<

данные изъяты> Дело №2-812/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 июля 2017 года г.Твери

Московский районный суд г.Твери 

в составе председательствующего судьи Ипатова В.Е., 

при секретаре Кузнецовой И.А.,

с участием представителя истца ФИО6 – ФИО7,

третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО8 и её представителя ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО10, Администрации гор.Твери, Администрации Зареченского сельского поселения Максатихинского района Тверской области об установлении юридических фактов принятия наследства, владения земельным участком, включении имущества и денежных средств в наследственную массу, взыскание неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО6 обратился в суд с иском к ФИО10, Администрации Зареченского сельского поселения Максатихинского района Тверской области об установлении юридического факта принятия наследства, открывшегося после смерти ФИО1 умершей 22 марта 2011 года и ФИО2, умершего 09 августа 2011 года, включении в наследственную массу денежных средств в размере 1300 800 руб., полученных ФИО10 во исполнении поручения по продаже жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, взыскании с ФИО10 неосновательного обогащения в сумме 1300 800 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1154502,13 руб.. В обосновании своих требований истец указал, что в 2011 году умерли его родители - ФИО1 и ФИО2. Истец является единственным наследником первой очереди. В установленный законом срок истец с заявлением о принятии наследства к нотариусу не обращался. Однако истец полагает, что он фактически принял открывшееся после смерти родителей наследство, в состав которого входит земельный участок с домом и гаражом по адресу: Тверская область, Максатихинский район, 

<

адрес> плоски и квартира по адресу: 

<

адрес> поскольку после смерти родителей он продолжал пользоваться домом в деревне, обрабатывать земельный участок, оплатил счета за электроэнергию, земельный налог. 12 января 2017 года истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако в выдаче свидетельства о принятии наследства по закону ему было отказано, в связи с тем, что истцом был пропущен срок для принятия наследства. Кроме того, собирая документы в целях реализации своих наследственных прав истцу стало известно, что квартира по адресу: 

<

адрес>, зарегистрирована на имя его сына – ответчика ФИО10. Вместе с тем истцу известно, что его родители при жизни выдали ответчику доверенность на продажу принадлежащей им двухкомнатной квартиры с целью приобретения с доплатой трехкомнатной квартиры. Однако по какой-то причине после продажи двухкомнатной квартиры, приобретенная в дальнейшем трехкомнатная квартира была оформлена не на родителей, а в единоличную собственность ответчика. Считает, что ответчик злоупотребил доверием родителей истца и обманул их. При этом ответчик, продав квартиру родителей истца, не передал им вырученные от продажи денежные средства, а купил квартиру, которую оформил только на себя. Полагает, что деньги от продажи квартиры являются для ответчика неосновательным обогащением, которые ФИО10 должен вернуть вместе с процентами за пользование чужими денежными средствами.

В ходе судебного разбирательства сторона истца неоднократно уточняла свои исковые требования, сформулировав их в своем заявлении от 05 мая 2017 года, в котором истец просит суд установить юридический факт принятия наследства, открывшегося после смерти ФИО1, умершей 22 марта 2011 года и ФИО2, умершего 09 августа 2011 года; установить юридический факт владения ФИО1 земельным участком площадью 24 кв.м. в автогаражном кооперативе №№ Московского района гор.Твери по адресу: 

<

адрес>, гараж №; включить в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО1, земельный участок площадью 24 кв.м., находящийся в автогаражном кооперативе №№ Московского района гор.Твери по адресу: 

<

адрес>, гараж № и металлический гараж №, находящийся в автогаражном кооперативе №№ Московского района гор.Твери по адресу: 

<

адрес> после смерти ФИО2; включить в наследственную массу денежные средства в размере 1300 800 руб., полученные ФИО10 во исполнении поручения по продаже жилого помещения по адресу: 

<

адрес>; взыскать с ФИО10 неосновательного обогащения в сумме 1300 800 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1154502,13 руб..

Протокольным определением Московского районного суда гор.Твери от 21 июня 2017 года по ходатайству истца к участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора была привлечена ФИО8.

В судебное заседание истец ФИО6, извещенный судом надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства не явился, направил в суд своего представителя по доверенности ФИО7.

