Дело № 1-1-19/2020 64 RS 0004-01-2019-002206-59

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

04.02.2020 года город Балаково

Балаковский районный суд Саратовской области в составе 

председательствующего судьи Балахонова А.В.,

при секретаре судебного заседания Пурис Л.А.,

с участием государственного обвинителя Новопольцева И.В., 

подсудимой ФИО1 и ее защитника адвоката Тюльпинова В.А.,

потерпевшей У. Н.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, ___, получившей копию обвинительного заключения 26.06.2019 года, содержащейся под стражей с 14.02.2019 года, не судимой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), 

установил:

ФИО1 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах.

10.02.2019 года в период с 21 часа до 23 часов 30 минут ФИО1, П. Д.М. и У. К.А. совместно распивали спиртные напитки в квартире № 45 дома № 4 «а» по ул. ___ г. Балаково Саратовской области. В процессе употребления спиртного между ФИО1 и У. К.А. произошла ссора, в ходе которой у ФИО1 из-за личных неприязненных отношений возник преступный умысел на убийство У. К.А. 

В указанные выше время и месте, реализуя свой преступный умысел, находясь в состоянии алкогольного опьянения, ФИО1 взяла нож, и желая использовать его в качестве орудия преступления, подошла к У. К.А. и умышленно нанесла ему множественные удары ножом в область правого плеча, грудной клетки, живота и поясничной области, чем причинила ему колото-резаное ранение правого плеча с повреждением плечевой артерии и одной из сопровождающих ее плечевых вен, причинившее тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни и развития угрожающего жизни состояния – острой кровопотери; колото-резаные ранения грудной клетки и живота, проникающие в правую плевральную и брюшную полости с повреждением правого легкого и большого сальника, которые расцениваются как причинившее тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни; колото-резаные непроникающие ранения грудной клетки и поясничной области справа, на момент причинения не являются опасными для жизни человека и оцениваются по исходу, в связи с чем, сделать вывод о степени тяжести вреда здоровью не представляется возможным, так как смерть У. К.А. наступила ранее определившегося исхода данных повреждений. 

В результате причиненного в указанные выше время и месте данными преступными действиями ФИО1 колото-резаного ранения правого плеча с повреждением плечевой артерии и одной из сопровождающих ее плечевых вен, повлекшего за собой развитие наружного кровотечения и острой кровопотери, У. К.А. скончался на месте спустя непродолжительный период времени. 

В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном ей обвинении не признала и показала, что 10.02.2019 года, когда она находилась дома, ей позвонил П. и сказал, что хочет выпить с коллегой по работе, но она была против этого. П. задержался, позвонил с неизвестного телефона, сообщил что с У. они выпивают в кафе. Она ждала его дома. Когда П. и У. зашли домой, то у них в руках было две бутылки водки и сок. Ребята выпивали водку, а она немного пива. У. хотел склонить их к употреблению наркотиков. Она возражала. Когда П. отошел в туалет, У. подсел к ней и обнял её. П. вышел из туалета и сказал У.у, что он здесь гость. У. сказал, что любит её и стал к ней приближаться. Она обратилась к П.у, чтобы он выпроводил У.а. П. попросил У.а уйти из дома, но тот не уходил. Затем У. задремал, сидя в кресле, а когда встал, то пошел в её сторону. В этот момент П. ударил У.а бутылкой по голове, но У. остался стоять на ногах. Затем П. ударил У.а по голове стеклянной банкой и стаканом, но У. не упал. Тогда П. и У. стали бороться. У. ударил П.а о входную дверь головой, а затем схватил её за горло. Она вырвалась, оттолкнув его ногой. После этого взяла со столешницы кухонный нож и воткнула его У.у в живот, чтобы тот ушел из её квартиры, а также полоснула ножом его по руке, а затем бросила нож в раковину. Больше ударов ножом она не наносила. Следователь неверно указала в обвинении о нанесении 6-ти ударов ножом. Она нанесла только два удара, находясь в состоянии необходимой обороны, остальные удары она не наносила. 

Из оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1 (том 1 л.д. 171-177) следует, что П. напал на У.а первым. После того, как У. проснулся и встал, П. потребовал выйти У.а из квартиры. Но У. не выходил и тогда П. нанес У.у несколько ударов стеклянными предметами. Однако, У. не упал, а стал драться с П.ым. Она пыталась их разнять. Но У. схватил её за горло и сказал с ухмылкой, что он справится с ними обоими. Она от страха взяла из столешницы кухонный нож и ударила им два раза в живот и один раз полоснула по руке.

Из оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1 (том 1 л.д. 153-160), которые она давала первоначально, следует, что она нанесла не менее двух ударов ножом в область живота, а также ударила ножом по руке и нанесла не менее двух ударов в область спины, после чего У. упал. Перед тем как она нанесла удары ножом, она пыталась разнять П.а и У.а, но последний схватил её за горло, отчего у неё образовалась царапина, она почувствовала угрозу своей жизни и П.а, а поэтому взяла нож, которым нанесла У.у повреждения. При этом У. угроз не высказывал, удары никому не наносил, но вел себя высокомерно. Она поняла, что справиться с ним они не смогут, а поэтому взяла нож и нанесла У.у телесные повреждения.

