РЕШЕНИЕ

 № 7-27/2019

27 сентября 2019 года пос. Власиха Московская обл.

Судья 3 окружного военного суда ФИО1, при помощнике судьи Малышевой А.И., с участием защитника привлекаемой к административной ответственности ФИО2 - адвоката Капитонова А.Б. и потерпевшей Г. (в режиме видеоконференц-связи), в открытом судебном заседании в помещении 3 окружного военного суда, рассмотрев жалобу адвоката Капитонова А.Б. на постановление судьи 26 гарнизонного военного суда от 19 августа 2019 года, которым гражданка РФ

ФИО2, 

привлечена к административной ответственности, предусмотренной ст. 6.1.1 КоАП РФ, на основании которой ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей, 

установил:

Согласно постановлению, административное правонарушение совершено ФИО2 при следующих обстоятельствах.

Так, в 22 часа 30 июня 2019 года, в помещении № _ технического комплекса _ космодрома «Байконур» ФИО2 нанесла Г. удары руками по голове, телу и рукам, чем причинила ей физическую боль, что не повлекло последствий, указанных в ст. 115 УК РФ.

Не соглашаясь с постановлением судьи, защитник-адвокат Капитонов подал жалобу, в которой просит постановление отменить и возвратить дело на новое рассмотрение, в обоснование чего приводит следующие доводы.

Как считает автор жалобы, судьей в нарушении требований ч. 2 ст. 24.4 КоАП РФ определение об отказе в удовлетворении ходатайства об исключении полученных с нарушением действующего законодательства доказательств - заключения эксперта № _ от 19 июля 2019 года и акта судебно-медицинского освидетельствования № _ от 1 июля 2019 года вынесено не было.

На момент начала проведения экспертизы - 18 июля 2019 года эксперт М. об ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждалась. При этом заключение экспертиза полностью скопировано с акта судебно-медицинского освидетельствования, который, в нарушении требований пункта 3 Правил судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений, утвержденных приказом Минздрава СССР № 1208 от 11 декабря 1978 года, был составлен без постановления лица, производящего дознание.

Далее, ссылаясь на пункты 66 и 67 Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации, утвержденного приказом Минздравсоцразвития России от 12 мая 2010 года № 346н, автор жалобы утверждает, что эксперт, принявший к производству порученную ему экспертизу, производит ее путем медицинского обследования лица, в отношении которого назначена экспертиза, а в случае невозможности участия данного лица, по оригиналам медицинских документов.

Обращает внимание Капитонов и на то, что письменные объяснения К. не могут являться допустимым доказательством, поскольку были написаны им собственноручно, а, следовательно, об административной ответственности за дачу ложных показаний он не предупреждался.

Приводя показания свидетелей, автор жалобы указывает, что поскольку они не являлись очевидцами произошедшего, их показания не могут быть признаны доказательствами вины ФИО2.

Судьей, по мнению автора жалобы, не было достоверно установлено отсутствие видеонаблюдения в помещении № _.

Рассмотрев материалы дела и, проверив доводы жалобы, не нахожу оснований для отмены правильного по существу судебного постановления.

В соответствии со ст.ст. 26.1 и 26.2 КоАП РФ, обстоятельства, подлежащие выяснению и доказыванию по делу об административном правонарушении, устанавливаются на основании доказательств, под которыми подразумеваются любые фактические данные, на основании которых судья устанавливает наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. 

Основанием привлечения к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ является нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Как следует из обжалуемого постановления, вывод судьи о совершении ФИО2 указанного правонарушения основан на совокупности исследованных в судебном заседании, подробно приведенных в постановлении доказательств, которым дана надлежащая оценка.

Так, факт совершения ФИО2 административного правонарушения, вопреки его доводам об обратном, подтверждается показаниями потерпевшей Груздевой о том, что 30 июня 2019 года ФИО2 нанесла ей удары руками в область головы, тела и рук.

Эти показания потерпевшей подтверждаются показаниями свидетелей Мк., В. и письменными объяснениями, исследованными в судебном заседании, Х. и К., а также письменными документами (подлинниками и копиями): протоколом об административном правонарушении, заключением эксперта, актом судебно-медицинского освидетельствования, рапортом старшего оперативного дежурного ДЧ УМВД России на комплексе «Байконур» Ш.. от 1 июля 2019 года, рапортом об обнаружении признаков административного правонарушения старшего инспектора направления АН ОУУПипДН УМВД России на комплексе «Байконур» С.. от 10 июля 2019 года, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела.

При этом оснований не доверять показаниям, как потерпевшей Г., так и свидетелей, из материалов дела не усматривается.

Таким образом, судья пришел к обоснованному выводу о доказанности факта совершения ФИО2 инкриминируемых ей действий, правильно расценил их как нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, в связи с чем обоснованно квалифицировал их по ст. 6.1.1 КоАП РФ.

