Дело № 2-1586/2025

36RS0003-01-2025-001237-32

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Воронеж 29 октября 2025 г.

Левобережный районный суд города Воронежа в составе председательствующего судьи Наумовой Е.И.,

при секретаре Мироновой В.В.,

с участием прокурора Землянухиной О.В.,

истца ФИО3,

представителей истца ФИО3 по ордеру адвокатов Громовой К.П., Чермашенцева Н.И.,

ответчика ФИО4,

представителя ответчика ФИО4 по ордеру адвоката Жестокановой А.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением и по встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском по тем основаниям, что она является собственником квартиры общей площадью 68,8 кв. м, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Она и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, состояли в зарегистрированном браке.

На основании решения Левобережного районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ брак прекращен, произведен раздел совместно нажитого имущества.

Согласно выписке из домовой книги в спорной квартире зарегистрированы: она, ФИО2, ее дочь ФИО12

В настоящее время в спорном жилом помещении фактически проживают: она, ее дочь ФИО12

ФИО2 фактически проживает по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, с новой гражданской женой.

Так как квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, принадлежим им на праве общей долевой собственности, по 1/2 доле за каждым, она в свою очередь дает согласие и предоставляет возможность на пользование и проживание в своей 1/2 доле ФИО2 совместно с проживающими с ним лицами. А ФИО2 обязуется в свою очередь сняться с регистрационного учета по данному адресу добровольно.

С января 2025 г. ФИО2 в спорном жилом помещении не проживает, его вещей в квартире нет, так как сам лично их вывез, расходов по содержанию жилого помещения не несет.

Но свои обещания ФИО2 не сдержал, не снялся с регистрационного учета.

ФИО2 членом ее семьи не является, в жилом помещении не проживает, его регистрация в спорной квартире нарушает ее права как собственника жилого помещения.

Так как у ФИО2 есть в собственности другое жилое помещение (1/2 доля), а также то, что она предоставляет ему для пользования свою 1/2 долю, оснований, предусмотренных ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, не имеется.

Просит признать ФИО2 утратившим право пользования квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, и снять его с регистрационного учета (том 1 л. д. 5-6).

От ответчика ФИО2 поступило встречное исковое заявление, в котором он указывает, что ДД.ММ.ГГГГ между ним и ФИО1 был заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передает одаряемому в собственность двухкомнатную квартиру площадью 68,8 кв. м, расположенную по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>.

При заключении сделки воля сторон не была направлена на передачу квартиры в собственность одаряемой, о чем свидетельствует тот факт, что даритель продолжает проживать в указанной квартире, пользоваться ею, что подтверждается самой одаряемой, которая указала, что он только с января 2025 г. в спорном жилом помещении не проживает.

Объект недвижимости являлся и является единственным жилым помещением для дарителя, в связи с чем очевидно, что у дарителя не было цели безвозмездного отчуждения данного объекта недвижимого имущества.

Таким образом, фактическая передача дара одаряемому дарителем не осуществилась: на протяжении всего времени с момента дарения даритель проживал и проживает в спорной квартире, оплачивает со своего расчетного счета коммунальные платежи, газ, электроэнергию, интернет и кабельное ТВ, со своих личных средств от продажи квартиры, доставшейся ему по наследству, он приобрел в спорную квартиру дорогостоящую мебель на кухню и в прихожую, обновил всю бытовую технику, осуществлял мелкий ремонт квартиры – все эти акты свидетельствуют об отсутствии у дарителя намерения дарить имущество одаряемой.

Даритель имеет там постоянную регистрацию, указанная квартира является его постоянным местом жительства, он несет бремя ее содержания, в то время как названным договором дарения такие условия не предусмотрены, то есть оспариваемая сделка была заключена без намерения создать соответствующие юридические последствия.

