Дело № 2-474/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 ноября 2018 года г. Пласт 

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Данилкиной А.Л., 

при секретаре Бобылковой П.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» (далее - АО «ЮГК») и с учетом уточнения просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 326 898 рублей 17 копеек, заработную плату за август 2018 года в размере 20 674 рубля 06 копеек, незаконно удержанную с него сумму за спецодежду в размере 11 873 рубля 16 копеек, компенсацию за несвоевременную выплату при увольнении за период с 14 августа 2012 года по 29 декабря 2017 года в размере 39 117 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, в счет возмещения судебных расходов на оплату услуг представителя 10 000 рублей, за составление искового заявления – 2 000 рублей (л.д. 3, 164).

В обоснование иска истец указал, что с 14 августа 2012 года по 21 декабря 2017 года и с 01 февраля 2018 года по 18 сентября 2018 года работал в АО «ЮГК» 

<

данные изъяты>). При увольнении он не получил компенсацию за неиспользованный отпуск. За период его работы в АО «ЮГК» он ни разу не был в отпуске и не получал компенсации за неиспользованный отпуск. Должность «водителя автомобиля» отнесена к тяжелым условиям труда и подпадает под список № 2 1991 года, дающий право на досрочную пенсию. В соответствии со ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к тяжелым условиям труда 2, 3 и 4 степени либо опасным условиям труда. Дополнительный отпуск предоставляется в размере не менее 7 дней. В соответствии с Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 (в ред. От 29 мая 1991 года) «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» водителю автомобиля, занятому на занятому на транспортировании горной массы, дополнительно предоставляется не менее 12 дней дополнительного отпуска в год (позиция 91), а значит основной и дополнительный его отпуск ежегодно должен составлять не менее 40 дней (28 основного и 12 дополнительного). Размер его среднего заработка за 1 календарный день для расчета компенсации за неиспользованный отпуск за период с 14 августа 2012 года по 21 декабря 2017 года составляет 1 429,27 руб. количество дней отпуска за весь период – 215 дней, следовательно, компенсация за неиспользованный отпуск составляет 307 292 руб. 90 коп. (1429,27 руб. * 215 дн.). За период его работы с 01 февраля 2018 года по 18 сентября 2018 года размер его среднего заработка за 1 календарный день составляет 1227,47 руб., количество дней отпуска за период составляет 25 дней, следовательно, компенсация за неиспользованный отпуск за второй период работы составляет 30 686, 83 руб. (1227,47 * 25 дн.). поскольку при увольнении ему начислена компенсация в размере 11 081 руб. 57 коп., то размер невыплаченной компенсации составляет 19 605 руб. 26 коп. (30686,83 руб. – 11081,57 руб.). За август 2018 года ему недоплатили зарплату в размере 20674 руб. 06 коп. Его средняя зарплата за смену составляет 1941 руб./см., количество отработанных смен в августе 2018 года – 21 смен. Значит, ему должны были заплатить 40761 руб. (1941 руб. * 21 см.). Фактически ему начислили меньше – 20087 руб., недоплата составляет 20 674,06 руб. (40761 руб. – 20087 руб.). В августе 2018 года с него незаконно удержали сумму 11 873 руб. 16 коп. за спецодежду. О своем согласии на это удержание он заявлений не писал. Он готов был и сейчас готов сдать спецодежду на склад, однако при подписании обходного листка у него ее не приняли. Поэтому считает, что сумму 11 873 руб. 16 коп. ответчик должен ему вернуть. В связи с нарушением его трудовых прав ему причинен моральный вред, который он оценивает в 10 000 рублей. Также он заплатил за юридическую помощь 10 000 рублей – оплата услуг представителя, 2 000 рублей – за составление искового заявления. 

Истец ФИО1 при надлежащем извещении не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 171).

Представитель истца Горбенко С.В., действующий на основании ордера № 462 от 12 октября 2018 года (л.д. 170) и соглашения об оказании юридической помощи № 072 от 20 сентября 2018 года (л.д. 15), в судебном заседании исковые требования поддержал, по доводам, изложенным в исковом заявлении и заявлении об уточнении исковых требований.