В судебном заседании представителя истца ФИО6 – ФИО7, исковые требования, с учетом их уточнений от 05 мая 2017 года поддержала в полном объеме, по доводам и основаниям указанным как в исковом заявлении, так и в уточненном исковом заявлении, дополнив их тем, что ФИО1 – матери истца, принадлежал на основании решения Администрации г.Твери от 13 января 1993 года на праве собственности земельный участок в гаражном кооперативе №№ Московского района г.Твери. Однако в свидетельстве была допущена ошибка, вместе ФИО11, было указано «Арсентьевна». Кроме того, в материалы дела представлены документы о том, что у ФИО1 был земельный участок в кооперативе, оплачен пай, на этом участке был установлен гараж и членом гаражного кооператива являлся отец истца ФИО2 который был принят в члены кооператива. После смерти своих родителей и по настоящее время истец продолжает пользоваться данным гаражом и земельным участком, оплачивает членские взносы. Кроме того, при жизни родителей они дали доверенность ответчику ФИО10 на продажу их квартиры, которая располагалась по адресу 

<

адрес>. Они уполномочили его только на продажу данной квартиры, других полномочий согласно этой доверенности представлено не было. Обсуждался вопрос о покупке другой квартиры, и оформлении ее на родителей истца, но после того как квартира была продана, то в этот же день была куплена другая квартира и денежные средства спорной квартиры ответчик не передал дедушке и бабушке. Полагает, что доверенность была только на продажу квартиры, поэтому у ответчика возникла обязанность передать денежные средства от продажи квартиры своим доверителям. Но денежные средства не были преданы, вместо этого была куплена квартира. Таким образом обязанность ответчика по передаче денежных средств не была выполнена. Фактически деньги пошли на покупку другой квартиры, в связи с чем данные денежные средства должны быть включены в наследственную массу и взысканы с ответчика как неосновательное обогащение.

Ответчики ФИО10, представители Администрации гор.Твери, Администрации Зареченского сельского поселения Максатихинского района Тверской области, извещенные судом надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суду не сообщили. Ранее от ФИО10, представителя Администрации Зареченского сельского поселения Максатихинского района Тверской области в суд поступили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие, при этом ответчик ФИО10 в своем заявлении возражал против взыскания с него каких-либо денежных средств.

В судебном заседании третье лицо не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО8 и её представитель ФИО9, действующий на основании ордера, не возражая против требований истца об установлении юридических фактов, возражали против требований истца о включении в наследственную массу денежных средств в размере 1300 800 руб., полученных ФИО10 от продажи жилого помещения по адресу: 

<

адрес> взыскании с ФИО10 неосновательного обогащения в сумме 1300 800 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1154502,13 руб., пояснив, что денежные средства, на которые ссылается в своих объяснениях представитель истца, были подарены родителями истца ФИО10 на приобретение квартиры. Кроме того, сделка по продаже квартиры была совершена в 2006 году, а родители умерли в 2011 году, в связи с чем у родителей истца и у него самого было времени достаточно для оспаривания сделки или взыскании денежных средств, но этого сделано не было. Также полагают, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о взыскании с ответчика каких-либо денежных средств.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования истца подлежащими удовлетворению частично. При этом суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду.

В силу статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Согласно части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами. Кроме того, заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 ГПК РФ.

В силу ч.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с ч.4 ст.218 ГК РФ член жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внесшие свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество.

Судом установлено, что ФИО2 на праве собственности принадлежал земельный участок, общей площадью 1 500 кв.м., расположенный по адресу: Тверская область, Максатихинский район, 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о праве собственности на землю, копия которого имеется в материалах дела.

Также ФИО2 на основании договора купли-продажи пустующего жилого дома в сельской местности от 13 июня 1990 года принадлежал на праве собственности жилой дом, общей площадью 40 кв.м.. расположенной по адресу: Тверская область, Максатихинский район, 

<

адрес>, что подтверждаеься договором купли-продажи пустующего жилого дома в сельской местности, копия которого имеется в материалах дела. 

Судом также установлено, что на основании справки Автокооператива №№ Московского района гор.Твери о выплате паевого взноса и приобретении права собственности на гараж от 05 сентября 2011 г. член автокооператива ФИО2 полностью выплатил свой паевой взнос 23.10.1976 г. и приобрел право собственности на металлический гараж № в Автокооператива №№ Московского района гор.Твери. Данные обстоятельства подтверждаются справкой автокооператива, копия которой имеется в материалах дела.

В свою очередь ФИО1 на основании решения Администрации гор.Твери от 13 января 1993 года принадлежал на праве собственности земельный участок под гараж, площадью 24 кв.м. находящийся в Автокооператива №№ Московского района гор.Твери, гараж №, что подтверждается свидетельством о праве собственности, копия которого имеется в материалах дела. 