На момент заключения договора дарения даритель и одаряемый находились в браке более 5 лет, с ДД.ММ.ГГГГ В 2018 г. дарителю врачи диагностировали тяжелое заболевание печение, с которым долго не живут (гепатит С, цирроз). Одаряемая в тот момент не имела в собственности своего жилья на территории РФ, так как была уроженкой и гражданкой Грузии, будучи здоровой и младше дарителя на 15 лет, она пообещала осуществлять за дарителем уход как за тяжело больным человеком в обмен на заключение договора дарения с правом пожизненного проживания в квартире. Кроме того, еще одной причиной того, что ФИО1 настаивала на срочном заключении договора, являлся тот факт, что у него имеется взрослый сын от первого брака, и она опасалась, что в последний момент квартира достанется не ей, а ее родному сыну.

Одаряемая выбрала момент, когда даритель особенно плохо себя чувствовал, повезла его заключать договор дарения, обязалась, что он будет до смерти проживать в своей квартире, а она будет за ним ухаживать. При заключении оспариваемого договора дарения квартиры, он полагал, что со стороны одаряемой ему будет предоставлено встречное предоставление по осуществлению за ним ухода и пожизненного проживания в квартире. В связи с тем, что она длительное время была его супругой, поэтому он поверил ей как родному человеку и подписывал, не читая документы, которые она ему предлагала подписать. Желания дарить квартиру без права пожизненного проживания у него не имелось. Одаряемая же сознательно ввела его в заблуждение относительно условий заключаемого договора дарения, в отношении жилого помещения никаким образом не отражено сохранение за ним права проживания в подаренном жилом помещении. К нотариусу они не обращались, договор был зарегистрирован в МФЦ 

<

адрес>, в отсутствие дарителя, по доверенности, поэтому все последствия заключаемого им договора дарения квартиры ему не были разъяснены. При этом ни копий, ни оригиналов подписанных документов ему не выдавали. Даритель не имел оснований не доверять своей супруге относительно вопросов, связанных с оформлением права собственности на жилое помещение, и соответственно, будучи введенным в заблуждение, не потребовал документов, подтверждающих данный факт. Оспариваемый договор дарения был совершен под влиянием заблуждения со стороны одаряемого, вследствие его плохого состояния из-за болезни и влияния на него супруги. В период, предшествовавший заключению договора дарения, даритель неоднократно проходил лечение от алкоголизма на дому и в специализированной клинике «Real Lafe» ООО «АС-Сервис».

В июне 2023 г. одаряемая сама расторгла с ним брак и переехала жить в однокомнатную квартиру, которая была приобретена на денежные средства от продажи квартиры, доставшейся ему по наследству, по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, и которая также была приобретена на одаряемую в период их брака в одно и тоже время с договором дарения в 2019 г., когда даритель тяжело заболел и плохо себя чувствовал.

ДД.ММ.ГГГГ когда он находился на суточном дежурстве, одаряемая приехала в квартиру со своим сожителем, поменяла входные замки и увезла часть его вещей в квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>. До февраля 2025 г. он проживал в спорной квартире, полагая, что он освободит ее только после своей смерти. В связи с тем, что даритель опечатала входные двери и препятствует проходу в спорную квартиру, он обратился с заявлениями в полицию и прокуратуру о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч. 4 ст. 159 УК РФ – мошенничество.

Совокупность представленных доказательств свидетельствует о том, что при заключении оспариваемого договора дарения квартиры, он полагал, что со стороны одаряемой ему будет предоставлено встречное предоставление по осуществлению ухода за ним и предоставлению в бессрочное и безвозмездное пользование жилого помещения и обязательства после смерти дарителя распорядиться предметом дарения по усмотрению одаряемой, что в силу ст. 572 ГК РФ не позволяет отнести такой договор к договорам дарения, а кроме того договор дарения прикрывал собой сделку по распоряжению имуществом на случай смерти дарителя, то есть завещание, что предусмотрено ч. 3 ст. 572 ГК РФ в качестве самостоятельного основания для признания такой сделки ничтожной, в связи с чем есть все правовые основания для признания договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде возврата жилого помещения в собственность дарителя.

