По делу № 2-14/20

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Нижний Новгород 10 июня 2020 года

Нижегородский областной суд в составе: 

председательствующего судьи Мартынова В.В.; 

при секретарях Гаджиеве М.С. и Григорьичевой Е.В., 

с участием: государственных обвинителей - прокуроров отдела государственных обвинителей Нижегородской областной прокуратуры Колосова М.А. и ФИО1; 

потерпевших С.А.В. и М.А.Н. (каждого посредством использования систем видеоконференц-связи); 

подсудимых ФИО2 и ФИО3;

защитников (по назначению) - адвокатов Хубуная В.Ю., представившего удостоверение №, ордер №, и ФИО4, представившего удостоверение №, ордер №,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, русского, гражданина РФ, имеющего среднее специальное образование, 

<

данные изъяты>, не работающего, регистрации не имеющего, временно проживавшего по адресу: 

<

адрес>, не судимого, содержащегося под стражей с момента фактического задержания с 26.01.2019 года, 

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, русской, гражданки РФ, имеющей среднее общее образование, 

<

данные изъяты>, не работающей, зарегистрированной по адресу: 

<

адрес>, временно проживавшей по адресу: 

<

адрес> не судимой, содержащейся под стражей с момента фактического задержания с 26.01.2019 года,

каждого обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п.«а, в, ж» ч.2 ст.105 УК РФ,

У с т а н о в и л :

Подсудимые ФИО2 и ФИО3 каждый в составе группы лиц совершил убийство двух лиц: С.Д.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заведомо находящегося в беспомощном состоянии, и В.В.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Преступления совершены на территории г.Н.Новгорода при следующих обстоятельствах.

23.01.2019 года в период времени с 04 часов до 09:06 часов при нахождении ФИО2 его сожительницы ФИО3 дома у ранее им знакомого на протяжении длительного времени С.Д.В., являющегося инвалидом I группы по общему заболеванию с диагнозом: 

<

данные изъяты>, по адресу: 

<

адрес>, после совместного с последним употребления спиртных напитков, между находящимися в состоянии алкогольного опьянения С.Д.В. и ФИО2 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений из-за чувства ревности последнего ФИО3 к С.Д.В. произошел конфликт, в ходе которого ФИО2, осознавая в силу имеющейся у С.Д.В. инвалидности заведомое нахождение последнего в беспомощном состоянии, на почве ревности и личных неприязненных отношений, действуя с прямым умыслом с целью убийства С.Д.В., заведомо находящегося в беспомощном состоянии, сначала нанес последнему множественные удары руками и ногами по конечностям, грудной клетке, шее и голове. Затем ФИО2 приискал в помещении вышеуказанного дома нож.

В этот момент находящаяся там же в состоянии алкогольного опьянения ФИО3, также на почве личной неприязни к С.Д.В., вызванной произошедшим между нею и С.Д.В. конфликтом, вызванным попыткой С.Д.В. совершить с ней половой акт, решила присоединиться к ФИО2 с целью убийства С.Д.В., который для неё также заведомо находился в беспомощном состоянии в силу имеющейся инвалидности.

После этого ФИО2 и ФИО3, действуя совместно с прямым умыслом с целью убийства С.Д.В., заведомо находящегося в беспомощном состоянии, группой лиц, поочередно нанесли С.Д.В. клинком приисканного ФИО2 ножа множественные, не менее 27 ударов в область расположения жизненно важных органов - в голову, шею, грудную клетку, спину, живот, а также в области рук и ног потерпевшего.

Также ФИО2 и ФИО3 приискали в помещении дома потерпевшего фрагмент деревянной палки в виде черенка от лопаты, которым поочередно нанесли С.Д.В. множественные удары в область расположения жизненно важных органов - по конечностям, грудной клетке, шее и голове С.Д.В..

Всего в совокупности в процессе лишения С.Д.В. жизни ФИО2 руками, ногами и фрагментом деревянной палки, а ФИО3 фрагментом деревянной палки, совместно группой лиц нанесли С.Д.В. не менее 62 ударов по конечностям, грудной клетке, шее и голове.

Кроме того, в процессе лишения С.Д.В. жизни ФИО2 и ФИО3 приискали в помещении дома потерпевшего веревку в виде полипропиленового шпагата, которой связали потерпевшему руки и ноги, зафиксировав его конечности таким образом, чтобы исключить возможность его передвижения.

В результате совместных насильственных действий ФИО2 и ФИО3 С.Д.В. были причинены телесные повреждения: 

- проникающее в левую плевральную полость колото-резаное ранение грудной клетки слева: прямолинейная рана кожи с ровными краями, похожими на остроугольные концами, гладкими стенками, с раневым каналом, направленным спереди назад, с повреждением по его ходу мягких тканей, пристеночной плевры, с кровоизлиянием в мягкие ткани; кровоизлияния со слабыми инфильтративными изменениями в слабо литически измененных мягких тканях грудной клетки слева;

- проникающее в брюшную полость колото-резаное ранение живота слева: наличие на коже живота слева кожной раны прямолинейной формы, с ровными краями, похожими на остроугольными концами, гладкими, отвесными стенками, раневым каналом, направленным спереди назад и слева направо, с повреждением по ходу него мягких тканей живота слева брюшины и селезенки, с кровоизлияниями по ходу раневого канала; кровоизлияние со слабыми инфильтративными изменениями в области раневого канала селезенки, кровоизлияния на капсуле селезенки;

- множественные непроникающие колото-резаные ранения лица (4), грудной клетки (3), спины (2), живота (2), левого бедра (2), левой верхней конечности (2), затылочной области (2), шеи (6), ягодичной области (1) с разнонаправленными раневыми каналами, с повреждением только мягких тканей и кровоизлияниями в них по их ходу; кровоизлияния со слабыми инфильтративными изменениями в мягких тканях шеи;

- ушибленные раны левой теменной области (3), лобно-височной области слева (1), левой брови (1) и в области наружного угла левого глаза (1); кровоизлияния со слабыми инфильтративными изменениями в слабо литически измененных мягких тканях головы;

- резаное ранение спинки носа: наличие на коже спинке носа резаной раны прямолинейной формы, с остроугольными концами, ровными краями, гладкими стенками, с преобладанием длины над глубиной, с повреждением подлежащих мягких тканей и хрящей носа.

Течение описанных выше повреждений осложнилось развитием острой массивной кровопотери (слабо интенсивный характер трупных пятен, признаки обильного наружного кровотечения, наличие в левой плевральной и брюшной полостях около 100 мл и 150 мл жидкой темно-красной крови соответственно); слабое кровенаполнение печени и селезенки.

Перечисленные повреждения вызвали причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни (приложение к приказу МЗ и СР РФ № 194 н от 24.04.2008 г. «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», п. 6.9, 6.1.10, 6.1.15).

В связи с тем, что каждое из указанных повреждений взаимно отягощало друг друга, определение тяжести вреда, причиненного здоровью, производилось по их совокупности (п. 13 указанного приложения).

Смерть С.Д.В. наступила через непродолжительный период времени 23.01.2019 года с 04 часов до 09:06 часов на месте происшествия от указанной выше острой массивной кровопотери, которая и явилась непосредственной причиной смерти потерпевшего.

Между описанными выше телесными повреждениями в виде ушибленных ран, резаных, проникающих и непроникающих колото-резаных ранений, течение которых осложнилось развитием острой массивной кровопотери, и смертью С.Д.В. имеется прямая причинная связь.

Кроме того в результате совместных насильственных действий ФИО2 и ФИО3 С.Д.В. были причинены телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью: 

- ссадины левой теменной области (1), лобной области по центру (2), левой надбровной области (1), спинке носа по центру (1), основания носа (2), левой скуловой области (1), подбородочной области (не менее 7), правой переднебоковой поверхности шеи (9), левой переднебоковой поверхности шеи (не менее 10), передней поверхности грудной клетки слева (3), передней поверхности правого коленного сустава (1), передней поверхности левой голени в верхней трети (1), задней поверхности левого предплечья (15);

- кровоподтеки (по 1) в области внутреннего угла правого глаза, в окружности левого глаза, в подбородочной области по центру, на передних поверхностях обоих коленных суставов.

Такие повреждения, как в отдельности, так и в совокупности, при обычном течении у живых лиц, вреда здоровью не причиняют, так как не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности (приложение к приказу МЗ и СР РФ № 194 н от 24 апреля 2008 г. «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», п. 9).

В вышеуказанные период времени и месте, после наступления смерти С.Д.В., ФИО3, не осознающая данный факт, с целью достижения единого с ФИО2 преступного результата, схватила труп С.Д.В. обеими руками за горло и стала с силой сдавливать его шею руками с целью удушения, затем ФИО2 совместно с ФИО3 обмотали вокруг шеи трупа С.Д.В. полипропиленовую нить, которой стянули шею погибшего, и скрылись с места преступления.

Кроме того, в период времени с 08:15 часов 24.01.2019 года до 08:15 часов 26.01.2019 года после употребления спиртных напитков между находящимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО2 и ФИО3 с одной стороны и знакомым последней В.В.А. с другой стороны, в квартире последнего по адресу: 

<

адрес>, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений произошел конфликт из-за завладения В.В.А. 400 рублями ФИО2, в ходе которого ФИО2 на почве личных неприязненных отношений, действуя с прямым умыслом с целью убийства В.В.А., нанес последнему множественные удары руками и ногами по верхним конечностям и голове.

В этот период времени находящаяся там же в состоянии алкогольного опьянения ФИО3, также на почве личной неприязни к В.В.А., вызванной произошедшим между ними конфликтом, решила присоединиться к ФИО2 с целью убийства В.В.А. и нанесла последнему множественные, не менее 2-х ударов руками по верхним конечностям и голове, то есть в область расположения жизненно важных органов потерпевшего.

После этого ФИО2 и ФИО3, действуя с прямым умыслом с целью убийства В.В.А. группой лиц, совместно приискали в вышеуказанной квартире веревку в виде полимерного шпагата, которой с целью облегчения совершения преступления, пресечения возможных попыток В.В.А. оказания сопротивления и обращения за помощью к третьим лицам, перевязали последнему руки и ноги, зафиксировав его конечности таким образом, чтобы исключить возможность его передвижения.

Затем ФИО2 и ФИО3 поочередно нанесли В.В.А. приисканными в квартире последнего, сначала неустановленным деревянным стулом множественные удары по верхним конечностям и голове, затем металлическим напильником множественные, не менее 11 ударов по верхним конечностям и голове, то есть в область расположения жизненно важных органов потерпевшего.

Всего в совокупности в процессе лишения В.В.А. жизни ФИО2 и ФИО3 нанесли ему не менее 20 ударов руками, ногами, деревянным стулом и металлическим напильником по верхним конечностям и голове.

В результате совместных насильственных действий ФИО2 и ФИО3 В.В.А. были причинены несовместимые с жизнью телесные повреждения в виде тупой сочетанной травмы тела:

тупая травма головы: кровоподтеки окружности глаз, больше справа;

ссадины (3) области наружной части правой орбиты, ссадина нижней губы справа, кровоизлияния (по 1) под слизистую оболочку губ справа, разрыв хрящевой и костной частей носа с признаками носового кровотечения, множественные (11) ушибленные и рвано-ушибленные раны кожи волосистой части головы и лица, правой ушной раковины с обширными кровоизлияниями в подлежащие мягкие ткани, линейный перелом левой теменной кости со слабыми признаками вдавления и вдавленный перелом правой теменной кости в проекции ушибленных ран теменных областей, очаговые кровоизлияния (5) под мягкие мозговые оболочки в теменных, затылочной областях и соответственно основанию левой височной доли, отек головного мозга с явлениями дислокации (смещение) и вклинивания стволовой части в большое затылочное отверстие; острые циркуляторные расстройства в возможно отечном мозге, в отечной мягкой мозговой оболочке; отек спинного мозга и его оболочек, кровоизлияния в мягких тканях теменной области, правой височной области со слабыми, местами умеренными инфильтративными изменениями; отсутствие признаков аксональной травмы;

тупая травма правой верхней конечности: множественные (9) ушибленные раны кожи нижней трети правого предплечья, правого лучезапястного сустава и тыла правой кисти с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани, ушибленная рана верхней трети правого предплечья, ссадины (4) и кровоподтек тыла правого лучезапястного сустава, разрыв 1-го межфалангового сустава 4-го пальца правой кисти с рваной раной на его ладонной поверхности.

Комплекс указанных повреждений вызвал причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни. 

В связи с тем, что каждое из повреждений взаимно отягощало друг друга, определение степени тяжести вреда, причиненного здоровью, производилось по их совокупности.

Смерть В.В.А. наступила через непродолжительный период времени с 08:15 часов 24.01.2019 года до 08:15 часов 26.01.2019 года на месте происшествия от совокупности вышеуказанных повреждений, характеризующих тупую сочетанную травму тела.

Между полученной тупой сочетанной травмой тела, в комплекс которой вошли указанные выше повреждения, и наступлением смерти В.В.А. имеется прямая причинная связь.

После причинения В.В.А. вышеуказанных телесных повреждений ФИО2 и ФИО3 скрылись с места преступления.

Исследовав представленные доказательства, суд находит виновность ФИО2 и ФИО3 в указанном преступлении установленной.

Доказательства убийства 

ФИО2 и ФИО3 С.Д.В.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 вину не признал за отсутствием состава преступления, поскольку, по его мнению, от его действий смерть С.Д.В. наступить не могла. 

По существу обвинения показал, что 23.01.2019 года с самого утра дома у С.Д.В. распивали спиртное. Потом он уходил проводить С. домой и, вернувшись, увидел, что С.Д.В. лежал на его сожительнице ФИО5. Он скинул С.Д.В. с ФИО5, нанес ему 2 удара рукой по лицу, затем палкой-черенком от лопаты 2 удара по голове. Затем взял нож и нанес С.Д.В. 2 удара в область груди, находит, что без проникновения, поскольку на ноже не было крови. Он ФИО5 ни о чем не просил, она сама забрала у него нож и несколько раз подходила к С.Д.В., наносила ему многочисленные удары, «истыкала» его всего. Он наблюдал со стороны. Затем С.Д.В. стал «пинаться», и он связал С.Д.В. руки и ноги. Затем ФИО5 бросила нож и стала душить С.Д.В.. После этого С.Д.В. упал без признаков жизни. ФИО5 укрыла его одеялом. Крови на лице от его ударов не было. Затем они собрали сумки и ушли. На улице встретили Н.. ФИО5 о произошедшем говорит не правду. 

В то же время из исследованных протокола явки с повинной ФИО2 и его показаний, данных в ходе досудебного производства, следуют кардинально иные самоуличающие и уличающие ФИО5 показания. 

Так, из протокола явки с повинной ФИО2 от 26.01.2019 года, следует, что после разъяснения прав, предусмотренных ч.1.1 ст.144 УПК РФ, ФИО5 добровольно сообщил, что примерно 23.01.2019 года они совместно со своей сожительницей ФИО3 находились у своего знакомого С.Д.В. по адресу: 

<

адрес>, с ними был еще мужчина по имени М., где они распивали спиртные напитки. В какой-то момент, когда было еще темно, он пошел проводить М.. Вернувшись домой, он увидел, как С.Д.В. навалился на его сожительницу и пытался ее раздеть. Он его оттащил от нее, у них со С.Д.В. началась драка. В какой-то момент со стола он схватил нож и нанес ему несколько ударов ножом в тело, сколько ударов нанес - он не помнит. После того как он перестал его бить к нему подошла ФИО5 и тоже нанесла несколько ударов ножом, каким ножом - он не видел. Затем ФИО5 пальцами сжала ему кадык, у него закатились глаза и он перестал дышать. После произошедшего они ушли спать в другую комнату. (т.1 л.д.113-114)

Из показаний ФИО2 в качестве подозреваемого от 27.01.2019 года, и данных в ходе проведения проверки показаний на месте 27.01.2019 года, с фототаблицей к нему, следуют аналогичные показания о том, что с лета или осени 2018 года он и его сожительница ФИО5 стали проживать у своего знакомого С.Д.В. в доме по адресу: 

<

адрес>. С ним он был знаком уже давно, они часто вместе отдыхали, выпивали спиртное. С ФИО5 они проживают около пяти или четырех лет.

Несколько дней назад, точно он сказать не может, наверное, 22.01.2019 года он весь день находился дома у С.Д.В.. Там также находился он сам и его сожительница ФИО5. Они все вместе весь день распивали спиртное. К ним в дом постоянно заходили разные люди, которые с ними выпивали и потом уходили. Что это были за люди, он не может вспомнить, так как был пьян. 

Помнит только, что с ними отдыхал С.М.А..

Уже ночью, точное время он не вспомнит, он пошел провожать С.М.А. домой. После этого, вернувшись домой, он увидел, что ФИО3 лежит на кровати, а С.Д.В. залез на нее сверху и пытался ее раздеть. Они оба были в состоянии сильного алкогольного опьянения. 

Он пришел в ярость, скинул С.Д.В. с ФИО3, и между ними началась драка. Как они именно дрались, он не помнит, может около кровати может возле нее. Как он ему наносил удары и куда именно, он не помнит. 

В какой-то момент С.Д.В. лежал на диване, а он схватил нож. Где лежал этот нож, как он выглядел, он вспомнить не может, так как был сильно пьян. 

Затем этим ножом он стал наносить удары С.Д.В. по различным частям тела, по каким именно - он также не помнит. Ударов было несколько, но, сколько именно он вспомнить не может. 