Представитель ответчика АО «Южуралзолото Группа Компаний» ФИО2, действующий на основании доверенности № 20 от 14 мая 2018 года (л.д. 172), в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, просил в удовлетворении исковых требований отказать, просил применить срок исковой давности на основании ст. 9 Конвенции № 132 Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках», ратифицированной Российской Федерацией Федеральным законом № 139-ФЗ от 01 июля 2010 года. Письменные возражения на исковое заявление приобщены к материалам дела (л.д. 173-174).

На основании ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право: на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; на отдых, обеспечиваемый установлением нормальной продолжительности рабочего времени, сокращенного рабочего времени для отдельных профессий и категорий работников, предоставлением еженедельных выходных дней, нерабочих праздничных дней, оплачиваемых ежегодных отпусков.

В силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

На основании ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Согласно ст.ст. 114, 115 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда.

Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней.

Согласно ч. 1 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с п. 28 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных Народным Комиссариатом Труда СССР 30 апреля 1930 года № 169 (с последующими изменениями), при увольнении работника, не использовавшего своего права на отпуск, ему выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск.

В ходе судебного разбирательства установлено и следует из материалов дела, что 14 августа 2012 года ФИО1 на основании приказа от 14 августа 2012 года № 942 принят на работу в ОАО «Южуралзолото Группа Компаний» 

<

данные изъяты>, на участок Хвостохранилище, условия труда – вредные (л.д. 30). 

С истцом заключен трудовой договор от 14 августа 2012 года, согласно которому работнику устанавливается суммированный учет рабочего времени 30 (31) рабочих дней и 15 (16) выходных дней (п. 4.1), работнику предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 28 календарных дней (п. 4.4) (л.д. 25-29).

На основании приказа о переводе работника на другую работу от 01 июля 2016 года № 708-лс ФИО1 переведен 

<

данные изъяты>), установлена тарифная ставка 50,61 руб. + надбавка 2,02 руб. (л.д. 32); с истцом заключено дополнительное соглашение, по условиям которого в п. 1.1, 5.2 трудового договора вносятся изменения: работник принимается на работу в АО «ЮГК» водителем автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе, ГОК «Светлинский». Должностной оклад работнику (тариф) работнику устанавливается в размере 50,61 руб. + доплата в размере 2,02 руб. Премии, надбавки и иные виды вознаграждений и компенсационных выплат выплачиваются работнику в порядке и размерах, установленных работодателем (л.д. 31). 

На основании приказа № 2090 от 29 декабря 2017 года трудовой договор с истцом был прекращен по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 33), о чем в трудовой книжке сделана запись (л.д. 6-9).

В соответствии с приказом № 103б от 01 февраля 2018 года ФИО1 вновь принят на работу на должность 

<

данные изъяты>, ГОК «Светлинский», участок Хвостохранилище, условия труда вредные (л.д. 42). 

Заключен срочный трудовой договор от 01 февраля 2018 года, согласно которому условия труда указаны по результатам спецоценки вредные – класс 3, подкласс 3.2 (п. 1.4), установлен суммированный учет рабочего времени, учетный период 1 год (п. 4.1); работнику предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 28 календарных дней (п. 4.4). Должностной оклад (тариф) работнику устанавливается в размере 51 руб./ч + доплата за вредные условия труда 2,0 руб./час, районный коэффициент 15% (п. 5.2) (л.д. 38-41).

Согласно приказу № 2022 от 18 сентября 2018 года трудовой договор от 01 февраля 2018 года расторгнут по инициативе работника п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 43).

Сведения о принятии на работу, о переводе и об увольнении занесены в трудовую книжку истца (л.д. 6-9).

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика заработной платы за август 2018 года в размере 20 674 руб. 06 коп., которая была ему недоначислена. 

Согласно расчетному листку за август 2018 года ФИО1 начислено 20087 руб., произведены удержания за питание, а также налог на доходы физических лиц (л.д. 53). 

Истец не согласился с начисленной ему суммой заработной платы за август 2018 года, указав на неправильное исчисление суммы заработка. 

Поскольку в августе 2018 года ФИО1 отработал 21 смену, следовательно, сумма заработной платы за август 2018 года составляет 40 761 рубль, из расчета: 417315,65 руб. (зарплата за 12 месяцев) / 215 см. (отработано за 12 мес.) = 1941 руб. (средний дневной заработок за одну смену) х 21 см. (отработано в августе 2018 года).

Ответчиком начислена и выплачена истцу заработная плата за август 2018 года в размере 20 087 руб., следовательно, взысканию в пользу истца подлежат денежные средства в размере 20 674 рубля. 

