дело № 2-35/2021

УИД 39RS0001-01-2020-002561-85

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

12 июля 2021 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе

председательствующего судьи Семёркиной А.А.,

при помощнике судьи Скаудас Д.Н.,

с участием представителей истца –помощника прокурора Ленинградского района г. Калининграда Литасовой О.В., ответчицы ФИО1, представителя ответчицы –ФИО2, действующей на основании ордера от 7 августа 2020 года, 3-го лица – ФИО3, ее представителя ФИО4, действующей на основании ордера № 0005 от 5 марта 2021 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прокурора Ленинградского района г. Калининграда в интересах Российской Федерации к ФИО1 о признании брака недействительным, 

установил:

Прокурор Ленинградского района г. Калининграда обратился в суд с иском к ФИО1, в котором просит признать брак, заключенный 30 июня 2018 года между ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в отделе ЗАГС администрации муниципального образования «Зеленоградский городской округ» и аннулировать актовую запись о заключении брака № 112, сделанную в Отделе ЗАГС администрации муниципального образования «Зеленоградский городской округ» 30 июня 2018 года. 

В обоснование иска указал, что согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов №196 от 11 июля 2018 года, ФИО5 страдал сосудистой деменцией, не ориентирован во времени, утратил прежние знания, умения и навыки, эмоционально неустойчив, тугоподвижен, мышление вязкое. У ФИО5 отсутствуют критические и прогностические способности, он не способен самостоятельно удовлетворять естественные потребности, зависит от постороннего ухода, приводящие к стойкой социальной дезадаптации. Нарушения психики достигали степени слабоумия и нарушали у ФИО5 способность понимать значение своих действий и руководить ими. Решением Ленинградского районного суда от 28 сентября 2018 года ФИО5 признан недееспособным. На момент заключения брака в силу возраста и имевшегося у ФИО5 заболевания, в том числе и его психического расстройства, была значительно снижена его социально-бытовая адаптация, нарушена способность понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения брака. 03 февраля 2019 года ФИО5 умер. 23 мая 2018 года нотариусом Калининградского нотариального округа ФИО6 заверена подлинность подписи ФИО5 в заявлении о заключении брака, которое было подано в отдел записи актов гражданского состояния Администрации муниципального округа «Зеленоградский городской округ» 29 мая 2018 года от имени ФИО7 и ФИО1 Из записи акта о заключении брака от 30 июня 2018 года следует, что обстоятельств, препятствующих заключению брака, не имеется. Полагал, что на момент заключения брака 30 июня 2018 года с ФИО1 в силу возраста и имевшегося прогрессирующего заболевания у ФИО7 была снижена его социально-бытовая адаптация. После заключения брака ФИО5 и ФИО1 семейных отношений не поддерживали, общего хозяйства не вели, общего имущества не приобретали. В даты, приближенные к дате составления заявления о заключении брака, а также к дате заключения брака, ФИО5 неоднократно осматривался врачами –психиатрами и ему были установлены вышеуказанные диагнозы, свидетельствующие о болезненном состоянии психики. В этой связи, полагал, что брак, зарегистрированный 30 июня 2018 года между ФИО5 и ФИО1 соответствует предусмотренным законом критериям недействительности, как не отвечающий принципам добровольности. 

Представитель истца - Литасова О.В. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме. Указала, что материалами дела и заключением комиссии экспертов от 25 мая 2021 года № 195/з подтверждено, что ФИО5 в период заключения брака с ФИО1 30 июня 2018 года по своему психическому состоянию не мог понимать значение свих действий и руководить ими, в связи с чем, брак, зарегистрированный 30 июня 2018 года между ФИО5 и ФИО1 должен быть признан недействительным. 

