Копия

Дело № 1 - 707/2025

УИД № 24RS0032-01-2025-005316-41

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Красноярск 06 ноября 2025 года

Ленинский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего – судьи Кийкова С.Г.,

при секретаре Воропаевой Е.Ю., с участием: 

государственного обвинителя – Антропова А.С.,

потерпевшего ФИО1, 

подсудимого – ФИО3, 

защитника – адвоката Резниковой О.В., предоставившей удостоверение № 572 и ордер № 402 от 16 октября 2025г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, имеющего неполное среднее образование, не женатого, детей не имеющего, официально не трудоустроенного, регистрации не имеющего, проживающего по адресу: 

<

адрес>, судимого:

- 01 ноября 2021г. Забайкальским районным судом Забайкальского края по п. «в» ч.2 ст.158, п.п. «а,б,в» ч.2 ст.158 УК РФ к 2г. 11 мес. л/с;

- 24 января 2022г. Забайкальским районным судом Забайкальского края по ч.1 ст.166, п.«в» ч.2 ст.158, ч.5 ст.69 УК РФ к 3г. 1 мес. л/с, освобожден по отбытии срока 28 ноября 2024г.,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 ч.1 ст.105 УК РФ,

содержащегося под стражей по настоящему уголовному делу с 19 июня 2025г.,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 совершил преступление при следующих обстоятельствах:

19 июня 2025г., в вечернее время, ФИО3 находился по месту жительства своей знакомой ФИО18 в комнате, расположенной по адресу: 

<

адрес>, где, совместно с последней, а также ФИО1 и ФИО19., распивал спиртные напитки, в ходе чего, между ФИО3 и ФИО1 произошел словесный конфликт, в ходе которого у находящегося в состоянии алкогольного опьянения ФИО3, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к последнему, возник преступный умысел, направленный на убийство ФИО1

Реализуя свой преступный умысел, ФИО3, будучи в состоянии алкогольного опьянения, 19 июня 2025г., в период времени с 20 час. до 20 час. 20 мин., находясь вместе с ФИО1 в комнате №, расположенной по адресу: 

<

адрес>, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти ФИО1, и желая этого, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, действуя умышленно с целью убийства ФИО1, взял в правую руку находящийся в помещении указанной комнаты кухонный нож, обладающий режущими свойствами, используя который в качестве предмета, используемого в качестве орудия совершения преступления, приблизился к ФИО1, обхватил его левой рукой за грудную клетку, и, прижимая к себе, нанес лезвием вышеуказанного ножа, находящегося в правой руке, один удар слева направо поперек передней поверхности шеи ФИО1, отчего последний упал на пол.

После чего, ФИО3, полагая, что от полученных телесных повреждений ФИО1 скончался на месте, покинул место преступления.

Довести свой преступный умысел до конца, а именно причинить смерть ФИО1, ФИО3 не смог по независящим от него обстоятельствам, поскольку вызванные очевидцами сотрудники бригады скорой медицинской помощи госпитализировали ФИО1 в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница № 7», где ему была оказана своевременная медицинская помощь.

Своими действиями ФИО3 причинил ФИО1 телесные повреждения в виде резанного ранения шеи, потребовавшего хирургической обработки с наложением швов, следствием заживления которого явился рубец. Указанное телесное повреждение вызвало временную нетрудоспособность продолжительностью до 21 дня, что, согласно пункту 8.1 раздела II Приказа МЗ и СР РФ № 194н от 24 апреля 2008г., действующего на 19 июня 2025г., и, согласно пункту 5.3.1 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 08 апреля 2025г. № 172н, действующего с 01 сентября 2025г. отнесено к критерию, характеризующему квалифицирующий признак кратковременного расстройства здоровья. По указанному признаку квалифицируется, как легкий вред здоровью, могло возникнуть от однократного воздействия предмета (орудия), обладающего режущими свойствами.

В судебном заседании подсудимый ФИО3 вину в совершении инкриминируемого деяния признал частично, суду показал, что в вечернее время 19 июня 2025г. совместно с ранее знакомыми ФИО20 по месту жительства последней по адресу: 

<

адрес>, распивал спиртные напитки, в процессе чего в комнату к ФИО21 неоднократно без разрешения входил ФИО1, который просил выпить и закурить. ФИО22 поведение ФИО1 не нравилось, в связи с чем, она делала последнему неоднократные замечания по этому поводу, однако, ФИО1 никак не реагировал. В ходе распития спиртного он, вместе с ФИО1, вышел в общий коридор прокурить, по возвращении в комнату, ФИО23 вновь высказала последнему свое недовольство, в ответ на это ФИО1 высказался нецензурно в отношении ФИО24 на что он (ФИО3), находясь позади ФИО1, попытался правой рукой развернуть последнего к двери, чтобы тот покинул жилое помещение, однако, потерпевший высказал слова оскорблений в его адрес. В этой связи, он (ФИО3) взял в свою левую руку лежавший на тумбочке слева от него нож, которым нанес один режущий удар в область передней поверхности шеи ФИО1, от которого последний, закрывая шею руками, упал на пол. Умысла на убийство ФИО1 у него не было, нож он взял и нанес им удар с целью напугать ФИО1, чтобы тот покинул комнату. 

