Производство по делу № 10-2/2023 (№ 10-1/2024)

УИД 57MS0013-01-2023-001382-39

Дело № 1-5/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 января 2024 г. гор. Новосиль 

Орловская обл. 

Новосильский районный суд Орловской области в составе:

председательствующего судьи Авдониной И. Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Касьяновой М.В.,

с участием государственного обвинителя Кистерева А.А.,

потерпевшего К.А.В.,

осужденного Шевченко Е.В.,

защитника осужденного – адвоката Юркова Ю.А.,

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Кистерева А.А. и апелляционной жалобе потерпевшего К.А.В. на приговор мирового судьи судебного участка Новосильского района Орловской области от 29 ноября 2023 г., которым

Шевченко Е.В., 

<

данные изъяты>, не судимый, 

осужден по ч.3 ст.30, ч.1 ст.167 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 30 000 рублей.

Мера пресечения Шевченко Е.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную оставлена без изменения.

Разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств и процессуальных издержках.

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционного представления и апелляционной жалобы, заслушав выступления государственного обвинителя, потерпевшего К.А.В., осужденного и его защитника Юркова Ю.А., проверив доводы, приведенные в обоснование апелляционных представления и жалобы, суд 

установил:

по приговору мирового судьи судебного участка Новосильского района Орловской области от ДД.ММ.ГГГГ Шевченко Е.В. признан виновным в покушении на умышленные уничтожение или повреждение разделанной туши быка (мяса), принадлежащего К.А.В.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 11 часов 00 минут до 12 часов 00 минут, точное время не установлено, по адресу: 

<

адрес>, при обстоятельствах, установленных мировым судьёй и приведенных в приговоре.

В судебном заседании Шевченко Е.В. вину в совершении преступления признал полностью.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Кистерев А.А., не оспаривая виновность осужденного и обстоятельства совершения им преступления, просит приговор изменить в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленных судом: 1) исключить из квалификации действий Шевченко Е.В. указание на покушение на умышленное повреждение чужого имущества, считать осужденным по ч.3 ст.30, ч.1 ст.167 УК РФ за покушение на умышленное уничтожение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба гражданину; 2) исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о совершении Шевченко Е.В. оконченного преступления, указав на совершение им неоконченного преступления. Указывает, что вопреки положениям ст.297 УПК РФ, установив обстоятельства, свидетельствующие о действиях Шевченко Е.В., непосредственно направленных на покушение на уничтожение чужого имущества, суд квалифицировал его действия по ч.3 ст.30, ч.1 ст.167 УК РФ как покушение на умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба гражданину. Также указывает на то, что верно квалифицировав действия осужденного как покушение, суд в описательно-мотивировочной части приговора указал о том, что Шевченко Е.В. совершил умышленное оконченное преступление.

В апелляционной жалобе потерпевший К.А.В. просит приговор и постановление мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору отменить, возвратить уголовное дело прокурору по основанию, предусмотренному п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ. В обоснование жалобы указывает, что приговор мирового судьи в отношении Шевченко Е.В. незаконный, необоснованный, в виду неверного применения норм права. Ссылаясь на то, что в обвинительном акте действия Шевченко Е.В. описаны как покушение на умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога, орган дознания квалифицировал действия последнего по ч.1 ст.167 УК РФ, что не позволило мировому судье вынести законное и обоснованное решение по предъявленному Шевченко Е.В. обвинению. Считает ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что уничтожение имущества способом поджога не является общественно – опасным, поскольку такой способ отнесен законодателем к общественно-опасным, и судья не наделен полномочиями исключить поджог из числа указанных способов совершения преступления. 

В судебном заседании государственный обвинитель Кистерев А.А. доводы апелляционного представления поддержал, просил представление удовлетворить. Возражал против удовлетворения апелляционной жалобы потерпевшего К.А.В., сославшись на отсутствие оснований для переквалификации действий осужденного, отмене приговора и возвращения уголовного дела прокурору по доводам жалобы. Просил апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Потерпевший К.А.В. доводы апелляционной жалобы поддержал, просил её удовлетворить. Полагал, что действия Шевченко Е.В. должны быть квалицированы по ч.3 ст.30, ч.2 ст.167 УК РФ, как покушение на совершение умышленного уничтожения чужого имущества общественно-опасным способом – путем поджога, поэтому квалификация осужденного, определенная органом дознания и мировым судьёй неверная. В связи с чем, приговор и постановление об отказе в возвращении уголовного дела прокурору подлежат отмене, а уголовное дело возвращению прокурору. Возражал против удовлетворения апелляционного представления.

Осужденный и его защитник Юрков Ю.А. в разрешении апелляционного представления полагались на усмотрение суда, возражали против удовлетворения апелляционной жалобы потерпевшего К.А.В., считая об отсутствии оснований для отмены приговора и возвращения уголовного дела прокурору по доводам жалобы. Полагали приговор законным, обоснованным и подлежащим оставлению без изменения.

Выслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении и апелляционной жалобе, а также в выступлениях сторон в судебном заседании, проверив в соответствии со ст.389.9 УПК РФ законность, обоснованность и справедливость обжалуемого приговора, законность и обоснованность постановления мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями ч.ч.1, 2 ст. 321 УПК РФ, глав 35-39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства и процедуру рассмотрения уголовного дела.

В ходе судебного рассмотрения принципы судопроизводства, в том числе указанные в ст.ст. 14, 15 УПК РФ – состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности, судом первой инстанции нарушены не были. Мировой судья не ограничивал прав сторон на представление доказательств, заявление ходатайств, высказывание мнения по всем рассматриваемым в судебном заседании вопросам.

Постановленный по делу обвинительный приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, в соответствии со ст. 307 УПК РФ содержит: описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, целей и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого; указание на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; мотивы решения вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания; обоснование принятых решений по вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Обстоятельства, которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию по уголовному делу, судом установлены. 

Выводы о виновности Шевченко Е.В. в совершенном преступлении, основаны на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании суда первой инстанции и получивших оценку в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ.

В основу приговора обоснованно положены показания подсудимого в основной части, потерпевшего, свидетелей и доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства уголовного дела: рапорт УУП МО МВД России «Новосильское» К.Н.А.; протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ - участка местности по адресу: 

<

адрес>; протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с участием потерпевшего К.А.В., в ходе которого была изъята белая канистра; копия акта взвешивания от ДД.ММ.ГГГГ туши быка, общий вес которого после взвешивания составил 

<

данные изъяты> кг; копия акта № от ДД.ММ.ГГГГ БУ ОО «Новосильский межрайонный центр ветеринарии», согласно которому после осмотра мяса говядины весом около 

<

данные изъяты> кг, признаков снижения качества мяса обнаружено не было; справка о стоимости 1 кг мяса говядины – 380 руб., а 207,5 кг – 78850 руб.; заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № о том, что в полимерной емкости (белой канистре) содержится бензин.

Анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, позволили мировому судье правильно установить фактические обстоятельства совершенного Шевченко Е.В. преступления, прийти к правильному выводу о его виновности в совершении преступления, о доказанности его вины в совершенном преступлении, оснований не согласиться с которым суд апелляционной инстанции не находит. 

Наказание, назначенное Шевченко Е.В., соответствует требованиям ст. ст. 6, 60 УК РФ.

Оспаривая постановление мирового судьи об отказе в возвращении уголовного дела прокурору, потерпевший приводит довод о том, что действия Шевченко Е.В. подлежали квалификации по ч.3 ст.30, ч.2 ст.167 УК РФ – покушение на умышленное уничтожение имущества путем поджога, о чем было указано в обвинительном акте. Однако, указав в обвинительном акте о наличии квалифицирующего признака «путем поджога», органом дознания, а затем и мировым судьёй квалификация действий Шевченко Е.В. определена не верно.

Приведенные доводы жалобы не состоятельны в виду следующего. 

В соответствии с п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если: фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном постановлении, постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст.167 УК РФ, предполагает совершение альтернативно предусмотренных действий: а) уничтожения чужого имущества, т.е. его приведения в состояние, при котором оно не может использоваться по целевому назначению или исчезает как предмет физического мира; б) повреждения чужого имущества, т.е. частичной утраты им своих свойств, повреждении, требующем ремонта, и т.п. Для констатации состава преступления требуется, чтобы уничтожением или повреждением имущества потерпевшему был причинен значительный ущерб. Преступление считается оконченным с момента причинения такого ущерба. Субъективная сторона предполагает прямой или косвенный умысел. Квалифицирующие признаки (ч. 2) связаны с мотивом совершения преступления (хулиганские побуждения), способами его совершения (путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом) и последствиями (причинением по неосторожности смерти человека или иных тяжких последствий). 

Из разъяснений, определенных в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» следует, что умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, совершенное из хулиганских побуждений, путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом, влечет уголовную ответственность по части второй статьи 167 УК РФ только в случае реального причинения потерпевшему значительного ущерба. Если в результате указанных действий предусмотренные законом последствия не наступили по причинам, не зависящим от воли виновного, то содеянное при наличии у него умысла на причинение значительного ущерба должно рассматриваться как покушение на умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества (ч. 3 ст. 30 и ч. 2 ст. 167 УК РФ).

Умышленное уничтожение или повреждение отдельных предметов с применением огня в условиях, исключающих его распространение на другие объекты и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу, надлежит квалифицировать по части первой статьи 167 УК РФ, если потерпевшему причинен значительный ущерб.

Таким образом, квалификация при наличии к тому оснований содеянного как покушения на уничтожение либо повреждение имущества, когда значительный ущерб не наступил по независящим от виновного обстоятельствам, по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 167 УК РФ закону не противоречит. Вместе с тем квалификация деяния при указанных обстоятельствах как покушения на совершение преступления возможна лишь в случае, когда по отношению к значительному ущербу у виновного был прямой умысел.

В соответствии с ч.3 ст.30 УК РФ покушением признаются умышленные действия непосредственно направленные на совершение преступления - то есть, покушение возможно только с прямым умыслом.

