Р Е Ш Е Н И Е

 

по делу об административном правонарушении

г. Кострома 25 сентября 2017 года

Судья Костромского областного суда Широков А.М. рассмотрел в судебном заседании жалобы (основную и дополнительную) ФИО1 на постановление судьи Свердловского районного суда г.Костромы от 15 сентября 2017 года, которым 

ФИО1, родившейся в ДД.ММ.ГГГГ году, гражданке Республики Молдова, назначено наказание на основании ч. 11 ст. 18.8 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 2 000 (двух тысяч) рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации.

Огласив жалобы, заслушав участвующих в деле лиц, проверив представленные материалы дела, судья

у с т а н о в и л:

15 сентября 2017 года должностным лицом УМВД России по Костромской области в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 11 ст. 18.8 КоАП РФ. 

Дело было передано на рассмотрение в Свердловский районный суд г.Костромы.

Постановлением судьи районного суда от 15 сентября 2017 года ФИО1 признана виновной в административном правонарушении, предусмотренном ч. 11 ст. 18.8 КоАП РФ, и ей назначены основное и дополнительное наказания.

В жалобе, поданной в Костромской областной суд, ФИО1 просит постановление районного суда отменить. Указывает, что въехала на территорию России во второй половине октября 2016 года на законных основаниях, ею была оформлена миграционная карта и получен патент. С указанного времени она работала няней и за пределы Российской Федерации не выезжала, в связи с чем, оснований для вывода о незаконности её въезда в Россию в декабре 2016 года, не имелось. При назначении наказания не было учтено, что в России она проживает совместно с супругом и двумя малолетними детьми, один из которых родился уже в Российской Федерации. Семья планировала получить гражданство. В случае её, ФИО1, выдворения, семья распадется, она будет разлучена с детьми, либо будет вынуждена вернуться с семьей в Молдову, что негативно отразится на развитии и воспитании русскоговорящих детей. Кроме того, её мать родилась в СССР - Смоленской области. Она, ФИО1, ни к уголовной, ни к административной ответственности не привлекалась, положительно характеризуется. 

Суду второй инстанции ФИО1 представлены копии патента от 25 ноября 2016 года, свидетельств о рождении детей, гражданско-правового договора от 15 мая 2017 года, протокола личного досмотра от 28 августа 2017 года.

В дополнительной жалобе ФИО1 настаивает, что административное выдворение противоречит интересам ее детей. Просит не применять дополнительное наказание, изменив решение суда первой инстанции.

В судебном заседании ФИО1 указала, что 27 декабря 2016 года она пересекла на автомобиле государственную границу Российской Федерации и вновь вернулась на территорию России. После этого водитель автомобиля, на котором она проезжала границу, в числе иных иностранных граждан выдал ей миграционную карту, подтверждающую факт въезда. Считает, что с тех пор находилась на территории России на законных основаниях. Полагает, что ввиду недобросовестных действий неизвестного водителя ей могла быть выдана миграционная карта, не установленного образца. Однако, настаивает на факте надлежащего въезда в Россию 27 декабря 2016 года.

Защитник Григоров А.А. в судебном заседании полностью поддержал доводы заявителя.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 подтвердила факт работы у неё ФИО1 в качестве няни и её положительную характеристику. 

ФИО2, председатель Костромской региональной общественной организации «Молдавский центр», в суде второй инстанции так же положительно характеризовал ФИО1, указал, что ФИО1 получена квота на последующее получение разрешения на временное проживание.

Стороной защиты в судебный процесс представлены письменные положительные характеристики ФИО1 с места работы от ФИО3, и от Костромской региональной общественной организации «Молдавский центр».

Проверив материалы и обстоятельства дела, изучив доводы жалобы, заслушав участвующих в деле лиц, прихожу к следующим выводам.

Часть 11 ст. 18.8 КоАП РФ предусматривает ответственность за нарушение иностранным гражданином или лицом без гражданства режима пребывания (проживания) в Российской Федерации, выразившееся в отсутствии документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, или в случае утраты таких документов в неподаче заявления об их утрате в соответствующий орган либо в уклонении от выезда из Российской Федерации по истечении определенного срока пребывания, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния

Согласно п. 2 ст. 5 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации", временно пребывающий в Российской Федерации иностранный гражданин обязан выехать из Российской Федерации по истечении срока действия его визы или иного срока временного пребывания, установленного настоящим Федеральным законом или международным договором Российской Федерации, за исключением прямо предусмотренных законом случаев. 

