К делу № 2-646/2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Мостовской 18 июля 2019 года

Мостовской районный суд Краснодарского края в составе: председательствующего судьи Селюдеевой О.Г.,

при секретаре Шульгиной Н.Н.,

с участием представителей

истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО3 к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 в лице своего представителя ФИО1, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности от 16.04.2019, обратилась в суд с иском ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества, в котором просила признать недействительным договор купли-продажи квартиры № 

<

номер>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный между нею и ответчиком.

Исковые требования мотивированы тем, что истице на основании свидетельства о праве на наследство по закону ранее принадлежала квартира №

<

номер> по указанному адресу. Квартира №

<

номер> принадлежит её сыну ответчику ФИО4, кроме которого у нее есть еще два сына- 

<

К.С.П.> и 

<

К.А.П.>

В начале 2019 года 

<

К.С.П.> обнаружил, что в её паспорте указан адрес регистрации по месту жительства- не 

<

адрес>, а –просто 

<

адрес>, после этого возникли сомнения в том, что она является собственником квартиры №

<

номер>.Ответчик несколько лет назад возил её для подписания каких-то документов, связанных со строительством пристройки к своей квартире №

<

номер>.Ни ответчик, ни другие лица при подписании не объясняли ей сути подписываемых ею документов.

Истица считает, что ответчик обманул её, введя в заблуждение о действительных своих намерениях- покупать квартиру или производить достройку. Согласно выписке из ЕГРН жилой дом по ул.

<

адрес>, общей площадью 104,4 кв.м. принадлежит на праве собственности ответчику, дата государственной регистрации 13.03.2015. Истица точно помнит, что не могла продать принадлежащую ей квартиру ответчику, так как другой сын 

<

К.А.П.> более нуждается жилье.

Просит признать сделку купли-продажи квартиры недействительной, так как ответчик ввёл её в заблуждение относительно природы сделки.

В судебном заседании истица ФИО3 и ее представитель ФИО1 поддерживали исковые требования и просили их удовлетворить, приведя в обоснование изложенные в иске доводы. При этом ФИО3 первоначально пояснила, что никакой продажи не было. Сын Виктор с невесткой попросили её помочь им оформить пристройку, сказали, что от неё требуется подписать какие-то документы. Её привезли к адвокату-женщине, которая объяснила, что надо оформить жильё, что пристройка сына, а он будет ей помогать. Она подписывала документы, не читая, так как доверяла сыну. Ещё её возили туда, где делают документы. У неё возникли подозрения, что сын оформил всё на себя, когда ей пришла пенсия, а счет за коммунальные услуги не пришёл, тогда она подумала, что пусть так и будет. В этом году сын 

<

С.> взял её паспорт для оформления пенсии и сказал, что она прописана на 

<

адрес>, тогда они поняли, что Виктор всё на себя оформил. Она обратилась к Виктору с напоминанием, что он обещал 

<

К.С.> не обидеть, но он отказался от своего обещания и перестал с ней общаться. Денег от Виктора она точно не получала, в паспортный стол менять прописку не ездила, наверно, сын брал её документы, сам всё делал.

В ходе допроса свидетеля 

<

В.Л.В.> истица дополнительно пояснила, что она собиралась оформить дарственную на сына Виктора (ответчика ФИО4), чтобы он оформил пристройку, а потом передал квартиру сыну 

<

К.С.>. Она думала, что дарение подписывает, а не куплю-продажу. В ходе допроса свидетеля 

<

К.И.Н.> истица дополнительно пояснила, что после подписания документов Виктор попросил её не говорить другим сыновьям о совершенном, она набралась терпения и не говорила им, пока они сами не узнали.

На заявление стороны ответчика о применении к требованиям ФИО3 срока исковой давности представитель истицы ФИО1 пояснил, что о нарушении своего права истице стало известно в конце февраля 2019 года, когда сын 

<

К.С.П.> при оформлении своей пенсии из её паспорта увидел, что изменился адрес регистрации и сообщил об этом матери. Возражал против применения срока исковой давности, считая, что он не пропущен.

