П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

об оставлении обвинительного приговора мирового судьи без изменения,

а апелляционной жалобы без удовлетворения

г. Белгород 

22 сентября 2020 года 

Свердловский районный суд города Белгорода в составе: 

председательствующего - судьи Александрова А.И.,

при секретаре Ходячих А.М.,

с участием: 

государственного обвинителя Кайдаловой Т.И.;

потерпевшего Потерпевший №1, а также его представителя – адвоката Колочко Г.В., представившего удостоверение № и ордер №,

защитника – адвоката Немцевой Н.И., представившей удостоверение № и ордер №;

осужденного ФИО1, 

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе потерпевшего Потерпевший №1 на приговор мирового судьи судебного участка № 8 Восточного округа г. Белгорода от 3 июля 2020 года, постановленный в общем порядке судебного разбирательства, которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты>,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 112 ч.1 УК РФ, с назначением ему наказания, с применением ст. 64 УК РФ, в виде штрафа в размере 20 000 рублей; с удовлетворением частично исковых требований Потерпевший №1 к ФИО1 о компенсации морального вреда и взыскании судебных издержек - взыскано с ФИО1 в пользу Потерпевший №1: моральный вред в размере 80 000 рублей и судебные издержки в размере 14 000 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Мировым судьей судебного участка № 8 Восточного округа г. Белгорода 3 июля текущего года вынесен указанный обвинительный приговор ФИО1 Приговор постановлен в общем порядке судебного разбирательства, обстоятельства дела указаны в приговоре. 

Потерпевшим Потерпевший №1 на приговор подана апелляционная жалоба, в которой он просит суд апелляционной инстанции отменить таковой и возвратить дело прокурору для объективного установления всех обстоятельств по делу и для правильной квалификации действий подсудимого.

Основания для этого в апелляционной жалобе приводятся следующие (исходя из позиции и доводов потерпевшего).

Суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства потерпевшей стороны от 02.06.2020 года о проведении дополнительной судебно-медицинской экспертизы.

Не все повреждения, имевшееся у потерпевшего на теле, изложенные в заключении специалиста и в экспертном исследовании, были отражены в описательно-мотивировочной части приговора.

Эксперт уклонился от ответа на вопрос о том, каким предметом были причинены описанные у потерпевшего телесные повреждения.

Между тем, назначение и проведение дополнительной судебно-медицинской экспертизы потерпевший обосновывает тем, что необходимо установить все фактические обстоятельства произошедшего и, в связи с этим, правильно квалифицировать действия подсудимого с учетом того, что, по его мнению, телесные повреждения не могли образоваться от одних лишь ударов руками (кулаками), а, видимо, при этом использовались в качестве оружия некий предмет (предметы).

Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении ситуационной медико-криминалистической экспертизы по материалам уголовного дела, поскольку потерпевший полагает, что в совокупности с повреждениями, указанными в экспертном заключении, можно усмотреть большее количество телесных повреждений, чем отраженных в приговоре.

Судом необоснованно сделан вывод о косвенном (а не прямом) умысле на причинение Казаряном потерпевшему средней тяжести вреда здоровью. Также потерпевший считает, что преступное деяние было совершено Казаряном из хулиганских побуждений.

Преступление было совершено в условиях очевидности, поэтому суд необоснованно признал в приговоре в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, явку с повинной Казаряна.

Суд первой инстанции также необоснованно признал в приговоре обстоятельством, смягчающим наказание, добровольность возмещения имущественного ущерба, поскольку Казаряном в добровольном порядке возмещен имущественный ущерб о взыскании которого заявил прокурор г. Белгорода в интересах субъекта РФ – Белгородской области, что не свидетельствует о возмещении морального вреда лично потерпевшему.

Потерпевший указывает на излишне малую сумму, определенную судом в качестве компенсации за причиненный преступлением моральный вред, поскольку лечение продолжает до настоящего времени, а преступление повлекло серьезные последствия для его здоровья (инсульт и отслоение сетчатки глаза).

Суд первой инстанции необоснованно признал в качестве смягчающего обстоятельства иные действия, совершенные Казаряном, на заглаживание вреда, причиненного преступлением, а также не мотивировал, в чем заключается исключительность обстоятельств, связанных с целью и мотивами преступления и поведением подсудимого во время совершения преступлений, то есть необоснованно применил правила ст. 64 УК РФ.

