Копия УИД 66RS0053-01-2022-003641-42

Мотивированное 

решение

 суда изготовлено 20.07.2023

Гражданское дело № 2-501/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13.07.2023 г. Сысерть

Сысертский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Баишевой И.А., с участием представителей сторон, прокурора Шариповой О.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания Свиридовой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело

по иску ФИО3 ФИО29 (паспорт №40817810604900317040), ФИО1 ФИО30 (паспорт №40817810604900317040) к ФИО2 ФИО31 (паспорт №40817810604900317040), ФИО8 ФИО32 (паспорт №40817810604900317040), Боевой ФИО33 (паспорт №40817810604900317040) о выселении, возложении обязанности передать ключи от жилого помещения,

по встречному иску ФИО2 ФИО34 к ФИО3 ФИО35, ФИО1 ФИО36 о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности, 

установил:

ФИО3, ФИО4 обратились с исковым заявлением к ФИО5 о выселении. В обоснование указали, что их отцу ФИО6 на праве собственности принадлежал земельный участок и расположенные на нем жилой дом, площадью 144 кв.м, нежилое здание, площадью 43 кв.м, нежилое здание площадью 103 кв.м, а также нежилое здание, площадью 105 кв.м, по адресу: 

<

адрес>.

06.04.2017 ФИО6 умер. После его смерти к ним обратилась ФИО5, которая утверждала, что дом и земельный участок принадлежит ей. Из ее пояснений следовало, что она проживает в спорном доме на основании договора купли-продажи, якобы заключенным в 2012 году между её отцом ФИО7 и ФИО6, копию договора предоставлять отказалась, что вызывало сомнения, поскольку в период с 2014 года и до момента своей смерти ФИО6 осуществлял строительство, постановку на регистрационный учет новых объектов на участке, а переход права собственности к третьим лицам никогда не регистрировался.

В период с 2017 по 2019 годы истец ФИО4 неоднократно встречался с юристом, представлявшим интересы ответчика. В итоге, не предоставив никаких документов, представитель ответчика в 2019 году попросил просто безвозмездно подарить жилой дом и участок ФИО5, на что получил отказ истцов.

С 2020 по 2022 годы истцы предпринимали неоднократные попытки решить вопрос с ответчиком об освобождении жилого помещения, были вынуждены обратиться в полицию. Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.03.2022 МО МВД России «Сысертский» было установлено, что дверь никто не открывает, при этом в вечернее время на втором этаже дома горит свет, а во дворе лает собака.

Истцы просят суд выселить ответчика из жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, без предоставления другого жилого помещения; обязать ответчика освободить жилой дом и передать ключи собственнику - ФИО4; вселить истцов в жилой дом.

В уточненном исковом заявлении истцы также просят суд выселить проживающих в доме ФИО8 и ФИО10

Ответчик ФИО5 с иском не согласилась, подала встречный иск, в котором просит суд признать за собой право собственности на спорное недвижимое имущество в силу приобретательной давности.

В обоснование указала, что земельный участок был приобретен в 1991 году ее отцом ФИО7 на имя ФИО6 ФИО6 на тот момент имел некие договоренности в исполнительном комитете Верхнесысертского поселкового Совета народных депутатов 

<

адрес> и оформлял участки на себя и затем передавал другим гражданам. ФИО6 получил спорный земельный участок по решению исполнительного комитета Верхнесысертского поселкового Совета народных депутатов Сысертского района Свердловской области об отводе земельного участка под строительство жилого 

<

адрес> от 28.08.1991, а также по акту об отводе земельного участка в натуре (на местности) под строительство индивидуального жилого дома с надворными постройками от 28.08.1992. Таким же образом ФИО6 получил земельный участок и для их соседа ФИО11 В соответствии с данным решением необходимо было возвести жилой дом для дальнейшей передачи земельного участка на основании договора о возведении индивидуального жилого дома на праве личной собственности.

