Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 ноября 2020 года город Кинель 

Кинельский районный суд Самарской области в составе:

председательствующего судьи БРИТВИНОЙ Н.С.,

при секретаре ПАСТУШКО К.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Кинеле

административное дело № 2а-1020 по административному иску ФИО3 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России (ФСИН России), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Башкортостан, Федеральному казенному учреждению Исправительной колонии-8 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Башкортостан о признании незаконным бездействия по обеспечению надлежащих условий содержания в исправительном учреждении, о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 550.000 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец ФИО3 обратился в суд с административным исковым заявлением (с учетом уточнения в порядке ст.46 КАС РФ) к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН России), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Башкортостан, Федеральному казенному учреждению Исправительной колонии-8 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Башкортостан о признании незаконным бездействия по обеспечению надлежащих условий содержания в исправительном учреждении, о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 550.000 рублей.

В судебном заседании административный истец ФИО3 административный иск поддержал и пояснил суду, что после осуждения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он отбывал наказание в ФКУ ИК-8 УФСИН России по 

<

адрес>. После прибытии в ИК-8 он был распределён для проживания в отряд №, в котором непрерывно проживал до момента убытия из колонии. Отряд располагался на втором этаже двухэтажного здания из белого кирпича примерно ДД.ММ.ГГГГх годов постройки. Численность осужденных в отряде № в указанный период варьировалась от 160 до 183 человек. При этом жилая площадь отряда была равна 

<

данные изъяты> кв.м.. Таким образом, на одного заключённого приходилось от 1,1 кв. м. до 1,3 кв.м жилой площади. В отряде № имелись следующие помещения: 4 спальные секции, предназначенные для сна; комната приёма пищи площадью 

<

данные изъяты> кв.м.; умывальник - 

<

данные изъяты> кв.м.; два туалета - 

<

данные изъяты> кв.м. каждый; сушилка - 

<

данные изъяты> кв.м.; раздевалка 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> кв.м.; комната хранения личных вещей - 

<

данные изъяты> кв.м.; комната воспитательной работы - 

<

данные изъяты> кв.м.. Все спальные секции в отряде были переполнены. В них по всей площади даже возле окон в большом количестве и с высокой плотностью были расставлены металлические двухъярусные кровати, тумбочки и табуреты. Он проживал в спальной секции, в которой на одного осужденного приходилось 1,5 кв.м.. Из-за дефицита пространства кровати были установлены впритык друг к другу (попарно) без какого-либо зазора между ними, отчего осужденные непреднамеренно мешали друг другу спать, задевали руками и ногами, кашляли и чихали почти в лицо, храпели в ухо соседу и тому подобное. При этом устанавливать какие-либо перегородки или хотя бы вешать шторки между кроватями, было запрещено. Для тумбочек места не хватало, поэтому они были поставлены одна на другую в узких межкроватных проходах шириной 50 см. В каждом таком проходе проживали 4 человека. При этом в дневное время, с подъема и до отбоя, сидеть либо лежать на кроватях было строго запрещено. Комнату приема пищи, расположенную в отряде, заключенные называли «пищёвкой». Она была размером 6x4 м., это примерно 0,15 кв.м. на одного человека. Из-за такого малого размера помещения нормально пользоваться им было невозможно. «Пищёвка» всегда была переполнена, питаться приходилось по очереди и, как правило, стоя, так как 4 небольших столика всегда были заняты. Электроплит и иных плит не было. Имелось 2 электрочайника и 2 микроволновки, на кипяток всегда была длинная очередь. Специальных мест для хранения осужденными своих кухонных принадлежностей, посуды и продуктов питания не хватало. На весь отряд имелось лишь три старых холодильника, которые были переполнены. Санитарное состояние помещения оставляло желать лучшего, в нём водились вредные насекомые. Помещение умывальника было такого же размера 6x4 м. На 180 человек в отряде было лишь 10 раковин. Каждое лето в колонии отключали горячую воду, в связи с этим приходилось пользоваться, в том числе, мыться в холодной воде, мыться приходилось по очереди. Личные вещи стирали самостоятельно вручную в тазах, стиральных машин не было. В помещении умывальника имелся грибок. На весь отряд было всего 2 туалета каждый площадью по 

<

данные изъяты> кв.м.. В каждом туалете имелось по 5 унитазов, отгороженных по бокам перегородками, но без дверей, поэтому справлять нужду приходилось прилюдно, на виду у окружающих. Вентиляции в туалете не было, все коммуникации - ветхие и старые. На стенах и потолке проступал грибок. Кроме того, в туалете складировался весь мусор, который выносился только один раз в сутки. Раздевалка имела площадь 

<

данные изъяты> кв.м. и была переполнена одеждой, головными уборами и повседневной обувью заключенных. Свободного места для переодевания в ней почти не было. Комната хранения личных вещей в отряде № тоже была небольшого размера около 

<

данные изъяты> кв.м., и не вмещала все сумки осужденных. Помещение для сушки белья (сушилка) было небольшим 

