Судья Евенко С.П.

Дело № 22-4356/2020

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 11 сентября 2020 года

Новосибирский областной суд в составе:

Председательствующего судьи Богдановой А.Г.,

при секретаре Гусейновой Д.А.,

с участием: 

государственного обвинителя Утенковой Н.В.,

представителя потерпевшего – адвоката Токмашова М.С.,

осужденной Гончаровой Г.С.,

адвоката Ширшова К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Ширшова К.А. в защиту интересов осужденной Гончаровой Г.С. на приговор 

<

адрес> районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

Гончарова Г. С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка 

<

адрес>, ранее не судимая,

осуждена по п. «з» ч. 2 ст.112 УК РФ к лишению свободы на срок 6 месяцев. 

В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 6 месяцев.

На осужденную возложены обязанности: не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, регулярно – один раз в месяц, являться на регистрацию в указанный орган, в дни и время, установленные сотрудником данного органа. 

Исковые требования потерпевшего К.В.И. удовлетворены частично: взыскано с Гончаровой Г.С. в пользу потерпевшего К.В.И. в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей и процессуальные издержки в виде расходов на услуги представителя в сумме 

<

данные изъяты> рублей. 

За потерпевшим К.В.И. признано право на удовлетворение гражданского иска о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, вопрос о размере возмещения гражданского иска в данной части передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

По делу разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Изучив материалы дела, выслушав в судебном заседании осужденную Гончарову Г.С. и адвоката Ширшова К.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя потерпевшего К.В.И. - адвоката Токмашов М.С., а также государственного обвинителя Утенкову Н.В., полагавших апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, 

установил:

Приговором 

<

адрес> районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ Гончарова Г.С. признана виновной и осуждена за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью К.В.И., не опасного для его жизни и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия - лопаты.

Преступление совершено в период времени с 14 до 22 часов ДД.ММ.ГГГГ, в р.

<

адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В судебном заседании осужденная ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признала, пояснила, что ударов лопатой по руке потерпевшему не наносила. Действительно один-два раза ударила К.В.И. лопатой в область спины, чтобы тот отпустил ее мужа. 

В апелляционной жалобе адвокат Ширшов К.А. выражает несогласие с приговором, полагая его незаконным и необоснованным, ставит вопрос об его отмене.

В обоснование доводов жалобы адвокат указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на предположениях.

По мнению адвоката, суд необоснованно положил в основу обвинительного приговора показания потерпевшего и свидетеля К.В.В., которые являются близкими родственниками, и, с учетом многочисленных конфликтов с ФИО1, имели основания ее оговаривать. 

Анализируя показания потерпевшего и свидетеля К.В.В., адвокат указывает, что никто из них не видел момента нанесения ФИО1 ударов лопатой К.В.И. Кроме этого, исходя из показаний данных лиц, с учетом расположения свидетеля Г.В.К. позади потерпевшего, адвокат приходит к выводу, что осужденная не могла ударить потерпевшего по спине, а затем по руке, поскольку нанесению ударов помешал бы свидетель Г.В.К., который навалился на потерпевшего сверху и прижимал его к земле.

Автор жалобы обращает внимание на заключение судебно-медицинского эксперта, из которого следует, что образование перелома у потерпевшего не исключено при падении последнего на плоскость с высоты собственного роста на вытянутую руку. Полагает, что суд необоснованно принял во внимание повторное заключение, проводимое тем же экспертом на основании измененных показаний потерпевшего и свидетеля. При этом, считает, что экспертом не учтены показания потерпевшего и свидетелей при проведении следственного эксперимента ДД.ММ.ГГГГ о нахождении потерпевшего на коленях и воздействии на его руки при борьбе со свидетелем Г.В.К., который пытался повалить потерпевшего на землю.

Обращает внимание на амбулаторную карту потерпевшего, согласно которой последний обратился за медицинской помощью лишь на следующий день, при этом на приеме у врача указал на бытовой характер травмы и на падение. Эти же обстоятельства потерпевший сообщал лечащему врачу неоднократно, даже после обращения в полицию с заявлением. 