Как следует из материалов уголовного дела и было установлено в судебном заседании судом первой инстанции, в случае доведения Шевченко Е.В. своего умысла на уничтожение туши быка (мяса), принадлежащего К.А.В., до конца, опасности и условий распространения огня на другие объекты, возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, иному чужому имуществу, в момент совершения преступления, не имелось, что также было подтверждено потерпевшим в ходе судебного разбирательства уголовного дела и нашло отражение в протоколе судебного заседания.

В судебном заседании Ш.А.В., признав вину в совершении преступления, не оспаривал наличие у него прямого умысла, направленного на уничтожение имущества К.А.В. с причинением последнему значительного ущерба, сославшись на месть и недовольство относительно действий последнего по забою быка.

С учетом приведенных норм уголовного закона, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации и установленных судом фактических обстоятельств дела, квалификация содеянного Шевченко Е.В. как покушение на уничтожение чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, в отсутствие наступления значительного ущерба по независящим от виновного обстоятельствам, по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 167 УК РФ, является правильной. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, указание в предъявленном Шевченко Е.В. обвинении и в приговоре на попытку поджечь разделанное мясо быка, не свидетельствуют о наличии в его действиях квалифицирующего признака «путем поджога», образующего состав преступления, предусмотренного ч.2 ст. 167 УК РФ, в связи с чем, оснований для квалификации действий Шевченко Е.В. по ч.3 ст.30, ч.2 ст.167 УК РФ, не имеется.

Мировой судья обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору, мотивировав свое решение надлежащим образом в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенным в ходе судебного разбирательства дела. Обжалуемое постановление соответствует требованиям, предъявляемым к форме и содержанию постановлений, выносимых в порядке ст.ст.256, 271 УПК РФ.

С учётом изложенного, основания для отмены обжалуемых приговора, постановления и возвращения уголовного дела прокурору на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ отсутствуют.

По указанным основаниям, апелляционная жалоба потерпевшего К.А.В. удовлетворению не подлежит.

Вместе с тем, доводы апелляционного представления об изменении приговора заслуживают внимания.

Установив, что Шевченко Е.В., имея умысел, направленный на умышленное уничтожение чужого имущества, а именно разделанной туши быка (мяса), принадлежащего К.А.В., реализовывая такой умысел, который не был им доведен до конца по независящим от него обстоятельствам, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, мировой судья ошибочно сделал вывод о совершении Шевченко Е.В. покушения на умышленное повреждение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба гражданину, изложив об этом перед описанием преступного деяния, что противоречит установленным фактическим обстоятельствам дела и подлежит исключению из приговора. 

При верной квалификации действий Шевченко Е.В. по ч.3 ст.30, ч.1 ст.167 УК РФ мировой судья излишне указал на альтернативный способ совершения преступления «повреждение», что подлежит исключению из приговора. 

Также, квалифицировав действия Шевченко Е.В. по ч.3 ст. 30, ч.1 ст.167 УК РФ, в описательно-мотивировочной части приговора мировой судья ошибочно указал на совершение Шевченко Е.В. оконченного умышленного преступления.

По указанным основаниям приговор в данной части подлежит уточнению.

Кроме того, мировым судьёй при назначении наказания Шевченко Е.В. неправильно применен уголовный закон.

Так, мировым судьёй не учтены требования ч.1 ст.66 УК РФ, обязывающие при назначении наказания за неоконченное преступление учитывать обстоятельства, в силу которых преступление не было доведено до конца.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции считает необходимым дополнить описательно - мотивировочную часть приговора в части назначения наказания Шевченко Е.В., указанием на учет обстоятельств, в силу которых преступление не было доведено до конца.

Также, мировым судьёй при определении вида наказания Шевченко Е.В. ошибочно учтены положений ст.88 УК РФ, регламентирующей виды наказаний, назначаемых несовершеннолетним, что подлежит исключению из приговора.

На основании изложенного, обжалуемый приговор мирового судьи подлежит изменению в силу п.п. 1 и 3 ст. 389.15 УПК РФ в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, и неправильным применением уголовного закона, а назначенное осужденному наказание смягчению.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

апелляционное представление - удовлетворить.

Приговор мирового судьи судебного участка Новосильского района Орловской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Шевченко Е.В. – изменить.

Исключить из квалификации действий ФИО1 указание на способ совершения преступления «повреждение», считать осужденным по ч.3 ст.30, ч.1 ст. 167 УК РФ – покушение на умышленное уничтожение чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба гражданину.

Исключить из описательно – мотивировочной части приговора указание о совершении ФИО1 оконченного преступления, в части определения вида наказания исключить ссылку на учёт положений ст. 88 Уголовного кодекса Российской Федерации, уточнив приговор в указанной части о совершении ФИО1 неоконченного преступления, дополнив указанием о назначении ФИО1 наказания с учётом положений ч.1 ст.66 УК РФ.

Назначенное ФИО1 наказание по ч.3 ст.30, ч.1 ст.167 УК РФ в виде штрафа смягчить, снизив размер штрафа до 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей. 

В остальном приговор и постановление мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а апелляционную жалобу потерпевшего К.А.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ. 

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор могут быть поданы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции. При этом, осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ И.Н. Авдонина