Ответчица ФИО1 и ее представитель ФИО8 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований в полном объеме. Представили письменные возражения на иск (т.1 л.д. 30-32, л.д. 68-70). Обратили внимание суда, что в заключении экспертов от 25 мая 2021 года не дана должная оценка материалам гражданского дела, показаниям свидетелей, не сделаны выводы о психологическом аспекте в действиях ФИО5 при заключении брака с ФИО1 Также считали, что при производстве экспертизы, были использованы сфальсифицированные доказательства: медицинская карта клиники «Возрождение» ФИО5, а также заключение МРТ, выданного ООО «ЛДЦ МИБС – Калининград». Полагали, что имеющиеся в деле материалы дела достоверно свидетельствуют о том, что ФИО5 имел давнее намерение заключить брак с ФИО1, и его действия в момент заключения брака были осознанными. 

3- е лицо ФИО3, и ее представитель ФИО4 в судебном заседании исковые требования прокурора Ленинградского района г. Калининграда, поддержали. Указали, что заключение экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им ФИО9 Министерства здравоохранения Российской Федерации» является полным, поскольку при производстве экспертизы участвовали три врача-психиатра, и клинический психолог, тогда как экспертное заключение от 11 января 2021 года было составлено только одним врачом –психиатром ФИО10 Кроме этого, в экспертном заключении дана надлежащая оценка всем медицинским документам и материалам дела. Также просили учесть, что в заключении экспертов от 11 июля 2018 года, был осмотрен сам ФИО5, а значит, эксперты обладали на момент принятия решения, более полной информацией о состоянии ФИО5

Заслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, обозрев гражданское дело № 2-2675/2018, суд пришел к следующему.

В соответствии со ст. 27 Семейного кодекса Российской Федерации брак признается недействительным при нарушении условий, установленных ст. ст. 12 - 14 и п. 3 ст. 15 Семейного кодекса Российской Федерации, а также в случае заключения фиктивного брака, то есть, если супруги или один из них зарегистрировали брак без намерения создать семью. Признание брака недействительным производится судом. Брак признается недействительным со дня его заключения.

На основании п. 1 ст. 12 Семейного кодекса Российской Федерации для заключения брака необходимы взаимное добровольное согласие мужчины и женщины, вступающих в брак, и достижение ими брачного возраста.

Таким образом, брак - это добровольный союз мужчины и женщины, порождающий у них определенные права и обязанности, установленные разделом III Семейного кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 14 Семейного кодекса Российской Федерации, не допускается заключение брака между лицами, из которых хотя бы одно лицо признано судом недееспособным вследствие психического расстройства.

Анализируя вышеизложенные нормы закона, суд приходит к выводу, что наличие у брачующегося неспособности понимать значение своих действий и руководить ими свидетельствует об отсутствии добровольности вступления в брак. 

Согласно свидетельству о смерти № от 20 февраля 2019 года, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

данные изъяты>, умер ДД.ММ.ГГГГ года.

23 мая 2018 года нотариусом Калининградского нотариального округа ФИО6 была заверена подлинность подписи ФИО5 в заявлении о заключении брака, которое было подано в отдел ЗАГС администрации МО «Зеленоградский городской округ» 29 мая 2018 года от имени ФИО5 и ФИО1, заявление зарегистрировано за № 118 от 29 мая 2018 года. Государственная регистрация заключения брака была назначена на 30 июня 2018 года.

Из записи акта о заключении брака № 112 от 30 июня 2018 года следует, что государственная регистрация брака граждан ФИО5 и ФИО1 произведена 30 июня 2018 года, обстоятельств, препятствующих заключению брака, указанных в ст. 14 Семейного кодекса Российской Федерации, не имеется, выдано свидетельство о заключении брака серия №

По делу были допрошены свидетели: ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО3, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18. Кроме этого, были допрошены врачи –психиатры - ФИО19, ФИО20, ФИО10