Из оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1 (том 3 л.д. 62), которые она давала в судебном заседании, следует, что она дала показания, аналогичные её показаниям в качестве подозреваемой, то есть она полностью соглашалась с количеством нанесенных ей ударов ножом, указанным в заключении судебно-медицинской экспертизы, а также с механизмом нанесения ударов и причиной их нанесения. 

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Потерпевшая У. Н.П. показала, что 9 или 10 февраля 2019 года ее сын У. Кирилл, который работал на автомойке «__», вечером не вернулся с работы. Она с ним связаться не могла, так как Кирилл накануне потерял телефон. Она позвонила на работу, но ей сказали, что Кирилл уже ушел с работы около 20 часов с каким-то парнем - стажером. Она ждала всю ночь, но сын не вернулся. На следующий день к ней пришли сотрудники полиции, провели осмотр квартиры, забрали зубную щетку ее сына, и через несколько дней сообщили, что сына убили. По характеру Кирилл был не вспыльчивый, агрессию никогда не проявлял. Выпивал не чаще раза в неделю, но всегда приходил домой и ложился спать. Исковые требования поддерживает в полном объеме. 

Свидетель П. Д.М. показал, что 10 февраля 2019 года он и Кирилл У. приехали в квартиру, в которой он проживает с ФИО1 Перед этим они зашли в магазин, где купили две бутылки водки и две пачки сока. Когда они приехали в квартиру, там находилась ФИО1, которая от выпитого пива находилась в состоянии алкогольного опьянения и была недовольна тем, что он привел в квартиру незнакомого человека. В процессе распития спиртного У. проявлял к ФИО1 неуважение, ругался с ней. ФИО1 отвечала У.у тем же. Затем У. стал мягче и пытался обнять ФИО1, которой эти действия У. не нравились. Поскольку У. начал пить на работе, то сразу же от выпитой рюмки опьянел. Затем У. сел в кресло, где на некоторое время уснул. Они с А какое-то время сидели за столом, потом она ушла в коридор, возможно собиралась пойти погулять с собакой. Потом У. встал, что-то сказал в сторону ФИО1 и пошел в её сторону. Он подумал, что может произойти конфликт, а поэтому, находясь в состоянии алкогольного опьянения, он повернулся в сторону А и пошел, взяв при этом пустую бутылку из-под водки, которой размахнулся и ударил по голове У.а, который повернулся к нему, что-то спросил типа «ты ударил меня?». Затем он ударил У. стаканом по голове. После удара У. на секунду приостановился, но затем продолжил идти в направлении ФИО1. Затем он взял банку из-под кофе, которой ударил по голове У. После этого они, находясь стоя, стали бороться. ФИО1 в это время зашла на кухню, откуда вышла, обошла их и нанесла несколько ударов кухонным ножом У. в область торса, от живота до груди. После ударов ножом У. пошел в сторону выхода, а он обошел его, взял табуретку и ударил его. После удара табуретом У. упал на пол, пытался встать, но он не давал ему это сделать. Затем У. пополз в сторону ванной, и далее он уже ничего не помнит, так как находился в состоянии сильного опьянения. На следующий день он проснулся в этой квартире. ФИО1 А дома не было. Он увидел в ванной У.а, лежащим в крови. Он пошел к своей бабушке К, сказал, что убил человека. Потом позвонил А, спросил где, она. ФИО1 сказала, что она в Москве. Он пошел в полицию и рассказал, что убил человека, так как чувствовал себя виноватым в том, что привел У. в квартиру. 

Свидетель Н Н.В. пояснила суду, что проживает в кв. № 44, в соседней квартире № 45 проживали молодые мужчина с женщиной, которых она никогда не видела. 10 февраля 2019 года около 23 часов они с мужем слышали из соседней квартиры крики женщины, звук разбитого стекла и борьбы, как будто били кого-то о дверь, а затем услышала чей-то выдох. 

Из оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля К Н.П. (том 1 л.д. 130-133) следует, что 11 февраля 2019 года утром пришел её внук П. Данила в алкогольном опьянении и сказал, что в их квартире находится труп и стал звонить А ФИО1, говоря той, что в квартире труп. Затем она позвонила своему внуку Дмитрию, который пришел примерно через час. После этого Данила и Дмитрий пошли в полицию. Считает, что конфликт в квартире произошел из-за А, так как она вспыльчивая и агрессивная. 

Кроме того, вина ФИО1 подтверждается исследованными в судебном заседании письменными доказательствами.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 11.02.2019 г., была зафиксирована обстановка в квартире 45 д. 4 «а» по ул. __ г. Балаково Саратовской области, где 11 февраля 2019 года обнаружен труп У.а К. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с внешними признаками насильственной смерти в виде колото – резаных ран в области спины и груди (т. 1 л.д. 22-45).

