Дело № 2-551/2025 (2-6330/2024)

66RS0006-01-2024-006426-30

Мотивированное 

решение

 изготовлено 02 октября 2025 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 сентября 2025 года Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Нагибиной И.А. при секретаре Артамоновой Е. В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных издержек,

установил:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных издержек, в обоснование заявленных требований указывая, что 02.05.2024 на ул. Краснофлотцев, 38, в г. Екатеринбурге имело место ДТП с участием автомобиля «Фольксваген», гос. 

<

 № >, принадлежащего истцу и под его управлением, автомобиля «КИА», гос. 

<

 № >, под управлением ответчика. По мнению истца, виновным в ДТП является ответчик ФИО2, автогражданская ответственность которого в установленном законом порядке не застрахована. Стоимость материального ущерба истца составила 1380600 рублей, рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП – 1244500 рублей, стоимость годных остатков – 334500 рублей. Произошла полная гибель автомобиля истца. Расходы истца на оплату экспертных услуг составили 20000 рублей, на эвакуацию автомобиля – 13390 рублей, на дефектовку – 5700 рублей, телеграфные расходы – 621 рубль 38 копеек, на уплату государственной пошлины – 23994 рубля 23 копейки.

Истец просил взыскать с ответчика в свою пользу сумму материального ущерба в размере 910000 рублей, на услуги эксперта – 20000 рублей, на уплату государственной пошлины – 23994 рубля 23 копейки, на автоэвакуатор – 13390 рублей, на дефектовку – 5700 рублей, телеграфные расходы – 621 рубль 38 копеек.

Определением суда от 09.01.2025 к участию в деле в качестве ответчика привлечена ФИО3 – собственник автомобиля «КИА», гос. 

<

 № >, под управлением ответчика ФИО2

С размером материального ущерба и виной в ДТП не согласилась сторона ответчика, пояснив, что виновным в ДТП является водитель автомобиля «Фольксваген», гос. 

<

 № >. Просили назначить судебную комплексную комиссионную автотехническую экспертизу для установления обстоятельств ДТП и суммы материального ущерба. На разрешение судебного эксперта просили поставить вопросы о том, какими пунктами правил должны были руководствоваться водители в данной дорожной ситуации, чьи действия, с технической точки зрения, явились непосредственной причиной ДТП, какова рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля потерпевшего?

Ходатайство стороны ответчика удовлетворено, по делу назначена комплексная автотехническая видеотехническая трасологическая оценочная судебная экспертиза, результаты которой поступили в суд.

По результатам проведенной судебной экспертизы стороной истца исковые требования увеличены. Истец просит установить степень вины ответчиков в причинении имущественного вреда, взыскать с ответчиков сумму материального ущерба в размере 1060200 рублей, 20000 рублей на оплату экспертных услуг, 25999 рублей 11 копеек расходов на уплату государственной пошлины, 13390 рублей на автоэвакуатор, 5700 рублей на дефектовку, 621 рубль 38 копеек телеграфных расходов, почтовые расходы, распределив суммы пропорционально вине каждого ответчика.

В судебном заседании истец и его представитель на удовлетворении исковых требований с учетом их увеличения настаивали по доводам, изложенным в исковом заявлении, заявлении об увеличении исковых требований, продолжает утверждать о наличии вины ответчика ФИО2 в ДТП в полном объеме по результатам проведенной по делу судебной экспертизы. 

Представитель ответчиков в судебном заседании полагал надлежащим ответчиком по делу ФИО2, поскольку автомобиль при управлении которым совершено ДТП, предан ФИО3 на законном основании, ФИО2 вписан в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством. ФИО3 не имеет права на управление транспортными средствами. Не согласен с выводами судебной экспертизы н в части действий водителей ни в части определения стоимости годных остатков. Просит отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Заслушав истца, представителей сторон, исследовав материалы дела, и представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу положений ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для применения ответственности, предусмотренной статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо наличие следующих условий: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, вина причинителя вреда. Отсутствие одного из вышеперечисленных условий служит основанием для отказа судом в удовлетворении иска о взыскании ущерба.

