Дело № 10-6/2025

Судья Росляк Я.В.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Челябинск 14 января 2025 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего - судьи Шуплецова И.В.,

судей Андреева М.В., Иванова С.В.,

при помощнике судьи Косолаповой А.А.,

с участием прокурора Гаан Н.Н.,

защитника - адвоката Степанищева А.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя И.А.И. и апелляционной жалобе адвоката Степанищева А.В., действующего в интересах осужденного ФИО1, на приговор Чебаркульского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин 

<

данные изъяты>, несудимый,

осужден по п. «в» ч.3 ст.264 УК РФ к лишению свободы на срок 5 лет 6 месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении, куда осужденному в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы надлежит следовать самостоятельно.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, в который постановлено зачесть время следования осужденного к месту отбывания наказания из расчета один день за один день. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Удовлетворены частично исковые требования потерпевшего Г.М.Н. и гражданского истца А.Л.Н., с осужденного ФИО1 в счет компенсации морального вреда взысканы денежные средства в размере 1 000 000 рублей в пользу каждого.

Иск А.Л.Н. в части требований о взыскании с осужденного ФИО1 материального ущерба в размере 99 317 рублей передан на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. 

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств. 

Изучив материалы уголовного дела, заслушав выступления адвоката Степанищева А.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, прокурора Гаан Н.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

обжалуемым приговором ФИО1. признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности смерть Г.М.Н., совершенном лицом, не имеющим права управления транспортным средством, что имело место ДД.ММ.ГГГГ на территории 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель И.А.И. находит обжалуемый приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, подлежащим отмене. Обосновывая доводы представления о необходимости отмены приговора, отмечает, что органом предварительного расследования ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.4 ст.264 УК РФ, однако из резолютивной части приговора следует, что ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.3 ст.264 УК РФ, что, по мнению государственного обвинителя, повлекло за собой назначение осужденному несправедливого наказания и более мягкого вида исправительного учреждения. Считает, что назначенное ФИО1 наказание является чрезмерно мягким, не соответствующим характеру и степени общественной опасности содеянного, полагает, что судом в должной степени не учтено, что осужденным совершено преступление в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее смерть человека, при этом утрата потерпевшим жизни необратима и невосполнима. Кроме того, обращает внимание, что ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении не признал, не раскаялся, вред не возместил и каких-либо мер по его заглаживанию не предпринял. С учетом приведенных доводов государственный обвинитель ставит вопрос об усилении наказания. Считает, что судом неверно определен вид исправительного учреждения осужденному для отбывания наказания, поскольку не принято во внимание, что ФИО1 ранее отбывал наказание в местах лишения свободы. Полагает, что судом необоснованно снижен размер компенсации морального вреда потерпевшему Г.М.Н. и гражданскому истцу А.Л.Н., при этом не согласен с тем, что суд частично удовлетворил требования последних о возмещении морального вреда в размере 1 000 000 рублей каждому. Подводя итог, просит приговор Чебаркульского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменить, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение.

В апелляционной жалобе адвокат Степанищев А.В., действующий в интересах осужденного ФИО1, находит приговор не соответствующим положениям ст.297 УПК РФ ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона, нарушения уголовно-процессуального закона и несправедливости назначенного осужденному наказания. 

Считает, что вина ФИО1 в совершении преступления не доказана, при этом суд не привел в приговоре совокупность доказательств, которая изобличала бы его подзащитного в инкриминированном ему деянии. Выражает несогласие с оценкой доказательств, содержащихся в приговоре, давая им собственную оценку. В частности, полагает, что доводы осужденного о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем управлял не он, а потерпевший Г.М.Н., ничем не опровергнуты, суд не принял во внимание, что такая позиция ФИО1 была всегда последовательной, с момента происшествия. Указывает, что органом предварительного следствия не были приняты неотложные меры к обнаружению и фиксации следов пальцев рук, в том числе потожировых выделений на поверхности рулевого колеса автомобиля, который был осмотрен ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя три месяца после дорожно-транспортного происшествия. Обращает внимание на показания свидетеля Б.В.В., инспектора ДПС ОГИБДД по 

<

адрес>, который выезжал на место происшествия, пояснившего, что по положению трупа Г.М.Н. невозможно было определить, кто мог находиться за управлением автомобиля 

<

данные изъяты>. Кроме того, из показаний Б.В.В. следует, что у мотоблока, которым управлял участник дорожно-транспортного происшествия ФИО11, отсутствовали внешние осветительные приборы, в том числе стоп-сигналы и ходовые огни, что запрещало ему управлять мотоблоком, тем более в темное время суток. Обращает внимание, что непосредственно после дорожно-транспортного происшествия ФИО11 отказался от прохождения медицинского освидетельствования, после чего к нему не было применено каких-либо мер административного характера, в связи с чем нельзя достоверно утверждать, мог ли ФИО11 осознавать происходящие вокруг него события после произошедшего и давать объективные показания. С учетом отмеченных обстоятельств ставит под сомнение выводы суда о причинно-следственной связи между действиями осужденного ФИО1 и наступившими последствиями дорожно-транспортного происшествия, связанными с наступлением смерти потерпевшего Г.М.Н. Считает, что в виновности ФИО1 по настоящему уголовному делу имеются неустранимые сомнения, которые следует толковать в его пользу. 

