Дело № 2-22/2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

17 января 2019 г. г. Рузаевка 

Рузаевский районный суд Республики Мордовия в составе

председательствующего судьи Милешиной И.П.,

при секретаре Маркиной Е.М.,

с участием в деле:

истца ФИО1,

его представителя адвоката Марковской Т. С., действующей на основании удостоверения № 327 и ордера № 725 от 12 ноября 2018 г.,

ответчика общества с ограниченной ответственностью страховая компания «Кардиф»,

его представителей общества с ограниченной ответственностью «Интелсво», действующего на основании доверенности № 72 от 28 мая 2018 г.; ФИО2, действующего на основании доверенности № 73 от 28 мая 2018 г.

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Банк ВТБ (публичное акционерное общество),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью страховая компания «Кардиф» о признании пункта договора недействительным, взыскании денежной суммы, штрафа и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с поименованным иском к обществу с ограниченной ответственностью страховая компания «Кардиф» (далее также ООО СК «Кардиф», ответчик), по тем основаниям, что 3 ноября 2017 г. между ним и ответчиком заключен кредитный договор №, по условиям которого ему предоставлен кредит в размере 1 214 178 руб. 57 коп. под 16,7% годовых на срок 60 месяцев. При заключении кредитного договора дополнительно был заключен договор страхования жизни, страховая премия по которому составляла 160 271 руб. 57 коп. 15 августа 2018 г. кредит им полностью погашен. 28 сентября 2018 г. он обратился в страховую компанию с заявлением о расторжении договора страхования в связи с досрочным погашением кредита и возврате удержанной с него страховой премии, в удовлетворении которого ответчиком ему было отказано со ссылкой на отсутствие обстоятельств, при которых возможность наступления страхового случая отпала. Просит признать пункт 17 договора страхования № № от 3 ноября 2017 г., заключенного с ООО СК «Кардиф» недействительным, взыскать с ответчика в его пользу взысканную с него страховую премию в размере 160 271 руб. 57 коп., затраты по оплате юридической помощи в размере 20 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50 процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В письменном заявлении от 10 января 2019 г. истец ФИО1 уменьшил размер исковых требований, просил взыскать с ООО СК «Кардиф» в его пользу часть страховой премии, неиспользованной в связи с прекращением действий договора страхования, в размере 130 533 руб. 17 коп. (л.д. 196-198).

Определением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 17 января 2019 г. производство по делу в части исковых требований о признании пункта 17 договора страхования № № от 3 ноября 2017 г., заключенного с ООО СК «Кардиф», недействительным, прекращено, в связи с отказом истца от этой части иска (л.д. 215-217).

Истец ФИО1 своевременно и надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства (л.д. 201), в судебное заседание не явился, письменно ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 214).

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по ордеру (л.д. 35) адвокат Марковская Т.С. не возражала против удовлетворения исковых требований истца. 

Ответчик ООО СК «Кардиф» и его представители по доверенностям (л.д. 177, 178) ООО «Интелсво», ФИО2 надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте судебного разбирательства (л.д. 203, 204), в судебное заседание не явились. Представитель ООО СК «Кардиф» по доверенности ФИО2 письменно ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие представителя ответчика (л.д. 176).

В письменных возражениях ответчик ООО СК «Кардиф» считает исковые требования неподлежащими удовлетворению, в связи с отсутствием нарушения прав истца при заключении договора страхования жизни, который напрямую с кредитованием не связан и не является существенным условием кредитного договора. ФИО1, при подписании договора страхования, действовал по своему усмотрению, с его условиями ознакомлен, о чем свидетельствует его подпись. Договором страхования в соответствии с Указаниями Банка России от 20 ноября 2015 г. № 3854-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования», предусмотрены условия возврата страхователю уплаченной страховой премии. Обращений истца о расторжении договора в течение срока, предусмотренного договором страхования в соответствии с Указаниями Банка России, не поступало, досрочное выполнение обязательств по кредитному договору не может быть рассмотрено как обстоятельство, подтверждающее, что возможность наступления страхового случая отпала и не является основанием для возврата уплаченной по договору страхования страховой премии, иных доказательств невозможности наступления страхового случая и прекращения существования страхового иска, истцом не представлено. Оснований для применения санкций в виде штрафа и компенсации морального вреда не имеется в виду отсутствия нарушения прав истца действиями страховщика. Более того, доказательств в подтверждение моральных и нравственных страданий истцом не представлено. Считают заявленные к взысканию расходы на оплату услуг представителя чрезмерно завышенными и неподлежащими взысканию. В случае отклонения доводов ответчика, просят применить статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (л.д. 169-176)

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Банк ВТБ (публичное акционерное общество), надлежащим образом и своевременно извещенное о времени и месте судебного разбирательства (л.д. 205), своего представителя в суд не направило. 