Имеются возражения на апелляционную жалобу потерпевшего от осужденного и государственного обвинителя, в которых они просят суд апелляционной инстанции приговор мирового судьи оставить без изменения, а апелляционную жалобу потерпевшей стороны – без удовлетворения.

В судебном заседании потерпевший и его представитель поддержали доводы апелляционной жалобы. Указывают также на несправедливость приговора суда первой инстанции в части назначения Казаряну чрезмерно мягкого наказания, а также слишком малой суммы взысканного от преступления морального вреда.

Государственный обвинитель, осужденный и сторона защиты считают обвинительный приговор законным и обоснованным, не усматривают каких-либо оснований для возвращения уголовного дела прокурору, а также для изменения приговора в части определенного Казаряну вида и размера наказания и в части взысканного от умышленного преступления небольшой тяжести морального вреда, поэтому и на период рассмотрения дела в апелляционной инстанции полагают приговор подлежащим оставлению без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Выслушав мнение сторон, исследовав материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции считает, что апелляционная жалоба подлежит оставлению без удовлетворения по следующим причинам.

Что касается требований о возвращении уголовного дела прокурору, в целях «объективного установления всех обстоятельств по делу и для правильной квалификации действий подсудимого».

Суд апелляционной инстанции расценивает такое требование потерпевшего, как указание на необходимость возвращения уголовного дела прокурору, поскольку фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном акте, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления (в случае установления в суде фактических обстоятельств, указывающих на это).

Как в суде первой инстанции, так и в апелляции, вышеуказанных обстоятельств установлено не было.

Так, при постановлении обвинительного приговора суд руководствовался принципами всесторонности, полноты и объективности. Непосредственно судом по делу было проведено судебное следствие в полном объеме, исследованы все доказательства, имеющиеся по уголовному делу, которые в достаточной степени доказывают вину осужденного в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 112 УК РФ. Вина в преступлении не оспаривалась и не оспаривается и самим осужденным.

В предъявленном обвинении ФИО1, указано, что подсудимый нанес потерпевшему четыре удара в область головы, и данный факт также не оспаривался подсудимым, подтверждается заключением эксперта о причинении не менее трех травматических воздействий в область головы, и не противоречит показаниям потерпевшего о нанесении ему не менее двух ударов. Данная черепно-мозговая травма причинила средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья, сроком свыше 21-го дня.

Довод потерпевшего о механизме образования телесных повреждений и сомнений у него относительно возможности образования этих повреждений в результате падения с высоты собственного роста и возможного удара, полученного о бампер транспортного средства, опровергается выводами заключения № и показаниями эксперта ФИО6

Поэтому суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства потерпевшей стороны о проведении дополнительной судебно-медицинской экспертизы. Необходимости в ее проведении не было. Все без исключения телесные повреждения, имевшие место на теле потерпевшего, были учтены и им дана оценка как в заключении специалиста N9 2753 от 03.12.2019 г., так и в экспертном заключении № от 25.12.2019 г. Потерпевший №1 в апелляционной жалобе ссылается на то, что не все повреждения, имевшиеся у него и изложенные в заключении специалиста и экспертном заключении, были указаны в мотивировочной части приговора, однако какие именно телесные повреждения не перечислены в приговоре, и какое отношение такие повреждения имеют к образованию средней тяжести вреда здоровью, не приводит. Припухлость и отечность, как пояснил эксперт, были записаны со слов потерпевшего, визуально они не определялись, поэтому их размер не указывался.