Просит признать договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО1, недействительным и применить последствия недействительности сделки в виде возврата жилого помещения в собственность ФИО2

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить, в удовлетворении встречных исковых требований отказать. Указав, что ответчик действует недобросовестно, так как с момента заключения договора дарения она вступила во владение и пользование квартирой. После перехода к ней права собственности на квартиру ею были заключены договора с организациями – поставщиками коммунальных услуг. С указанного времени, то есть с 2020 г. за ФИО2 не начисляется налог на недвижимое имущество, она производит оплату налога, а также оплачивает коммунальные услуги. До 2025 г. ФИО2 проживал в спорной квартире, и ему было известно, кто производит оплату и от чьего имени подаются все заявления, связанные с владением и пользованием квартирой. Кроме того, она полагает, что ФИО2 пропущен срок исковой давности, установленный законом, так как с момента регистрации сделки по переходу права собственности прошло более 5 лет.

Представители истца ФИО1 по ордеру адвокаты ФИО5, ФИО6 в судебном заседании поддержали требования ФИО1, просили их удовлетворить, в удовлетворении встречных исковых требований отказать.

В судебном заседании ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 возражал против удовлетворения исковых требований, просил удовлетворить его встречные исковые требования. Пояснив, что при подписании договора дарения был веден в заблуждение, он предполагал, что будет проживать в спорной квартире до момента смерти. В МФЦ копию договора дарения не получал, о содержании договора не знал. Проживал в спорной квартире до момента, когда его бывавшая супруга поменяла замки на входной двери в квартире.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО2 по доверенности и ордеру адвокат ФИО7 в судебном заседании полагала, что имеются все основания для удовлетворения встречных исковых требований ФИО2, поскольку оспариваемый договор дарения был совершен под влиянием заблуждения со стороны одаряемого, вследствие его плохого состояния из-за болезни и влияния на него бывшей супруги.

Представитель третьего лица ОП № УМВД России по 

<

адрес> в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещены своевременно и надлежащим образом.

Суд, выслушав объяснения сторон, их представителей, заключение прокурора, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п. 3 и п. 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2 ст. 209 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Пунктом 2 ст. 8.1 ГК РФ предусмотрено, что права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в ЕГРН органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней (п. 1 ст. 131 ГК РФ).

Пункт 3 ст. 433 ГК РФ предусматривает, что договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) заключен договор дарения квартиры, согласно которому даритель безвозмездно передает в собственность, а одаряемый принимает квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, площадью 68,8 кв. м, 2 этаж (том 1 л. д. 83-84).

Право собственности ФИО1 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, зарегистрировано в ЕГРН – ДД.ММ.ГГГГ, запись регистрации № (том 1 л. д. 46-50).

Как следует из копии регистрационного дела в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 подано заявление в Управление Росреестра по 

<

адрес> о государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру, ФИО1 – заявление о государственной регистрации права собственности на данную квартиру, в заявлениях имеются подписи ФИО2, ФИО1 (том 1 л. 

<

...>).

Государственная услуга по регистрации перехода права на объект недвижимости и государственной регистрации прав оказана сторонам сделки в филиале АУ «МФЦ» в 

<

адрес> (том 1 л. 

<

...>).

Для заключения договора дарения необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (п. 3 ст. 154 ГК РФ).

Для дарителя последствием заключения договора дарения является прекращение права собственности на принадлежащее ему имущество безвозмездного предоставления взамен, не требующего от одаряемого выполнение каких-либо условий (п. 1 ст. 572 ГК РФ).

Как следует из договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 подарил ФИО1 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, то есть выразил свою волю на отчуждение недвижимого имущества.

В связи с чем доводы ответчика ФИО2 о том, что договор заключен в отсутствие дарителя либо доверенности на представление его интересов, не находят своего должного подтверждения и опровергаются полученными судом доказательствами (том 1 л. д. 79).

Согласно копии домовой книги (по квартирной карточки) в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, зарегистрированы ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО12 с ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л. д. 8).

Как следует из копии финансового лицевого счета на квартиру по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, лицевой счет на данную 

<

адрес> открыт на истца ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л. д. 140).