Назначенное осужденному наказание адвокат находит несправедливым, считает, что без должной оценки суда осталось то, что ФИО1 не судим, положительно характеризуется по месту жительства и командованием воинской части, где проходил службу, имеет на иждивении малолетнего ребенка, который нуждается в его материальной поддержке, являлся участником специальной военной операции, имеет ранения и травмы, награжден государственными и ведомственными наградами, при этом отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено. Также судом не учтено, что ФИО1 состоит на сопровождении в филиале Государственного фонда поддержки специальной военной операции «Защитники Отечества» по 

<

адрес>, где в отношении него собраны документы на получение удостоверения «Ветерана боевых действий», которые направлены на рассмотрение в Министерство обороны РФ, не принято во внимание состояние здоровья ФИО1 и рассмотрение в отношении него вопроса об установлении группы инвалидности. Приводя изложенные доводы, находит выводы суда о невозможности применения к осужденному положений ст.73 УК РФ необоснованными. В отношении гражданского истца ФИО12 размер компенсации морального вреда считает завышенным и немотивированным. 

Приводя изложенные доводы, адвокат ставит вопрос об отмене приговора и оправдании ФИО1

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы уголовного дела, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, считает необходимым приговор суда первой инстанции отменить и постановить по делу новый обвинительный приговор по следующим основаниям.

В соответствии с п.3 ст.389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является неправильное применение уголовного закона.

В соответствии с п.2 ч.1 ст.389.18 УПК РФ неправильным применением уголовного закона является применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части УК РФ, которые подлежали применению.

Согласно ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым он признается, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона. 

Эти требования закона по настоящему уголовному делу не выполнены, поэтому имеются основания, влекущие отмену приговора суда в отношении ФИО1 

Суд апелляционной инстанции, проверив исследованные судом первой инстанции доказательства, установил те же самые обстоятельства, что и суд первой инстанции, а именно:

ФИО1, являясь лицом, не имеющим права управления транспортным средством, проявив преступную небрежность, то есть, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов 15 минут, управляя технически исправным автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, двигаясь по участку автодороги в 350 метрах от 

<

адрес> в 

<

адрес> со скоростью более 60 км/ч, перевозя пассажира Г.М.Н., не выбрал безопасную скорость движения, соответствующую дорожным условиям, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, а также необходимую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, при возникновении опасности для движения не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, и совершил столкновение с попутно двигавшимся мотоблоком 

<

данные изъяты> с телегой прицепной мотоблочной 

<

данные изъяты> с отсутствующими осветительными приборами, габаритными огнями и светоотражающими элементами под управлением ФИО11, после чего допустил выезд за пределы проезжей части через правую обочину и опрокидывание автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №.

При этом ФИО1 нарушил требования следующих пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, а именно:

- п.9.10, в соответствии с которым водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения;

- п.10.1, в соответствии с которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажир автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, Г.М.Н. получил травмы, не совместимые с жизнью, от которых скончался на месте происшествия. Таким образом, допущенные ФИО1 нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации повлекли по неосторожности смерть потерпевшего Г.М.Н.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у Г.М.Н. имела место сочетанная 

<

данные изъяты> травма 

<

данные изъяты>, в комплекс которой вошли: 

<

данные изъяты>, и которая в данном конкретном случае привела к травматическому шоку 

<

данные изъяты>, что и явилось непосредственной причиной смерти. Данный вывод подтверждается характерными морфологическими признаками, выявленными при судебно-медицинском исследовании трупа и гистологическими данными. В данном случае, сочетанная 

<

данные изъяты> травма 

<

данные изъяты> осложнилась состоянием, создающим непосредственную угрозу для жизни (травматический шок 

<

данные изъяты>), что является медицинским критерием квалифицирующего признака (вред здоровью, опасный для жизни человека) в отношении тяжкого вреда здоровью человека (п.6.2.1 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 года № 194н). Таким образом, между травмой и смертью имеется прямая причинно-следственная связь.

Установленные судом апелляционной инстанции обстоятельства дела не выходят за пределы предъявленного ФИО1 обвинения, основаны на доказательствах, исследованных в суде первой инстанции и проверенных судом апелляционной инстанции. 

