Дело № 2-1925/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 мая 2018 г. г. Зеленодольск

Зеленодольский городской суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Р.И. Шайдуллиной,

с участием прокурора Г.И. Низамовой,

при секретаре судебного заседания Н.А. Ашмариной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к государственному автономному учреждению здравоохранения «Зеленодольская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, взыскании штрафа,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к государственному автономному учреждению здравоохранения «Зеленодольская центральная районная больница» (далее – ГАУЗ ЗЦРБ) о взыскании компенсации морального вреда в сумме 50 000 руб., штрафа в размере 50% от присужденной судом суммы.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ истец был доставлен в ГАУЗ ЗЦРБ в связи с получением травмы ампутированной ноги (культи). Истец после ампутации ноги более семи лет страдает фантомными болями, которые купируются назначенным ему врачами препаратом «...». Иные обезболивающие препараты не избавляют истца от болей. Истец взял с собой в больницу имеющееся у него количество данного препарата и самостоятельно осуществлял его прием до израсходования по ДД.ММ.ГГГГ В 04 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ истец в связи с возникновением болей вызвал медицинскую сестру, которая поставила ему укол. Однако данный укол результата купирования боли не дал. Через 15-30 минут истец включил кнопку сигнала вызова медицинской сестры. В последующем звуковой сигнал вызова был выключен. Истец был вынужден встать и выйти из палаты для поиска медсестры либо дежурного врача. В коридоре истец от боли потерял сознание и упал, получив травму в виде перелома руки. После происшествия медсестра и дежурный врач помогли истцу вернуться в палату, осмотрели истца, сделали рентген, только после этого истцу был введен препарат «...». По данному факту истец вызвал сотрудников отдела МВД по 

<

адрес>, в возбуждении уголовного дела было отказано. Истцу был причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях.

В судебном заседании истец иск поддержал по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика ФИО6 иск не признал, просил в удовлетворении иска отказать, поскольку причинение истцу морального вреда по вине ответчика не доказано.

Третье лицо ФИО10 с иском не согласилась.

Дело рассмотрено в отсутствие третьих лиц Министерства здравоохранения Республики Татарстан, ООО СМО «Чулпан-Мед», ООО «Страховая компания «АК БАРС – Мед», ФИО9, извещённых о времени и месте судебного заседания надлежащим образом и не сообщивших суду об уважительных причинах неявки.

Выслушав объяснения явившихся лиц, участвующих в деле, а также заключение прокурора, полагавшего необходимым в удовлетворении иска отказать, исследовав имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, заслушав показания свидетелей Свидетель №1 и ФИО13, суд приходит к следующему.

На основании Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется здоровье людей (часть 2 статьи 7); каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41).

В соответствии со статьёй 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон об охране здоровья граждан) основными принципами охраны здоровья являются, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; приоритет охраны здоровья детей; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Согласно статье 10 Закона об охране здоровья граждан доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: наличием необходимого количества медицинских работников и уровнем их квалификации; применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи; предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

В силу статьи 19 Закона об охране здоровья граждан каждый имеет право на медицинскую помощь и каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пациент имеет право, в числе прочего на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям; получение консультаций врачей-специалистов; облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами; получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья; возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

На основании статьи 79 Закона об охране здоровья граждан медицинская организация обязана, в частности организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

В соответствии со статьёй 98 Закона об охране здоровья граждан медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) здоровье является нематериальным благом, принадлежащим гражданину от рождения.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с преамбулой Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) недостаток услуги – это несоответствие услуги или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых услуга такого рода обычно используется, или целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении договора.

Согласно пунктам 1 и 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей за нарушение прав потребителей исполнитель несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

При удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Статьёй 15 этого же Закона установлено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Установлено, что в ... г. ФИО2 ампутирована правая нижняя конечность на уровне средней трети бедра ввиду облитирующего атеросклероза артерий нижних конечностей. После операции ФИО2 страдает тяжелым медикаментозно-резистентным невропатичеким болевым синдромом культи и фантома правой нижней конечности, который выражается в виде спонтанных приступов острой боли «простреливающего» характера в культе и фантоме правой нижней конечности.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился на стационарном лечении в ГАУЗ ЗЦРБ. При поступлении в больницу истцу был установлен диагноз: ушиб правого бедра с болевым синдромом, назначено медикаментозное лечение в виде приема препаратов: кеторол, гепарин, аспирин, трамадол.

В ночь с 16 на ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, находясь в больнице, в результате падения получил травму в виде закрытого оскольчатого перелома дистального эпиметафиза лучевой кости и шиловидного отростка локтевой кости с дополнительным смещением.