Решением Левобережного районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО1 и ФИО2 расторгнут. Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (л. д. 9-21).

Из представленных ФИО1 квитанций следует, что заявитель от своего имени осуществляет оплату коммунальных услуг и налогов, то есть приняла во владение и пользование недвижимое имущество.

Договор дарения считается заключенным с момента непосредственной передачи дарителем вещи во владение, пользование и распоряжение одаряемого.

Как установлено судом, ФИО2 после заключения договора дарения и регистрации перехода права собственности на квартиру фактически передал недвижимое имущество ФИО1, что подтверждается копиями платежных документов.

В судебном заседании по ходатайству сторон допрошены свидетели.

Свидетель ФИО8 суду пояснила, что она знает семью ФИО14 с 2019 

<

адрес> ФИО1 – Анна была замужем за ее сыном, но брак в настоящее время расторгнут. Про договор дарения что-либо пояснить не может, поскольку о нем ничего не знает. Истец часто устраивала скандалы своему бывшему мужу, когда он болел, не принимала меры по его лечению. Когда заявитель выгнала из квартиры своего бывшего мужа ФИО2, она помогала ему перевести его вещи на другую квартиру.

Свидетель ФИО9 пояснил суду, что ФИО2 прожил с женой недолго, в квартиру, где он с ней жил, покупал мебель, технику, сделал в квартире дорогостоящий ремонт. Кроме того ФИО2 часто болел, лечился, но про лечение он знает исключительно со слов ФИО2

Показания свидетелей ФИО8, ФИО9 не могут быть приняты за доказательства, обосновывающие исковые требования ФИО2 о том, что договор дарения является недействительным, ввиду того, что он заключен ответчиком под влиянием заблуждения, поскольку ни один из свидетелей не знал о заключении между сторонами договора дарения, об условиях данного соглашения. Также суд учитывает то, что ФИО8 является матерью бывшего супруга дочери заявителя, брак которых расторгнут, и указанное обстоятельство не исключает ее заинтересованность в исходе дела в пользу ответчика ФИО2

Из показаний ФИО13 следует, что ответчик о желании подарить ФИО1 квартиру говорил не раз, еще до оформления сделки. В период брака, стороны жили хорошо, ФИО2 неоднократно рассказывал друзьям, родственникам о том, что он подарил жене квартиру. Проживать стороны не стали вместе с начала 2025 г. С ДД.ММ.ГГГГ ответчик стал собирать вещи, вывозил их. В феврале 2025 г. она освободила квартиру на пер. Калашникова, поскольку временно в ней проживала, и переехала на МОПРа, а ФИО2 в нее в это же время заехал и стал проживать.

Свидетель ФИО10 суду пояснила, что с заявителем она знакома около 15 лет, была свидетелем их знакомства с ФИО1, была на их свадьбе. Ответчик неоднократно говорил, что желает подарить супруге квартиру, когда подарил, говорил об этом. О том, что в договоре должны были быть указаны условия о его постоянном проживании в квартире, она не слышала, стороны никогда об этом не говорили.

Достоверность показаний данных свидетелей у суда сомнений не вызывают. Показания каждой из них согласуются между собой и с исследованными по делу письменными доказательствами и в совокупности опровергают доводы ФИО2 о том, что у него не было намерения подарить спорную квартиру заявителю, о том, что в договоре не указано право на его постоянное проживание он узнал только при получении копии договора дарения.

Судом достоверно установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1 заключен договор дарения, который ДД.ММ.ГГГГ прошел регистрацию в Управлении Росреестра по 

<

адрес>, за ФИО1 зарегистрировано право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>.

ФИО2 лично обращался в филиал АУ «МФЦ» в 

<

адрес>, что подтверждается материалами регистрационного дела, представленными филиалом ППК «Роскадастр» по 

<

адрес>.

Доводы ФИО2 о том, что о наличии договора дарения, заключенного между ним и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, ему стало известно только в июле 2022 г., после получения копии договора в филиале АУ «МФЦ» в 

<

адрес>, ничем не подтверждены, опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательствами.