Судом установлено, следует из материалов дела, никем не оспаривается, что 02.05.2024 в 17:45 по адресу: 

<

...>, произошло столкновение транспортного средства «Фольксваген», гос. 

<

 № >, принадлежащего истцу и пол его управлением, автомобиля «КИА», гос. 

<

 № >, принадлежащего ФИО3, под управлением ФИО2

По результатам рассмотрения административного дела по факту данного ДТП должностным лицом полка ДПС со стороны водителя ФИО1 усмотрено нарушение п. 13.4 ДПП, за что последний постановлением по делу об административном правонарушении 

<

 № > привлечен к административной ответственности в виде штрафа.

Данное постановление решением по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении от 22.05.2024 отменено.

Постановлением от 02.07.2024 административное производство прекращено в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности.

Как следует из письменных объяснений водителя ФИО1, отобранных сотрудниками полиции в рамках дела об административном правонарушении, 02.05.2024 он, управляя собственным автомобилем «Фольксваген», гос. 

<

 № >, двигался по ул. ФИО4 большевиков в сторону ул. Фронтовых бригад. На перекрестке с ул. Краснофлотцев, на зеленый сигнал светофора подал сигнал поворота налево и приступил к маневру – повороту на ул. Краснофлотцев. Остановился на перекрестке перед полосой встречного движения, пропустил автомобили, двигавшиеся по встречной полосе на разрешающий сигнал светофора. Убедившись в безопасности маневра, переключении светофора, дождавшись остановки транспортных средств во встречном направлении, приступил к завершению маневра. В этот момент со встречной полосы выехал автомобиль «КИА» на запрещающий сигнал светофора по свободной правой полосе, произошло столкновение, автомобиль истца получил механические повреждения. Считает, что в ДТП виноват водитель автомобиля «КИА», который выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора. 

Согласно письменным объяснениям водителя ФИО2, он, на автомобиле «КИА», гос. 

<

 № >, принадлежащем ФИО3 в указанные дату и время, двигался по ул. ФИО4 большевиков в направлении ул. Краснофлотцев, прямо. На перекресток с ул. Краснофлотцев выехал на разрешающий зеленый мигающий сигнал светофора, который впоследствии переключился на желтый. Совершил наезд на транспортное средство «Фольксваген», который находясь на перекрестке, не предоставил ответчику преимущество проезда перекрестка, в следствие чего произошло столкновение. Считает виновным в ДТП водителя «Фольксвагена», который на перекрестке при совершении маневра поворота налево не уступил дорогу ответчику, двигавшемуся прямо.

Из схемы места дорожно-транспортного происшествия составленной самостоятельно водителями – участниками ДТП и подписанной ими, следует, что заявленное ДТП произошло в г. Екатеринбурге, на регулируемом перекрестке улиц ФИО4 Большевиков-Краснофлотцев. Указано на наличие трамвайных путей посередине проезжей части ул. ФИО4 Большевиков; горизонтальной дорожной разметки 1.5, обозначающей границы полос движения в одном направлении по ул. ФИО4 Большевиков; горизонтальной дорожной разметки 1.5, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений по ул. Краснофлотцев; направление движения автомобиля «Фольксваген», гос. 

<

 № >, «КИА», гос. 

<

 № >, перед их заявленным столкновением, в которых: водитель автомобиля «Фольксваген» гос. 

<

 № >, двигался по проезжей части ул. ФИО4 Большевиков, со стороны ул. Баумана с левым поворотом на проезжую часть ул. Краснофлотцев, водитель автомобиля «КИА», гос. 