В сентябре 2018 года из заработной платы истца удержана сумма за спецодежду в размере 11 873 руб. 16 коп.

Представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что сумма 11 873 руб. 16 коп. за спецодежду удержана с ФИО1 законно на основании Методических указаний по бухгалтерскому учету специального инструмента, специальных приспособлений, специального оборудования и специальной одежды, утверждённых приказом Минфина России от 26 декабря 2002 года № 135н, согласно которым специальная одежда, выданная работникам, является собственностью организации и подлежит возврату при увольнении, представил заявление истца с просьбой удержать из его работной платы стоимость полученных им средства индивидуальной защиты при увольнении (л.д. 176). 

Согласно ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

Только для этой группы удержаний из зарплаты работника законодатель предусмотрел (в изъятие из общих правил об обязательных взысканиях, связанных с иными группами удержаний) особый порядок взыскания с работника его задолженности работодателю, наделив последнего дискреционными полномочиями.

Для всех перечисленных в части 2 ст. 137 случаев Трудовым кодексом Российской Федерации на работодателя не возложена обязанность заблаговременно до удержания каких-либо сумм из зарплаты работника извещать его об их взыскании.

Удержания, произведенные из заработной платы ФИО1 за спецодежду в ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации не названы, согласие истца на удержание конкретных сумм отсутствовало.

В представленном представителем ответчика заявлении отсутствует дата написания заявления, расчет стоимости СИЗ (обоснование указанной стоимости), подлежащих удержанию с ФИО1 

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что ФИО1 не давал согласия на взыскание с него стоимости средств индивидуальной защиты. Более того, при увольнении готов был возвратить спецодежду, однако ее не приняли. 

В связи с вышеизложенным, законные основания для удержания из заработной платы работника стоимости средств индивидуальной защиты у работодателя отсутствовали, следовательно, требование истца о взыскании незаконно удержанных с него денежных средств в размере 11 873 руб. 16коп. подлежат удовлетворению.

Суд находит обоснованными доводы истца о взыскании с АО «ЮГК» компенсации за неиспользованный отпуск по следующим основаниям.

Ответчиком АО «ЮГК» предоставлены приказы о предоставлении ФИО1 ежегодного оплачиваемого отпуска: 10 календарных дней – с 01 августа 2014 года по 10 августа 2014 года (приказ № 746 от 01 августа 2017 года) (л.д. 83); 10 календарных дней с 01 сентября 2014 года по 10 сентября 2014 года (приказ № 797 от 01 сентября 2014 года) (л.д. 86), 3 календарных дня с 01 июня 2018 года по 03 июня 2018 года (приказ № 1107-В от 26 мая 2018 года) (л.д. 89). Всего представлено приказов о предоставлении 23 дней отпуска. 

Согласно ст. 122 Трудового кодекса Российской Федерации оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

В соответствии со ст. 123 Трудового кодекса Российской Федерации очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника.

О времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее, чем за две недели до его начала.

Кроме того, в соответствии со статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации закреплена обязанность работодателя при выплате заработной платы в письменном виде известить каждого работника о ее составных частях, о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику; о размерах и об основаниях произведенных удержаний; об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Доказательств предоставления истцу расчетных листов о выплате заработной платы, в том числе о выплате истцу оплаты за предоставленный отпуск, ответчиком суду представлено не было.

Согласно ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В силу ст. 116 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 28.12.2013 N 421-ФЗ) ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда.

Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней.

На основании Постановления Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» в данный список включена должность машиниста экскаватора, занятого на добыче и вскрыше, которым должна быть установлена продолжительность дополнительного отпуска в количестве 12 дней в год (п. 129).

В нарушение указанных норм работодатель не установил в трудовых договорах работнику ФИО1 дополнительный отпуск.

Суд приходит к выводу, что работодателем АО «ЮГК» нарушены нормы трудового законодательства и порядок по предоставлению отпуска работнику ФИО1

Исследовав, представленные в материалы дела приказы и заявления о предоставлении работнику отпуска, суд приходит к выводу, что работодателем АО «ЮГК» порядок предоставления отпусков работнику не соблюден и фактически дни отпуска истцу не предоставлялись, поскольку в заявлениях отсутствуют сведения о периодах работы, за которые предоставляется отпуск, количество дней предоставляемого отпуска, даты подписания заявления; в приказах отсутствует дата ознакомления с приказом.

