РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2019 года г. Тайшет

Тайшетский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Клиновой Е.А., при секретаре Михайловой Н.В., с участием административного истца ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании с использование средств видеоконференцсвязи административное дело № 2а-1157/2019 по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ОИУ-25 ОУХД ГУФСИН России по 

<

адрес>, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование требований ФИО1 указал, что отбывает наказание в ФКУ ОИУ-25 ИК-23, где столкнулся с нарушением условий содержания, а именно: площадь за вычетом спальных мест, тумбочек и табуретов в отрядах не позволяет свободно передвигаться лишенным свободы, горячая вода в ИК-23 отсутствует, вместо неё течет техническая вода выведенная из системы отопления ИК-23, а в помещении ШИЗО, ПКТ и отряде СУОН вообще таковой (даже из системы отопления) не имеется, затруднен доступ к общему месту пользования комнатой приема пищи из-за её маленькой площади, на такое большое количество лишенных свободы. Туалет общего пользования не соответствует санитарным нормам и представляет собой выгребную яму, без возможности приватного его посещения и находится на улице, распространяя зловонный запах на весь локальный сектор отряда, так же и в зимнее время года, посещение этого места доставляет мучения. Вода из крана оставляет осадок грязи и имеет устойчивый запах сточных вод. 

ФИО1 просил суд, взыскать с административных ответчиков в его пользу 10 000 000 руб. за содержание в ненадлежащих условиях содержания на протяжении двух лет. 

В судебном заседании, посредством использования систем видеоконференц-связи, истец ФИО1 поддержал требования административного искового заявления, по основаниям, изложенным в нем.

Представитель административного ответчика ФКУ ОИУ-25 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО2, действующая на основании доверенности, о дате и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, в возражениях на исковое заявления просила суд отказать в удовлетворении заявленных исковых требований, как незаконных и необоснованных. 

Представитель административного ответчика ФСИН России о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил, заявлений, ходатайств не направил.

Поскольку явка сторон не признана судом обязательной, в связи с чем, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснение административного истца, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

Согласно пункту 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. При этом как указано в пункте 2 той же статьи решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В соответствии с частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В силу пункта 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и возлагает на административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых подано соответствующее административное исковое заявление.

Согласно ч. 8 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается, и в отношении лица, которое является административным истцом, или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление. При проверке законности этих решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, и выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 настоящей статьи, в полном объеме.

Согласно ч. 9 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лица, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; 2) соблюдены ли сроки обращения в суд; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающие: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Согласно ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенных государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

В соответствии с ч. 3 ст. 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суды в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, рассматривают и разрешают подведомственные им административные дела, связанные с осуществлением обязательного судебного контроля за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, прав организаций при реализации отдельных административных властных требований к физическим лицам и организациям. В соответствии с ч. 1 ст. 14 КАС РФ административное судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Как следует из материалов административного дела ФИО1 осужден приговором Ленинского районного суда 

<

адрес> по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ присоединена не отбытая часть наказания по приговорам ДД.ММ.ГГГГ Железнодорожного районного суда 

<

адрес> ч. 1 ст. 158, ч. 2 п. «в», ч. 2 ст. 167, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 3 годам лишения свободы, приговор от ДД.ММ.ГГГГ Советского районного суда 

<

адрес> ч. 2 ст. 161 п. 1 (2эпизода) ч. 3 ст. 69 УК РФ к 4 годам лишения свободы, окончательно к отбытию наказания 4 года 3 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. 

Из справки по личному делу осужденного ФИО1 следует, что указанный осужденный отбывал наказание за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в следующих исправительных учреждениях:

ДД.ММ.ГГГГ – СИЗО-1 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – СИЗО-6 д. Старцево

ДД.ММ.ГГГГ – СИЗО-1 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ - ИК-6 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-23 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – КТБ-1 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-23 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-24 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-23 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ОИК-40/37 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-23 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – КТБ-1 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-23 

<

адрес>

Из сведений о периодах содержания осужденного ФИО1 в ИК-23 следует, что осужденный содержался в отряде карантина ИК-23 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в отряде № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в отряде № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в камере № ШИЗО с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в камере № ПКТ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в камере № ПКТ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в жилом помещении отряда строгих условий отбывания наказания с ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, исходя из предмета и основания заявленного административного иска, предметом проверки является соблюдение прав и свобод ФИО1 в период отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима в ИК-23 ФКУ ОИУ-25 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю с ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статьи 93, 99, 100 УИК РФ, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних", часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", статья 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения").

Частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса РФ также установлено, что при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации, определяя правовое положение осужденных, устанавливает обязанность администрации исправительного учреждения обеспечить осужденных одеждой установленного образца. Форма одежды определяется нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 4 статьи 82).

Статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено материально-бытовое обеспечение осужденных к лишению свободы. 

В силу положений пункта 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных учреждениях не может быть менее двух квадратных метров.

Из справки начальника ИК-23 ФИО3, письменных возражений представителя административного ответчика, следует, что осужденный ФИО1 отбывал наказание в следующих помещениях: отряд карантин, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, этаж №, спальное помещение № (площадью 44 м2), в отряде имеется спальные секции, сан узел (туалет, умывальник», комната приема пищи площадью 19 м2, совместно с ФИО1 проживало 20 осужденных; отряд № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, этаж №, спальное помещение № (площадью 48 м2), отряд оборудован комнатой приема пищи площадью 32,7 м2, совместно с осужденным ФИО1 проживало 23 осужденных; отряд № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, этаж №, спальное помещение № (площадью 48 м2), отряд оборудован комнатой приема пищи площадью 33 м2, совместно с ФИО1 проживало 21 осужденный; ШИЗО камера № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры 8,6 м2, осужденный ФИО1 содержался один; ПКТ камера № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры 17,6 м2, совместно с осужденным ФИО1 содержалось 4 осужденных; ПКТ камера № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь 8,5 м2, совместно с осужденным ФИО1 содержался один осужденный; отряд строгих условий отбывания наказания в жилом помещении № в период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, площадь помещения для дневного пребывания 22,05 м2, площадь помещения для ночного пребывания 22 м2, совместно с осужденным ФИО1 содержатся 6 осужденных.

Как указывает представитель административного ответчика в возражениях на административное исковое заявление, в указанные периоды времени жалоб на содержание от других осужденных, содержащихся в ИК-23, не поступало.

Таким образом, из представленных административным ответчиком доказательств следует, что норма жилой площади, предусмотренная пунктом 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации административным ответчиком соблюдалась. Доводы административного истца об обратном подлежат отклонению, как не нашедшие своего подтверждения. 

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (далее по тексту - Правила) предусматривают, что санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (п. 12);

Согласно статье 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться пыткам и бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В обоснования наличия нарушения своих прав и свобод, а также наличия у него моральных и нравственных страданий истец сослался также на несоответствие туалета санитарным нормам, который представляет собой выгребную яму, без возможности приватного его посещение и находится на улице, распространяется зловонный запах, зимой его посещение доставляет мучения. 

В качестве доказательств согласно части 2 статьи 59 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации допускаются объяснения лиц, участвующих в деле.

Как следует из пояснений административного ответчика, надворные туалеты расположены от общежитий отрядов на расстоянии от 10 до 15 метров. В надворных туалетах отрядов ИК-23, в том числе отрядах №, № (где содержался осужденный ФИО1) санитарная уборка проводится регулярно с применением гипохлорида натрия.

Осужденные ИК-23 ФКУ ОИУ-25 содержатся в двухэтажных брусовых общежитиях. Условия содержания в общежитиях (отрядах) с обычными условиями содержания и отряда с облегченными условиями содержания по материально-бытовым условиям содержания не отличаются. Отличия содержания в строгих и обычных условиях содержания определены ст. 123 УИК РФ. В силу данной нормы осужденные, содержащиеся на облегченных условиях содержания, имеют право на ежемесячный расход на приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости, средства. Имеющиеся на лицевых счетах, в размере трех минимальных размеров оплаты труда, иметь четыре краткосрочных и четыре длительных свидания в течение года, получать шесть посылок или передач и шесть бандеролей.