<

 № >, двигаясь по проезжей части ул. ФИО4 Большевиков, со стороны ул. Фронтовых Бригад в прямом направлении, приближался к проезжей части ул. Краснофлотцев, по правому ряду. То есть автомобили - участники заявленного ДТП - двигались во встречном направлении движения, по характеру их взаимного сближения. Место столкновения автомобилей не указано. После столкновения автомобиль «Фольксваген» расположен поперек проезжей части ул. ФИО4 Большевиков на пересечении с проезжей частью ул. Краснофлотцев, передняя часть – у правого края проезжей части ул. ФИО4 Большевиков относительно направления движения автомобиля «КИА», примерно на середине проезжей части ул. Краснофлотцев по ходу своего движения, передняя часть ориентирована в направлении ул. Шефской. Автомобиль «КИА» расположен в правом ряду проезжей части ул. ФИО4 Большевиков по ходу своего движения, передняя часть его ориентирована в сторону ул. Баумана, левая передняя угловая часть автомобиля «КИА» расположена у правой боковой средней части автомобиля «Фольксваген».

На представленных в дело фотографиях с места ДТП зафиксировано расположение транспортных средств непосредственно после столкновения с повреждениями, полученными в результате ДТП, следы осыпавшейся грязи, осколков пластика, след технической жидкости автомобиля «КИА», а также след его торможения, который начинается в районе расположения конструкции трамвайной остановки по ходу движения автомобиля и заканчивается у передних колес автомобиля. Также видно преломление следа торможения данного автомобиля, расположенное в районе задней оси транспортного средства.

Из схемы организации движения следует, что на ул. ФИО4 Большевиков - ул. Краснофлотцев 02.05.2023 в период времени с 17:40 до 17:50 светофорный объект работал в 4-х фазном режиме регулирования. Одновременно с обоих направлений ул. ФИО4 Большевиков загорается зеленый сигнал светофора для движения ТС и для пешеходов, переходящих проезжую часть ул. Краснофлотцев; через 25 секунд пешеходам, переходящим проезжую часть ул. Краснофлотцев загорается красный сигнал, для ТС, двигающихся в обоих направлениях ул. ФИО4 Большевиков продолжает гореть зеленый сигнал светофора; чрез 33 секунды в обоих направлениях движения ул. ФИО4 Большевиков включается зеленый мигающий сигнал, который работает в течение 3 секунд, после чего включается желтый сигнал светофора, который горит в течении 3 секунд; в течение одной секунды горит красный сигнал светофора во всех направлениях движения на перекрестке, после чего включается одновременно красный и желтый сигнал светофора для ТС, двигающихся по ул. Краснофлотцев в обоих направлениях, после, через одну секунду, включается зеленый сигнал светофора для ТС, двигающихся по ул. Краснофлотцев в обоих направлениях и для пешеходов, переходящих проезжую часть ул. ФИО4 Большевиков.

Таким образом, по ул. ФИО4 Большевиков светофорный объект работает одновременно в обоих направлениях для движения транспортных средств, 33 секунды горит зеленый сигнал светофора, затем 3 секунды работает в режиме мигающего зеленого сигнала, после, в течение 3 секунд, горит желтый сигнал светофора, затем во всех направлениях горит красный сигнал светофора в течение 1 секунды, после включается одновременно красный и желтый сигнал светофора для транспортных средств по ул. Краснофлотцев и через одну секунду включается зеленый сигнал по ул. Краснофлотцев.

В материалы дела предоставлены видеозаписи перекрестка ФИО4 Большевиков-Краснофлотцев в момент рассматриваемого ДТП с двух ракурсов, видеозапись с регистратора автомобиля, стоявшего в момент ДТП перед перекрестком ФИО4 Большевиков-Краснофлотцев по ул. Краснофлотцев со стороны ул. Шефской, видеозапись со здания магазина «Бристоль», расположенного в доме № 12 по ул. ФИО4 Большевиков, вход с ул. Краснофлотцев.

На видеозаписи со здания магазина «Бристоль», ввиду его удаленности от перекрестка ракурс видеозаписывающего устройства перекрыт естественными препятствиями (вывеской магазина, дорожными знаками), поэтому зафиксировано частично соударение транспортных средств и их движение после столкновения (процесс отбрасывания).