Так, свидетель ФИО11, которая является начальником отдела ЗАГС МО «Зеленоградский городской округ», в судебном заседании пояснила, что процедуру заключения брака ФИО5 и ФИО1, она не помнит, в силу того, что прошло много времени. Указала, что заявление о вступлении в брак, может подать и один из граждан, от второго допустимо получить нотариально заверенную подпись. Данные обстоятельства были проверены работником ЗАГСа, у ФИО7 была нотариально заверенная подпись. Относительно регистрации брака, то в обязательном порядке, должны присутствовать оба будущих супруга. Отказ в регистрации может быть в случаях, если один из брачующихся в алкогольном опьянении, или в случае письменного заявления о том, что один из граждан состоит в другом браке. Указала, ей не запомнилась данная регистрация брака, каких-либо странностей в поведении брачующихся, она не заметила. При этом подтвердила, что ФИО5 был согласен на вступление в брак, поскольку, если бы он не выразил своего согласия, то процедура регистрации брака не была бы произведена. 

Свидетель ФИО21, который являлся другом ФИО5, ФИО1, в судебном заседании пояснил, что ФИО5 неоднократно говорил, что хочет жениться на ФИО1 Он лично возил ФИО5 и ФИО1 в г. Зеленоградск для подачи заявления, и на регистрацию брака, при указанных действиях не присутствовал, ждал их в автомобиле. Указал, что ФИО5 был всегда бодр, весел, здоров, очень радовался тому, что вступил в брак с ФИО1 Никогда он не замечал никаких странностей в его. поведении, он вел себя адекватно, имел активную жизненную позицию, занимался делами гаражного общества.

Свидетель ФИО22, который состоял в дружески-деловых отношениях с ФИО5 и ФИО1, в судебном заседании пояснил, что знал ФИО5, ФИО1 с 2010 года. В 2018 году они также общались, он всегда видел трепетное отношение ФИО5 к ФИО1 ФИО5 неоднократно высказывался о намерении жениться на ФИО1 Он видел их и незадолго до свадьбы и почти сразу после нее, ФИО5 всегда был опрятен, адекватен, и был счастлив, что женился на ФИО1 

Свидетель ФИО23, которая является дочерью ФИО5 в судебном заседании пояснила, что никаких близких отношений между ее папой и ФИО1 никогда не было. ФИО1 ухаживала за женой ФИО5, ее мамой, поскольку она была лежачим инвалидом. При этом указала, что ФИО1 пыталась споить ее отца, приносила в дом спиртное. Отец никогда не высказывался ни о чувствах к ФИО1, ни о намерении на ней жениться. При этом уже с 2015 года у отца наблюдались странности в поведении, они обращались в клинику «Возрождение» к психиатру. Отец нуждался в уходе. Указала, что в рамках поданного ею заявления о признании отца недееспособным, была назначена экспертиза на 31 мая 2018 года, но она не состоялась, и за это время отец незаконно оформил отношения с ФИО1 11 июля 2018 года была проведена экспертиза, которая показала, что отец уже не мог понимать значение своих действий. Указала, что отец был больным и старым человеком. ФИО1 преследовала цель удовлетворить свои имущественные интересы за счет отца, для того и была произведена регистрация брака. 

Свидетель ФИО24, который являлся заведующим хирургическим отделением ФГБУ «1409 ВМКГ» сообщил, что, когда в апреле 2018 года, ФИО5 проходил лечение в госпитале с диагнозом «остеомиелит пальца», он назначил ему осмотр психиатра, поскольку он неадекватно себя вел, ударил медицинскую сестру при перевязке. Окончательного диагноза ему не было поставлено, был назначен повторный осмотр. При этом его из больницы официально не выписывали, его забрала ФИО1 до окончания лечения, выписывать его еще не планировали, у него было назначено много исследований. 