В возражениях на апелляционную жалобу представитель потерпевшего К.В.И. - адвокат Токмашов М.С. просит приговор суда оставить без изменения, отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

В возражениях на апелляционную жалобу исполняющий обязанности заместителя 

<

адрес> межрайонного прокурора Г.Е.Н. находит приговор законным, обоснованным и справедливым, предлагает оставить его без изменения, отказав в удовлетворении апелляционной жалобы. 

Выслушав мнения участников судебного разбирательства, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности Г.С.В. в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и, вопреки доводам апелляционной жалобы, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре.

Как следует из показаний потерпевшего К.В.И., ДД.ММ.ГГГГ между ним и его соседкой ФИО1 произошел словесный конфликт по поводу уборки снега между их земельными участками. В ходе данного конфликта он увидел мужа и сына ФИО1, которые бежали с участка ФИО1, при этом супруг осужденной – Г.В.К., держал над головой лопату. Эти действия он расценил как намерение нанести удар ему или его сыну К.В.В., который находился неподалеку, так как они вместе чистили снег. ФИО1 схватилась руками за его лопату, которая стояла перед ним в вертикальном положении, в снегу, пыталась вырвать у него лопату. Затем его сзади захватили локтем за шею с толчком, от чего он не падал, а плавно опустился на колени и не мог встать, так как на него навалились. Его руки плавно разъехались в стороны по снегу, и он оказался в положении лежа на животе, был придавлен к снегу за шею, не мог подняться, руки у него при этом были вытянуты. По тяжелому дыханию, дрожанию рук он понял, что его удерживал двумя руками пожилой человек. После этого он почувствовал несколько – не менее двух, ударов каким-то предметом с ограниченной поверхностью, похожим на ребро снеговой лопаты, по спине, и один удар в область запястья левой руки, от чего он испытал острую физическую боль. На спине на месте ударов была гематома, была порвана куртка. Неожиданно все прекратилось, а когда он поднялся, то увидел стоящую перед ним ФИО1, и рядом с ней - ее мужа Г.В.К. Его сын К.В.В. лежал на снегу, а над ним стоял сын Г.. Далее они с сыном вышли из переулка и вызвали полицию. Рука болела и опухла. На следующий день по выданному ему направлению он прошел судебно-медицинскую экспертизу, и эксперт направил его в травмпункт. Никакого физического воздействия с его стороны и со стороны его сына к ФИО1 не было. Кто наносил ему удары, он не видел, но считает, что удерживал его Г.В.К., так как Г.С.В. находился позади него, рядом с его сыном, а ФИО1 стояла чуть впереди от него, тем более, она до этого вырывала у него лопату. 

Свидетель К.В.В. – сын потерпевшего, подтвердил, что когда ДД.ММ.ГГГГ они с отцом откидывали снег от своего забора, соседка ФИО1 подошла вплотную к его отцу и начала нецензурно выражаться в их адрес. Спустя некоторое время прибежал Г.В.К. с лопатой в руках, поднятой над головой, он бежал на К.В.И., замахиваясь. Он (К.В.В.) бросил свою лопату и попытался отобрать лопату у Г.В.К. В этот момент к нему подбежал младший сын Г. Степан, и он не помнит, как оказался на снегу лицом вниз, а сын Г. начал наносить ему удары по разным частям тела. Что делали в этот момент отец, ФИО1 и Г.В.К. он не видел, но пытаясь встать, он поднимал голову, и видел, как Г.В.К. схватил его отца сзади за шею, а отец в это время стоял на коленях. ФИО1 стояла рядом, в руках у нее была лопата. Он также видел, как ФИО1 дважды замахивалась лопатой, но наносила ли она удары, он не видел, Г.В.К. при этом удерживал отца, лежащего на снегу лицом вниз, сбоку за шею, а ФИО1 стояла от его отца слева на расстоянии полуметра. Затем сын Г. его отпустил, супруги Г. поспешно пошли к себе домой. Они с отцом также пошли домой и вызвали полицию. У отца появился отек, опухоль на левой руке, отец жаловался на боль в ней. До момента конфликта отец чувствовал себя хорошо, ни на что не жаловался, они расчищали снег. Его отец на ФИО1 не замахивался, ударов ей нанести не пытался. 

