Судья Нечаев П.В.

Дело № 2-1654/2025

УИД 74RS0032-01-2025-001163-95

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

Дело № 11-13427/2025

16 декабря 2025 года

г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Шалиевой И.П.,

судей Чиньковой Н.В., Винниковой Н.В.,

при секретаре Вырышеве М.Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Миасского городского суда Челябинской области от 18 августа 2025 года по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Заслушав доклад судьи Шалиевой И.П. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, возражений, объяснения истца ФИО1, ее представителя по ордеру ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, ответчика ФИО2, его представителя по доверенности ФИО4, возражавших относительно доводов жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о применении последствий недействительности ничтожной сделки договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 443,3 кв.м., о чем в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ внесена запись регистрации №; и земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 2,763 кв.м. о чем в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ внесена запись регистрации №; взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей.

В обоснование требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком подписан договор дарения дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес>. Договор является мнимой сделкой, поскольку совершен истцом лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, в связи с чем на основании п.1 ст. 170 ГК РФ ничтожен. Дом и земельный участок в собственность ответчика не передавался. ДД.ММ.ГГГГ истец потребовала от ответчика переоформления дарения, но ответчик отказался. Дом и земельный участок из владения истца не выбывали. Просила применить последствия недействительности ничтожной сделки по дарению дома и земельного участка в виде прекращения правоотношения безвозмездной передачи в собственность.

Истец ФИО1, ее представитель ФИО5 в суде первой инстанции исковые требования подержали.

Ответчик ФИО2, его представитель ФИО4 в суде первой инстанции против удовлетворения иска возражали.

Третье лицо ФИО9 умер ДД.ММ.ГГГГ, ранее в судебном заседании суда первой инстанции полагал иск обоснованным.

Представитель ООО «Уралэнергосбыт» в суд первой инстанции не явился, извещен надлежащим образом.

Решением Миасского городского суда Челябинской области от 18 августа 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о применении последствий недействительности сделки, отказано в полном объеме.

В апелляционной жалобе, и дополнении к ней (л.д. 13-14, 29-32 т. 2), ФИО1 просит решение Миасского городского суда Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований.

Указывает, что суд нарушил нормы процессуального права, не применив ст. 42 ГПК РФ, чем нарушил права умершего третьего лица ФИО9 и его наследников. Полагает необоснованными выводы суда первой инстанции о том, что спорное имущество являлось собственностью ФИО1, поскольку фактически она не обладала достаточными денежными средствами для приобретения такого имущества, а оформление права собственности было фиктивным. Указанные обстоятельства также не отрицал ответчик ФИО2

Кроме того, полагает несостоятельными выводы суда первой инстанции о фактической передаче спорного жилого дома и земельного участка, поскольку до настоящего времени спорное имущество не выбыло из владения истца.

Указывает, что истец не заявляла требований об оспаривании договора, поскольку полагает совершенную сделку ничтожной с момента ее совершения. Полагает, что суд должен был применить последствия ничтожности недействительности сделки.

Указывает, что отсутствие намерений по дарению дома и земельного участка не имела, что подтверждается, перепиской истца с ответчиком ФИО2 и его супругой.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО2 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель третьего лица ООО «Уралэнергосбыт» в суд апелляционной инстанции не явился, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещен надлежащим образом. Информация о рассмотрении дела была заблаговременно размещена на официальном сайте Челябинского областного суда, в связи с чем, на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, возражений, заслушав объяснения сторон и их представителей, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда по доводам жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом перовой инстанции, ФИО1 являлась собственником недвижимого имущества, а именно: жилого дома (кадастровый №) и земельного участка (кадастровый №), расположенных по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемый, был заключен договор дарения указанного выше жилого дома и земельного участка (л.д. 12).

Согласно пункту 1 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому, а одаряемый принимает жилой дом и земельный участок.