На видеозаписи с видеорегистратора автомобиля, расположенного перед перекрестком улиц ФИО4 Большевиков-Краснофлотцев по ул. Краснофлотцев со стороны ул. Шефской зафиксирован момент соударения транспортных средств и сигнал светофора по ул. Краснофлотцев. В момент соударения транспортных средств включены одновременно красный и желтый сигналы светофора, до момента остановки автомобилей после их взаимодействия включился зеленый сигнал светофора по ул. Краснофлотцев, после водитель автомобиля с видеорегистратором подъехал к месту ДТП и остановился около его участников.

Согласно выводам судебного эксперта, изложенным в заключении 

<

 № > от 16.07.2025, по представленным материалам дела, механизм ДТП, имевшего место 02.05.2024 на ул. Краснофлотцев, 38, в г. Екатеринбурге, в целом, по стадиям, выглядит следующим образом:

Стадия 1: процесс сближения. Водитель автомобиля «Фольксваген» гос. 

<

 адрес >, выехал на разрешающий сигнал светофора на перекресток улиц ФИО4 Большевиков-Краснофлотцев по проезжей части ул. ФИО4 Большевиков, со стороны ул. Баумана, с левым поворотом, на проезжую часть ул. Краснофлотцев и остановился перед левой полосой встречного движения, пропуская поток встречного транспорта. После того, как загорелся запрещающий (желтый) сигнал светофора по ул. ФИО4 Большевиков и встречные транспортные средства покинули перекресток, водитель автомобиля «Фольксваген» гос. 

<

 № >, продолжил движение, чтобы закончить проезд перекрестка, к перекрестку приближается со встречного направления по правой полосе движения автомобиль «КИА», гос. 

<

 № >.

Стадия 2: взаимодействие между транспортными средствами. Водитель автомобиля «Фольксваген» гос. 

<

 № >, завершал проезд перекрестка, пересекая полосы встречного направления движения, водитель автомобиля «КИА», гос. 

<

 № >, выехал на перекресток на запрещающий (желтый) сигнал светофора, в связи с чем произошло столкновение транспортных средств.

Стадия 3: процесс отбрасывания (движение после столкновения). В результате заявленного соударения, автомобиль «Фольксваген» гос. 

<

 № >, отбрасывает влево по ходу его движения со смещением против часовой стрелки и останавливается, автомобиль «КИА», гос. 

<

 № >, проезжает вперед по ходу своего движения со смещением по часовой стрелке и останавливается.

Водитель ФИО2, управляя автомобилем «КИА», гос. 

<

 № >, в рассматриваемой дорожной ситуации, должен был руководствоваться пунктами 1.3, 6.2, 10.1, 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации. Действия водителя ФИО2, управлявшего автомобилем «КИА» гос. 

<

 № >, с технической точки зрения находятся в причинно-следственной связи с возникшим ДТП 02.05.2024, так как не соответствовали требованиям п. 1.3, 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации. В рассматриваемой дорожной ситуации, у водителя автомобиля «КИА», гос. 

<

 № >, с учетом скорости его движения, имелась техническая возможность избежать столкновения.

Водитель ФИО1, управляя автомобилем «Фольксваген», гос. 

<

 № >, в рассматриваемой дорожной ситуации, должен был руководствоваться пунктами 1.3, 6.2, 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации. Действия водителя ФИО1, управлявшего автомобилем «Фольксваген», гос. 

<

 № >, с технической точки зрения не находятся в причинно-следственной связи с возникшим ДТП 02.05.2024, так как соответствовали требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Фольксваген», гос. 

<

 № >, с учетом рыночных цен, по представленным материалам дела, на дату исследования и с учетом округления составляет 1582500 рублей. Рыночная стоимость автомобиля «Фольксваген» гос. 

<

 № >, на дату проведения исследования, с учетом округления составляет 1326600 рублей. Стоимость годных остатков транспортного средства «Фольксваген» гос. 

<

 № >, на дату проведения исследования, с учетом округления составляет 266400 рублей.