Свидетель ФИО15, которая являлась внучкой ФИО5, и совместно с ним проживала, в судебном заседании пояснила, что ФИО1 ухаживала за ее бабушкой – супругой ФИО5 в период с 2011 по 2017 годы. Дедушке было весело, что ФИО1 приходила в дом, она ему нравилась. ФИО1 приходила каждый день, приносила шампанское, иногда он мог сильно напиться. Пояснила, проживала с дедушкой и после смерти бабушки в 2017 году, поскольку он нуждался в уходе, мог, например, ночью, пойти искать пальто. Дед практически постоянно лежал, мылся 1 раз в месяц, он еще в 2016 году еле ходил, у него болели ноги, он носил памперс, мог перепутать день с ночью. Она узнала о его свадьбе с ФИО1 в телефонном разговоре по видео-связи, было видно, что он все повторяет за ФИО1 Полагала, что это было целью ФИО1, которую она добилась. При этом пояснила, что ФИО1 нравилась дедушке, потому что она давала ему пить алкоголь. 

Свидетель ФИО16, в судебном заседании показала, что в квартиру по ул.9 Апреля, д. 5, кв.9 впервые пришла в 2010-2011 году, бывала часто в этой квартире, поскольку там проживала ее подруга Кристина, внучка ФИО5 В тот период в квартире проживали бабушка, дедушка и Кристина. ФИО1 в указанной квартире она видела, последняя помогала по хозяйству, готовила еду, приносила и распивала с дедушкой спиртное. В последний раз она видела ФИО5 в 2017 году, он не высказывал никаких мыслей по поводу женитьбы на ФИО1 Когда она видела ФИО5, он был слабый, иногда у него были вспышки агрессии. 

Свидетель ФИО17 в судебном заседании суду пояснила, что ФИО5 и ФИО1 были ее соседями. У них были замечательные отношения. Она видела ФИО5 в день заключения брака, он замечательно себя чувствовал, был бодрым, носил на руках ФИО1 Она была около ЗАГСа в г. Зеленоградске, в день регистрации брака, гости их встречали после регистрации брака. У ФИО1 были белые розы, ФИО5 был счастливым, обнимал ее, целовал. Никакого неадекватного поведения, она за ним никогда не замечала. Указала, что ФИО5 и ФИО1 проживали в ее квартире по найму с 2018 году. Пояснила, что она знала их 15 лет, и все эти годы, ФИО5 хотел жениться на ФИО1 

Свидетель ФИО25, суду показал, что знает ФИО1 с 1991 года, ФИО5 знала с 2018 года, когда они переехали на ул. Клиническую. Указала, что также ждала молодоженов возле ЗАГСа после регистрации брака. Они выглядели счастливыми, довольными. ФИО5 покупал для ФИО1 белые розы. ФИО5 рассказывал, что давно хотел жениться на ФИО1, но она отказывалась, так как просила подождать год после смерти его супруги. Пояснила, что он выглядел хорошо, бодро. 

Оценивая вышеизложенные показания свидетелей, судом учитывается, что свидетели давали противоречивые показания относительно состояния и поведения ФИО5 в промежуток времени, близкий к дате заключения брака. Между тем, свидетель ФИО24, который не является ни другом ФИО1, ни родственником ФИО5, ФИО3, дал показания о наличии оснований в апреле 2018 года назначить ФИО5 консультацию у психиатра в связи с его неадекватным поведением. 

Остальные свидетели, по мнению суда, выражали свое субъективное мнение о состоянии ФИО5, его отношениях с ФИО1, при этом какими-либо познаниями в области психиатрии и психологии, они не обладают. При этом, показания свидетелей ФИО21, ФИО16 ФИО25, ФИО17 сами по себе не могут опровергнуть факт наличия у ФИО5 болезни, при которой, он не мог понимать значение своих действий, и которое объективно установлена имеющимися в материалах дела заключением судебно-психиатрической экспертизы № 196 от 11 июля 2018 года и заключением комиссии экспертов от 25 мая 2021 года № 195/з. 

