Дело № 3а-76/2024

УИД 51OS0000-01-2024-000171-16

Мотивированное 

решение

 составлено 4 октября 2024 г.

Р Е Ш Е Н И Е 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 сентября 2024 года город Мурманск

Мурманский областной суд в составе:

председательствующего судьи Науменко Н.А.,

при секретаре Лащенко И.В., 

с участием представителей административного истца ФИО1 и ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению первого заместителя военного прокурора Северного флота о признании информационного материала экстремистским,

У С Т А Н О В И Л:

первый заместитель военного прокурора Северного флота обратился в суд с административным исковым заявлением о признании информационного материала экстремистским.

В обоснование заявленных требований указано, что военной прокуратурой Северного флота в рамках осуществления надзора за исполнением законодательства о противодействии экстремизму выявлен факт размещения на сайтах информационно-коммуникационной сети «Интернет» в свободном доступе на ряде интернет-ресурсов аудиозаписи песни исполнителя «***» с наименованием «***» (стихи ***, далее – материал, аудиозапись, песня). Данный материал продолжительностью около 4 минут 20 секунд начинается словами, исполняемыми мужским голосом под музыку: «***» и затем последними словами припева: «…***». Лица, являющиеся авторами песни, а также разместившие ее в сети «Интернет», в ходе надзорных мероприятий не установлены.

Согласно акту лингвистического экспертного исследования аудиозаписи в тексте песни содержатся психолого-лингвистические признаки принадлежности предмета речи к националистическим организациям под названиями ***), оправдания и пропаганды деятельности, нацистской идеологии этих организаций; содержатся призывы к насильственным и дискриминационным действиям против группы людей, выделенных по социальному признаку, а именно: не разделяющих нацистских идей и идеологии вышеуказанных организаций; лингвистические и психологические признаки унижения человеческого достоинства и возбуждения вражды, ненависти (розни) по отношению к группе людей, выделенных по национальному признаку – евреям и чеченцам, не славянам, а также к социальной группе людей, не разделяющих идей нацизма; содержатся признаки пропаганды исключительности и превосходства группы людей по идеологическому (социальному) признаку.

По состоянию на 5 августа 2024 г. песня опубликована в свободном доступе на следующих интернет-ресурсах:

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

Ссылаясь на внесение *** в реестр экстремистских организаций, административный истец просил суд признать экстремистским информационный материал – аудиозапись (песню) от имени исполнителя «***» с наименованием «*** продолжительностью около 4 минут 20 секунд, которая начинается словами, исполняемыми мужским голосом под музыку: «***

Представители административного истца ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержали, указав, что до настоящего времени в федеральный список экстремистских материалов указанная в административном иске информация не включена.

Представители Управления Роскомнадзора по Мурманской области и Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Мурманской области в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Привлеченные к участию в деле для дачи заключения Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации, уполномоченный по правам человека в Мурманской области в судебное заседание не явились, представлено заявление о рассмотрении дела в отсутствии уполномоченного по правам человека в Мурманской области.

Заслушав представителей административного истца, исследовав материалы административного дела, суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению.

Согласно статье 39 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с административным исковым заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации.

В силу положений статьи 19 Конституции Российской Федерации, государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова (часть 1 статьи 29).

Между тем реализация данных конституционно-правовых гарантий обусловлена рядом ограничений, не допускающих пропаганду или агитацию, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, запрещающих пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства (часть 2 статьи 29 Конституции Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 10 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее - Закон об информации) в Российской Федерации распространение информации осуществляется свободно при соблюдении требований, установленных федеральным законодательством.

Передача информации посредством использования информационно-телекоммуникационных сетей осуществляется без ограничений при условии соблюдения установленных федеральными законами требований к распространению информации и охране объектов интеллектуальной собственности и может быть ограничена только в порядке и на условиях, которые установлены федеральными законами (часть 5 статьи 15 Закона об информации).

Частью 6 статьи 10 Закона об информации запрещено распространение информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти и вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность.

Статьей 13 Федерального закона от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» установлено, что на территории Российской Федерации запрещается распространение экстремистских материалов, а также их производство или хранение в целях распространения.