ФИО7 начал строительство жилого дома, а также бани, хозяйственной постройки, гаража. После завершения строительства ФИО7 проживал в этом доме со своей женой ФИО12 и дочерью ФИО5 Все постройки в дальнейшем были также оформлены на ФИО6, т.к. ФИО7 являлся учредителем и директором ТОО «Карат», т.е. осуществлял предпринимательскую деятельность. ФИО6 и ФИО7 были друзьями на протяжении всей жизни, ФИО6 работал в ТОО «Карат». Все оригиналы документов на оформление прав на постройки на земельном участке находятся на руках у ФИО5

Земельный участок и дом были зарегистрированы в Управлении Федеральной регистрационной службы 07.06.2008; баня, хозяйственная постройка и гараж зарегистрированы 08.12.2014. После оформления документов и получения свидетельств о регистрации права собственности в декабре 2014 года, 15.01.2015 между ФИО6 и ФИО7 был заключен договор купли-продажи дома, бани, гаража, хозяйственной постройки и земельного участка, а также была написана расписка в получении денег, но в силу юридической неграмотности, договор в установленном порядке зарегистрирован не был. Также к документам был приложен удостоверенный нотариусом брачный договор, согласно которому любое имущество будет являться единоличной собственностью того супруга, на имя которого оно приобретено и зарегистрировано.

05.04.2017 умирает ФИО6, а затем 31.12.2017 умирает ФИО7, чьим наследником является ФИО5

После смерти ФИО6 в наследственную массу попадает данный земельный участок с постройками. Супруга ФИО6 - ФИО13 в личной беседе сообщила, что она готова переписать на истца земельный участок и все постройки, но из-за брачного договора у нее нет прав на это. Наследниками данного имущества, в 1/2 доле каждый, становятся ФИО3 и ФИО4 При беседе с ФИО4 истец передала ему оригинал брачного договора, он сообщил, что готов передать данное имущество. В связи с большим количеством долгов ФИО4 и ФИО3 (ранее – ФИО14) Е.А. произвести перерегистрацию было невозможно, т.к. сделку могли признать недействительной их кредиторы и при продаже имущества они должны были бы заплатить налоги за продажу имущества, которым они владели менее трех лет после вступления в наследство, в связи с чем переговоры о передаче данного имущества были отложены. В дальнейшем ФИО4 передумал и предложил ФИО5 выкупить имущество по рыночной цене в 7 000 000 рублей, так как он безработный, и у него и сестры много долгов.

В спорном доме М-вы никогда не были, регистрации по месту жительства в доме не имели, фактически не проживали, ключей у них нет, равно как и документов на объекты недвижимости, расходы на коммунальные услуги и содержание дома они не несли. С момента смерти ФИО6 в 2017 году его наследники какого-либо интереса к этому имуществу не проявляли.

Семья М-вых более пятнадцати лет добросовестно, открыто и непрерывно владеет земельным участком и постройками на нем как своими собственными, оплачивает строительство и вносит необходимые коммунальные платежи. У ФИО5 на руках товарные чеки на строительство, по настоящее время она несет бремя содержания как собственник, в связи с чем полагает, что приобрела право собственности на спорные объекты недвижимости в силу приобретательной давности. ФИО5 владеет вещью открыто как своей собственной, что подтверждается в исковом заявлении самим ФИО4, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула). Тот факт, что договор купли-продажи жилого дома, бани, гаража, хозяйственной постройки и земельного участка от 15.01.2015 не был зарегистрирован в установленном законом порядке и право собственности на спорный объект недвижимости осталось за ФИО6, не может служить основанием для отказа в удовлетворения иска о признании права собственности в силу приобретательной давности.

Уточнив исковые требования, ФИО5 просит суд признать за ней в силу приобретательной давности право собственности на земельный участок с №40817810604900317040, жилой дом с №40817810604900317040, баню с №40817810604900317040, гараж с №40817810604900317040, хозяйственную постройку с №40817810604900317040, находящиеся по адресу: 

<

адрес>. Произвести государственную регистрацию перехода права собственности в отношении указанного недвижимого имущества на ФИО5

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, направила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Истец ФИО4, действующий также по доверенности в интересах ФИО3, в судебном заседании исковые требования поддержал. Встречные исковые требования не признал.