Кроме того, как пояснила в судебном заседании ФИО1, она переводила ответчику денежные средства на оплату коммунальных услуг, когда приходили счета на плату, то есть, как собственник несла расходы на содержание жилого помещения, о чем не мог знать ответчик.

Ответчиком (истцом по встречному иску), действия Управления Росреестра по 

<

адрес> в части проведения регистрации перехода права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, не оспорены.

У суда отсутствуют основания для признания незаконными действий сотрудников Управления Росреестра по 

<

адрес> при проведении правовой экспертизы документов, внесения изменений в запись о регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, а согласно абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 15 постановления «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснил, что если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Исследованными доказательствами подтверждается, что ФИО2 достоверно знал о том, что с января 2020 г. не является собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, после регистрации перехода права собственности к ФИО1, он приступил к фактическому исполнению сделки, а именно, прекратив от своего имени заключать договоры с коммунальными службами, не оплачивал коммунальные и налоговые платежи.

ФИО1 заявила о пропуске ФИО2 срока исковой давности и применении последствий пропуска исковой давности.

ФИО2 обратился в суд с требованием о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки спустя более 5 лет, то есть с пропуском срока исковой давности.

Начало исполнения сделки в отношении недвижимого имущества сопряжено с датой государственной регистрации прав на него.

В рассматриваемом случае государственная регистрация перехода от ФИО1 к ФИО2 права собственности на соответствующий объект недвижимости была произведена в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ, встречное исковое заявление подано в апреле 2025 г., то есть за пределами трехгодичного срока исковой давности.

Обратившись в суд с требованием об оспаривании договора дарения с пропуском срока исковой давности ФИО2 не приведено убедительных доводов, указывающих на уважительность причин пропуска срока, ходатайство о восстановлении данного срока также не содержит обоснованности пропуска данного срока. Доказательств уважительных причин пропуска срока исковой давности ответчиком не представлено.

Судом установлено, что спорный договор заключен ответчиком лично, подписан без каких-либо замечаний, с заявлением о переходе права собственности ответчик лично обращался через органы МФЦ, предоставлял паспорт для регистрации сделки.

Доказательств того, что между сторонами были намерения о том, что ФИО2 сохраняет право пожизненного проживания в квартире, не установлено, из договора не следует. Не было представлено в суд никаких доказательств наличия дефекта воли ответчика. Никаких доказательств обмана со стороны истца, либо влияния заблуждения, имеющего существенное значение, ответчиком в суд представлено не было.

Согласно ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ №, следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение заключить соответствующую сделку с целью создать желаемые правовые последствия и реально исполнить эти намерения.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2 ст. 209 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом, при совершении сделки стороны не только предусмотрели реальные правовые последствия сделки, но и осуществили их. После заключения договора дарения в установленном законом порядке была произведена регистрация перехода к истцу права собственности на спорное недвижимое имущество, о чем в Едином государственном реестре недвижимости сделана соответствующая запись, что свидетельствует о наличии воли обеих сторон договора на исполнение совершенной сделки и достижения соответствующих ей правовых последствий.

По общему правилу, установленному в ч. 1 ст. 56 ШПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Достоверных и убедительных доказательств мнимости заключенного между ФИО2 и ФИО1 договора дарения ответчиком представлено не было и судом не установлено.

Сам по себе факт того, что ответчик ФИО2 продолжал вплоть до февраля 2025 г. проживать в спорном жилом помещении, не подтверждает мнимость сделки, поскольку, собственник в силу предоставления ему законом полномочий, вправе предоставить принадлежащее ему жилое помещение для проживания иных лиц, в том числе как установлено в ходе рассмотрения дела бывшему супругу. Доводы ответчика о том, что данная сделка является мнимой, поскольку совершена с целью прикрыть другую сделку, а именно сделку по распоряжению имуществом - завещание, суд не находит заслуживающим внимания, поскольку до заключения договора ФИО2 неоднократно составлял на заявителя завещания, в связи с чем находиться под заблуждением не мог, так ранее проходил через данную процедуру у нотариуса.