В соответствии с п. 7.1 Основных положений о вахтовом методе организации работ, утвержденных постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС и Минздрава СССР от 31 декабря 1987 года № 794/33-82 (с изменениями), ежегодный отпуск работникам, занятым на работах вахтовым методом, предоставляется в установленном порядке после использования дней отдыха (отгулов).

Таким образом, ежегодный отпуск работнику, занятому на работе вахтовым методом, не мог предоставляться в период междувахтового отдыха (отгулов). 

Кроме того, график отпусков по предприятию, в частности в отделах, где работал истец, ответчиком в суд не предоставлен.

За период работы ФИО1 в ОАО «ЮГК» с 14 августа 2012 года по 29 декабря 2017 года ему полагается 213 дней отпуска (основного 28 дней и дополнительного 12 дней ежегодно).

Суд считает необходимым произвести расчет среднего заработка за 1 день для расчета компенсации при увольнении за первый период работы истца. Исходя из представленных АО «ЮГК» документов, средний заработок ФИО1 за указанный период за 1 день работы надлежит рассчитывать из суммы 460653,5 руб. При расчете компенсации за отпуск при увольнении средний заработок ФИО1 за 1 день составил 1310,163 руб. (460653,5 руб. / 12 / 29,3). Таким образом, компенсация за 213 дней неиспользованного отпуска составляет 279 064 рубля 72 копейки (1310,163 руб. х 213 дн.), которую надлежит взыскать с ответчика. 

За период работы истца с 01 февраля 2018 года по 18 сентября 2018 года ему полагается 26 календарных дней отпуска. Из представленных документов следует, что при увольнении в сентябре 2018 года ему начислена компенсация за 10 дней неиспользованного отпуска в размере 11 081 руб. 57 коп. (л.д. 51, 52). 

Суд считает возможным принять сумму среднего заработка за 1 день работы, предложенный ответчиком в размере 1108,157 руб. Таким образом, компенсация за 16 дней неиспользованного отпуска составляет 17 730 руб. 51 коп. (1108,157 руб. х 16 дн.), которую надлежит взыскать с ответчика. 

Всего компенсация за неиспользованный отпуск составила 296 795 рублей 23 копейки. При этом из указанной суммы подлежит удержанию налог на доходы физических лиц.

Возражая относительно заявленных требований, представитель ответчика заявил ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности по предъявленным требованиям за период с 14 августа 2012 года до 24 декабря 2016 года, со ссылкой на п. 9 Конвенции № 132 Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках», принятой 24 июля 1970 года, ратифицированной Федеральным законом № 139-ФЗ от 01 июля 2010 года. Представитель ответчика считает, что в силу ст. 9 Конвенции срок исковой давности по требованиям о компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется 21 месяцем после окончания того года, за который предоставляется отпуск (18 месяцев по Конвенции плюс 3 месяца по ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Разрешая указанное ходатайство суд не находит оснований для его удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Как уже указывалось выше, ФИО1 был уволен 29 декабря 2017 года. 24 сентября 2018 года истец обратился в Пластский городской суд Челябинской области с иском, то есть в установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации годичный срок. 

При таких обстоятельствах, оснований для применения последствий пропуска срока обращения в суд у суда не имеется.

Суд признает ссылку представителя ответчика на положения ст. 9 Конвенции № 132 от 24 июня 1970 года Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках», ратифицированной Федеральным законом от 01 июля 2010 года № 139-ФЗ, необоснованной исходя из следующего.

Согласно ст. 9 указанной Конвенции, непрерывная часть ежегодного оплачиваемого отпуска, упомянутая в п. 2 ст. 8 настоящей Конвенции, предоставляется и используется не позже, чем в течение одного года, а остаток ежегодного оплачиваемого отпуска не позже, чем в течение восемнадцати месяцев после окончания того года, за который предоставляется отпуск (п. 1).

Любая часть ежегодного отпуска сверх установленной минимальной продолжительности может быть отложена с согласия работника на период, превышающий тот, который указан в п. 1 настоящей статьи, но не выходящий за определенные отдельно установленные пределы (п. 2).