Так, из показаний свидетеля ФИО11 следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов 15 минут он, управляя мотоблоком с прицепной телегой, выехал на проезжую часть дороги, ведущую в 

<

адрес>. Двигаясь по указанной дороге по асфальтовому покрытию ближе к обочине со скоростью примерно 10-15 км/ч, он почувствовал удар в заднюю часть мотоблока, после чего вылетел с мотоблока в кювет по ходу движения, сознание не терял. В него въехал легковой автомобиль, который тоже оказался в кювете, чуть дальше него, перевернувшись на крышу, из указанного автомобиля с водительского места вылез мужчина, он узнал в нем ранее знакомого ему односельчанина ФИО1, который подбежал к нему и сказал, что необходимо вызвать полицию и скорую помощь. Сам он, ФИО11, ходить не мог, так как у него была сломана нога. После приезда скорой медицинской помощи его госпитализировали. В момент дорожно-транспортного происшествия были вечерние сумерки, но видимость была хорошая, дорога просматривалась нормально.

Из показаний свидетеля ФИО13 следует, что он работал с потерпевшим Г.М.Н. и проживал с ним в одной квартире по адресу: 

<

адрес> - 

<

адрес>. После 18 часов ДД.ММ.ГГГГ они вышли на улицу, пошли в разные магазины, при этом он видел, как Г.М.Н. остановил попутный автомобиль 

<

данные изъяты>, сел в него на место пассажира, после чего автомобиль двинулся в сторону села Травники. Свидетель утвердительно заявил о том, что Г.М.Н. сел в автомобиль на место пассажира, за управление автомобилем не садился, своего автомобиля у Г.М.Н. не было.

Свидетель ФИО14 показал, что он работает начальником ремонтного участка, который осуществляет деятельность на территории 

<

адрес>, где также работал потерпевший Г.М.Н. После рабочей смены ДД.ММ.ГГГГ он с последним вышел с участка, поехал в 

<

адрес>, Г.М.Н. должен был пойти в квартиру, где он проживал в 

<

адрес>. В вечернее время ему сообщили, что Г.М.Н. попал в дорожно-транспортное происшествие и погиб. Может пояснить, что у потерпевшего автомобиля не было.

Из показаний допрошенных в качестве свидетелей инспекторов ГИБДД Б.В.В. и ФИО15 следует, что ДД.ММ.ГГГГ при выезде на место происшествия было установлено, что автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, на участке автодороги, ведущем к 

<

адрес>, совершил столкновение с попутно двигавшимся мотоблоком.

Потерпевший Г.М.Н. показал, что погибший Г.М.Н. являлся его родным братом, собственного автомобиля у него не было.

Свидетели П.С.А. и Ж.О.М. показали о том, что проживают по соседству с ФИО1, который в 2023 году приобрел автомобиль 

<

данные изъяты>.

Свидетели Б.И.А. и Ш.Д.С. показали, что ДД.ММ.ГГГГ они принимали участие в качестве понятых при дополнительном осмотре места происшествия по настоящему уголовному делу, осматривался участок дороги, где произошло дорожно-транспортное происшествие, на дороге при этом был выставлен мотоблок с прицепом, время проведения осмотра места происшествия - 18 часов 15 минут, вечерние сумерки. Указанные лица показали, что мотоблок с прицепом был виден на достаточном расстоянии, чтобы принять меры к остановке транспортного средства. 

Виновность ФИО1 также подтверждается письменными материалами дела.

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Г.М.Н. имела место сочетанная 

<

данные изъяты> травма 

<

данные изъяты>, в комплекс которой вошли: 

<

данные изъяты>, и которая в данном конкретном случае привела к травматическому шоку 

<

данные изъяты>, что и явилось непосредственной причиной смерти. Данный вывод подтверждается характерными морфологическими признаками, выявленными при судебно-медицинском исследовании трупа и гистологическими данными. Сочетанная 

<

данные изъяты> травма 

<

данные изъяты> осложнилась состоянием, создающим непосредственную угрозу для жизни (травматический шок 

<

данные изъяты>), что является медицинским критерием квалифицирующего признака (вред здоровью, опасный для жизни человека) в отношении тяжкого вреда здоровью человека. Таким образом, между указанной травмой и смертью потерпевшего Г.М.Н. имеется прямая причинно-следственная связь.

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, по произведенной автотехнической судебной экспертизе по исследованию обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, согласно которому в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, с технической точки зрения, должен был руководствоваться требованиями п.10.1 ч.2 ПДД РФ, согласно которым при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 

<

данные изъяты> располагал технической возможностью снизить скорость своего движения до скорости движения мотоблока с прицепом, тем самым предотвратить с ним столкновение путем применения экстренного торможения в момент его обнаружения. В сложившейся дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, несоответствующие требованиям п.10.1 ч.2 ПДД РФ, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с фактом столкновения (т.№, л.д.№).