Представитель истцов ФИО15 дополнительно пояснил, что имущество не было брошено. В дело представлены документы, что в 1996-2000 годах ФИО6 получал квитанции от налоговой инспекции. По представленным фотографиям свидетели пояснили, что домом пользовались все сотрудники предприятия «Карат» и ФИО6 Дом был построен для предприятия. Интерес в отношении данного имущества не был утрачен, что подтверждается во взаимодействии с государственными органами, последующее составление договора купли-продажи. Стороной ответчика не доказан факт пользования домом и участком на протяжении периода, необходимого для приобретательной давности. Доказательства представлены после 2010 года, не представлено документов о содержании, пользовании домом. На представленных фотографиях невозможно установить дату. Они могли делаться в связи с тем, что домом пользовалось все предприятие «Карат». Показания свидетелей не стыкуются между собой в большинстве случаев, не подтверждают, кем и в какой период осуществилось пользование домом. В спорном доме порядка 5 лет проживают иные граждане – ФИО8 и ФИО10, сейчас только ими осуществляется пользование домом, истец по встречному иску в нем не проживает.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, обеспечив свое участие в деле через представителей.

Ранее в судебном заседании пояснила, что с 1991 года она и ее умерший отец фактически владеют имуществом. В этом доме она выросла. Сначала ездили туда как на дачу, шло строительство, был огород, за которым мама до сих пор ухаживает. С 1991 года она пользовались объектом втроем: она, мама и папа. Умерший ФИО6 ей был знаком, папа доверял ему. В те годы ФИО6 занимался строительством объектов, продавал их в Верхней Сысерти. Не знает, почему была так сделана регистрация объекта. Возможно, была оптимизация налогообложения. Такие были времена в 90-е. Имели место доверительные отношения.

Дом был построен сразу же, как оформлен земельный участок, еще в 1992-1993 годах. Ближе к началу 2000 годов был полномасштабный ремонт. Спорный дом отец строил для нее. У отца был рядом другой участок, договор там был на отце.

Договор энергоснабжения заключался ими, так как они платили за электричество, там жили. Дом был их с момента покупки у ФИО6 участка, который в спорном доме никогда не был, не ухаживал за ним. Он работал в компании у отца прорабом или водителем. На основании этого он выполнял какие-то поручения отца, она его видела как сотрудника. Каждый раз ФИО6 приносил папе квитанции, он их оплачивал. Папа хотел переписать недвижимость, но не успел, скончался при загадочных обстоятельствах.

ФИО8 и ФИО10 проживают в доме последние 2 года, смотрят за ним.

Представители ответчика ФИО16, ФИО17 в судебном заседании исковые требования не признали, встречный иск поддержали.

Дополнительно представитель ФИО17 пояснил, что ими доказаны все признаки, необходимые для признания права собственности в силу приобретательной давности.

ФИО5 родилась в ДД.ММ.ГГГГ году и в возрасте 8 лет переехала с родителями в спорный дом. С этого времени она добросовестно, постоянно пользовалась спорным имуществом. Елена не знала, кто собственник дома по документам. Обстановка позволяла ей думать, что собственник – ее отец. После его смерти она удивилась, что собственником был не ее отец, имущество не вошло в наследственную массу. Она не скрывала, что имущество находится в ее владении. Есть показания свидетелей, письменные документы. С начала 1990 годов до настоящего времени семья М-вых пользовались имуществом открыто, не скрывая. Давностное владение являлось непрерывным и не прекращалось в течение всего срока.

ФИО6 не появлялся на спорном участке, не возводил объекты. Истцами не представлены доказательства, кроме налоговых уведомлений. То, что ФИО6 не появлялся на участке, не оспаривалось и стороной истца. Истец не представил ни одного документа, подтверждающего строительство домов на спорном участке.

Ответчики ФИО8, ФИО10 в судебное заседание не явились. О дате, времени и месте судебного заседания извещены судебными повестками, а также публично, посредством размещения информации на официальном сайте суда.

Третье лицо ФИО12 в судебное заседание не явилась. Направила в суд заявление с просьбой рассмотреть дело в свое отсутствие. 

Третьи лица судебный пристав-исполнитель Сысертского РОСП ГУФССП по Свердловской области ФИО18, судебный пристав-исполнитель Октябрьского РОСП г. Екатеринбурга ФИО19, ФИО20, ООО «Столичная сервисная компания», ООО «Арс Финанс» в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены судебными повестками, а также публично, посредством размещения информации на официальном сайте суда.