Из показаний свидетеля К.А.В. – сына потерпевшего, следует, что он приехал на место происшествия, когда там уже были сотрудники полиции. На отце была накинута куртка, и отец держался за левую руку, рассказал, что произошел конфликт с соседями, и его ударили лопатой. Мать рассказывала, что отец пошел чистить снег, вышли соседи Г., началась перепалка. Рука у отца была сильно опухшей. 

При принятии у него устного заявления о преступлении непосредственно в день совершения преступления К.В.И. сообщил сотрудникам полиции, что ДД.ММ.ГГГГ ему причинила телесные повреждения женщина, проживающая по адресу: р.

<

адрес> (ФИО1).

При осмотре места происшествия была зафиксирована обстановка на месте преступления, изъяты пластмассовая снегоуборочная лопата с деревянным черенком, с металлической окантовкой по краю лопаты, имеющая повреждения, а также осколок данной лопаты.

В ходе следственного эксперимента потерпевший К.В.И. продемонстрировал на манекене, в каком положении он находился на момент нанесения ему ударов, куда именно ему был нанесен удар лопатой в область предплечья. Участвовавший при производстве следственного эксперимента врач судебно-медицинский эксперт М.А.В. пояснил, что при подобном расположении тела и рук потерпевшего получение телесных повреждений, указанных в заключении судебно-медицинского эксперта, не исключено. 

Как следует из протокола осмотра медицинской карты амбулаторного больного К.В.И., ДД.ММ.ГГГГ он обратился за медицинской помощью. При осмотре обнаружен отек левого предплечья, резкая болезненность в области отека при пальпации, движения в лучезапястном суставе слева ограничены из-за болезненности. При рентгенографии установлен перелом локтевой кости слева без смещения. 

Заключениями судебно-медицинского эксперта установлены характер, локализация, механизм и время причинения телесных повреждений К.В.И., указано, что данные телесные повреждения причинены твердым тупым предметом (предметами), их причинение возможно ДД.ММ.ГГГГ, при обстоятельствах, указанных потерпевшим. 

В судебном заседании врач судебно-медицинский эксперт М.А.В. подтвердил, что при производстве основной и дополнительных судебно-медицинских экспертиз потерпевшему он в полном объеме исследовал представленные медицинские документы К.В.И., медицинскую карту. Диагностированный у К.В.И. ДД.ММ.ГГГГ ушиб левого предплечья локализован в иной области, чем перелом локтевой кости, установленный ДД.ММ.ГГГГ, по своему характеру представлял собой иную травму – ушиб, а не перелом. На момент осмотра ДД.ММ.ГГГГ какие-либо признаки консолидации перелома у К.В.И. отсутствовали.

Из заключения эксперта по рентгенограммам потерпевшего следует, что имевшийся у К.В.И. перелом левой локтевой кости образовался от удара твердым тупым предметом с ограниченной поверхностью соударения в направлении сзади наперед справа налево, несколько снизу вверх, то есть от кисти к предплечью. Данный перелом мог образоваться ДД.ММ.ГГГГ, но не мог образоваться при падении К.В.И. с высоты собственного роста на колени, а затем лицом вниз на землю, так как во время данного падения не было опоры на вытянутую левую руку. 

Виновность ФИО1 также подтверждается иными доказательствами, изложенными в приговоре.

Указанные и иные доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, их анализ и оценка изложены в приговоре. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, при этом суд указал в приговоре, по каким основаниям он принял указанные доказательства.