По факту получения травмы ФИО2 обратился в Отдел МВД России по Зеленодольскому району, в обоснование обращения указав, что в связи с возникновением фантомных болей в 03 часа 00 минут ДД.ММ.ГГГГ он путем нажатия на кнопку звукового сигнала вызвал палатную медицинскую сестру для введения инъекций обезболивающего препарата «...». ФИО2 был введен иной препарат, который не купировал боль, в связи с чем он повторно вызвал палатную медицинскую сестру путем подачи специально предназначенного для вызова медицинского персонала звукового сигнала, на который палатная медицинская сестра не подошла. В связи с этим он вынужден был при помощи костылей встать и самостоятельно обратиться за медицинской помощью, в результате он упал в коридоре больницы, в связи с чем получил травму.

В ходе проверки данного обращения была проведена медицинская экспертиза, по результатам которой экспертами ГАУЗ «РБСМЭ МЗ РТ» было установлено, что полученная в результате падения в больнице ФИО2 травма причинила средний тяжести вред его здоровью по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель (21 дня).

Ввиду отсутствия признаков уголовно-наказуемого деяния и правонарушения материал проверки был списан в номенклатурное дело.

По этому же событию ФИО2 обратился в ООО СМО «Чулпан-Мед» для проведения экспертизы качества оказания ответчиком медицинской помощи.

По результатам проверки обращения ООО СМО «Чулпан-Мед» на основании экспертизы медицинских документов было установлено, что оказание ФИО2 медицинской помощи соответствует клиническим рекомендациям «Травматология: национальное руководство» по ред. ФИО7, ФИО8, -2-е изд., перераб. И доп. – М.;ГЭОТАР-Медиа, 2011 г. 

Изложенные обстоятельства подтверждаются: справкой врача-нейрохирурга ФГАУ «НИИ НХ» Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ, выпиской из медицинской карты стационарного больного № от ДД.ММ.ГГГГ, медицинской картой стационарного больного №, материалами КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе отобранными сотрудниками полиции письменными объяснениями ФИО2, Свидетель №1, ФИО10, рапортом УУП Отдела МВД России по 

<

адрес>, заключением экспертов ГАУЗ «РБСМЭ МЗ РТ» от ДД.ММ.ГГГГ №, а также составленными ООО СМО «Чулпан-Мед» актом экспертизы качества медицинской помощи (сводный) от ДД.ММ.ГГГГ и экспертным заключением от ДД.ММ.ГГГГ

В соответствии с действующим гражданским законодательством деликтное обязательство, то есть обязательство вследствие причинения вреда является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда.

То есть законом установлен общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Согласно Единому квалификационному справочнику должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», утвержденному приказом Минздравсоцразвития РФ от 23 июля 2010 г. № 541н, а также должностной инструкции медицинской сестры палатной травматологического отделения ГАУЗ ЗЦРБ (л.д. 38-40) в числе должностных обязанностей медицинской сестры палатной (постовая) указано: осуществление ухода и наблюдения за больными на основе принципов медицинской деонтологии, выполнение назначения лечащего врача, немедленное сообщение лечащему врачу, а в его отсутствие - заведующему отделением или дежурному врачу о внезапном ухудшении состояния больного.

Однако в нарушение приведенных положений, а также вышеизложенных норм права по вызову ФИО2 медицинскими работниками ГАУЗ ЗЦРБ не было обеспечено своевременное выяснение причин обращения пациента за помощью, и в случае обоснованности данного обращения принятия необходимых мер для оказания медицинской помощи больному, в том числе немедленного сообщения лечащему врачу, а в его отсутствие - заведующему отделением или дежурному врачу о внезапном ухудшении состояния больного.

Факт отсутствия внимания на повторный вызов ФИО2 медицинского персонала путем подачи специально предназначенного для этого звукового сигнала подтвердили допрошенные в суде свидетели Свидетель №1 и ФИО14, к которым истец также обращался с просьбой о вызове палатной медицинской сестры ввиду наличия острой боли.

Несмотря на то, что свидетель Свидетель №1 при его допросе сотрудниками полиции давал иные показания, к которым суд относится критически, поскольку они были отобраны ДД.ММ.ГГГГ, то есть в период его нахождения на лечении в ГАУЗ ЗЦРБ, суд сомнений в достоверности показаний этого же свидетеля, а также свидетеля ФИО15, данных в судебном заседании после предупреждения их об уголовной ответственности, не усматривает и принимает их в качестве надлежащих доказательств по делу.

Более того, палатная медицинская сестра ФИО10, дежурившая в ночь с ... на ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании не отрицала подачу ФИО2 после введения ему инъекции препарата «...» повторного сигнала вызова медицинского персонала, и на вопрос суда подтвердила, что она не подошла к нему для выяснения причин обращения, поскольку осуществляла медицинские мероприятия с иными больными в других палатах.