Прокурор в заключении по делу полагал исковые требования истцов, заявленные как от собственников спорного имущества, подлежащими удовлетворению.

Руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил о рассмотрении дела в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что истцы ФИО4 и ФИО3 являются равнодолевыми собственниками земельного участка с кадастровым номером №40817810604900317040, площадью 1 000 кв.м, а также жилого дома с кадастровым номером №40817810604900317040 площадью 144 кв.м, расположенных по адресу: 

<

адрес>.

Согласно сведениям ЕГРН ФИО4 также является собственником ? доли в праве общей долевой собственности на баню с кадастровым номером №40817810604900317040, площадью 42 кв.м, гараж с кадастровым номером №40817810604900317040, площадью 103 кв.м, хозяйственную постройку с кадастровым номером №40817810604900317040, площадью 105 кв.м, расположенные в границах участка, адрес ориентира: 

<

адрес>.

Право собственности истцов на перечисленное недвижимое имущество возникло в порядке наследования по закону после смерти их отца ФИО6, последовавшей 06.04.2017.

Из копий поступивших по запросу суда материалов реестровых дел следует, что решением № 48/4 Исполнительного комитета Верхнесысертского поселкового Совета народных депутатов 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 был отведен земельный участок, площадью 1 000 кв.м, под строительство жилого дома по адресу: р.

<

адрес>.

Из копии технического паспорта БТИ следует, что в 2004 году на земельном участке возведен жилой дом площадью 144 кв.м.

Право собственности ФИО6 на указанные объекты недвижимости зарегистрировано Сысертским отделом Управления Федеральной регистрационной службы по Свердловской области 07.06.2008.

Из деклараций об объектах недвижимости следует, что в 2007 году на участке возведены баня площадью 42 кв.м, гараж площадью 103 кв.м, хозяйственная постройка площадью 105 кв.м.

Право собственности ФИО6 на перечисленные объекты недвижимости зарегистрировано в 2014 году.

Истцы указывают, что после смерти отца им стало известно, что фактически спорным недвижимым имуществом владеет ответчик ФИО5

ФИО5 указывает, что является дочерью ФИО7, умершего 31.12.2017. При жизни отца спорное недвижимое имущество ему фактически принадлежало с 1991 года. Все объекты недвижимости на участке были построены ее отцом, пользование ими также осуществлялось ее семьей. О том, что объекты недвижимости оформлены на ФИО6 до момента смерти отца она не знала. После смерти отца она продолжила добросовестно и открытом пользоваться принадлежащим ему имуществом, просит признать за собой право собственности на него в силу приобретательной давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены даннойстатьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Общие правовые позиции, касающиеся разрешения споров о приобретательной давности, изложены в пунктах 15 - 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – постановление Пленума № 10/22).

Как указано в абзаце первом пункта 16 приведенного выше постановления, по смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.

При разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

- давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

- давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении;

- давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности;

- владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

При этом следует учитывать разъяснения, данные в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.11.2020 № 48-П, согласно которым давностное владение является добросовестным, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Обстоятельствами, подлежащими установлению, являются наличие у истца правомерного владения, фактическое владение (обладание) имуществом, несение бремени его содержания, устранение собственника от владения вещью.

При оценке добросовестного владения суды исследуют обстоятельства, при которых истец вступил во владение, были ли у истца для этого основания, которые возможно расценить как правомерные, выражал ли собственник явно или косвенно согласие на передачу имущества во владение истца.

При разрешении вопроса об открытости и давности владения суды проверяют, кем именно осуществляется поддержание объекта в надлежащем состоянии в юридически значимый период (ремонт, реконструкция, установка ограждений, благоустройство территории, несение обязательных расходов и др.), кто фактически владеет им на протяжении последних 15 лет.

Для приобретательной давности правообразующее значение имеет добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц. Это же правило в полной мере распространяется на собственника и его правопреемников, чье бездействие длительное время давало другим лицам основание считать их устранившимися от владения и утратившими интерес к имуществу.