22 марта 2011 года умерла ФИО1, а 22 августа 2011 года умер ФИО2, что подтверждается справками о смерти, копии которых имеются в материалах дела.

После смерти супругов ФИО2 и ФИО2. открылось наследство, состоящее в том числе из земельный участок и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>, металлического гаража № в Автокооператива №№ Московского района гор.Твери, а также земельного участка под гараж, находящегося в Автокооператива №№ Московского района гор.Твери, гараж №.

В соответствии со ст.218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В отсутствии завещания наследником первой очереди по закону на имущество умерших ФИО2 и ФИО1., являлся их сын, истец по настоящему делу ФИО6, что сторонами по делу не оспаривается.

В силу ст.1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Согласно ст.1153 ГК РФ признается, что наследник принял наследство, когда он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если он вступил во владение наследственным имуществом или когда он подал нотариальному органу по месту открытия наследства заявление о принятии наследства. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со времени открытия наследства. Согласно ст.1114 ГК РФ временем открытия наследства признается день смерти наследодателя.

Судом установлено, что после смерти родителей истец к нотариусу в установленные законом сроки с заявлением о принятии наследства по закону и выдаче свидетельства о праве на наследство не обращался. Такое обращение к нотариусу со стоны истца имело место быть только 12 января 2017 года. Однако в связи с пропуском истцом срока принятия наследства по закону после смерти ФИО2 и ФИО2, нотариусом в выдаче свидетельств о праве на наследство по закону было отказано, о чем свидетельствует постановление об отказе в совершении нотариального действия от 12.01.2017 года.

В соответствии со ст.265 ГПК РФ суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов. 

В соответствии со ст.264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций, в том числе принятия наследства.

Разрешения требование истца об установлении юридического факта принятия ФИО6, наследства после смерти ФИО1, умершей 22 марта 2011 года, и ФИО2, умершего 22 августа 2011 года, суд исследовал представленные истцом письменные доказательства – членскую книжку автокооператива №№ Московского района гор.Твери, из которой следует, что после смерти родителей истец ФИО6 оплачивал членские взносы в автокооперативе. 

Кроме того факт принятия наследства подтверждается также и объяснениями представителя истца о том, что ФИО6 после смерти родителей продолжал пользоваться домом в деревне, обрабатывать земельный участок, оплатил счета за электроэнергию, земельный налог. Данные факты не оспаривала и сторона ответчика, не возражавшая против удовлетворения исковых требований истца. 

Факт принятия истцом открывшегося наследства, подтверждается также и показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО3., пояснившей, что истец после смерти родителей пользовался гаражом, который находится в 

<

адрес>, а также обрабатывал земельный участок и поддерживал в надлежащем состоянии жилой дом, которые находятся в 

<

адрес> в 

<

адрес>.. Не доверять показаниям данного свидетеля у суда оснований не имеется.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что ФИО6 после смерти своих родителей вступил во владение и пользование наследственным имуществом, приняла меры по обеспечению его сохранности, следовательно, истец фактически принял наследство, открывшееся после смерти ФИО1 и ФИО2.

Возможность установления юридического факта владения и пользования недвижимым имуществом в порядке, предусмотренном в изложенных выше нормах, установлена в п. 6 ч. 2 ст. 264 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Данная норма не исключает возможности установления юридического факта владения и пользования недвижимым имуществом, в том числе на праве собственности.

В соответствии со ст. 267 Гражданского процессуального кодекса РФ в заявлении об установлении факта, имеющего юридическое значение, должно быть указано, для какой цели заявителю необходимо установить данный факт, а также должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения заявителем надлежащих документов или невозможность восстановления утраченных документов.

Из смысла указанных норм в их взаимосвязи следует, что для установления судом факта владения и пользования недвижимым имуществом необходимо установить как факт владения и пользования недвижимым имуществом на указанном заявителем основании, так и то, что получить необходимые документы во внесудебном порядке невозможно, либо то, что у заявителя имелись необходимые документы о владении и пользовании недвижимым имуществом, но были утрачены и их восстановление невозможно.