Понятие экстремистских материалов закреплено в статье 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», согласно которой это предназначенные для обнародования документы либо информация на иных носителях, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающие или оправдывающие необходимость осуществления такой деятельности, в том числе труды руководителей национал-социалистской рабочей партии Германии, фашистской партии Италии, выступления, изображения руководителей групп, организаций или движений, признанных преступными в соответствии с приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси (Нюрнбергского трибунала), выступления, изображения руководителей организаций, сотрудничавших с указанными группами, организациями или движениями, публикации, обосновывающие или оправдывающие национальное и (или) расовое превосходство либо оправдывающие практику совершения военных или иных преступлений, направленных на полное или частичное уничтожение какой-либо этнической, социальной, расовой, национальной или религиозной группы

Экстремистской деятельностью в силу статьи 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» является в том числе возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни; пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии; нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии; публичные призывы к осуществлению указанных деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения.

Приведенными выше правовыми нормами в их взаимосвязи закреплено, что в Российской Федерации запрещается распространение посредством использования информационно-телекоммуникационных сетей информационных материалов, признанных в установленном законом порядке экстремистскими.

В силу пункта 1 статьи 2 Закона об информации информацией признаются сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления.

Судом установлено, что военной прокуратурой Северного флота в рамках осуществления надзора за исполнением законодательства о противодействии экстремизму выявлен факт размещения на сайтах информационно-коммуникационной сети «Интернет» материала, обладающего признаками экстремистской деятельности.

В свободном доступе на ряде интернет-ресурсов опубликована аудиозапись (песня) от имени исполнителя «*** с наименованием «***) продолжительностью около 4 минут 20 секунд, которая начинается словами, исполняемыми мужским голосом под музыку: ***

По состоянию на 26 августа и на 5 сентября 2024 года песня размещена в свободном доступе на следующих интернет ресурсах:

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

Заявляя требования о признании указанной выше информации экстремистской, прокурор представил акты осмотра страниц в сети «Интернет» от 11 июня 2024 года и 26 августа 2024 года, в соответствии с которыми уполномоченным сотрудником прокуратуры произведен осмотр страниц, созданных в сети «Интернет» с указанными выше сетевыми адресами. В ходе осмотра установлено, что на указанных страницах в свободном доступе опубликована песня исполнителя «***» с наименованием «***», пропагандирующая идеи исключительности, превосходства одной группы людей и неполноценности других по признаку социальной, расовой, национальной, религиозной и языковой принадлежности, а также содержащая признаки призывов к возбуждению социальной, расовой, национальной и религиозной розни и нарушению прав, свобод и законных интересов человека по этим же признакам.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 г. № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации», доказывание по административным делам осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон при активной роли суда (пункт 7 статьи 6, статья 14 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). Указанный принцип выражается, в том числе в принятии предусмотренных Кодексом мер для всестороннего и полного установления всех фактических обстоятельств по административному делу, для выявления и истребования по собственной инициативе доказательств в целях правильного разрешения дела (часть 1 статьи 63, части 8, 12 статьи 226, часть 1 статьи 306 Кодекса).

Частью 1 статьи 61 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что доказательства являются допустимыми, если они отвечают требованиям, указанным в статье 59 настоящего Кодекса.

Согласно части 1 статьи 59 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации доказательствами по административному делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения административного дела.

В качестве доказательств допускаются, в том числе письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, заключения экспертов (часть 2 статьи 59 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В соответствии со статьей 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в административном деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимосвязь доказательств в их совокупности (части 1, 2, 3).

Доказательство признается судом достоверным, если в результате его проверки и исследования суд придет к выводу, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (часть 4 статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2010 г. № 16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» указано, что федеральными законами не предусмотрены никакие ограничения в способах доказывания факта распространения сведений через телекоммуникационные сети (в том числе через сайты в сети Интернет). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные гражданским процессуальным законодательством.

Кроме того, специальные требования к процедуре осмотра письменных доказательств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» законодательством Российской Федерации не установлены. Определения объема содержания составленного компетентным органом акта осмотра информации, содержащейся в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, действующее законодательство также не предусматривает.

В рамках осмотра доказательств, находящихся в сети «Интернет», сотрудник прокуратуры может установить администратора домена (владельца сайта), то есть информацию о принадлежности доменного имени информационного ресурса; проверить соответствие символьного адреса сайта (домена) его настоящему IP-адресу (трассировка), чтобы убедиться в том, что браузер отображает страницы подлинного сайта; зафиксировать содержание конкретного интернет-сайта.

Акты осмотра информации, содержащейся на представленном в материалы дела СD-диске, содержат дату проведения осмотра и дату их составления, место проведения осмотра; сведения о лице, производящему осмотр; обстоятельства, обнаруженные при осмотре; сведения о сетевых адресах осмотренных страниц, которые могут быть проверены путем свободного входа на данные страницы.