Он был злой и пьяный, поэтому не считал удары и не смотрел, куда именно он его бил ножом. Затем он прекратил его бить. Больше он его ничем не бил. С.Д.В. они ничем не связывали.

После этого ФИО5, озлобленная тем, что С.Д.В. залез на нее и стал раздевать, также схватила нож, какой именно и где он лежал он также не помнит, и нанесла С.Д.В. несколько ударов, когда он уже лежал на кровати. 

Куда именно они приходились, и сколько их было, он сказать также не может, потому что не помнит. 

Затем она взяла С.Д.В. за горло и прижала его к стене, и стала давить ему рукой на горло и кадык, после чего он стал хрипеть и затем совсем перестал дышать. После этого он упал на кровать, ФИО5 накрыла его одеялом, и они ушли спать в другую комнату. 

Затем утром он проснулся от того, что в окно кто-то постучал. Он встал и открыл дверь, в дом зашел его знакомый Н.В.А.. Он прошел в комнату, откинул одеяло, и они увидели, что С.Д.В. мертв. 

ФИО7 стал говорить, что надо вызвать сотрудников полиции, но он не хотел с ними встречаться, собрал вещи и ушел с ФИО5. 

Вину в смерти С.Д.В. он признает частично, удары ножом он ему наносил, но убивать не хотел. (т.3 л.д.157-160, 166-175)

Из показаний ФИО2, данных в ходе очной ставки с ФИО5 от 04.02.2019 года, следует, что когда он зашел в дом С.Д.В. и увидел, как С.Д.В. одной рукой душил ФИО5, а другой пытался снять с неё одежду, он в порыве гнева скинул С.Д.В. с ФИО5, и нанес ему множественные удары кулаками по лицу и телу. Затем он взял за дверью комнаты деревянную палку и стал наносить ею множественные удары по телу и лицу С.Д.В.. В это время С.Д.В. сидел на кровати. 

В это время ФИО5 схватила нож и стала им наносить С.Д.В. множественные удары по телу, затем прижала его стене и стала душить. После чего С.Д.В. спустился по стене на кровать. ФИО5 его накрыла одеялом, и они ушли спать. Скончался ли С.Д.В. от полученных повреждений сразу, он не знает.

(т.3 л.д.227-233)

Из показаний ФИО2 в качестве обвиняемого от 25.12.2019 года, следует, что он осознавал, что от причиненных им ранений наступила смерть С.Д.В.. Сейчас он уже не может точно сказать, сколько и кем именно наносились удары С.Д.В., так как он и ФИО5 были пьяны. Он не исключает, что он мог бить его как черенком от лопаты, так и руками и ногами, как и ФИО5. С.Д.В. им с ФИО5 телесных повреждений не причинял. (т.5 л.д.174-177)

После исследования вышеприведенных протокола явки с повинной и ранее данных показаний ФИО5 их не подтвердил, повторяя показания, данные в суде. 

Допрошенная в судебном заседании подсудимая ФИО3 вину также не признала, по сути, также за отсутствием состава преступления, поскольку по её мнению, от её действий смерть С.Д.В. наступить не могла. Кроме того сослалась на то, что С.Д.В. не находился в беспомощном состоянии, она к ФИО5 не присоединялась, нанесла С.Д.В. 1 удар ножом случайно, когда отбирала его у ФИО5, С.Д.В. не душила, лишь связывала его по приказу ФИО5, которого боялась.

По существу обвинения показала, что она и ФИО5 жили у С.Д.В. в доме 2 или 3 месяца. 22.01.2019 года они все вместе распивали спиртное. Также ними был С.М.А.. Все находились в состоянии сильного алкогольного опьянения.

Ночью 23.01.2019 года ФИО5 прошел провожать С.. 

Она и С.Д.В., находясь в состоянии алкогольного опьянения, остались в доме, и у них произошел конфликт. Они находились на диване, С.Д.В. накинулся на неё сверху, хотел снять с неё кофту, но не сумел и стал душить её руками.

В это время вернулся ФИО5, стащил С.Д.В. с неё, взял палку-черенок от лопаты и нанес им С.Д.В. несколько ударов в плечо, по голове. Затем ФИО5 палку бросил, взял нож, которым они работали, сортируя мусор, и нанес им С.Д.В. несколько ударов по всему телу. 

После этого она отобрала у ФИО5 нож, который был в крови, и в ходе этого, поскользнувшись, случайно ударила С.Д.В. ножом в плечо. После чего она выбросила нож на пол.

С.Д.В. лежал на постели, разговаривал, вся его грудь была в крови, немного крови было на его лице. 

ФИО5 сказал, давай его свяжем. Она спросила зачем. ФИО5 сказал, давай свяжем, а то сейчас будешь лежать с ним. Она подчинилась, и они связали С.Д.В.. Затем она по указанию ФИО5 слегка для вида душила С.Д.В. руками. Затем ФИО5 сказал накрыть С.Д.В. одеялом. Она подчинилась, и они пошли спать в маленькую комнату. Утром пришел Н., спросил, где С.Д.В.. Она ответила, вон там спит. С.Д.В. как лежал, так и лежал. Н. спросил денег на вино, она дала и он ушел. Они с ФИО5 собрали вещи и ушли.

По поводу своих следов: на черенке от лопаты пояснила, что она, проживая у С.Д.В., постоянно брала его в руки, подпирала им дверь; на рукояти ножа пояснила, что также брала его в руки; обнаружение крови С.Д.В. на срезах ногтевых пластин её правой руки, пояснила тем, что она могла попасть туда, когда она под давлением ФИО5 связывала С.Д.В..

В то же время из исследованных протокола явки с повинной ФИО5 и её показаний, данных в ходе досудебного производства, следуют кардинально иные самоизобличающие и уличающие ФИО5 показания. 

Так, из протокола явки с повинной ФИО3 от 27.01.2019 года, следует, что после разъяснения прав, предусмотренных ч.1.1 ст.144 УПК РФ, ФИО5 добровольно сообщила, что 23.01.2019 года она совместно со своим сожителем ФИО5 находилась у своего знакомого С.Д.В. по адресу: 

<

адрес>, с ними был еще С.М.А., где они распивали спиртные напитки. 

В какой-то момент, в ночное время, ФИО5 со С. пошел на улицу, чтобы его проводить до дома. В этот момент, когда ФИО5 не было дома, С.Д.В. начал к ней приставать, требовать от нее сексуальных отношений, стал пытаться снять с нее одежду. 

В это время ФИО5 вернулся домой и увидел, как С.Д.В. уже лежал на ней. Он сразу оттащил его от нее, у них со С.Д.В. началась драка, в какой-то момент ФИО5 схватил со стола нож и нанес С.Д.В. несколько ударов ножом в тело. Сколько ударов нанес, она не помнит. 

После того как ФИО5 перестал его бить, она взяла нож и в отместку за то, что он пытался к ней приставать, тоже нанесла С.Д.В. удар ножом, после чего сжала ему шею руками и задушила. После произошедшего они ушли спать в другую комнату. (т.3 л.д.189-191)

Из показаний ФИО3 в качестве подозреваемой от 27.01.2019 года следуют уличающие себя и ФИО5 показания о том, что после распития спиртных напитков 23.01.2019 года ночью её сожитель ФИО5 прошел провожать Н. домой, она со С.Д.В. осталась в доме одна, они сидели на диване в комнате. 

В этот момент С.Д.В. стал к ней приставать, стал пытаться снять с нее одежду, пытаться совершить с ней половой акт. 

Она была против, и всячески противодействовала ему, но он залез на нее сверху и продолжал снимать с нее одежду. 

В это время в дом зашел ФИО5 и увидел, как С.Д.В. пытается к ней приставать и снимать с нее одежду. Из-за ревности он пришел в ярость и накинулся на него, сбил его с нее на диван, стал его избивать, в ходе чего схватил нож и нанес ему несколько ударов ножом в различные части тела.

После этого она, в порыве ярости и гнева за то, что С.Д.В. пытался ее изнасиловать, выхватила нож у ФИО5 и нанесла С.Д.В. удар ножом.

Затем ФИО5 достал веревку и сказал: «ФИО5, давай помогай его связывать». Они связали С.Д.В. веревкой.

После этого она накрыла С.Д.В. одеялом и стала душить его руками за шею. После этого они ушли спать в другую комнату. 

Утром в дом приходил Н.В.А., который прошел в комнату, откинул одеяло, и они увидели, что С.Д.В. мертв. 

Вину в смерти С.Д.В. она признает полностью, в содеянном раскаивается.

(т.3 л.д.193-196)

Из показаний ФИО3, данных в ходе проверки показаний на месте 27.01.2019 года, следует, что ФИО5 дала аналогичные ранее данным показания, которые дополнила тем, что когда С.Д.В. залез на нее сверху и продолжал снимать с нее одежду, он при этом её душил;

после того как она нанесла удар ножом С.Д.В. ФИО5 схватил этот нож еще раз и снова нанес несколько ударов С.Д.В.; 

ФИО5 взял с пола кусок черенка от лопаты и с силой наотмашь нанес им многочисленные удары в различные части тела С.Д.В.. 

Также ФИО5 при помощи манекена, макетов ножа и черенка продемонстрировала нанесение ударов С.Д.В.. (т.3 л.д.202-215)

Из показаний ФИО3, данных в ходе очной ставки с ФИО5 04.02.2019 года, усматриваются аналогичные ранее данным показания и их уточнение тем, что когда С.Д.В. её душил, требовал вступить с ним в половой акт. Душил он сильно, так, что она почти «посинела». 

Выхватив нож из руки ФИО5, она ударила С.Д.В. ножом, держа его в правой руке, куда-то в район груди. (т.3 л.д.227-233)

Из показаний ФИО3 в качестве обвиняемой от 25.12.2019 года, следует изменение ранее данных показаний о том, что они с ФИО5 связывали С.Д.В. после того, как нанесли ему удары ножом и после того, как ФИО5 побил его черенком (палкой) с той целью, чтобы он не дергался и не сопротивлялся. На тот момент, когда они его связывали, он был еще живой.

Она душила его не с целью убийства, а просто «придушивала» его со злобы. После того, как она прекратила его душить, он был живой.

С.Д.В. начал ее душить, оскорблять ее, но за половые органы он ее не трогал, нижнее белье не снимал, каких-либо намерений, направленных на то, что он хочет ее изнасиловать, не высказывал. Возможно, она не правильно поняла его действия. 

(т.6 л.д.73-76)

После исследования вышеприведенных протокола явки с повинной и ранее данных показаний ФИО5 явку с повинной не подтвердила, со ссылкой, что её не читала, остальные оглашенные показания подтвердила в полном объеме, не усматривая в них противоречий с показаниями, данными ею в суде.

Ссылка подсудимой на не прочтение протокола явки с повинной не состоятельна, поскольку из самого протокола явки с повинной прямо следует собственноручное указание ФИО5 на его личное прочтение, верное составление протокола с её слов при отсутствии к нему замечаний. И поскольку в данном случае требования ч.1.1 ст.144 УПК РФ выполнены в полном объеме, ФИО5 были разъяснены право не свидетельствовать против себя самой, пользоваться услугами адвоката, а также приносить жалобы на действия (бездействие) и решения следователя, кроме того, она даже, по сути, была предупреждена, что эти сведения могут быть использованы в качестве доказательств и при последующем отказе от них, то оснований сомневаться в доброкачественности вышеприведенного протокола явки с повинной не усматривается, и суд использует его в процессе доказывания виновности подсудимых.

Несмотря не признание ФИО5 и ФИО5, вина каждого из них в содеянном при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора, в противовес мнению стороны защиты, кроме вышеприведенных самоизобличающих и изобличающих друг друга показаний обоих подсудимых, установлена достаточной совокупностью нижеприведенных прямых и косвенных доказательств.

Согласно протоколам осмотра места происшествия и трупа от 23.01.2019 года и фототаблицам к ним, в частном жилом доме по адресу: 

<

адрес>, на кровати был обнаружен связанный полимерной веревкой труп С.Д.В. со стянутой полипропиленовой нитью шеей, были изъяты: нож с рукоятью оранжевого цвета и клинком металлического цвета, нож с рукоятью бело-синего цвета и клинком белого цвета, нож с рукоятью черного цвета и клинком металлического цвета, нож с рукоятью черного цвета, обмотанный изолентой синего цвета с клинком металлического цвета, фрагмент деревянной палки, клубок полимерной веревки, полимерная веревка белого цвета, пепельница, стеклянная рюмка со следами вещества бурого цвета, 3 смыва вещества бурого цвета со стены около кровати, смыв вещества бурого цвета с двери, 4 окурка, 11 следов рук. Труп С.Д.В. был осмотрен на месте обнаружения. 

(т.1 л.д.116-123, 125-142, 144-156)

Путём производства судебно-медицинской экспертизы установлена насильственная причина смерти С.Д.В..

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ года, на трупе С.Д.В. были обнаружены:

проникающее в левую плевральную полость колотое-резаное ранение грудной клетки слева: прямолинейная рана кожи с ровными краями, похожими на остроугольные концами, гладкими стенками, с раневым каналом, направленным спереди назад, с повреждением по его ходу мягких тканей, пристеночной плевры, с кровоизлиянием в мягкие ткани (секционно); кровоизлияния со слабыми инфильтративными изменениями в слабо литически измененных мягких тканях грудной клетки слева (гистологически);

Проникающее в брюшную полость колото-резаное ранение живота слева: наличие на коже живота слева кожной раны прямолинейной формы, с ровными краями, похожими на остроугольными концами, гладкими, отвесными стенками, раневым каналом, направленным спереди назад и слева направо, с повреждением по ходу него мягких тканей живота слева брюшины и селезенки, с кровоизлияниями по ходу раневого канала (секционно); кровоизлияние со слабыми инфильтративными изменениями в области раневого канала селезенки, кровоизлияния на капсуле селезенки (гистологически);

множественные непроникающие колото-резаные ранения лица (4), грудной клетки (3), спины (2), живота (2), левого бедра (2), левой верхней конечности (2), затылочной области (2), шеи (6), ягодичной области (1) с разнонаправленными раневыми каналами, с повреждением только мягких тканей и кровоизлияниями в них по их ходу(секционно); кровоизлияния со слабыми инфильтративными изменениями в мягких тканях шеи (гистологически);

ушибленные раны левой теменной области (3), лобно-височной области слева (1) левой брови (1) и в области наружного угла левого глаза (1) (секционно); кровоизлияния со слабыми инфильтративными изменениями в слабо литически измененных мягких тканях головы (гистологически);

резаное ранение спинки носа: наличие на коже спинки носа резаной раны прямолинейной формы, с остроугольными концами, ровными краями, гладкими стенками, с преобладанием длины над глубиной, с повреждением подлежащих мягких тканей и хрящей носа (секционно).

Течение описанных выше повреждений осложнилось развитием острой массивной кровопотери (слабо интенсивный характер трупных пятен, признаки обильного наружного кровотечения, наличие в левой плевральной и брюшной полостях около 100 мл и 150 мл жидкой темно-красной крови соответственно (секционно); слабое кровенаполнение печени и селезенки (гистологически), которая и явилась непосредственной причиной смерти. 

Таким образом, между полученными телесными повреждениями и смертью имеется прямая причинная связь.

Резанное и проникающие и непроникающие колото-резаные ранения тела образовались незадолго до наступления смерти не менее чем от 27-ти кратного воздействия колюще-режущего предмета, наиболее вероятно, клинка ножа, имеющего острие, лезвие и обушок, ширину по протяжению погрузившейся части в пределах 2,3 см, длину - ориентировочно не менее 5 см.

Ушибленные раны так же образовались незадолго до наступления смерти не менее чем от 6-ти кратного воздействия(ий) твердого(ых), тупого(ых) предмета(ов). 

Перечисленные повреждения вызвали причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни (приложение к приказу МЗ и СР РФ №194 н от 24 апреля 2008 г. «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», п.6.9, 6.1.10, 6.1.15). 

Принимая во внимание тяжесть полученных травм, они, сами по себе, в совокупности могли привести к смерти. В связи с тем, что каждое из указанных повреждений взаимно отягощало друг друга, определение тяжести вреда, причиненного здоровью, производилось по их совокупности (п.13 указанного приложения). 

Не исключается возможность образования ушибленных ран при однократно или неоднократном падении из положения стоя и последующими соударениями о твердую поверхность, предметы.

Кроме того при экспертизе были обнаружены ссадины левой теменной области (1), лобной области по центру (2), левой надбровной области (1), спинке носа по центру (1), основания носа (2), левой скуловой области (1), подбородочной области (не менее 7), правой переднебоковой поверхности шеи (9), левой переднебоковой поверхности шеи (не менее 10), передней поверхности грудной клетки слева (3), передней поверхности правого коленного сустава (1), передней поверхности левой голени в верхней трети (1), задней поверхности левого предплечья (15); кровоподтеки (по 1) в области внутреннего угла правого глаза, в окружности левого глаза, в подбородочной области по центру, на передних поверхностях обоих коленных суставов. Данные телесные повреждения носят характер тупых травм, то есть образовались не менее чем от 56-ти кратного воздействия(ий) твердого(ых) тупого(ых) предмета(ов), не исключается возможность их образования при однократном или неоднократном падении из положения стоя и последующими соударениями о твердую поверхность, предметы. Такие повреждения, как в отдельности, так и в совокупности, при обычном течении у живых лиц, вреда здоровью не причиняют, так как не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности, отношения к причине смерти не имеют.