Поскольку сторонами по делу не оспаривается тот факт, что ФИО1 на основании решения Администрации 

<

адрес> от 13 января 1993 года № принадлежал на праве собственности земельный участок площадью 24 кв.м., предоставленный для гаражного строительства в автокооперативе №№ Московского района гор.Твери и, что именно ФИО1., как собственник владела и пользовалась данным земельным участком, что также подтвердила в судебном заседание и свидетель ФИО3 то наличие в свидетельстве о праве на наследство на землю, на бессрочное (постоянное) пользование землей описки в написании отчества наследодателя «Арсентьевна» вместо «Арсеньевна» не должно влечь неблагоприятных последствий для наследников наследодателя в целях дальнейшей регистрации этого имущества в порядке наследования, в связи с чем подлежат удовлетворению и требование истца об установлении юридического факта владения ФИО1 земельным участком площадью 24 кв.м. в автогаражном кооперативе №№ Московского района гор.Твери по адресу: 

<

адрес>, гараж №.

Согласно ст.131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре учреждениями юстиции.

В соответствии со ст.164 ГК РФ сделки с недвижимым имуществом подлежат государственной регистрации в случаях и порядке, предусмотренных ГК РФ и законом о регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. 

Сторонами по делу не оспаривается и доказательств обратного не представлено, что в ЕГРН отсутствует запись о зарегистрированных правах на объекты недвижимого имущества принадлежащие наследодателям - земельный участок площадью 24 кв.м., находящийся в автогаражном кооперативе №№ Московского района гор.Твери по адресу: 

<

адрес>, гараж № и металлический гараж №, находящийся в автогаражном кооперативе №№ Московского района гор.Твери по адресу: 

<

адрес>.

То, что право собственности наследодателей не было внесено в Единый государственный реестр недвижимости, произошло не по их вине.

В соответствии с ч.2 ст.8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Иной момент возникновения права, как это следует из абз. второго п.11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", установлен для приобретения права собственности в порядке наследования. В данном случае если наследодателю принадлежало недвижимое имущество на праве собственности, это право переходит к наследнику независимо от государственной регистрации права на недвижимость.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд считает, что наследодатель такое право приобрел и, следовательно, указанное выше недвижимое имущество может переходить по наследству, в связи с чем, подлежит включению в наследственную массу, открывшуюся после смерти родителей истца.

Отказывая истцу в удовлетворении его требований о включении в наследственную массу денежных средств в размере 1300 800 руб., полученных ФИО10 во исполнении поручения по продаже жилого помещения по адресу: 

<

адрес> в взыскании с ФИО10 неосновательного обогащения в сумме 1300 800 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1154502,13 руб., суд исходит из следующего.

Так истец в обосновании своих требований о взыскании неосновательного обогащения, ссылается на то, что ответчик ФИО6, действуя на основании доверенности, после продажи принадлежащей родителям двухкомнатной квартиры, злоупотребил их доверием, не передав им полученные от сделки денежные средства, а на вырученные от продажи двухкомнатной квартиры средства направил на приобретение трехкомнатной квартиры, оформив её в свою единоличную собственность.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего) обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), независимо от того, явилось неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

То есть для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие трех условий, если: имеет место приобретение или сбережение имущества, то есть увеличение стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, а имущество потерпевшего уменьшается вследствие выбытия из его состава некоторой части или неполучения доходов, на которые это лицо правомерно могло рассчитывать; отсутствуют правовые основания, то есть когда приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, а значит, происходит неосновательно.

Таким образом, для возникновения обязательства по возврату неосновательного обогащения важен факт сбережения имущества одним лицом за счет другого при отсутствии к тому правовых оснований.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 2 статьи 65 Кодекса в предмет доказывания по иску о взыскании неосновательного обогащения входит установление обстоятельств (факта) получения (сбережения) ответчиком имущества за счет истца; отсутствие для этого установленных законом, иными правовыми актами или сделкой основания; размер неосновательного обогащения.

Наличие указанных обстоятельств в совокупности должно доказать лицо, обратившееся в суд с соответствующими исковыми требованиями. Недоказанность истцом хотя бы одного из перечисленных обстоятельств, влечет отказ в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения.

Согласно ст.57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

На основании ст.59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения дела.

Бремя доказывания было разъяснено сторонам по делу как в ходе его подготовке, так и в судебном заседании.

Однако истцом, вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ, достоверных, относимых и допустимых доказательств, подтверждающих его доводы о возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения, представлено не было. Доводы истца основаны исключительно на предположениях, о чем и указала в своих объяснениях представитель истца в ходе судебного заседания. 