Принимая во внимание вид заболевания ФИО2, наличие возможности внезапного наступления у него фантомных болей, исходя из специфики препаратов, посредством которых данные боли нейтрализуются, характер и остроту восприятия ФИО2 данный болезненных ощущений, а именно тяжесть невропатического болевого синдрома, которые были известны работникам персонала ГАУЗ ЗЦРБ, суд полагает, что изложенные выше обстоятельства несвоевременного наблюдения и ухода медицинскими работниками ГАУЗ ЗЦРБ за больным, необеспечение ответчиком в период с ... на ДД.ММ.ГГГГ необходимым медицинским персоналом для полноценного ухода и наблюдения за больным привели к такой реакции последнего, которая повлекла вынужденную по вине ответчика крайнюю необходимость нарушения им постельного режима, самостоятельный поиск медицинского персонала для сообщения о внезапном ухудшении его состояния.

Учитывая специфику сложившихся между сторонами по делу правоотношений, а также возложенную общими принципами охраны здоровья и законом на ответчика необходимую предотвратимость рассматриваемого происшествия, суд полагает наличие причинно-следственной связи между поведением работников ГАУЗ ЗЦРБ и получением ФИО2 травмы в результате его падения, а также наличие в этом вины ответчика установленными и доказанными.

Ссылка ответчика на экспертное заключение ООО СМО «Чулпан-Мед» является несостоятельной, поскольку данное заключение основано только на исследовании медицинских документов, в которых обстоятельства происшествия не указаны, а зафиксированы постановленные диагнозы и назначенное лечение.

Сами же обстоятельства падения ФИО2 непосредственно ООО СМО «Чулпан-Мед» не исследовались, проверка данного происшествия была проведена только путем получения письма по данному факту от главного врача ГАУЗ ЗЦРБ, поэтому суд к результатам исследования ООО СМО «Чулпан-Мед» самого происшествия относится критически и не может признать их объективными.

Более того, суд истребовал у ответчика документы, составленные по результатам служебной проверки происшествия, в том числе акт служебного расследования, данные документы и акт ответчиком суду не были представлены.

Каких-либо иных относимых, допустимых и достоверных доказательств отсутствия вины ответчика в причинении истцу морального вреда вследствие его падения и получения травмы в период лечения, ГАУЗ ЗЦРБ не представлено.

При этом необходимо указать, что от ненадлежащего оказания медицинских услуг нужно отличать причинение пациенту вреда в результате их оказания. Первое является нарушением договорного обязательства. Второе рассматривается как повреждение здоровья, т.е. нематериального, охраняемого гражданским правом блага (пункт 1 статьи 150 ГК РФ). Такой вред возмещается исполнителем в полном объеме и независимо от своей вины в ненадлежащем оказании услуг (статья 1095 ГК РФ; пункт 1 статьи 14 Закона о защите прав потребителей).

Причинение вреда здоровью характеризуется тем, что в результате оказания медицинской услуги состояние здоровья пациента ухудшается по сравнению с показателями до медицинского вмешательства, тогда как при ином некачественном оказании медицинской услуги состояние здоровья остается неизменным или улучшается, но имеются иные негативные последствия.

По смыслу пункта 1 статьи 1085 ГК РФ при причинении вреда здоровью возмещается именно имущественный вред (реальный ущерб и упущенная выгода). Согласно статьям 151, 1099 ГК РФ и в соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред признается вредом неимущественным, несмотря на то, что он компенсируется в денежной или иной материальной форме.

В соответствии со статьей 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина вследствие недостатков услуги, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу, независимо от наличия вины.

Для компенсации морального вреда необходимо наличие вины, при этом вина медицинского учреждения в некачественном оказании медицинских услуг презюмируется (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 ГК РФ, пункт 5 статьи 14 Закона о защите прав потребителей).

При этом бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на исполнителе услуг (пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»).

Исходя из системного толкования указанных выше норм материального права и разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации вина медицинской организации как в нарушении договорного обязательства, так и в причинении внедоговорного вреда, не доказывается, а предполагается, следовательно, бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, лежит в данном случае на ответчике, который доказательств, опровергающих наличие вины, не представил.

Таким образом, ФИО2 был причинён моральный вред, выражающийся в физических и нравственных страданиях, который подлежит компенсации ответчиком.

При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются характер и степень причинённых ФИО2 физических и нравственных страданий, тяжесть вреда, причинённого его здоровью, длительности и сложности лечения истца, наступившие последствия, индивидуальные особенности истца (пол, возраст). Также принимаются во внимание фактические обстоятельства причинения вреда, требования разумности и справедливости.

С учётом всех обстоятельств в совокупности компенсация морального вреда, причинённого ФИО2, определяется в размере 20 000 руб.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Зеленодольская центральная районная больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца в Верховный Суд Республики Татарстан через Зеленодольский городской суд Республики Татарстан.

Судья