Дело № 2-227/2023

УИД 39RS0021-01-2023-000127-70

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

8 августа 2023 года г. Светлый 

Светловский городской суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Янч О.В., 

при секретаре Лукас О.Ю., 

с участием представителя третьих лиц - прокуратуры г. Светлого и прокуратуры Калининградской области ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов в лице Управления Федерального казначейства по Калининградской области, ОМВД России по Светловскому городскому округу о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором с учетом уточненных требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, просил взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 1 400 000 рублей. 

В обоснование заявленных требований ссылается на то, что 11.09.2020 года он был задержан сотрудниками ОМВД России по Светловскому городскому округу по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ и помещен в следственный изолятор, в котором находился по 08.04.2021 года. Постановлением старшего следователя ОМВД России по Светловскому городскому округу от 08.04.2021 года ему была изменена мера пресечения в виде заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении; его действия переквалифицированы с п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ на п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, а впоследствии на ч. 1 ст. 158 УК РФ. Приговором мирового судьи судебного участка Светловского района Калининградской области от 09.11.2022 года он был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, однако от назначенного наказания освобождён ввиду истечения сроков давности уголовного преследования. Указывает, что по вине следственных органов, которые изначально неправильно квалифицировали его действия, он незаконно находился под стражей 6 месяцев 28 дней. Кроме того, ссылается на то обстоятельство, что в силу требований УПК РФ срок содержания под стражей лиц, обвиняемых в совершении преступления средней тяжести, не может превышать 6 месяцев, однако он находился под стражей 6 месяцев 28 дней, таким образом, 28 дней он находился под стражей незаконно. Необоснованным, по мнению истца, обвинением в тяжком преступлении, длительным нахождением под стражей, ему были причинены нравственные страдания, выразившиеся в том, что он, имея ряд хронических заболеваний и не получая надлежащей медицинской помощи, переживал за свою жизнь и состояние здоровье. Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец просил удовлетворить заявленные им требования в полном объеме. 

Истец ФИО2, находящийся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, что подтверждается его распиской. Согласно письменному заявлению просил рассматривать дело в его отсутствие, ходатайств об отложении судебного заседания и о личном участии посредством ВКС в суд не представил. 

Представители ответчиков Министерства финансов в лице Управления Федерального казначейства по Калининградской области, ОМВД России по Светловскому городскому округу в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены судом надлежащим образом. 

Определением суда от 05.05.2023 и 18.05.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, относительно предмета спора, привлечены прокуратура Калининградской области и МВД России. 

Представитель третьих лиц прокуратуры г. Светлого и прокуратуры Калининградской области ФИО1 с заявленными требованиями не согласилась, просила суд в удовлетворении иска отказать, ссылаясь на отсутствие правовых оснований для его удовлетворения. 

Представители третьих лиц УМВД России по Калининградской области и МВД России в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены судом надлежащим образом. 

Заслушав поясненияФИО1, исследовав материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (часть I статьи 45, статья 46).

В силу положений части 1 статьи 8 и статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено людьми, действовавшими в официальном качестве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Порядок возмещения вреда, причиненного гражданину в ходе уголовного судопроизводства, гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Данный порядок определяется главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 151, 1069, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает возможность взыскания с государства за счет его казны компенсации за причиненный моральный вред посредством предъявления гражданином иска в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии с частью 3 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 данного кодекса, имеет любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 29 ноября 2011 года «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьей 105 Уголовного кодекса Российской Федерации на часть 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого (абзац 1 пункта 4).

Если указанным лицам при этом был причинен вред, вопросы, связанные с его возмещением, в случаях, предусмотренных частью 3 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (например, при отмене меры пресечения и виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного с части 1 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации на статью 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, по которой данная мера пресечения применяться не могла), разрешаются в порядке, предусмотренном главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (абзац 2 пункта 4).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 9 сентября 2020 года в СО ОМВД России по Светловскому городскому округу Калининградской области было возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, по факту того, что в период времени с 19.00 часов 19 июля 2020 года до 13.00 часов 26 июля 2020 года неустановленное лицо, путем свободного доступа проникло в эллинг, расположенный по адресу 

<

адрес>, откуда тайно похитило имущество, принадлежащее ФИО4, с причинением последнему значительного материального ущерба на общую сумму 191 500 рублей.