В свою очередь третьим лицом не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО8 суду были представлены письменные доказательства, в виде протокола судебного заседания от 11 мая 2017 года по гражданскому делу №2-129/2017 по иску ФИО8 к ФИО10 о разделе совместно нажитого имущества и по встречному иску ФИО10 к ФИО8 о разделе совместно нажитого имущества, об исключении квартиры из общей совместной собственности супругов, в ходе которого судом были допрошены в качестве свидетелей супруга истца ФИО6 – ФИО4 и его дочь – ФИО5 которые пояснили, что родители истца ФИО6 – продали свою квартиру по адресу: 

<

адрес>, получили за неё денежные средства, которые дедушка - ФИО2 пересчитал, а затем подарил их внуку – ФИО10. На подаренные дедушкой денежные средства ФИО10 в дальнейшем и приобрел квартиру по адресу: 

<

адрес>.

Оценивая указанное выше письменное доказательство, в совокупности с другими доказательствами по делу, в том числе и с объяснениям третьего лица ФИО8, суд полагает, что они соответствуют критериям относимости, допустимости и достоверности, отвечает требованиям, установленным ст.86 ГПК РФ, в связи с чем принимается судом в качестве надлежащего доказательства по данному делу.

При этом проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства (объяснения участников процесса, протокол судебного заседания, показания свидетеля и т.д.), а также принимая во внимание, что с 2006 года (с момента совершения сделки) и до 2011 года (год смерти родителей истца) супруги ФИО1 и ФИО2. не предъявляли каких-либо требований к ответчику ФИО10, относительно спорных денежных средств, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказан факт неосновательного получения и удержания ответчиком денежных средств родителей истца.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что истец не вправе требовать от ФИО10 в порядке ст.1102 ГК РФ возврата денежных средств в сумме 1300 800 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1154502,13 руб..

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют необходимые правовые основания для удовлетворения исковых требований в указанной выше части.

Разрешая заявление ФИО8 и её представителя о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям о взыскании с ФИО10 неосновательного обогащения в сумме 1300 800 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1154502,13 руб. суд руководствуется следующим. 

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" изложена правовая позиция, касающаяся применения норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности.

Как разъяснено в пункте 25 указанного Пленума, исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре. Поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.

Установив фактические обстоятельства рассматриваемого дела, и исходя из характера спорных правоотношений, суд считает возможным принять к рассмотрению заявление ФИО8 и её представителя о пропуске истцом срока исковой давности.

В силу ст.195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно ст.196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 ГК РФ.

Положениями ч.2 ст.199 ГК РФ установлено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

При этом истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу ч.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

На требование о возврате неосновательно приобретенного или сбереженного имущества распространяется общий срок исковой давности, исчисляемый по правилам статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, начало которого определяется моментом, когда лицо приобрело или сберегло имущество другого лица, либо когда лицо за счет которого произошло сбережение, узнало о нем.

Пунктом 2 ст.196 ГПК предусмотрено, что срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

В п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен. Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права. Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Сторонами не оспаривается, что денежные средства от продажи принадлежащей родителям истца квартиры, поступили в распоряжении ответчика и были им израсходованы 13 июля 2006 года, в связи с чем суд приход к выводу о начале течения срока именно с указанной даты.

Исковое заявление по настоящему делу подано истцом ФИО6 в Московский районный суд г.Твери 15 февраля 2017 года, т.е. спустя 10,5 лет. Таким образом, истцом пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Учитывая, что истцом пропущен общий срок исковой давности для предъявления требования о взыскании неосновательного обогащения в сумме 1300 800 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1154502,13 руб., суд приходит к выводу, что правовых оснований для удовлетворения искового заявления в части взыскания неосновательного обогащения, а также включения указанных выше сумм в наследственную массу, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО6 удовлетворить частично.

Установить юридический факт принятия ФИО6 наследства, открывшегося после смерти ФИО1 умершей 22 марта 2011 года и ФИО2, умершего 09 августа 2011 года.

Установить юридический факт владения ФИО1 земельным участком площадью 24 кв.м. в автогаражном кооперативе №№ Московского района гор.Твери по адресу: 

<

адрес>, гараж №.

Включить в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО1, умершей 22 марта 2011 года, земельный участок площадью 24 кв.м., находящийся в автогаражном кооперативе №№ Московского района гор.Твери по адресу: 

<

адрес>, гараж №.

Включить в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО2, умершего 09 августа 2011 года, металлический гараж №, находящийся в автогаражном кооперативе №№ Московского района гор.Твери по адресу: 

<

адрес>.

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО10 о включении в наследственную массу денежных средств и взыскание неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, отказать.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд с подачей жалобы через Московский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий: 

<

данные изъяты> В.Е.Ипатов

Решение принято судом в окончательной форме 13 июля 2017 года