Из объяснений сторон, показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей и представленных письменных доказательств судом установлено, что в 1991 году было создано малое предприятие ТОО «Карат» (том 1 л.д. 111), учредителями которого в равных долях являлись: ФИО21, ФИО22, ФИО23 и ФИО7 Согласно учредительному договору от 04.02.1991 (том 1 л.д. 109 – 110) основными направлениями деятельности товарищества являлись, в том числе: капитальное строительство промышленных и гражданских объектов, ремонтно-строительные работы, ремонтно-профилактические, монтажные и аварийно-восстановительные работы, выпуск строительных материалов.

ФИО6 с 01.11.1991 являлся начальником участка в ТОО «Карат», что подтверждается личной карточкой работника (том 1 л.д. 108), трудовой книжкой (том 2 л.д. 193 – 195). ДД.ММ.ГГГГ был уволен из ТОО «Карат» в порядке перевода в ТОО «Вариант», куда был принят на должность директора.

Решением №40817810604900317040 Исполнительного комитета Верхнесысертского поселкового Совета народных депутатов 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 под строительство жилого дома был отведен земельный участок, площадью 1 000 кв.м, по адресу: р.

<

адрес>. 

ТОО «Карат» возвело на участке жилой дом, баню. ФИО6 пользование участком не осуществлял, строительство объектов недвижимости на нем не производил, отношения к данному имуществу не имел.

ТОО «Карат» владело большим количеством объектов недвижимости и между учредителями была достигнута договоренность о том, что имущество по адресу: 

<

адрес> будет закреплено за ФИО7

Пока предприятием производилось строительство на соседнем участке, данным имуществом пользовались все его учредители, там отдыхали. После окончания строительства, ФИО7 со своей семьей остался там проживать, построил гараж, хозяйственную постройку.

Позднее ФИО7 приобрел земельный участок рядом по 

<

адрес>, где начал строительство еще одного дома. После завершения строительства переехал туда со своей супругой.

Имущество по адресу: 

<

адрес> осталось его дочери ФИО5

О том, что переоформление документов между ФИО7 и ФИО6 так и не было произведено, никто не знал.

Данные доводы ответчика (истца по встречному иску) и показания допрошенных свидетелей подтверждаются представленными в материалы дела письменными доказательствами:

- платежным извещением по местным налогам на 1992 года на имя ФИО7 (том 1 л.д. 55); 

- заявлением ФИО5 от 01.11.2000 о присоединении дома к электросети (том 1 л.д. 122);

- абонентским договором от 07.02.2010 на имя ФИО7 на оказание услуг спутникового телевидения (том 1 л.д. 123);

- квитанции об оплате услуг ЭнергосбыТ Плюс 2010, 2013, 2015 годов (том 1 л.д. 124 – 126);

- квитанции об обращение с ТКО, выставленные на мя ФИО5 с 2019 по 2021 года (том 2 л.д. 238 – 243).

- скрин-шот личного кабинета ФИО5 в ЭнергосбыТ Плюс (том 2 л.д. 245 – 250, том 3 л.д. 1 - 2), платежные получения об оплате услуг ЭнергосбыТ Плюс (том 3 л.д. 3 – 15), квитанции, выставленные на ее имя (том 3 л.д. 16 – 32);

- фотографиями семейного архива семьи М-вых (том 3 л.д. 87 – 96, 215 - 218), с документами, подтверждающими принадлежность изображенного на фотографиях движимого имущества семье М-вых.

Суд учитывает, что со стороны истца (ответчика по встречному иску) не было представлено ни одного доказательства фактического владения ФИО6 спорным имуществом с момента приобретения титула на это имущества в 1991 году и до момента смерти в 2017 году, равно как и его правопреемниками после 2017 года.

Из копии материалов наследственного дела (том 3 л.д. 73) следует, что с 2011 года ФИО6 был зарегистрирован по иному адресу.

Наличие на руках у титульного владельца оригиналов налоговых уведомлений о фактическом владении имуществом не свидетельствует, поскольку в отсутствие оформленного права собственности, фактический владелец лишен возможности вносить налоговые платежи. При этом доказательств того, что указанные в уведомлении налоговые платежи были оплачены за счет средств ФИО9, суду также не представлено.

После смерти ФИО6 в 2017 года, его наследники осуществившие юридическое оформление своих прав на имущество, бремя содержания имущества также не несли, устранились от владения имуществом. Зная о давностном владельце, какие-либо действия виндикационного или негаторного характера не заявили. Обращение в полицию последовало только в марте 2022 года.

При таких обстоятельствах, суд соглашается с доводами ответчика (истца по встречному иску) о том, что в 1991 году между умершими ФИО6 и ФИО7 была достигнута устная договоренность о передаче приобретенного ФИО6 земельного участка ФИО7

В подтверждении данного довода ответчиком (истцом по встречному иску) представлен договор купли-продажи от 15.01.2015, а также расписка, которыми стороны намеревались оформить свою договоренность о принадлежности спорного имущества ФИО7 Отсутствие надлежащего оформления сделки и прав на имущество применительно к положениям статьи 234 ГК РФ само по себе не означает недобросовестности давностного владельца.

Начиная с 1991 года ФИО6 не совершал каких-либо фактических действий в отношении спорного имущества, в течение длительного времени устранился от владения спорным земельным участком и расположенных на нем объектов недвижимости, не проявлял к ним интереса, не исполнял обязанностей по их содержанию.

Указанные действия собственника суд расценивает как действия по отказу от прав на спорные объекты. Участок был передан ФИО6 ФИО7 еще 1991 году, требований о возврате имущества с указанного времени и до своей смерти в 2017 году, ФИО6 к ФИО7 не предъявлял. Владение ФИО7 спорным имуществом осуществлялось с разрешения его титульного владельца ФИО6, не претендовавшего на это имущество.

Доказательств иного суду представлено не было.

Из предоставленных доказательств, показаний свидетелей суд приходит к выводу о том, в 1991 году ФИО7 приобрел спорный земельный участок, построил на нем объекты недвижимости. С 1991 года ФИО7 владел спорным имуществом как своим по воле титульного собственника ФИО24, которая хотя и не была оформлена гражданско-правовым договором, но выразилась как в действиях правообладателя по передаче фактическому владельцу всех правоустанавливающих и правоподтверждающих документов, так и в его дальнейших действиях по полному устранению от владения спорным имуществом. 

Правопреемник ФИО7 – ФИО5 занимает объекты недвижимости на момент рассмотрения дела, осуществляет его обслуживание, оплачивает коммунальные платежи. С ее ведома в доме проживают ФИО8 и ФИО10, которые следят за домом и участком.

Вопреки доводам истцов (ответчиков по встречному иску) ФИО5, как правопреемник ФИО7, вправе присоединить к своему давностному владению предшествующее правомерное владение имуществом ФИО7 (п. 3 ст. 234 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, учитывая, что ни один из элементов юридического состава, необходимого для приобретения ФИО5 права собственности на спорное имущество по давности (длительность, добросовестность, открытость, непрерывность), истцами (ответчиками по встречному иску) не опровергнут, суд полагает требования ответчика (истца по встречному иску) подлежащими удовлетворению.

Добросовестное, открытое и непрерывное владение ФИО5 и ее правопредшественником ФИО7 спорным недвижимым имуществом как своим собственным как минимум с 1992 года, является достаточным основанием для признания за ФИО5 права собственности на это недвижимое имущество, что исключает удовлетворение заявленных первоначальных исковых требований о выселении.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

иск ФИО3 ФИО37, ФИО1 ФИО38 к ФИО2 ФИО39, ФИО8 ФИО40, Боевой ФИО41 о выселении, возложении обязанности передать ключи от жилого помещения оставить без удовлетворения.

Встречный иск ФИО2 ФИО42 к ФИО3 ФИО43, ФИО1 ФИО44 о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности удовлетворить.

Признать за ФИО2 ФИО45 право собственности на земельный участок с кадастровым номером №40817810604900317040, жилой дом с кадастровым номером №40817810604900317040, баню с кадастровым номером №40817810604900317040, гараж с кадастровым номером №40817810604900317040, хозяйственную постройку с кадастровым номером №40817810604900317040, расположенные по адресу: 

<

адрес> Б.

Вступившее в законную силу решение суда является основанием для государственной регистрации права собственности на перечисленное недвижимое имущество за ФИО2 ФИО46

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Сысертский районный суд Свердловской области.

Судья подпись И.А. Баишева