11 сентября 2020 года ФИО2 был задержан в порядке статей 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и помещен в следственный изолятор. 

15 сентября 2020 года в связи с подозрением в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 

Далее срок содержания под стражей неоднократно продлевался, постановлением Светловского городского суда Калининградской области от 05.03.2021 года срок продлен до 8 апреля 2021 года. 

8 апреля 2021 года постановлением старшего следователя ОМВД России по Светловскому городскому округу ФИО5 действия ФИО2 по факту кражи имущества ФИО4 были переквалицированы на п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

В этот же день постановлением следователя ФИО5 об изменении меры пресечения ФИО2 была изменена мера пресечения в виде заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении. 

23 июня 2021 года действия ФИО2 органом предварительного следствия были переквалифицированы на ч. 1 ст. 158 УК РФ. 

Приговором мирового судьи судебного участка Светловского судебного района Калининградской области от 09.11.2022 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ и ему назначено наказание в виде 1 года лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год. 

Как усматривается из данного приговора суда, от назначенного наказания ФИО2 был освобожден, ввиду истечения сроков давности уголовного преследования. Так, судом установлено, что преступление совершено ФИО2 с 19 по 26 июля 2020 года. В период с 25 мая 2022 года ФИО2 скрывался от суда, в связи с чем был объявлен в розыск и производство по делу было приостановлено. 11 августа 2022 года ФИО2 был задержан. С учетом периода приостановления производства по делу, к моменту вынесения приговора, сроки привлечения к уголовной ответственности истекли, в связи с чем судом сделан вывод об освобождении последнего от назначенного наказания. 

Обращаясь в суд с настоящими требованиями, истец указывал, что в случае изначально правильной квалификации его действий по ч. 1 ст. 158 УК РФ, ему не была бы установлена мера пресечения в виде заключения под стражу и соответственно он бы не находился под стражей с 11.09.2020 по 08.04.2021, что доказывает факт причинения ему нравственных и физических страданий.

Разрешая заявленные исковые требования, суд, проанализировав фактические обстоятельства дела и оценив представленные сторонами доказательства, не находит оснований для их удовлетворения и исходит из того, что сама по себе переквалификация действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на иную статью обвинения, не является обстоятельством, влекущим возникновение обязанности у государства по возмещению истцу морального вреда. Мера пресечения в виде заключения ФИО2 под стражу избиралась на основании судебных решений, которые в установленном законом порядке незаконными не признаны, а напротив как следует из материалов дела суд апелляционной инстанции признавал их законными и обоснованными, оснований к отмене меры пресечения в виде заключения под стражу не усматривал, следовательно, оснований считать, что ФИО2 находился под стражей незаконно не имеется, наличие обстоятельств указанных в ч. 3 ст. 133 УПК РФ не установлено. 

Основания для избрания меры пресечения в виде заключению под стражу установлены статьей 97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый: скроется от дознания, предварительного следствия или суда; может продолжать заниматься преступной деятельностью; может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Исходя из положений части 1 статьи 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение. Такими обстоятельствами не могут являться данные, не проверенные в ходе судебного заседания, в частности результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные в нарушение требований статьи 89 настоящего Кодекса.

В исключительных случаях эта мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет, при наличии одного из следующих обстоятельств: 1) подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации; 2) его личность не установлена; 3) им нарушена ранее избранная мера пресечения; 4) он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий" исходя из положений статьи 97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ни одна из мер пресечения, предусмотренных в статье 98 Уголовно-процессуального кодекса Российском "Федерации, в том числе мера пресечения в виде заключения под стражу, не может быть избрана подозреваемому или обвиняемому, если в ходе судебного заседания не будут установлены достаточные данные полагать, что подозреваемый или обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, либо может продолжить заниматься преступной деятельностью, либо может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В разъяснениях также указано, что судам следует иметь в виду, что наличие таких данных еще не свидетельствует о необходимости применения к лицу самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу. Решая вопрос об избрании меры пресечения и о продлении срока ее действия, суд обязан в каждом случае обсудить возможность применения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления любой категории иной, более мягкой, чем заключение под стражу, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога", в качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым действий, указанных в статье 97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

Вывод суда о том, что лицо может продолжать заниматься преступной деятельностью, может быть сделан с учетом, в частности, совершения им ранее умышленного преступления, судимость за которое не снята и не погашена.