Согласно протоколу дополнительного осмотра места происшествия от 20.02.2019 г., было осмотрено помещение кв. 45 д. 4 «а» по ул. __ г. Балаково Саратовской области, в ходе которого изъяты вещи обвиняемой ФИО1 (т. 1 л.д. 48-51).

Согласно протоколам выемок от 14.02.2019 года, у подозреваемой ФИО1, был изъят сотовый телефон марки «honor» (т. 1 л.д. 228-229), у судебно-медицинского эксперта Б. В.А. были изъяты вещи У.а К.А (т. 1 л.д. 233-234), которые были осмотрены 27.03.2019 года (т. 2 л.д. 1-41).

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта у П.а Д.М. имелись кровоподтеки и ссадины на плечевых суставах и в поясничной области, которые могли возникнуть от падения из положения стоя с последующими ударами о тупые твердые предметы, а также резаные раны правой кисти, которые возникли от двух воздействий объектом, обладающим острым режущим краем (том 2 л.д. 49-50).

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта у ФИО1 имелись ссадина на левой боковой поверхности шеи, кровоподтек на запястье, а также на поверхности левого бедра. Повреждение на левой боковой поверхности шеи не могло возникнуть в результате давления на шею или сжимания горла рукой (том 2 л.д. 65-66).

Согласно заключению эксперта № 60, смерть У.а К.А. наступила от колото-резаного ранения правого плеча с повреждением плечевой артерии и одной из сопровождающих ее плечевых вен (рана № 6) повлекшего за собой развитие наружного кровотечения и острой кровопотери, на что указывают данные судебно-медицинской экспертизы трупа и судебно-гистологической экспертизы. При судебно-медицинской экспертизе трупа У.а К.А. обнаружены следующие повреждения, которые условно по степени тяжести причиненного вреда здоровью человека, механизму образования и времени их образования можно разделить на следующие группы: А. Колото-резаное ранение правого плеча с повреждением плечевой артерии и одной из сопровождающих ее плечевых вен (рана № 6); Б. Колото-резаные ранения грудной клетки и живота, проникающие в правую плевральную и брюшную полости с повреждением правого легкого и большого сальника (рана № 2 и рана № 1 соответственно); В. Колото-резаные непроникающие ранения грудной клетки (рана №5) и поясничной области справа (рана № 3, рана № 4). Г. Ушибленная рана правой лобной области; Д. Ушибленные раны (4) и ссадина (1) правой теменной области, ушибленная рана левой теменной области (1), ссадина затылочной области головы (1), ссадины лобной области головы слева (3), кровоподтек левой скуловой области (1), кровоизлияния в мягкие ткани головы в правой затылочной области (1) и в левой теменно-височной области (1); ссадины передней поверхности грудной клетки слева (2), ссадина задней поверхности грудной клетки справа (1), ссадины задней поверхности грудной клетки слева (2); кровоподтеки задней поверхности левого локтевого сгиба (3), кровоподтеки внутренней поверхности левого предплечья в средней трети (2), кровоподтек внутренней поверхности левого предплечья в нижней трети (1), кровоподтек тыльной поверхности левой кисти в проекции 4-5 пястных костей (1), ссадины наружной поверхности правого плеча в верхней трети (3), кровоподтек задней поверхности правого плеча в верхней трети (1), кровоподтек задней поверхности правого плеча в верхней трети с переходом на заднебоковую поверхность грудной клетки (1), ссадины задней поверхности правого плеча в средней трети (2), кровоподтек задней поверхности правого плеча в нижней трети (1), кровоподтек и ссадина (по одному) задней поверхности правого плеча в нижней трети, кровоподтек задней поверхности правого локтевого сгиба (1), кровоподтек задненаружной поверхности правого предплечья в верхней трети (1), ссадина задней поверхности правого предплечья в средней трети (3), ссадина передней поверхности правого коленного сгиба (1), ссадина передней поверхности левой голени в средней трети (1). ФИО2 левой лобной области (1), ссадины передней поверхности грудной клетки слева (2), ссадины задней поверхности грудной клетки справа (10), ссадины задней поверхности нижней трети левого плеча (2), ссадины задней поверхности правого плеча в верхней трети (4), ссадины задней поверхности правого плеча в нижней трети (8), ссадина задней поверхности правого предплечья в средней трети (1); Ж. Резаные раны (10) правой лопаточной области, задней поверхности правого плеча в верхней трети с переходом на заднебоковую поверхность грудной клетки (3), задней поверхности правого плеча в нижней трети (1); ФИО2 передней поверхности грудной клетки слева между окологрудинной и среднеключичной линиями (1), ссадина передней поверхности грудной клетки слева в проекции 6-7 ребер по переднеподмышечной линии (1), ссадины наружной и задней поверхностей левого плеча с переходом на переднюю поверхность левого плечевого сустава (12). Повреждения групп А,Б,В образовались от одного воздействия в область правого плеча (группа А - рана № 6), одного воздействия в область передней брюшной стенки (группа Б - рана № 1), двух воздействий в область грудной клетки (группа Б – рана № 2, группа В – рана № 5), двух воздействий в правую поясничную область (группа В – раны №№ 3,4) объектом/объектами, обладающим/обладающими колюще-режущими свойствами с плоским однолезвийным клинком с обушком прямоугольной формы, длиной клинка не менее 5,5 см, шириной клинка не более 4,5 см на определенном протяжении погруженной его части на что указывает преимущественно щелевидная