Отряд строгих условий отбывания наказания имеет две секции дневного и ночного пребывания. Секции оборудованы приточно-вытяжной вентиляцией, сан узлами, обложенными кафельной плиткой (уборными, расположенными в отряде ОСУОН), столами, лавками, полочками для предметов первой необходимости, емкостями для питьевой воды, в секции дневного пребывания имеется телевизор. Секция дневного пребывания имеет площадь 22,05 м2, секция ночного пребывания имеет площадь 22 м2.

Административным ответчиком в судебное заседание в подтверждение данных доводов представлены фотографии комнаты приема пищи, надворного туалета отряда №; комнаты приема пищи, туалета отряда карантин; комнаты приема пищи, надворного туалета отряда №, отряда СУОН помещения дневного пребывания, камеры №,3 ШИЗО ИК-23. 

Применительно к ч. 1 ст. 64 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации общеизвестно, что на территории муниципального образования – поселок городского типа Новобирюсинский отсутствует центральная система водоснабжения и канализации.

В решении Европейского Суда по делу "Нурмагомедов против Российской Федерации" (Nurmagomedov v. Russia) от ДД.ММ.ГГГГ, жалоба N 30138/02, Европейский Суд констатирует: «Касаясь санитарных условий, отсутствие централизованной подачи питьевой воды и системы канализации на самом деле заслуживает порицания, равно как и размещение туалета в отдельном неотапливаемом и неосвещенном строении, построенном над выгребной ямой. Тем не менее необходимо отметить, что указанные условия ничем не отличаются от условий жизни в сельской местности России, где жители берут воду из колодцев и пользуются отдельно стоящим туалетом с выгребной ямой. Европейский Суд полагает, что данная ситуация не является настолько неудовлетворительной, чтобы приравниваться к нарушению положений Статьи 3 Конвенции».

Сторонами при рассмотрении дела не оспаривалось, что на территории исправительной колонии осужденными используются уличные туалеты, представляющие собой отдельные дощатые строения с отверстиями для отходов и выгребными ямами.

Как следует из письменных объяснений административных ответчиков, исправительная колония ИК-23 ФКУ ОИУ-25 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю создана в соответствии с приказом МВД СССР от ДД.ММ.ГГГГ № и приказом начальника Красноярского управления лесных исправительно-трудовых учреждений МВД СССР от ДД.ММ.ГГГГ №, в 1976 году при проектировании и строительстве действовало «Указание по проектированию и строительству ИТУ и военных городков войсковых частей МВД СССР (ВСН 10-73 МВД СССР), утвержденные Министерством внутренних дел СССР от ДД.ММ.ГГГГ, которое не предусматривало наличие уборных в мужских исправительных учреждениях в зданиях для общежитий для проживания осужденных. В помещениях уборных ежедневно проводится дератизация. В надворных туалетах отрядов, где содержался ФИО1, имеются кабинки. 

Приказ N 130-ДСП от ДД.ММ.ГГГГ, утвердивший Инструкцию по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации (СП 17-02 Минюста России) также не содержит указаний по наличию уборных в мужских исправительных учреждениях для проживания осужденных.

Таким образом, суд приходит к выводу, что указанные ФИО1 нарушения в виде размещения туалета в отдельном неотапливаемом строении, построенном над выгребной ямой, и наличия неприятного запаха, нельзя расценивать как унижающие человеческое достоинство условия, поскольку для сельской местности, где расположено исправительное учреждения, такие условия не являются исключительными, выгребные ямы очищаются по мере наполнения.

Согласно части 1 статьи 65 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обстоятельства, которые признаны сторонами в результате достигнутого ими в судебном заседании или вне судебного заседания соглашения, а также обстоятельства, которые признаны стороной и на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, принимаются судом в качестве фактов, не требующих дальнейшего доказывания.

Кроме того, с учетом вида исправительного учреждения, оснований для вывода о том, что данный туалет использовался осужденными одновременно, в строго регламентированные промежутки времени, не имеется. Доказательств длительного ожидания истцом в очереди в туалет, не представлено.

Согласно частям 1 и 2 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, при этом обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений.

В соответствии со ст. 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в административном деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Статья 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации определяет, что одной из задач административного судопроизводства в судах является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, прав и законных интересов организаций в сфере административных и иных публичных правоотношений (пункт 2).

Часть 1 статьи 4 названного Кодекса устанавливает, что каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность.