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, исходя из зафиксированных на месте дорожно-транспортного происшествия следов бокового скольжения колес автомобиля 

<

данные изъяты>, скорость движения автомобиля перед началом бокового скольжения, то есть до столкновения с прицепом, составляла более 60 км/ч при разрешенной скорости 60 км/ч. В рассматриваемой дорожной ситуации, при заданных исходных данных, действия водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, не соответствовавшие требованиям пунктов 10.1 и 9.10 ПДД РФ, как и действия водителя мотоблока, не соответствовавшие требования пунктов 1.5, 2.3.1 и 19.1 ПДД РФ, также находились в причинной связи с фактом столкновения автомобиля 

<

данные изъяты> и мотоблока. При этом в причинной связи с выездом автомобиля 

<

данные изъяты> за пределы дороги и его опрокидыванием находились только действия водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, не соответствовавшие требованиям пунктов 10.1 и 9.10 ПДД РФ (т.№, л.д.№).

Заключением автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, в результате проведенного исследования рулевого управления, тормозной системы и ходовой части автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, установлено, что рулевое управление автомобиля находится в неработоспособном состоянии. Повреждения образованы в результате приложения усилия во много превосходящего эксплуатационное, возникшего в момент рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия. Признаков, указывающих на отказ в работе рулевого управления, образованных до момента дорожно-транспортного происшествия, не обнаружено.

Ходовая часть автомобиля находится в неработоспособном состоянии, обнаружены повреждения правой растяжки и рычага растяжки в виде их деформаций, левое переднее и правое заднее колеса автомобиля находятся в разгерметизированном состоянии, давление воздуха в шинах колес отсутствует, закраина колесных дисков деформирована, внешняя боковина шин колес сдвинута с посадочного места на дисках, в пространстве между закраиной диска и боковиной шины обнаружено внедрение частиц почвы и растительности. Учитывая характер и локализацию внешних повреждений автомобиля, можно сделать вывод о том, что указанные повреждения ходовой части автомобиля были образованы в результате приложения усилия во много превосходящего эксплуатационное, возникшего в момент рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия. Признаков, указывающих на отказ в работе ходовой части, образованных до момента дорожно-транспортного происшествия, не обнаружено.

Тормозная система автомобиля находится в неработоспособном состоянии. Обнаружены повреждения компенсационного бачка главного тормозного цилиндра в виде его разрушения. Учитывая характер и локализацию внешних повреждений автомобиля, можно сделать вывод о том, что повреждения тормозной системы были образованы в результате приложения усилия во много превосходящего эксплуатационное, возникшего в момент рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия. Провести дорожные испытания тормозной системы на предмет соответствия ее состояния требованиям ГОСТа Р 33997-2016 «Колесные транспортные средства. Требования к безопасности в эксплуатации и методы проверки», не представилось возможным по причинам полученных повреждений автомобилем в результате дорожно-транспортного происшествия. Признаков, указывающих на отказ в работе тормозной системы автомобиля, образованных до момента дорожно-транспортного происшествия, не обнаружено (т.№ л.д.№).

Согласно рапорта помощника дежурного Межмуниципального отдела МВД России «

<

адрес> и карточки учета происшествия от ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 24 минуты в дежурную часть отдела полиции поступило сообщение от ФИО11 о том, что на автодороге 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты> и мотоблока (т.№, л.д.№).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с приложениями вид дорожно-транспортного происшествия - столкновение с последующим опрокидыванием, тип дорожного покрытия - асфальтобетон, состояние дорожного покрытия - сухое. Место столкновения автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, с мотоблоком 

<

данные изъяты> с телегой прицепной мотоблочной 

<

данные изъяты>, расположено на расстоянии 350 метров от 

<

адрес> в направлении к 

<

адрес>, указанный участок дороги освещения не имеет, следы торможения на участке отсутствуют (т.№, л.д.№).

Исходя из данных дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому дополнительно осмотрен участок автодороги в 350 метрах от 

<

адрес> в 

<

адрес>, в ходе осмотра установлена видимость мотоблока на расстоянии 65 метров при включенном ближнем свете фар автомобиля 

<

данные изъяты>, при включенном дальнем свете фар - 80 метров (т.№, л.д.№).

Показания приведенных выше свидетелей суд находит в целом последовательными, непротиворечивыми, согласующимися между собой, в связи с чем их достоверность сомнений не вызывает. Какой-либо заинтересованности у данных лиц, что могло бы послужить поводом для оговора ФИО1 с их стороны, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Показаниями указанных лиц установлены одни и те же обстоятельства дела, касающиеся причастности ФИО1 к совершению преступления.