Вместе с тем, вина ФИО3 в совершении преступления, подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшего ФИО1, согласно которым 19 июня 2025г., в дневное время, он, совместно с ФИО26. и ее знакомыми ФИО25 и ФИО3, распивали спиртное по месту жительства последней по адресу: 

<

адрес>, в ходе чего никаких конфликтов между ним и ФИО3 не происходило. В какой-то момент он и ФИО3 вышли из комнаты покурить. По возвращении, он вошел в комнату первым, ФИО3 следом за ним. Он помнит, что на входе повернулся к последнему, потому что почувствовал, как его потянули назад, после чего сразу почувствовал прикосновение к передней части шеи тонкого предмета, который проскользнул поперек его горла, одновременно с этим, он почувствовал как по шее и груди потекло что-то теплое. В этот момент рядом с ним был только ФИО3; 

- показаниями свидетеля ФИО27 согласно которым в вечернее время 19 июня 2025г. она находилась по месту своего жительства по адресу: 

<

адрес>, где совместно с ранее знакомыми ФИО12 и ФИО3 распивали спиртные напитки. В течение дня, когда они распивали спиртное, в комнату неоднократно без разрешения входил сосед ФИО1, который просил опохмелиться. ФИО3 несколько раз высказывал претензии ФИО1 относительно его поведения. Примерно в 20 час. 15 мин., она находилась у окна комнаты, где разговаривала по телефону. Повернувшись, она увидела, что ФИО3 резко подбежал к тумбе с кухонными ножами, которая расположена слева от входа, подошел к ФИО1, схватил его рукой за предплечье и потянул за него на себя, отчего последний повернулся к ФИО3 спиной. После этого, находясь позади ФИО1, удерживая левой рукой потерпевшего за грудную клетку спереди, правую руку поставил к его горлу и резко провел поперек шеи, после чего, ФИО1 упал на пол в угол левее от входной двери. В этот момент ФИО3, в правой руке которого она увидела нож, убежал из помещения, а она принялась вызывать скорую помощь. Полагала, что ФИО3 нанес ранение потерпевшему специально, поскольку развернул его, обхватил рукой и нанес порез именно в район шеи;

- показаниями свидетеля ФИО28 согласно которым 19 июня 2025г., примерно в 20 час., она распивала спиртное совместно с ФИО29. по месту ее жительства по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> и знакомым последней – ФИО3 Время от времени к ним в комнату приходил ФИО1, проживающий по соседству. В какой-то момент между ФИО3 и ФИО1, находившемся у входной двери, произошел конфликт, а именно, ФИО3 схватил кухонный нож, подбежал к ФИО1 и схватил последнего за шею левой рукой. Правой рукой ФИО3 нанес один удар по горлу ФИО1, отчего тот упал на пол, из раны стала сильно сочиться кровь. В этот момент ФИО3 с ножом в руках скрылся (т.1 л.д.201-202);

- показаниями свидетеля ФИО4, согласно которым в вечернее время 19 июня 2025г. он сидел в беседке возле дома по адресу: 

<

адрес>, с соседкой ФИО5 В это время к ним подошел ранее неизвестный ему ФИО3, который кинул окровавленный нож на стол, стоящий в беседке, после чего стал им кричать: «Вызови полицию, я убил человека!». Он и ФИО6 стали медленно подниматься и выходить из беседки с другой стороны, подальше от ФИО3 Когда последний увидел, что они от него отходят, то взял нож обратно в руку и пошел за ними, после чего стал ходить по улице, кричал, чтобы вызвали полицию. Далее ФИО3 пошел вдоль улицы, где воткнул нож в кучу грунта, отчего рукоятка ножа сломалась. После этого, он позвонил в ОП № 4 (т.1 л.д. 223-225);

- показаниями свидетеля ФИО5, которая дала показания относительно обстоятельств обнаружения ФИО2 в вечернее время ДД.ММ.ГГГГг. возле дома по адресу: 

<

адрес>, в целом, схожие с показаниями свидетеля ФИО4 (т. 1 л.д. 219-222);