форма ран с ровными неосадненными краями, одним П-образным и другим остроугольным концами, наличие раневых каналом с ровными гладкими кровоподтечными стенками, идущими от ран на коже в следующих направлениях – от раны № 1 - в направлении спереди назад, справа налево, повреждая на своем кожу, подкожную клетчатку, мышцы передней брюшной стенки, пристеночную брюшину, большой сальник, общей длиной 4 см, заканчиваясь в области стенки поперечно-ободочной кишки, не повреждая ее, от раны № 2 - в направлении сзади наперед и горизонтально, повреждая на своем протяжении кожу, подкожную клетчатку, мягкие ткани задней поверхности грудной клетки, восьмую межреберную мышцу, пристеночную плевру, висцеральную плевру и легочную ткань задней поверхности нижней доли правого легкого, в толще которой слепо заканчивается, общей длиной 5,5 см, от ран №№ 3,4 - в направлениях сзади наперед и несколько сверху вниз, повреждая на своем протяжении кожу, подкожную клетчатку и мягкие ткани, слепо заканчиваются в толще правой пояснично-подвздошной мышцы, не проникая в полость брюшины, длинами по 5,5 см каждый, от раны № 5 - в направлении справа налево, сзади наперед, горизонтально, повреждая кожу и подкожную клетчатку, где слепо заканчивается, длиной 0,3 см, от раны № 6 - в направлении снизу вверх, спереди назад, слева направо, повреждая на своем протяжении кожу, подкожную клетчатку, правую плечевую артерию и одну из сопровождающих ее плечевых вен, подлежащую мышечную ткань, в толще которой слепо заканчивается, длиной 3 см; длина ран №№ 1-6 (от 0,6 см до 4,5 см), наибольшая длина раневого канала ран №№ 1-6 (5,5 см). Повреждение группы Г образовалось от одного воздействия тупым твердым предметом с ограниченной соударяющей поверхностью в правую лобную область. Повреждения группы Д образовались от 13 (тринадцати) и более воздействий в область головы, 12 (двенадцати) и более воздействий в область грудной клетки, 11 (одиннадцати) и более воздействий в область верхних и нижних конечностей тупыми твердыми предметами. Повреждения группы Е образовались от 28 (двадцати восьми) воздействий в указанные анатомические области, могли образоваться как от тупых твердых предметов с ограниченной травмирующей поверхностью, так и от острых предметов, на что указывает форма (полосовидная линейная) и толщина (до 0,1 см) данных ссадин. Повреждения группы Ж образовались от 14 (четырнадцати) воздействий в указанные анатомические области объектом/объектами обладающим/обладающими острым режущим краем, на что указывает веретенообразная форма ран, ровные гладкие кровоподтечные стенки, острые концы, ровные неосадненные края ран, преобладание длины ран над их глубиной. Повреждения группы З образовались от 14 (четырнадцати) и более воздействий тупыми твердыми предметами в указанные анатомические области. Повреждения групп А,Б,В,Г,Д,Е,Ж образовались в ориентировочный промежуток времени, исчисляемый единицами, вплоть до десятков минут до момента наступления смерти У.а К.А., на что указывают данные наружного и внутреннего исследования трупа (ссадины с темно-красным западающим дном, кровоподтеки багрово-синюшного цвета, кровоизлияния в мягкие ткани темно-красного цвета) и судебно-гистологической экспертизы (кровоизлияния в объектах с признаками минимальных реактивных изменений). Повреждения группы З образовались в посмертном периоде, на что указывает желтый цвет, пергаментная плотность, отсутствие кровоизлияний в дне ссадин. 

Повреждение группы А расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни и развития угрожающего жизни состояния – острой кровопотери и повлекло за собой наступление смерти потерпевшего. Повреждения группы Б расцениваются, как причинившее тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни. Повреждения групп В,Г на момент причинения не являются опасными для жизни человека и оцениваются по исходу, в связи с чем сделать вывод о степени тяжести вреда здоровью не представляется возможным, так как смерть У.а К.А. наступила ранее определившегося исхода данных повреждений. После причинения У.у К.А. опасного для жизни и повлекшего за собой его смерть повреждения группы А не исключается возможность совершения им самостоятельных действий, не связанных со значительной физической нагрузкой в ориентировочном промежутке времени, исчисляемым десятками секунд, вплоть до единиц минут, на что указывает характер имеющихся повреждений и данные судебно-гистологической экспертизы. Интенсивность самостоятельных действий с течением времени прогрессивно снижалась соответственно нарастанию объема кровопотери. После причинения потерпевшему повреждений групп Б,В,Г,Д,Е,Ж он мог совершать любые самостоятельные действия на протяжении всего промежутка времени от момента их образования до момента наступления смерти. При судебно-химической экспертизе крови от трупа У.а К.А. обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,8 г/л, что у живых лиц соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения. При нанесении У.у К.А. прижизненных повреждений групп А,Б,В,Г,Д,Е,Ж взаиморасположение потерпевшего и нападавшего могло быть любым, не исключающим возможность их нанесения. Все прижизненные повреждения, имеющиеся на трупе У.а К.А., кроме расположенных на задней поверхности грудной клетки (колото-резаные раны №№ 2,5, резаные раны в количестве 10, ссадины в количестве 13) имеют локализацию, доступную для действия собственной руки (т. 2 л.д. 73-81).

Согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы от 27.05.2019 г., учитывая наличие следующих повреждений на трупе У.а К.А. в области грудной клетки и живота – двух ссадин линейной формы на передней поверхности грудной клетки слева в проекции третьего ребра между среднеключичной и переднеподмышечной линиями слева размерами 0,3х0,1 см и 6х0,1 см (которые могли образоваться как от тупого, так и от острого объекта - см. выводы заключения эксперта № 60 от 12 февраля – 12 марта 2019 г) и одной колото-резаной раны (рана № 1) на передней брюшной стенке на расстоянии 2 см правее условной срединной линии тела непосредственно под реберной дугой, можно сделать вывод, что не исключается возможность образования данных повреждений при обстоятельствах, указанных в установочной части № 1 представленного постановления, а именно – при двух и более воздействиях ножом в область передней поверхности грудной клетки и живота. В данном случае повреждение в виде колото-резаной раны передней брюшной стенки (рана № 1) образовалась в результате колюще-режущего воздействия клинка ножа, а линейные ссадины передней поверхности грудной клетки могли образоваться от тангенциального воздействия (т.е. воздействия под острым углом) лезвийной части, либо острия клинка данного ножа. Учитывая наличие следующих повреждений на трупе У.а К.А. в области задней поверхности тела, а именно – колото-резаных ран № 2 (задняя поверхность грудной клетки справа), №№ 3,4 (задняя поверхность тела – поясничная область справа), 5 (задняя поверхность грудной клетки справа), а также направлений раневых каналов от ран №№ 2,3,4,5 (сверху вниз – от ран №№ 3,4, горизонтально – от ран №№ 2,5), можно сделать вывод, что не исключается возможность образования данных повреждений при обстоятельствах, указанных в установочной части № 1 представленного постановления, а именно – от трех и более воздействий в различные области спины колюще-режущим объектом (в т. числе и ножом). Учитывая наличие следующих повреждений на трупе У.а К.А. в области живота, правой руки, задней поверхности тела (в частности колото-резаные раны №№ 1,2,3,4,5,6), можно сделать вывод, что данные телесные повреждения на трупе У.а К.А. могли образоваться при обстоятельствах, указанных в установочной части № 2, а именно при нанесении в указанные области тела 4-5 и более ударов колюще-режущим объектом (в т. числе ножом). Повреждения групп А,Б,В образовались от одного воздействия в область правого плеча (группа А - рана № 6), одного воздействия в область передней брюшной стенки (группа Б - рана № 1), двух воздействий в область грудной клетки (группа Б – рана № 2, группа В – рана № 5), двух воздействий в правую поясничную область (группа В – раны №№ 3,4) объектом/объектами, обладающим/обладающими колюще-режущими свойствами; т.е. в совокупности У.у К.А. было нанесено шесть воздействий колюще-режущим объектом. Учитывая длины ран №№ 1-6, длины раневых каналов от ран №№ 1-6, параметры представленного на экспертизу ножа, нельзя исключить возможность образования указанных повреждений (а именно – повреждений групп А,Б,В, т.е. колото-резаных ранений) представленным на экспертизу ножом, равно как и любым другим колюще-режущим объектом, обладающим сопоставимыми параметрами и характеристиками (т. 2 л.д. 109-115).

Согласно заключению эксперта № 101 от 21.03.2019 года, кровь потерпевшего У.а К.А. и обвиняемой ФИО1 является одногруппной и относится к группе О??. На кофте (футболке), кофте, джинсах, смыва с коридора, ванной комнаты, изъятых в ходе осмотра места происшествия, найдена кровь человека О?? группы, «мужского генетического пола» (согласно заключению эксперта №39 от 21.03.2019 г.). Полученные результаты исследования не исключают возможности происхождения данной крови от потерпевшего У.а К.А. От обвиняемой ФИО1 кровь произойти не могла, ввиду иной половой принадлежности. На ручке и клинке ножа, двух вырезах обоев, осколках стекла №1-8, трех деревянных обломках, двух сланцах, штанах (шортах), изъятых в ходе осмотра места происшествия, найдена кровь человека О?? группы, «определить половую принадлежность крови не представилось возможным» (согласно заключению эксперта-цитолога №№39 от 21.03.2019 г.). Полученные результаты исследования не исключают возможности происхождения данной крови как от потерпевшего У.а К.А., так и от обвиняемой ФИО1, при наличии у последней повреждений, сопровождавшихся наружным кровотечением. На ноже пот не найден (т. 2 л.д. 96-100).