В соответствии со ст. 25.10 Федерального закона от 15.08.1996 N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" иностранный гражданин или лицо без гражданства, въехавшие на территорию Российской Федерации с нарушением установленных правил, либо не имеющие документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, либо утратившие такие документы и не обратившиеся с соответствующим заявлением в территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, либо уклоняющиеся от выезда из Российской Федерации по истечении срока пребывания (проживания) в Российской Федерации, а равно нарушившие правила транзитного проезда через территорию Российской Федерации, являются незаконно находящимися на территории Российской Федерации и несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 15 сентября 2017 года в 10-00 ч. по адресу: 

<

...>, сотрудниками полиции выявлена гражданка Республики Молдова ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, прибывшая на территорию Российской Федерации в безвизовом порядке, которая в нарушение ст. 25.10 Федерального закона от 15.08.1996 N 114-ФЗ"О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" находилась на территории России без документов, подтверждающих право на законное пребывание. 

Фактические обстоятельства правонарушения и вина ФИО1 подтверждаются собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении от 15 сентября 2017 года, содержащим сведения о допущенном нарушении (л.д. 2), письменным объяснением ФИО1 от 14 сентября 2017 года (л.д. 3), а так же её пояснениями, данными в суде первой инстанции, копиями паспорта ФИО1, подтверждающими её гражданство Республики Молдова, данными миграционного учета о нахождении ФИО1 на территории России, справкой врио начальника УФСБ России по Костромской области от 07 сентября 2017 года, согласно которой из Пограничного Управления ФСБ России по Республике Дагестан получены сведения, согласно которым записи о пересечениях Государственной границы РФ в пунктах пропуска на участке Пограничного Управления ФСБ России по Республике Дагестан ФИО1 в базе данных ГС МИР, отсутствуют; справкой об исследовании № 1/230 от 31 августа 2017 года, согласно которой бланк миграционной карты на имя ФИО1 не соответствует образцу бланка миграционной карты, представленному для сравнительного исследования; а так же другими доказательствами, которым была дана оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности в соответствии с требованиями статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Таким образом, совершенное ФИО1 деяние образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1.1 статьи 18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

Выводы судьи о виновности ФИО1 соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным на то должностным лицом, ФИО1 с протоколом ознакомлена. 

Суд второй инстанции отвергает доводы первоначальной жалобы ФИО1 об отсутствии оснований для вывода суда о незаконности въезда Кравчук на территорию РФ в декабре 2016 года. Напротив, судом установлено, что в декабре 2016 года ФИО1 Государственную границу РФ не пересекала, а к административной ответственности привлекается за нарушение режима пребывания (проживания) в Российской Федерации, выразившееся в отсутствии документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, в уклонении от выезда из Российской Федерации по истечении определенного срока пребывания. При этом факт законности въезда ФИО1 на территорию России 17 октября 2016 года не оспаривается, как и ее дальнейшее нахождение на территории страны в связи с имеющимся у неё патентом от 25 ноября 2016 года вплоть до его аннулирования ввиду неоплаты государственной пошлины за продление срока его действия. Однако, после его аннулирования, ФИО1 не имела легальных документов, позволяющих ей находиться на территории РФ, за что и привлекается к административной ответственности. Как видно, последующий патент от 24 апреля 2017 года ей такого права не предоставлял, поскольку был оформлен на основании миграционной карты, не соответствующей действительности, полученной ею без пересечения Государственную границу РФ.

К изменившейся позиции ФИО1 о том, что она пересекала Государственную границу РФ в декабре 2016 года, однако пострадала от недобросовестных действий третьих лиц, которые выдали ей ненадлежащую миграционную карту, суд относится критически, поскольку эти доводы опровергаются совокупностью исследованных доказательств. 

Так, в ходе личного досмотра 28 августа 2017 года, при изъятии миграционной карты ФИО1 пояснила, что получила ее в Дагестане от молодого человека по имени Салим, который проставил дату и штамп в паспорте и миграционной карте.

В ходе объяснения от 14 сентября 2017 года ФИО1 призналась должностному лицу, что 27 декабря 2016 года она в Дагестане, доехав до границы РФ на автомобиле перед контрольно-пропускным пунктом передала документы водителю, который через некоторое время вернулся и передал заполненные документы. Границу России она не пересекала и пограничный контроль не проходила.