Стороной ответчика в материалы дела представлено заключение специалиста ООО Негосударственная судебная экспертиза «УралНЭП» 

<

 № > от 20.08.2025 об обстоятельствах ДТП и размере годных остатков поврежденного автомобиля истца, согласно выводам которого столкновение транспортных средств было перекрестное, поперечное, косое под острым углом, приближающимся к углу 90о, если считать против часовой стрелки от продолжения продольной линии автомобиля «КИА» в направлении его движения до продолжения продольной линии автомобиля «Фольксваген» в направлении его движения, блокирующим для автомобиля «КИА» и скользящим для автомобиля «Фольксваген», эксцентричным левым для автомобиля «Фольксваген» и передним центральным для автомобиля «КИА». Исходя из направления деформаций, наличия динамических следов сдвига и конечного положения автомобилей, оба транспортных средства в момент первичного контактного взаимодействия находились в движении, причем автомобиль «КИА» - с заблокированными передними, а автомобиль «Фольксваген» с незаблокированными колесами. Место сдвига шин колес практически совпадает с местом конечного расположения транспортных средств на схеме места ДТП, причем следы скольжения заблокированных передних колес автомобиля «КИА» начинаются д стоп-линии 1.12 (знак 6.16 «СТОП»). Водитель автомобиля «КИА» при появлении опасности для движения, в соответствии с требованиями п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, применил меры экстренного торможения до пересечения стоп-линии на регулируемом перекрестке при включении желтого сигнала светофора и не смог остановиться в месте, определяемом пунктом 6.13 Правил и поэтому нет факторов, запрещающих ему дальнейшее движение с заблокированными колесами вплоть до полной остановки. Рыночная стоимость годных остатков автомобиля «Фольксваген» на дату оценки могла составлять 601700 рублей.

В соответствии с п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Согласно п. 6.2 Правил, круглые сигналы светофора имеют следующие значения: зеленый сигнал разрешает движение; зеленый мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло); желтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов; желтый мигающий сигнал разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности; красный сигнал, в том числе мигающий, запрещает движение. Сочетание красного и желтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зеленого сигнала.

При запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии: на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам; перед железнодорожным переездом - в соответствии с пунктом 15.4 Правил; в других местах - перед светофором или регулировщиком, не создавая помех транспортным средствам и пешеходам, движение которых разрешено (п. 6.13 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Пунктом 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации установлено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч (пункт 10.2 Правил).

Оценив в совокупности все представленные в дело доказательства, принимая во внимание выводы судебного эксперта, изложенные в заключении 

<

 № > от 16.07.2025, суд приходит к выводу о том, что причиной дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 02.05.2024 являются исключительно неправомерные действия ответчика ФИО2 осуществившего проезд перекрестка на запрещающий сигнал светофора, допустившего столкновение с автомобилем истца ФИО1, завершавшего на перекрестке маневр – поворот налево, начавшийся на разрешающий сигнал светофора, без нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации. Противоправные действия ответчика ФИО2 находятся в прямой причинно-следственной связи с материальным ущербом истца в виде повреждения принадлежащего ему транспортного средства. 

Приходя к такому выводу, суд исходит из того, что заключение судебного эксперта является полным, мотивированным, основанным на исследовании всех материалов дела, в том числе, пояснений участников ДТП, схемы места ДТП, фото- и видеоматериалов, с анализом и оценкой повреждений, возникших на автомобилях в результате рассматриваемой аварии. Оснований не доверять судебному эксперту, предупрежденному судом об уголовной ответственности, не имеется, квалификация эксперта и его полномочия на проведение подобного рода экспертиз подтверждены квалификационными документами, приобщенными к материалам настоящего дела. 

Выводы специалиста ООО Негосударственная судебная экспертиза «УралНЭП» 

<

 № > от 20.08.2025 о том, что водитель автомобиля «КИА» при появлении опасности для движения, в соответствии с требованиями п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, применил меры экстренного торможения до пересечения стоп-линии на регулируемом перекрестке при включении желтого сигнала светофора и не смог остановиться в месте, определяемом пунктом 6.13 Правил, не опровергают выводов судебного эксперта о причинах возникновения ДТП, связанных с нарушением данным водителем п.п. 1.3, и 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации. 