Так, из заключения судебно-психиатрической экспертизы № 196 от 11 июля 2018 года, назначенной Ленинградскими районным судом г. Калининграда в рамках рассмотрения гражданского дела № 2-2675/2018 по заявлению ФИО3 о признании недееспособным ФИО5, следует, что ФИО5 в настоящее время обнаруживает клинические признаки сосудистой деменции. Эксперты выявили у ФИО5 отсутствие ориентировки во времени; утрату прежних знаний, умений и навыков; недоступность абстрагирования; грубое снижение памяти; эмоциональную неустойчивость; тугоподвижность, вязкость и торпидность мышления; отсутствие критических и прогностических способностей; неспособность самостоятельно удовлетворять естественные потребности, зависимость от постороннего ухода, приводящие к стойкой социальной дезадаптации. Вышеуказанные нарушения психики достигают степени слабоумия и нарушают у ФИО5 способность понимать значение своих действий и руководить ими в настоящее время. 

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 28 сентября 2018 года ФИО5 признан недееспособным. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам от 8 августа 2019 года, решение от 28 сентября 2018 года отменено, производство по делу прекращено в связи со смертью ФИО5 

Из вышеназванного заключения следует, что врачи-психиатры ГБУЗ «Психиатрическая больница Калининградской области № 1» осматривали ФИО5 в мае 2018 года, который явился в сопровождении знакомой и адвоката на прием к психиатру с целью «опровергнуть диагноз, который поставили в госпитале в стационаре «1409 ВМКГ». Текущую дату называет «27 августа 2027 года», затем сказал - «нет 36 год», «осень». Свою дату рождения, возраст называет верно. Адрес проживания указывает неправильно. Не может сказать, как зовут его адвоката - «это моя помощница». Не может сказать события прошлых лет жизни в хронологической последовательности. Эмоционально лабилен. Раздражается - «не помню я». Негативистичен в адрес дочери - «ей нужна моя квартира, она меня бьет, у нее есть друзья, которые приходят и колят мне в ногу какие-то уколы, чтобы я отписал ей квартиру», «я посажу ее в тюрьму, у меня нет дочери». Себя обслуживает с посторонней помощью. Память снижена. Был выставлен диагноз: «Органическое расстройство личности и поведения, обусловленное болезнью, повреждением или дисфункцией головного мозга, неуточненное», рекомендовано пройти психологическое обследование с целью уточнения диагноза, но на психологическое обследование не явился.

Также в заключении указано, что ФИО5, находясь на стационарном лечении в хирургическом отделении ФГБУ «1409 ВМКГ» МО, в связи с неадекватным поведением и высказываниями в отделении, 11 апреля 2018 года был осмотрен врачом-психиатром указанного учреждения. При осмотре было указано: суетлив, растерян, палату находил с посторонней помощью. Находясь в палате, слышит шум воды за окном, «видит лодку». Частично дезориентирован в личности, неправильно называет дату рождения, собственный возраст, дезориентирован в месте нахождения. Установлен диагноз: «Органическое психотическое расстройство сосудистого генеза». Обстоятельства неадекватного поведения ФИО5 в судебном заседании подтвердил и свидетель ФИО24 - заведующий хирургическим отделением ФГБУ «1409 ВМКГ». 