Данным законоположениям корреспондируют нормы статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, возлагающие на лицо, оспаривающее решения, действия (бездействие) органа государственной власти, обязанность доказывания нарушения такими решениями, действиями (бездействием) прав, свобод и законных интересов административного истца (пункт 1 части 9 и часть 11 статьи 226).

В данной связи пунктом 1 части 3 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предусмотрено принятие судом решения об удовлетворении требований о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в случае, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

Из приведенных предписаний следует, что для удовлетворения требований необходимо одновременное наличие двух обязательных условий: оспариваемое решение, действие (бездействие) органа местного самоуправления не соответствуют закону и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Таким образом, на административного истца возлагается обязанность во всяком случае по доказыванию обстоятельств, которые свидетельствуют о том, что права, свободы и законные интересы лиц, в чьих интересах он действует, нарушены оспариваемым решением, действием (бездействием) органа местного самоуправления и он действительно нуждается в судебной защите и вправе на нее рассчитывать.

При недоказанности хотя бы одного из названных условий административное исковое заявление не может быть удовлетворено.

ФИО1 в обоснование своих требований не приведено доказательств нарушения своих прав – обращения в контрольные и надзорные органы, результаты проверок по обращениям. Доказательства, представленные административными ответчиками, истцом не оспорены. 

Частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. 

Частью 5 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предусмотрено, что пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании.

В случае установления факта пропуска указанного срока без уважительной причины суд принимает решение об отказе в удовлетворении административного иска без исследования иных фактических обстоятельств по административному делу.

Как следует из административного искового заявления, предметом проверки является соблюдение прав и свобод ФИО1 в период отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима с ДД.ММ.ГГГГ.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" указано, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

С учетом движения ФИО1 по исправительным учреждениям:

ДД.ММ.ГГГГ – СИЗО-1 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – СИЗО-6 д. Старцево

ДД.ММ.ГГГГ – СИЗО-1 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ - ИК-6 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-23 

<

адрес>, убыл 20.03.2017

ДД.ММ.ГГГГ – КТБ-1 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-23 

<

адрес>, убыл 01.06.2018

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-24 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-23 

<

адрес>, убыл 24.01.2019

ДД.ММ.ГГГГ – ОИК-40/37 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-23 

<

адрес>, убыл 12.05.2019

ДД.ММ.ГГГГ – КТБ-1 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ – ИК-23 

<

адрес>

и длящегося характера правоотношений, срок для подачи административного иска за каждый отдельный период нахождения ФИО1 в ИК-23 истек ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ соответственно.

Настоящее административное исковое заявление ФИО1 датировано ДД.ММ.ГГГГ, направлено исправительным учреждением в суд ДД.ММ.ГГГГ.

Судом административному истцу разъяснены процессуальные права, обеспечена возможность представить доказательства уважительности причин пропуска срока. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от ДД.ММ.ГГГГ N 1908-О, Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод и на обжалование в суд решений, действий (или бездействия) органов государственной власти, не устанавливает непосредственно определенный порядок реализации этого права; способы и процедуры судебной защиты, их особенности применительно к отдельным видам судопроизводства и конкретным категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации, федеральными законами. Это предполагает, что федеральный законодатель в соответствии со статьей 71 Конституции Российской Федерации уполномочен, в частности в пределах имеющейся у него свободы усмотрения, устанавливать сроки для обращения в суд, порядок их течения во времени, момент начала и окончания, с тем, чтобы обеспечивать как реальную возможность судебной защиты прав, свобод и законных интересов граждан и их объединений, так и стабильность, определенность и предсказуемость правовых условий для субъектов соответствующих правоотношений. В целях гарантирования правовой определенности и устойчивости сложившихся правоотношений законодатель во всяком случае должен стремиться к тому, чтобы судебно-юрисдикционные механизмы обеспечивали эффективное и своевременное, без неоправданного отлагательства, разрешение вопросов, связанных с предполагаемым нарушением прав и законных интересов, и исключить возникновение ситуаций, при которых такие механизмы могли бы использоваться - в том числе путем возбуждения судебной процедуры спустя чрезмерно длительный после наступления обстоятельств, с которыми заявитель связывает обращение в суд, период - вопреки их основному предназначению, вытекающему из самой сущности правосудия, отвечающего требованиям справедливости, с единственной целью причинения вреда интересам других лиц, что означало бы злоупотребление правом.