- показаниями свидетеля ФИО7, согласно которым 19 июня 2025г., примерно в 20 час., по сообщению из дежурной части в составе ОР ППСП ОП № 4 МУ МВД России «Красноярское» он прибыл по адресу: 

<

адрес>, возле домов №. После чего, вместе с напарником он в пешем порядке прошел на 

<

адрес>, где увидел ранее неизвестного ФИО3, руки которого были в крови. Последний пояснил, что убил человека по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>. После этого, ФИО3 был задержан (т.1 л.д. 226-228);

- показаниями свидетеля ФИО8, согласно которым в составе бригады скорой помощи в 20 час. 34 мин. 19 июня 2025г. он прибыл по вызову по адресу: 

<

адрес>, где был обнаружен мужчина с ранением шеи, находящийся в состоянии алкогольного опьянения. Последнему была оказана первая медицинская помощь, после чего он был госпитализирован в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница № 7» (т.1 л.д.232-235);

- показаниями свидетеля ФИО9, согласно которым она проводила допрос свидетеля Свидетель №2 21 июня 2025г. Последняя в ходе допроса добровольно рассказала об обстоятельствах совершения преступления ФИО3, после чего прочитала содержание протокола допроса и расписалась в нем. Показания, данные в ходе допроса, свидетель Свидетель №2 подтвердила в ходе проведенной в тот же день проверки показаний на месте, показав механизм и локализацию нанесенного телесного повреждения. Во время допроса и при проведении проверки показаний на месте свидетель Свидетель №2 вела себя адекватно, была трезва. Кроме того, она также проводила допрос ФИО3 20 и 21 июня 2025г.. в ходе которого последний в присутствии защитника добровольно рассказал о совершенном им преступлении, после прочтения протокола допроса подписал его, каких-либо замечаний от ФИО3 и его защитника в ходе и после допроса не поступило; 

- показаниями свидетеля ФИО10, согласно которым он присутствовал при проведении проверки показаний на месте, в ходе которой свидетель Свидетель №2 добровольно продемонстрировала механизм, характер и локализацию нанесенного телесного повреждения, а также рассказала об обстоятельствах предшествовавших и последующих преступлению. В ходе проведения следственного действия он присутствовал в качестве статиста, находясь в непосредственной близости к свидетелю Свидетель №2. он не наблюдал наличие у последней признаков алкогольного опьянения; 

- показаниями свидетеля ФИО11, согласно которым она проводила допрос свидетеля Свидетель №1 20 июня 2025г. В ходе проведения следственного действия свидетель находилась в трезвом состоянии, добровольно давала показания относительно произошедших событий, которые ею были внесены в протокол, в котором свидетель после его личного прочтения расписалась. 

Кроме этого, вина ФИО3 в совершении преступления подтверждается материалами уголовного дела, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия от 20 июня 2025г., согласно которому осмотрена комната № по адресу: 

<

адрес> на входе на полу которой обнаружены следы вещества бурого цвета, изъяты: телефон марки «Samsung», принадлежащий подозреваемому ФИО3, два следа рук на двух отрезках дактилопленки (т.1 л.д. 26-32);

- протоколом осмотра места происшествия от 20 июня 2025, согласно которому осмотрен участок местности, расположенный возле дома по адресу: 

<

адрес>, в ходе которого обнаружены и изъяты: лезвие ножа, пластиковая рукоять (т.1 л.д. 20-25);

- протоколом осмотра предметов от 15 июля 2025г., согласно которому осмотрены рукоятка от ножа черного цвета и лезвие ножа, которые признаны и приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д. 73-78);

- протоколом осмотра предметов от 17 июля 2025г., согласно которому осмотрены два отрезка дактилоспленки со следами рук, которые признаны и приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д.79-82);

- заключением эксперта № 268 от 01 июля 2025г., согласно которому клинок ножа и рукоять, представленные на исследование, изготовлены промышленным способом, к категории холодного оружия не относятся (т.1 л.д. 92-95);

- заключением эксперта № 328 от 21 августа 2025г., согласно которому рукоять и клинок ножа, изъятые в ходе осмотра места происшествия, составляли ранее единое целое (т.1 л.д.151-154);

- заключением эксперта № 266 от 29 июня 2025г., согласно которому следы пальцев рук, изъятые в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес>, оставлены средним и безымянным пальцами правой руки обвиняемого ФИО3 (т.1 л.д.102-106);

- заключением эксперта № 695 от 08 августа 2025г., согласно которому на представленном на экспертизу клинке ножа обнаружены следы крови человека, которые произошли от ФИО1 (т.1 л.д.129-134);

