ФИО13 и ФИО14 причиненный потерпевшим компаниям ущерб. В данной ситуации суд связан с требованиями истцов, которые к указанным осужденным исковые требования не предъявляли. При этом другие осужденные, при наличии оснований, вправе обратиться к ФИО13 и ФИО14 с требованиями регрессного характера в рамках судебного разрешения гражданского спора.

Вместе с тем, с учетом уменьшения объема осуждения виновных размер удовлетворенных судом исковых требований подлежит соразмерному снижению.

С учетом всех обстоятельств дела доводы адвокатов Михеевой О.Д. и Кудряковой Е.В. об установлении размера причиненного ущерба ненадлежащим образом и необходимости оставления гражданских исков в рамках уголовного дела без рассмотрения подлежат отклонению.

Оснований не согласиться с решениями суда относительно меры пресечения в отношении осужденных и судьбы арестованного имущества судебная коллегия не усматривает, поскольку принятые в данной части решения направлены на исполнение приговора, как в части наказания, так и в части гражданского иска.

Вместе с тем, приговор в части разрешения судьбы вещественных доказательств подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в порядке, определенном ст. 399 УПК РФ, по следующим основаниям.

Как следует из приговора, суд дважды разрешил судьбу мобильного телефона марки «****», приняв решения о его конфискации и одновременно о возврате осужденному ФИО15, и не разрешил вовсе судьбу вещественных доказательств емкостей объемом 2,6 литра с жидкостью под брендом «****» в количестве 160 штук, признанных таковыми постановлением руководителя следственной группы от 25 марта 2024 года. Суд апелляционной инстанции лишен возможности самостоятельно разрешить указанные вопросы, поскольку они фактически предметом судебного решения суда первой инстанции не явились.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора по другим основаниям, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом принимаемого судом апелляционной инстанции решения по приговору апелляционное представление и.о. Александровского городского прокурора Чикишевой Е.В. подлежит удовлетворению, апелляционные жалобы адвоката Злобиной М.А., поданной в интересах осужденного ФИО9, адвоката Викторова К.Е., поданной в интересах осужденного ФИО6, – отклонению, адвоката Михеевой О.Д., поданной в интересах осужденного ФИО12, адвоката Кудряковой Е.В., поданной в интересах осужденного ФИО11, – частичному удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Александровского городского суда Владимирской области от 30 апреля 2025 года в отношении ФИО13, ФИО14, ФИО6, ФИО1, ФИО15, ФИО9, ФИО12, ФИО11 изменить:

- исключить из описания преступного деяния указание на крупный размер ущерба, причиненный компании «****»;

- уточнить в описании преступного деяния, что в сентябре 2023 года, не позднее 28 сентября 2023 года, Свидетель № 16 сбыт стиральный порошок под товарным знаком «****» массой 9 кг в количестве 90 ведер, вместо 96 ведер;

- уточнить в описании преступного деяния, что осужденные совершили производство контрафактной продукции – стирального порошка под товарным знаком «****» массой 9 кг в количестве 38 ведер на общую сумму 30 044 рубля 70 копеек, вместо суммы 48 601 рубль 24 копейки;

- снизить размер причиненного компании «****» ущерба до 4 875 166 рублей 46 копеек;

- уменьшить размер удовлетворенных исковых требований компании «****» до 3 649 779 рублей 74 копеек;

- исключить из осуждения ФИО9 и ФИО11 указание на установку ими линии для производства контрафактной продукции в помещении по адресу: ****;

- исключить из числа доказательств протоколы допросов свидетелей Свидетель № 6 (т.5 л.д. 32-34), Свидетель № 2 (т.5 л.д. 61-63);

- смягчить назначенное наказание:

- ФИО13 основное до 2 лет 11 месяцев лишения свободы, дополнительное в виде штрафа до 430 000 рублей;

- ФИО14 основное до 2 лет 2 месяцев лишения свободы, дополнительное в виде штрафа до 280 000 рублей;

- ФИО6, ФИО1, ФИО15, ФИО9, ФИО11, ФИО12 каждому до штрафа в размере 500 000 рублей.

Этот же приговор в части разрешения судьбы вещественных доказательств отменить, вернув уголовное дело на новое рассмотрение в данной части в суд первой инстанции в порядке, предусмотренном ст. 399 УПК РФ.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление и.о. Александровского городского прокурора Чикишевой Е.В. удовлетворить, апелляционные жалобы адвоката Злобиной М.А., поданную в интересах осужденного ФИО9, адвоката Викторова К.Е., поданную в интересах осужденного ФИО6, оставить без удовлетворения, адвоката Михеевой О.Д., поданную в интересах осужденного ФИО12, адвоката Кудряковой Е.В., поданную в интересах осужденного ФИО11, удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через Александровский городской суд Владимирской области в течение 6 месяцев со дня его вынесения. Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Александровского городского суда Владимирской области по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи

подпись

подпись

подпись

ФИО2

ФИО3

А.С. Балашов

Копия верна

Судья А.С. Балашов