При установлении факта пропуска без уважительных причин срока на оспаривание решений, действий (бездействия) органов государственной власти суд отказывает в удовлетворении заявления в предварительном судебном заседании или в судебном заседании, указав в мотивировочной части решения только на установление судом данного обстоятельства.

При разрешении споров суды исходят из презумпции "знания закона", согласно которой граждане и организации должны знать действующее законодательство. Для реализации указанной презумпции права предусмотрено обязательное опубликование федеральных законов, а также нормативных правовых актов, затрагивающих права и обязанности граждан.

УИК РФ, КАС РФ закрепляющие порядок привлечения к ответственности за нарушение установленного порядка отбывания наказания, а также обжалования действий должностных лиц являются официально опубликованными документами, находящимся в открытом доступе.

Уважительность причин пропуска срока обращения в суд в настоящем споре доказывается административным истцом.

Административным истцом каких-либо доказательств, подтверждающих уважительность пропуска процессуального срока, не представлено, ходатайств о восстановлении пропущенного срока не заявлено. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что административным истцом каких-либо доказательств наличия объективных обстоятельств, являющихся уважительной причиной пропуска указанного выше процессуального срока не представлено, не установлено таких обстоятельств и в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что срок на обращение в суд с настоящим административным исковым заявлением ФИО1 пропущен по неуважительным причинам, что в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 219 КАС РФ, является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Рассматривая требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, суд при принятии решения исходит из следующего.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации изложенной в определении от ДД.ММ.ГГГГ N 5-КГ17-61, требование административного истца о присуждении компенсации морального вреда подлежит разрешению совместно с требованиями публично-правового характера.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 6) разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных и физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию, и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из приведенных нормативных положений, а также разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии вины указанных органов и лиц в причинении вреда. Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Одним из ключевых моментов возложения материальной ответственности за действия (бездействие) должностных лиц учреждений, подведомственных территориальным органам ФСИН России, является признание таких действий (бездействия) незаконными в установленном законом порядке. Такой порядок определен Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. Основанием для наступления ответственности являются незаконные действия (бездействие) должностных лиц государственных органов, в результате которых был причинен вред. Отсутствие судебного акта, устанавливающего противоправность действий лица, причинившего вред, исключает возможность возложения ответственности на соответствующий орган, выступающий от имени казны Российской Федерации.

Аналогичные выводы содержаться в Постановлении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 14-П, где указывается на то, что в случаях, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, именно заинтересованному лицу в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности принадлежит право выбирать, обращаться ли ему в суд с ответствующим иском одновременно с требованием о защите нарушенных прав или по отдельности (статьи 3, 131 и 151 ГПК РФ). При этом требование о компенсации морального вреда, как правило, предъявляется в суд заинтересованным лицом одновременно с требованием, из которого оно вытекает, а потому возможность его удовлетворения не может не зависеть от установления судом в том же судебном процессе оснований для удовлетворения основного требования.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что поскольку в судебном заседании не установлен факт ненадлежащих условий содержания в местах лишения свободы административного истца, то отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда по иску ФИО1 по требованиям, связанным с незаконными, по мнению истца, условиями содержания в местах лишения свободы. 

Кроме того, при разрешении требований ФИО1 суд учитывает, что, несмотря на то, что человек претерпевает страдания во множестве случаев, это не означает, что он во всех случаях приобретает право на компенсацию морального вреда. Такое право возникает лишь при наличии одновременно следующих условий: претерпевание морального вреда, неправомерное действие (бездействие) причинителя вреда, причинная связь между неправомерными действием (бездействием) и моральным вредом, вина причинителя вреда.

Между тем, относимых, допустимых и достаточных доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что истец вследствие неправомерных действий ответчиков претерпел физические или нравственные страдания, материалы настоящего дела не содержат.

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства суд приходит к выводу, что истец не доказал те обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований - противоправность действий (бездействия) государственных органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда, что является самостоятельным основанием оставления иска без удовлетворения. 

Руководствуясь ст.ст.175 -180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований к ФКУ ОИУ-25 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в исправительной учреждении, ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по административным делам Иркутского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Тайшетский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: Е.А. Клинова