- заключснием эксперта № 6788 от 12 августа 2025г., согласно которому у ФИО1 имелось резаное ранение шеи, потребовавшее хирургической обработки с наложением швов, следствием заживления которого вился рубец, обнаруженный в данной области при экспертизе, вызвало временную нетрудоспособность продолжительностью до 21 дня, что, согласно пункта 8.1 раздела II Приказа МЗ и СР РФ 194н от 24 апреля 2008г., отнесено к критерию, характеризующему квалифицирующий признак кратковременного расстройства здоровья. По указанному признаку, согласно правил «Определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Постановление Правительства РФ № 522 от 17 августа 2007г.), кратковременное расстройство здоровья квалифицируется как легкий вред здоровью, могло возникнуть от однократного воздействия предмета (орудия), обладающего режущими свойствами (т.1 л.д.69-71);

- ответом КГБУЗ ККБСМЭ от 14 октября 2025г., согласно которому обнаруженное у ФИО1 имелось резаное ранение шеи в соответствии с порядком определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом МЗ РФ от 08 апреля 2025г. №172Н квалифицируется как легкий врез здоровью человека (т.2 л.д.169);

- протоколом явки с повинной ФИО3 от 20 июня 2025г., согласно которому ФИО3 сообщил, что 19 июня 2025г., находясь по адресу: 

<

адрес>», в ходе распития спиртного, ножом нанес один удар в область шеи потерпевшего ФИО1 

При написании явки с повинной адвокат участия не принимал, вместе с тем, подозреваемому ФИО3 разъяснялось право не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования, ему была обеспечена возможность осуществления этих прав. Сведения, изложенные при написании явки с повинной, ФИО3, по существу, подтвердил в судебном заседании, просил ее учитывать в качестве доказательства по предъявленному обвинению, а так же в качестве смягчающего вину обстоятельства (т.1 л.д.50);

- протоколом проверки показаний на месте свидетеля Свидетель №2, согласно которому Свидетель №2 на месте в 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес> указала, что 19 июня 2025г., примерно в 20 час. 15 мин., ФИО3 взял в руку кухонный нож, после чего, нанес ФИО1, находящемуся по отношению к нему спиной, одно резаное ранение шеи (т.1 л.д. 211-218).

Исходя из обстоятельств дела, заключения судебно-психиатрической экспертизы, а так же учитывая, что на протяжении всего судебного следствия подсудимый активно защищается, понимает происходящее, вступает в адекватный речевой контакт, дефектов восприятия с его стороны не выявлено, на наличие каких-либо психических заболеваний не ссылается, суд признает ФИО3 вменяемым.

Оценивая доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд находит вину ФИО3 в совершении преступления доказанной и квалифицирует его действия по ч.3 ст.30 ч.1 ст.105 УК РФ – покушение на убийство, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на умышленное причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

При этом суд считает необходимым исключить из объема обвинения ФИО3 указание на нанесение им множественных, не менее пяти ударов ногами в область лица, шеи и тела ФИО1 в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения в этой части. А, кроме того, судом учитывается, что в ходе судебного следствия каких-либо данных, указывающих на то, что после нанесения ножевого ранения, ФИО3 несколько раз ударил потерпевшего ногой, не представлено, не ссылался на таковые и сам потерпевший, кроме того, заключение судебно-медицинской экспертизы также не содержит характерного описания оценки телесных повреждений ФИО1 относительно данных ударов, как не содержит таковых, собственно, и постановление следователя о назначении экспертизы.

Факт нанесения одного телесного повреждения в область расположения жизненно важных органов – шею, не оспаривается подсудимым, который указал, что обозначенный удар ножом им был нанесен не с целью убийства, а для того, чтобы напугать потерпевшего, который мог неадекватно отреагировать на требования Свидетель №2 покинуть жилое помещение.

Вместе с тем, указанные доводы подсудимого и его защитника о том, что ФИО3 не желал смерти потерпевшего, опровергаются исследованными судом доказательствами, анализ которых свидетельствует о том, что у него изначально в ходе высказанных Свидетель №2 потерпевшему претензий возник умысел на лишение жизни ФИО1, с этой целью, он, вооружившись ножом, подошел к стоявшему у дверей комнаты потерпевшему, и, удерживая последнего левой рукой в области передней поверхности груди, таким образом, прижимая спиной к своему телу, нанес ему ножом, находившимся в правой руке резаное ранение передней поверхности шеи, после того как потерпевший, из раны которого обильна потекла кровь, упал, покинул место преступления. Указанные обстоятельства, в целом, свидетельствуют об умысле ФИО3 на причинение более тяжкого вреда, а именно на лишение жизни потерпевшего.