В частности, тот факт, что в день происшествия и непосредственного в момент дорожно-транспортного происшествия потерпевший Г.М.Н. автомобилем не управлял, а управлял им ФИО1, следует из показаний свидетелей ФИО11, ФИО13 и ФИО14 О том, что автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, находился в пользовании ФИО1, сообщили свидетели П.С.А. и Ж.А.М.

Приведенную совокупность доказательств, полученных в соответствии с требованиями УПК РФ, отвечающую требованиям допустимости и достоверности, суд апелляционной инстанции находит достаточной для вывода о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.4 ст.264 УК РФ, при этом доводы стороны защиты о его непричастности к совершению преступления находит несостоятельными, опровергающимися представленными стороной обвинения доказательствами.

Позицию ФИО1, который указывал о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия он находился в автомобиле в качестве пассажира и автомобилем управлял потерпевший Г.М.Н., суд апелляционной инстанции рассматривает как способ защиты от предъявленного обвинения, обусловленный желанием уйти от ответственности за содеянное. При этом учитывает, что данная позиция ФИО1 опровергается совокупностью приведенных выше доказательств, изобличающих его в совершении преступления.

Доводы жалобы адвоката о том, что органом предварительного расследования не были приняты меры к обнаружению и фиксации следов пальцев рук, в том числе потожировых выделений на поверхности рулевого колеса автомобиля, содержание исследованных доказательств, подтверждающих виновность ФИО1, под сомнение не ставят.

Что касается доводов жалобы адвоката относительно содержания показаний инспектора дорожно-патрульной службы Б.В.В., то высказывание последнего о том, что по положению трупа потерпевшего Г.М.Н. невозможно было определить, кто мог находиться за управлением автомобиля 

<

данные изъяты>, следует расценивать как субъективное мнение свидетеля, не ставящее под сомнение установленные судом обстоятельства дела.

Оснований для признания показаний свидетеля ФИО11 недопустимыми доказательствами по тем доводам, которые приводит в апелляционной жалобе адвокат, не имеется, поскольку из показаний свидетеля К.Е.В.., фельдшера скорой медицинской помощи, следует, что на месте дорожно-транспортного происшествия она осматривала водителя мотоблока ФИО11, состояние которого фактически отмечалось ею как адекватное, ФИО11 был трезв. В связи с чем оснований ставить под сомнение сообщенные им по обстоятельствам дела сведения и считать их необъективными не имеется. 

Действия ФИО1 при установленных выше обстоятельствах суд апелляционной инстанции квалифицирует по п. «в» ч.4 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, совершенное лицом, не имеющим права управления транспортными средствами. 

Учитывая, что судом первой инстанции действия ФИО1 были квалифицированы как предусмотренные п. «в» ч.3 ст.264 УК РФ, в чем выразилось неправильное применение уголовного закона ввиду применения не той части статьи 264 УК РФ, постановленный в отношении него приговор нельзя признать законным, он подлежит отмене. Доводы апелляционного представления в этой части заслуживают внимания и подлежат удовлетворению. 

ФИО1 нарушил требования следующих пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации:

- п.9.10, в соответствии с которым водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения;

- п.10.1, в соответствии с которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Из приведенных норм следует, что водитель транспортного средства должен двигаться таким образом, чтобы постоянно контролировать ситуацию на дороге, движение управляемого им транспортного средства, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда другим участникам дорожного движения.

Обстоятельства дела показывают, что водитель ФИО1 в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, управляя технически исправным транспортным средством, проявляя преступную неосторожность, не выбрал безопасную скорость движения, соответствующую дорожным условиям, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не выполнил требования указанных пунктов ПДД РФ, хотя располагал технической возможностью снизить скорость своего движения до скорости движения мотоблока с прицепом и, соблюдая дистанцию, предотвратить с ним столкновение, что подтверждено соответствующими экспертными исследованиями. Как указано выше, экспертным исследованием также установлено, что в причинной связи с выездом автомобиля 

<

данные изъяты> за пределы дороги и его опрокидыванием находились только действия водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, не соответствовавшие требованиям пунктов 10.1 и 9.10 ПДД РФ.