Выводы суда основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, достоверность которых у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, и соответствуют им.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с данными выводами, считает, что доказательства, представленные стороной обвинения, являются допустимыми и находит, что показания потерпевшего и свидетелей К.В.В., К.А.В., эксперта М.А.В. последовательны, непротиворечивы и согласуются между собой и другими доказательствами по делу, и в совокупности подтверждают вину ФИО1 в инкриминируемом ей преступлении.

Тщательно проверив доводы осужденной о том, что удара лопатой по руке К.В.И. она не наносила и не могла нанести исходя из того, что стояла в ногах потерпевшего, суд первой инстанции их обоснованно отверг, расценив данные доводы ФИО1 как ее позицию защиты, избранную по уголовному делу с целью избежать ответственности за содеянное, поскольку они опровергаются показаниями потерпевшего К.В.И., пояснившего, что ФИО1 находилась перед ним, когда пыталась вырвать у него из рук лопату. Затем после того, как он оказался в положении лежа на животе на земле, он не мог видеть непосредственно нанесение ему ударов лопатой, однако иное лицо кроме ФИО1 их нанести не могло, поскольку Г.В.К. в этот момент удерживал его двумя руками за шею на земле, а Г.С.В. находился в стороне с его сыном К.В.В. После нанесения ударов он вновь увидел ФИО1, которая стояла перед ним. Также указанные доводы Г.С.В. опровергаются показаниями свидетеля К.В.В., в соответствии с которыми он видел, как ФИО1 стояла слева от его отца на расстоянии полуметра, с лопатой в руках, и замахивалась на отца данной лопатой, при этом его отец К.В.И. лежал на снегу лицом вниз, а сбоку за шею его удерживал Г.В.К., экспертными заключениями о локализации и механизме образования у потерпевшего телесного повреждения, которое могло образоваться от воздействия твердым тупым предметом, при обстоятельствах, изложенных потерпевшим, заключениями судебно-медицинского эксперта по рентгенограммам и медицинской карте К.В.И., в соответствии с которыми имевшийся у К.В.И. перелом левой локтевой кости образовался от удара твердым тупым предметом с ограниченной поверхностью соударения в направлении сзади наперед справа налево, несколько снизу вверх, то есть от кисти к предплечью.

С такими выводами соглашается и суд апелляционной инстанции.

Принимая во внимание приведенные выше доказательства, из которых следует, что исходя из положения потерпевшего, лежащего в момент нанесения ему ударов лопатой на земле вниз лицом, а также исходя из местонахождения в этот момент осужденной и свидетеля Г.В.К., препятствий для нанесения ударов в область спины и предплечья К.В.И. не имелось, доводы апелляционной жалобы адвоката об обратном суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, и при этом также учитывает, что осужденная ФИО1 не отрицала, что она действительно нанесла лежащему на земле К.В.И. один-два удара снегоуборочной лопатой в область спины. 

Оснований полагать, что телесные повреждения, которыми был причинен средней степени тяжести вред здоровью потерпевшему, были нанесены К.В.И. не ФИО1, а иным лицом, либо получены потерпевшим при иных обстоятельствах, исследованные доказательства не дают. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, каких-либо сведений о заинтересованности потерпевшего и свидетелей К.В.В., К.А.В. при даче показаний в отношении осужденной, оснований для ее оговора, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих эти показания под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решения суда о виновности ФИО1, судом апелляционной инстанции не установлено.

Тот факт, что ранее между ФИО1, К.В.И. и К.В.В. возникали словестные конфликты из-за претензий, предъявляемых ФИО1 по вопросу границ земельного участка К.В.В., как и то, что потерпевший и свидетели являются близкими родственниками, не свидетельствует, вопреки убеждению адвоката, о том, что К.В.И. и К.В.В., К.А.В. дают недостоверные показания и оговаривают осужденную. 

Кроме этого, потерпевший и свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания объективно подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств.