После получения всех указанных выше повреждений С.Д.В. мог совершать активные целенаправленные действия в ограниченном объеме, в течение короткого промежутка времени.

Так же при экспертизе была обнаружена слабо выраженная странгуляционная борозда, которая, вероятнее всего, образовалась после наступления смерти, на что указывают данные гистологического исследования (слабо выраженные признаки очаговой компрессии кожи шеи справа, с поверхностным осаднением, без реактивных клеточных изменений), от воздействия полипропиленовой нити, описанной ранее, отношения к причине смерти не имеет.

Учитывая характер и степень выраженности трупных явлений отмеченных при экспертизе 

<

данные изъяты>, смерть С.Д.В. наступила ориентировочно за 1,5 суток до момента секции трупа в морге. 

При судебно-химической экспертизе в крови трупа был обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,5%0; в крови и желчи не было найдено барбитуратов, алкалоидов, производных: фенотиазина, 1,4-бензодиазепина. Это свидетельствует о том, что на момент смерти С.Д.В. находился в состоянии алкогольного опьянения сильной степени и, вероятнее всего, не находился в состоянии наркотического опьянения.

Секционно и гистологически были выявлены болезненные изменения со стороны сердца (

<

данные изъяты>), легких и бронхов (

<

данные изъяты>), печени (

<

данные изъяты>) и почек (слабый склероз почек). (т.2 л.д.96-104)

Потерпевший С.А.В., подтвердив свои показания, данные в ходе досудебного производства (т.1 л.д.164-167, 169-173), показал, что с родным братом С.Д.В. отношения не поддерживал, последний раз видел его около 4-х лет назад. Иногда он ему звонил. С.Д.В. злоупотреблял спиртным, вел асоциальный образ жизни, поэтому ни с матерью, ни с ним он особо не общался. Где С.Д.В. жил в г.Н.Новгороде, он не знал.

О том, что С.Д.В. убит, узнал 23.01.2019 года около 11 часов со слов знакомого И.А.И., который написал ему об этом в социальной сети «Вконтакте», а именно то, что брата убили «сегодня ночью». 

Охарактеризовать брата может с положительной стороны, несмотря на то, что он уже много лет злоупотреблял спиртными напитками. До смерти их отца в 1999 году С.Д.В. вел обычный образ жизни, был женат, работал, алкоголем не злоупотреблял. Спустя примерно год после смерти отца развелся с женой и стал злоупотреблять спиртным. 

Примерно в 2008-2010 году брат заснул пьяным в коридоре и отморозил себе пальцы на руках и ногах, которые впоследствии ампутировали. 

После этого он какое-то время жил с матерью, а потом ушел. 

После того как С.Д.В. ампутировали пальцы рук и ног, его жизнь кардинально изменилась, ему была необходима помощь буквально во всем, то есть он не мог самостоятельно выполнять даже основные бытовые задачи, в его жизнедеятельности ему во всем была необходима помощь посторонних лиц.

В этом ему помогала мать и иногда он, когда у него было свободное время. То есть, по сути, брат находился в беспомощном состоянии, которое лишало его возможности жить жизнью полноценного человека. Мама его кормила, одевала, обувала, то есть все делала за него. Спустя некоторое время он, конечно же, научился выполнять некоторые основные бытовые задачи, которые не требовали наличия пальцев на руках, но при этом в жизнедеятельности он все еще в большей части был зависим от лица, которое бы осуществляло за ним уход. Полгода он жил с матерью, а потом ушел и продолжил вести асоциальный образ жизни, злоупотреблять спиртным. Какое-то время он проходил лечение в реабилитационном центре, не пил, но потом снова стал употреблять спиртное. При этом он никогда не выражал ни к кому агрессии, скандалы не провоцировал, плохого никому ничего не делал. В случае возникновения угрозы его здоровью он бы не смог в связи со своими физиологическими особенностями принять меры к самозащите. 

Из оглашенных показаний свидетеля П.А.И. следует, что её сын С.Д.В. после смерти отца поругался с семьей, стал злоупотреблять спиртным, не работал. После ампутации пальцев на руках и ступнях также не изменил образ жизни. 23.01.2019 года её второй сын сообщил, что С.Д.В. убили, что его нашли мертвым на 

<

адрес> телесными повреждениями. 

(т.2 л.д.16-18)

Согласно характеризующим данным С.Д.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

данные изъяты>, являлся бессрочным инвалидом I группы по общему заболеванию с диагнозом: 

<

данные изъяты>, был зарегистрирован по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, ранее проживал по адресу: 

<

адрес>, на учете у психиатра не состоял, состоял на учете у нарколога с диагнозом «синдром отмены алкоголя с делирием. Синдром зависимости, вызванный злоупотреблением алкоголя средней стадии», был признан негодным к военной службе, имел погашенную судимость, к административной ответственности не привлекался, по месту жительства характеризовался удовлетворительно. (т.1 л.д.175, 176, 177, 206, 208, 211, 212-213, 214, 215, 217, 220, 223, 225, 227-229)

Суд отмечает, что бессрочное нахождение С.Д.В. на инвалидности I группы по общему заболеванию с диагнозом: «ампутационные культи кистей обеих рук на уровне основных фаланг, ампутационные культи стоп на уровне основных фаланг со значительным нарушением функции» полностью соответствует установленному судом беспомощному состоянию при посягательстве на его жизнь подсудимых.

Свидетель Н.В.В., подтвердив свои показания, данные в ходе досудебного производства (т.1 л.д.242-245, 246-247), показал, что Мухина Малютов ведут асоциальный образ жизни, скитаются по квартирам, по помойкам, собирают металл. Они уже продолжительное время жили у С.Д.В.. 

22.01.2019 года он, ФИО5, ФИО5, С. и С.Д.В., в доме последнего - его друга детства выпивали спиртное, около 19 часов он ушел домой.

Утром на следующий день около 09 часов он снова пришел к С.Д.В.. Перед тем как выходить он ему позвонил несколько раз, первый звонок он сделал около 05 часов утра, но трубку тот не взял. Ему это показалось странным, так как он всегда отвечал на звонок, когда он ему звонит. 

Когда он к ним пришел, дома был ФИО5, ФИО5 и С.Д.В., которого он не видел, так как он лежал под одеялом и подумал, что он спит. 

ФИО5 и ФИО5 сразу дали ему 200 рублей, чтобы он сходил в 

<

данные изъяты> и купил лосьон «Барс». Он стал возмущаться и говорить им, чтобы они сами сходили, но в итоге согласился сходить сам. 

ФИО3 была чем-то напугана, ее трясло, она ему говорила: «Прошу тебя, только никому не говори». Он спросил ее, о чем не говорить, на что она ему ответила, что кто-то трое вечером приходили, а они были на помойке. На его вопрос, кто именно приходил, она ответила, что не знает. Ему это показалось странным, он думает, что она ему «наврала», так как на помойке ночью ничего не видно, да и смысла им не было ходить на помойку, так как дома у С.Д.В. был полный холодильник еды и выпивка. 

Он особо не успел ничего расспросить о том, кто именно и зачем приходил, и пошел в 

<

данные изъяты> за спиртным. По пути он стал думать над этой ситуацией, что что-то случилось нехорошее, что ФИО5 и ФИО5 ведут себя странно, что С.Д.В. лежит под одеялом и не шевелится.

Он позвонил Г.И.В. - соседу, который присматривает за этим домом, он сказал ему, чтобы он приходил. После того, как он сходил за выпивкой он вернулся обратно. Зайдя в дом, он отдал купленное ФИО5. Она сказала: «Ты только никому не говори, но походу 

<

данные изъяты> убили». 

Он посмотрел под одеяло и увидел, что С.Д.В. лежит мертвый, лицо у него было в крови, в рассечениях, из-под одеяла торчала веревка. 

Он спросил у нее, почему они не вызвали полицию, на что она ответила, что «никого тут нафиг не надо». 

Затем они с ФИО5 забрали продукты с холодильника и быстро ушли в сторону станции. Он сразу же позвонил по номеру «112» он сообщил о происшествии.

ФИО5 характеризует как дерзкого и вспыльчивого, он постоянно хватается за нож в любой конфликтной ситуации. 

С.Д.В. ввиду своего физического состояния не мог самостоятельно ухаживать за собой и вести нормальный образ жизни, в связи с чем он (Н.В.В.) практически постоянно приносил ему еду, кормил его, помогал ходить в туалет. 

С.Д.В. никогда бы не смог оказать никому активного сопротивления, если бы его стали избивать или убивать, так как он был слаб, его конечности практически потеряли свои функции. 

Показания свидетеля Н.В.В. нашли свое подтверждение данными рапорта КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в этот день в 09:06 часов в ОП № поступило сообщение о смерти С.Д.В. от Н.. 

(т.1 л.д.107)

Из оглашенных показаний свидетеля С.М.А. следует, что вечером 22.01.2019 года он пришел в гости к С.Д.В., где был последний, ФИО5 и ФИО5, которые жили у С.Д.В.. Он стал с ними вместе употреблять спиртное и затем, когда закончилось спиртное около 04 часов 23.01.2019 года пошел домой. Домой его провожал ФИО5. Проживая в нескольких кварталах от С.Д.В., домой он пришел спустя 10-15 минут, то есть около 04 часов 20 минут и лег спать. Кроме них незнакомых лиц в доме не было. Приходил еще Н., но когда именно он пришел, он не помнит. (т.1 л.д.248-250)

Из оглашенных показаний свидетеля Г.И.В. следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 09 часов он на улице встретил Н.В.В., который сообщил, что, придя сегодня утром домой к С.Д.В., увидел его лежащим мертвым в своей кровати. Они пошли в сторону дома, и недалеко от него увидели ФИО5 и ФИО5 с сумкой и пакетом с продуктами. Он спросил у них, что случилось со С.Д.В., но они ему ничего внятного не ответили, так как были пьяны. ФИО5 и ФИО5 пошли дальше, а Н. вызвал полицию и ушел, а он остался дожидаться сотрудников полиции. По приезду которых они прошли с ними в дом, где на кровати лежал С.Д.В., весь в крови и перемотанный веревкой. (т.2 л.д.5-8)

Из оглашенных показаний свидетеля А.А.И. следует, что С.Д.В. проживал в 

<

адрес>. В тот момент у него проживали ФИО3 и ФИО2. Последние нигде не работали, вели асоциальный образ жизни и зарабатывали тем, что собирали металл. С.Д.В. был не против того, что они с ним живут, поскольку один жить он не мог ввиду того, что был инвалидом. У него не было пальцев на руках и ногах, то есть фактически он сам за собой ухаживать не мог. ФИО5 присматривала за ним, готовила еду и стирала вещи. За это он давал им кров и делился едой, иногда деньгами. Он также по возможности помогал ему, приносил еду и сигареты. Самостоятельно С.Д.В. ничего делать не мог и был фактически в беспомощном состоянии. 

22.01.2019 года он приходил к С.Д.В., они также выпивали и разговаривали. С ними был Н.В.В., ФИО5 и ФИО5. Он сидел с ними примерно до обеда и около 13 часов ушел домой. 

На следующий день, 23.01.2019 утром ему около 09 часов позвонил Н. и сказал, что С.Д.В. убили, что он нашел его в крови в собственной кровати.

(т.2 л.д.10-11)

Из оглашенных показаний свидетеля И.А.И. следует, что 23.01.2019 года ему в районе 09 часов позвонил на сотовый телефон его знакомый Н.В.В. и сказал, что их общий знакомый - С.Д.В. был убит. Точнее он рассказал, что пришел к нему домой в 

<

адрес> и увидел его мертвого в кровати, что он был весь в крови. Сразу после их разговора он написал об этом в социальную сеть «Вконтакте» его брату - С.А.В.. 

(т.2 л.д.13-15)

Специалист А.И.Ю. по результатам обозрения заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.96-104), фототаблицы к протоколу осмотра трупа С.Д.В. (т.1 л.д.144-156), с учетом бессрочного нахождения С.Д.В. на инвалидности I группы по общему заболеванию с диагнозом: 

<

данные изъяты> и его нахождения при лишении жизни в состоянии сильного алкогольного опьянения показал, что исходя из современной экспертной практики такая утрата С.Д.В. пальцев на обеих руках ведет к нарушению их функций свыше 90%. 

В жизни такие тяжелые деформации рук и ног в бытовом плане вызывают необходимость оказания С.Д.В. дополнительной постоянной посторонней помощи. При применении к С.Д.В. насилия, посягательстве на его жизнь, он в значительной степени не мог дать отпор, не мог обороняться.

Суд отмечает, что разъяснения специалиста А.И.Ю. полностью согласованы с данными о личности С.Д.В., показаниями потерпевшего С.А.В., свидетелей Н.В.В. и А.А.И. о беспомощности С.Д.В. при посягательстве на его жизнь, и в своей совокупности они подтверждают нахождение С.Д.В. в таком физическом состоянии, в котором он был не способен защитить себя, оказать активное сопротивление посягнувшим на его жизнь подсудимым, что последними, проживавшими со С.Д.В. долгое время, также полностью осознавалось.

Из оглашенных показаний свидетеля М.А.Н. (фельдшера скорой медицинской помощи) следует, что в 09:14 часов 23.01.2019 года поступил вызов по адресу: 

<

адрес>, об обнаружении мужчины без сознания с телесными повреждениями. 

Около 09:25 часов в составе бригады она прибыла по данному адресу, где на кровати в одной из комнат обнаружила мужчину в состоянии биологической смерти. Труп мужчины лежал на кровати, на нем были множественные телесные повреждения, был связан полимерной веревкой, на полу лежал нож со следами вещества бурого цвета. (т.2 л.д.38-40)

Показания свидетеля М.А.Н. нашли свое подтверждение фактическими данными - карты вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой в 09 часов 14 минут в ГБУЗ НО 

<

данные изъяты> поступил вызов по факту смерти С.Д.В. в 

<

адрес>. (т.2 л.д.35-37)

Из оглашенных показаний свидетеля С.А.В. следует, что с матерью ФИО3 он не общается, так как она от него отказалась после его рождения. С ней общалась его жена, созванивается с ней. Со слов окружающих людей ему известно, что его мать ведет асоциальный образ жизни, постоянного места жительства не имеет, злоупотребляет спиртным. Со слов жены ему известно, что мать сожительствовала ФИО2. Также ему известно, что его мать и Малютов общались со С.Д.В., который проживал по адресу: 

<

адрес>. У С.Д.В. на руках совсем нет пальцев. Он пару раз выпивал с матерью, ФИО5 и С.Д.В. по месту жительства последнего, но долго с ними не сидел. Иногда мать просила его жену прийти домой к С.Д.В., чтобы прибраться, за что она получала денежное вознаграждение. (т.1 л.д.235-238)

Помимо вышеизложенного вина подсудимых подтверждается также следующими письменными доказательствами. 

Согласно протоколу выемки были изъяты биологические образцы и одежда с трупа С.Д.В., а именно кровь, смывы рук, волосы, футболка и трусы. 

(т.2 л.д.45-46)

Согласно протоколу осмотра предметов, были осмотрены предметы: изъятые в ходе осмотра места происшествия от 23.01.2019 года по адресу: 

<

адрес>, в ходе осмотра места происшествия от 26.01.2019 года по адресу: 

<

адрес>, а также в ходе трех выемок от 01.02.2019 года в ГБУЗ НО 

<

данные изъяты>, в том числе фрагмент деревянного черенка длинной 80 см, наибольшим диаметром 3,7 см, со следами вещества бурого цвета, 9 фрагментов веревки из полимерного материала, 4 ножа. (т.2 л.д.71-83)

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из изъятых 23.01.2019 года с места обнаружения трупа С.Д.В. следов пальцев рук, оставлены: 3 - указательным пальцем правой руки, большим и указательным пальцем левой руки ФИО5; 2 - средним и указательным пальцем левой руки ФИО5; след руки оставлен средним пальцем левой руки ФИО5. 

(т.2 л.д.129-136)

Данные экспертные выводы лишний раз подтверждают нахождение ФИО5 и ФИО5 на месте убийства С..

Согласно заключениям эксперта, на изъятых 23.01.2019 года в ходе осмотра места происшествия в 

<

адрес>: 

№Э от ДД.ММ.ГГГГ - фрагменте деревянного черенка, изъятого с пола, обнаружена кровь человека, которая произошла от С.Д.В. и не происходит от ФИО2 и ФИО3.

Также на фрагменте деревянного черенка обнаружены пот и клеточный биологический материал, которые произошли от С.Д.В. и ФИО3, в результате смешения их биологического материала, и не происходят от ФИО2.