В этой связи допущенные водителем мотоблока З.А.С. нарушения требований пунктов 1.5, 2.3.1 и 19.1 ПДД РФ, также находившиеся в причинной связи с фактом столкновения автомобиля 

<

данные изъяты> и мотоблока, выразившиеся в отсутствии на мотоблоке осветительных приборов, габаритных огней и светоотражающих элементов, не исключают уголовной ответственности ФИО1, действия которого свидетельствуют о выполнении им объективной стороны преступления и находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего Г.М.Н. К наступившим последствиям в виде причинения смерти потерпевшему у ФИО1 имеется неосторожная вина.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из обвинения ФИО1 указание о нарушении им п.2.1.2 ПДД РФ, в котором изложены требования о том, что водитель транспортного средства и пассажир должны быть пристегнутыми ремнями безопасности. Исключение данного пункта связано с тем, что из собранных материалов дела не следует, чтобы потерпевший Г.М.Н. не был пристегнут ремнем безопасности. При этом исключение данного пункта Правил дорожного движения РФ и инкриминированных в связи с этим ФИО1 обстоятельств, хотя и уменьшает объем обвинения, но ответственности его не исключает, поскольку нарушение остальных пунктов ПДД РФ напрямую связано с последствиями дорожно-транспортного происшествия. 

Квалифицирующий признак совершения преступления лицом, не имеющим права управления транспортными средствами, нашел свое подтверждение, исходя из следующего.

Так, лицом, не имеющим права управления транспортными средствами, является лицо, которое не получало такое право в установленном законом порядке, лицо, срок действия соответствующего удостоверения которого истек, а также лицо, действие права управления транспортными средствами которого прекращено судом в связи с наличием медицинских противопоказаний или медицинских ограничений (ч.1 ст.28 Ферального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года N 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных гл. 12 КоАП РФ»).

Из материалов уголовного дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было выдано водительское удостоверение категории B, В1(AS), М, сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ (т.№, л.д.№).

Вместе с тем, согласно справке старшего инспектора Госавтоинспекции Межмуниципального отдела МВД России 

<

адрес>, на основании постановления мирового судьи судебного участка № 

<

адрес> и 

<

адрес>, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 лишен права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев, водительское удостоверение сдано в Госавтоинспекцию ДД.ММ.ГГГГ. По окончании срока лишения права управления транспортными средствами за возвратом водительского удостоверения ФИО1 не обращался (т.№, л.д.№).

Одновременно с этим судом установлено, что приговором Чебаркульского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ, ему назначено наказание с применением положений ст.ст.70,71 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 год 3 месяца с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 10 месяцев, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Согласно справке ГУ МВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на основании Указа Президента РФ «О помиловании» ДД.ММ.ГГГГ освобожден 15 сентября 2022 года от дальнейшего отбывания наказания в виде лишения свободы и дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, со снятием судимости по указанному приговору.

В соответствии с Правилами проведения экзаменов на право управления транспортными средствами и выдачи водительских удостоверений, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 октября 2014 года № 1097, водительское удостоверение возвращается лицу, подвергнутому административному наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами, по истечении срока лишения этого права, успешно прошедшему в подразделении Госавтоинспекции проверку знания им правил дорожного движения, после прохождения медицинского освидетельствования на наличие медицинских противопоказаний к управлению транспортными средствами.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 проверку знания им правил дорожного движения в Госавтоинспекции не проходил, водительское удостоверение после вынесения в отношении него Указа Президента РФ «О Помиловании» не получал, следовательно, ФИО1 является лицом, не имеющим права управления транспортными средствами.

Согласно заключению экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 каким-либо 

<

данные изъяты> расстройством, 

<

данные изъяты> не страдал в момент инкриминируемого ему деяния и не страдает в настоящее время, а обнаруживает признаки 

<

данные изъяты>. Однако, указанные особенности 

<

данные изъяты> выражены не столь значительно, не достигают 

<

данные изъяты> и не сопровождаются 

<

данные изъяты>, поэтому он мог в момент инкриминируемого ему деяния и может в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. 

Нарушений требований УПК РФ на стадии досудебного производства не установлено.

При определении вида и размера наказания ФИО1 суд апелляционной инстанции в соответствии со ст.ст.6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих, данные о его личности, а также влияние назначаемого наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание обстоятельствами ФИО1 суд апелляционной инстанции в соответствии с п. «г» и п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ признает наличие у него малолетнего ребенка и оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, что выразилось в фактических действиях, направленных на вызов на место происшествия работников скорой медицинской помощи с привлечением к этому свидетеля ФИО11

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ в качестве таковых суд признает неудовлетворительное состояние физического и психического здоровья ФИО1, обусловленное наличием у него соответствующих заболеваний, в том числе получение им ранений и травм при прохождении службы; участие ФИО1 в специальной военной операции и наличие у него ведомственных и государственных наград; нарушение водителем мотоблока ФИО11 правил дорожного движения. 

Обсуждая личность ФИО1, суд апелляционной инстанции учитывает его немолодой возраст, наличие у него постоянного места жительства и регистрации, места работы и источника дохода, отсутствие судимостей, положительные характеристики по месту жительства и по месту прохождения военной службы, семейное положение, а также то, что он состоит на сопровождении в филиале Государственного фонда поддержки специальной военной операции «Защитники Отечества» по 

<

адрес>.