В суде первой инстанции ФИО1 факт совершения правонарушения признала полностью, доводов о пересечении границы не приводила. 

Обратившись в суд с жалобами, как основной, так и дополнительной, ФИО1 так же не сообщила данных сведений. 

Сообщенные изначально ФИО1 данные, согласно которым она не пересекала границу 27 декабря 2016 года, которые суд признает правдивыми, согласуются и с иными доказательствами: справкой врио начальника УФСБ России по Костромской области от 07 сентября 2017 года, справкой об исследовании № 1/230 от 31 августа 2017 года, иными доказательствами, приведенными выше. 

Кроме того, согласно ч. 3 ст. 30 Федерального закона от 25.07.2002 N 115-ФЗ"О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", отметку о въезде иностранного гражданина в Российскую Федерацию в миграционной карте проставляет должностное лицо пограничного органа федеральной службы безопасности.

Ввиду изложенного суд отвергает доводы заявителя о пересечении Государственной границы РФ в декабре 2016 года и законности на этом основании пребывания ФИО1 в стране. 

Наказание в виде штрафа назначено соразмерно содеянному, с учетом смягчающих административную ответственность обстоятельств, в минимальном размере, предусмотренном санкцией статьи.

Проверяя решение о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде выдворения за пределы Российской Федерации, прихожу к следующим выводам.

В силу положений статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 года) каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

В Постановлении от 14 февраля 2013 года N 4-П Конституционный Суд Российской Федерации признал, что устанавливаемые в законодательстве об административных правонарушениях правила применения мер административной ответственности должны не только учитывать характер правонарушения, его опасность для защищаемых законом ценностей, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, а также личности правонарушителя и степени его вины, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий (в том числе для лица, привлекаемого к ответственности) тому вреду, который причинен в результате административного правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений; иное - в силу конституционного запрета дискриминации и выраженных в Конституции Российской Федерации идей справедливости и гуманизма - было бы несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 марта 2003 г. N 3-П, от 13 марта 2008 г. N 5-П, от 27 мая 2008 г. N 8-П, от 13 июля 2010 г. N 15-П, от 17 января 2013 г. N 1-П и др).

Изучив доводы жалобы и проверив материалы дела, прихожу к выводу о том, что дополнительное наказание ФИО1 в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации назначено соразмерно содеянному, с учетом её личности, степени вины и всех обстоятельств дела, мотивировано в судебном решении. 

Следует учитывать, что дополнительное наказание в виде административного выдворения за пределы страны в санкции названной статьи предусмотрено в качестве обязательного к назначению.

Его неприменение судьей должно быть основано на совокупности обстоятельств, позволяющих полагать, что этим будет грубо нарушен баланс прав привлекаемого к ответственности лица на личную (семейную) жизнь и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений.

Вместе с тем, при определении административного наказания ФИО1 судьей требования Конституции Российской Федерации, части 2 статьи 8 Конвенции от 04.11.1950 года "О защите прав человека и основных свобод", положения статьи 3.1, статьи 4.1 КоАП РФ были соблюдены, учитывался характер и обстоятельства совершенного административного правонарушения, личность виновного лица и другие обстоятельства. Правовых оснований для нахождения ФИО1 на территории РФ не имелось, пребывание её на территории Российской Федерации являлось незаконным, однако действенных легальных мер по узакониванию своего пребывания на территории РФ ФИО1 длительное время не предпринималось. 

Утверждение о том, что семья ФИО1 проживает в настоящее время в России, в связи с чем, дополнительное наказание в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации влечет нарушение права на уважение семейной жизни, в рассматриваемом случае повлечь отмену состоявшегося по делу судебного постановления не может.

Приведенные выше нормативные положения в их интерпретации Европейским Судом по правам человека не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории. 

Относительно критериев допустимости высылки в демократическом обществе Европейский Суд по правам человека отметил, что значение, придаваемое тому или иному из них, будет различным в зависимости от обстоятельств конкретного дела и что государство, связанное необходимостью установить справедливое равновесие между конкурирующими интересами отдельного лица и общества в целом, имеет определенные пределы усмотрения; в то же время право властей применять выдворение может быть важным средством предотвращения серьезных и неоднократных нарушений иммиграционного закона, поскольку оставление их безнаказанными подрывало бы уважение к такому закону.