На клубке веревки обнаружены смешанные следы, содержащие кровь, пот и клеточный биологический материал, которые могли произойти от С.Д.В. и ФИО2, в результате смешения их биологического материала, и не происходят от ФИО3

На девяти фрагментах веревки обнаружены смешенные следы, содержащие кровь, пот и клеточный биологический материал, которые произошли от С.Д.В. и ФИО2 в результате смешения их биологического материала и не происходят от ФИО3 (т.2 л.д.169-182);

№Э от ДД.ММ.ГГГГ, на клинке ножа с рукоятью оранжевого цвета и клинком металлического цвета обнаружена кровь человека, которая произошла от С.Д.В. и не происходит от ФИО2, ФИО3; 

на рукояти ножа с рукоятью оранжевого цвета и клинком металлического цвета обнаружен смешанный след, содержащий кровь, пот и клеточный биологический материал, которые могли произойти от С.Д.В., ФИО2, ФИО3 и неизвестного лица (лиц), в результате смешения их биологического материала (т.2 л.д.193-203); 

№Э от ДД.ММ.ГГГГ, на трех фрагментах марли, на которые были сделаны смывы вещества бурого цвета со стены около кровати, где был обнаружен труп С.Д.В., обнаружена кровь, которая произошла от С.Д.В. и не происходит от ФИО3, ФИО2 (т.3 л.д.33-42);

Данные экспертные выводы об обнаружении на изъятых с места обнаружения трупа С.Д.В.:

фрагменте деревянного черенка - крови С.Д.В., пота и клеточного биологического материала ФИО5; 

клубке веревки, девяти фрагментах веревки - крови С.Д.В., пота и клеточного биологического материала ФИО5; 

клинке ножа - крови С.Д.В., на его рукояти крови С.Д.В., пота и клеточного биологического материала, которые могли произойти от ФИО5 и ФИО5; 

в смывах вещества бурого цвета со стены около кровати, где был обнаружен труп С.Д.В., - крови С.Д.В., согласуясь с остальными уличающими подсудимых доказательствами, включая самоизобличающие и уличающие друг друга показания подсудимых, объективно указывают как на установленное судом место лишения жизни С.Д.В., так и на использование подсудимыми в процессе лишения его жизни - ножа, деревянного черенка и веревки. 

При этом в противовес мнению стороны защиты не обнаружение экспертным путем биологических следов, которые могли произойти: на фрагменте деревянного черенка от ФИО5, на веревке от ФИО5 само по себе никоим образом не исключают установленное судом их использование в процессе лишения жизни С.Д.В. обоими подсудимыми.

Согласно заключениям эксперта:

№, на брюках спортивных, принадлежащих ФИО2, изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес>, обнаружена кровь, происхождение которой от С.Д.В. не исключается (т.3 л.д.75-89);

№, на срезах ногтевых пластин правой руки ФИО3 обнаружены смешанные следы, содержащие кровь и клеточный биологический материал человека, образовавшиеся в результате смешения биологического материала самой ФИО5 и С.Д.В., и не происходят от ФИО2 (т.3 л.д.116-126).

Данные экспертные выводы об обнаружении: на брюках ФИО2 крови, происхождение которой от С.Д.В. не исключается, и на срезах ногтевых пластин правой руки ФИО3 крови С.Д.В., согласуясь с остальной совокупностью уличающих подсудимых доказательств, лишний раз доказывают непосредственную причастность обоих подсудимых к убийству С.Д.В..

Согласно дополнительному заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, учитывая морфологические особенности обнаруженных на трупе С.Д.В. повреждений (колото-резанные и резанные повреждения, ушибленные раны и кровоизлияния в мягкие ткани головы, направление раневых каналов), а также данные указанные ФИО5 и ФИО5 в ходе допросов и проверок показаний на месте (наносились удары ножом по передней поверхности туловища манекена, удары кулаком по области лица манекена), - проникающее в левую плевральную полость колото-резаное ранение живота слева, множественные непроникающие колото-резанные ранения грудной клетки (3), живота (2), ушибленные раны левой теменной области (3), лобно-височной области слева (1), левой брови (1) и в области наружного угла левого глаза (1), кровоизлияния в мягких тканях головы, резаное ранение спинки носа - могли образоваться при обстоятельствах (в части механизма образования повреждений), указанных ФИО5 и ФИО5 в ходе допросов и проверки показаний на месте. (т.2 л.д.117-119)

Согласно заключению эксперта № № от ДД.ММ.ГГГГ, проникающее ранение грудной клетки слева на трупе С.Д.В. могло образоваться от действия клинка ножа с рукоятью оранжевого цвета и клинком металлического цвета, изъятого в ходе осмотра места происшествия от 23.01.2019 года в 

<

адрес>, представленного на экспертизу;

ушибленная рана на левой теменной области на трупе С.Д.В. образовалась от действия тупого предмета, не исключено от воздействия фрагмента деревянной заготовки, представленной на экспертизу;

Принимая во внимание морфологические и размерные характеристики повреждений, обнаруженных при экспертизе трупа С.Д.В., при проведении медико-криминалистического исследования представленных кожных лоскутков, возможность образования обнаруженных на трупе С.Д.В. повреждений, при обстоятельствах, указанных ФИО5 и ФИО5 в протоколах допроса от 27.01.2019 года и протоколах проверки показаний на месте от 27.01.2019 года не исключается. (т.3 л.д.134-141)

Данные экспертные выводы согласуются с совокупностью уличающих подсудимых доказательств с установленным из них поочередным использованием подсудимыми ножа и деревянной палки в виде черенка от лопаты для нанесения ударов С.Д.В.. 

Доказательства убийства 

ФИО2 и ФИО3 В.В.А.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 вину не признал, по сути, за отсутствием состава преступления, поскольку, по его мнению, от его действий смерть В.В.А. наступить не могла. 

И по факту убийства В. показал, что, уйдя из дома С.Д.В., они в тот же день 24.01.2019 года пришли к знакомому ФИО8, где распивали спиртные напитки. У него с собой были 500 рублей. 

Затем он не помнит из-за чего, но ФИО5 и В. стали ругаться между собой. В ходе чего ФИО5 взяла стул и 2 раза ударила им В. по голове. В результате ударов стул развалился.

После этого они связала В. веревкой. Он сидел в большой комнате со связанными руками и ногами. Затем ФИО5 ударила В. бокалом по голове в левую часть. Бокал развалился. После этого ФИО5 сходила за вторым стулом и ударила им В.. Этот стул также сломался. 

Затем В. попросил отвести его в маленькую комнату. Он его отвел и усадил на пол. 

Он сам В. не бил, только связывал и развязывал. Не видел, чтобы ФИО5 наносила В. удары напильником.

ФИО5 о произошедшем говорит не правду. 

В то же время из исследованных показаний ФИО2, данных в ходе досудебного производства, следуют кардинально иные самоизобличающие и уличающие ФИО5 показания. 

Так, из показаний ФИО2 в качестве подозреваемого от 08.02.2019 года следует, что 23.01.2019 года после убийства С.Д.В. они пошли к знакомому ФИО8. Насколько он помнит, они провели в квартире В. одну ночь, сутки. Во время нахождения в квартире у В. они постоянно пили спиртное на кухне. Сколько времени они там просидели, не помнит, так как они были в сильном алкогольном опьянении. Когда они пришли, у него в кармане было около 400 рублей. 

Затем В. стал выгонять его и ФИО5 из квартиры, почему не помнит. ФИО5 сказала, что им нужно переночевать. Он (ФИО5) молчал, а ФИО5 конфликтовала с В.. Она предложили ему связать В.. Он согласился, но веревки с собой у него не было. ФИО5 пошла в маленькую комнату, принесла с собой веревку белого цвета капроновую. На кухне они стали связывать В., он держал его руки и ноги, а она связала руки и ноги.

Затем они с ней продолжили выпивать, покурили, В. успокоился. Тогда он развязал его, ножницами отрезал веревку. ФИО5 собрала веревку в пакет. Они опять выпили. В. просил отвести его в комнату, сел в комнате на пол, справа у стены. ФИО5 дала ему одеяло. 

В этот момент ФИО5 стала смотреть, что лежит в ящиках шифоньера, нашла там инструменты, в том числе топор, напильник, отвертки. 

У топора была ручка около 30 см., лезвие более 15 см. Напильник был ржавый, длиной около 15-20 см. Он был квадратный или треугольный. Возможно, он трогал напильник, но точно не помнит. 

ФИО3 убрала инструменты, а топор выложила и положила его около В.. 

ФИО5 и В. разговаривали, поругались ли они, он не помнит. В этот момент она взяла в правую руку топор, замахнулась и ударила топором В. в голову. Ручку топора она держала в руке, лезвие топора попало сверху в голову В.. Она ударила один раз. 

После этого В. упал на спину, ноги его при этом лежали в сторону окна. ФИО5 взяла с кровати подушку синего цвета, положила ему на лицо. Зачем она это сделала, он не знает, она его подушкой не душила, просто положила ее на лицо. 

Он никаких вопросов ФИО5 не задавал. В. после того как упал ничего не говорил. Была ли у него кровь, он не помнит. Также ФИО5 накрыла В. одеялом. После этого он вышел из комнаты, следом за ним ФИО5 и закрыла дверь в комнату. Они легли спать во второй комнате.

Никаких признаков жизни В. не подавал. В комнату к В. они больше не заходили. О том, что он может лежать там мертвым, они не задумывались. Утром они проснулись, он хотел уйти пораньше, чтобы их никто не видел. ФИО5 сказала, что лучше пойти вечером по темноте. ФИО5 заходила к В. в комнату, вынесла оттуда топор, положила его целлофановый пакет. Была ли на нем кровь, он не помнит. В этот же пакет она положила веревки с кухни, которыми они связывали В..

ФИО5 где-то взяла ключи от квартиры, они вышли из квартиры. У него было 2 или 3 сумки, в которых была еда и топор. Когда они вышли, она закрыла дверь на ключ. Куда после делись ключи, он не знает. Около дома, сзади дома, ФИО5 выкинула в мусорный бак пакет с топором и веревками. 

Он понимает, что когда они уходили из квартиры В., они оставили его труп. ФИО5 сказала, что к В. ходит много народу и поэтому никто не докажет, кто его убил. Удар был всего один, его нанесла ФИО5, никаких других телесных повреждений никто ему не наносил. Когда они пришли, на В. видимых телесных повреждений не было, крови также не было. Почему ФИО5 решила его убить, он не знает. (т.5 л.д.111-118)

Из показаний ФИО2, данных в ходе проведения очной ставки с ФИО5 17.04.2019 года, следует, что они пришли в квартиру к В., сели на полу на кухне и стали выпивать спиртное. Ближе к вечеру В.В.А. стал выгонять их из дома, так как с его слов к нему должен был прийти сын на следующий день. 

Из-за этого В. стал ругаться с ФИО5, после чего она достала с полки клубок веревки, он держал В. руки, а ФИО5 связала В. руки и ноги. 

Спустя некоторое время он развязал В., и они снова стали ругаться с В.. У ФИО5 «переклинило», она взяла топор в ящике одной из комнат и ударила В. или острием или обухом по голове, после чего он сразу упал и умер. В это время они находились в маленькой комнате. Затем она накрыла его одеялом, а голову подушкой. После этого они пошли спать в другую комнату, а вечером на следующий день ушли. Топор и пакет с вещами и веревкой она взяла с собой, после чего выкинула его за 

<

данные изъяты> в мусорный бак. (т.5 л.д.123-130)

Из показаний ФИО2, данных в ходе проведения проверки показаний на месте 18.04.2019 года, следует, что когда В. выгонял их из дома, поскольку к нему с утра должен прийти сын, ФИО5 ответила, что они переспят, и утром уйдут. Они разругались, В. стал их выталкивать, и ФИО5 предложила связать В., для того, чтобы он успокоился, они переспят и утром уйдут. ФИО5 принесла веревку, они связали В. руки и ноги. Затем, когда В. успокоился, он его развязал, и они с ним выпили пару стопок спиртного.

Затем В. попросил отвести его в комнату, где В. лег на пол. Они выпили спиртного еще. После этого В. опять стал их выгонять из квартиры, тогда ФИО5 разбила об голову В. бокал. Потом взяла стул и сломала его об голову или плечо В.. От этого В. упал, затем присел, и снова стал их выгонять. ФИО5 «психанула», взяла топор и нанесла им В. удар, от которого В. упал на бок, и ФИО5 набросила на него одеяло. Затем перед тем как лечь спать она телефон дернула, чтобы он не работал. (т.5 л.д.131-140)

Из показаний ФИО2 в качестве обвиняемого от 25.12.2019 года следует, что он не исключает, что в ходе конфликта мог побить В. руками и ногами, куда и сколько раз он его бил, он не помнит, так как был пьян. 

В ходе ознакомления с заключениями экспертов понял, что в ранее данных показаниях перепутал напильник с топором, удары потерпевшему ФИО5 наносила напильником, топора у нее в руках не было. 

Также она наносила ему удары стулом. По поводу ударов бокалом он может ошибаться, скорее всего, она разбила его об окружающие предметы. 

Также хочет добавить, что В. они связали с целью того, чтобы он не мог сопротивляться и обратиться за помощью.

Также хочет добавить, что В. им с ФИО5 телесных повреждений не причинял. (т.5 л.д.174-177)

После исследования вышеприведенных ранее данных показаний ФИО2 их не подтвердил, повторяя показания, данные в суде. 

Допрошенная в судебном заседании подсудимая ФИО3 вину не признала, по сути, за отсутствием состава преступления, поскольку, по её мнению, от её действий смерть В.В.А. наступить не могла, поскольку она нанесла В. только 2-х удара ладонью в плечо. А также сослалась на то, что она убрала напильник, чтобы ФИО5 больше не наносил им удары В.; что она пыталась вызвать скорую помощь, но Малютов оборвал телефонные провода; что она связывала В. с ФИО5 по приказу последнего, которого боялась, и который угрожал, что положит её вместе с В.; что конфликта с В. у неё не было. 

И по факту убийства В. показала, что скрываться после убийства С.Д.В. она привела ФИО5 в квартиру своего знакомого В.. ФИО5 В. не знал.

В квартире В. они несколько дней совместно распивали спиртное и в очередной день, когда все были в состоянии алкогольного опьянения, В. взял деньги у ФИО5 и на этой почве между ними произошел конфликт. 

А именно, Малютов обнаружил отсутствие своих денег, стал спрашивать В., где деньги. В. ответил, что не брал, но ФИО5, обнаружив их в кармане у В., стал наносить ему удары стулом. Она слышала эти удары, находясь на кухне, и когда зашла в комнату увидела в руках ФИО5 стул. 

Она также ударила В. 2 раза ладонью в плечо. Затем они все распивали спиртное. 

Затем ФИО5 стал наносить В. удары напильником. После этого она взяла этот напильник и убрала его, чтобы ФИО5 больше не наносил им удары В..

После этого В. просил попить, но не мог. Кружка у него упала из рук. У В. были раны на голове. 

После этого, когда был день, ФИО5 сказал, давай его свяжем. Она подчинилась. Они связали В., чтобы он никуда не ушел. 

После этого она предлагала В. положить его на кровать, но он сказал, что будет лежать на полу. Она накрыла его одеялом. По указанию Малютова она собрала веревки. Вечером около 18 часов они ушли из квартиры В.. Квартиру на ключ закрыл ФИО5. 

В то же время из исследованных показаний ФИО5, данных в ходе досудебного производства, следуют иные самоизобличающие и уличающие ФИО5 показания. 

Так из показаний ФИО5, данных в качестве подозреваемой (т.5 л.д.100-106), в ходе очной ставки с ФИО5 (т.5 л.д.123-130), в ходе проверки показаний на месте (т.5 л.д.142-148), следует, что после убийства С.Д.В. они спрятались в квартире у её знакомого В.В.А.. ФИО5 раньше не знал В., они познакомились только когда они пришли к В. 23.01.2019 года. Они пробыли у В. 2 или 3 дня, точно она не помнит, потому что они постоянно были в состоянии алкогольного опьянения.

ФИО5 всегда вел себя буйно, в состоянии алкогольного опьянения с ним было страшно находиться. 

25.01.2019 года ближе к вечеру, когда за окном уже темнело, В. стал выгонять из дома ФИО5. Они, находясь в маленькой комнате, стали конфликтовать. Она с кухни услышала грохот, когда пришла, увидела, что ФИО5 стоял над В., который лежал на полу, и бил его кулаками обеих рук. Со слов Малютова она поняла, что В. стал его выгонять из-за того, что украл у него деньги, потому что у ФИО5 в карманах их не оказалось. После этого ФИО5 достал из кармана В. деньги, которые принадлежали ему. 

Она тоже решила ударить В., поскольку была согласна с ФИО5, недовольна тем, что В. взял их деньги. Она 2 или 3 раза ударила В. в область плеча.

После этого ФИО5 и она перестали бить В.. В. поднялся с пола, и они в той же маленькой комнате около получаса или часа продолжили распивать спиртное. 

Затем ФИО5 снова стал спрашивать у В., зачем он взял у него деньги. В. сказал, что он ничего не брал. 

Тогда ФИО5 стал снова избивать В. уже стулом. Она увидела это когда пришла из кухни в комнату. ФИО5 стоял со стулом в руках, В. сидел на полу весь в крови, кровь была, в том числе, на голове. У стула было 4 ножки, после ударов он стал шататься, как выглядела спинка стула - она не заметила, так как на ней висела кофта. 

Помешать она ФИО5 не пыталась, так как боялась его. 

Затем ФИО5 перестал бить В., последний был еще в сознании, продолжил пить с ним спиртное, а она в это время ушла на кухню. В. был на полу, сидел, опираясь на стену, он был в сознании, разговаривал. 

Затем ФИО5 взял в маленькой комнате напильник, ржавый, темно-коричневого цвета, с одной стороны заточен, длиной примерно 30 сантиметров, и стал бить этим напильником В., который до этого сидел на стуле, а от ударов упал. ФИО5 нанес В. напильником по телу несколько ударов, она думает, что не менее 10. ФИО5 бил В. несколько минут, сколько точно, она не помнит, потому что она была в состоянии сильного алкогольного опьянения. Какой именно частью напильника он его бил, она не заметила, но думает, что острой. Бил ли он его по голове, она не помнит. У В.В.А. после этих ударов пошла кровь.