Из материалов дела видно, что при избрании ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу судом было учтено, что ФИО2, при наличии непогашенной судимости за особо тяжкое преступление против личности, должных выводов для себя не сделал и, находясь на свободе, вновь подозревается в совершении тяжкого преступления, по месту регистрации в 

<

адрес> и по месту временной регистрации не проживает, нигде не работает, постоянного источника дохода не имеет, а также то обстоятельство, что, находясь на свободе, ФИО2 может продолжить заниматься преступной деятельностью.

Согласно информации ИЦ УМВД России по Калининградской области исх. № от 11.07.2023 года ФИО2 в период времени с 1997 по 2020 г.г. восемь раз был осужден за имущественные преступления, и один раз за преступление против личности; 13.03.2020 года освобожден из ФБУ ИК-9 УФСИН России по Калининградской области по отбытию наказания в виде 6 лет 4 месяцев лишения свободы за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 111 УК РФ.

При таких обстоятельствах, применение в отношении ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу в силу вышеприведенных положений ст.ст. 97, 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не исключалось, в связи с чем доводы истца о том, что при правильной квалификации деяния ему должна была быть избрана иная, не связанная с лишением свободы, мера пресечения, основан на предположении.

Иные доводы истца о наличии оснований для компенсации морального вреда, ввиду того, что срок содержания под стражей лиц, обвиняемых в совершении преступления средней тяжести, не может превышать 6 месяцев, однако он находился под стражей 6 месяцев 28 дней, судом отклоняются, поскольку как видно из материалов дела при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей, судом учитывалось, что ФИО2 обвиняется в совершении тяжкого преступления, по которому в силу ст. 109 УПК РФ предусмотрена возможность продления срока содержания под стражей свыше 6 месяцев. 

Одновременно с этим, в ходе рассмотрения дела установлено, что в соответствии с апелляционным определением Калининградского областного суда от 9 апреля 2021 года вышеуказанное постановление Светловского городского суда Калининградской области от 5 марта 2021 года в отношении ФИО2 было изменено, указанием на то, что срок содержания под стражей продлен до 6 месяцев 26 суток, то есть до 6 апреля 2021 года. 

Ссылаясь на данные обстоятельства, ФИО2 09.12.2022 года обратился в Центральный районный суд г. Калининграда с иском о взыскании ему компенсации морального вреда, мотивируя требования тем, что находился под стражей по 8 апреля 2021 года включительно. 

Вступившим в законную силу решением Центрального районного суда г. Калининграда от 19.04.2023 по делу № исковые требования ФИО2 были удовлетворены частично, с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации взыскана компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, ввиду того, что с 6 апреля 2021 по 8 апреля 2021 ФИО2 находился под стражей без достаточных на то оснований. 

Поскольку данным доводам уже была дана оценка судом, а наличие обстоятельств указанных в ч. 3 ст. 133 УПК РФ по настоящему делу не установлено, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 в полном объёме. 

То обстоятельство, что в постановлении старшего следователя ОМВД России по Светловскому городскому округу ФИО5 от 8 апреля 2021 года, которым переквалифицированы действия ФИО2 на п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, указано о праве на реабилитацию, основанием для удовлетворения требований истца не является, поскольку как указано выше сама по себе переквалификация действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на иную статью обвинения, не является обстоятельством, влекущим возникновение обязанности у государства по возмещению истцу морального вреда. 

На основании изложенного руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Министерству финансов в лице Управления Федерального казначейства по Калининградской области, ОМВД России по Светловскому городскому округу о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Светловский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда изготовлено 15.08.2023 года. 

Судья (подпись) О.В. Янч