При проведении назначенной судом экспертизы ФИО5 повторно был осмотрен врачами-психиатрами ГБУЗ «Психиатрическая больница Калининградской области № 1». Было указано: словесному контакту доступен. Правильно называет имя, фамилию, свой возраст, дату рождения. Текущую календарную дату назвал: «12 год, месяц декабрь», затем поправился - «август». Сообщил, что «находится в больнице, чтобы провериться по здоровью, дочь направила», точнее объяснить цель обращения не смог. Держится с волнением. Понимание снижено. Выполняет инструкции после неоднократного повторения и упрощения задания. На задаваемые вопросы отвечает в плане спрашиваемого, многословно, застревая на второстепенных незначительных деталях. В ответах тороплив. Чувствуя несостоятельность, начинает больше нервничать, путаться. Часто требуется повторение и упрощение вопроса. Мышление тугоподвижное, вязкое, торпидное. Внимание истощаемое, трудно переключаемое. В процессе беседы утомляется. Время по аналоговым часам назвал правильно, но обозначить заданное время на нарисованном аналоговом циферблате не смог. Простые математические вычисления (от 100 по 7) выполняет с ошибками, подолгу обдумывая ответ, переспрашивая и уточняя задание. Анамнестические сведения сообщает сбивчиво, недостоверно, путая хронологию событий, неверно сообщает название мест своей учебы, службы и работы; каждый раз называет разные даты ключевых жизненных событий (дату переезда в Калининградскую область, даты и сроки службы, дату выхода на пенсию). Стереотипно повторяет, что «служил в артиллерийских войсках, занимал большую должность». Сообщил, что «пару месяцев назад повторно женился», «на хорошей знакомой женщине, которая помогала ухаживать за больной первой женой». Не смог назвать адрес проживания дочери, ее возраст. При вопросе, на какой ноге был ампутирован палец, ответил: «не помню, то-ли на левой, то-ли на правой». Заявляет, якобы «дочь его била, собирала каких-то знакомых, которые делали ему уколы, от которых было плохо, болело сердце, не хватало воздуха, хочет отобрать квартиру». Сообщает, что «проживает сейчас у знакомых, у бывшего сослуживца», адрес, фамилию, имя и отчество этого знакомого назвать не смог. Передвигается, моется и одевается с посторонней помощью. Эмоции неустойчивые, легко раздражается. Обманов восприятия на момент осмотра не выявляет. Критика к своему состоянию отсутствует.

Таким образом, из материалов дела следует, что в даты, приближенные к дате заключения брака, ФИО5 неоднократно осматривался врачами-психиатрами, и ему были установлены диагнозы, которые свидетельствует о болезненном состоянии психики ФИО5 в указанный период. 

Кроме того, суд учитывает, что заключение экспертизы № 196 от 11 июля 2018 года было выполнено, с учетом осмотра ФИО5 квалифицированными компетентными специалистами. При этом вопреки доводам ФИО1, в основу их заключения легли не только медицинские документы из клиники «Возрождение» и результаты МРТ, которые они считают сфальсифицированными, но иные медицинские документы, в том числе, и результаты осмотра самого ФИО5 Более того, в этой части, суд отмечает, что вступившего в законную силу судебного акта, который бы подтвердил фальсификацию вышеуказанных документов, ФИО1, не представила. 

При изложенных обстоятельствах, суд, в силу ч. 3 ст. 86 ГПК РФ, оценивает заключение эксперта №196 от 11 июля 2018 года как допустимое доказательство, поскольку достоверность сделанных в нем выводов, сомнений не вызывает. То обстоятельство, что оно было проведено в рамках гражданского дела о признании ФИО5 недееспособным, итоговое решение по которому в законную силу, не вступило, не может опровергнуть достоверность сделанных в заключении выводов. 

Также в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела, определением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 26 августа 2020 года по делу была назначена посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено государственным экспертам ФБУ Калининградской ЛСЭ Минюста России и экспертам отделения СПЭ, Судебно-Медицинская Лаборатория (г. Калининград) филиала № 1 ФГКУ «111 Главный Государственный Центр Судебно-Медицинских и Криминалистических Экспертиз» МО РФ. Ведущей экспертной организацией назначить ФБУ Калининградская ЛСЭ Минюста России.

Оценивая представленное заключение № 1042/5-2-20 от 11 января 2021 года, у суда возникли сомнения в выводах эксперта ФИО10, поскольку им недостаточно аргументированы выводы, изложенные в экспертном заключении с учетом имеющегося в деле заключения комплексной судебного психиатрической экспертизы, проведенной 11 июля 2018 года, то есть через 11 дней после даты заключения брака, на момент которой он оценивал состояние ФИО5 

Эксперт Черноморцев С.В был вызван для дачи пояснений в судебное заседание, однако его допрос противоречия с выводами экспертного заключения от 11 июля 2018 года, и иными имеющимся в деле доказательствами, не устранил. Более того, он ссылался на совершение ФИО5 юридически значимых действий, в том числе, заключение сделок по дарению недвижимого имущества, которые впоследствии были признаны судом недействительными. 

Более того, в совокупности с показаниями допрошенных в судебном заседании врача –психиатра ФИО20,, который был в составе экспертов, давших заключение о состоянии ФИО5 11 июля 2018 года, а также лечащего врача ФИО5 в частной клинике «Возрождение» -ФИО19 также не были устранены противоречия, имеющиеся в его экспертом заключении. Поскольку ФИО26 и врачи –психиатры ФИО20 и ФИО19 давали противоположные показания о состоянии больного ФИО5, а также возможности в период с 30 июня 2018 по 11 июля 2018 года изменения состояния ФИО5 от указанного экспертом ФИО10, то есть от понимания своих действий и возможности ими руководить до указанного в экспертном заключении от 11 июля 2018 года - «невозможность понимать значение своих действий и руководить ими». Более того, в представленном заключении, не был освещен психологический аспект в действиях ФИО5, поскольку эксперт – психолог ФИО27 не ответила на поставленные судом вопросы из-за недостаточности данных в имеющихся материалах дела.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что вызов эксперта для дачи пояснений не смог устранить имеющиеся сомнения суда, для устранения противоречий между заключением посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 11 января 2021 года и заключением комиссии судебно-психиатрических экспертов № 196 от 11 июля 2018 года ГБУЗ «Психиатрическая больница Калининградской области», и учитывая, что экспертами в данных экспертизах оценивалось состояние ФИО7 с разницей в 11 дней, суд назначил повторную посмертную комплексную психолого-психиатрическую экспертизу, производство которой поручил ФГБУ Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им ФИО9. 

Как следует из заключения комиссии экспертов от 25 мая 2021 года № 195/з, выполненной врачами-психиатрами ФИО28, ФИО29, ФИО30 и психологом ФИО31, было установлено, что ретроспективный психологический анализ гражданского дела и приобщенной медицинской документации позволяет сделать вывод о том, что у ФИО5 отмечалось выраженное интеллектуально-мнестическое снижение со снижением памяти, обстоятельностью, тугоподвижностью мышления, эмоциональной лабильностью, раздражительностью, повышенной внушаемостью, избирательной подчиняемостью, а также выраженным снижением критических и прогностических возможностей. Также комиссия пришла к выводу, что ФИО5 на момент заключения брака с ФИО1 30 июня 2018 года страдал сосудистой деменцией. Об этом свидетельствуют данные из медицинской документации и материалов гражданского дела о диагностировании у него гипертонической болезни, перенесенном им в 1984 году субарахноидальном кровоизлиянии, обусловивших формирование цереброваскулярной патологии (ЦВЗ), дисциркуляторной энцефалопатии, сопровождающихся церебрастенической симптоматикой (головные боли, головокружение), что привело к необходимости его амбулаторного и стационарного лечения, а также к установлению ему группы инвалидности. В дальнейшем, как следует из представленной медицинской документации, примерно с 2015 года, у ФИО5 отмечалось ухудшение сомато- неврологического и психического состояния с усугублением мнестико-интеллектуальных (снижение памяти, вязкость мышления) и эмоционально –волевых (эмоциональная лабильность, тревожность, периоды раздражительности, агрессивного поведения, конфликтность) расстройств, депрессивной симптоматикой (подавленность, плаксивость), наряду с формальностью контакта, отмечавшейся эпизодами дезориентировки, спутанности, неадекватного поведения бредовыми идеями отношения, галлюцинаторными переживаниями (слуховые и зрительные галлюцинации), а также нарушением критических и прогностических способностей, что в совокупности, обусловило необходимость его неоднократных консультаций психиатром медицинского центра с декабря 2015 года по апрель 2018 года, а также военно-морского клинического госпиталя в период его стационарного лечения в апреле 2018 года, проведение ему в дальнейшем 11 июля 2018 года амбулаторной СПЭ на предмет лишения дееспособности, где ему был установлен диагноз «Сосудистая деменция» (ответ на вопрос № 4). Анализ имеющейся медицинской документации в совокупности с данными материалов гражданского дела, с учетом клинической картины и динамики имеющегося у ФИО7 психического расстройства, свидетельствует об его непрерывном и прогрессирующем течении с отсутствием положительной динамики в состоянии, нарушении его способности адекватно осмысливать и критически оценивать объективную реальность, в том числе, и в юридически значимый период. Поэтому в период заключения брака с ФИО1 30 июня 2018 года по своему психическому состоянию ФИО5 не мог понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос № 5, часть вопроса № 1). Врачами-психиатрами 11 июля 2018 года ФИО5 был установлен диагноз «Сосудистая деменция». В обоснование врачи-психиатры отмечали непрерывный и прогрессирующий характер течения заболевания с отсутствием положительной динамики в состоянии. Выявленное у него заболевание препятствовало ему понимать значение своих действий и руководить ими. В юридически значимый период у ФИО5 отмечались выраженные признаки тотального нарушения интеллектуально –мнестической, личностно –мотивационной и эмоционально-волевой сферы. Поведение ФИО5 в момент заключения им брака 30 июня 2018 года определялось механизмами не психологического, а психопатологического уровня (ответ на часть вопроса № 1 и вопросы №№ 2,3). 