При решении вопроса о виде и размере наказания судьей было принято во внимание характер совершенного административного правонарушения, данные о личности ФИО2, ее семейное положение, в связи с чем определенное ей наказание в виде административного штрафа в указанном размере, предусмотренном санкцией ст. 6.1.1 КоАП РФ, следует признать справедливым.

Довод Капитонова о том, что судьей ему было отказано в ходатайстве о проведении осмотра помещения № _ на предмет наличия видеокамер является несостоятельным, поскольку согласно ответу руководителя летно-испытательной базы «Байконур» АО ГК НПЦ им ФИО3 видеонаблюдение в указанном помещении не осуществляется.

Что же касается доводов автора жалобы о том, что ФИО2 не наносила Г. ударов, поэтому ее вина в совершении вмененного правонарушения отсутствует, суд находит необоснованными, поскольку совокупность исследованных судом доказательств свидетельствует об обратном. Так анализ заключения эксперта № _ от 19 июля 2019 года проведенного на основании документов (акта судебно-медицинского освидетельствования № _ от 1 июля 2019 года), позволяет сделать вывод о том, что телесные повреждения, обнаруженные у Г. в ходе исследования, могли образоваться при обстоятельствах, указанных потерпевшей.

Каких-либо неустранимых сомнений по делу, которые в соответствии с требованиями ст. 1.5 КоАП РФ должны толковаться в пользу ФИО2 не усматривается. Принцип презумпции невиновности не нарушен.

Доводы жалобы, свидетельствующие о несогласии Капитонова с выводами эксперта о причинении потерпевшей поверхностных повреждений, безосновательны, поскольку при проведении судебно-медицинской экспертизы по копиям медицинских документов и материалам дела, экспертом не был нарушен Порядок организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации, утвержденного приказом Минздравсоцразвития России от 12 мая 2010 года № 346н.

Заключение эксперта № _ от 19 июля 2019 года, вопреки доводам жалобы, является допустимым доказательством, поскольку соответствует требованиям ст. ст. 26.2, 26.7 КоАП РФ, составлено в рамках проведенного административного расследования врачом судебно-медицинским экспертом, имеющим соответствующую категорию и стаж работы, имеются печать соответствующего медицинского учреждения, содержащееся заключение о том, что обнаруженные у потерпевшей повреждения: подкожная гематома теменно-затылочной области волосистой части головы слева, царапина лобно-височной области справа, кровоподтеки лопаточной области, наружной поверхности на передней поверхности левого плеча, на тыльной поверхности правой и левой кисти, на наружной поверхности правого плеча, на передней поверхности правого предплечья, могли быть причинены ударными воздействиями тупого твердого предмета ограниченного или неограниченного характера, например, как при ударе кулаком, обутой нагой, палкой и т.п., так и при соударении о любой предмет окружающего быта (при движении, в том числе при падении из положения стоя), расценивается как повреждения, не причинившие вреда здоровью (пункт 9 приложения к приказу Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), основано на результатах медицинской документации (акта судебно-медицинского освидетельствования № _ от 1 июля 2019 года).

Вопреки доводам Капитонова, полученные в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении показания свидетелей Максюты, Верабей, ФИО4 об обстоятельствах совершенного административного правонарушения судом обоснованно признаны в качестве допустимых доказательств, так как в ходе судебного заседания названным лицам были разъяснены положения ст. 25.6 КоАП РФ, ст. 51 Конституции Российской Федерации, свидетели были предупреждены об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний. Показания свидетелей последовательны, непротиворечивы, оценены судом первой инстанции с соблюдением правил ст. 26.11 КоАП РФ и с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, всесторонне, полно и объективно исследованных в ходе судебного разбирательства.

Вместе с тем, необходимо отметить, что письменные объяснения Ким по существу не противоречат указанным показаниям иных свидетелей, в связи с чем не могут являться основанием для отмены правильного по существу постановления судьи.

Ссылка в жалобе на то, что судья, не вынес мотивированного определения по результатам рассмотрения заявленных ходатайства, не влияет на законность постановления.

Из постановления судьи следует, что указанное письменное ходатайство рассмотрено и отклонено. Мотивы отказа в удовлетворении данного ходатайства изложены в судебном акте, что не является существенным нарушением и не свидетельствует о нарушении каких-либо прав ФИО2.

Что же касается ссылки на пункт 3 Правил судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений, утвержденных приказом Минздрава СССР № 1208 от 11 декабря 1978 года, то она является несостоятельной, поскольку данный нормативный акт, на основании приказа Минздравсоцразвития РФ от 30 июня 2010 года № 487, признан не действующим.

Иные доводы жалобы не могут повлиять на вывод о законности и обоснованности обжалуемого судебного постановления.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. 30.6 и п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, 

решил:

Постановление судьи 26 гарнизонного военного суда от 19 августа 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, в отношении ФИО2 – оставить без изменения, а жалобу защитника-адвоката Капитонова А.Б. – без удовлетворения.