Таким образом, суд апелляционной инстанции учитывает, не оставляя без внимания, обстоятельства, касающиеся личности ФИО1, о которых адвокат указывает в апелляционной жалобе. 

Суд апелляционной инстанции считает, что предусмотренное санкцией ч.4 ст.264 УК РФ наказание в виде лишения свободы с обязательным дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься определенной деятельностью будет способствовать достижению целей наказания в отношении ФИО1, таких как его исправление и предупреждение совершения им новых преступлений, без применения к нему положений ст.64 УК РФ, оснований для применения которых суд не усматривает ввиду отсутствия какой-либо совокупности обстоятельств для этого, существенно снижающих степень общественной опасности содеянного.

Исходя из общественной опасности содеянного, для достижения целей наказания, суд апелляционной инстанции считает необходимым назначить лишение свободы ФИО1 с реальным его отбыванием и не находит в связи с этим оснований для применения к нему положений ст.73 УК РФ, а также ч.6 ст.15 УК РФ, учитывая обстоятельства настоящего уголовного дела.

С учетом всех исследованных обстоятельств дела и дополнительно установленных обстоятельств, смягчающих наказание, суд второй инстанции считает возможным назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы по нижнему пределу санкции ч.4 ст.264 УК РФ, не находя при этом, вопреки доводам апелляционного представления, оснований для его усиления. Суд принимает во внимание при этом доводы апелляционной жалобы стороны защиты о назначении ФИО1 более мягкого наказания, то есть, считает их подлежащими частичному удовлетворению. 

При этом суд апелляционной инстанции назначает наказание с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ, учитывая установление обстоятельства, смягчающего наказание, предусмотренного п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ. 

Учитывая степень общественной опасности преступления, посягающего на безопасность дорожного движения, конкретные обстоятельства его совершения суд считает необходимым назначить ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

При определении ФИО1 срока дополнительного наказания суд также учитывает данные о его личности, обстоятельства совершенного преступления, совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие отягчающих обстоятельств.

Разрешая вопрос о наказании, суд апелляционной инстанции руководствуется принципом индивидуализации наказания. 

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 явился инициатором вызова на место происшествия скорой медицинской помощи, в своем письменном объяснении до возбуждения дела и при допросах сообщал о том, что он находился на месте происшествия. Однако, с учетом того, что он свою причастность к преступлению изначально отрицал, и его вина была подтверждена собранными стороной обвинения доказательствами, оснований для признания в действиях ФИО1 явки с повинной и активного способствования раскрытию и расследованию преступления не имеется. 

На основании пункта «а» ч.1 ст.58 УК РФ суд, учитывая личность подсудимого, неудовлетворительное состояние его здоровья, совершение им неосторожного преступления, считает возможным назначить ему для отбывания наказания вид исправительного учреждения колонию-поселение. Учитывая, что материалы уголовного дела содержат сведения об освобождении ФИО1 от наказания по предыдущим приговорам со снятием судимостей на основании Указа Президента РФ «О помиловании» от ДД.ММ.ГГГГ, доводы апелляционного представления, в которых ставится вопрос о необходимости учета правовых последствий этих судимостей при определении осужденному вида исправительного учреждения, не могут быть приняты во внимание. 

ФИО1 необходимо обязать самостоятельно следовать в колонию-поселение за счет государства в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы, в соответствии с ч.1 ст.75.1 УИК РФ обязать его явкой в указанный орган для получения предписания не позднее 10 суток со дня вынесения апелляционного приговора. Контроль за перемещением ФИО1 к месту отбывания наказания следует возложить на территориальный орган уголовно-исполнительной системы. В соответствии с ч.3 ст.75.1 УИК РФ срок отбывания наказания ФИО1 подлежит исчислению со дня прибытия в колонию-поселение. Время следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы подлежит зачету в срок лишения свободы ФИО1 из расчета один день за один день.

По настоящему уголовному делу заявлены гражданские иски: потерпевшим Г.М.Н. - о возмещении морального вреда в размере 3 000 000 рублей, гражданским истцом ФИО12 - о возмещении морального вреда в размере 3 000 000 рублей и материального в размере 99 317 рублей.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред.

Изучив обстоятельства дела и исследовав представленные материалы, суд приходит к выводу, что факт причинения потерпевшему Г.М.Н., гражданскому истцу ФИО12, являющимися братом и сестрой погибшего Г.М.Н., морального вреда преступными действиями ФИО1 нашел свое подтверждение и сомнений не вызывает, обусловлен смертью их близкого родственника.