Суд отмечает, что при установлении специалистом ООО Негосударственная судебная экспертиза «УралНЭП» невозможности остановки ответчика перед стоп-линией при применении экстренного торможения на запрещающий желтый сигнал светофора, имеются основания для вывода о том, что скорость движения автомобиля ответчиком выбрана неверно, без учета конкретной дорожной обстановки, не обеспечивала водителю возможность постоянного контроля за движением своего автомобиля для выполнения иных требований Правил. Из видеозаписи ДТП усматривается, что при подъезде к перекрестку иные транспортные средства, двигавшиеся в одном направлении с ответчиком, слева от него, применили торможение и смогли остановится перед стоп-линией в отличие от ответчика.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе с использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

В силу п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В силу п. 6 ст. 4 вышеуказанного Закона владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Как следует из пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Положениями пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда, в долевом порядке при наличии вины.

Вина может быть выражена не только в содействии противоправному изъятию источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности, содержащими административные требования по его охране и защите.

Согласно пункту 2.1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им, для проверки страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в случаях, когда обязанность по страхованию своей гражданской ответственности установлена федеральным законом. 

Не доказано ответчиками, судом не установлено, что автогражданская ответственность ФИО2, ФИО3 при управлении транспортным средством «КИА», гос. 

<

 № >, застрахована на дату ДТП в установленном законом порядке. Доводы стороны ответчика о включении ФИО2 в полис ОСАГО серии ХХХ 

<

 № >, сроком действия с 16.04.2023 по 15.04.2024 судом во внимание не принимаются, поскольку на дату ДТП - 02.05.2024 указанный полис прекратил свое действие.

Таким образом, оснований для вывода о том, что ФИО2 при совершении ДТП являлся законным владельцем автомобиля «КИА», гос. 

<

 № >, у суда не имеется. В отсутствие действующего полиса ОСАГО при управлении указанным автомобилем на момент ДТП именно ФИО3 являлась законным владельцем источника повышенной опасности – автомобиля – участника рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, и, как передавшая полномочия по управлению этим транспортным средством ФИО2 в отсутствие застрахованной автогражданской ответственности, о чем не могла не знать, должна нести совместную с ним ответственность в долевом порядке.

Доказательств, свидетельствующих о том, что автомобиль «КИА», гос. 

<

 № >, принадлежащий ФИО3, выбыл из её обладания в результате противоправных действий виновника аварии и в отсутствие со стороны собственника транспортного средства вины в противоправном изъятии источника повышенной опасности, материалы дела не содержат. Факт добровольной передачи автомобиля его собственником виновнику аварии не оспаривался в ходе судебного разбирательства.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о виновном поведении как ответчика ФИО3, выразившемся в противоправной передаче источника повышенной опасности, другому лицу в отсутствие договора обязательного страхования автогражданской ответственности, использованием которого имуществу потерпевшего причинен вред, так и ответчика ФИО2, непосредственными противоправными действиями которого потерпевшему причинен материальный ущерб, что является основанием для возложения на ответчиков гражданско-правовой ответственности в виде компенсации возникшего у потерпевшего материального ущерба. Определяя степень вины ответчиков в причинении имущественного ущерба, суд устанавливает вину ответчика ФИО3 равной – 30%, ответчика ФИО2 – 70% соответственно исходя из обстоятельств дела, с учетом причинения вреда истцу непосредственно водителем автомобиля «КИА», гос. 

<

 № >.

Согласно выводам судебного эксперта, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Фольксваген», гос. 

<

 № >, с учетом рыночных цен, по представленным материалам дела, на дату исследования и с учетом округления составляет 1582500 рублей. Рыночная стоимость автомобиля «Фольксваген» гос. 

<

 № >, на дату проведения исследования, с учетом округления составляет 1326600 рублей. Стоимость годных остатков транспортного средства «Фольксваген» гос. 

<

 № >, на дату проведения исследования, с учетом округления составляет 266400 рублей.

Специалистом ООО Негосударственная судебная экспертиза «УралНЭП», рыночная стоимость годных остатков автомобиля «Фольксваген» на дату оценки определена в сумме 601700 рублей.