Показания эксперта ФИО6 последовательны и согласуются между собой с исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, эксперт ФИО6, допрошенный в судебном заседании при рассмотрении дела в суде первой инстанции, подтвердил, что потерпевшему было причинено не менее трех травматических воздействий в область головы, и не менее двух ударов в область живота. Это соответствует выводам экспертного заключения. Мнение потерпевшего о том, что ФИО6 уклонился от ответа на вопрос о том, каким предметом были причинены описанные у него телесные повреждения, не соответствует фактическим ответам эксперта ФИО6 в судебном заседании. Эксперт пояснил, в частности, что поскольку все телесные повреждения расположены рядом друг с другом в анатомических плоскостях, то они образовались от травматических воздействий, указанных в п.3 Выводов. Ответил эксперт и на вопрос относительно возможности определения орудия, которым причинены указанные телесные повреждения. Эксперт пояснил, что индивидуальные признаки травмирующей поверхности тупых твердых предметов не отобразились в повреждениях, описанных в п.1 Выводов, поэтому ответить на вопрос: могли ли телесные повреждения образоваться в результате неоднократных ударов руками, сжатыми в кулак, не представляется возможным.

Не приведено каких-либо конкретных предметов для образования телесных повреждений и самым потерпевшим. Поэтому доводы потерпевшего о причинении ему телесных повреждений не руками, а иным, неустановленным предметом (предметами), используемыми в качестве оружия, являются лишь его голословными предположениями, не подтвержденными установленными в суде фактическими обстоятельствами дела. Так, потерпевший не видел в руках у Казаряна какие-либо предметы, как не видели таковых и иные лица. Проведения ситуационной медико-криминалистической экспертизы не требовалось, так как Казарян подтвердил, что нанес потерпевшему в область головы и лица 4 удара (по два двойных удара с каждой стороны головы), но иных предметов у него в руках при этом не было.

Довод потерпевшего о не установлении образования повреждений на передней поверхности брюшной стенки справа, которые отражены в заключении, не имеет значения по делу, поскольку причинённые удары не влияют на квалификацию содеянного.

Суд обоснованно пришел к выводу о том, что преступление ФИО1 совершено с косвенным умыслом, так как он предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, сознательно допускал их, поскольку предвидел возможность причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшему при тех действиях, которые он совершил. Кроме того, противоправности или аморальности поведения потерпевшего при возникновении конфликта судом установлено не было. Оскорблений со стороны потерпевшего в адрес ФИО1 по исследованным обстоятельствам дела не поступало. Сделанные замечания потерпевшим по поводу управления ФИО1 транспортным средством и явились впоследствии поводом для конфликта, в момент которого свидетели отсутствовали. Данные обстоятельства подтверждаются материалами уголовного дела.

Что касается доводов потерпевшей стороны о несправедливости назначенного наказания, вследствие его чрезмерной мягкости, а также несправедливости присужденной компенсации потерпевшему от преступных действий Казаряна (доводы для изменения приговора суда первой инстанции, озвученные потерпевшим и его представителем только в суде апелляционной инстанции).

Назначаемое наказание, по смыслу ст. 60 УК РФ, должно быть законным, обоснованным, справедливым, мотивированным и разумным. Это означает, что при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При назначении наказания судом в полной мере были учтены характеризующие данные о личности ФИО1 (ранее им было заявлено ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства, которое было прекращено по инициативе потерпевшей стороны), что существенно уменьшает степень его опасности для общества, а также его раскаяние и осознание своей вины в совершенном преступлении. В качестве обстоятельств, смягчающих наказание судом учтены: явка с повинной, наличие малолетних детей у подсудимого, добровольное возмещение материального ущерба по заявленному иску прокурора города Белгорода в интересах субъекта РФ Белгородской области на лечение Потерпевший №1 в размере 35 392, 69 рублей.

Подсудимым ФИО1 были произведены действия по заглаживанию вреда в сумме 20 000 рублей перед самим потерпевшим, о чем представлена квитанция. Потерпевшему также предлагалось в судебном заседании суда первой инстанции в счет заглаживания вреда выплатить еще 100 000 рублей, однако с предложенной суммой потерпевший Потерпевший №1 не согласился, и от данного предложения отказался. Кроме того, ФИО1 звонил потерпевшему 10.01.2020 г. и 16.01.2020 г. до судебного заседания, и предлагал ему материальную помощь на лечение (данный факт подтвержден представленной выпиской оператора сотовой сети).

Суд обоснованно признал указанные выше смягчающие обстоятельства исключительными и назначил наказание ФИО1 с применением ст. 64 УК РФ в виде штрафа.

Подробнее по смягчающим наказание ФИО1 обстоятельствам и его поведению после совершения преступления и в период судебного разбирательства.