Согласно заключению эксперта № 301 от 24.05.2019 года, представленный на экспертизу нож, изъятый 11 февраля 2019 год в квартире 45 дома 4 «а» по улице __ города Балаково Саратовской области, к холодному оружию не относится, а является ножом хозяйственно-бытового назначения, промышленного изготовления (т. 2 л.д. 142-143).

Согласно заключению комиссии экспертов №546 от 23.04.2019 года, ФИО1 какого-либо психического расстройства (хронического, временного), слабоумия, либо иного болезненного состояния психики в период, относящийся к инкриминируемому ей правонарушению, не обнаруживала, и в настоящее время не обнаруживает. Поэтому в отношении инкриминируемого ей деяния она могла и в настоящее время может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 2 л.д. 134-136).

Данное заключение не вызывает у суда сомнений в законности и объективности, поскольку оно обоснованное и мотивированное, дано после непосредственного изучения личности ФИО1, её медицинских документов и материалов уголовного дела. 

На основании указанного заключения и с учётом адекватных действий подсудимой, суд признаёт ФИО1 вменяемой и подлежащей уголовной ответственности. 

Оценив показания потерпевшей, свидетелей, данные, отражённые в приведённых документах, суд признаёт их достоверными, относимыми и допустимыми, поскольку каждое из указанных доказательств в отдельности логически взаимосвязано с другими доказательствами, последовательное, имеет непосредственное отношение к обстоятельствам преступления и добыто в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законом. 

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ, - убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

ФИО1, действуя с прямым умыслом и желая причинить смерть У.у К.А., нанесла ему множественные удары ножом в область правого плеча, грудной клетки, живота, от которых У. К.А. через короткий промежуток времени скончался на месте совершения преступления. 

Доводы ФИО1 о том, что удары ножом она наносила У.у К.А., не имея умысла на его убийство, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами. 

О прямом умысле ФИО1 на причинение смерти У.у К.А. свидетельствуют обстоятельства причинения телесных повреждений, а именно использование подсудимой ножа в качестве орудия преступления и характер совершенных ею действий, выразившихся в целенаправленном нанесении ударов ножом в жизненно важные органы потерпевшего, количество нанесенных ударов (не менее шести), а также наступившие последствия в виде телесных повреждений, причинивших тяжкий опасный для жизни вред здоровью потерпевшего, от которых У. К.А. скончался спустя непродолжительное время после их причинения на месте совершения преступления. При этом, суд приходит к выводу о том, что при нанесении ударов ножом У.у К.А., ФИО1 осознавала противоправность своих действий, предвидела возможность наступления смерти У.а К.А. и желала наступления этих последствий.

Мотивом совершения преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие у ФИО1 к У.у К.А. на почве произошедшего в квартире конфликта.

Доводы подсудимой ФИО1 и её защитника о том, что ФИО1 необходимо оправдать ввиду того, что она действовала в состоянии необходимой обороны, пояснив, что У. первым начал конфликт, на словах угрожал ей изнасилованием, начал потасовку с П.ым Д.М., которого бил головой о стены, схватил ее за шею, после чего ФИО1 испугалась за свою жизнь и нанесла У.у К.А. удары ножом, суд находит несостоятельными и отвергает, поскольку как установлено в судебном заседании, в ходе возникшей ссоры У. К.А. высказывал в адрес ФИО1 слова нецензурной брани, трогал ее за руки, пытался обнять, отказывался уходить, а после ударов П.а Д.М. размахивал руками, больше никаких действий, свидетельствующих о намерении У.а К.А. причинить вред здоровью ФИО1 или П.а Д.М., а тем более смерть, со стороны У.а К.А. предпринято не было. 

Как пояснил в судебном заседании свидетель П. Д.М., У. К.А. высказывал в адрес ФИО1 слова брани, пытался обнять. В его адрес У. К.А. угроз не высказывал, а только проявлял неуважение. Он первым нанес удар бутылкой по голове У.у К.А., когда тот проснулся, встал с кресла и пошел в сторону ФИО1, поскольку предположил, что может начаться конфликт, а он хотел иметь преимущество перед У.ым К.А. в силе. Никаких угроз в адрес ФИО1 в тот момент У. К.А. не высказывал. Во время борьбы они с У.ым К.А. находились в коридоре возле кухни, а ФИО1 вышла из кухни и нанесла удары ножом У.у К.А. 

Из показаний ФИО1 и П.а Д.М. следует, что они предполагали, что У. К.А. представляет для них опасность, потому что он неуважительно вел себя по отношению к ним, не хотел уходить из квартиры, не прекращал словесный конфликт.