На совершение убийства указывает и малозначительность мотива – личная неприязнь, в связи с недовольством ФИО3 нежеланием потерпевшего покинуть жилье Свидетель №2; отсутствие какого-либо сопротивления или оскорбления со стороны потерпевшего непосредственно до или в момент нанесения удара ножом. 

Об умысле ФИО3 на причинение смерти потерпевшему свидетельствуют характер, локализация и способ причинения телесного повреждения, орудие преступления – нож, его размеры, сила нанесения удара (согласно судебно-медицинскому исследованию характера телесного повреждения, рана находится в области перстневидного хряща длиной 10 см. и глубиной до 0,7 см., характеризуется повреждением подкожно-жировой клетчатки и подкожной вены), кроме того, ФИО3, будучи вменяемым лицом, не мог не осознавать, что нанося удары ножом в жизненно-важные органы, у человека может наступить смерть, указанные обстоятельства, в том числе, свидетельствуют о направленности умысла подсудимого на лишение жизни потерпевшего.

Тот факт, что действиями ФИО3 был причинен легкий вред здоровью ФИО1, не свидетельствует об отсутствии у него умысла на убийство потерпевшего, поскольку использование подсудимым ножа, обладающего известными поражающими свойствами, с учетом приведенных выше выводов судебно-медицинской экспертизы относительно области ножевого ранения и характера повреждения, в совокупности с выводами эксперта о глубине и размере повреждения, и, соответственно, силе нанесения удара, превышающей порог сопротивляемости повреждения тканей, по мнению суда, создавало реальную угрозу для жизни последнего, что, в свою очередь, опровергает версию ФИО3 о том, что он лишь хотел напугать потерпевшего.

Предположения подсудимого о том, что в случае наличия умысла на совершение убийства, он не лишен был возможности нанести большее количество ударов ножом для достижения своей цели, суд находит несостоятельными, поскольку это опровергается указанными выше обстоятельствами, а, кроме того, нанеся удар в область шеи, то есть область расположения жизненно важных органов человека, с достаточной силой, при которой клинок ножа полностью пересек переднюю поверхность шеи, а из раны на теле стала пульсировать кровь, от чего, ФИО1 упал на пол, подсудимый полагал, что от указанного повреждения наступила смерть потерпевшего. Кроме того, указанный вывод суда подтверждается также и тем, что после полученного ранения и падения на пол у потерпевшего началась массированная кровопотеря в виде пульсирующей крови из раны, в связи с чем, ФИО3, полагая, что его цель достигнута, покинул место преступления, вышел на улицу, где, сообщив прохожим ФИО4 и ФИО5 о том, что убил человека, попросил вызвать полицию, аналогичные сведения он сообщил и прибывшим на место сотрудникам полиции, что, в свою очередь, в совокупности с установленными обстоятельства так же свидетельствуют об осознанном, не случайном характере действий ФИО3, наличии интеллектуального элемента в его поведении, что, в свою очередь, опровергает утверждения последнего об отсутствии умысла на убийство ФИО1

В целом, указанная версия подсудимого об отсутствии умысла на убийство ФИО1, опровергается, а его вина в покушении на убийство подтверждается показаниями свидетеля Свидетель №2, которые являются логичными и последовательными как в ходе предварительного, так и судебного следствия, подтверждены ею в ходе проведения проверки показаний на месте; позицией потерпевшего, указавшего, что указанные выше действия ФИО3 по возвращении в комнату для него были неожиданными; показаниями свидетеля Свидетель №1, несмотря на то, что в ходе судебного следствия последняя заявила о том, что не помнит обстоятельств произошедшего ввиду того, что спала.

Вместе с тем, будучи допрошенной в ходе предварительного следствия после разъяснения процессуальных прав и предупреждения об уголовной ответственности, свидетель однозначно указывала, что является очевидцем того, как ФИО3, вооружившись ножом и держа его в правой руке, подошел к стоявшему у дверей потерпевшему, обхватил его левой рукой, после чего, ножом нанес удар по горлу, от которого ФИО1 упал, из его раны пошла кровь, а подсудимый убежал. 

При этом, доводы Свидетель №1 о частичном несоответствии протокола ее допроса ее показаниям в части того, что, в действительности, она не видела сам момент нанесения удара, поскольку она не читала протокол ее допроса перед подписанием, опровергаются материалами дела.

Так, из протокола допроса свидетеля Свидетель №1 (т.1 л.д.201-202) следует, что составлен он в соответствии с требованиями закона, свои показания она прочитала лично и замечаний к их содержанию не имеет, о чем собственноручно указала в протоколе.

Кроме того, содержание протокола допроса свидетеля Свидетель №1 в этой части соотносится и с показаниями потерпевшего, а также свидетеля Свидетель №2, подтвержденные, в том числе, в ходе проверки показаний на месте, при этом, сам ФИО3 правом оспорить показания названных лиц не воспользовался, ходатайств о проведении очных ставок не заявлял, в судебном заседании также не назвал причин, по которым эти лица могут его оговаривать.

Суд также отмечает и то обстоятельство, что расположение раны, описанное в заключении эксперта от 12 августа 2025г., полностью соответствует механизму нанесения телесного повреждения, описанному свидетелем Свидетель №1 в ходе ее допроса 20 июня 2025г.

Таким образом, суд принимает в качестве доказательства виновности ФИО3 показания свидетеля Свидетель №1, данные ею в ходе предварительного расследования, а изменение показаний в судебном заседании расценивается судом как способ оказания помощи подсудимому избежать уголовного наказания.

В целом, оснований сомневаться в достоверности показаний свидетелей обвинения Свидетель №1, Свидетель №2, оснований для исключения из числа доказательств их показаний, вопреки позиции стороны защиты, судом не установлено. Одни лишь предположения о том, что свидетели в момент их допросов могли находиться в состоянии опьянения, не могут служить основанием для признания их показаний недопустимыми доказательствами. 

Балее того, принимая указанное решение, суд также учитывает и то, что свидетель Свидетель №1 допрашивалась 20 июня 2025г. в 21 час. 40 мин., то есть, спустя более чем сутки после рассматриваемых событий, с ее слов в судебном заседании, она была трезва, чувствовала лишь небольшое состоянии похмелья, в свою очередь свидетель Свидетель №2 допрошена 21 июня 2025г. в 12 час., с ее слов, примерно в 8 час. утра она употребляла алкоголь, но к моменту допроса находилась в нормальном состоянии. Более того, допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО9, ФИО10, ФИО11 указали на то, что в момент проведения следственных действий обозначенные выше лица были трезвы, показания давали добровольно, после личного прочтения поставили свои подписали в протоколах.

При этом, судом также учитываются и показания самого ФИО3 на стадии предварительного следствия. Так, будучи допрошенным 20 июня 2025г. в качестве подозреваемого, то есть уже на следующий день после совершения преступления, в присутствии защитника, ФИО3 однозначно и недвусмысленно указывал на то, что, будучи в состоянии сильного алкогольного опьянения, на фоне высказываний Потерпевший №1 относительно его (ФИО3) образа жизни, осознавая опасность своих действий, предвидел возможность наступления смерти потерпевшего нанес последнему удар ножом в область шеи, от которого Потерпевший №1 упал, после чего, он, решив, что последний мертв, вышел на улицу и попросил прохожих вызвать полицию, сказав, что убил человека. Прибывшим на место сотрудникам полиции он также заявил, что убил человека. В ходе допроса в качестве обвиняемого 21 июня 2025г. в присутствие защитника и после разъяснения процессуальных прав, а также по существу предъявленного обвинения по ч.3 ст.30 ч.1 ст.105 УК РФ, ФИО3 подтвердил ранее данные показания, признав вину в полном объеме. 

В этом показания подсудимого на стадии предварительного расследования соотносятся с показаниями потерпевшего и свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2 об обстоятельствах совершения преступления и иными материалами уголовного дела.

Вместе с тем, будучи допрошенным в качестве обвиняемого 17 сентября 2025г. ФИО3 заявил, что умысла на убийство у него не было, при входе в комнату, находясь позади потерпевшего, удерживая нож в левой руке, он лишь хотел ударить последнего в левое плечо, однако, ФИО1 развернулся к нему через левое плечо, в связи с чем, удар ножом пришелся в шею последнего. Собственно, указанной версии подсудимый первоначально придерживался и в судебном заседании.

Однако, указанную версию, суд находит нелогичной, поскольку об этом свидетельствует и локализация телесного повреждения. Так, в судебном заседании, именно исходя из пояснений ФИО3, смоделировано взаимное расположение потерпевшего и подсудимого в момент нанесения удара, при котором возможность нанесения удара ножом с теми последствиями в виде резаного ранения передней поверхности шеи, которое описано в заключение судебно-медицинской экспертизы, по мнению суда, невозможно. 

После чего, подсудимый вновь изменил показания, указывая, что умышленно нанес порез в области шеи потерпевшего, однако, умысла на убийство у него не было.

Необходимо отметить, что механизм нанесения удара, со слов потерпевшего, а также свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2 при взаимном расположении потерпевшего стоя спиной к подсудимому, когда последний одной рукой прижимает ФИО1 к своему телу, а второй наносит резаный удар в области шеи, позволяет прийти к выводу о том, что ранение потерпевшим было получено именно при тех обстоятельствах, на которых настаивает он, а также сам подсудимый в ходе его допросов 20 и 21 июня 2025г. То обстоятельство, что в указанных протоколах допросов содержатся сведения о нанесении удара левой рукой, ни в коей мере не противоречит установленным по делу обстоятельствам, и свидетельствует лишь о том, что, находясь в сильной степени алкогольного опьянения ФИО3, являющийся правшой, мог забыть данный факт, о чем он неоднократно указывал в ходе своих допросов.

Суд полагает, что исходя из характера и способа действий ФИО3, примененного им орудия преступления, нанесения удара ножом в область расположения жизненно важных органов человека, у него усматривается прямой умысел на умышленное убийство Потерпевший №1, которое не было доведено до конца вследствие того, что потерпевшему была своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь.

Таким образом, приведенные доказательства полностью опровергают доводы защиты об отсутствии у ФИО3 умысла на убийство, поскольку с учетом активных и целенаправленных действий, направленных на лишение жизни потерпевшего и его поведения после совершенного преступления, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 ч.1 ст.105 УК РФ, в связи с чем, доводы защиты об отсутствии в его действиях состава преступления, являются несостоятельными. 

Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия, в том числе, связанных с нарушением права ФИО3 на защиту, не допущено. Как следует из материалов уголовного дела ФИО3 совместно с адвокатом был ознакомлен со всеми постановлениями о назначении судебных экспертиз и заключениями экспертов, каких-либо замечаний и ходатайств от адвоката и его подзащитного не имелось, как не имелось от них соответствующих заявлений, направленных на оспаривание выводов экспертных заключений, и в ходе судебного следствия. 

Определяя вид и размер наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, личность подсудимого, влияние наказания на его исправление.

Судом учитывается, что ФИО3 вину в совершении преступления признал в части нанесения телесного повреждения, на момент задержания он имел постоянное место жительства в арендованной им квартире, неофициальное место работы, состояние его здоровья и членов его семьи, наличие заболеваний и травм, принесенные им извинения в судебном заседании, его воспитание в неполной семье, то, что он принял меры к вызову сотрудников полиции, указал местонахождение орудия преступления, в дальнейшем в ходе следствия, в протоколе явки с повинной, несмотря на последующее изменение, давал изобличающие себя показания, которые в совокупности с другими доказательствами положены судом в основу обвинительного приговора (явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления), что в целом, в соответствии с п. «и» ч.1 и ч.2 ст.61 УК РФ является обстоятельствами, смягчающими наказание.

При этом, суд не может признать в качестве смягчающего вину обстоятельства наличие в действиях потерпевшего противоправного или аморального поведения, явившегося поводом для совершения преступления, поскольку по смыслу закона противоправным, в контексте статьи 61 УК РФ, признается такое поведение потерпевшего, которое заключается в совершении им преступления или любого правонарушения (административного, финансового, таможенного, налогового и т.д.), а аморальным признается поведение потерпевшего, которое состоит в нарушении моральных норм и правил поведения в обществе, что спровоцировало совершение преступления. 

Вместе с тем, исходя из установленных в ходе судебного следствия обстоятельств, мотивом преступления явилась неприязнь, в связи с недовольством ФИО3 нежеланием потерпевшего покинуть жилье Свидетель №2 по требованию последнего. Указанные обстоятельства относительно возникновения конфликта нашли свое отражение в показаниях свидетеля Свидетель №2 и были подтверждены самим подсудимым в судебном заседании.

При этом, утверждения ФИО3 в судебном заседании о том, что на его предложение покинуть комнату общежития ФИО1 ответил грубо, применяя нецензурные выражения, что его оскорбило, так же нельзя учесть в качестве аморального поведения потерпевшего, поскольку это не подтверждено установленными по делу обстоятельствами, а, кроме того, само по себе нахождение подсудимого в состоянии алкогольного опьянения снизило порог его толерантности к оскорблениям, если таковые и имели место в ходе возникшего конфликта.

Кроме того, вопреки высказываниям подсудимого, в качестве противоправного поведения потерпевшего, не может быть учтено то, что потерпевший в ходе ссоры выбил ему зуб, поскольку данные обстоятельства не подтверждены потерпевшим, свидетелями, указавшими на получение данной травмы подсудимым при иных обстоятельствах. Вместе с тем, настаивая на наличии в его действиях указанного смягчающего вину обстоятельства, подсудимый указал, что эти действия происходили за день до рассматриваемых событий, после чего, он примирился с потерпевшим и совместно с ним вновь распивал спиртное. 