Суд в соответствии с частью третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, участвующих по делу, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не просивших суд об отложении судебного разбирательства в связи с неявкой по уважительной причине. 

Заслушав объяснения представителя истца, исследовав письменные материалы дела, суд частично удовлетворяет исковые требования по следующим основаниям.

Материалами дела установлено, что 3 ноября 2017 г. между Банк ВТБ 24 (ПАО), правопреемником которого является Банк ВТБ (публичное акционерное общество) (далее также Банк ВТБ (ПАО), и ФИО1 заключен кредитный договор №, по условиям которого Банк предоставил истцу кредит в размере 1 214 178 руб. 57 коп. сроком на 60 месяцев, с уплатой процентов за пользование кредитом в размере 16,7 % годовых (л.д. 11-19, 57-63).

Пунктом 11 кредитного договора, заключенного с ФИО1, установлены цели использования заемщиком потребительского кредита – для оплаты за транспортное средство /сервисных услуг/ на оплату страховых взносов.

В соответствии с пунктом 25 кредитного договора заемщик поручает Банку (без оформления каких-либо дополнительных распоряжений со стороны заемщика) в течение трех рабочих дней со дня зачисления кредита на банковский счет перечислить денежные средства с банковского счета в том числе в счет оплаты по договору страхования жизни заемщика в размере 160 271 руб. 57 коп.

В тот же день, 3 ноября 2018 г., между ООО СК «Кардиф» и ФИО1 на основании Правил добровольного страхования от несчастных случаев и болезней от 28 февраля 2014 г., заключен договор страхования от несчастных случаев и болезней № № по рискам «смерть застрахованного лица в результате несчастного случая и болезни», «установление застрахованному лицу инвалидности 1 группы в результате несчастного случая или болезни» (л.д. 20-21, 209-210).

Страховая сумма в день заключения договора страхования составила 1 214 178 руб. 57 коп. плюс 50 000 рублей.

Согласно пункту 17 договора, страховая премия рассчитывается и уплачивается единовременно за весь срок действия договора страхования и составляет 160 271 руб. 57 коп.

Договор страхования заключен сроком на 60 месяцев.

В соответствии с абзацем 4 пункта 10 договора страхования страхователь вправе досрочно прекратить договор страхования путем направления страховщику письменного заявления. Договор считается прекратившим свое действие с даты получения страховщиком письменного заявления (при этом датой его прекращения считается дата направления письменного заявления). 

В случае досрочного отказа страхователя от договора страхования в течении 5 рабочих дней с даты заключения договора страхования при отсутствии в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая, страховая премия подлежит возврату страхователю в полном объеме, если он отказался от договора до даты начала действия договора страхования. В случае если страхователь отказался от договора страхования после даты начала действия договора страхования, страховщик вправе удержать ее часть пропорционально сроку действия договора, прошедшему с даты начала страхования до даты прекращения договора.

Возврат страховой премии осуществляется наличными средствами или в безналичном порядке в срок, не превышающий 10 рабочих дней со дня получения письменного заявления страхования об отказе от договора страхования и представления необходимого к рассмотрению комплекта документов.

В соответствии с подпунктом «г» пункта 7.6 Правил добровольного страхования от несчастных случаев и болезней от 28 февраля 2014 г., являющихся неотъемлемой частью договора страхования, действие договора страхования прекращается по инициативе страхователя, если возможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай (л.д. 123-161).

При досрочном отказе страхователя от договора страхования по основаниям изложенным в подпункта «г» пункта 7.6 Правил страховщик имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течении которого действовало страхование (пункт 7.7 Правил)

Истец свои обязательства по оплате страховой премии исполнил, денежные средства в размере 160 271 руб. 57 коп. предоставлены ООО СК «Кардиф» на расчетный счет, что подтверждается выпиской по лицевому счету (л.д. 76).

Согласно сведениям, предоставленным 20 сентября 2018 г. Банк ВТБ (ПАО), задолженность по кредитному договору №, заключенному с ФИО1 полностью погашена (л.д. 22).

3 октября 2018 г. истец ФИО1 обратился в ООО СК «Кардиф» с заявлением о досрочном расторжении договора страхования, в связи с досрочным погашением кредита и возврате уплаченной страховой премии, которое получено ответчиком 8 октября 2018 г. (л.д. 47, 184-185).

Заявление о досрочном расторжении договора страхования и возврате уплаченной страховой премии, ООО СК «Кардиф» оставлено без удовлетворения (л.д. 48).