Таким образом, акты осмотра от 11 июня 2024 года и от 26 августа 2024 года соответствуют требованиям, предъявляемым к письменным доказательствам, и содержат все необходимые сведения.

Кроме того, в материалы дела представлен акт лингвистического экспертного исследования аудиозаписи от 31 июля 2024 года № 36/20 (159/20), составленный специалистами АНО «***» С.М.В. и Л.Е.И., из которого следует, что в тексте исследуемой песни содержатся лингвистические и психологические признаки побуждения (в том числе в форме призыва) к насильственным действиям, дискриминационным действиям против группы, выделенной по идеологическому (социальному) признаку: не разделяющие принципы борьбы за «арийскую Русь», не относящиеся к «приверженцам националистических и нацистских идей»; содержатся лингвистические и психологические признаки возбуждения вражды, ненависти (розни) по отношению к группе, выделенной по национальному признаку: евреям, чеченцам, не славянам, а также против группы по идеологическому (социальному) признаку: не разделяющие принципы борьбы за «арийскую Русь», не относящиеся к «приверженцам националистических и нацистских идей».

Помимо этого, согласно указанному заключению эксперта в тексте песни содержатся лингвистические и психологические признаки унижения человеческого достоинства группы, выделенной по национальному признаку: евреев, чеченцев, не славян, а также против группы по идеологическому (социальному) признаку: не разделяющие принципы борьбы за «арийскую Русь», не относящиеся к «приверженцам националистических и нацистских идей»; также содержатся лингвистические и психологические признаки пропаганды исключительности, превосходства человека и группы лиц, выделенной по национальному признаку: «украинцы, русские, славяне», а также группы лиц, разделяющих взгляды, сопряженные с идеологией нацизма, национализма, в т.ч. членов групп ***; содержатся лингвистические и психологические признаки пропаганды неполноценности человека и группы, выделенной по национальному признаку: евреев, чеченцев, не славян, а также признаки пропаганды неполноценности группы, выделенной по идеологическому (социальному) признаку: не разделяющие принципы борьбы за «арийскую Русь», не относящиеся к «приверженцам националистических и нацистских идей».

Анализируя указанный акт экспертного исследования, суд приходит к выводу о том, что он содержит в себе мотивированные выводы, ссылки на источники используемой информации и копии материалов, что позволяет проверить используемые сведения, выполнен лицами, имеющими право экспертной деятельности по указанному направлению, высшее образование по соответствующим специальностям в сфере психологии и филологии. Выводы экспертного исследования в установленном законом порядке не опровергнуты. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что приведенные выше письменные доказательства отвечают принципам относимости, допустимости и достоверности, в связи с чем принимаются судом для разрешения заявленных административным истцом требований.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 1 февраля 2010 года международное общественное объединение «*** признано террористической организацией, ее деятельность на территории Российской Федерации запрещена.

Анализируя представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что посредством приведенной выше аудиозаписи (песни) осуществляются призывы к возбуждению социальной, национальной розни, нарушаются права человека посредством унижения человеческого достоинства, пропагандируется исключительность и превосходство людей, разделяющих идеологию нацизма, националистических и экстремистских организаций, а также неполноценность людей по признаку социальной, национальной принадлежности, что применительно к положениям Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» относится к понятию террористической деятельности.

При таком положении заявленный первым заместителем военного прокурора Северного флота информационный материал подлежит признанию экстремистским, поскольку нарушает запреты, установленные законодательством о противодействии экстремистской деятельности и представляет реальную угрозу нарушения прав и свобод человека и гражданина, основ конституционного строя.

Принимая во внимание, что распространением в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» материалов экстремистского характера, в том числе пропагандирующих и оправдывающих террористическую идеологию, существенно нарушаются интересы государства и неопределенного круга лиц на обеспечение общественной безопасности, требование административного истца суд находит обоснованным и подлежащим удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 174-180, 265.10 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

административное исковое заявление первого заместителя военного прокурора Северного флота, поданного в защиту интересов неопределенного круга лиц, о признании информационного материала экстремистским удовлетворить.

Признать экстремистским информационный материал – аудиозапись (песню) от имени исполнителя «***» с наименованием *** продолжительностью около 04 минут 20 секунд, которая начинается словами, исполняемыми мужским голосом под музыку: ***

Решение подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй апелляционный суд общей юрисдикции в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.А. Науменко