Суд дал правильную оценку показаниям свидетелей Г.В.К. и Г.С.В., в соответствии с которыми ФИО1 не причиняла телесных повреждений К.В.И., а потерпевший сам нанес ФИО1 удар лопатой, и расценил их как желание свидетелей поддержать позицию осужденной по уголовному делу, поскольку данные показания свидетелей опровергаются исследованными доказательствами: показаниями потерпевшего и свидетелей К.В.В., К.А.В., заключениями судебно-медицинских экспертов, показаниями ФИО1 (в части, признанной судом достоверными), не отрицавшей нанесение потерпевшему ударов лопатой в область спины.

Объективных данных о каком-либо посягательстве К.В.И. в отношении ФИО1 либо иных лиц, вследствие которого ФИО1 вынуждена была бы обороняться от действий К.В.И., не имеется. Показания осужденной в той части, что в момент нанесения ею ударов К.В.И., последний, лежа на снегу, частью своего тела придавил Г.В.К. к земле, опровергаются последовательными показаниями К.В.И. и К.В.В. о местонахождении и действиях Г.В.К. в момент нанесения ФИО1 ударов лопатой К.В.И. 

Об отсутствии у ФИО1 необходимости обороняться от действий К.В.И. свидетельствует и тот факт, что в момент нанесения ему осужденной ударов лопатой потерпевший лежал на снегу вниз лицом, какой-либо опасности для окружающих не представлял.

В связи с наличием у ФИО1 телесного повреждения, установленного заключением судебно-медицинского эксперта, в отдельное производство были выделены материалы дела для проведения проверки. Как следует из постановления от ДД.ММ.ГГГГ, производство по делу об административном правонарушении по ст.6.1.1 КоАП РФ было прекращено по основанию, предусмотренному п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ.

Об умысле, направленном на причинение средней тяжести вреда здоровью К.В.И., свидетельствует характер совершенных ФИО1 в отношении потерпевшего противоправных действий и телесные повреждения, которые ему были причинены в результате этих действий.

Верно судом установлен и мотив совершения ФИО1 преступления - возникшие личные неприязненные отношения в процессе ссоры на бытовой почве. 

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для того, чтобы давать иную оценку исследованным судом доказательствам. Несогласие стороны защиты с данной судом оценкой доказательствам субъективно и основанием для отмены приговора не является.

Какие-либо неустранимые противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности осужденной и требующие истолкования в ее пользу в силу ст.14 УПК РФ, по делу отсутствуют.

Оснований сомневаться в достоверности и правильности выводов экспертиз, проведенных по уголовному делу, не имеется, поскольку они научно обоснованны, в них изложены все необходимые данные и обстоятельства, какие-либо противоречия в выводах экспертов отсутствуют. При их производстве нарушений уголовно-процессуального законодательства, а также правил производства экспертиз по уголовным делам, не допущено.

Вопреки мнению адвоката, оснований сомневаться в заключениях судебно-медицинского эксперта по рентгенограммам потерпевшего не имеется, поскольку после проведения ДД.ММ.ГГГГ следственного эксперимента с участием потерпевшего было установлено, что перелом левой локтевой кости, имевшийся у К.В.И., не мог образоваться при падении с высоты собственного роста на колени, а затем лицом вниз на землю, так как во время падения опоры на вытянутую левую руку не было. Показания потерпевшего в указанной части также категоричны и последовательны, поэтому доводы адвоката об обратном являются несостоятельными.

Указание потерпевшего при осмотре врача о бытовом характере травмы и падении, а также доводы стороны защиты в той части, что после причинения ему телесных повреждений осужденный вышел на работу, выводов суда о виновности ФИО1 не опровергают, поскольку она установлена совокупностью изложенных в приговоре относимых, допустимых и достаточных доказательств. Доводы осужденной о том, что при наличии перелома локтевой кости К.В.И. не смог бы трудиться, а со слов знакомых ей известно о падении потерпевшего, вследствие чего получил травму руки, носят характер предположения и какими-либо доказательствами не подтверждены. 