В пункте 2 договора дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ указано, что жилой дом и земельный участок принадлежит дарителю на праве собственности на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из пункта 5 договора дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, фактическая передача дома и земельного участка дарителем и принятие их одаряемым осуществляется при подписании настоящего договора, который по соглашению сторон имеет силу акта приема-передачи. С этого момента обязательства сторон по настоящему договору считаются исполненными.

Согласно выпискам из ЕГРН, право собственности на спорный жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрированы за ФИО2 (л.д. 13-17).

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец просил применить последствия недействительности ничтожной сделки, указывая на мнимость договора дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, ссылаясь на то, что на момент совершения данной сделки истец и третье лицо ФИО9 имели долговые обязательства, в связи с чем, опасаясь возможного обращения взыскания на данные объекты недвижимости, подарила их сыну (ответчику).

Установив вышеуказанные обстоятельства, руководствуясь положениями ст.ст. 8, 421, п.2 ст.218, п.п.1,2 ст. 223, ст.153, п.1 ст.209, ст.572, абз.2 п.1 ст. 574, п.1 ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», принимая во внимание, что волеизъявление участников сделки соответствует их действительной воле на момент заключения оспариваемого договора, оспариваемый договор дарения по своей форме и содержанию соответствует требованиям, установленным действующим гражданским законодательством, воля одаряемого при заключении указанного договора была направлена на безвозмездное получение в дар спорного недвижимого имущества, истец распорядился по своему усмотрению принадлежавшим ей недвижимым имуществом (жилым домом и земельным участком), передав их в дар своему сыну, который принял переданное в дар имущество, осуществлена государственная регистрация перехода права собственности на имущество, то есть договор сторонами исполнен в полном объеме, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Кроме того, суд первой инстанции учел, что сделку по передаче в дар недвижимого имущества ФИО1 совершила с противоправной целью уклонения от исполнения долговых обязательств, сокрытия имущества от возможного обращения на него взыскания, в ущерб интересам третьих лиц, квалифицировав данные действия как недобросовестные, злоупотребление правом, в связи с чем противоправный интерес не подлежит судебной защите.

Судебная коллегия считает данные выводы суда первой инстанции правильными, сделанными с учетом установленных по делу юридически значимых обстоятельств, при правильном применении норм материального права, регулирующих возникшие между сторонами правоотношения.

Доводы жалобы о том, что суд нарушил нормы процессуального права, не применив ст. 42 ГПК РФ, чем нарушил права умершего третьего лица ФИО9 и его наследников, подлежат отклонению.

Из материалов дела усматривается, что суд первой инстанции в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные исковые требования ФИО9 (л.д.35-37 т.1)

В соответствии с ч. 1 ст. 42 ГПК РФ третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, могут вступить в дело до принятия судебного постановления судом первой инстанции.

Судом первой инстанции ФИО9 не переведен из третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, в третьи лица, заявляющих самостоятельные требования, поскольку третьим лицом ФИО9 каких-либо требований не заявлялось.

Вопреки позиции подателя апелляционной жалобы оснований для привлечения ФИО9 к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, не установлено.

Вопреки доводам жалобы, оснований для приостановления производства по делу в связи со смертью третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований, у суда первой инстанции не имелось, поскольку согласно абзацу 2 статьи 215 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан приостановить производство по делу в случае смерти гражданина, являющегося стороной в деле или третьим лицом с самостоятельными требованиями, если спорное правоотношение допускает правопреемство, а ФИО9 таковым не являлся.

Ссылки в жалобе на необоснованные выводы суда первой инстанции о том, что спорное имущество являлось собственностью ФИО1, поскольку фактически она не обладала достаточными денежными средствами для приобретения такого имущества, а оформление права собственности было фиктивным, указанные обстоятельства также не отрицал ответчик ФИО2, несостоятельны, поскольку по сведениям ЕГРН ФИО1 являлась собственником недвижимого имущества, а именно: жилого дома (кадастровый №) и земельного участка (кадастровый №), расположенных по адресу: 

<

адрес>.