<

данные изъяты> кв.м., в нём были натянуты верёвки. В помещении было одно окно, вентиляция отсутствовала. Из-за сырости в помещении и тесноты вещи часто приходилось сушить на улице на территории локального участка, где была натянута веревка для сушки. Комната воспитательной работы, предназначенная для проведения воспитательных мероприятий с осужденными и их личных занятий чтения, письма, самообразования, просмотра телепередач, имела площадь 40 кв.м., в ней были столы и скамейки. По причине большой численности осуждённых в отряде, тесноты и нехватки сантехнического оборудования, раковин, унитазов он наряду с другими заключёнными испытывал каждодневные трудности, удовлетворение элементарных человеческих потребностей было сопряжено с большими сложностями. Чтобы сходить в туалет, умыться, почистить зубы, побриться, постирать бельё, покушать, получить личные вещи из комнаты хранения или просто попасть в раздевалку он вынужден был ежедневно простаивать в длинных очередях особенно утром после подъёма и вечером перед отбоем. Освещение в отряде было слабым и недостаточным. Дневного света остро не хватало. Окна спальных секций №№, 4, а также окна пищёвки, каптерки, сушилки, умывальника и туалетов выходили на запретную зону в сторону контрольно-следовой полосы, а потому все окна этих помещений в целях безопасности были наглухо закрыты, обрешечены и заклеены плёнкой, чтобы осужденные не могли видеть, что находится за окном. Кроме того, в спальных секциях окна частично были загорожены высокими двухъярусными кроватями и тумбочками, поставленными друг на друга. Что касается искусственного освещения, то оно было тусклым из-за нехватки ламп. С вентиляцией тоже были проблемы, она была недостаточной, так как все окна в спальных секциях №№, № а также в других помещениях в целях безопасности были наглухо закрыты и не открывались, а искусственная вентиляция фактически не работала. Многие осужденные курили в помещениях, табачный дым распространялся по отряду. Отопление не обогревало надлежащим образом, из-за этого на окнах собирался конденсат, который в зимнее время сразу же замерзал, и от этого была сырость и грибок. Зимой температура в помещении не поднималась выше +15 градусов, осужденные спали в одежде. Во многих помещениях в весеннее время и во время дождей протекала крыша. В комнате приёма пищи водились тараканы, в каптерке - мыши. Условия для прогулки на свежем воздухе тоже были неудовлетворительными. Площадь, отведенная для прогулок, составляла около 

<

данные изъяты> кв.м., часть из которой занимала сушка для белья. Тут же находилась спортивная площадка, «курилка». Когда проводились строевые смотры – на данном участке собирались все осужденные. Питание в ИК-8 было скудным и недостаточным, минимальные нормы питания не соблюдались. Баня, душ, предоставлялась 1 раз в неделю, с ДД.ММ.ГГГГ года - 2 раза. В бане было 5 леек, мылось одновременно по 15-20 человек, помещение после помывки людей не обрабатывалось. Каждый год с мая по сентябрь в бане полностью отключали горячую воду, и мыться приходилось в холодной воде. Весь ДД.ММ.ГГГГ год баня не работала, так как находилась на ремонте, поэтому приходилось мыться в умывальнике. Бойлеры с горячей водой, на наличие которых указывали ответчики, отсутствовали. Медицинская помощь и обслуживание осуществлялись ненадлежащим образом, время приема врачей было ограничено, попасть на приём было очень сложно, необходимые препараты и лекарства не выдавались, медицинская помощь либо совсем не оказывалась, либо оказывалась неквалифицированным персоналом. Осужденные, инфицированные ВИЧ-инфекцией, гепатитом содержались вместе со здоровыми. Больных вирусными инфекциями не изолировали от здоровых осуждённых. Также просит учесть следующие обстоятельства. Данный административный иск подан в суд потому, что Государственной Думой ФС РФ был принят Федеральный закон № 494-ФЗ от 27.12.2019 г., которым были внесены существенные изменения в три законодательных акта: в ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в УИК РФ и КАС РФ, в том числе, введена новая статья 227.1 КАС РФ. Внесенные изменения предоставили содержащимся под стражей лицам право на получение денежной компенсации за нарушение условий их содержания под стражей, установленных законодательством и международными договорами Российской Федерации. При этом в соответствии с КАС РФ её присуждение не обусловлено установлением вины органов государственной власти или государственных служащих. В решении от 17.03.2020 по делу «ФИО4 и другие против России» (жалоба № 41743/17 и 16 других жалоб), обнародованном 09.04.2020 г., Европейский Суд по правам человека пришёл к выводу, что новый закон о компенсации в принципе представляет собой надлежащий и эффективный механизм получения компенсации и предоставляет заявителям разумные перспективы успешного рассмотрения их жалоб. Другими словами, Европейский Суд авансом признал этот новый закон эффективным внутригосударственным средством правовой защиты, несмотря на то, что он ещё не применялся на практике, и разъяснил, что при подаче жалобы на ранее допущенные нарушения статьи 3 Конвенции в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей заявители сначала должны исчерпать данное средство правовой защиты до обращения в Европейский Суд. Таким образом, только по указанной причине мною подан настоящий иск. Если бы Европейский Суд не признал новый российский закон о компенсации эффективным средством правовой защиты, то он сам бы рассмотрел мою жалобу № от ДД.ММ.ГГГГ, и я соответственно, не стал бы обращаться в российский суд с иском. Европейский Суд считает крайнюю нехватку места в тюремных помещениях одним из важнейших аспектов, который необходимо принять во внимание с целью установления того, являются ли оспариваемые условия содержания под стражей «унижающими достоинство» по смыслу статьи 3 Конвенции. Последовательная практика ЕСПЧ в этом вопросе заключается в том, что он рассматривает 3 кв.м. поверхности пола на человека в качестве соответствующего минимального стандарта в соответствии со статьей 3 Конвенции. В Решении от ДД.ММ.ГГГГ по делу «ФИО4 и другие против России» в §§ 80, 81 Европейский Суд напомнил, что когда личное пространство, имеющееся в распоряжении заключенного, опускается ниже 3 кв.м. поверхности пола в общих жилых помещениях в пенитенциарном учреждении, отсутствие личного пространства считается настолько серьезным, что возникает сильная презумпция нарушения статьи 3 Конвенции. Применительно к настоящему делу, в отношении его не соблюдалась не только данная международная норма, но даже минимальная российская норма в 2 кв.м. жилой площади на одного осужденного, которая уже сама по себе является нарушением статьи 3 Конвенции, не говоря уже о многих других установленных нарушениях условий содержания административного истца, которые лишь ещё больше усугубляли его положение. При определении величины требуемой компенсации за нарушение условий содержания под стражей в исправительном учреждении он исходит из того, что размер компенсации не должен быть необоснованно меньшим по сравнению с присуждаемой Европейским Судом в подобных случаях, он должен быть соизмерим с выплатами, присуждаемыми Европейским Судом в сопоставимых обстоятельствах, и приближен к суммам, которые предлагают власти России в схожих обстоятельствах в рамках односторонней декларации. Принципы, изложенные Европейским Судом в § 172 Постановления по делу «ФИО5 и другие против Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ должны служить ориентиром для российских властей при определении размера компенсации. К таким принципам Европейский Суд относит зависимость размера компенсации от длительности пребывания в ненадлежащих условиях, а также от того обстоятельства, что начальный период приспособления к неудовлетворительным условиям содержания вызывает особо тяжелые психические и физические страдания у лица, и компенсация за этот период может быть больше. Также при определении размера компенсации следует исходить из того, что недостаточное количество ресурсов для достойного содержания заключённых не может являться оправданием нарушения их человеческих прав. В § 85 Решения ЕСПЧ от ДД.ММ.ГГГГ по делу «ФИО4 и другие против России» указано, что в контексте компенсационных средств правовой защиты денежная компенсация должна быть доступна любому нынешнему или бывшему заключенному, который содержался в бесчеловечных или унижающих достоинство условиях и подал соответствующее заявление. Вывод о том, что эти условия не соответствовали требованиям статьи 3 Конвенции, порождает сильную презумпцию того, что они причинили потерпевшему страдания. В пунктах 4.2 и 4.3 административного иска им показано, какой размер компенсации Европейский Суд присуждает заявителям, которые содержались в ненадлежащих условиях в ИК-8. Так, например, решением ЕСПЧ от ДД.ММ.ГГГГ осужденному ФИО1, содержавшемуся в ИК-8 совместно с ним в один и тот же период времени за полтора года пребывания в колонии (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) присуждена компенсация в размере 5000 евро (жалоба №), а осужденному ФИО2 за полгода, проведенных в ИК-8, в ненадлежащих условиях (ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) Правительство РФ добровольно выплатило компенсацию в размере 4500 евро (жалоба №), что подтверждается соответствующей Декларацией, которая приобщена к материалам дела. При этом российские власти официально признали, что условия его содержания в ИК-8 не соответствовали требованиям статьи 3 Конвенции, то есть являлись бесчеловечными и унижающими достоинство. Новый закон о компенсации не определяет размер компенсации, которую суды могут присудить при установлении нарушения условий содержания под стражей. Он соотносит размер компенсации с признаками установленных нарушений, в частности, с их характером, продолжительностью, последствиями. В то же время согласно пояснительной записке, прилагаемой к закону о компенсации, для расчета его финансовых последствий и в бюджетных целях в качестве среднего размера компенсации предполагается сумма в размере 3000 евро. Как им указано, несмотря на представленные суду неопровержимые доказательства того, что условия содержания его в ИК-8 не соответствовали российским и международным требованиям и его права явно были нарушены, ответчики исковые требования не признают, на контакт не идут и никаких соглашений о примирении сторон истцу не предлагают. При таких обстоятельствах у него имеются не только все юридические основания, но и моральное право требовать присуждения компенсации в заявленном (полном) размере – 550.000 руб., который с учётом внушительной совокупности допущенных ответчиками нарушений условий его содержания, а также принимая во внимание продолжительный период пребывания его в неподобающих условиях - 3 года, вполне соответствует прецедентной практике Европейского Суда и соизмерим с выплатами, присуждаемыми Европейским Судом в сопоставимых обстоятельствах, то есть является адекватным и справедливым. На основании чего, просит признать незаконным бездействие административных ответчиков по обеспечению надлежащих условий содержания административного истца в исправительном учреждении ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан, приведшем к нарушению права административного истца не подвергаться нечеловечному или унижающему достоинство обращению в связи с ненадлежащими условиями содержания в исправительном учреждении, и присудить ему за счёт казны Российской Федерации компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан в размере 550.000 рублей; возместить ему понесённые расходы в связи с подачей и рассмотрением данного административного искового заявления в размере 16.360 рублей, которые включают в себя расходы на оплату услуг представителя в сумме 15.000 рублей, а также расходы, связанные с оформлением административным истцом нотариальной доверенности на имя ФИО6, на представление интересов доверителя при рассмотрении данного дела в сумме 1.360 рублей.

Представитель административного истца ФИО3 – ФИО6, действующий на основании доверенности в судебное заседание не явился, будучи надлежаще извещенным о времени и месте рассмотрения дела. В ходе рассмотрения дела судом было отказано в удовлетворении ходатайства представителя административного истца ФИО3 – ФИО6 о его участии в судебном заседании посредствам видеоконференцсвязи с связи с отсутствием технической возможности.

Представитель административного ответчика Федерального казенного учреждения Исправительной колонии-8 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Башкортостан ФИО7, действующая на основании по доверенности, административные исковые требования ФИО3 не признала по основаниям, указанным ранее в судебном заседании представителем ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан – ФИО8. По основаниям, указанным ранее в судебном заседании представителем ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан просит в удовлетворении административного иска ФИО3 отказать в полном объеме. 

Из пояснений представителя ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО8, данных ранее в судебном заседании, следует, что доводы административного истца ФИО3 не нашли своего подтверждения. ФИО3 содержался в отряде № ФКУ ИК-8. ФИО3 ссылается на то, что в отряде содержалось более нормы осужденных. Это не соответствует действительности. Так на ДД.ММ.ГГГГ года в отряде № содержалось 113 человек, на ДД.ММ.ГГГГ года – 147 человек, на ДД.ММ.ГГГГ года – 128 человек. Площадь всего здания согласно техническому паспорту составляет 

<

данные изъяты> кв.м.. Отряд № содержался на втором этаже данного здания. При этом полагает, что норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в колонии соблюдалась, поскольку общая площадь жилого помещения состоит не только из суммы площади жилых секций, но также площади помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения бытовых и иных нужд. Также ФИО3 ссылается на отсутствие вентиляции в помещениях. В помещениях имеется вентиляция: естественная – открытие окон и принудительная – приточно-вытяжная вентиляция шахтового типа. Данная вентиляция была установлена при строительстве данного здания. В период отбывания наказания ФИО3 вентиляция имелась, находилась в рабочем состоянии. Административный истец ссылается также на то, что в ДД.ММ.ГГГГ году отсутствовала горячая вода в колонии. В колонии централизованная система горячей воды, и в летний период действительно горячая вода отключалась. Однако на данный период в каждом отряде, в каждой душевой имелись бойлеры с горячей воды, которые установлены и работают круглогодично. Бойлеры установлены в душевых в отрядах, также имеются в бане, на промышленной зоне, где осужденные моются после трудового дня. Душевая имеется и в самом отряде №. В отряде № имеется 15 умывальников, одна душевая кабина. Это помимо бани и душевых в промышленной зоне. По правилам внутреннего распорядка, два раза в неделю осуществляется помывка осужденных в бане. Но помимо этого имеется еще возможность мыться также в отряде, а те люди, которые трудоустроены, имеют возможность также мыться на территории промышленной зоны. Бойлеры были установлены в ДД.ММ.ГГГГ году. Кроме того, Приложением № к приказу ФСИН России от 27.07.2006 года № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» установлен перечень предметов, которыми должно быть оборудовано спальное помещение. Согласно данной норме спальное помещение отрядов оборудованы спальными местами, в виде металлических панцирных кроватей, расположенных в два яруса, прикроватными отдельно стоящими тумбами, табуретами, деревянными окнами - в настоящее время стоят пластиковые окна, естественной приточно-вытяжной вентиляцией находящейся в рабочем состоянии, имеется искусственное освещение в виде светильников головного света и светильников ночного освещения, которые находятся в рабочем состоянии. Расстояние между соседними кроватями составляет 85 см, между рядами кроватей 100 см, что соответствует приказу ФСИН России от 27.07.2006 года № 512. Административный истец в своих пояснениях фактически подтверждает данное обстоятельство, ссылаясь на то, что между кроватями стояла тумбочка. Ежеквартально проводится дератизация помещений отрядов, столовой для осужденных от насекомых и грызунов, в подтверждение чего представлены соответствующие договоры, платежные поручения и акты выполненных работ. В отряде № имеется туалет, в котором находится 10 унитазов, 4 чаши Генуя. Мусор бытовой складируется в туалете и в комнате приема пищи в ведро и по мере заполнения выносится, что делается дежурным по отряду из числа осужденных. В отряде имеется раздевалка, в которой имеются шкафчики на каждого осужденного, в которых хранятся вещи осужденных, которые они носят ежедневно. В летний период зимние вещи осужденных хранятся на складе учреждения, где хранятся также личные вещи осужденных неустановленного образца. Помещение для сушки белья представляет собой помещение, где находятся вешалки, предназначенные для сушки белья, имеются батареи, помещение оборудовано вытяжкой, и можно открыть окно для просушки белья. Комната воспитательной работы представляет собой помещение, в котором находятся столы, стулья, телевизор, магнитофон, литература для чтения, где осужденные проводят свой досуг. Комната для приема пиши – это комната для приема пиши осужденных помимо столовой. Комната открывается согласно распорядку дня в определенное время, то есть постоянное нахождение осужденных в ней запрещено. Также согласно приказу ФСИН России от 27.07.2006 года № 512 установлен минимальный перечень предметов, которыми должна быть оснащена комната для приема пищи: стеллаж для хранения продуктов - 1 штука, на каждого осужденного имеется ячейка для хранения его продуктов питания, разрешенных для приема в данном помещении; стол для раскладки продуктов и приема пищи - 1 штука, табурет - 2 штуки, лестница переносная-стремянка - 1 штука, бачок для пищевых отходов и мусора - 1 штука, шкаф холодильный - 1 штука, электрокипятильник - 1 штука на отряд. Комната приема пищи отряда № имеет площадь 

<

данные изъяты> кв.м, рассчитанной для одновременного приёма 17 осуждённых, которая оборудована 17 сидячими местами в виде скамеек, холодильниками 4 штуки, которые находятся в исправном рабочем состоянии, СВЧ печью 2 штуки, электрическими чайниками в количестве 3 штук, которые находятся в исправном рабочем состоянии. Основой прием пищи осуществляется в столовой учреждения, а не в комнате приема пищи. Также ФИО3 ссылается на то, что окна в жилых помещениях закрашены, отсутствует естественное освещение. Данный объект является режимным, чтобы осужденные не видели движение караула отряда, окна заклеены специальной пленкой, которая пропускает естественный свет, внутри данная пленка создает эффект зеркала. При этом отметила, что осужденный ФИО3 содержался не в том помещении, где окна выходят на запретную зону. Размеры локального участка ничем не регламентированы. На данном участке имеется место для курения, участок оборудован спортивным инвентарем, места для построения осужденных достаточно. Также считает несостоятельными доводы ФИО3 и в части питания. Питание осуществляется в соответствии с Приказом ФСИН №. Одно и тоже блюдо в течение недели не повторяется. Не оспаривая факт привлечения ФКУ ИК-8 к ответственности за несоблюдение калорийности питания, но это был единичный случай. По поводу оказания медицинской помощи осужденным. Медицинская помощь осужденным осуществляется сотрудниками медсанчасти, которая не входит в штат колонии, а относится к ФСИН. 

Представитель административного ответчика Федеральной службы исполнения наказаний и Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Башкортостан, ФИО9 административный иск ФИО3 не признал в полном объеме по тем основаниям, которые были указаны представителем ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан. По основаниям, указанным представителем ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан просит в удовлетворении административного иска ФИО3 отказать в полном объеме. 

Выслушав пояснения административного истца ФИО3, представителей административных ответчиков, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предметом регулирования настоящего кодекса являются, в том числе и административные дела о присуждении компенсации за нарушение условий содержание под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Административное исковое заявление ФИО3 подано в суд в порядке статьи 5 Федерального закона от 27.12.2019 года № 499-ФЗ и статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Срок на подачу административного искового заявления, установленный статьей указанного вышек закона, административным истцом ФИО3 не пропущен.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ административный истец обратился с жалобой в Европейский Суд по правам человека (жалоба № Pronin v. Russia) на нарушение его прав, гарантированных статьями 3 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свободы в связи с бесчеловечными и унижающими человеческое достоинство условиями его содержания в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан и отсутствием эффективных средств правовой защиты от указанных нарушений прав человека.

Данная колония является специализированной, предназначена для содержания осужденных за различные преступления бывших работников судов и правоохранительных органов.

ДД.ММ.ГГГГ Европейский Суд по правам человека обнародовал решение от ДД.ММ.ГГГГ по делу «Ivan Andreevich Samarin against Russia and 203 other applications» о неприемлемости поданной жалобы ввиду не исчерпания административным истцом национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу Федерального закона от 27.12.2019 № 494-ФЗ (пункт 161 решения Европейского Суда – л.д.246 т.2).

Указанное и явилось основанием для обращения ФИО3 в суд с административным исковым заявлением о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в порядке пункта 2.1. части 2 статьи 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации гарантируется, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от ДД.ММ.ГГГГ, никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Аналогичные нормы содержатся и в статье 7 Международного Пакта от 16 декабря 1966 года «О гражданских и политических правах».

Согласно части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

В соответствии со статьей 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, данному требованию корреспондирует ст. 3 ГПК РФ.

Как указал Верховный суд Российской Федерации в Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № (ДД.ММ.ГГГГ), объем обязательства по статье 13 Конвенции зависит от характера жалобы потерпевшего. Что касается жалоб на нарушение статьи 3 Конвенции в связи с бесчеловечными или унижающими достоинство условиями содержания под стражей, то возможны два вида компенсации: улучшение этих условий и компенсация за любой ущерб, причиненный в результате таких условий. Таким образом, для лица, содержащегося в таких условиях, средство правовой защиты, способное быстро положить конец продолжающимся нарушениям, имеет наибольшую ценность и действительно необходимо с учетом особой важности, придаваемой праву согласно статье 3. Однако, после того, как оспариваемая ситуация подошла к концу, так как этот человек был освобожден или помещен в условия, отвечающие требованиям статьи 3, он или она должны иметь право на компенсацию за любое уже имевшее место нарушение. Другими словами, в этой области превентивные и компенсаторные средства правовой защиты должны быть взаимодополняющими, чтобы считаться эффективными.

Таким образом, чтобы внутригосударственные средства правовой защиты в отношении условий содержания под стражей были эффективными, орган или суд, рассматривающий дело, должен рассматривать их в соответствии с применимыми принципами, изложенными в прецедентной практике Европейского Суда в соответствии со статьей 3 Конвенции... Поскольку важна не ситуация, а реальное положение вещей, то простого упоминания этой статьи во внутренних решениях недостаточно; дело должно было быть фактически рассмотрено в соответствии со стандартами, вытекающими из прецедентной практики Европейского Суда.

Если национальный орган или суд, рассматривающий дело, обнаружит, по существу или прямо, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в отношении условий, в которых соответствующее лицо содержалось или содержится под стражей, оно должно получить соответствующую помощь.

В контексте превентивных средств правовой защиты такая помощь может, в зависимости от характера основной проблемы, состоять либо из мер, затрагивающих только истца, или (например, в случае перенаселенности камер) более широких мер, которые позволяют разрешать ситуации массового и одновременного нарушения прав заключенных, возникающих в результате не соответствующих требованиям действий в определенном уголовно-исправительном учреждении.

В контексте компенсационных средств правовой защиты денежная компенсация должна быть доступной любому фактическому или бывшему заключенному, которого содержали в бесчеловечных или унижающих достоинство условиях и который подал жалобу по этому поводу. Вывод о том, что условия не соответствовали требованиям статьи 3 Конвенции, дает основание полагать, что этим самым был нанесен моральный вред потерпевшему. Внутренние правила и практика, регулирующие действие средства правовой защиты, должны отражать существование этой презумпции, а не ставить компенсацию в зависимость от способности заявителя доказать с помощью устных показаний существование морального вреда в форме эмоционального расстройства.

По смыслу части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях № С (XXIV) от 31.07.1957 и № (LXII) от 13.05.1977 г., предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п. 10).

В соответствии с частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 73 настоящего Кодекса осужденные к лишению свободы, кроме указанных в части четвертой настоящей статьи, отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены. В исключительных случаях по состоянию здоровья осужденных или для обеспечения их личной безопасности либо с их согласия осужденные могут быть направлены для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания; унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности; при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания; оценка уровня страданий осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности, от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения; в некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Согласно позиции Европейского Суда по правам человека, высказанной им в ряде постановлений (например, постановление ЕСПЧ от 11 февраля 2010 года по Делу «Салахутдинов (Salakhutdinov) против Российской Федерации» (жалоба № 43589/02); Решение ЕСПЧ от 16 сентября 2004 года «О приемлемости жалобы № 30138/02 ФИО10 Suleimanovich Nurmagomedov) против Российской Федерации», меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элемент неизбежного страдания или унижения; тем не менее, государство должно обеспечить содержание лица в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры наказания не должны подвергать его душевным страданиям и трудностям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, содержащемуся под стражей, чтобы с учетом практических требований лишения свободы его здоровье и благополучие не подвергались угрозе.

Статьей 13 Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что Учреждения, исполняющие наказания, обязаны: 1) обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; 2) создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; 3) обеспечивать привлечение осужденных к труду, условия для получения осужденными общего образования, а также их профессиональное обучение и получение ими профессионального образования; 4) обеспечивать охрану здоровья осужденных; 5) осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы; 6) в пределах своей компетенции оказывать содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность; 7) обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно положениям части 1 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом (часть 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Статья 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусматривает, что норма жилой площади в расчете на каждого осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров. Осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин)).

Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. За счет средств предприятий, привлекающих к труду осужденных, им может быть организовано дополнительное питание сверх установленных норм. Нормы вещевого довольствия осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. Осужденные, не работающие по не зависящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства.

Исходя из положений части 1 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

Порядок оказания осужденным медицинской помощи, организации и проведения санитарного надзора, использования лечебно-профилактических и санитарно-профилактических учреждений органов здравоохранения и привлечения для этих целей их медицинского персонала устанавливается законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.

Приказом Минюста России от 28.12.2017 года № 285 утвержден Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, согласно п. 1 которого данный порядок устанавливает правила организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу в следственных изоляторах, а также осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, в соответствии с пунктами 1,2,4 части 2 статьи 32, частью 1 статьи 37 и частью 1 статьи 80 Федерального закона от21.11.2011г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Права и обязанности лишенных свободы лиц регулируются законодательством и международными обязательствами Российской Федерации.

К таким правам и обязанностям, согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» относятся, в частности, следующие права: на личную безопасность и охрану здоровья, на получение юридической помощи, на обращение в государственные органы и в общественные наблюдательные комиссии, на доступ к правосудию, на получение информации, непосредственно затрагивающей реализацию прав соответствующих лиц, на материально-бытовое обеспечение, включая обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий, питания и прогулок, право на образование и досуг. Любое содержание под стражей, в том числе перемещение в транспортных средствах, должно осуществляться в соответствии с принципами уважения человеческого достоинства и применимыми правовыми требованиями и должно исключать незаконное физическое или психологическое жестокое обращение. Любое нарушение таких требований является нарушением условий содержания под стражей и запрещенное обращение (пункт 3 Постановления № 47).

В данном Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» указано, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от 26.04.2013 г. № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 УИК РФ, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24.06.1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25.07.2002 № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», ст. 2 Федерального закона от 30.03.1999г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»). 

Согласно пункту 14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

В соответствии со статьей 123 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы, отбывающие наказание в обычных условиях в исправительных колониях строгого режима, проживают в общежитиях.

Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений утверждены Приказом Минюста России от 16 декабря 2016 года № 295.

В соответствии с пунктом 10 указанных Правил осужденные проживают в отрядах.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 приговором Октябрьского районного суда города Самары от ДД.ММ.ГГГГ осужден по «а» ч. 5 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации, с применением ст. 64 УК РФ, к 5 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах сроком на 2 года, со штрафом 2.400.000 руб..

Согласно справке серии № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.16 т.1), и извещению о прибытии (л.д.17 т.1) ФИО3 прибыл в ФКУ ИК-8 УФСИН по Республике Башкортостан с ДД.ММ.ГГГГ, и откуда ДД.ММ.ГГГГ был освобожден условно-досрочно на основании постановления Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ на неотбытый срок 1 год 8 месяцев.

Установлено, что по прибытию в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан администрацией колонии ФИО3 был распределён для проживания в отряд №, в котором непрерывно проживал до момента убытия из колонии, что стороны в ходе рассмотрения дела признали и не оспаривали.

Частью 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Из материалов дела следует, что численность осужденных в отряде № в период нахождения и проживания в нем ФИО3 варьировалась от 132 до 176 человек.

Указанное обстоятельство подтверждается справкой ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан о численности осужденных, содержащихся в отряде № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.168 т.3), а также подтверждается ведомостями на получение предметов индивидуальных средств гигиены отряда № за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ год (л.д.77-142 т.3), которые содержат данные о количестве осужденных, находящихся в отряде № за указанный период.

Указанные выше обстоятельства подтверждаются также представлением прокурора Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.127-133 т.2), вынесенным в адрес начальника УФСИН России по Республике Башкортостан по результатам прокурорской проверки деятельности администрации ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан.

Из данного представления следует, что в общежитии отряда №, то есть в том отряде, где проживал административный истец ФИО3, на дату проведения проверки на одного осужденного приходится 1,5 кв.м. жилой площади (л.д.128 т.2).

Частью 2 статьи 64 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

Установлено, что решением Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворен иск Башкирского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Республики Башкортостан к ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан об устранении нарушений материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, в соответствии с которым на ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан возложена обязанность принять меры по увеличению норм жилой площади в соответствии с требованиями, установленными уголовно-исполнительным законодательством, из расчета 2 кв.м. на одного осужденного; обеспечить общежития отрядов для проживания осужденных необходимым количество умывальником и унитазов в соответствии с фактическим количеством осужденных и предъявляемым требованиям обеспечения.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ указанное выше решение суда оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан – без удовлетворения (л.д. 109-112 т.4).

При этом из апелляционного определения следует, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ при лимите наполнения ИК-8 в 755 человек для содержания в строгом режиме, в учреждении фактически содержалось 859 человек. Жилая площадь отряда № составляет 

<

данные изъяты> кв.м., лимит наполнения установлен в 128 осужденных, однако по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в общежитии отряда № содержалось 170 осужденных, то есть на одного осужденного приходилось 1,5 кв.м. (л.д. 111 т.4).

Оставляя решение Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ в силе, Верховный Суд Республики Башкортостан указал, что превышение лимитов наполнения влечет грубое несоответствие требованиям уголовно-исполнительного законодательства в сфере материально-бытового обеспечения осужденных.

Из представления прокурора Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ и из апелляционного определения Верховного Суда Республики Башкортостан также следует, что ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан не соблюдены нормы оборудования умывальных комнат отряда необходимым количеством умывальников, а также количеством унитазов. Так общежитие отряда № оборудовано 15 умывальниками (необходимая потребность - 17); оборудовано 10 унитазами (необходимая потребность 12 унитазов). 

Из представления прокурора Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ также следует, что одно и то же помещение в отрядах используются как для кухни, так и для комнаты хранения продуктов питания и приема пищи, комната быта совместно с сушилкой, не имеется кладовой для спортинвентаря и комнаты для хранения хозинвентаря (л.д.128 т.2).

Также в ходе проведения проверки прокуратурой были выявлены нарушения требования ст.17 Федерального закона от 30.03.1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», вследствие не соблюдения правил мыться посуды и кухонного инвентаря, на чистой посуде в столовой для осужденных обнаружены бактерии группы кишечной палочки; лабораторное исследование блюда «компот из сухофруктов» показало, что значение контролируемых показателей не соответствуют требованиям технологической карты, выявлены отклонения по калорийности, по углеводам. В нарушение п.п.7.7, 7.12 СанПиН 2.3.6. 1079-01 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям общественного питания, изготовлению и обороноспособности в них продовольственного сырья и пищевых продуктов» не соблюдаются условия хранения особо скоропортящейся продукции (ол.д.129 т.2). 

Выявленное нарушение явилось поводом для привлечения заведующего столовой ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан к административной ответственности, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.120-121 т.1).

Кроме того, в ходе прокурорской проверки установлено, что в нарушение требований ст.101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации штат персонала филиала «МЧ № 5» ФКУЗ МСЧ № 21 ФСИН России не укомплектован, в помещении аптеки медицинской части отсутствует вентиляционная система, а также система кондиционирования помещения. 

Указанные выше нарушения требований уголовно-исполнительного законодательства в сфере материально-бытового обеспечения осужденных фактически ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан признало, рассмотрев на оперативном совещании представление прокурора Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.134-149 т.2).

Руководством ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан по итогам проведенной проверки, были вынесены приказы о привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности.

Представление прокурора Республики Башкортостан вынесенное в адрес УФСИН России по Республике Башкортостан не обжаловалось, вследствие чего суд принимает указанное выше представление, как надлежащее, допустимое и достоверное доказательство существования выявленных нарушений, какой-либо заинтересованности при вынесении прокуратурой представления и изложении в них фактов выявленных нарушений не установлено.

Кроме того, часть нарушений, выявленных в ходе проведения прокурорской проверки и указанных в представлении, явились поводом для обращения Башкирского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Республики Башкортостан в суд с иском к ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан.

Таким образом, суд, в отсутствие опровержений установленных обстоятельств, приходит к выводу о нарушении прав административного истца ФИО3 на соблюдение надлежащих условий содержания в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан, при этом данные нарушения характеризуются бездействием административных ответчиков, в связи с чем, требование о признании такого бездействия незаконным обосновано и подлежит удовлетворению.

Суд полагает заслуживающими внимания доводы административного истца ФИО3 о том, что превышение численности осужденных крайне негативно влияло на все сферы жизни в исправительном учреждении, а нарушение санитарных норм и правил унижали его достоинство.

Доводы, описанные в административном исковом заявлении, содержащие описание условий жизни в исправительной колонии, ощущения административного истца, которые он испытывал при нахождении в исправительном учреждении, в ходе рассмотрения дела административными ответчиками не опровергнуты, подтверждаются представленными в материалах дела доказательствами, которых достаточно для принятия решения по делу.

Таким образом, суд полагает о законности требований ФИО3 о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания и, определяя ее размер, суд учитывает длительность отбывания наказания ФИО3 в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан (практически 3 года), в ненадлежащих условиях, характер и продолжительность нарушений условий отбывания наказания, связанных с постоянной нехваткой личного пространства, невозможностью пребывать в безопасных, нормальных санитарно-гигиенических условиях; принимать пищу приготовленную с соблюдением санитарных норм и правил; отправлять в нормальных условиях естественные нужды; получать надлежащего качества медицинские услуги; получать нормальный отдых ночью, иметь достаточное личное пространство. 

С учетом установленных фактов нарушений прав осужденного ФИО3 суд полагает разумным и справедливым определить размер компенсации, подлежащей взысканию за счет средств казны Российской Федерации, в сумме 200.000 рублей. При этом, по мнению суда, данная сумма является оправданной, компенсация в указанном размере обеспечит эффективность внутригосударственного средства правовой защиты в соответствии с Федеральным законом 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», и не приведет к неосновательному обогащению заявителя.

Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314 «Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний» утверждено Положение о Федеральной службе исполнения наказаний.

В соответствии с подпунктом 6 пункта 7 данного Указа ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Разрешая заявленные требования, суд возлагает обязанность по выплате компенсации ФИО3 в результате необеспечения ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан надлежащих условий его содержания в учреждении, на Российскую Федерацию в лице ФСИН России, которая является главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на эти цели.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд по ее письменному ходатайству присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

Согласно п. 11 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не предоставляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

По смыслу статьи 100 ГПК РФ суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя критерии разумности понесенных расходов. При этом неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

Административным истцом ФИО3 понесены расходы, связанные с оплатой юридических услуг ФИО6, которые подтверждаются договором от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.24 том 1) и распиской о получении денежных средств по договору в размере 15 000 рублей (л.д. 23 том 1).

Расходы по оплате юридических услуг подлежат взысканию с проигравшей стороны, при этом учитывая, что размер компенсации за нарушение условий содержания определяется судом, требования административного истца являются законными и обоснованными, суд полагает не подлежащим применению принцип пропорционального взыскания судебных расходов, приходит к выводу об отнесении их на проигравшую сторону в полном объеме.

Суд принимает во внимание, что ФИО6 оказал квалифицированную юридическую помощь при ведении настоящего административного дела, готовил письменные позиции по делу, ходатайствовал о предоставлении дополнительных документах, проделал значительный объем работы, изучал значительный объем документов, поступающих в ходе рассмотрения дела. Доказательств чрезмерности заявленных к взысканию расходов по оплате юридической помощи суду не представлено.

Суд полагает, что оснований для уменьшения суммы расходов подлежащих взысканию с проигравшей стороны не имеется, представителем административных ответчиков таких оснований не приведено, рассматриваемое дело на момент его рассмотрения характер типового не носило, несение расходов подтверждено документально, а сумма в размере 15.000 рублей не является завышенной для оплаты качественно оказанных юридических услуг.

Таким образом, требование административного истца ФИО3 о взыскании судебных расходов в заявленном размере подлежат удовлетворению в полном объеме.

Вместе с тем, не подлежат взысканию расходы ФИО3 по оформлению нотариальной доверенности на имя ФИО6 НГ. в размере 1.360 руб. (л.д.25-26 т.1), поскольку оригинал доверенности в деле отсутствует. Кроме того, из копии доверенности на имя ФИО6, представленной в суд, не следует, что данная доверенность выдана ФИО3 именно на ведение данного дела. 

Руководствуясь ст.ст.175-181, ст.227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Административный иск ФИО3 удовлетворить в части.

Признать незаконным бездействие Федеральной службы исполнения наказаний России (ФСИН России), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Башкортостан, Федеральному казенному учреждению Исправительной колонии-8 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Башкортостан по обеспечению надлежащих условий содержания ФИО3 в исправительном учреждении ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Башкортостан в размере 200.000 руб..

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 судебные расходы в сумме 15.000 руб.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Кинельский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 04 декабря 2020 года.

председательствующий –