Правильно установив фактические обстоятельства произошедшего и справедливо придя к выводу о доказанности вины ФИО1, суд дал верную юридическую оценку ее действиям, квалифицировав их по п. "з" ч. 2 ст. 112 УК РФ, как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия. Оснований для иной квалификации действий осужденной не имеется.

Как следует из протокола судебного заседания, судом первой инстанции уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. 

Наказание осужденной ФИО1 судом первой инстанции назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории преступлений средней тяжести, а также данных о личности осужденной, которая ранее не судима, на специализированных учетах не состоит, по месту жительства характеризуется положительно. Принято судом во внимание и состояние здоровья осужденной. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд обоснованно признал пожилой возраст осужденной, совершение ею преступления впервые.

Каких-либо иных обстоятельств, не учтенных судом и подлежащих учету в качестве смягчающих, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств не установлено.

Суд не нашел оснований для назначения ФИО1 наказания с применением ст. 64 УК РФ, изменения в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории преступления на менее тяжкую, а также применения положений ст.ст.72.1, 82.1 УК РФ и достаточно подробно мотивировал свои выводы в приговоре. 

Вместе с тем, установив основания для применения положений ст. 73 УК РФ, суд обоснованно постановил назначенное ФИО1 наказание считать условным, поскольку исправление осужденной возможно без реального отбывания наказания.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, полностью отвечающим целям исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений.

Гражданский иск потерпевшего К.В.И. о взыскании с осужденной компенсации морального вреда разрешен судом верно, в соответствии с требованиями гражданского законодательства. При определении размере компенсации морального вреда судом учтены требований разумности и справедливости, характер причиненных потерпевшему нравственных страданий.

Оснований не согласиться с решением о передаче вопроса о возмещении К.В.И. имущественного ущерба, причиненного преступлением для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, признав за К.В.И. право на удовлетворение гражданского иска в данной части, у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Вместе с тем, приговор подлежит отмене в части решения о взыскании с ФИО1 в пользу К.В.И. 

<

данные изъяты> рублей в счет возмещения расходов по оплате услуг его представителя в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, по следующим основаниям. 

В соответствии с ч.3 ст.42 УПК РФ расходы, понесенные потерпевшим в связи с его участием в ходе предварительного следствия и в суде, включая расходы на представителя, возмещаются согласно требованиям ст.131 УПК РФ, то есть в порядке, предусмотренном для процессуальных издержек. 

Процессуальные издержки согласно ст.132 УПК РФ взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. 

При этом решение о выплате процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета либо о взыскании их с осужденного относится к усмотрению суда. Такое решение принимается судом в зависимости от имущественного и семейного положения осужденного, поскольку суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на его иждивении. 

Порядок взыскания процессуальных издержек – сумм, выплачиваемых потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения его представителю, аналогичен порядку взыскания с осужденного процессуальных издержек, выплаченных адвокату из средств федерального бюджета, за оказание юридической помощи осужденному в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, то есть расходы, понесенные потерпевшим на оплату услуг его представителя, подлежат выплате из средств федерального бюджета, с последующим их взысканием в регрессном порядке с осужденного, если суд придет к выводу об отсутствии оснований для освобождения осужденного от уплаты этих процессуальных издержек. 

В любом случае, решение суда о взыскании процессуальных издержек с осужденного либо об их выплате за счет средств федерального бюджета в приговоре должно быть мотивировано. 

Судом указанный порядок взыскания с осужденного процессуальных издержек нарушен, решение о выплате данных издержек из средств федерального бюджета не принято, указано об их взыскании непосредственно с осужденной.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих внесение в приговор иных изменений, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38920, 38928 УПК РФ, суд

постановил:

Приговор 

<

адрес> районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 в части взыскания с осужденной 

<

данные изъяты> рублей в пользу потерпевшего К.В.И. в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя отменить, дело в данной части передать на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе в порядке ст.ст. 397 - 399 УПК РФ.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Ширшова К.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: подпись

Копия верна

Судья А.Г. Богданова

Новосибирского областного суда