16RS0049-01-2019-004866-12

2-4107/19 

2.065

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

09 декабря 2019 года город Казань

Ново-Савиновский районный суд города Казани Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Л.М. Нуруллиной,

с участием прокурора Р.З. Бургановой,

при секретаре судебного заседания Г.М. Садыковой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Садоводческому некоммерческому товариществу «Казмелькомбинат №3» о восстановлении на работе и встречному иску Садоводческого некоммерческого товарищества «Казмелькомбинат №3» о признании трудового договора незаключенным и признании недействительным приказа о приеме на работу, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд к ответчику Садоводческому некоммерческому товариществу «Казмелькомбинат №3» о восстановлении на работе.

В обоснование своих требований истец указала, что в соответствии с трудовым договором от 01 апреля 2013 года истцом исполнялись обязанности --- в СНТ «Казмелькомбинат №3».

16 июня 2019 года в СНТ «Казмелькомбинат №3» появилось самовыбранное правление и председатель СНТ «Казмелькомбинат №3».

16 июня 2019 года был выбран председатель правления ФИО2, а 19 июня 2019 года были поданы документы на регистрацию в ЕГРЮЛ.

Протокол общего собрания от 16 июня 2019 года был размещен на стендах 23 июня 2019 года. С решением очно-заочного собрания от 16 июня 2019 года большинство членов не согласились, но ввиду непредставления копии протокола оспорить его не могут.

Несмотря на сложившуюся ситуацию, истцом выполняются добросовестно обязанности в соответствии с договором ---.

Однако 13 июля 2019 года истец от садоводов узнала, что 30 июня 2019 года с ней был расторгнут трудовой договор на основании приказа ФИО2 Приказ о расторжении договора истцу не вручался, с ним ее не ознакомили, на каком основании ее уволили ей неизвестно.

Никаких актов, уведомлений в связи с утратой доверия истцу не вручалось, ревизия не проводилась, факты хищения или недостачи денежных средств не установлены. Также у истца не затребовали объяснения, расчет по заработной плате не произведен.

Просила восстановить ее в должности --- в Садоводческом некоммерческом товариществе «Казмелькомбинат №3».

Ответчик СНТ «Казмелькомбинат №3» обратился в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1 о признании недействительным трудового договора №2 от 15 апреля 2013 года и взыскании государственной пошлины.

В ходе рассмотрения дела, с учетом увеличения и уточнения исковых требований в окончательной редакции истец по встречному иску просил признать незаключенным трудовой договор №2 от 15 апреля 2013 года и признать недействительным приказ о приеме на работе №1 от 15 апреля 2013 года, а также взыскать сумму государственной пошлины в размере 6000 рублей.

В обоснование уточненных требований истец по встречному иску указал, что второй экземпляр трудового договора у СНТ «Казмелькомбинат №3» отсутствует, об имеющемся трудовом договоре от 15 апреля 2013 года стало известно только из искового заявления ФИО1 Со стороны работодателя данный трудовой договор подписан ФИО3, полномочия которой на заключение, в том числе трудовых, договоров ограничены законодательством и Уставом СНТ «Казмелькомбинат №3».

По состоянию на 15 апреля 2013 года председателем правления СНТ «Казмелькомбинат №3» являлась ФИО3 Однако заключение трудового договора с бухгалтером-кассиром с назначением заработной платы в размере 5000 рублей в месяц не обсуждался на общем собрании членов СНТ «Казмелькомбинат №3», соответственно, расходы на оплату труда бухгалтера-кассира со всеми социальными гарантиями, а также расходы на оплату подоходного и иных налогов, исходя из указанной заработной платы, не закладывались в общую смету расходов за 2013 и последующие годы. Заключая данный договор, ФИО3 вышла за пределы своих полномочий, так как установление должностного оклада работникам по трудовому договору не входит в круг ее прав и обязанностей, а решение о заключении трудового договора не принималось общим собранием садоводов.

В протоколе общего собрания №1 от 14 апреля 2013 года со слов ФИО3 есть указание о том, что в смету расходов не включены расходы на трудовые договоры, для оказания услуг приглашались организации, штатное расписание не утверждалось.

Несмотря на то, что трудовой договор №2 от 15 апреля 2013 года содержит в себе противоречащие друг другу условия, какое-либо дополнительное соглашение не было заключено, соответственно, из указанного договора не усматривается время нахождения работника на рабочем месте и т.д. Считает, что содержание трудового договора №2 от 15 апреля 2013 года не соответствует нормам трудового законодательства, между сторонами не достигнуто соглашение по существенным условиям договора.

В установленное трудовым договором время ФИО1 не находилась на рабочем месте. Штатное расписание, на которое имеется ссылка в договоре, не утверждалось общим собранием СНТ «Казмелькомбинат №3».