Разрешая заявленные ФИО1 требования, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора и его условия определяются по своему усмотрению (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Из пункта 1 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор страхования прекращается до наступления срока, на который он был заключен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай. К таким обстоятельствам, в частности, относятся гибель застрахованного имущества по причинам иным, чем наступление страхового случая, и прекращение в установленном порядке предпринимательской деятельности лицом, застраховавшим предпринимательский риск или риск гражданской ответственности, связанной с этой деятельностью. Если договор страхования досрочно прекращен по указанным обстоятельствам, страховщик имеет право только на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование (пункт 3 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Это положение означает, что остальную часть страховой премии страховщик обязан возвратить страхователю.

В соответствии с пунктом 3 статьи 16 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) не вправе без согласия потребителя выполнять дополнительные работы, услуги за плату. Потребитель вправе отказаться от оплаты таких работ (услуг), а если они оплачены, потребитель вправе потребовать от продавца (исполнителя) возврата уплаченной суммы.

Абзацем 1 пункта 3 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при досрочном прекращении договора страхования по обстоятельствам, указанным в пункте 1 настоящей статьи, страховщик имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Таким образом, страховой случай включает в себя не только опасность, от которой производится страхование, факт причинения вреда и причинную связь между опасностью и вредом, но и предполагает возникновение у страховщика обязанности по выплате страхового возмещения.

Однако учитывая, что страховая сумма по договору страхования, заключенному с ФИО1, равна фактическому размеру его задолженности по кредитному договору, у страховой компании не может возникнуть обязательство по выплате страхового возмещения после досрочного исполнения обязанностей страхователя по кредитному договору, поскольку размер страховой суммы будет равен нулю.

При таком положении суд считает, что в связи с отсутствием у ФИО1 задолженности по кредитному договору, возможность наступления страхового случая отпала, поскольку страхователь утратил право на получение страховой выплаты, в связи с чем довод ответчика, что досрочное выполнение обязательств по кредитному договору не может быть рассмотрено как обстоятельство, подтверждающее факт того, что возможность наступления страхового случая отпала и не является основанием для возврата уплаченной по договору страхования страховой премии, признается судом несостоятельным.

Принимая во внимания данные обстоятельства, страховщик в соответствии с положениями абзаца 1 пункта 3 статьи 958 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование; остальная часть страховой суммы подлежит возвращению, в связи с чем такие требования истца подлежат удовлетворению.

Таким образом, в случае досрочного прекращения договора страхования по обстоятельствам иным, чем страховой случай, страховщик имеет право на часть страховой премии в размере, пропорциональном времени, в течение которого действовало страхование.

При рассмотрении дела установлено, что страхование в отношении ФИО1 действует с 3 ноября 2017 г., плата за страхование (страховая премия) страховщику осуществлена.

Письменное заявление ФИО1 об отказе от страхования направлено в адрес ООО СК «Кардиф» 3 октября 2018 г. и получено страховщиком 8 октября 2018 г. и с этой даты договор страхования считается прекратившим свое действие.

В связи с этим у ООО СК «Кардиф» возникла обязанность по возврату ФИО1 уплаченной при заключении договора страхования страховой премии за вычетом части, пропорциональной времени действия договора страхования (с 3 ноября 2017 г. по 7 октября 2018 г.).

Доказательств наличия в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая, суду не представлены.

Расчет размера страховой премии, подлежащей возврату, будет следующим:

160 271 руб. 57 коп. : 1826 дней (60 месяцев) х 339 дней = 29 754 руб. 69 коп.

160 271 руб. 57 коп. – 29 754 руб. 69 коп. = 130 516 руб. 88 коп.

Таким образом, с ООО СК «Кардиф» в пользу ФИО1 подлежит взысканию страховая премия в размере 130 516 руб. 88 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании с ООО СК «Кардиф» страховой премии в размере 16 руб. 29 коп., ФИО1 отказать.

Вопросы компенсации морального вреда, ответственности за нарушение прав потребителя (штраф) специальным законом не урегулированы и, следовательно, к отношениям сторон в этой части применяются общие положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей» о компенсации морального вреда (статья 15), и об ответственности за нарушение прав потребителя (пункт 6 статьи 13). 

Изложенная правовая позиция основана на разъяснениях, данных в пунктах 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17). 

В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 45 постановления от 28 июня 2012 г. №17 разъяснил, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. 

Установив факт нарушения ответчиком ООО СК «Кардиф» права истца на возврат страховой премии в связи с досрочным погашением кредитной задолженности и, соответственно, факт нарушения прав потребителя, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО1 о компенсации морального вреда обоснованы и подлежат удовлетворению. 

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, длительность нарушения прав истца, степень вины ответчика, характер причиненных ФИО1 нравственных страданий, и считает разумным и справедливым присудить истцу компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований к ООО СК «Кардиф» о взыскании компенсации морального вреда в размере 48 000 рублей (50 000 руб. – 2 000 руб.) суд истцу ФИО1 отказывает.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. 