Тот факт, что У. К.А. не причинил П.у Д.М. и ФИО1 никакого существенного физического вреда, свидетельствуют проведенные в отношении последних судебно-медицинские экспертизы. Так, в опровержение доводов ФИО1, пояснившей о том, что У. бил головой о стены П.а, имеется экспертное заключение, из которого видно, что никаких телесных повреждений в области головы у П.а Д.М. не было. 

Довод ФИО1 о том, что У. хватал её за горло и сдавливал его, также опровергается заключением судебно-медицинского эксперта.

Показания свидетеля П.а Д.М. подробные и последовательные. Они полностью согласуются с экспертными заключениями о наличии телесных повреждений. 

Тогда как свои показания ФИО1 неоднократно изменяла, говоря о разном количестве нанесенных ей ножом ударов У.у. Так, в своих первых показаниях ФИО1 в качестве подозреваемой, количество ударов полностью совпадало с количеством указанных в экспертном заключении ножевых ранений, нанесенных У.у. Однако, затем в качестве обвиняемой ФИО1 пояснила, что нанесла всего три удара ножом У.у, а в судебном заседании и вовсе она говорила лишь о двух ударах.

Довод защиты о том, что изначально при допросе в качестве подозреваемой ФИО1 оговорила себя, взяв на себя всю вину, так как хотела, чтобы П. Д.М. избежал уголовной ответственности за нанесение ударов ножом, суд счел не состоятельным, поскольку в ходе рассмотрения дела предыдущим составом суда, ФИО1 как и в первых показаниях, поясняла, что нанесла У.у не менее 5-ти ударов ножом, а также то, что у неё была возможность свободно выйти из квартиры (том 3 л.д. 62). 

Со слов П.а Д.М., У. К.А. находился постоянно рядом с ним, размахивал руками, однако, был сильно пьян, а поэтому не причинил ему никакого вреда. ФИО1 же в это время могла свободно передвигаться по квартире и у нее имелась возможность покинуть квартиру, позвать кого-либо на помощь или вызвать сотрудников полиции.

У. К.А. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, о чем свидетельствует наличие в его крови концентрации этилового спирта 2,8 г/л. (том 2 л.д. 82). 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что у ФИО1 не было оснований опасаться за свою жизнь и здоровье. 

Доводы ФИО1 также опровергаются характером повреждений, обнаруженных у погибшего, которые свидетельствуют о нанесении ему множественных ударов ножом в область правого плеча, грудной клетки, живота, что свидетельствует о том, что ФИО1 нанесла данные удары потерпевшему не из необходимости обезопасить себя от возможных противоправных действий со стороны У.а К.А., а с целью причинения последнему смерти.

Факт наличия у подсудимой ФИО1 таких телесных повреждений, как ссадина на левой боковой поверхности шеи, кровоподтек на передневнутренней поверхности нижней трети правого запястья, кровоподтек на передневнутренней поверхности средней трети левого бедра, не опровергают выводы суда об умышленном причинении ФИО1 смерти У.у К.А. 

Позицию ФИО1 суд расценивает, как избранный способ защиты с целью уклонения от ответственности за совершенное ею преступление.

Доводы П.а Д.М. о том, что У. К.А. был пьян настолько, что не мог оказывать сопротивление, а лишь махал руками из стороны в сторону, подтверждаются наличием значительной концентрации этилового спирта в его крови, а также отсутствием согласно экспертизе каких-либо повреждений у П.а Д.М., которые могли бы возникнуть от ударов.

Довод защиты о том, что уголовное дело необходимо было возвратить прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку ФИО1 не было предъявлено обвинение, суд отвергает, поскольку на л.д. 162-165 тома № 2 имеется постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемой по ст. 105 ч. 1 УК РФ. 

Согласно экспертному заключению У.у К.А. было причинено множество ударов после его смерти, которые не имеет отношения к его убийству и не были нанесены колюще-режущим орудием. 

Явка П.а Д.М. с повинной не является доказательством его причастности к убийству У.а К.А., так как причина, по которой П. Д.М. оговорил себя, вполне обоснована. Со слов П.а Д.М., он винил себя за то, что против воли ФИО1 привел в квартиру У.а К.А., а затем наносил тому множественные удары. Таким образом, он хотел оградить от уголовной ответственности ФИО1, с которой у него близкие отношения. Тогда как ФИО1, желая избежать ответственности, экстренно покинула г. Балаково, скрываясь в г. Москва. 

Исследованные доказательства свидетельствуют о том, что У. К.А. не нападал на ФИО1 и П.а, а лишь защищался от нанесения ударов, что подтверждается экспертным заключением об обнаружении у него большого количества повреждений. Угрозы жизни и здоровью ФИО1 ничего не угрожало, а её действия по нанесению ударов была обоснована накопленной ненавистью к У.у К.А. из-за аморального поведения последнего.

Учитывая изложенное выше, ФИО1 не находилась в состоянии необходимой обороны или её превышения, а также в соответствии с заключением комиссии экспертов (том 2 л.д. 134-136) ФИО1 не находилась в состоянии аффекта.