Оценивая вышеназванное заключение, вопреки доводам ФИО1 и ее представителя, суд приходит к выводу, что оно отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств по гражданскому делу. На все вопросы, поставленные в определении о назначении судебной экспертизы от 10 марта 2021 года, комиссией экспертов даны ответы в заключении, выводы экспертов полны и мотивированы. Суду не представлены сведения о том, что примененные экспертами методы исследования несовершенны. Обстоятельств дела, которые не согласуются с выводами эксперта, также не установлено. Эксперты были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Также, вопреки доводам ФИО1 и ее представителя, экспертами дана надлежащая оценка всем материалам дела, в том числе показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелям (л.д.14-17 заключения), дана оценкам всем медицинским документам, подробно освящен психологический аспект при оценке действий ФИО5 психологом ФИО31 

Принимая во внимание, что судебная комиссионная медицинская экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 79 ГПК РФ, заключение эксперта выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, а доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения ФИО1 не представлено, суд при принятии решения по данному делу, исходит из его результатов, согласно которым был сделан однозначный вывод о невозможности ФИО5 в момент заключения брака с ФИО1 понимать значение своих действий и руководить ими. 

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, учитывая, что брак между ФИО5 и ФИО1 соответствует предусмотренным критериям недействительности, как не отвечающий принципам добровольности брачующихся на их заключение, суд полагает заявленные исковые требования прокурора Ленинградского района г. Калининграда о признании брака, зарегистрированного 30 июня 2018 года Отделом ЗАГС администрации МО «Зеленоградский городской округ» за актовой записью № 112 между ФИО5 и ФИО1, недействительным и аннулировании актовой записи о заключении брака, подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

определил:

Исковые требования Прокурора Ленинградского района г. Калининграда в интересах Российской Федерации к ФИО1 о признании брака недействительным, удовлетворить. 

Брак, зарегистрированный 30 июня 2018 года Отделом ЗАГС администрации МО «Зеленоградский городской округ» за актовой записью № 112 между ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцем 

<

данные изъяты>, гражданином РФ, зарегистрированным по адресу: 

<

адрес> и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженкой 

<

данные изъяты>, гражданкой 

<

данные изъяты> зарегистрированной по адресу: 

<

адрес>, признать недействительным.

Актовую запись о заключении брака № 112 от 30 июня 2018 года, составленную Отделом ЗАГС администрации муниципального образования «Зеленоградский городской округ» – аннулировать.

Решение может быть обжаловано сторонами путем подачи апелляционной жалобы в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 19 июля 2021 года.

Судья Семёркина А.А.