Как следует из материалов уголовного дела, свидетелей-очевидцев преступления, в присутствии которых Казарян нанес Потерпевший №1 телесные повреждения, не имелось. Единственный свидетель по делу - знакомый потерпевшего - Свидетель №1, не являлся очевидцем, поскольку Потерпевший №1 позвонил ему уже после совершенного преступления (сказал, что его избили, и попросил выйти). О том, что удары наносил Казарян, свидетелю стало известно лишь со слов самого потерпевшего. В отдел полиции Казарян приехал самостоятельно, по собственной инициативе, где сообщил, что именно он причастен к избиению потерпевшего. Тем самым, когда он сообщал в полиции о причинении им телесных повреждений Потерпевший №1, заявление о привлечении его к уголовной ответственности от потерпевшего еще не поступило. Поэтому его объяснение, по сути, является явкой с повинной, что и было учтено судом первой инстанции при назначении наказания.

Тот факт, что Казарян добровольно, до вынесения приговора, внес в кассу Белгородского фонда социального страхования 35 392,69 рублей, свидетельствует о его надлежащем поведении после совершенного преступления, которое было направлено на заглаживание материального ущерба государству от его преступных действий.

Действия по заглаживанию вреда от преступления потерпевшему предпринимались неоднократно. В частности, Казарян звонил потерпевшему 10.01.2020 г. и 16.01.2020 г., предлагая помощь. В судебном заседании потерпевший утверждал, что Каразян не звонил ему и помощь не предлагал. Подтверждением того, что такие утверждения не соответствуют действительности, и явилась детализация исходящих звонков с номера мобильного телефона Казаряна, предоставленная оператором сотовой связи.

В процессе рассмотрения дела Казарян перечислял потерпевшему денежные средства. Первый раз перечислил 20 000 рублей, но потерпевший отказался их получить (отказ мотивирован тем, что он желает получить компенсацию морального вреда в значительно большем размере). Второй раз он вновь почтовым переводом по месту жительства потерпевшего направил 20 000 рублей, и такие денежные средства Казаряну не возвращались.

Суд обосновал применение ст. 64 УК РФ и назначение более мягкого вида наказания в виде штрафа теми обстоятельствами, что Казарян впервые привлекается к уголовной ответственности за совершение умышленного преступления небольшой тяжести (при отсутствии отягчающих обстоятельств), и, согласно ч.1 ст. 56 УК РФ, ему не может быть назначено наказание в виде лишения свободы. При этом было установлено наличие малолетних детей у виновного лица, явка с повинной, добровольное возмещение материального ущерба (о взыскании которого ходатайствовал прокурор), частичное возмещение морального вреда потерпевшему в размере 20 000 рублей. Смягчающие обстоятельства в своей совокупности суд признал исключительными.

Кроме того, при вынесении приговора суд учел данные о личности Казаряна: ранее не привлекался к уголовной и административной ответственности, положительно характеризуется по месту работы и месту жительства, женат.

Доводы потерпевшего об ухудшении состояния его здоровья, вследствие совершенного преступления, соответствующей медицинской документацией о причинно-следственной связи между его неудовлетворительным здоровьем (наличием ряда заболеваний) в настоящее время и преступлением подкреплены не были, что не мешает потерпевшему доказывать такие обстоятельства с требованием увеличения компенсации морального вреда, при наличии к этому оснований, в порядке гражданского судопроизводства. 

Таким образом, назначенное наказание и компенсация морального вреда (применительно к конкретным обстоятельствах совершенного умышленного преступления небольшой тяжести при вышеуказанных условиях) являются справедливым и соразмерным общественной опасности, тяжести совершенного преступления, социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений. 

Кроме того, указанные потерпевшим Потерпевший №1 в апелляционной жалобе (в её «просительной» части) обстоятельства сами по себе, а также в их совокупности, не являются основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ и переквалификации действий осужденного.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20 ч.1 п. 1 УПК РФ, суд, 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка № 8 Восточного округа г. Белгорода от 3 июля 2020 года в отношении ФИО1, - оставить без изменения, а апелляционную жалобу потерпевшего Потерпевший №1 - без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его оглашения, но может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном Главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Судья

А.И. Александров.