Она стала кричать ФИО2, зачем он это делает, но помешать не пыталась ему, потому что боялась его, и думала, что он тогда и ее станет бить. Он говорил ей, что если она не уйдет оттуда, то тоже получит. 

Затем ФИО5 сказал ей помочь ему связать В., потому что он шевелился, ФИО5 боялся, что он сбежит. Малютов откуда-то взял веревку, она была белого цвета, она была не целая, обрывками. 

Они стали связывать В., он сопротивлялся. Они связали ноги, после этого она ушла в большую комнату, легла на диван, задремала. Малютов остался в маленькой комнате с В.. 

Она проснулась примерно через час, за окном было темно, сколько было времени, она не знает. Она зашла в маленькую комнату, В. лежал на полу, у него помимо ног были связаны еще и руки. Видимо, их связал ФИО5, пока она спала. В. был жив, разговаривал, мычал что-то, моргал. 

Затем ФИО5 сломал стоящий в коридоре на полке городской телефон, оторвал от аппарата трубку, чтобы она не позвонила в скорую помощь или полицию. За все это время скорую помощь они не вызывали, она боялась, что если вызовет ее, то ФИО5 убьет ее тоже. 

После этого они с ФИО5 легли спать в большой комнате. Что ночью делал В., она не знает, они закрыли дверь в его комнату. Его было не слышно. 

Утром они проснулись, ФИО5 развязал В. руки. Он сказал ей собрать веревки, она собрала их в целлофановый пакет из-под хлеба. Этот пакет у них впоследствии изъяли при задержании.

В. был жив, что-то говорил, просил дать ему попить. ФИО5 налил ему попить. В. лежал в это время, взял в руку кружку, но она выпала у него из руки. 

В течение дня 26.01.2019 года они с ФИО5 выпивали оставшийся спирт, В. весь день лежал на полу со связанными ногами.

Все это время, с тех пор как его бил ФИО5, он лежал на спине, рука левая была вытянута, как лежала правая рука она не помнит, ногами он лежал к окну, а голова была около стены. Перед тем как они уходили, она накрыла его одеялом, чтобы он не замерз. В стороне от него лежала подушка, она была в крови, потому что она и ФИО5 подкладывали несколько раз ему ее под голову, чтобы ему было удобнее лежать, это просил сам В.. 

Они весь день пили, а вечером когда за окном было уже темно, они пошли к ней домой по адресу: 

<

адрес>, где примерно через час их задержали сотрудники полиции. 

Она думает, что когда они уходили от В., он был еще жив.

В содеянном она раскаивается, свою вину признает, о случившемся сожалеет.

Из показаний ФИО3 в качестве обвиняемой от 25.12.2019 года, следует, что она не отрицает факт нанесения ударов В., но убивать его она не хотела. (т.6 л.д.73-76)

После исследования вышеприведенных ранее данных показаний ФИО5 подтвердила их в полном объеме, не усматривая в них противоречий с показаниями, данными ею в суде. 

Несмотря непризнание ФИО5 и ФИО5, вина каждого из них в содеянном при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора, в противовес мнению стороны защиты, кроме вышеприведенных самоизобличающих и изобличающих друг друга показаний обоих подсудимых, установлена достаточной совокупностью нижеприведенных прямых и косвенных доказательств.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 04.02.2019 года, с фототаблицей к нему, в 

<

адрес> на полу по центру комнаты обнаружен укрытый одеялом лежащий труп В.В.А., головой около стены, ногами к окну, правая рука согнута, левая лежит прямо; были изъяты следы рук, напильник трехгранный с деревянной ручкой со следами вещества темно-бурого цвета, занавеска оранжевого цвета, рюмка стеклянная, окурки, вырезы с подушки и пододеяльника, смыв со стены комнаты. (т.4 л.д.14-33)

Путём производства судебно-медицинской экспертизы установлена насильственная причина смерти В.В.А.. 

Так, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть В.В.А. наступила в результате тупой сочетанной травмы тела:

- тупая травма головы: кровоподтеки окружности глаз, больше справа; ссадины (3) области наружной части правой орбиты, ссадина нижней губы справа, кровоизлияния (по 1) под слизистую оболочку губ справа, разрыв хрящевой и костной частей носа с признаками носового кровотечения, множественные (11) ушибленные и рвано-ушибленные раны кожи волосистой части головы и лица, правой ушной раковины с обширными кровоизлияниями в подлежащие мягкие ткани, линейный перелом левой теменной кости со слабыми признаками вдавления и вдавленный перелом правой теменной кости в проекции ушибленных ран теменных областей, очаговые кровоизлияния (5) под мягкие мозговые оболочки в теменных, затылочной областях и соответственно основанию левой височной доли, отек головного мозга с явлениями дислокации (смещение) и вклинивания стволовой части в большое затылочное отверстие (секционно); острые циркуляторные расстройства в возможно отечном мозге, в отечной мягкой мозговой оболочке; отек спинного мозга и его оболочек, кровоизлияния в мягких тканях теменной области, правой височной области со слабыми, местами умеренными инфильтративными изменениями; отсутствие признаков аксональной травмы (гистологически);

- тупая травма правой передней конечности: множественные (9) ушибленные раны кожи нижней трети правого предплечья, правого лучезапястного сустава и тыла правой кисти с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани, ушибленная рана верхней трети правого предплечья, ссадины (4) и кровоподтек тыла правого лучезапястного сустава, разрыв 1-го межфалангового сустава 4-го пальца правой кисти с рваной раной на его ладонной поверхности (секционно).

Комплекс указанных повреждений возник незадолго до наступления смерти, образовался от многократных воздействий (не менее двадцати) тупого твердого предмета, возможно удлинённой формы и имеющего ребро(-ра); вызвал причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни (приложение к приказу МЗ и СР РФ №194 н от 24 апреля 2008 г. «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», п.6.1.2). 

В связи с тем, что каждое из повреждений взаимно отягощало друг друга, определение степени тяжести вреда, причиненного здоровью, производилось по их совокупности (п.13 выше указанного приложения). 

Принимая во внимание характер и степень выраженности тканевой реакции в ответ на травматизацию (гистологически - слабые, местами умеренные инфильтративные изменения), повреждения были причинены в относительно короткий промежуток времени и после их получения потерпевший мог жить определенное время (от нескольких десятков минут до нескольких часов), в течение которого мог совершать активные целенаправленные действия в ограниченном объеме. 

Смерть наступила от совокупности повреждений, характеризующих тупую сочетанную травму тела. Таким образом, между полученной травмой и наступлением смерти имеется прямая причинная связь. 

Учитывая большое количество, различную локализацию повреждений и характер травмы в целом, она не могла образоваться при однократном или неоднократном падении из положения, стоя и последующем соударении о твердую поверхность, предметы (при однократном и неоднократном падении).

Причинение повреждений могло сопровождаться сильной болью, не носящей характер особенной. Решение вопроса о причинении потерпевшему особых страданий при нанесении ему телесных повреждений в компетенцию судебно-медицинского эксперта не входит. 

Дать ответ на вопрос о взаиморасположении потерпевшего и нападавшего в момент нанесения телесных повреждений только на основании судебно-медицинских данных не представляется возможным.

Принимая во внимание локализацию повреждений (голова и нижняя часть правой руки), можно предполагать, что в момент нанесения повреждений потерпевший закрывал голову правой рукой. 

Кроме того, при экспертизе трупа были установлены признаки острой кровопотери, которая могла способствовать наступлению смерти от указанной причины.

Кроме того, при экспертизе был обнаружен консолидированный (сросшийся) вдавленный перелом левой теменной кости на границе с затылочной, который возник задолго (не менее чем за 5-6 месяцев) до причинения выше указанных повреждений, отношения к наступлению смерти не имеет.

Судя по характеру и степени выраженности трупных явлений, установленных при осмотре трупа на месте происшествия 

<

данные изъяты>, и в ходе секции трупа 

<

данные изъяты>, учитывая то обстоятельство, что труп мужчины располагался на полу, эксперт полагает, что смерть наступила за 10-12 суток до момента секции трупа.

При судебно-химической экспертизе в крови трупа этиловый спирт не обнаружен, и, таким образом на момент смерти В.В.А. в состоянии алкогольного опьянения не находился.

Секционно и гистологически были выявлены признаки следующих хронических заболеваний: 

<

данные изъяты>. (т.4 л.д.163-171)

Потерпевший М.А.Н., подтвердив свои показания, данные в ходе досудебного производства (т.4 л.д.49-52), показал, что его дядя В.В.А., проживал по адресу: 

<

адрес>. Он редко с ним общался, так как тот злоупотреблял спиртными напитками. В. жил на свою пенсию, нигде не работал. В последний раз он созванивался с В. примерно в октябре 2018 года. С тех пор никаких известий от него он не получал. 

03.02.2019 года ему позвонила соседка В. и сообщила, что В. не появлялся несколько дней и в его в квартире открыта форточка. Он предложил ей открыть квартиру с помощью служб. Через некоторое время она снова позвонила ему и сказала, что без присутствия собственника сотрудники полиции дверь открывать отказались. 

На следующий день 04.02.2019 года он и участковый подошли к двери в квартиру В., которую он открыл своим ключом. Изнутри дверь на задвижку закрыта не была.

В квартире в комнате, находящейся ближе к входу, они обнаружили лежащий накрытый подушкой и одеялом труп В. с телесными повреждениями, все лицо было «месиво», все в крови. Ключа от входной двери, который В. носил на веревке на поясе, ни на нем, ни в квартире не было. 

Участковый С. вызвал полицию, они остались ждать следственно-оперативную группу. После того, как труп В. увезли, он выбросил практически все вещи, которые находились в непосредственной близости от трупа его дяди. Это были, насколько он помнит, одеяло, простынь, ковер, деревянный стул с надломанной спинкой, подушка и еще какие-то вещи.

Согласно характеризующим данным В.В.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, был зарегистрирован и проживал по адресу: 

<

адрес>, на учете у психиатра не состоял, состоял на учете нарколога с диагнозом 

<

данные изъяты>, по месту жительства характеризовался удовлетворительно, имевшая в прошлом судимость погашена, к административной ответственности не привлекался. 

(т.4 л.д.72-73, 75, 76, 77, 79, 81, 84)

Свидетель С.Д.Ж. (участковый), подтвердив свои показания, данные в ходе досудебного производства (т.4 л.д.85-87), показал, что 04.02.2019 года он по заявке прибыл по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, где заявитель М.А.Н. пояснил, что в этой квартире проживает его дядя В.В.А., что 03.02.2019 года около 21 часа ему позвонили соседи дяди и сообщили, что В. не выходит из дома в течение нескольких дней, не открывает дверь, когда они звонят в нее и стучат, а так же у него в квартире долгое время открыта форточка, что вызвало у них подозрения. М.А.Н. высказал предположение о том, что его дядя В., злоупотребляющий спиртными напитками, мог умереть, и в связи с этим он боялся заходить в квартиру. 

М.А.Н. сообщил, что он в квартиру не заходил, но у него есть ключи от квартиры. М.А.Н. открыл дверь в квартиру своими ключами, металлическая дверь квартиры и замок внешних повреждений не имели, были заперты до их прихода. 

Он зашел в квартиру вместе с М.А.Н., прошел в комнату, которая расположена ближе к входу в квартиру. На полу он увидел лежащую подушку синего цвета и одеяло в пододеяльнике голубого цвета с узорами, а из-под одеяла были видны ноги человека. Он убрал подушку и одеяло, которые имели пятна бурого цвета, похожего на кровь, и увидел мужчину, лежащего без признаков жизни. Труп лежал на спине, правая рука была согнута в локте, левая рука и ноги вытянуты. На трупе имелись телесные повреждения на левой стороне лба, пятна бурого цвета, похожего на кровь, также имелись повреждение на правой руке в виде порезов, рассечений. Стена справа около трупа также была обпачкана веществом бурого цвета. М.А.Н. пояснил, что опознает в трупе мужчины своего дядю - В.В.А.. 

Из оглашенных показаний свидетеля Г.А.Н. следует, что В.В.А. на свою пенсию жил в их доме в соседней от нее квартире, нигде не работал, злоупотреблял спиртными напитками, вел себя достаточно тихо, но иногда громко выгонял из своей квартиры посетителей, с которыми он совместно распивал спиртные напитки. 

Она видела В. 24 или 25 января утром, примерно в 10 часов. С того времени она В. больше не видела, хотя обычно он каждый день выходил на улицу. 27 января она заметила, что в смежной с квартирой В. комнате слишком холодно. Через несколько дней, примерно 30.01.2019 года, она пошла, осматривать дом снаружи, и заметила, что в одной из комнат в квартире В. открыта форточка. Она удивилась, что форточка открыта, потому что у В. всегда были закрыты все окна. Затем она несколько дней стучала в квартиру В., но никто не открывал дверь. 

03.02.2019 года вечером она позвонила сыну В., но он не взял трубку. Тогда она позвонила его племяннику А. и сообщила, что В. давно не появлялся. 04.02.2019 года А. приехал, пригласил участкового, и они открыли дверь 

<

адрес> своим ключом. Щеколда закрыта не была, хотя обычно В. закрывал дверь на щеколду. После этого участковый сообщил, что в квартире находится труп В.. (т.4 л.д.88-93)

Свидетель В.В.В. показал, что последний раз своего отца пенсионера В.В.А. он видел в декабре 2018 года. После нового года ему позвонила соседка отца и сообщила, что отца долгое время не видно, и он не открывает дверь. Он ответил, что у него нет ключей от квартиры отца. Через некоторое время сотрудники полиции сообщили об убийстве отца.

Из оглашенных показаний свидетеля К.В.Ю. (почтальона) следует, что когда она 04.01.2019 года доставила последнюю пенсию В., тот был обычный, трезвый, следов побоев она у него не видела. В квартиру к нему не заходила. (т.4 л.д.99-100)

Помимо вышеизложенного по убийству В. вина подсудимых подтверждается также следующими письменными доказательствами. 

Согласно протоколу выемки, изъяты биологические образцы и одежда от трупа В.В.А.: концы ногтевых пластин, фрагмент синтетического шпагата, образец крови на марле, волосы, зуб и фрагмент ребра, рубашка мужская, брюки, тельняшка и футболка, трусы и носки, а также кусок ветоши. (т.4 л.д.112-115)

Согласно протоколу выемки, изъяты: в упакованном виде кожные лоскуты с ранами левой лобной области, левой вилочной области, правой заушной области головы, контрольный кожные лоскут от трупа В.В.А.; а также фрагмент свода черепа от трупа В.В.А.. (т.4 л.д.125-128)

Согласно протоколу осмотра предметов, осмотрены предметы, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 04.02.2019 года по адресу: 

<

адрес>, в ходе выемки от 07.02.2019 года в ГБУЗ НО 

<

данные изъяты>. 

(т.4 л.д.143-148)

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, принимая во внимание количество и характер обнаруженных на трупе В.В.А. телесных повреждений (тупая сочетанная травма тела), механизм их образования (многократные воздействия тупого твердого предмета), учитывая следственные данные, отображенные в протоколах допросов подозреваемых и проверок показаний на месте обвиняемых ФИО2 и ФИО3, - телесные повреждения, находящиеся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти В.В.А., наиболее вероятно, не могли образоваться при обстоятельствах (в частности единичные удары ФИО3 лезвием топора, кружкой по голове, стулом), указанных обвиняемым ФИО2. Причинение повреждений при обстоятельствах (многократные удары ФИО2 напильником, стулом, кулаками обеих рук, ногой), указанных обвиняемой ФИО3, не исключается. (т.4 л.д.185-190)

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, на рабочей части напильника, изъятого в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес>, обнаружена кровь человека, которая произошла от В.В.А. и не происходит от ФИО2 и ФИО3.

На ручке этого же напильника обнаружены смешанные следы, содержащие кровь и клеточный биологический материал человека, которые образовались в результате смешения биологического материала В.В.А. и ФИО3 и неизвестного лица/лиц, и не происходят от ФИО2. (т.5 л.д.8-14)

Согласно заключению эксперта №№ от ДД.ММ.ГГГГ, проведенными исследованиями установлено, что перелом правой теменной кости, имеющийся на фрагменте костей свода черепа от трупа В.В.А., образовался от действия напильника, изъятого в ходе ОМП и представленного на экспертизу; 

перелом левой теменной кости, носит характер тупой травмы, возник от действия тупого твердого предмета, не исключена возможность его образования от действия рабочей части напильника, представленного на экспертизу;

Представленные на экспертизу раны на кожных лоскутах левой лобной области, левой височной области и правой заушной являются ушибленными, не исключена возможность их образования от действия рабочей части напильника, предоставленного на экспертизу. 

При изучении представленных копий протоколов допросов подозреваемых ФИО3 и ФИО2, а также копий протоколов проверки показаний на месте с участием ФИО3 и ФИО2 с приложениями (5-ти оптических дисков), каких-либо конкретных механизмов образования повреждений от напильника и их локализацию подозреваемые ФИО3 и ФИО2 не указали. (т.5 л.д.51-87)

Суд отмечает, что данные экспертные выводы об обнаружении на изъятом на месте обнаружения трупа В. напильнике крови В., на его ручке крови В. и клеточного биологического материала ФИО5, а также выводы о том, что именно от данного напильника образовался перелом правой теменной кости трупа В.; не исключено образование перелома левой теменной кости, ушибленных ран на левой лобной, левой височной областях и правой заушной области, - согласуясь с остальными уличающими подсудимых доказательствами, объективно указывают как на установленное судом место лишения жизни В., так и на поочередное использование подсудимыми в процессе лишения его жизни изъятого напильника, что подтверждается уличающими друг друга показаниями подсудимых о том, что каждый из них наносил удары В. сначала стулом, затем напильником.