Отношения, возникающие в связи с осуществлением на территории Российской Федерации государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, подлежащих в соответствии с законодательством Российской Федерации государственной регистрации, государственного кадастрового учета недвижимого имущества, подлежащего такому учету, а также с ведением Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН) и предоставлением сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, регулируются Федеральным законом от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" (далее - Закон N 218-ФЗ).

Единый государственный реестр недвижимости является сводом достоверных систематизированных сведений об учтенном в соответствии с поименованным Федеральным законом недвижимом имуществе, о зарегистрированных правах на такое недвижимое имущество, основаниях их возникновения, правообладателях, а также иных установленных в соответствии с этим Федеральным законом сведений (часть 2 статьи 1).

По смыслу положений частей 3, 5 статьи 1 Закона N 218-ФЗ государственная регистрация прав на недвижимое имущество представляет собой юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества. Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права на недвижимое имущество, которое может быть оспорено только в судебном порядке.

ЕГРН представляет собой свод достоверных систематизированных сведений в текстовой форме (семантические сведения) и графической форме (графические сведения) и состоит, в том числе из реестра прав, ограничений прав и обременений недвижимого имущества пункта 2 части 2 статьи 7 Закона N 218-ФЗ).

Доказательств того, что спорные объекты недвижимости принадлежали на праве собственности иным лицам, в материалы дела не представлено.

Доводы жалобы о том, что до настоящего времени спорное имущество не выбыло из владения истца, опровергаются материалами дела, стороной ответчика представлены доказательства пользования домом и земельным участком, переоформления лицевых счетов на свое имя, оплаты коммунальных платежей. Истцом не отрицалось о проживании ответчика в спорном жилом доме после заключения договора дарения.

Ссылки в жалобе о том, что суд должен был применить последствия ничтожности недействительности сделки, истец не имела намерений по дарению дома и земельного участка, что подтверждается перепиской истца с ответчиком ФИО2 и его супругой, не влекут отмену решения суда.

На основании пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Отказывая в удовлетворении иска о признании сделки мнимой, суд первой инстанции исходил из того, что стороны, совершая оспариваемую сделку дарения, намеревались создать правовые последствия именно данной сделки, в частности, осуществить безвозмездное отчуждение истцом спорных жилого дома и земельного участка, по итогам совершения оспариваемой сделки стороны спора реализовали свою волю на отчуждение и принятие в дар спорного имущества. Суд отметил, что оспариваемый договор дарения соответствует установленным законом требованиям, составлен в письменной форме, подписан сторонами сделок, дар принят лично одаряемым, переход права собственности на спорное имущество зарегистрирован Управлением Росреестра по Челябинской области на основании лично поданных сторонами заявлений ( л.д.131-135 т1). ФИО2, приняв в дар имущество, вступил в права владения, пользования и распоряжения спорным жилым домом и земельным участком и в дальнейшем нес бремя его содержания, что свидетельствует о реальном исполнении сделки, ФИО1 не представлены допустимые доказательства, подтверждающие заключение договора дарения лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, отсутствие намерений исполнять условия договора, как не представлены и доказательства формального исполнения сделки и сохранения контроля дарителя над подаренным имуществом после совершения сделки.

Суд правильно учел, что обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Вместе с тем, обстоятельств, свидетельствующих о том, что стороны не имели целью создание правовых последствий, предусмотренных настоящим договором, при рассмотрении дела не установлено. В суде апелляционной инстанции ответчик настаивал на том, что его целью было принять указанное имущество в дар, полагая, что его мать ФИО1 помогла ему улучшить его жилищные условия, поскольку своего личного жилья у него нет.

Фактически, доводы жалобы направлены на переоценку собранных по делу доказательств, которым суд дал надлежащую оценку при рассмотрении дела, и основываются на неверном толковании норм материального права, примененных судом при разрешении дела, в связи с чем не могут повлечь отмену решения суда.

При таких обстоятельствах решение суда отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Миасского городского суда Челябинской области от 18 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19.12.2025.