Каких-либо оснований оговаривать ФИО1, у П.а Д.М. не было, а его показания полностью согласуются с исследованными в судебном заседании доказательствами стороны обвинения. 

При назначении наказания подсудимой, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновной, обстоятельства, смягчающие наказание, состояние ее здоровья, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия её жизни.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, наличие у неё заболеваний, состояние здоровья близких родственников.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, судом не установлено.

В соответствии с п. 1.1 статьи 63 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, обстоятельств его совершения, влияния состояния опьянения на её поведение при совершении преступления, личности виновной, суд не признает отягчающим обстоятельством совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учётом изложенного, в целях исправления ФИО1 и предупреждения совершения ей новых преступлений, суд считает необходимым назначить ей наказание в виде лишения свободы с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ и невозможным назначение более мягкого наказания и применения к ней положений статей 64 и 73 УК РФ, так как это не будет способствовать целям исправления. 

На основании положений статьи 58 УК РФ отбывание лишения свободы ФИО1 следует назначить в исправительной колонии общего режима. 

Учитывая наличие у ФИО1 смягчающих обстоятельств, суд не применяет к ней дополнительное наказание в виде ограничения свободы. 

Принимая во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, мотив, цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления и данные о личности подсудимой, суд не усмотрел оснований для изменения категории согласно ч. 6 ст. 15 УК РФ совершенного ФИО1 преступления.

В целях исполнения приговора суд оставляет подсудимой меру пресечения до вступления приговора в законную силу - в виде заключения под стражу.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии с требованиями статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В ходе судебного заседания потерпевшая У.а Н.П. заявила гражданский иск о взыскании с ФИО1 в качестве компенсации за нанесенный моральный вред 60000 рублей, а также в возмещение материального ущерба расходы, понесенные в связи с погребением У.а К.А. в сумме 46519 рублей. 

Мотивируя причину взыскания компенсации морального вреда с ФИО1, У.а Н.П. указала, что в результате смерти У.а К.А. ей, как матери были причинены нравственные страдания.

В судебном заседании У.а Н.П. поддержала свои исковые требования, тогда как ФИО1 исковые требования не признала.

Согласно положению статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Приведёнными выше доказательствами установлено, что убийство У.а К.А. было совершено ФИО1 и в связи с этим У.ой Н.П. были причинены нравственные страдания, в связи с чем, на основании статей 151, 1099-1101 ГК РФ, требование о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда подлежит удовлетворению в полном объеме в размере 60 000 рублей.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В судебном заседании установлено, что в результате действий ФИО1 потерпевшей У.ой Н.П. причинен материальный ущерб на сумму 46519 рублей, что подтверждается представленным документами: чек-ордер от 14.02.2019 г. на сумму 11 227 рублей, квитанция от 14.02.2019 года на сумму 31360 рублей, чеки от 14.02.2019 г. на сумму 800 рублей и 3132 рубля.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований У.ой Н.П. о взыскании с ФИО1 имущественного ущерба в сумме 46 519 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 302, 307, 308 и 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд,

приговорил:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, в срок назначенного наказания в виде лишения свободы засчитать ФИО1 время содержания её под стражей с 14.02.2019 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Исковые требования У.ой Н. П. удовлетворить в полном размере.

Взыскать с ФИО1 в пользу У.ой Н. П. материальный ущерб в сумме 46 519 рублей и в счёт компенсации морального вреда в сумме 60 000 рублей, а всего - в сумме 106519 рублей.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу, оставить прежней - в виде заключения под стражу.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу : 

деревянные обломки ножек табурета, деревянные обломки ножек табурета и сиденье табурета, обтянутое мягким материалом белого цвета, сиденье табурета, обтянутое мягким материалом белого цвета, срез обоев, на которых имеются пятна вещества темно-бурого цвета, смыв вещества темно – бурого цвета с поверхности пола в коридоре, осколки стекла прозрачного цвета с наложением вещества темно-бурого цвета, смыв вещества темно – бурого цвета с поверхности пола в ванной комнате, окурок сигареты марки «Филлип Моррис», осколки стекла прозрачного цвета с чайным налетом и наложением вещества темно-бурого цвета, окурок сигареты марки «Филлип Моррис», обнаруженный у холодильника, нож с рукояткой розового цвета длиной примерно 19 см, окурок сигареты марки «Филлип Моррис» - уничтожить,

мужскую обувь светло-коричневого цвета, мужскую куртку темно-синего цвета, мужскую кофту с длинными рукавами бежевого цвета, джинсы синего цвета, трусы серого цвета, носок черного цвета – передать потерпевшей У.ой Н.П., 

кофту с длинными рукавами серого цвета, джинсы серого цвета – передать П.у Д.М., 

сотовый телефон марки «honor» в корпусе черного цвета, женские шлепанцы розового цвета, штаны черного цвета, кофту темно-синего цвета, – передать ФИО1 или её близкому родственнику.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Саратовского областного суда через Балаковский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей в тот же период, с момента вручения ей копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должна указать в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобу или представление.

Судья А.В. Балахонов