Представитель ответчика ФИО4 ФИО2 возражал против удовлетворений исковых требований ФИО3, при этом просил применить к заявленным требованиям срок исковой давности и пояснил, что 27.02.2013 стороны заключили договор купли-продажи квартиры №

<

адрес>, а также земельного участка при нём площадью1289,8 кв.м., согласно которому сумма сделки-200 000 рублей была получена продавцом (ФИО3) до подписания договора купли-продажи. Истица лично присутствовала в Мостовском отделе Росреестра, лично ознакамливалась с текстом договора, о чем свидетельствует её подписи в договоре и акте приёма-передачи, в котором указано, что стоимость отчуждаемой недвижимости оплачена покупателем продавцу полностью, и стороны друг к другу претензий не имеют, других документов о расчете не имеется. Исполнение сделки началось с 27.02.2013.С этого момента следует исчислять срок исковой давности, который в силу ч.2 ст.181 ГК РФ составляет один год, пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для вынесения судом решения об отказе в иске. Ответчик не вводил истицу в заблуждение относительно природы сделки. ФИО3 не является недееспособной либо ограниченно дееспособной, не страдает психическими заболеваниями, является здравомыслящим адекватным человеком, имеет образование, способна читать и писать, что подтверждается её записями и подписями в документах для сделки, а следовательно, знала либо должна была знать о предмете и последствиях заключенной сделки.

Заслушав стороны, свидетелей, изучив материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признании ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная).

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с п. 3 п. 2 ст. 178 ГК РФ сделка, при наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки.

В силу ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Исходя из приведенных норм закона, бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ст. 178 ГК РФ, возложено на истца.

В судебном заседании установлено, что 27.02.2013 между истицей ФИО3 и ответчиком ФИО4 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: квартиры общей площадью 37,7 кв.м., жилой площадью 21,9 кв.м. со строениями и сооружениями, а также земельного участка, с кадастровым номером 

<

номер>, площадью 1289,8 кв.м., расположенных по адресу: 

<

адрес> Цена по договору составила: 200 000 рублей, квартира оценена сторонами в сумме 100 000 рублей и земельный участок оценен сторонами в 100 000 рублей.

Указанное в договоре недвижимое имущество было передано ответчику ФИО4, что подтверждается актом приема-передачи от 27.02.2013.

Данный договор отвечает требованиям ст. 549-550 ГК РФ, сторонами исполнен и за ответчиком было зарегистрировано право собственности на приобретенные объекты недвижимости. В регистрационных делах, истребованных судом из Росреестра, содержатся также расписки в получении документов на государственную регистрацию и заявления ФИО3 о регистрации перехода права собственности на квартиру и земельный участок на основании договора купли-продажи, датированные 27.02.2013, а также имеется согласие супруги ФИО4 –

<

К.И.М.>.на покупку недвижимо имущества. 

В качестве доказательств в подтверждение своих доводов о том, что заключая оспариваемый договор купли-продажи, она заблуждалась относительно правовой природы сделки, истицей ФИО3 представлены показания свидетелей 

<

К.С.П.>., 

<

К.И.М.>., 

<

Д.Л.А.>

Так, свидетель 

<

К.С.П.> пояснил, что в этом году при оформлении в пенсионном отделе пособия по уходу за матерью он взял у неё паспорт и по изменению прописки понял, что мать не является хозяйкой своей квартиры. Он спросил у матери, как такое произошло, на что она толком ничего пояснить не могла, единственное сказала, что Виктор её куда-то возил, она подписывала документы для оформления пристройки, не читала их. До этого в семье не было разговоров об отчуждении квартиры, все знали о том, что мать хотела свою квартиру передать 

<

К.С.>, так как он без жилья.

Свидетель 

<

К.И.М.> в судебном заседании показала, что когда в этом году они с мужем увидели прописку свекрови в паспорте -

<

адрес>, а не прежнюю- 

<

адрес> то поняли, что всё домовладение переоформлено на Виктора. Они спросили об этом у свекрови, та ответила, что не знает, как это произошло, и что Виктор брал у неё технический паспорт и домовую книгу для оформления пристройки. Ей известно, что мать планировала отписать квартиру сыну 

<

К.С.>, это обсуждалось ещё при жизни отца.

Свидетель 

<

Д.Л.А.> дала показания о том, что истица приходится ей тётей, с которой она хорошо общается. Тётя всегда говорила, что так как половину домовладения они с мужем отдали Виктору, то вторая половина причитается 

<

К.С.>, у остальных ребят жильё имеется. Три месяца назад тётя ей сказала, что она подписывала бумаги, не читая их и доверяя Виктору, а он всё оформил на себя. Также тётя жаловалась на то, что Виктор не разговаривает с ней, плохо относится, внук хочет вселиться к ней.

Из показаний указанных свидетелей следует, что об обстоятельствах подписания договора со стороны ФИО3 им известно исключительно со слов последней, а с учетом нестабильных пояснений истицы в судебном заседании, которая сначала отрицала своё намерение на совершение какой-либо сделки, затем пояснила о желании заключить сделку дарения, а не купли-продажи, чем подтвердила факт распоряжения имуществом, впоследствии указала, что скрывала это от родственников, пока они сами не узнали, суд не может принять показания данных свидетелей в качестве достоверных доказательств, подтверждающих нахождение истицы в заблуждении при совершении оспариваемой сделки. 

Тот факт, что ФИО3 осознавала, что заключает именно сделку купли-продажи принадлежащих ей квартиры и земельного участка, в судебном заседании подтвердила свидетель 

<

В.Л.В.>., которая пояснила, что она работает в области оформления недвижимости, более 5 лет назад к ней сначала обратился один ФИО4 с вопросом об оформлении реконструкции квартиры, что было проблематично и затратно. Она посоветовала ему упростить процесс, но для этого требовалось объединение двух квартир одного домовладения. После чего ФИО4 пришел со своей матерью ФИО3, собственником соседней квартиры и она объяснила ей о необходимости объединения квартир. ФИО3 сказала, что не может оформить дарение, так как у нее имеется еще сын, которому она обещала передать деньги, при этом сама ФИО3 назвала сумму продажи -200 000 рублей. Так как покупатель состоял в браке, она отправила их оформлять согласие супруги на сделку купли-продажи, после чего стороны пришли снова. Она составила договор купли-продажи, прочитала его вслух, ФИО3 и ФИО4 в её присутствии подписали его и ушли на регистрацию. При ней супруга ФИО4 предлагала ФИО3 расчет наличными деньгами, но она попросила это сделать без неё. Момент передачи денег она не видела, небольшая сумма сделки её не удивила, так как по поведению сторон, являющихся близкими родственниками, было видно, что они договорились на таких условиях.

Оснований не доверять показаниям свидетеля 

<

В.Л.В.> у суда не имеется, её пояснения согласуются с письменными доказательствами- договором купли-продажи от 27.02.2013 и актом приема-передачи к нему, документами регистрационных дел. 

В нарушение ч.1 ст. 56 ГПК РФ, истицей ФИО3 не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что со стороны ответчика имело место введение её в заблуждение относительно правовой природы сделки, либо обман, а также то, что деньги от ФИО4 по договору купли-продажи она не получала. Представленная истицей для подтверждения факта неполучения денежных средств от ответчика выписка из лицевого счёта по вкладу, согласно которой остаток по её счету на 09.03.2013 составляет 10 056, 85 рублей - сама по себе не свидетельствует о том, что денежные средства не передавались другим путем. В п.2.2 договора купли-продажи от 27.02.2013 установлено и дополнительно указано в акте приема-передачи к договору о том, что стоимость недвижимости оплачена покупателем продавцу полностью до подписания договора. 

Более того, спустя два года после заключения договора купли-продажи, стороны подтвердили исполнение договора купли-продажи квартиры. Согласно сведениям, полученным из ОВМ ОМВД России по Мостовскому району, ФИО3 17.03.2015 через МФЦ обратилась с заявлением о снятии с регистрационного учета по прежнему месту жительства по адресу: 

<

адрес>, одновременно ею было подано заявление о регистрации по адресу: 

<

адрес>, при этом указано, что жилое помещение предоставлено ФИО4 На заявлениях имеются надписи об удостоверении подписей ФИО3 должностным лицом МФЦ.

Таким образом, поскольку факты того, что ФИО3 была введена в заблуждение относительно юридической природы спорного договора купли-продажи недвижимого имущества, либо на момент его заключения действовала под влиянием обмана, в судебном заседании не нашли своего подтверждения, то суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО3 

Кроме того, заслуживает внимание довод ответчика о пропуске истицей срока исковой давности. В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Учитывая, что истица ФИО3 узнала об оспариваемом договоре не позднее 27.02.2013, суд считает, что с данного момента началось течение срока исковой давности. ФИО3 обратилась в суд с иском 23.05.2019 года, то есть с пропуском срока, предусмотренного ст.181 ГК РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.198-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества - отказать.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий судья О.Г. Селюдеева