С учетом этих обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что поведение потерпевшего, вопреки позиции подсудимого, не носило характер противоправного или аморального и не находит оснований для установления наличия указанного смягчающего обстоятельства.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимого, отягчающим наказание обстоятельством судом признается совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. При этом, суд исходит из того, что ФИО3 во время совершения преступления находился в состоянии алкогольного опьянения, поскольку данное обстоятельство подтверждается установленными судом фактическими обстоятельствами происшедшего и материалами уголовного дела. 

При этом, судом учитывается, собственно, и позиция самого подсудимого в судебном заседании, указавшего на то, что будучи трезвым не совершил бы указанного преступления, а разрешил бы конфликт иным способом. 

Кроме того, судом также учитываются и выводы судебно-психиатрической экспертизы установившей у подсудимого такие особенности личности как неустойчивая мотивация, эмоциональная лабильность, зависимость от средовых воздействий со склонностью к совершению импульсивных поступков, нетерпеливость, склонность к риску, неустойчивые и завышенные притязания, стремление потакать своим слабостям, эгоцентричность сиюминутных потребностей, склонность к реализации асоциальных влечений, что и нашло отражение в его поведении во время совершения преступления, которое на фоне алкогольного опьянения вызвало состояние эмоционального возбуждения. Таким образом, суд полагает, что в ходе конфликтной ситуации, у ФИО3 возникло чувство гнева, в ходе чего у него возник умысел на убийство, в свою очередь, алкогольное опьянение облегчило реализацию внезапно возникших побуждений, заострило имеющиеся у него особенности личности, что и проявилось в ситуации правонарушения.

Таким образом, по мнению суда, алкогольное опьянение снизило способность подсудимого к контролю за своим поведением, в том числе, за агрессивными реакциями, поэтому, учитывая указанные обстоятельства, локализацию телесных повреждений, суд полагает, что состояние опьянения, безусловно, способствовало совершению им преступления.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3 согласно п.«а» ч.1 ст. 63 УК РФ является простой рецидив преступлений.

Оснований для применения при назначении наказания положений ч.1 ст.62 УК РФ не имеется.

При этом, учитывая, что подсудимым совершено неоконченное преступление, при назначении наказания, суд полагает необходимым применить положения ч.3 ст.66 УК РФ.

Учитывая, изложенные обстоятельства в совокупности с данными, характеризующими личность подсудимого, и обстоятельства совершения им преступления, в целях предупреждения совершения им новых преступлений, с учетом требований ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, ч.2 ст.68 УК РФ, суд считает необходимым назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы с реальным его отбыванием без назначения дополнительного наказания, при этом с учетом данных о личности последнего и обстоятельств совершения им преступления, суд не усматривает оснований для применения положений ч.3 ст. 68 УК РФ, ст. 64 УК РФ, а также ст.73 УК РФ.

Оснований для освобождения ФИО3 от уголовной ответственности и наказания судом не установлено, как и не установлено оснований, для изменения категории преступления согласно ч.6 ст.15 УК РФ в виду наличия у него отягчающих наказание обстоятельств. 

Назначенное наказание ФИО3 в силу п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Учитывая разъяснения, содержащиеся в п.12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 13 октября 2020г. «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» и по смыслу ч. 1 ст. 44 УПК РФ, регрессный иск о возмещении расходов страховой организации, заявленный в рамках настоящего уголовного дела, суд полагает необходимым оставить без рассмотрения с разъяснением о необходимости его разрешения в порядке гражданского судопроизводства. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 302, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 ч.1 ст.105 УК РФ и назначить ему наказание в виде 7 (семи) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с исчислением срока наказания со дня вступления приговора в законную силу. 

Меру пресечения ФИО3 – заключение под стражу – оставить без изменения сроком до вступления приговора суда в законную силу, содержать под стражей в ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по Красноярскому краю, числить за Ленинским районным судом г.Красноярска.

На основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей ФИО3 с 19 июня 2025г. до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства по делу – клинок ножа, пластиковая рукоять ножа, два отрезка СДП, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Ленинскому району г.Красноярска ГСУ СК России по Красноярскому краю и республике Хакасия – уничтожить; сотовый телефон, находящийся на ответственном хранении у ФИО3 – оставить по принадлежности.

Гражданский иск Территориального фонда обязательного медицинского страхования Красноярского края к ФИО3 о возмещении ущерба от преступления оставить без рассмотрения. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Красноярский Краевой суд через Ленинский районный суд г. Красноярска в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья Кийков С.Г.