При определении суммы материального ущерба истца судом принимается заключение судебного эксперта о стоимости материального ущерба, причиненного повреждением принадлежащего истцу имущества, поскольку данное заключение составлено в соответствии с требованиями действующего законодательства и на основании исследованных им материалов дела, которым не противоречит. 

Заключение специалиста о стоимости годных остатков судом отклоняется, так как, ссылаясь при определение стоимости по данным специализированных торгов, осуществляющих открытую публичную реализацию поврежденных КТС без их разборки и вычленения годных остатков, такие сведения при расчете стоимости годных остатков не применяет, указывает, что не зарегистрирован и не участвует в платных специализированных торгах, о чем сам указывает в заключении.

Учитывая изложенное, принимая во внимание полную гибель транспортного средства истца при нецелесообразности его восстановления, вину ФИО3 в ДТП и причинении материального ущерба истцу ФИО1, равную 30%, вину ФИО2 – 70% соответственно, с ответчиков в пользу истца в счет возмещения материального ущерба подлежит взысканию денежная сумма в размере 1060300 рублей: 1326600 – 266400, с ФИО3 – 318060 рублей, с ФИО2 – 742140 рублей соответственно.

Истцом понесены расходы на эвакуацию автомобиля с места ДТП, а также к месту осмотра и обратно, в сумме 13390 рублей, что подтверждается документально (т. 1 л.д. 12-13, 23); расходы на уплату государственной пошлины в сумме 23994 рубля 23 копейки и 2004 рубля 88 копеек (т. 1 л.д. 10, 110, т. 2 л.д. 32-33); на оценку ущерба в сумме 20000 рублей (т. 1 л.д. 11, 14-15, 24-25); на оплату телеграфных услуг в сумме 621 рубль 38 копеек (т. 1л.д. 16-18); на дефектовку в сумме 5700 рублей (т. 1 л.д. 20а-22) почтовые расходы в связи с направлением копий материалов по настоящему делу на общую сумму 1021 рубль 72 копейки (т. 1 л.д. 25а-26, т. 2 л.д. 30-31).

По смыслу положений ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указанные расходы являются судебными издержками истца, связанными со сбором доказательств и представлением их суду, которые подлежат взысканию с ответчиков на основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально удовлетворенной части иска. 

С ответчика ФИО3 в пользу истца в счет компенсации расходов на оценку ущерба надлежит взыскать 6000 рублей, на эвакуацию транспортного средства – 4017 рублей, на уплату государственной пошлины – 7799 рублей 73 копейки, на дефектовку – 1710 рублей, телеграфные расходы – 186 рублей 41 копейку, почтовые – 306 рублей 52 копейки.

С ответчика ФИО2 в пользу истца в счет компенсации расходов на оценку ущерба надлежит взыскать 14000 рублей, на эвакуацию транспортного средства – 9373 рубля, на уплату государственной пошлины – 18199 рублей 38 копеек, на дефектовку – 3990 рублей, телеграфные расходы – 434 рубля 97 копеек, почтовые – 715 рублей 20 копеек.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 167, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 (ИНН 

<

 № >, СНИЛС 

<

 № >) к ФИО2 (ИНН 

<

 № >, водительское удостоверение 

<

 № >, СНИЛС 

<

 № >), ФИО3 (паспорт серии 

<

 данные изъяты > 

<

 № >, СНИЛС 

<

 № >) о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных издержек, удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 742140 рублей, на оценку ущерба – 14000 рублей, на эвакуацию транспортного средства – 9373 рубля, на уплату государственной пошлины – 18199 рублей 38 копеек, на дефектовку – 3990 рублей, телеграфные расходы – 434 рубля 97 копеек, почтовые – 715 рублей 20 копеек.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 318060 рублей, на оценку ущерба – 6000 рублей, на эвакуацию транспортного средства – 4017 рублей, на уплату государственной пошлины – 7799 рублей 73 копейки, на дефектовку – 1710 рублей, телеграфные расходы – 186 рублей 41 копейку, почтовые – 306 рублей 52 копейки.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца с даты изготовления мотивированного решения, в Свердловский областной суд через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья И. А. Нагибина