Смерть близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

Определяя размер компенсации морального вреда, в соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ суд апелляционной инстанции принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых потерпевшему Г.М.Н. и гражданскому истцу ФИО12 был причинен моральный вред, степень их физических и нравственных страданий, обусловленных в связи со смертью их близкого родственника Г.М.Н., с которым они лишились общения, а также степень вины ФИО1, его материальное положение.

На основании ст.1101 ГК РФ суд апелляционной инстанции, руководствуясь принципом разумности и справедливости, учитывая материальное положение ФИО1, полагает возможным взыскать с него как в пользу Г.М.Н., так и в пользу ФИО12 в счет компенсации морального вреда - в пользу каждого сумму в размере 1 000 000 рублей, удовлетворив их требования частично. При этом, вопреки доводам жалобы адвоката, возмещение морального вреда в указанном размере суд не находит завышенным. 

Поскольку ФИО12 заявленные требования о взыскании с ФИО1 материального ущерба в размере 99 317 рублей документально не подтверждены, суд считает необходимым признать за гражданским истцом право на удовлетворение иска, при этом передать вопрос о размере возмещения гражданского иска в данной части на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Вещественные доказательства по уголовному делу: два смыва в виде тампонов, фрагмент рубашки со следами вещества бурого цвета, отрезок марлевого бинта с образцом крови от трупа Г.М.Н., ватную палочку с образцом слюны ФИО1, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств МО МВД России 

<

адрес> следует уничтожить; мотоблок 

<

данные изъяты> с телегой прицепной мотоблочной 

<

данные изъяты> возвратить свидетелю ФИО11

При этом материалы дела, касающиеся помещения на хранение автомобиля 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №, на специализированную автомобильную стоянку, расположенную в 

<

адрес>, следует направить в Чебаркульский городской суд 

<

адрес> для разрешения вопроса о судьбе данного автомобиля в порядке гл.47 УПК РФ, поскольку его собственником согласно имеющимся в деле документам является не ФИО1, а иное лицо. Автомобиль до разрешения данного вопроса следует хранить на указанной стоянке.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 при постановлении приговора следует отменить.

Оснований для направления уголовного дела на новое судебное разбирательство, как об этом поставлен вопрос в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции не находит. Оснований для оправдания ФИО1 не имеется. 

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.17, 389.18, п.3 ч.1 ст.389.20, 389.23, 389.26, 389.28, 389.31, 389.32, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п р и г о в о р и л :

приговор Чебаркульского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить, вынести новый обвинительный приговор.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.4 ст.264 УК РФ, за которое назначить наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года, с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Обязать ФИО1 самостоятельно следовать в колонию-поселение за счет государства в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы, в соответствии с ч.1 ст.75.1 УИК РФ обязать его явкой в указанный орган для получения предписания не позднее 10 суток со дня вынесения апелляционного приговора.

Контроль за перемещением осужденного ФИО1 к месту отбывания наказания возложить на территориальный орган уголовно-исполнительной системы. 

В соответствии с ч.3 ст.75.1 УИК РФ срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня прибытия в колонию-поселение. Время следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы зачесть в срок лишения свободы ФИО1 из расчета один день за один день.

Разъяснить ФИО1, что в случае уклонения от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, он может быть заключен под стражу и направлен в колонию-поселение под конвоем.

Срок отбывания наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, распространить на весь срок отбывания наказания в виде лишения свободы в соответствии с ч.4 ст.47 УК РФ, исчислять данный срок с момента отбытия осужденным основного наказания. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Исковые требования потерпевшего Г.М.Н. и гражданского истца А.Л.Н. о компенсации морального вреда удовлетворить частично, взыскать с осужденного ФИО1: в счет компенсации морального вреда в пользу потерпевшего Г.М.Н. денежные средства в сумме 1 000 000 рублей, в счет компенсации морального вреда в пользу гражданского истца А.Л.Н. денежные средства в сумме 1 000 000 рублей.

Иск А.Л.Н. в части требований о взыскании с осужденного ФИО1 материального ущерба в размере 99 317 рублей передать на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства в Чебаркульский городской суд 

<

адрес>.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- два смыва в виде тампонов, фрагмент рубашки со следами вещества бурого цвета, отрезок марлевого бинта с образцом крови от трупа Г.М.Н., ватную палочку с образцом слюны ФИО1, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств МО МВД России «Чебаркульский» 

<

адрес> - уничтожить; мотоблок 

<

данные изъяты> с телегой прицепной мотоблочной 

<

данные изъяты> возвратить свидетелю ФИО11

Материалы дела, касающиеся помещения на хранение автомобиля 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №, на специализированную автомобильную стоянку, расположенную в 

<

адрес>, направить в Чебаркульский городской суд 

<

адрес> для разрешения вопроса о судьбе данного автомобиля, который хранить до разрешения этого вопроса на указанной стоянке, в порядке гл.47 УПК РФ.

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: