Судья 1-й инстанции Дмитриев И.В. № 22-908/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

3 марта 2023 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Морозова С.Л., при помощнике судьи Гаськовой А.В., с участием прокурора Калининой Л.В., обвиняемых ФИО2, ФИО1, ФИО15, ФИО14, защитников – адвокатов Шишенкова К.Н., Кукарцева С.А., Дорохина А.М., Кустова И.А., рассмотрев в открытом судебном заседании материал по апелляционным жалобам адвоката Шишенкова К.Н. в защиту обвиняемого ФИО2, адвоката Кукарцева С.А. в защиту обвиняемого ФИО1, адвоката Дорохина А.М. в защиту обвиняемого ФИО15, адвоката Кустова И.А. в защиту обвиняемого ФИО14 на постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 7 февраля 2023 года, которым срок содержания под стражей в отношении 

ФИО24, родившегося Дата изъята в 

<

адрес изъят> 

<

адрес изъят>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.5 УК РФ (два преступления),

ФИО25, родившегося Дата изъята в 

<

адрес изъят>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159.5 УК РФ (пять преступлений),

ФИО26, родившегося Дата изъята в 

<

адрес изъят> 

<

адрес изъят>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159.5 УК РФ (три преступления),

ФИО27, родившегося Дата изъята в 

<

адрес изъят>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159.5 УК РФ (четыре преступления),

продлен на 2 месяца 2 суток, а всего до 6 месяцев 27 суток, то есть по 15 апреля 2023 года включительно,

УСТАНОВИЛ:

уголовное дело возбуждено 16 сентября 2022 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159.5 УК РФ в отношении неустановленных лиц.

Данное уголовное дело впоследствии соединено в одно производство с иными уголовными делами, возбужденными по признакам преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159.5 УК РФ в отношении неустановленных лиц 16 и 19 сентября, 6 октября, 2 и 7 декабря 2022 года, 23 января и 3 февраля 2023 года, всего 16 дел.

20 сентября 2022 года ФИО2, ФИО12, ФИО14, ФИО15, задержаны в качестве подозреваемых.

21 сентября 2022 года ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159.5 УК РФ (2 преступления); ФИО1 – по ч. 4 ст. 159.5 УК РФ (5 преступлений), ФИО15 – по ч.4 ст. 159.5 УК РФ (3 преступления), ФИО14 – по ч. 4 ст. 159.5 УК РФ (4 преступления). 

Постановлениями Октябрьского районного суда г. Иркутска от 21, 22, 23, 24 сентября 2022 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по 15 ноября 2022 года включительно, в отношении соответственно ФИО1, ФИО14, ФИО2, ФИО15 

Постановлением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 10 ноября 2022 года (с учетом апелляционного постановления Иркутского областного суда от 24 ноября 2022 года) срок содержания под стражей продлен в отношении обвиняемых ФИО1, ФИО14, ФИО2, ФИО15 на 3 месяца, а всего до 4 месяцев 25 суток, то есть по 13 февраля 2023 года включительно.

31 января 2023 года срок предварительного следствия по уголовному делу продлен на 2 месяца, всего до 7 месяцев, то есть по 16 апреля 2023 года включительно.

7 февраля 2023 года постановлением Октябрьского районного суда г. Иркутска по результатам рассмотрения ходатайств следователя по ОВД отдела СЧ ГСУ ГУ МВД России по Иркутской области, согласованных с заместителем начальника ГСУ ГУ МВД России по Иркутской области, срок содержания под стражей обвиняемых ФИО2, ФИО1, ФИО14, ФИО15 продлен на 2 месяца 2 суток, всего до 6 месяцев 27 суток, то есть по 15 апреля 2023 года включительно.

Этим же постановлением продлен срок содержания под стражей обвиняемому ФИО16, в отношении которого судебное решение не обжаловано.

В апелляционной жалобе адвокат Шишенков К.Н. в защиту обвиняемого ФИО2 просит отменить постановление суда как незаконное, необоснованное, немотивированное и изменить меру пресечения на домашний арест. В обоснование жалобы защитник указывает следующее. Судом не учтены требования, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий». Не представлены доказательства того, что обвиняемый, находясь на домашнем аресте, может скрыться, воспрепятствовать производству по делу, уничтожить доказательства, подтверждающие угрозы от обвиняемого, его родственников или иных лиц в отношении участников судопроизводства, либо предложения материальных и нематериальных выгод. Привлечение к ответственности по признаку организованной группы, является искусственным и направлено на продление срока содержания под стражей. Не представлено доказательств участия в организованной группе. Вывод суда о возможности преступной деятельности сделан вопреки тому, что ФИО2 ранее к уголовной ответственности не привлекался. Материалы не содержат сведений о намерении ФИО2 скрыться, поскольку он не нарушал избранной меры пресечения, имущество не продавал, за рубежом не имеет источников дохода, не имеет иностранного гражданства. ФИО2 гражданин РФ, имеет постоянное место жительства и регистрации, семью, малолетнего ребенка. Выводы суда что ФИО2 может скрыться, воспрепятствовать в расследовании уголовного дела, продолжит заниматься преступной деятельностью не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, сделаны с нарушением ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Суд без проверки принял доводы следователя, что предварительное следствие не окончено по объективным причинам, не принял во внимание, что с обвиняемым проведено одно следственное действие – допрос в январе 2023 года. Органы следствия в ходатайстве не указывают об окончании производства по делу в испрашиваемые сроки, а перечень следственных мероприятий сводится к формальному перечислению необходимости завершения ранее начатого осмотра предметов и документов. Запрет на этапирование в подразделения расследующие уголовные дела, мешает оперативно проводить необходимые следственные действия. Судом не дана оценка волоките, не выяснены причины не проведения следственных действий, которые указывались в обоснование предыдущих ходатайств следователя, а также оценка доводам стороны защиты об изменении меры пресечения, и тому, что не установлены факты противоправного поведения ФИО2, который не скрывался. Суд не привел суждений о том, почему контроль сотрудников ГУФСИН не может исключить предполагаемое противодействие ФИО2, хотя домашний арест способен обеспечить интересы следствия. Не дана оценка социализации обвиняемого, имеющего постоянный доход, малолетнего ребенка, являющегося единственным кормильцем в семье, с учетом, что супруга находится в отпуске по уходу за ребенком. Домашний арест позволил бы заниматься уходом за малолетним ребенком, а супруге выйти на работу. Указанные обстоятельства, а также изъятие у ФИО2 при задержании заграничного паспорта, свидетельствуют о том, что он не будет скрываться.

В апелляционной жалобе адвокат Кукарцев С.А. в защиту обвиняемого ФИО1 просит постановление суда отменить, избрать меру пресечения в виде домашнего ареста, при этом указывает следующее. Судебное решение не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, не указаны конкретные фактические обстоятельства, на основании которых принято решение об отсутствии оснований для более мягкой меры пресечения. Ходатайство следователя содержит те же основания, что и предыдущее. Не представлено доказательств того, что ФИО12 может скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по делу. Не дана оценка изъятию следователем у ФИО1 российского и иностранного паспортов, необъективно сделан вывод о том, что обвиняемый, не имея постоянного места работы, может продолжить заниматься преступной деятельностью, не дана оценка представленным защитой доказательствам, что до задержания он работал неофициально по срочному трудовому договору, имел ежемесячную заработную плату. Вывод суда о возможности скрыться под тяжестью предъявленного обвинения, без совокупности других обстоятельств, не может служить безусловным основанием для продления самой строгой меры пресечения. Выводы, что не изменились основания меры пресечения не мотивированы. Не принято во внимание, что с момента предыдущего продления срока содержания под стражей с обвиняемым проведено два следственных действия. Сложностей, связанных с квалификацией и сбором доказательств, не имеется, поскольку обвиняемые признают вину, активно способствуют расследованию. Судом не в полной мере учтены сведения о личности обвиняемого, семейном положении, здоровье, возрасте. ФИО12 имеет устойчивые социальные связи в 

<

адрес изъят>, с момента рождения находится на российской территории, является гражданином РФ, родители и супруга проживают в 

<

адрес изъят>.

В апелляционной жалобе адвокат Дорохин А.М. в защиту обвиняемого ФИО15 просит отменить постановление суда как незаконное и необоснованное, и избрать меру пресечения в виде домашнего ареста, при этом указывает следующее. Продление срока основано лишь на тяжести обвинения, поскольку иные учтенные судом основания, не соответствуют материалам, представленным в суд органами следствия. Обстоятельства, учтенные при избрании меры пресечения изменились и отпали. ФИО15 дает показания, признает вину. Основываясь на предположении суд отказал защите в избрании домашнего ареста, хотя последствия данной меры пресечения и заключения под стражу одинаковые. При домашнем аресте так же исключена возможность свободного передвижения и общения. ФИО15 социально адаптирован, положительно характеризуется, женат, имеет малолетних детей, квартиру в ипотеке, что требует ежемесячного оплаты. Домашний арест позволил бы присматривать за детьми, а супруге выйти на работу. 

В апелляционной жалобе адвокат Кустов И.А. в защиту обвиняемого ФИО14 просит постановление суда отменить, обвиняемого освободить, в удовлетворении ходатайства органов следствия отказать, либо избрать меру пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий. В обоснование жалобы защитник указывает, что решение суда считает незаконным, необоснованным, противоречащим фактическим данным, находящимися в материале. Суд не проверил обоснованность ходатайства следователя, а доводы стороны защиты и ходатайство об избрании более мягкой меры пресечения отверг безмотивно, фактически не рассмотрев его. Суд указал, что ФИО14 обвиняется в совершении тяжких преступлений в составе организованной группы, тем самым вошел в обсуждение вопросов квалификации, что недопустимо. Суд вновь указал, что ФИО14 уничтожит доказательства и продолжит заниматься преступной деятельностью без ссылок на материалы дела, сославшись на предложенную следствием квалификацию. Суд оставил без внимания показания ФИО14 по предъявленному обвинению, активное сотрудничество со следствием, данные о том, что он является индивидуальным предпринимателем, имеет законный источник дохода, троих детей на иждивении. Материал не содержит доказательств, а представляет собой данные о движении уголовного дела, проведенных следственных действиях и документы, характеризующие ФИО14 положительно, ранее к уголовной и административной ответственности не привлекавшегося. Постановление суда противоречит нормам уголовно-процессуального закона и разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

В возражениях старшего помощника прокурора Октябрьского района г. Иркутска ФИО11 на указанные жалобы адвокатов указывается о несогласии с их доводами.

Изучив материалы, заслушав стороны, проверив доводы апелляционных жалоб, оснований к их удовлетворению суд апелляционной инстанции не находит, исходя из следующего. 

Выводы суда о наличии предусмотренных законом оснований для продления срока содержания под стражей каждого обвиняемого, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами. 

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при решении вопроса о мере пресечения в отношении обвиняемых ФИО2, ФИО1, ФИО15, ФИО14 не усматривается.

Поскольку выводы суда являются в достаточной степени мотивированными, существенного нарушения ст. 7 УПК РФ судом не допущено. 

Возможность продления срока содержания под стражей в отношении обвиняемых на срок свыше 6 месяцев предусмотрена положениями ст. 109 УПК РФ при соблюдении, указанных в данной норме закона условий, а именно: только в отношении обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения, по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту РФ (приравненного к нему руководителя следственного органа), а также при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения в отношении этих лиц.

В силу ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 настоящего Кодекса.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции соблюдены.

Ходатайства о продлении срока содержания под стражей ФИО2, ФИО1, ФИО15, ФИО14 возбуждены перед судом в рамках расследуемого уголовного дела надлежащим уполномоченным лицом и с согласия руководителя следственного органа соответствующей компетенции. 

Достаточность данных, обосновывающих подозрение в причастности обвиняемых к совершению инкриминируемых деяний, не вызывает сомнений, поскольку подтверждается соответствующими материалами на этот счет, приложенными к ходатайствам следователя и с участием сторон исследованными в судебном заседании. 

Доводы защитников о сотрудничестве обвиняемых со следствием также не противоречат выводам суда в данной части. Вместе с тем в оценку доказанности совершения преступлений и виновности обвиняемых, суд обоснованно не вступал с учетом стадии судопроизводства. 

С учетом изложенного ссылки защитника Шишенкова К.Н. об оспаривании квалификации предъявленного ФИО2 обвинения по признаку организованной группы безосновательны.

В судебном заседании проверены как доводы следователя о невозможности завершить расследование, так и возражения защитников по рассматриваемому ходатайству, связанные с оценкой организации расследования как неэффективного. 

Суд удостоверился, что необходимо выполнение тех следственных и процессуальных действий, на которые указано в ходатайстве, внесенном следователем с согласия соответствующего руководителя следственного органа.

Обсуждая организацию расследования, суд пришел к выводу, что проводится стадия активного сбора доказательств, с учетом выявления новых преступлений и возбуждения 3 февраля 2023 года пяти новых уголовных дел по преступлениям, предусмотренным ч. 2 ст. 159.5 УК РФ.

Суд пришел к выводу, что отсутствует волокита при расследовании, с чем нельзя не согласиться исходя из указанных судом данных о движении по делу, характере обвинения. Неэффективной организации расследования суд не установил, не усматривает таковой по представленным материалам и суд апелляционной инстанции. 

Суд апелляционной инстанции также соглашается с выводом суда об особой сложности уголовного дела, которая обусловлена его фактической и правовой сложностью, объемом обвинения, что влечет необходимость проведения значительного количества следственных действий.

Наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемые могут скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, уничтожить доказательства, подтверждается исследованными в судебном заседании материалами.

Сам по себе вероятностный характер указанных оснований для избрания меры пресечения, предусмотренных ч. 1 ст. 97 УПК РФ не противоречит требованиям закона, поскольку существо любой меры пресечения заключается в предотвращении возможного негативного поведения лица в будущем.

С учетом времени прошедшего с момента предъявления обвинения, тяжесть обвинения не утратила своего значения, поэтому должна была учитываться при принятии решения о мере пресечения в полном соответствии с требованиями ст. 99 УПК РФ. 

Из материалов следует, что объем обвинения с течением времени производства по уголовному делу с момента заключения под стражу каждого из обвиняемых не уменьшился. 

Вместе с тем, тяжесть обвинения не являлась единственным основанием для вывода суда об удовлетворении ходатайств следователя, а учитывалась в совокупности со всеми имеющими значение для разрешения вопроса о мере пресечения сведениями, предусмотренными ст. ст. 97 и 99 УПК РФ.

При оценке доводов следователя о рисках ненадлежащего поведения обвиняемых, судом обоснованно приняты во внимание характер предъявленного обвинения в совершении преступлений против собственности, связанных с осуществлением на протяжении достаточно длительного времени преступных действий, в составе организованной группы, а также стадия расследования, данные о поведении и личности обвиняемых, включая сведения о том, что обвиняемые ФИО15 и ФИО14 имеют иностранное гражданство, ФИО12, ФИО2, ФИО15 не имеют официального трудоустройства, то есть постоянного и законного источника дохода, ФИО15 ранее судим и отбывал наказание в виде лишения свободы, все обвиняемые не имеют заболеваний, препятствующих их содержанию в условиях следственного изолятора. 

Изложенное, по мнению суда первой инстанции, обусловливает вывод, что обвиняемые могут продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от следствия и суда, уничтожить доказательства по уголовному делу.

Вывод суда о риске указанного ненадлежащего поведения обвиняемых не противоречит разъяснениям, изложенным в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» согласно которым о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок, отсутствие у лица работы; вывод о том, что лицо может продолжать заниматься преступной деятельностью, может быть сделан с учетом, в частности, совершения ранее умышленного преступления, судимость за которое не снята и не погашена; о том, что лицо может уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать по уголовному делу может свидетельствовать предъявление лицу обвинения в совершении преступления в составе организованной группы.

Доводы защитников о том, что ссылка суда на возможность продолжить преступную деятельность в отношении ФИО2, ФИО1, ФИО14 необоснованна, суд апелляционной инстанции находит не убедительными, поскольку наличие данного риска судом установлено из совокупности всех обстоятельств дела, включая данные о характере обвинения, свидетельствующем о вероятности таких действий.

Возможность изменения меры пресечения на более мягкую судом первой инстанции обсуждена, однако оснований для отмены или изменения меры пресечения, с учетом требований ст. 110 УПК РФ не установлено. 

С доводами апелляционной жалобы о несогласии с выводами суда о наличии достаточных оснований для продления срока содержания под стражей, суд апелляционной инстанции не может согласиться, поскольку они сводятся к переоценке доказательств, представленных в обоснование продления срока меры пресечения и исследованных в судебном заседании в условиях состязательности.

Суд посчитал сведения о личности каждого обвиняемого, на которых акцентировала внимание сторона защиты и вновь приводимые в апелляционных жалобах, недостаточными для отказа в удовлетворении ходатайства следователя, что само по себе не свидетельствует о незаконности либо необоснованности судебного решения, с учетом правил, предусмотренных ст. 17 УПК РФ об оценке доказательств, которые не имеют заранее установленной силы, оцениваются судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности всех доказательств, руководствуясь, при этом законом и совестью. 

Предвзятости со стороны председательствующего не усматривается. Из протокола судебного заседания следует, что судом первой инстанции предоставлены сторонам равные права и возможности, с их участием исследованы все материалы, заслушаны возражения лиц, участвовавших в судебном заседании на доводы каждой из сторон. Вместе с тем, позиция стороны защиты об избрании более мягкой меры пресечения, в том числе в виде домашнего ареста, сама по себе не могла предрешать вывод о применении именно этой меры пресечения.

Существенных нарушений ст. ст. 97, 99, 108, 109 и 110 УПК РФ, что может повлечь отмену или изменение судебного решения, не усматривается.

Суду были представлены данные о личности каждого обвиняемого, на которые вновь указывается в апелляционных жалобах, в том числе о семейном положении, наличии места жительства, роде деятельности. Данные обстоятельства не изменились с момента заключения под стражу обвиняемых. 

В своей совокупности они не опровергают вывода суда о реальной возможности совершения ФИО2, ФИО12, ФИО15, ФИО14, действий, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, которые воспрепятствуют производству по делу, в том числе учитывая данные о личности каждого, количестве, характере и степени общественной опасности преступлений в совершении которых они обвиняются, относящихся к категории тяжких. 

С учетом этих обстоятельств, предусмотренных ст. 99 УПК РФ, обоснованным является вывод суда о продолжении действия в отношении ФИО2, ФИО1, ФИО15, ФИО14, именно ранее избранной меры пресечения, а не более мягкой.

Оснований полагать продление срока меры пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца 2 суток, всего до 6 месяцев 27 суток, несоразмерным рискам ненадлежащего поведения обвиняемых, характеру обвинения, личности каждого, у суда апелляционной инстанции не имеется. 

В настоящее время существенное ограничение прав обвиняемых на свободу, вызванное применением самой строгой меры пресечения на достаточно продолжительный период, является соразмерным и необходимым для целей судопроизводства.

Риск ненадлежащего поведения уменьшается с течением срока содержания под стражей, однако, в настоящий момент нельзя прийти к выводу, что этот риск уменьшился в той степени, которая исключала бы необходимость дальнейшего содержания под стражей ФИО2, ФИО1, ФИО15, ФИО14

Данных о заболеваниях у ФИО2, ФИО1, ФИО15, ФИО14, входящих в Перечень препятствующих нахождению под стражей заболеваний в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в суд апелляционной инстанции не представлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 7 февраля 2023 года о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемых ФИО28, ФИО29 ФИО30, ФИО31, оставить без изменения, апелляционные жалобы защитников – адвокатов Шишенкова К.Н., Кукарцева С.А., Дорохина А.М., Кустова И.А. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово). В случае обжалования обвиняемые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.Л. Морозов

Мотивированное решение составлено 7 марта 2023 года.

Председательствующий С.Л. Морозов