Правонарушения в области миграционного законодательства в силу закона и по законному решению суда могут быть квалифицированы именно как обстоятельства, вынуждающие к применению такого наказания, как административное выдворение в силу насущной социальной необходимости.

Поскольку материалы дела свидетельствуют о том, что ФИО1 длительное время незаконно пребывала на территории Российской Федерации, надлежащих мер к устранению сложившейся противоправной ситуации не принимала, члены семьи заявителя так же не имеют российского гражданства, находятся на территории РФ временно, назначение ей дополнительного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации основано на данных, подтверждающих необходимость применения указанной меры ответственности, и соответствует предусмотренным частью 1 статьи 3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях целям административного наказания, связанным с предупреждением совершения новых административных правонарушений как лицом, привлеченным к административной ответственности, так и другими лицами.Наказание в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации определено в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны и в целях предотвращения правонарушений, для охраны здоровья, нравственности, защиты прав и свобод других лиц. Нарушения положений части 2 статьи 8 Конвенции от 04.11.1950 года "О защите прав человека и основных свобод" не допущено.

Доводы о праве временного проживания на территории России супруга ФИО1, не позволяли последней находиться на территории РФ незаконно. 

Положительные характеристики ФИО1, ее трудоустройство, отсутствие данных о привлечении к ответственности, наличие квоты на получение разрешения на временное проживание и другие, не препятствуют суду при наличии к тому оснований применить в отношении ФИО1 административное выдворение.

Таким образом, решение суда о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации соответствует характеру совершенного ей правонарушения, личности виновной, назначено с учетом всех обстоятельств, влияющих на наказание. 

Между тем, в нарушение требований ч. 4 ст. 3.10 КоАП РФ, при назначении в качестве дополнительного административного наказания административного выдворения иностранного гражданина за пределы РФ, судьей не разрешен вопрос о форме выдворения.

Поскольку в соответствии с положением ч. 5 ст. 3.10 КоАП РФ в целях исполнения назначенного иностранному гражданину административного наказания в виде выдворения за пределы РФ судья применил к нему содержание в специальном учреждении для иностранных граждан и лиц без гражданства, подлежащих административному выдворению за пределы РФ, которое предполагает принудительный порядок выдворения, и, учитывая, что определение порядка выдворения за пределы РФ не свидетельствует об ужесточении наказания, резолютивная часть постановления судьи на основании п. 2 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ подлежит изменению. Оснований для определения исполнения административного выдворения путем контролируемого самостоятельного выезда ФИО1 из РФ не имеется.

Кроме того, суд не учел наличие обстоятельства, смягчающего административную ответственность, - «совершение административного правонарушения женщиной, имеющей малолетнего ребенка». Как видно из представленных материалов, ФИО1 имеет двоих малолетних детей 2008 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В этой части постановление районного суда так же подлежит уточнению. Однако признание данного обстоятельства смягчающим, не влечет в рассматриваем случае снижения наказания ФИО1, поскольку ей назначено справедливое и соразмерное содеянному и ее личности наказание. Наказание в виде штрафа назначено в пределах санкции статьи и в его минимальных пределах. Оснований для неприменения дополнительного обязательного наказания не имеется, выводы об этом приведены выше. Таким образом, оснований для смягчения наказания ФИО1, не усматривается

Иных оснований для изменения постановления судьи, в том числе по доводам жалобы, не имеется. 

Судебное разбирательство по делу об административном правонарушении проведено полно, всесторонне и объективно. Нарушений прав заявителя и норм КоАП РФ, регулирующих порядок производства по делам об административных правонарушениях, не установлено. 

Руководствуясь ст.ст. 30.6 и 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, 

р е ш и л:

постановление судьи Свердловского районного суда г.Костромы от 15 сентября 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ, в отношении ФИО1, изменить:

- признать в качестве обстоятельства, смягчающего административную ответственность, «совершение административного правонарушения женщиной, имеющей малолетнего ребенка»;

- определить порядок выдворения ФИО1 за пределы РФ в виде административного принудительного выдворения за пределы Российской Федерации.

В остальном постановление судьи Свердловского районного суда г.Костромы от 15 сентября 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ, в отношении ФИО1, оставить без изменения, а её жалобы - без удовлетворения.

Судья А.М. Широков