При рассмотрении заявления представителя ответчика о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшении размера подлежащего взысканию штрафа, суд исходит из следующего. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку (статья 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку (штраф) в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Исследуя вопрос исключительности случая и допустимости уменьшения размера взыскиваемого штрафа, исходя из анализа всех обстоятельств дела и оценки соразмерности заявленных сумм, учитывая допущенное ответчиком нарушение прав истца, объем, характер и продолжительность данного нарушения, вины ответчика, необходимость соблюдения баланса прав и интересов сторон спорного правоотношения, принцип разумности и справедливости, основываясь на позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 21 декабря 2000 г. № 263-О, что штраф является мерой имущественной ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств и не должен служить целям обогащения потребителя, суд в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению представителя ответчика уменьшает размер штрафа до 50 000 рублей. 

В остальной части в удовлетворении требований о взыскании штрафа в размере 16 258 руб. 44 коп. (130 516 руб. 88 коп. + 2 000 руб. х 50%) – 50 000 руб.) суд отказывает.

При решении вопроса о судебных расходах, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся:

суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам;

расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации;

расходы на оплату услуг представителей;

расходы на производство осмотра на месте;

другие признанные судом необходимыми расходы.

Истцом ФИО1 представлено заявление о возмещении ему расходов на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.

Статьёй 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги.

Поскольку состоялось судебное постановление в пользу истца, согласно статьям 88, 98 и 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, понесенные им расходы на оплату представителя подлежат возмещению за счет ответчика.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 10 постановления от 21 января 2016 г. №1 разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Согласно пункту 12 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Размер и порядок оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором.

Понесенные истцом ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей подтверждаются представленным соглашением об оказании юридической помощи, заключенного от 7 ноября 2018 г. между адвокатом Марковской Т.С. и ФИО1 и квитанцией № 21 от 7 ноября 2018 г. (л.д. 32-34, 35).

Поскольку истцом доказан факт несения расходов на оплату услуг представителя, а также связь между понесенными расходами и делом, рассмотренным в суде с его участием, суд признает данные расходы судебными издержками. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российский Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 г. №382-0-0, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым реализацию требований части третьей статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. И именно поэтому в части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Таким образом, законодатель связывает возмещение расходов по оплате услуг представителя с их разумностью.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации пункте 13 постановления от 21 января 2016 г. №1 разъяснил, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства 

При оценке разумности заявленных истцами расходов суд исходит из объема и времени оказанной представителем помощи - составление искового заявления, участие в судебных заседаниях, их количество и продолжительность, сложность дела, его конкретные обстоятельства.

Доказательств тому, что указанные расходы носят явно неразумный (чрезмерный) характер, суду не представлено, однако суд, учитывая объем требований, сложность рассматриваемого дела, объем проделанной представителем работы, количество судебных заседаний и количество времени, затраченное на их участие представителем истца, его интеллектуальные затраты при подготовке к рассмотрению данного дела, заявление ответчика о том, что расходы на оплату услуг представителя носят завышенный характер, считает необходимым взыскать с ООО СК «Кардиф» в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 8 000 рублей. 

В удовлетворении остальной части заявления о взыскании расходов на оплату услуг представителя с ответчика в размере 12 000 рублей (20 000 руб. – 8 000 руб.), суд отказывает.

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований (часть 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпункт 8 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации). 

Поскольку истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика ООО СК «Кардиф», не освобожденного от уплаты судебных расходов, суд взыскивает в бюджет Рузаевского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 4 073 рублей (130 533 руб. 17 коп. – 100 000 руб. х 2%+3 200 руб. х 0,99 + 300 руб.), исчисленную в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью страховая компания «Кардиф» о признании пункта договора недействительным, взыскании денежной суммы, штрафа и компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью страховая компания «Кардиф» в пользу ФИО1 страховую премию в размере 130 516 (ста тридцати тысяч пятьсот шестнадцати) рублей 88 (восьмидесяти восьми) копеек; штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере в размере 50 000 (пятидесяти тысяч) рублей; компенсацию морального вреда в размере 2 000 (двух тысяч) рублей; расходы на оплату услуг представителя в размере 8 000 (восьми тысяч) рублей, а всего 190 516 (сто девяносто тысяч пятьсот шестнадцать) рублей 88 (восемьдесят восемь) копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании с общества с ограниченной ответственностью страховая компания «Кардиф» в пользу ФИО1 страховой премии в размере 16 руб. 29 коп., компенсации морального вреда в размере 48 000 рублей, штрафа в размере 16 258 руб. 44 коп. и расходов на оплату услуг представителя в размере в размере 12 000 рублей, ФИО1 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью страховая компания «Кардиф» в бюджет Рузаевского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 4 073 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения путем подачи жалобы через Рузаевский районный суд Республики Мордовия.

Судья Рузаевского районного суда

Республики Мордовия И.П.Милешина