В период с 2013 года до 2018 года председатель СНТ Казмелькомбинат №3» ФИО3 подписывала все финансовые документы, а ФИО1 в указанный период не находилась на рабочем месте с 9.00 до 18 часов. ФИО1 действительно принимала денежные средства от садоводов, однако указанная работа в СТН выполнялась на безвозмездной основе.

Каких-либо кадровых решений в отношении ФИО1 в СНТ не принималось, отсутствуют письменные доказательства того, что ФИО1 ознакомлена с правилами внутреннего трудового распорядка, должностной инструкцией и локальными актами, регулирующими оплату труда, расчетные листки не выдавались, заработная плата не начислялась и не выплачивалась, ФИО1 фактически не исполняла обязанности бухгалтера, у нее отсутствовало рабочее место.

Считает, что есть основания полагать, что трудовой договор №2 от 15 апреля 2013 года не был заключен между сторонами, а был в представленном виде составлен непосредственно перед подачей иска в суд. Подтверждением тому, в том числе, является оттиск печати, изготовленной позже даты, указанной в договоре.

В СНТ отсутствуют заявление ФИО1 о приеме на работу, решение заседания правления, договор о полной материальной ответственности, а представленные трудовой договор и приказ о приеме на работу вызывают сомнения в их подлинности и действительности.

Так, приказ о приеме на работу №1 от 15 апреля 2013 года подписан директором СНТ «Казмелькомбинат №3», однако такая должность отсутствует; проставлена печать, не существовавшая по состоянию на 15 апреля 2013 года; отсутствует дата ознакомления работника с приказом; должность указана «бухгалтер», тогда как по трудовому договору и уставу значится «Бухгалтер-кассир»; оклад установлен в размере 4000 рублей, а в трудовом договоре- 5000 рублей; основанием принятия приказа является трудовой договор №1 от 15 апреля 2013 года, тогда как в материалах дела имеется трудовой договор №2 от 15 апреля 2013 года. 

Таким образом, просил признать незаключенным трудовой договор №2 от 15 апреля 2013 года, признать недействительным приказ о приеме на работу №1 от 15 апреля 2013 года и взыскать с ФИО1 расходы по оплате госпошлины в размере 6000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 свои исковые требования поддержала полностью и просила их удовлетворить, во встречном иске просила отказать. Также представила возражение на заявление по встречному иску и просила применить к встречным требованиям срок исковой давности.

Представители ответчика и истца по встречному иску СНТ Казмелькомбинат №3» ФИО2, ФИО4 и ФИО5 в судебном заседании поддержали уточненное встречное исковое заявление по изложенным в нем доводам, в удовлетворении первоначального иска просили отказать.

Выслушав стороны, изучив представленные доказательства в их совокупности и рассмотрев дело в пределах заявленных требований, мнение прокурора, полагавшей первоначальный иск подлежащим удовлетворению, а встречный иск оставлению без удовлетворению, суд приходит к следующему.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии со статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии со ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Согласно п. 53 Постановления Пленума ВС РФ №2 от 17 марта 2004 года, работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Таким образом, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе, нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Как разъяснено в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами российской Федерации трудового кодекса Российской Федерации", судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части первой статьи 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты довериям к ним. При установлении в предусмотренном законом порядке факта совершения хищения, взяточничества и иных корыстных правонарушений эти работники могут быть уволены по основанию утраты к ним доверия и в том случае, когда указанные действия не связаны с их работой.

Таким образом, пунктом 7 статьи 81 Трудового кодекса РФ предусмотрено расторжение трудового договора с лицом, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают повод для утраты к нему доверия со стороны работодателя. При этом работниками, непосредственно обслуживающими денежные или товарные ценности, признаются лица, осуществляющие прием, хранение, транспортировку, переработку и реализацию этих ценностей. При увольнении работника по указанному основанию необходимо, чтобы была доказана вина работника в причинении ущерба и его трудовая функция была связана с их непосредственным обслуживанием. По мотиву утраты доверия могут быть уволены работники, совершившие умышленно или по неосторожности действия, которые имели или могли иметь вредные последствия, то есть причинили или могли причинить имущественный вред, и когда имеются конкретные факты, оформленные документами, подтверждающими невозможность доверять работнику ценности. При установлении в предусмотренном законом порядке факта совершения хищения, взяточничества или корыстных правонарушений работники могут быть уволены по основанию утраты к ним доверия и в том случае, когда указанные действия не связаны с их работой.

В соответствии с положениями ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Судом установлено, что 15 апреля 2013 года СНТ «Казмелькомбинат №3» заключило с ФИО1 трудовой договор №2, в соответствии с которым она принята на работу в СНТ «Казмелькомбинат №3» на должность --- 

Приказом СНТ «Казмелькомбинат №3» от 15 апреля 2013 года ФИО1 принята на работу бухгалтером по совместительству на основании трудового договора от 15 апреля 2013 года.

Приказом СНТ «Казмелькомбинат №3» №300619/1 от 30 июня 2019 года ФИО1 уволена с должности --- СНТ «Казмелькомбинат №3» в соответствии с пунктом 7 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (так указано в приказе) за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти деяния дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Основанием увольнения являются: акт №2706119/1 об отказе ФИО1 вернуть запрашиваемые финансовые документы СНТ Казмелькомбинат №3» и печать от 27 июня 2019 года, уведомление в связи с утратой доверия от собственников и членов СНТ Казмелькомбинат №3» от 16 июня 2019 года (л.д.36).

Из акта №270619/1 от 27 июня 2019 года следует, что 27 июня 2019 года в 19.50 часов на садовом участке №6 СНТ «Казмелькомбинат №3» ФИО2 попросил ФИО1, являющуюся --- СНТ «Казмелькомбинат №3» передать ФИО2 печать СНТ, кассовую книгу, приходные и расходные ордера СНТ.

ФИО1 сообщила, что требуемых документов и печати СНТ у нее нет. Со слов ФИО1 она передала все документы и печать бывшему члену правления СНТ ФИО3 Объяснить причину на каком основании ФИО1 отдала финансовые документы и печать лицу, которое с 11 августа 2018 года написала заявление по собственному желанию об увольнении с должности председателя правления СНТ «Казмелькомбинат№3» и с 16 июня 2019 года не является членом СНТ, ФИО1 не смогла (л.д.41).

Из возражения представителя ответчика ФИО2 следует, что 30 июня 2019 года состоялось заседание правления СНТ «Казмелькомбинат №3», где было вынесено решение, согласно протоколу №5 заседания правления СНТ, издать приказ об увольнении бухгалтера-кассира СНТ ФИО1 в связи с утратой доверия. В этот день ФИО1 приказ об увольнении отказалась принять, в связи с чем, был составлен соответствующий акт (л.д.38).

Из акта №300619/2 от 30 июня 2019 года следует, что 30 июня 2019 года в 18.00 часов на садовом участке №6 СНТ «Казмелькомбинат №3» ФИО2 хотел ознакомить и вручить лично в руки ФИО1 приказ о ее увольнении. ФИО1 была на участке №6 СНТ «Казмелькомбинат №3», но выти к ним ознакомиться и получить данный приказ лично в руки ФИО1 отказалась. После этого ФИО2 зачитал присутствующим приказ об увольнении ФИО1, после чего был составлен акт об отказе ФИО1 ознакомиться и получить лично в руки приказ об увольнении. Данный акт подписан садоводами и председателем правления СНТ «Казмелькомбинат №3» (л.д.43).

Разрешая требования ФИО1 о восстановлении на работе, суд приходит к следующему.

Как уже указывалось выше, в силу положений части 1 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Данные нормативные положения направлены на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, и на предотвращение необоснованного применения такого дисциплинарного взыскания.

Как установлено в судебном заседании, до издания приказа об увольнении от ФИО1 работодателем не было затребовано письменное объяснение.

Сама ФИО1 пояснила, что только 13 июля 2019 года от садоводов узнала о приказе об увольнении, приказ об увольнении ей не вручался, расчет с ней не произведен.

В опровержение данных доводов истицы ответчиком каких-либо доказательств не представлено.

Учитывая, что необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка до привлечения к дисциплинарной ответственности является обязательным условием ее наступления, а вывод о виновности работника в совершении проступка не может быть основан лишь на предположениях работодателя, предоставление работником объяснений по факту вменяемого проступка является обязательным условием до решения работодателем вопроса о применении к работнику дисциплинарного взыскания. В случае если вопрос о применении дисциплинарного взыскания решается работодателем без истребования объяснения работника либо до истечения предусмотренных трудовым законодательством двух рабочих дней после истребования письменных объяснений, то порядок применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения считается нарушенным, а увольнение в силу ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в этом случае нельзя признать законным.

Кроме того, в судебном заседании представитель ответчика ФИО2 пояснил, что после того как ФИО1 отказалась получить приказ об увольнении, данный приказ ФИО1 был направлен почтой простым письмом, доказательств направления копии приказа об увольнении у него не имеется.

Данное обстоятельство также подтверждает факт нарушения работодателем процедуры увольнения.

Таким образом, с учетом изложенного суд считает требования ФИО1 о восстановлении на работе подлежащими удовлетворению, она подлежит восстановлению в должности --- в Садоводческом некоммерческом товариществе «Казмелькомбинат №3» с 30 июня 2019 года.

Также суд отмечает, что ответчиком не представлено неоспоримых доказательств совершения истцом виновных действий, дающих основание для утраты доверия, а лишь в акте от 27 июня 2019 года отражено то, что ФИО1 не представила документы СНТ.

Более того, решением Ново-Савиновского районного суда города Казани РТ от 19 сентября 2019 года обязанность по возврату документов СНТ «Камелькомбинат №3», в том числе приходные-расходные ордера с кассовыми книгами, возложена на бывшего председателя СНТ ФИО3

Данное обстоятельство также свидетельствует об отсутствии доказательств для применения к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения в связи с утратой доверия.

Разрешая встречные исковые требования, суд приходит к следующему.

В силу части 4.1 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске в связи с истечением срока исковой давности или признанием неуважительными причин пропуска срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

СНТ «Казмелькомбинат №3» просит признать незаключенным вышеуказанный договор №2 от 15 апреля 2013 года и признать недействительным приказ о приеме на работу от 15 апреля 2013 года.

В судебном заседании ФИО1 просила применить срок исковой давности к встречным исковым требованиям.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии части 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 пояснил, что о наличии трудового договора с ФИО1 ему стало известно только в августе 2019 года. На должность председателя СНТ он был избран в июне 2019 года. ФИО1 не передавала ему документы СНТ.

Кроме того, ФИО2 пояснил, что приказ об увольнении ФИО1 был издан для того, чтобы не допускать ФИО1 к материальным ценностям СНТ, поскольку доверие к ней было утрачено. Увольнение ФИО1 не свидетельствует о заключении трудового договора.

Судом установлено, что имеется трудовой договор №2 от 15 апреля 2019 года и приказ о приеме ФИО1 на работу. 

В силу абзаца 1 и 2 статья 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется: трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из настоящего Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права.

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В материалы дела истцом предоставлена копия трудового договора №2 от 15 апреля 2013 года, заключенного с СНТ «Казмелькомбинат №3».

Как было указано выше, ФИО1 восстановлена на работе в должности бухгалтера в СНТ «Казмелькомбинат №3».

При этом суд учитывает тот факт, что, увольняя ФИО1 с должности --- СНТ «Казмелькомбинат №3», работодатель тем самым признал факт осуществления трудовых отношений ФИО1 в СНТ «Казмелькомбинат №3». Обратное в судебном заседании ответчиком по первоначальному иску не доказано.

Таким образом, работодателю было известно об исполнении ФИО1 трудовых отношений с 2013 года.

Со встречным иском СНТ «Казмелькомбинат №3» обратилось 07 октября 2019 года, то есть по истечении шести лет с момента заключения трудового договора и издания приказа о приеме ФИО1 на работу.

Таким образом, в иске СНТ «Казмелькомбинат №3» о признании незаключенным трудового договора и признании недействительным приказа о приеме на работу №1 от 15 апреля 2013 года надлежит отказать в связи с пропуском срока исковой давности.

Доводы представителя ответчика ФИО2 о том, что о наличии трудового договора ему, как вновь избранному председателю СНТ, стало известно только в августе 2019 года и, соответственно, срок исковой давности не пропущен, суд считает не состоятельными, так как в соответствии с действующим законодательством смена председателя СНТ не влияет на начало течения срока исковой давности.

Суд также отмечает, что требование о признании недействительным приказа о приеме на работу не имеет материльно-правового обоснования, поскольку нормами трудового права не предусмотрена возможность признания недействительными приказов, изданных в рамках трудовых правоотношений в силу специфики предмета и метода регулирования трудовых отношений. 

Кроме того, издание приказа о приеме на работу является следствием заключения трудового договора между вышеуказанными сторонами, а поскольку судом установлено заключение трудового договора и выполнение ФИО1 трудовых функций, то и требование о признании недействительным приказа о приеме на работу является необоснованным. 

Требование о взыскании с ФИО1 государственной пошлины в размере 6000 рублей удовлетворению не подлежит в связи с отказом во встречном иске.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Садоводческому некоммерческому товариществу «Казмелькомбинат №3» о восстановлении на работе удовлетворить.

Восстановить ФИО1 в должности --- в Садоводческом некоммерческом товариществе «Казмелькомбинат №3» с 30 июня 2019 года.

В удовлетворении встречных исковых требований Садоводческого некоммерческого товарищества «Казмелькомбинат №3» к ФИО1 о признании трудового договора незаключенным и признании недействительным приказа о приеме на работу отказать.

Решение в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Татарстан через Ново-Савиновский районный суд города Казани в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Л.М. Нуруллина