Само по себе не обнаружение экспертным путем биологических следов на напильнике, которые могли произойти от ФИО5, никоим образом не исключают установленное судом его использование в том числе и ФИО5 в процессе лишения жизни В., что категорично усматривается из показаний ФИО5, о том, что ФИО5 наносил удары В. не только руками, но и стулом, и затем напильником.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из изъятых 04.02.2019 года с места обнаружения трупа В. следов пальцев рук, оставлены: 3 - средним, безымянным пальцем правой руки, и большим пальцем левой руки ФИО5. (т.4 л.д.201-205)

Данные экспертные выводы лишний раз подтверждают нахождение ФИО5 на месте убийства В..

Помимо вышеизложенного по убийствам вина подсудимых подтверждается также следующими письменными доказательствами. 

Согласно протоколу осмотра места происшествия, в ходе осмотра 

<

адрес> были обнаружены и задержаны ФИО5 и ФИО5, изъяты: брюки, 2 свитера. (т.1 л.д.158-160)

Согласно протоколам выемки и осмотра, были изъяты биологические образцы: смывы с кистей и срезы ногтевых пластин ФИО2 (т.2 л.д.49-50) и ФИО3 (т.2 л.д.53-54); 

в ГБУЗ НО 

<

данные изъяты>, была изъята медицинская карта стационарного больного ФИО2 (т.4 л.д.122);

в ФКЛПУ 

<

данные изъяты> была изъята история болезни на ФИО2 № на 3-х листах (т.4 л.д.138-141); 

которые затем были осмотрены (т.4 л.д.153-155).

Согласно протоколам получения образцов для сравнительного исследования, у ФИО2 и ФИО3 были получены образцы папиллярного узора на дактилоскопическую карту (т.2 л.д.57-58, 61-62); а также образцы крови (т.2 л.д.65-66, 69-70).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, обнаруженные у ФИО2 кровоподтеки на передненаружных поверхностях плеч (6), на передней поверхности грудной клетки (7), в лопаточных областях (2) на наружных поверхностях бедер (7), на передних поверхностях голеней (2), не причинившие вреда здоровью, образовались не менее чем от 24 травматических воздействий за 5-10 суток до начала экспертизы. (т.2 л.д.156-158)

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО3 каких-либо повреждений не обнаружено. (т.2 л.д.146-147)

Государственный обвинитель в прениях сторон в связи с противоречивостью вмененному беспомощному состоянию С.Д.В. исключил указание о цели его связывания «с целью пресечения возможных попыток С.Д.В. оказания сопротивления и обращения за помощью к третьим лицам».

Исходя из позиции государственного обвинителя, обязательной для суда, суд исключает данное указание из существа обвинения подсудимых. 

Анализ и оценка доказательств, 

Квалификация признанных доказанными

деяний подсудимых 

Проанализировав представленные суду доказательства преступной деятельности каждого подсудимого как в их отдельности, так и во взаимной связи с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности собранных доказательств для разрешения уголовного дела, суд приходит к следующим выводам.

Проверив и оценив достоверность вышеприведенных относимых показаний потерпевших и свидетелей, суд не усматривает оснований им не доверять либо ставить их под сомнение, поскольку оснований сомневаться в их доброкачественности не имеется. 

Неприязненные отношения между подсудимыми и вышеприведенными потерпевшими, свидетелями, мотивы и какие-либо причины для самооговора и оговора друг друга подсудимыми и для оговора последних вышеуказанными лицами, для умышленного искажения ими фактических обстоятельств дела судом не установлены.

Анализ вышеприведенных показаний потерпевших и свидетелей приводит суд к однозначному выводу, что об известных им фактических обстоятельствах произошедшего указанными лицами даны показания, полностью соотносимые и как между собой, так и с данными протоколов следственных действий, экспертных заключений, в обоснованности выводов которых оснований сомневаться также не имеется, иными документами, с которыми в согласованной части согласуются и самоизобличающие и уличающие друг друга сведения, сообщенные подсудимыми в ходе досудебного производства, поэтому суд находит эти доказательства достоверными и их совокупность берет в основу приговора.

Оценивая полноту и достоверность показаний подсудимых, решая вопрос о взятии тех или иных их показаний в основу приговора, суд, принимая во внимание допустимость ранее данных показаний подсудимых, из анализа всей совокупности доказательств приходит к твердому выводу о том, что, не будучи очевидцами насильственных действий друг друга по убийству С.Д.В. и В., каждый из подсудимых в ходе досудебного производства не смог бы дать столь категоричные и детальные показания о конкретных насильственных действиях друг друга по убийству С.Д.В. и В., и в том числе потому, а также исходя из подтверждения именно ранее данных показаний подсудимых остальной совокупностью уличающих их доказательств суд именно их, а не показания подсудимых в суде, берёт в основу приговора. 

Обоснованность взятия в основу приговора именно ранее данных показаний подсудимых подтверждается в том числе показаниями ФИО5 в качестве обвиняемого от 25.12.2019 года (т.5 л.д.174-177), из которых следует, что он осознавал, что от причиненных им ранений наступила смерть С.Д.В.. Сейчас он уже не может точно сказать, сколько и кем именно наносились удары С.Д.В., так как он и ФИО5 были пьяны. Он не исключает, что он мог бить С.Д.В. как черенком от лопаты, так и руками и ногами, как и ФИО5.

Также он не исключает, что в ходе конфликта мог побить В. руками и ногами, куда и сколько раз он его бил, он не помнит, так как был пьян. В ранее данных показаниях перепутал напильник с топором, удары ФИО8 наносила напильником, топора у нее в руках не было. Также она наносила ему удары стулом. По поводу ударов бокалом он может ошибаться, скорее всего, она разбила его об окружающие предметы. В. они связали с целью того, чтобы он не мог сопротивляться и обратиться за помощью.

В суде же каждый из подсудимых, ещё более умалчивая о собственных насильственных действиях, изменив ранее данные показания сообразно избранной линии защиты, предпринял очередную несостоятельную попытку переложить всю вину в убийстве С.Д.В. и В. друг на друга. 

При этом суд также констатирует, что часть нижеприведенных ранее данных показаний подсудимых не находит объективного подтверждения, а часть прямо опровергается остальной совокупностью уличающих их доказательств;

о неполноте показаний подсудимых также указывают и экспертные выводы:

согласно которым, каких-либо конкретных механизмов образования повреждений, причиненных В. от напильника и их локализацию в ходе досудебного производства ФИО5 и ФИО5 в качестве подозреваемых не указали; 

телесные повреждения, находящиеся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти В., наиболее вероятно, не могли образоваться при обстоятельствах (в частности единичные удары ФИО5 лезвием топора, кружкой по голове, стулом), указанных обвиняемым ФИО5. 

поэтому суд находит, что каждым из подсудимых как в части примененного к С.Д.В. и В. насилия, и особенно в части своих собственных насильственных действий в суде даны не соответствующие действительности показания сообразно избранной линии защиты. 

При этом о мотиве, самом механизме, орудиях, способе и конкретных действиях друг друга по лишению жизни сначала С.Д.В., затем и В. каждый из подсудимых дал более детальные показания именно в ходе досудебного производства, и поскольку именно они более согласованы с остальной совокупностью доказательств, установленными из них фактическими обстоятельствами произошедшего, то выдвинутая в суде каждым из подсудимых версия о том, что от действий каждого из них по отдельности смерть С.Д.В. и В. наступить не могла, ввиду её прямого и категоричного опровержения показаниями подсудимых, уличающими друг друга, и остальной взятой в основу приговора совокупностью доказательств, не соответствует действительности и надумана каждым из подсудимых сообразно избранной линии собственной защиты от предъявленного обвинения путём перекладывания вины в убийстве С.Д.В. и В. друг на друга.

При этом в противовес мнению стороны защиты, суд отмечает, что у подсудимых, проживающих совместно около 5 лет и по вышеприведенным показаниям знающих их свидетелей, совместно ведущих асоциальный образ жизни, злоупотребляющих спиртным, между собой каких-либо неприязненных отношений, мотивы и какие-либо причины для самооговора либо оговора друг друга в ходе досудебного производства не усматриваются, как и не усматриваются действительные причины у ФИО5 опасаться ФИО5, поскольку при действительности и реальности угроз с его стороны своей жизни и здоровью у ФИО5 принять соответствующие меры реагирования возможностей, даже в инкриминируемый период было предостаточно. Вместо этого она после убийства С.Д.В. совместно с ФИО5 скрывается у своего знакомого В., после убийства последнего дома у своего сына. 

О том, что она приняла участие в лишении жизни С.Д.В. и В., не пыталась помешать, остановить ФИО5, не приняла мер к спасению их жизней, не сообщила об убийстве по требованию и под давлением ФИО5, которого боялась, под его угрозами её жизни и здоровью, - ФИО5 никаких сведений в первоначальных показаниях не сообщала. 

Напротив, прямо и категорично по отношению к убийству С.Д.В. показала, что после того как ФИО5 перестал бить С.Д.В., она, в порыве ярости и гнева за то, что С.Д.В. пытался ее изнасиловать, выхватила нож у ФИО5 и нанесла С.Д.В. удар ножом куда-то в район груди. Затем они связали С.Д.В. веревкой. Она накрыла С.Д.В. одеялом и задушила. После этого они ушли спать в другую комнату; 

по отношению к убийству В. показала, что она также как ФИО5 решила ударить В., поскольку была согласна с ФИО5, недовольна тем, что В. взял их деньги. Она 2 или 3 раза ударила В. в область плеча. После того как они перестали бить В., помогла его связать, ушла в большую комнату, легла на диван, задремала. 

При таких обстоятельствах показания ФИО5 о том, что ФИО5 для неё представлял угрозу, что она его боялась и потому в ходе убийства С.Д.В. и В. ему подчинялась, надуманны ФИО5 сообразно избранной ею линии защиты от предъявленного обвинения.

К выводу о большей достоверности показаний подсудимых, данных в ходе досудебного производства, суд приходит, в том числе, с учетом экспертных выводов о возможности образования обнаруженных на трупе С.Д.В. телесных повреждений, при обстоятельствах, указанных ФИО5 и ФИО5 в протоколах допроса от 27.01.2019 года и протоколах проверки показаний на месте от 27.01.2019 года; о возможности образования обнаруженных на трупе В. телесных повреждений при обстоятельствах, указанных ФИО5 в протоколах допросов в качестве подозреваемой и проверки ей показаний на месте.

Вышеприведенные экспертные выводы о насильственной причине смерти С.Д.В., обнаружение резанных, проникающих и непроникающих колото-резаных ранений тела С.Д.В., образовавшихся от не менее чем 27-ми кратного воздействия колюще-режущего предмета, наиболее вероятно, клинка ножа незадолго до наступления смерти, ушибленных ран, так же образовавшихся незадолго до наступления смерти не менее чем от 6-ти кратного воздействия(ий) твердого(ых), тупого(ых) предмета(ов), множественных непроникающих колото-резаных ранений, указанных в экспертном заключении, которые в совокупности в течение короткого промежутка времени могли привести к его смерти, в совокупности с фактическими данными протоколов осмотра места происшествия и трупа от 23.01.2019 года, из которых установлено обнаружение трупа С.Д.В., связанным полимерной веревкой со стянутой полипропиленовой нитью шеей, и экспертного вывода о том, что слабо выраженная странгуляционная борозда на трупе С.Д.В., вероятнее всего, образовалась от воздействия полипропиленовой нити после наступления смерти, в своей совокупности объективно указывают на то, что удушение С.Д.В., предпринятое ФИО5, как и стягивание подсудимыми его шеи полипропиленовой нитью было предпринято ими уже после его убийства для доведения убийства С.Д.В. до конца, и одновременно прямо и категорично опровергают показания подсудимых о том, что от действий каждого из них смерть С.Д.В. наступить не могла, что убивать С.Д.В. каждый из них не хотел, как и показания ФИО5 о том, скончался ли С.Д.В. от полученных повреждений сразу, она не знает, что только слегка для вида душила С.Д.В. руками и после того, как она прекратила его душить, он был живой.

В тоже время экспертное установление нахождения С.Д.В. на момент смерти в состоянии алкогольного опьянения сильной степени объективно подтверждают как показания подсудимых о совместном с ним распитии спиртных напитков с утра 22.01.2019 года, так и усиление на момент убийства его беспомощного состояния, вызванного инвалидностью.

Вышеприведенные экспертные выводы о насильственной причине смерти В., обнаружение на его трупе вышеуказанной тупой сочетанной травмы тела, состоящей из тупой травмы головы и тупой травмы правой передней конечности, образовавшихся в относительно короткий промежуток времени от не менее 20 воздействий тупого твердого предмета незадолго до наступления смерти, 

в совокупности с фактическими данными протокола осмотра места происшествия от 04.02.2019 года, из которого установлено обнаружение укрытого одеялом трупа В. на полу по центру комнаты, головой около стены, ногами к окну, правая рука согнута, левая лежит прямо; 

показаниями потерпевшего М.А.Н. и свидетеля С.Д.Ж. о том же обнаружении ими трупа В. с явными признаками насильственной смерти, лежащим на спине, рука левая была вытянута, накрытый подушкой и одеялом, стена справа около трупа также была обпачкана веществом бурого цвета, 

и показаниями подсудимой ФИО5 о положении В. лежащим на спине ногами к окну, головой около стены, рука левая была вытянута, 

приводит суд к выводу о том, что смерть В. наступила на месте причинения ему подсудимыми несовместимых с жизнью телесных повреждений в относительно короткий промежуток времени, что не могло не осознаваться подсудимыми, которые по их показаниям скрылись с места убийства В. только вечером следующего дня.

Поэтому показания ФИО5 о том, что она, перед тем как они уходили, накрыла его одеялом, чтобы он не замерз и думает, что он был еще живой, явно надуманы и категорично опровергаются как экспертными выводами о нанесении ему несовместимых с жизнью телесных повреждений незадолго до наступления смерти, так и обнаружением трупа В. в том же положении укрытом одеялом, в каком его оставили подсудимые.

Надуманы и категорично опровергнуты также показания подсудимых о совместном с В. распитии спиртного, поскольку согласно экспертным выводам на момент смерти он в состоянии алкогольного опьянения не находился.

Показания подсудимых ФИО5 и ФИО5 о состоявшейся драке со С.Д.В. и В. также не находят своего объективного подтверждения отсутствием у ФИО5 и ФИО5 каких-либо телесных повреждений, периодом возникновения относимых к инкриминируемому периоду, противоречат они и нахождению С.Д.В. в заведомом для подсудимых беспомощном состоянии, что установлено нижеприведенным анализом соответствующих доказательств, так же противоречат они и показаниям самого ФИО5 о том, что ни С.Д.В., ни В. им с ФИО5 телесных повреждений не причиняли.

В противовес доводам стороны защиты, суд отмечает, что все вышеприведенные доказательства собраны в полном соответствии с законом и в приведенной совокупности, в согласованной части при взаимном подтверждении и дополнении друг другом они объективно и с полной достоверностью подтверждают фактические обстоятельства дела, установленные судом: не только событие преступления, но и все объективные и субъективные признаки, место, время, способ его совершения, форму вины, мотив, цель, характер действий каждого из подсудимых и последствия преступления, указанного в описательной части приговора.

Переходя к установлению фактических обстоятельств и юридической оценке содеянного подсудимыми, находя несостоятельными доводы стороны защиты о необходимости оправдания каждого из подсудимых за отсутствием в его действиях состава преступления, суд приходит к следующему.

Поскольку ни ФИО5, ни ФИО5 ни за одно из убийств С.Д.В. и В. ранее не были осуждены, то в соответствии с положениями ч.1 ст.17 УК РФ убийство двух лиц, совершенное в разное время, не образует совокупности преступлений и подлежит квалификации по п.«а» ч.2 ст.105 УК РФ.

В противовес мнению и оспариванию стороны защиты, основанному лишь на показаниях подсудимых в судебном заседании, время, место, многочисленность, совместность и согласованность нанесения подсудимыми с прямым умыслом с целью причинения смерти: 

С.Д.В., сначала ФИО5 на почве ревности и личных неприязненных отношений множественных ударов руками и ногами по конечностям, грудной клетке, шее и голове;

затем после приискания им в доме ножа и присоединения к нему ФИО5 на почве личной неприязни к С.Д.В., вызванной произошедшим между нею и С.Д.В. конфликтом, вызванным попыткой С.Д.В. совершить с ней половой акт, поочередное совместное нанесение подсудимыми С.Д.В. ножом не менее 27 ударов в голову, шею, грудную клетку, спину, живот, а также в области рук и ног потерпевшего;

затем совместное, поочередное нанесение С.Д.ФИО9 и ФИО5 приисканным фрагментом деревянной палки в виде черенка от лопаты множественных ударов по конечностям, грудной клетке, шее и голове; 

таким образом, совместное группой лиц нанесение всего в совокупности в процессе лишения С.Д.В. жизни ФИО5 руками, ногами и фрагментом деревянной палки, а ФИО5 фрагментом деревянной палки, не менее 62 ударов по конечностям, грудной клетке, шее и голове; 

кроме того связывание в процессе лишения жизни ФИО5 и ФИО5 рук и ног С.Д.В. приисканной веревкой в виде полипропиленового шпагата, фиксация ими его конечностей таким образом, чтобы исключить возможность его передвижения;

причинение С.Д.В. в результате данных совместных насильственных действий телесных повреждений несовместимых с жизнью, указанных в описательной части приговора;

последующее сдавливание ФИО5, не осознающей наступление смерти С.Д.В., шеи труппа С.Д.В. руками с целью его удушения;

последующее ФИО5 и ФИО5 совместное обматывание вокруг шеи трупа С.Д.В. полипропиленовой нити, которой они стянули шею погибшего, и скрылись с места убийства;

В. сначала ФИО5 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, возникших в ходе конфликта из-за завладения В. 400 рублями ФИО5, множественных ударов руками и ногами по верхним конечностям и голове; 

затем присоединившейся к ФИО5 ФИО5 также на почве личной неприязни к В., вызванной произошедшим между ними конфликтом, нанесение не менее 2-х ударов руками по верхним конечностям и голове;

затем с целью облегчения совершения убийства, пресечения возможных попыток В. оказания сопротивления и обращения за помощью к третьим лицам совместное ФИО5 и ФИО5 связывание В. рук и ног приисканной веревкой в виде полимерного шпагата, фиксация ими его конечностей таким образом, чтобы исключить возможность его передвижения;

последующее совместное поочередное нанесение ФИО5 и ФИО8 приисканными сначала неустановленным деревянным стулом множественных ударов по верхним конечностям и голове, затем металлическим напильником не менее 11 ударов по верхним конечностям и голове; 

и таким образом, совместное группой лиц нанесение всего в совокупности в процессе лишения жизни ФИО9 и ФИО5 не менее 20 ударов руками, ногами, деревянным стулом и металлическим напильником по верхним конечностям и голове и причинение В. в результате данных совместных насильственных действий телесных повреждений несовместимых с жизнью, указанных в описательной части приговора, последующее сокрытие с места убийства - 

со всей достоверностью установлены из всей совокупности, взятых в основу приговора доказательств и установленных из них конкретных фактических обстоятельств содеянного, а именно:

из предшествующего преступлениям распития подсудимыми спиртного, в том числе совместного со С.Д.В.; 

из осведомленности каждого из подсудимых об инвалидности С.Д.В.;

из показаний обоих подсудимых о конфликте со С.Д.В., вызванном попыткой последнего в отсутствие ФИО5 вступить в половую связь с Мухиной вопреки её воле, что разгневало как ФИО5, так и ФИО5; 

из показаний ФИО5 о конфликте с В., вызванном кражой последним денег из кармана ФИО5, об их обнаружении ФИО5 в кармане В., что также разгневало ФИО5 и ФИО5; 

из самого избрания подсудимыми орудий преступления: при лишении С.Д.В. жизни - ножа, фрагмента деревянной палки в виде черенка от лопаты; 

при лишении жизни В. - деревянного стула и металлического напильника; 

из самого избранного подсудимыми способа лишения жизни С.Д.В. и В., и характера применённого к ним несовместимого с жизнью насилия, локализации причинения каждому из них сначала ФИО5, а затем совместно с присоединившейся к нему ФИО5 несовместимых с жизнью телесных повреждений именно в жизненно-важные органы человека: 

соответственно С.Д.В.: ФИО5 множественных ударов руками и ногами по конечностям, грудной клетке, шее и голове; затем совместно и поочередно с присоединившейся к нему ФИО5: клинком ножа не менее 27 ударов в голову, шею, грудную клетку, спину, живот, а также в области рук и ног потерпевшего; фрагментом деревянной палки в виде черенка от лопаты множественных ударов по конечностям, грудной клетке, шее и голове; а всего ФИО5 руками, ногами и фрагментом деревянной палки, ФИО5 фрагментом деревянной палки не менее 62 ударов по конечностям, грудной клетке, шее и голове С.Д.В.;

из связывания рук и ног С.Д.В., чтобы исключить возможность его передвижения;

из обнаружения трупа С.Д.В. в связанном положении, с обмотанной вокруг шеи полипропиленовой нитью, которой шея стянута;

соответственно В.: ФИО5 множественных ударов руками и ногами по верхним конечностям и голове; затем присоединившейся к ФИО5 ФИО5 не менее 2-х ударов руками по верхним конечностям и голове; 

затем после совместного связывания В. совместно и поочередно неустановленным деревянным стулом множественных ударов по верхним конечностям и голове, затем металлическим напильником множественные не менее 11 ударов по верхним конечностям и голове, а всего в совокупности в процессе убийства ФИО9 и ФИО5 не менее 20 ударов руками, ногами, деревянным стулом и металлическим напильником по верхним конечностям и голове; 

и из самого по себе последующего поведения подсудимых, скрывшихся с места убийства сначала С.Д.В., а затем и В. при осознании его завершения; 

а также по убийству С.Д.В.:

из данных протоколов осмотра места происшествия и трупа (т.1 л.д.116-123, 125-142, 144-149);

из экспертных выводов о насильственной причине смерти С.Д.В. и обнаруженных на его трупе телесных повреждениях (т.2 л.д.96-104);

из экспертных выводов об обнаружении:

на месте убийства С.Д.В. следов пальцев рук ФИО5 и ФИО5 (т.2 л.д.129-136);

на изъятых с места обнаружения трупа С.Д.В.: фрагменте деревянного черенка - крови С.Д.В., пота и клеточного биологического материала ФИО5; клубке веревки, девяти фрагментах веревки - крови С.Д.В., пота и клеточного биологического материала ФИО5 (т.2 л.д.169-182);

на клинке ножа - крови С.Д.В., на его рукояти крови С.Д.В., пота и клеточного биологического материала, которые могли произойти от ФИО5 и ФИО5 (т.2 л.д.193-203); 

в смывах вещества бурого цвета со стены около кровати, где был обнаружен труп С.Д.В., - крови С.Д.В. (т.3 л.д.33-42); 

на брюках ФИО5 крови, происхождение которой от С.Д.В. не исключается (т.3 л.д.75-89); 

на срезах ногтевых пластин правой руки ФИО5 крови С.Д.В. (т.3 л.д.116-126); 

из экспертных выводов о возможности образования на трупе С.Д.В. проникающего ранения грудной клетки слева от действия клинка ножа, ушибленной раны на левой теменной области от действия фрагмента деревянной заготовки, изъятых с места обнаружения его трупа (т.3 л.д.134-141);

из вышеприведенных анкетных данных, характеризующих С.Д.В. как инвалида;

из показаний потерпевшего С.А.В. и свидетелей П.А.И., Н.В.В., С.М.А., Г.И.В., А.А.И., М.А.Н., С.А.В., специалиста А.И.Ю., в том числе из обнаружения свидетелем Н.В.В. трупа С.Д.В. и подтверждения им того, что С.Д.В. 23.01.2019 года с 05 часов не брал трубку; из подтверждения свидетелем Г. того, что труп С.Д.В. лежал на кровати, весь в крови и перемотанный веревкой;

из согласованной с их совокупностью части вышеприведенных самоизобличающих и уличающих друг друга показаний подсудимых, данных в ходе досудебного производства, в том числе явок с повинной;

по убийству В.В.А.:

из данных протокола осмотра места происшествия (т.4 л.д.14-33);

из экспертных выводов о насильственной причине смерти В. и обнаруженных на его трупе телесных повреждениях (т.4 л.д.163-171);

из экспертных выводов об обнаружении:

на месте убийства В. следов пальцев рук ФИО5 (т.4 л.д.201-205);

на напильнике, изъятом на месте убийства В., крови В., на его ручке крови В. и клеточного биологического материала ФИО3 (т.5 л.д.8-14);

из экспертных выводов об образовании на трупе В. перелома правой теменной кости именно от данного напильника, и возможности образования от данного напильника на трупе В. перелома левой теменной кости, ушибленных ран на левой лобной, левой височной областях и правой заушной области (т.5 л.д.51-87); 

из вышеприведенных данных, характеризующих В.; 

из показаний потерпевшего М.А.Н., в том числе о том, что он после того, как труп В. увезли, он выбросил практически все вещи, которые находились в непосредственной близости от трупа его дяди, в том числе деревянный стул с надломанной спинкой;

из показаний свидетелей С.Д.Ж., Г.А.Н.,

из согласованной с их совокупностью части вышеприведенных самоизобличающих и уличающих друг друга показаний подсудимых, данных в ходе досудебного производства.

При таких установленных судом фактических обстоятельствах убийства С.Д.В. и В. суд в противовес показаниям подсудимых и доводам стороны защиты приходит к категоричному выводу о достоверном установлении того, что совокупность взятых в основу приговора доказательств, как и установленные из них фактические обстоятельства причинения смерти С.Д.В. и В., указанные в описательной части приговора, как и сам характер насильственных действий каждого из подсудимых, избранный ими характер, способ и орудия убийства, множественность, характер и локализация причиненных прижизненно каждому потерпевшему телесных повреждений, в своей совокупности не оставляют никаких сомнений в том, что как по отношению к С.Д.В., так и затем к В. сначала ФИО5, затем и присоединившаяся к нему ФИО5 со всей очевидностью совместно и согласовано группой лиц действовали с прямой целенаправленностью на убийство каждого из них на почве возникшей в ходе соответствующих конфликтов личной неприязни, при этом каждый из подсудимых, применяя к каждому из потерпевших насилие, непосредственно участвовал в процессе лишения его жизни, и каждый раз не только предвидел неизбежность наступления смерти С.Д.В. и В. в результате своих совместных и согласованных действий, но и желал этого. 

Вышеизложенное приводит суд к твердому выводу о том, что квалифицирующие признаки убийства «двух лиц» и «группой лиц» в содеянном каждым из подсудимых нашли свое достоверное подтверждение.

В противовес показаниям подсудимых в судебном заседании, вышеприведенные конфликты:

между ФИО5 и ФИО5 с одной стороны и С.Д.В., как и мотив убийства последнего на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений ФИО5 из-за чувства ревности последнего ФИО5 к С.Д.В., у присоединившейся к ФИО5 Мухиной вызванной произошедшим между нею и С.Д.В. конфликтом, вызванным попыткой С.Д.В. совершить с ней половой акт; 

между ФИО5 и ФИО5 с одной стороны и В. с другой стороны, как и мотив убийства последнего у обоих подсудимых на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, вызванных завладением В. 400 рублями ФИО5, нашли свое подтверждение по отношению к конфликту со С.Д.В. - показаниями каждого из подсудимых, данными в ходе досудебного производства, по отношению к конфликту с В. - последовательными показаниями ФИО5, в том числе данными в ходе досудебного производства, - о поведении С.Д.В. и В. до инкриминируемого подсудимым преступления, явившегося поводом для их убийства, а именно: об аморальном поведении С.Д.В. по отношению к ФИО5 и бурную реакцию на это ФИО5 и присоединившейся к нему ФИО5, объединивших свои усилия по лишению С.Д.В. жизни; о противоправном поведении В. по отношению к деньгам ФИО5 и бурную реакцию на это ФИО5 и присоединившейся к нему ФИО5, также объединивших свои усилия по лишению В. жизни. 

В противовес показаниям подсудимой ФИО5 и доводам стороны защиты квалифицирующий признак убийства по отношению к С.Д.В. - «иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии» нашел свое объективное и достоверное подтверждение доподлинным установлением нахождения С.Д.В. при его убийстве в заведомо для подсудимых беспомощном состоянии, что прямо усматривается из показаний подсудимых об отсутствии какого-либо сопротивления С.Д.В. посягательству подсудимых на его жизнь, из подтверждения подсудимыми длительного совместного проживания в одном доме со С.Д.В. и осознания ими его беспомощности ввиду нахождения на бессрочной инвалидности 1 группы, чему они были очевидцами;

самим объективным нахождением С.Д.В. в таком физическом состоянии, в котором он не был способен защитить себя, оказать активное сопротивление посягающему на его жизнь и здоровье, поскольку согласно характеризующим данным он являлся бессрочным инвалидом I группы по общему заболеванию с диагнозом: «ампутационные культи кистей обеих рук на уровне основных фаланг, ампутационные культи стоп на уровне основных фаланг со значительным нарушением функции»;

показаниями потерпевшего С.А.В. о том, что С.Д.В. после ампутации пальцев рук и ног, по сути, находился в беспомощном состоянии, и в случае возникновения угрозы его здоровью не смог бы в связи со своими физиологическими особенностями принять меры к самозащите; 

показаниями свидетеля Н.В.В. о том, что С.Д.В. никогда бы не смог оказать никому активного сопротивления, если бы его стали избивать или убивать, так как он был слаб, его конечности практически потеряли свои функции;

показаниями свидетеля А.А.И. о том, что С.Д.В. был инвалидом, у него не было пальцев на руках и ногах, то есть фактически он сам за собой ухаживать не мог, самостоятельно он ничего делать не мог, был фактически в беспомощном состоянии; 

разъяснениями специалиста А.И.Ю. о том, что С.Д.В. нуждался в дополнительной постоянной посторонней помощи. При применении к С.Д.В. насилия, посягательстве на его жизнь, он в значительной степени не мог дать отпор, не мог обороняться.

Суд отмечает, что само по себе отсутствие у подсудимых телесных повреждений, образованием относимых к инкриминированному периоду, согласуются с их показаниями о том, что ни С.Д.В., ни В. какого-либо насилия к ним не применяли, что по отношению к С.Д.В. лишний раз подтверждает установленное судом обстоятельство заведомого для подсудимых нахождения С.Д.В. в беспомощном состоянии.

Таким образом, тщательно проверив заявленные в противовес остальным доказательствам по делу утверждения подсудимых о своей непричастности к убийству С.Д.В. и В., а именно о том, что от действий каждого из них смерть ФИО5 и ФИО5 наступить не могла, оспаривание каждым из подсудимых умысла на их убийство, как и все доводы стороны защиты, основанные на данных показаниях подсудимых, приведенные в обоснование необходимости оправдания каждого из них за отсутствием состава преступления - суд признает их несостоятельными, не соответствующими действительности и прямо опровергнутыми вышеприведенной совокупностью доказательств, являющихся достоверными и достаточными для полной доказанности вины каждого из подсудимых в совершении указанного в описательной части приговора преступления, поэтому оспаривание подсудимых, как и доводы стороны защиты, приведенные в его обоснование, суд расценивает как способ защиты, как попытку подсудимых необоснованно избежать ответственности за содеянное.

Установленные судом обстоятельства группового убийства С.Д.В. и В., четкий и целенаправленный характер действий каждого из подсудимых на достижение единого результата, включая их связывание, само по себе сокрытие подсудимых с места преступления после убеждения в наступлении смерти каждого из потерпевших, несмотря на подтверждение нахождения подсудимых при убийстве каждого из потерпевших в состоянии алкогольного опьянения, прямо свидетельствуют о том, что при их совершении все действия подсудимых носили целенаправленный характер, что исключает их нахождение в состоянии аффекта либо патологического опьянения.

О том же свидетельствуют и ниже приведенные экспертные выводы (т.5 л.д.31-32, 40-43), из которых усматривается отсутствие у каждого из подсудимых в период совершения установленного судом преступления какого-либо временного психического расстройства, их самосознание и сознание нарушено не было, психотической симптоматики не было, а также то, что действия ФИО5, находящейся в состоянии простого алкогольного опьянения, были целенаправленными, каждый из них в полной мере мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. 

Суд разрешил все заявленные ходатайства, использовал все имеющиеся у него организационные возможности для обеспечения явки свидетелей, на допросе которых состоятельно настаивали участники судебного разбирательства, и необходимых условий для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела на основе равноправия и состязательности сторон.

Существенных нарушений требований УПК РФ в ходе досудебного производства по делу, не устранимых в ходе судебного разбирательства и исключающих возможность постановления судом правосудного, то есть законного, обоснованного и справедливого приговора, не выявлено. 

Исходя из вышеизложенного, приняв во внимание все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, исследовав представленные доказательства, относящиеся к предмету доказывания по данному делу, и оценив их с точки зрения достоверности, суд находит их достаточными и по вышеизложенным основаниям приходит к твердому убеждению о полной доказанности вины подсудимых в совершении преступления, указанного в описательной части приговора, и квалифицирует действия ФИО5 и ФИО5 каждого по лишению жизни С.Д.В. и В. как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, двух лиц, иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, совершенное группой лиц, то есть как преступление, предусмотренное п.п.«а, в, ж» ч.2 ст.105 УК РФ.

Судом исследовался вопрос о вменяемости подсудимых.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 в период, относящийся к совершению инкриминируемых ему деяний, каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, лишающим его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал, как и не страдает ими в настоящее время. 

Обнаруживает 

<

данные изъяты>. В пользу указанного диагноза свидетельствуют данные анамнеза о том, что 

<

данные изъяты>. 

По психическому состоянию в настоящее время ФИО5 также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Степень интеллектуально-мнестического снижения у подэкспертного не является выраженной. 

По психическому состоянию ФИО5 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания. 

Показаний для применения принудительных мер медицинского характера нет.

По психическому состоянию может участвовать в следственных действиях и присутствовать в судебном разбирательстве. (т.5 л.д.40-43)

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 не выявляет признаков какого-либо психического (наркологического) расстройства 

<

данные изъяты>, может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. 

В периоды, относящиеся ко времени совершения инкриминируемых ей деяний, она не обнаруживала признаков временного психического расстройства, а была в состоянии простого алкогольного опьянения: ее действия были целенаправленными, она ориентировалась в окружающем, признаков нарушенного сознания, психиатрической симптоматики не выявлено, могла в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. 

В настоящее время она также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них правильные показания.

В применении принудительных мер медицинского характера и в проведении стационарной СПЭ не нуждается. По своему психическому состоянию может принимать участие в следственных действиях на стадии предварительного следствия. (т.5 л.д.31-32)

Согласно материалам дела, каждый из подсудимых на учете у нарколога и психиатра не состоит, ФИО5 состоит на учете у психиатра с диагнозом 

<

данные изъяты> Каких-либо сомнений в том, что во время совершения преступных действий каждый из них мог и осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий, мог и руководил ими, у сторон и суда не имеется. Поэтому, принимая во внимание заключение экспертов-психиатров, обстоятельства содеянного, поведение подсудимых в суде, их характеризующие данные, суд признает ФИО5 и ФИО5 каждого в отношении содеянного вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

Назначая наказание, суд, руководствуясь принципом справедливости, в достаточной степени и полной мере учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности каждого из подсудимых, характер, роль и степень участия каждого из них в групповом преступлении, значение этого участия для достижения единого для них результата, смягчающие и отягчающее обстоятельства, возраст и состояние здоровья подсудимых, влияние наказания на исправление каждого их, на условия жизни его и его близких и на достижение иных целей наказания, таких, как восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений.

А именно то, что ФИО5 в возрасте 

<

данные изъяты> лет, а ФИО5 в возрасте 

<

данные изъяты> лет впервые совершили особо тяжкое преступление против жизни 

<

данные изъяты> летнего С.Д.В. и 

<

данные изъяты> летнего В..

При этом ФИО5 на учете у нарколога, психиатра не состоит, состоял на учете у психиатра с диагнозом 

<

данные изъяты> характеризуется по последнему месту жительства отрицательно, обнаруживает: 

<

данные изъяты>, с 21.01.2020 года обнаруживает диагноз: 

<

данные изъяты>. 

(т.5 л.д.40-43, 179-187, 188, 190, 193-194, 195, 197, 198, 200, 202, 204, 207, 209)

ФИО5 на учете у нарколога и психиатра не состоит, характеризуется по последнему месту жительства отрицательно. 

(т.6 л.д.81-89, 90, 92, 95, 98, 99, 100, 103, 106) 

Поскольку ФИО5 и ФИО5 каждый сначала, до процессуального задержания, добровольно, в явке с повинной от 26.01.2019 года и 27.01.2019 года соответственно (т.1 л.д.113-114, т.3 л.д.189-191) сообщил как о самом факте совместного друг с другом убийства С.Д.В., так и самоизобличающие и уличающие соучастника сведения о месте, времени, своей роли и роли соучастника, другие конкретные обстоятельства убийства С.Д.В., а затем в качестве подозреваемого, в том числе в ходе проверки показаний на месте, и в качестве обвиняемого каждый дал более подробные самоизобличающие и уличающие соучастника сведения о конкретных обстоятельствах убийства С.Д.В., ранее неизвестные правоохранительным органам, и тем самым каждый активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, совершенного в условиях неочевидности, изобличению другого соучастника преступления, то такое сотрудничество каждого из подсудимых со следствием, безусловно, в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ признается судом обстоятельствами, смягчающими наказание, явкой с повинной, активным способствованием раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления.

Поскольку по смыслу закона, явкой с повинной признается добровольное сообщение лицом органу, осуществляющему уголовное преследование, сведений о причастности к совершению преступления, каких-либо сведений и обстоятельств, имеющих значение для раскрытия и расследования преступления, которые еще не были известны правоохранительным органам, независимо от формы такого сообщения. И в случае сообщения таких сведений, например, в объяснении, такое сообщение также признается в качестве явки с повинной, не оформление которой в качестве самостоятельного процессуального документа не влияет на учет этого обстоятельства в качестве смягчающего наказания. 

То в данном случае, поскольку в отсутствие у правоохранительных органов достоверной информации об их причастности к совершению убийства В., ФИО5 и ФИО5, каждый, будучи задержанным и содержащимся под стражей с 26.01.2019 года по обвинению в убийстве С.Д.В., 05.02.2019 года впервые, добровольно при даче объяснений по факту обнаружения 04.02.2019 года трупа В., сообщил о совершении с его участием убийства В. (т.4 л.д.12, 13), то есть сообщил сведения, ранее неизвестные правоохранительным органам, то такое сообщение само по себе, в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ по отношению к каждому подсудимому соответственно признается судом обстоятельством, смягчающим наказание, явкой с повинной. 

Вместе с тем, поскольку исключение явки с повинной ФИО5 от 08.02.2019 года (т.5 л.д.99) по факту убийства В. из числа допустимых доказательств в связи с её повторностью, а, следовательно, не добровольностью, само по себе не исключает признания этого сообщения о совершении преступления в качестве смягчающего обстоятельства, то вместе с этим сообщением, то, что ФИО5 и ФИО5 в дальнейшем в качестве подозреваемых и обвиняемых, в том числе в ходе очной ставки и в ходе проверки показаний на месте, каждый сообщил более подробные сведения о месте, времени, своей роли и роли друг друга, другие конкретные обстоятельства убийства В., ранее неизвестные правоохранительным органам и тем самым активно способствовал раскрытию и расследованию убийства В., совершенного в условиях неочевидности, изобличению другого соучастника преступления, - то, безусловно, эти обстоятельства в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ признаются судом обстоятельствами, смягчающими наказание, активным способствованием раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления.

Принимая во внимание, совокупность последовательных показаний подсудимых, способных согласно экспертным выводам правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, о поведении С.Д.В. по отношению к ФИО5, имевшим место до инкриминируемого подсудимым преступления, а именно: показания последней о том, что в отсутствие ФИО5 С.Д.В. стал к ней приставать, стал пытаться снять с нее одежду, пытаться совершить с ней половой акт. Она была против, и всячески противодействовала ему, но он залез на нее сверху, продолжал снимать с нее одежду, при этом её душил. В этот момент, вернувшийся ФИО5, из-за ревности пришел в ярость и накинулся на С.Д.В., сбил его с нее; 

показания ФИО5 о том, что, вернувшись домой, он увидел, что ФИО5 лежит на кровати, а С.Д.В. залез на нее сверху и пытался ее раздеть. Они оба были в состоянии сильного алкогольного опьянения. Он пришел в ярость, скинул С.Д.В. с ФИО5, и стал его избивать.

а также показания ФИО5 о присоединении к ФИО5 в порыве ярости и гнева за то, что С.Д.В. пытался ее изнасиловать;

то при таких данных суд приходит к выводу о наличии у подсудимых объективных оснований для восприятия указанного ими поведения С.Д.В. по отношению к ФИО5 как аморального, а потому это поведение С.Д.В. по отношению к ФИО5, имевшее место до инкриминируемого подсудимым преступления, признает в соответствии с п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ, обстоятельством смягчающим наказание каждого подсудимого, аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Поскольку, последовательные показания подсудимой ФИО5 о поведении В., имевшего место до нападения на него подсудимых, а именно о том, что у ФИО5 по их приходу к В. было 400 рублей, которыми В. завладел из кармана ФИО5. После начала избиения В. ФИО5 достал из кармана В. свои деньги. Она тоже решила ударить В., поскольку была согласна с ФИО5, недовольна тем, что В. взял их деньги - при тех же экспертных выводах о способности ФИО5 правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, частично подтверждены подсудимым ФИО5 о наличии у него этих денег по приходу к В., и не опровергнуты какими-либо доказательствами со стороны обвинения, то при таких данных суд приходит к выводу о наличии у подсудимых объективных оснований для восприятия указанного ФИО5 поведения В. по отношению к деньгам подсудимых как противоправного, а потому данное поведение В., имевшее место до инкриминируемого подсудимым преступления, признает в соответствии с п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ, обстоятельством смягчающим наказание каждого подсудимого, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Кроме того, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание каждого подсудимого, суд признает: совершение преступления впервые, первоначальное полное признание вины по убийству С.Д.В. и полное признание вины в ходе досудебного производства по убийству В., возраст каждого подсудимого и его состояние здоровья.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, указанные в описательной части приговора конкретные обстоятельства его совершения, вышеуказанные данные о личности каждого подсудимого и влияние состояния опьянения на поведение подсудимых при совершении преступления, с учетом:

обнаружения Малютовым органического расстройства личности в связи со смешанными заболеваниями, синдрома зависимости от алкоголя 2 (средней) стадии, которому согласно экспертным выводам свойственны проявления эмоционально-волевой неустойчивости, склонность к совершению асоциальных поступков,

одновременно, исходя из достоверного установления из категоричных и последовательных показаний самих подсудимых того, что совершение группового убийства С.Д.В. и затем В. ими каждый раз было предпринято непосредственно после употребления спиртных напитков при нахождении в состоянии алкогольного опьянения на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, 

суд приходит к категоричному выводу о том, что именно нахождение ФИО5 и ФИО5 в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения «безусловно» не только повлияло на их поведение в момент совершения преступления, но и способствовало его совершению, то есть, находилось не только в неразрывной связи с совершением преступления, но обусловило его совершение, поскольку, по убеждению суда, именно это состояние ФИО5 и ФИО5 способствовало эскалации конфликтной ситуации, резкому снижению у подсудимых критики своего поведения и столь бурную реакцию с их стороны на аморальное поведение С.Д.В., а затем на противоправное поведение В., поэтому суд в соответствии с ч.1.1. ст.63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание каждого из подсудимых, - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. 

Наличие вышеуказанного отягчающего обстоятельства, само по себе влечет не применение положений ч.1 ст.62 УК РФ, и наказание ФИО5 назначается с учетом положений ч.2 ст.57 УК РФ.

Поскольку санкция п.п.«а, в, ж» ч.2 ст.105 УК РФ по отношению к ФИО5 предусматривает пожизненное лишение свободы, то при назначении по ней наказания положения ч.1 ст.62 УК РФ также не применимы, и наказание ему назначается в соответствии с положениями ч.3 ст.62 УК РФ. 

С учетом установленных судом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих обстоятельств, при наличии соответствующего отягчающего обстоятельства, суд не усматривает фактических и юридических оснований для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ. 

С учетом имеющихся данных, принимая во внимание мнение участников уголовного судопроизводства, оценивая цель и мотивы совершения преступления, роль, характер и степень фактического участия каждого из подсудимых в достижении единого преступного результата, отмечая в лишении жизни С.Д.В. и В. более активную роль ФИО5, который каждый раз первым приступал к реализации прямого умысла на их убийство, к которому с той же целью каждый раз присоединялась ФИО5, не находя в данном конкретном случае установленную в судебном заседании совокупность смягчающих обстоятельств исключительной, существенно уменьшающей степень общественной опасности содеянного каждым из подсудимых, принимая во внимание влияние назначаемого наказания на исправление каждого из них и на условия жизни их близких, суд приходит к твердому убеждению, что оснований для применения ст.ст.64, 73 УК РФ не имеется, и исправление каждого из них, предупреждение совершения каждым из них новых преступлений возможно лишь при назначении ФИО5 основного наказания и ФИО5 наказания в виде лишения свободы в условиях длительной изоляции от общества. 

При этом объективных препятствий по возрасту, состоянию здоровья, семейному положению и роду занятий ФИО5 и ФИО5 дальнейшему содержанию каждого из них под стражей не усматривается, не представлено таковых и стороной защиты. 

Помимо вышеизложенного, принимая во внимание конкретные фактические обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимой, преследуя одну из целей назначения наказания - предупреждение совершения ею новых преступлений, для дальнейшего исключения всякого занятия преступной деятельностью, суд ФИО5, имеющей место постоянного проживания на территории РФ, одновременно с основным наказанием находит необходимым назначить дополнительное наказание в виде ограничения свободы с установлением соответствующих ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст.53 УК РФ. 

ФИО5, не имеющему на территории РФ места постоянного проживания, в соответствии с ч.6 ст.53 УК РФ дополнительное наказание в виде ограничения свободы не назначается.

Вид исправительной колонии для отбытия наказания назначается ФИО5 в соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ, ФИО5 в соответствии с п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ.

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает с учетом мнения участников судопроизводства в соответствии со ст.81 УПК РФ. 

Согласно постановлениям органа следствия в ходе досудебного производства из средств федерального бюджета было выплачено вознаграждение за оказание ФИО5 юридической помощи адвокатам: Омариевой О.А. в сумме 12 050 рублей (т.7 л.д.37); Тихонову В.А. в сумме 40 300 рублей (т.7 л.д.39); за оказание ФИО5 юридической помощи адвокатам: Железняковой В.В. в сумме 4650 рублей (т.7 л.д.35); Полкову И.К. в сумме 3100 рублей (т.7 л.д.36); Сизовой С.М. в сумме 44 600 рублей (т.7 л.д.38).

Поскольку подсудимые ФИО5 и ФИО5 каждый выразил согласие с взысканием с него соответствующих вышеприведенных процессуальных издержек, вызванных вознаграждением адвокатов по назначению, то в соответствии с ч.2 ст.132 УПК РФ в отсутствие фактических и правовых оснований для освобождения каждого из подсудимых от возмещения процессуальных издержек, суд, принимая во внимание характер вины, степень ответственности за преступление, анкетные данные и имущественное положение каждого из подсудимых, полагает, что вышеприведенные процессуальные издержки, вызванные вознаграждением адвокатов, подлежат соответствующему взысканию с каждого из подсудимых в полном объеме.

Учитывая вышеприведенные данные о личности ФИО5 и ФИО5 и назначение каждому из них наказания в виде длительного реального лишения свободы, суд приходит к однозначному выводу о наличии достаточных, обоснованных и разумных оснований полагать, что, находясь на свободе, каждый из них может в целях избежания отбытия наказания скрыться от суда и органов, осуществляющих исполнение наказания, поэтому, руководствуясь требованиями ст.255 УПК РФ, для обеспечения условий дальнейшего производства по уголовному делу и исполнения наказания суд считает необходимым меру пресечения каждому из них до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - заключение под стражу. 

На основании изложенного, руководствуясь 302-304, 307-309 УПК РФ, суд 

Приговорил:

ФИО2 и ФИО3, каждого признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п.«а, в, ж» ч.2 ст.105 УК РФ, и назначить наказание:

ФИО2 - 17 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

ФИО3 - 12 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ в части назначенного дополнительного наказания в виде ограничения свободы ФИО3 установить следующие ограничения и возложить обязанность: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22 часов до 6 часов, не посещать места проведения массовых мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства (пребывания) и не выезжать за пределы территории соответствующего месту жительства (пребывания) муниципального образования без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; являться в этот орган 2 раза в месяц для регистрации.

Меру пресечения осужденным ФИО2 и ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - заключение под стражу.

Срок отбывания наказания: ФИО2 в соответствии с п.«а» ч.3.1. ст.72 УК РФ исчислять с учетом его фактического задержания и последующего содержания под стражей с 26.01.2019 года; ФИО3 исчислять с даты вступления приговора в законную силу. 

В соответствии с п.«б» ч.3.1. ст.72 УК РФ зачесть ФИО3 в срок лишения свободы время её задержания и содержания под стражей с 26.01.2019 года включительно по сутки, предшествующие дню вступления приговора в законную силу, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Взыскать в счет Федерального бюджета: с осужденного ФИО2 52350 рублей, выплаченные в качестве вознаграждения адвокатам Омариевой О.А., Тихонову В.А.; с осужденной ФИО3 52350 рублей, выплаченные в качестве вознаграждения адвокатам Железняковой В.В., Полкову И.К., Сизовой С.М..

Вещественные доказательства по делу по вступлении приговора в законную силу: хранящиеся в камере вещественных доказательств 

<

данные изъяты>: 

-фрагмент деревянной палки; клубок полимерной веревки; полимерную веревку белого цвета; нож с рукоятью оранжевого цвета и клинком металлического цвета; стеклянную рюмку; смывы вещества бурого цвета №№1, 2, 3 со стены; окурки №№1, 2, 3, 4; напильник; конверты из бумаги белого цвета с пояснительными надписями: «Следы рук изъяты в ходе осмотра места происшествия «23» 01 2019 года по адресу: 

<

адрес>»; «Кровь от трупа С.Д.В., ДД.ММ.ГГГГ.№ от ДД.ММ.ГГГГ СМЭ Х.Н.Е.»; «Срезы ногтевых пластин пальцев кистей от ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ.р. Заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ СМЭ подпись уд №»; «Следы рук изъяты в ходе осмотра места происшествия «04» 02 2019 года по адресу: 

<

адрес>»; «Следы рук изъяты в ходе осмотра места происшествия «04» 02 2019 года по адресу: 

<

адрес>»; «Образец-кровь на марле В.В.А. Акт № от 05.02.19г Судебно-медицинский эксперт подпись 07.02.19г подпись»; «Кожные лоскуты с ранами левой лобной области, левой височной области, правой заушной области головы и контрольный кожный лоскут от трупа В.В.А., № от 05.02.19г., смэ М.В.И.»; «Фрагмент свода черепа от трупа В.В.А., № от ДД.ММ.ГГГГ., смэ М.В.И.», брюки мужские спортивные черного цвета - уничтожить;

медицинские карты ФИО2 из ГБУЗ НО 

<

данные изъяты> и из ФКЛУ 

<

данные изъяты> - вернуть в указанные соответствующие организации.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции в течение 10 суток со дня провозглашения, а каждым из осужденных в тот же срок со дня вручения копии приговора с подачей жалобы или представления в Нижегородский областной суд.

Председательствующий (подпись) В.В. Мартынов