Также не обоснованы доводы ответчика (истца по встречному иску) о том, что истец (ответчик по встречному иску) специально отказалась совершать сделку через нотариуса, чтобы ввести его в заблуждение и заключить сделку в простой письменной форме на выгодных для нее условиях. Согласно ч. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Положения ст. ст. 572 - 574 ГК РФ не запрещают заключение договора дарения недвижимости в письменной форме. При этом обязательная нотариальная форма при заключении договора дарения на момент его заключения сторонами не требовалась.

Выводы ответчика о том, что истец при составлении договора обращалась к знакомому юристу для составления договора, договор ему не давали для прочтения, он доверял бывшей супруге, и наделся что договоре будет указано на его право постоянного проживания в квартире, не находят своего должного подтверждения, так как заключенный договор дарения квартиры составлен в хорошей юридической технике, содержит все существенные условия договора.

Само по себе наличие у него заболевания печение, лечение в 2019 г. от алкогольной зависимости не свидетельствуют о возникновении у ответчика заблуждения, порока воли, возникновения состояния, лишающего его понимать значение своих действий или руководить ими и не может служить поводом к признанию сделки недействительной, поскольку в материалах дела отсутствуют сведения о том, что данные факторы в момент совершения сделки оказывали какое-либо влияние на способность ФИО2 понимать ее характер и природу, правильно воспринимать происходящее. Из предоставленных медицинских документов – медицинских заключений от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 на учете у врача - психиатра и врача – нарколога не состоял (л. д. 67).

При установленных обстоятельствах у суда отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований ФИО2

В соответствии с ч. 2 ст. 1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

Статья 35 ЖК РФ предусматривает, что в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ №, по общему правилу, в соответствии с частью 4 статьи 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением собственника с бывшим членом его семьи. Это означает, что бывшие члены семьи собственника утрачивают право пользования жилым помещением и должны освободить его (часть 1 статьи 35 ЖК РФ). В противном случае собственник жилого помещения вправе требовать их выселения в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения.

По смыслу ч. ч. 1 и 4 ст. 31 ЖК РФ к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Под прекращением семейных отношений между супругами следует понимать расторжение брака в органах записи актов гражданского состояния, в суде, признание брака недействительным.

В силу п. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В соответствии со ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» от ДД.ММ.ГГГГ №, в силу статей 304, 305 Кодекса иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Как следует из материалов дела брак между ФИО2 и ФИО1 расторгнут на основании решения Левобережного районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, общее хозяйство стороны не ведут, взаимной поддержки друг другу не оказывают, ФИО2 не является членом семьи собственника.

В настоящее время ФИО2 проживает в жилом помещении по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, собственником 1/2 доли в праве на которое он является на основании решения Левобережного районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Следовательно, переход права собственности на спорное жилое помещение и прекращение брака в силу положений пункта 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации и статей 31, 35 Жилищного кодекса Российской Федерации влекут прекращение у ФИО2 права пользования им.

Поскольку в ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО2 членом семьи ФИО1 не является, какого-либо соглашения по вопросу пользования спорным жилым помещением между сторонами заключено не было, обязательств по оплате коммунальных услуг он не несет, то право пользования спорным жилым помещением на основании ч. 4 ст. 31 ЖК РФ за бывшими членами семьи собственника не сохраняется в связи с утратой права пользования жилым помещением. 

Снятие гражданина с регистрационного учета в случае признания утратившим право пользования жилым помещением производится на основании вступившего в законную силу решения суда (п.п. «е» п. 31 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ). 

На основании изложенного суд находит заявленные требования ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению, в удовлетворении встречного иска ФИО2 следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Признать ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, утратившим право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, со снятием с регистрационного учета по указанному адресу.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, кадастровый №, заключенного между ФИО1 и ФИО2 недействительным, применении последствий недействительности сделки – отказать

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Воронежский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Левобережный районный суд 

<

адрес>.

Судья Е.И. Наумова

Решение изготовлено в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.