Минимальная продолжительность и пределы времени, упомянутые в п. 2 настоящей статьи, определяются компетентным органом после консультации с заинтересованными организациями работодателей и работников или посредством коллективных переговоров, или другим подобным методом, соответствующим национальной практике и национальным условиям (п. 3).

Между тем, указанные положения международного права регулируют только сроки предоставления и использования отпусков в период существования трудовых отношений сторон и не устанавливают срок, в течение которого работник имеет право обратиться с исковым заявлением о взыскании компенсации за неиспользованные отпуска после увольнения, равно как и не устанавливают ограничений гарантированного работнику ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации права на получение компенсации за все неиспользованные отпуска при увольнении. Часть 1 ст. 9 Конвенции Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках» регулирует лишь сроки предоставления и использование трудовых отпусков, а не период взыскания испрашиваемой истцом компенсации.

Соответственно, с учетом разъяснений в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» о том, что международные договоры, которые имеют прямое и непосредственное действие в правовой системе Российской Федерации, применяются судами при рассмотрении гражданских дел, если данным договором установлены иные правила, чем законом РФ, который регулирует отношения, ставшие предметом судебного рассмотрения, отсутствуют основания для применения указанных выше положений Конвенции при решении вопроса о том, пропущен или нет истцом срок обращения в суд с настоящим иском.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Установив нарушение трудовых прав истца ФИО1, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с работодателя компенсации за нарушение сроков выплаты причитающихся истцу денежных средств в размере 35 523 руб. 67 коп., из следующего расчета:

- за период с 20 декабря 2017 года по 11 февраля 2018 года (44 дн.) в сумме 5519,34 руб. (242786,31 руб. * 7,75 * 1/150 * 44 дн.);

- за период с 12 февраля 2018 года по 25 марта 2018 года (42 дн.) в сумме 5098,51 руб. (242786,31 руб. * 7,5% * 1/150 * 42 дн.);

- за период с 26 марта2018 года по 16 сентября 2018 года (175 дн.) в сумме 20535,67 руб. (242786,31 руб. * 7,25% * 1/150 *175 дн.);

- за период с 17 сентября 2018 года по 22 октября 2018 года (36 дн.) в сумме 4370,15 руб. (242786,31 руб. * 7,5%*1/150* 36 дн.).

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

С учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, поскольку в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, судом были установлены неправомерные действия ответчика в отношении истца. В остальной части взыскания компенсации морального вреда необходимо отказать.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалы дела представлена квитанция об оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 2 000 рублей (л.д. 14), а также представлено соглашение на оказание юридической помощи № 072 от 20 сентября 2018 года и квитанция к приходному кассовому ордеру № 001907 от 20 сентября 2018 года за участие адвоката Горбенко С.В. в качестве представителя истца при рассмотрении гражданского дела в размере 10 000 рублей (л.д. 14). 

При определении размера подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает категорию и сложность спора, степень участия представителя истца Горбенко С.В. при рассмотрении дела, количество судебных заседаний, а именно: представитель участвовал при подготовке к делу, в судебном заседании 12 ноября 2018 года, подготовил в суд исковое заявление, заявление об изменении исковых требований, а также объем и характер оказанных представителем услуг. 

Таким образом, с учетом разумности суд считает возможным удовлетворить требования истца о возмещении указанных расходов частично, взыскав с ответчика в его пользу 8 000 рублей. 

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Подпункт 1 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает освобождение от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, истцов – по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Согласно подпункту 8 пункта 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Размер государственной пошлины с учетом удовлетворенной части исковых требований составляет 6 848 рублей 66 копеек и подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу ФИО1 заработную плату за август 2018 года в размере 20 674 (двадцать тысяч шестьсот семьдесят четыре) рубля 06 копеек (в том числе налог на доходы физических лиц), компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 296 795 (двести девяносто шесть тысяч семьсот девяносто пять) рублей 23 копейки (в том числе налог на доходы физических лиц), удержанные при увольнении денежные средства за средства индивидуальной защиты в размере 11 873 (одиннадцать тысяч восемьсот семьдесят три) рубля 16 копеек, компенсацию за нарушение установленного срока выплаты расчета при увольнении в размере 35 523 (тридцать пять тысяч пятьсот двадцать три) рубля 67 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей 00 копеек, судебные расходы в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6 848 (шесть тысяч восемьсот сорок восемь) рублей 66 копеек.

Решение в части взыскания заработной платы подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий: